Шиллер Фридрих
Дон-Карлос инфант Испанский

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

Оценка: 7.68*16  Ваша оценка:


  

Фридрихъ Шиллеръ

  

Донъ-Карлосъ инфантъ Испанскій

Драматическое стихотвореніе.

Переводъ М. Достоевскаго.

   Собраніе сочиненій Шиллера въ переводѣ русскихъ писателей. Подъ ред. С. А. Венгерова. Томъ II. С.-Пб., 1901
  

http://az.lib.ru

 []

 []

  

Донъ-Карлосъ, инфантъ Испанскій.

  
   Исторія происхожденія "Донъ-Карлоса" Шиллера весьма поучительна. Если примѣнить къ оцѣнкѣ этого произведенія критерій классическаго единства типа, правило, высказанное Ла-Брюеромъ: "есть только одно настоящее выраженіе", правило, къ которому примыкаетъ и опредѣленіе Льва Н. Толстого: "въ настоящемъ художественномъ произведеніи... нельзя вынуть одинъ стихъ, одну сцену, одну фигуру... не нарушивъ значенія всего произведенія", -- то драму Шиллера отнюдь нельзя причислить къ совершеннымъ созданіямъ искусства: она подвергалась нѣсколькимъ передѣлкамъ такъ же, впрочемъ, какъ и два другія раннія его драматическія произведенія,-- "Разбойники" и "Коварство и Любовь". "Донъ Карлосъ" былъ изданъ авторомъ въ нѣсколькихъ редакціяхъ въ стихахъ и прозѣ; многіе стихи были имъ "вынуты", сцены сокращены, фигуры переставлены, и въ окончательной своей редакціи стихотворный текстъ драмы, который все же остается главнымъ, основнымъ (пересказъ прозою обусловленъ соображеніями сценической постановки пьесы, въ виду того, что актерамъ стихотворная форма представлялась затруднительной), врядъ ли оправдался отъ тѣхъ упрековъ критики, которые были направлены противъ нея, со времени обнародованія первыхъ отрывковъ въ журналѣ "Талія", въ 1785 г. Они были напечатаны спустя три года послѣ того, какъ Шиллеръ принялся за обработку сюжета "исторической драмы", по указанію директора театра въ Маннгеймѣ, Герберта фонъ-Дальберга. Первымъ критикомъ Шиллера выступилъ поэтъ Виландъ; за нимъ послѣдовали другіе, и авторъ счелъ своимъ долгомъ самъ отвѣтить на возраженія противъ его пьесы (въ 1788 году), разъясняя ея настоящее значеніе со своей точки зрѣнія. Однако, хотя рецензенты пьесы Шиллера были во многомъ неправы, хотя сужденія ихъ представляются часто весьма близорукими,тогда какъ авторъ "Писемъ о Донъ Карлосѣ", даже въ этихъ критическихъ статьяхъ, по поводу собственнаго произведенія высказываетъ глубокія мысли и проницательныя сужденія, придающія даннымъ "письмамъ" самостоятельное значеніе,-- Шиллеръ, какъ нынѣ болѣе или менѣе общепринято думать, выступилъ на защиту проиграннаго дѣла. Его произведеніе въ цѣломъ остается подъ гнетомъ критическихъ замѣчаній, -- правда нѣсколько внѣшняго характера, но все же существенныхъ, неопровержимыхъ, при оцѣнкѣ произведенія въ немъ самомъ, съ объективной точки зрѣнія: "Донъ Карлосъ" не представляется намъ со всею законченностью шедевра, въ которомъ бы всѣ отдѣльныя части пріобрѣли значеніе органической неотдѣлимости, въ стройной координаціи съ цѣлымъ. И тѣмъ не менѣе "Донъ Карлосъ" -- одно изъ замѣчательнѣйшихъ произведеній современной намъ эпохи; маркизъ Поза сталъ по праву нарицательнымъ именемъ извѣстнаго міросозерцанія, стоящаго въ тѣсной связи со свойствами характера, котораго основная черта -- душевное благородство; трагическій конфликтъ, происходящій въ душѣ донъ Карлоса, показатель величайшей жертвы, которую приноситъ личность принципамъ чести, долга и служенія общему дѣлу; Елизавета -- воплощенный символъ той женственности, которая въ своемъ самопожертвованіи вдохновляетъ на подвиги; Филиппъ II, со своимъ неизлѣчимымъ пессимизмомъ "охранителя" -- показатель того прошлаго, которое во многомъ является еще и настоящимъ, но въ своемъ колебаніи, подъ впечатлѣніемъ пламенной вѣры Позы, открывающій намъ просвѣтъ къ разрѣшенію соціальныхъ проблемъ будущаго. Пьеса Шиллера, при всей непослѣдовательности отдѣльныхъ сценъ и при своей недодѣланности въ отношеніяхъ частнаго къ цѣлому, есть глубокая драма личная и общественная, съ рельефно очерченными характерами,драма -- одновременно и психологическая и философская и этико-соціальная, которая затрогиваетъ основные вопросы жизни и дѣятельности. Въ ихъ широтѣ и непорѣшенности -- быть можетъ одна изъ причинъ формальныхъ несовершенствъ пьесы. Но во всякомъ случаѣ, для надлежащей оцѣнки ея значенія, мы должны встать на другую точку зрѣнія, чѣмъ требованія абсолютной законченности формы, согласно воззрѣніямъ классической поэтики.
   "Донъ Карлосъ" создавался исподволь. Когда Шиллеръ обратился впервые, въ . 1782 году, по совѣту Дальберга, къ исторической повѣсти Сенъ-Реаля, французскаго писателя XVII вѣка {St. Real. "Dom. Carlos. Nouvelle historique", 1672 г.}, и въ этой романической обработкѣ эпизода изъ царствованія испанскаго короля Филиппа II призналъ благодарный сюжетъ для драмы, онъ еще самъ не отдавалъ себѣ яснаго отчета въ томъ значеніи, которое онъ со временемъ долженъ былъ придать данной темѣ. Пока, для него повѣсть Сенъ-Реаля представлялась лишь удобной канвой для картины изъ семейной жизни при дворѣ. Онъ бойко набросалъ планъ драмы, гдѣ любовь и ревность, соперничество отца съ сыномъ, сложная интрига, въ которой замѣшаны -- отверженный любовникъ (донъ-Жуанъ, впослѣдствіи совершенно выпущенный изъ пьесы) и мстительная принцесса (Эболи), тоже потерпѣвшая неудачу въ привлеченіи возлюбленнаго, происки придворныхъ и слухи о далекомъ мятежѣ,-- должны были составить главный узелъ пьесы. Въ такомъ видѣ Шиллеръ представилъ свой замыселъ на одобреніе Дальберга. Онъ нѣсколько разъ повторяетъ категорически, что задуманная драма -- лишь картина семейныхъ отношеній и не затрогиваетъ вопросовъ общественаго и политическаго характера. Главное вниманіе поэта сосредоточено на личности донъ-Карлоса, y котораго отецъ отбилъ невѣсту. Ему рисуется также суровый образъ Филиппа II, семейнаго деспота, и трогательный обликъ королевы Елизаветы, жертвы условныхъ отношеній. Въ тѣни выростаетъ фигура коварнаго Альбы. На разработкѣ этихъ четырехъ характеровъ должна была быть построена вся драма. Но Шиллеръ медлилъ съ ея выполненіемъ. Дальбергъ, одобрившій первоначальный планъ и выражавшій сочувствіе автору, послѣ нѣсколькихъ отсрочекъ, потерялъ терпѣніе получить пьесу и иронически посовѣтовалъ Шиллеру -- вернуться къ занятіямъ медициной, отказавшись отъ званія драматическаго писателя. Тогда Шиллеръ рѣшился на свой страхъ издать начало своей драмы въ вышеупомянутомъ журналѣ "Талія". Напечатанные отрывки вызвали горячіе споры. Шиллеръ самъ разсказываетъ намъ въ своихъ "Письмахъ о Д. К." -- въ какомъ направленіи онъ продолжалъ свою работу надъ пьесой, какъ мало-по-малу въ немъ самомъ измѣнилось отношеніе къ сюжету, какъ и самъ онъ измѣнился, и первоначальный герой драмы уступилъ мѣсто новому дѣйствующему лицу, т. е. маркизу Поза, хотя намѣченному и Сенъ-Реалемъ въ его повѣсти, но первоначально оставленному въ пренебреженіи Шиллеромъ; теперь это вводное лицо, о которомъ Шиллеръ даже не упоминалъ въ письмѣ къ Дальбергу, при составленіи плана своей драмы, выростаетъ въ центральную фигуру, выписанную во весь ростъ.
   На новой редакціи пьесы невольно отразились слѣды колебаній автора, пережитыхъ имъ различныхъ настроеній, которыя ложились какъ рядъ наслоеній на загрунтованное полотно картины. Въ чемъ была ошибка Шиллера: въ томъ-ли, что онъ сразу не соразмѣрилъ всего, что можно было извлечь изъ даннаго сюжета, и посему невѣрно набросилъ контуры задуманнаго произведенія, или ему лишь позже пришли на умъ мысли, которыя вторглись, какъ посторонній элементъ, въ первоначальный замыселъ. нарушивъ его цѣльность? Сюжетъ ли подсказалъ ему его новыя мысли, или же его разработка содѣйствовала лишь проясненію тѣхъ идей, которыя были присущи самому автору, но дремали въ немъ, какъ подспудныя силы: случайный толчекъ ихъ вызвалъ наружу и непосредственное творчество изъ глубины души мощно вторглось въ искусственныя рамки и перегородки, въ которыя юный авторъ невольно самъ себя хотѣлъ заключить? Въ томъ возрастѣ, въ которомъ, Шиллеръ работалъ надъ "Донъ Карлосомъ", отъ 23--28 лѣтъ, человѣкъ еще складывается; основныя черты его міросозерцанія уже намѣчены, но, конечно, онѣ еще не пріобрѣли полной стройности и устойчивости, при едва пробудившемся самосознаніи. Конечно, не новелла Сенъ-Реаля подсказала Шиллеру его гуманитарные идеалы, которые послужили главнымъ содержаніемъ послѣдней обработки "Донъ Карлоса", но именно занятія мрачной эпохой господства инквизиціи и деспотичнаго монарха способствовали тому, что юный поэтъ прояснилъ себѣ свои положительныя воззрѣнія, работая надъ изученіемъ явленій отрицательнаго характера. Мы видѣли, что выборъ сюжета былъ случайнымъ, съ чужого голоса. Если бы Шиллеръ остался при своемъ первоначальномъ планѣ, онъ можетъ быть создалъ бы болѣе стройное, болѣе законченное произведеніе, отвѣчающее требованіямъ формальной цѣнности: историческую трагедію на почвѣ семейныхъ отношеній, съ дѣйствующими лицами, носящими историческія имена, но изображенными съ точки зрѣнія ихъ частной жизни, въ проявленіи чисточеловѣческихъ чувствъ и страстей. Однако, насколько менѣе при этомъ поэтъ вложилъ бы "самого себя" въ обработкѣ заданной темы. Пьеса, правда, не была бы и въ этомъ случаѣ вполнѣ "сочиненной", ибо Шиллеръ взялся за предложенный сюжетъ, лишь почувствовавъ сильное влеченіе къ характеру донъ-Карлоса, отчасти даже аналогію съ собственными свойствами и стремленіями, но только съ одной стороны -- страстнаго темперамента и интенсивности чувства. Другой, идейной стороны поэта-философа данный сюжетъ не затрогивалъ. Между тѣмъ для Шиллера эта область была весьма существенна. Для воплощенія ея потребовалось новое лицо, въ которомъ, какъ принято предполагать, онъ отчасти выставилъ своего друга Кернера, но только отчасти, a въ цѣломъ создалъ образъ, который отвѣчалъ его личнымъ идеаламъ; образъ, въ которомъ онъ могъ полнѣе и рельефнѣе очертить свои личныя воззрѣнія, параллельно другому образу юноши, безнадежно влюбленнаго, съ жаждой жизни и дѣятельности, но обреченнаго судьбой на бездѣйствіе, въ томительной замкнутости придворной атмосферы. Шиллеръ весьма скоро почувствовалъ, что первоначальный планъ "семейной картины" его не можетъ удовлетворить. Еще не отступивъ отъ своего намѣренія не касаться политики, онъ уже мечталъ о "высокой трагедіи" и сѣтовалъ, что чуть было не замкнулся въ области "мѣщанскихъ котурнъ", тогда какъ тема исторической трагедіи можетъ доставить ему случай съ большимъ блескомъ выказать свои силы. Онъ мечталъ о нѣмецкой трагедіи, которая совмѣщала бы въ себѣ качества французской классической трагедіи съ преимуществами свободнаго размаха театра Шекспира. Уже Виландъ указывалъ на то, что нѣмецкая литература не имѣетъ ни одного произведенія, которое можно было бы противопоставить " Сиду", " Циннѣ", "Федрѣ ", "Британнику", "Аталіи", "Катилинѣ", "Магомету" и т. д. "Я желалъ бы," писалъ Виландъ, "чтобы мнѣ назвали хоть одно печатное произведеніе (по нѣмецки), которое во всѣхъ отношеніяхъ могло бы быть признано образцовымъ и поставлено на ряду съ любой пьесой Расина". Шиллера подстрекало чувство національной гордости обработать съ наивозможной тщательностью избранный сюжетъ исторической трагедіи; но еще сильнѣе заговорила потребность высказаться въ томъ духѣ, въ которомъ направлены были его мечты и думы, и онъ это сдѣлалъ, нарушивъ цѣльность первоначальнаго плана, расширивъ свою задачу, допустивъ нѣкоторую непослѣдовательность въ изображеніи характеровъ и ситуацій, но вложивъ себя въ свое произведеніе и давъ намъ почувствовать ту внутреннюю работу души, которая является самымъ драгоцѣннымъ качествомъ настоящаго художественнаго произведенія, хотя бы оно и было лишено нѣкоторыхъ формальныхъ совершенствъ.
   Изученію отношенія драмы Шиллера къ различнымъ источникамъ, которыми авторъ пользовался, и взаимоотношенія различныхъ версій ея -- посвященъ рядъ спеціальныхъ работъ, въ которыхъ данный вопросъ изученъ до мелочей {Одноврѳменно вышли двѣ нѣмецкія диссертаціи, посвященныя тому же вопросу: Тишлера (H. Tischler,-- Die Doppelboarbeitungen der "Räuber", des "Fiesco" und des "Don Karlos" von Schiller. Lpzg., 1888), и Эрнеста Эльстера (Ernet Elster, Zur Entstehungsgeschichte des Don Karlos, Halle, 1888). Вторая работа содержательнѣе. Подробный разборъ Д. К. и сопоставленіе различныхъ версій пьесы см. также y Дюнцера въ серіи Erlänlerungen zu dor Deutschen Klassikern bd. 55-56, Schiller's Don Kurlos, Erläutert von Heinrich Düntzer, 1886. Изложеніе обстоятельно, но крайне тяжелое и безъ рельефныхъ выводовъ. Прекрасыый анализъ пьесы, съ указаніемъ литературныхъ образцовъ Шиллера, въ обширномъ и незаконченномъ еще трудѣ вѣнскаго профессора Минора: J. Minor, Schiller, Sein Leben u. seine Werke, Bd. II. 1890. Тутъ-же библіографическій указатсль. Всѣ три редакціи "Донъ Карлоса" переизданы въ собраніи сочиненій Кюршнера, Deutsche National-litteratur, bd. 121, ed. Boxberger, и въ общемъ собраніи сочиненій Шиллера, изд. подъ редакціей К. Гедеке. Названіе "Домъ-Карлосъ" (вм. Донъ), оставленное въ прозаической версіи, измѣнено при позднѣйшихъ изданіяхъ стихотворнаго текста (впервые въ изд. 1801 г.) на болѣе обычную форму донъ-Карлоса. Проф. Миноръ отстаиваетъ форму "Домъ" (какъ извѣстно, изъ лат. Dominus), стоявшую и въ источникѣ Шиллера, т. е. y Сенъ-Геаля, заимствовавшаго португальскую форму dom. Противъ нея возразилъ Виландъ и, хотя на ошибочныхъ основаніяхъ, онъ все же, на нашъ взглядъ, правъ, отстоявъ кастильскую форму. Послѣ прозаической передѣлки Д. К. Шиллеръ обработалъ и сокращенную стихотворную, спеціально для сцены, ибо за преимущества драматич. произвед. въ стихахъ (безъ риѳмъ) онъ высказывался съ самаго начала.}. Нынѣ также установлено, что историческія событія представлены были Сенъ-Реалемъ въ весьма искаженной формѣ. Приводимъ по Дюнцеру (в. ук., стр. 34--41), резюмэ историческихъ фактовъ въ томъ видѣ, какъ они установлены современною наукою:
   "Въ дѣйствительности не было никакой романической исторіи между донъ-Карлосомъ и его мачихой. Когда послѣдняя его увидѣла въ первый разъ, она почувствовала къ 15-ти-лѣтнему мальчику лишь глубокое состраданіе, ибо принцъ былъ маленькаго роста, болѣзненный и невзрачный, кривобокій, съ неровными плечами, горбатый и одна нога была y него короче другой; говорилъ онъ тихимъ голосомъ, слегка заикаясь; рѣзкій и своенравный въ обхожденіи съ людьми, непріятно прожорливый въ ѣдѣ и питьѣ, онъ отнюдь не былъ созданъ, чтобы привлечь къ себѣ расположеніе королевы. Съ ранняго дѣтства его дикій нравъ и упорное отвращеніе къ занятіямъ -- доставили не мало горькихъ заботъ его отцу, такъ-же какъ и его нерадивое отношеніе къ религіи. Филиппъ опасался, что его сынъ не будетъ въ состояніи управлять съ достаточной энергіей государствомъ; которое должно было перейти въ его власть, и оградить ту вѣру, которую онъ считалъ незыблемой основой своего могущества. Во время одного любовнаго похожденія, принцъ неосторожно упалъ съ лѣстницы и ушибъ себѣ голову, вслѣдствіе чего долгое время пролежалъ. Получилъ ли онъ при этомъ сотрясеніе мозга -- остается подъ сомнѣніемъ, но достовѣрно, что съ этого времени принцъ началъ вести крайне необузданный образъ жизни и отнюдь не выказывалъ благородныхъ стремленій. Несмотря на плохія надежды, которыя онъ подавалъ, король заставилъ въ 1560 г. присягать ему, какъ наслѣднику престола, a четыре года спустя, ему назначенъ былъ полный придворный штатъ; онъ также былъ приглашенъ присутствовать на засѣданіяхъ государственнаго совѣта. Живымъ обсужденіямъ подвергся и вопросъ о выборѣ невѣсты для принца. Въ концѣ концовъ остановились на дочери римскаго императора Максимиліана, но заключеніе брака было поставлено подъ условіемъ, чтобы Карлосъ исправился и велъ себя соотвѣтственно требованіямъ своего званія. Надежды эти не сбылись; принцъ не только порицалъ всѣ распоряженія своего отца и вышучивалъ ихъ, но дерзко обращался и съ наиболѣе высокопоставленными сановниками.Тѣмъ не менѣе, въ началѣ 1567 года, Филиппъ предоставилъ принцу предсѣдательство въ государственномъ совѣтѣ, разсчитывая, что столь отвѣтственная дѣятельность заставитъ Карлоса возвыситься духомъ и смягчитъ его недовольство и безпорядочныя страсти. Карлосъ же выражалъ нетерпѣніе по поводу задержекъ его вступленія въ бракъ съ нѣмецкой принцессой и того, что не давали достаточной свободы дѣятельному проявленію его силъ. Филиппъ терялъ надежду, чтобы его сынъ сталъ когда либо способенъ къ управленію страной или даже просто къ упорядоченной жизни; болѣе же всего онъ сомнѣвался, чтобы принцъ сталъ оплотомъ католической церкви,твердую защиту которой отъ еретиковъ онъ считалъ обязанностью испанскаго правителя. Живое участье, которое высказалъ принцъ къ событіямъ въ Нидерландахъ, должно было не мало озабочивать Филиппа, тѣмъ не менѣе онъ обѣщалъ сыну взять его съ собой въ предположенную поѣздку. Хотя до сихъ поръ еще не представлено документальнаго доказательства, что Карлосъ находился въ непосредственныхъ сношеніяхъ съ нидерландскими повстанцами, но немаловажное значеніе представляетъ свидѣтельство современнаго даннымъ событіямъ историка Луиса Кабреры о томъ, что переговоры принца съ Монтиньи и Бергеномъ привели къ соглашенію между ними. Когда въ 1566 г., послѣ разгрома католическихъ иконъ, король рѣшилъ послать герцога Альбу съ войскомъ въ Нидерланды, Карлосъ сталъ грубо противорѣчить волѣ короля. Произошла бурная сцена. Въ собраніи кортесовъ, гдѣ было выражено желаніе, чтобы король оставилъ дома принца, послѣдній велъ себя насмѣшливо и съ вызывающими угрозами.Филиппъ, въ виду буйныхъ проявленій своенравія Карлоса, снова рѣшился отсрочить его помолвку, вопросъ о которой долженъ былъ быть окончательно выясненъ. лишь весною 1568 г. послѣ переговоровъ при личномъ свиданіи съ Максимиліаномъ. Карлосъ, разгнѣванный мѣшкотностью своего отца и отсрсчками, рѣшился бѣжать, доставши себѣ на это нужныя средства. Но его дядя, Іоаннъ Австрійскій, которому онъ сообщилъ о своихъ планахъ 23 дек. 1567 г., выдалъ его отцу, признавшему необходимымъ, по здравому размышленію, заключить принца въ темницу. Іоаннъ промедлилъ и это задержало Карлоса выполнить свой планъ; когда же 17 января 1568 г., принцъ сталъ угрожать своему дядѣ, не выражавшему сочувствія его плану, королю показалось, что настало время привести свои намѣренія въ исполненіе. Восемнадцатаго числа, въ 11-мъ часу ночи, король направился въ аппартаменты принца, въ сопровожденіи нѣсколькихъ вооруженныхъ людей, арестовалъ его, захватилъ его бумаги и объявилъ ему о строжайшемъ заключеніи. О томъ, что было далѣе съ принцемъ, до его смерти, мы знаемъ лишь то немногое, что оповѣстилъ король. Достовѣрно, тѣмъ не менѣе, что, хотя донъ Карлосъ не имѣлъ права выйти изъ своей комнаты, король озаботился объ его приличномъ содержаніи и даже объ обществѣ для его развлеченія. Главный надзоръ порученъ былъ Рюи Гомезу; для охраны, прислуживанія и общества принца назначено было еще пять человѣкъ, помимо дружественно къ нему расположеннаго графа Лермы. Филиппъ представилъ дѣло на обсужденіе нѣкоторыхъ своихъ государственныхъ совѣтниковъ, подъ предсѣдательствомъ кардинала Эспинозы, не въ качествѣ великаго инквизитора, a какъ президента совѣта; никакого приговора не было произнесено, по крайней мѣрѣ, со стороны инквизиціи, которая, вопреки долго державшемуся мнѣнію, не имѣла никакого отношенія къ дѣлу. Филиппъ хотѣлъ лишь удостовѣриться, что онъ имѣетъ право или даже обязанъ держать своего сына въ заключеніи, такъ какъ принцъ былъ совершенно неспособенъ къ правленію, a также, чтобы задержать его побѣгъ, могущій представить опасность для государства. Слухи объ отравленіи принца основываются лишь на догадкахъ, которымъ легко давала поводъ тайна, соблюдаемая при его пребываніи подъ арестомъ. Въ донесеніяхъ иностранныхъ пословъ къ ихъ правительствамъ сообщается только, что донъ Карлосъ сначала бушевалъ и покушался на голодную смерть, впослѣдствіи же неумѣреннымъ употребленіемъ пищи и питья хотѣлъ лишить себя жизни. Къ Пасхѣ онъ сталъ вести себя тише и послѣ исповѣди причастился; лѣтомъ онъ заболѣлъ и 24 іюля, примирившись со всѣмъ міромъ, почилъ "въ лонѣ католической церкви". Таковъ выводъ современныхъ историковъ о дѣйствительныхъ обстоятельствахъ жизни испанскаго наслѣднаго принца, изъ которыхъ Сенъ-Реаль создалъ героя романа, предположивъ, что онъ былъ влюбленъ въ свою мачиху. Шиллеръ пошелъ еще далѣе, надѣливъ строптиваго и необузданнаго въ своихъ увлеченіяхъ инфанта благородными стремленіями и мечтами о счастьи человѣческаго рода, которыя, благодаря вліянію маркиза Позы, побѣждаютъ въ пылкомъ юношѣ голосъ эгоистической страсти къ женщинѣ и побуждаютъ къ высокимъ подвигамъ.
   Несомнѣнно Шиллеръ многимъ обязанъ Сенъ-Реалю, такъ какъ фактическая правда исторіи (которой, впрочемъ, онъ и не могъ знать въ то время) не давала такого благодарнаго матеріала для поэтическаго творчества, какъ "романическая новелла" Сенъ-Реаля. Далѣе, Шиллеръ воспользовался также нѣкоторыми данными изъ французской драматической обработки того же источника, т. е. повѣсти Сенъ-Реаля, обработки, исполненной во второй половинѣ XVIII вѣка Мерсье {Еще раньше Мерсье во Франціи сюжетъ повѣсти С.-Реаля бытъ передѣланъ въ трагедію Кампистрононъ (1685), a въ Англіи Танасомъ Отуей (Th. Otway), но обѣ эти обработки не имѣютъ отношенія къ пьесѣ Шиллера. Мерсье писать одновременно съ Шиллеромъ, a около того же времени, т. е. въ 1783 г., появилась итальянская трагедія Альфіери на ту же тему "Filippo". Знакомство Шиллера съ драмой Мерсье -- предположеніе Минора.}. Затѣмъ, при разложеніи драмы Шиллера на ея составные элементы, раскрывается цѣлый рядъ литературныхъ вліяній и даже позаимствованій -- y Шекспира, Лейзевица (признаваемыхъ и самимъ Шиллеромъ {Въ письмѣ къ Рейнвальду Шиллеръ писалъ, что его Карлосъ обладаетъ душою Гамлета Шекспира, плотью и кровью Юлія Тарентскаго Лейзевица, и "пульсомъ" его самого. См: Минора в. ук., 547--50.}, Лессинга ("Натанъ Мудрый") и повторенія ситуацій, уже намѣченныхъ въ двухъ болѣе раннихъ драмахъ Шиллера. Главные упреки критиковъ направлены противъ непослѣдовательности въ характеристикѣ маркиза Позы, который отчасти неожиданно для самого себя играетъ двойную игру, измѣнивъ Карлосу и повѣривъ въ возможное обращеніе на путь истины Филиппа,-- и противъ слабости развязки, при чемъ Шиллеръ какъ-бы и самъ не съумѣлъ разобраться въ интригѣ,представляющейся крайне осложненной и слабо мотивированной въ двухъ послѣднихъ дѣйствіяхъ. Всѣ эти замѣчанія обстоятельно разъяснены въ выше указанныхъ трудахъ по поводу произведенія Шиллера, a въ защиту его приводятся слова поэта Геббеля: "Драма "Донъ Карлосъ" заслуживаетъ признанія во всемъ въ отдѣльности, но не въ цѣломъ". Помимо этого несоотвѣтствія частностей съ цѣлымъ, противъ характера маркиза Позы высказанъ былъ еще упрекъ съ точки зрѣнія исторической критики: возможенъ ли былъ такой образъ мыслей, который присущъ Позѣ, y испанскаго гранда XVI вѣка? Конечно, идеи, высказываемыя маркизомъ, стоятъ въ непосредственной связи съ просвѣтительной философіей XVIII вѣка и Шиллеръ устами Позы выражалъ главнымъ образомъ свои личные взгляды и идеалы, навѣянные чтеніемъ Монтескье и Руссо. Но никто не можетъ осудить Шиллера за этотъ "идейный анахронизмъ", допущенный въ поэтическомъ произведеніи. Мы замѣтили бы только, что по вопросу о возможности въ XVI вѣкѣ миросозерцанія въ духѣ тѣхъ взглядовъ, которые исповѣдуетъ Поза, критики Шиллера быть можетъ слишкомъ рѣшительно отрицаютъ ее, опираясь на фактическія данныя исторіи Испаніи. Что историческій Поза не игралъ той роли, которую приписалъ ему Шиллеръ, въ этомъ нѣтъ сомнѣнія; но уже въ XVI вѣкѣ во Франціи и въ Англіи возникли соціальныя утопіи, которыя во многомъ являются прообразомъ теорій Руссо; этимъ утопіямъ отдалъ дань даже Монтэнь, и испанецъ, побывавшій, какъ Поза, въ разныхъ странахъ, изучая людей и знакомясь съ ихъ произведеніями, могъ выработать себѣ нѣкоторые гуманитарные идеалы, которыхъ трактатъ Ла-Боэси "Contr'un" служитъ примѣрнымъ показателемъ и для XVI вѣка. Отъ Ла-Боэси къ Руссо переходъ, несмотря на два столѣтія, отдѣляющія ихъ, совсѣмъ не такой рѣзкій; сущность воззрѣній та же, и Шиллеръ лишь придалъ больше зрѣлости, по сравненію съ разсужденіями Ла-Боэси, планамъ маркиза Позы, если признавать показателемъ этой зрѣлости между прочимъ и признаніе, что человѣчество еще не созрѣло для такой организаціи, которая гарантировала бы полную справедливость отношеній между людьми и индивидуальную свободу гражданъ: ближайшимъ идеаломъ Позы пока представляется просвѣщенный монархъ. И этотъ идеалъ былъ не новъ: онъ является въ тѣсномъ преемствѣ къ трактатамъ гуманистовъ о "воспитаніи правителей", примыкающимъ къ еще болѣе раннимъ богословскимъ разсужденіямъ на ту же тему въ средніе вѣка {См. у Минора, в. ук., стр. 551--56.}. Классической книгой даннаго типа на рубежѣ XVII--XVIII вв. представляется романъ Фенелона "Телемакъ". Миноръ въ вышеуказанномъ трудѣ, цитируя нѣмецкое переложеніе въ стихахъ произведенія Фенелона, напоминаетъ далѣе слова Виланда (въ "Золотомъ Зеркалѣ"), что правильное наблюденіе за воспитаніемъ царскаго сына представляется наилучшей формой конституціи. Шиллеръ придерживался того же взгляда, и въ своей пьесѣ, когда она приняла уже вполнѣ опредѣленную политическую окраску, онъ поручаетъ роль воспитателя дона-Карлоса его другу и товарищу дѣтства -- маркизу Позѣ. Послѣдній долженъ былъ подготовить его къ гуманитарной дѣятельности, при чемъ даже любовь Карлоса къ королевѣ представляется Позѣ воспитательнымъ средствомъ, чтобы направить принца къ высокой цѣли. Происходитъ это нѣсколько поспѣшно: маркизъ только что вернулся въ Испанію послѣ долгаго путешествія; онъ всего "два дня" въ Мадритѣ, едва встрѣтилъ своего пріятеля и узналъ объ его несчастной любви, и тотчасъ въ его головѣ создается цѣлый планъ -- какъ использовать чувство принца для его будущей дѣятельности во Фландріи. Положимъ, почва была подготовлена прежней дружбой Позы съ Карлосомъ, ихъ юношескими мечтами человѣколюбиваго характера. Но далѣе Поза выступаетъ въ роли какъ бы дѣйствительнаго наставника инфанта и подвергаетъ его предварительному испктанію: онъ ставитъ вопросъ -- съумѣетъ ли донъ-Карлосъ удержаться на высотѣ своего настоящаго образа мыслей, когда онъ вступитъ на престолъ? Король Филиппъ умретъ; Карлосъ станетъ во главѣ могущественнѣйшаго изъ христіанскихъ царствъ. Необозримая пропасть отдѣлитъ его отъ обыкновенныхъ смертныхъ. Знаетъ ли онъ, какимъ искушеніямъ подвергаются неограниченные правители? Поза даетъ такія же предостереженія Карлосу, какъ въ "Аталіи" Расина первосвященникъ Жоадъ юному царевичу, котораго онъ спасъ отъ смерти и тайно воспиталъ, готовя въ немъ преемника престола. Шиллеръ, повидимому, вдохновился этой сценой въ трагедіи Расина, и создалъ совершенно аналогичную ей ситуацію между Карлосомъ и Позой (Д, I, явл. IX), съ тою разницей, конечно, что Карлосъ уже не дитя, какъ Жоасъ (въ "Аталіи"), a 23-лѣтній юноша, и что его "наставникъ" всего на два года его старше и представляется одновременно его другомъ и товарищемъ. Какъ бы то ни было, друзья договорились; они ударили по рукамъ; союзъ заключенъ и Карлосъ долженъ быть исполнителемъ высокихъ предначертаній Позы. И тутъ послѣдовала неожиданная "измѣна" маркиза: знаменитая сцена его съ королемъ Филиппомъ II, представляющаяся самымъ яркимъ эпизодомъ въ драмѣ Шиллера, оказывается въ противорѣчіи съ основнымъ характеромъ маркиза, съ его первоначальными планами, съ его союзомъ дружбы, только что заключеннымъ съ донъ Карлосомъ! Возможно ли допустить такую непослѣдовательность, такое внезапное ослѣпленіе y человѣка, который, призванный Филиппомъ, шелъ къ нему на аудіенцію съ улыбкой недовѣрія на устахъ, объясняя требованіе короля простымъ любопытствомъ и жалѣя о потраченныхъ минутахъ: "жизнь такъ коротка". Большинство критиковъ считаютъ внезапный поворотъ въ настроеніи маркиза Позы, неожиданное довѣріе, которое онъ выказываетъ королю -- фактомъ невѣроятнымъ. Противъ этого трудно спорить и самооправданіе Шиллера (въ его "Письмахъ") не убѣдительно. Однако и невѣроятное не есть абсолютно невозможное, и логическая непослѣдовательность поступка Позы не представляется намъ психологически немыслимой. Шиллеръ обставилъ этотъ переходъ маркиза отъ Карлоса къ королю достаточными поясненіями, которыя, не оправдывая вполнѣ поступка маркиза, все же служатъ къ раскрытію психологической возможности его временной "измѣны" своему другу. A какія выгоды авторъ извлекъ изъ этой капитальной сцены Филиппа съ Позой -- для характеристики короля, для проясненія идеаловъ Позы, для раскрытія, вообще, міросозерцанія, котораго основной чертой является забота о благѣ всѣхъ людей,-- все это настолько очевидно, что мы могли бы помириться и съ еще большими натяжками въ ситуаціи, давшей поводъ Шиллеру высказать съ такою яркостью свои задушевныя думы. Существеннѣе упреки, направленные противъ двухъ послѣднихъ дѣйствій, гдѣ нить интриги дѣйствительно запутана до нельзя, и самопожертвованіе Позы въ видѣ искупленія за свой проступокъ передъ другомъ, таинственное свиданіе Карлоса съ королевой, гдѣ вплетаются отзвуки сцены съ тѣнью короля въ "Гамлетѣ" Шекспира, заключительная сцена съ великимъ инквизиторомъ, заимствованная изъ повѣсти Сенъ Реаля, но разработанная подъ вліяніемъ Лессинга.-- Весь этотъ финалъ трагедіи, сведенной на "нѣтъ", нѣсколько туманенъ и представляетъ рядъ формальныхъ недочетовъ, которые болѣе или менѣе общепризнаны. Но, конечно, не въ нихъ суть дѣла: по своему внутреннему значенію,-- для довершенія характеристики главныхъ дѣйствующихъ лицъ и картины эпохи, въ которой утопія маркиза Позы могла лишь промелькнуть, какъ смутное предвидѣніе далекаго будущаго, закрытаго завѣсой тяжелаго настоящаго,-- нужны были и добровольное самопожертвованіе Позы, и рѣзкій поворотъ назадъ Филиппа, и приговоръ надъ Карлосомъ, и даже появленіе великаго инквизитора -- "этого слѣпца" ,служащаго символомъ упорнаго отказа поборниковъ "желѣзнаго жезла правителей" -- вѣрить въ возможный и дѣйствительно наступившій въ Европѣ, въ эпоху Шиллера, восходъ зари "свободы просвѣщенной".
   Сопоставляя сцену Саладина съ рыцаремъ въ "Натанѣ" Лессинга со сценою между Позой и Филиппомъ y Шиллера, Миноръ указываетъ, что съ точки зрѣнія чисто драматической обѣ онѣ представляются какъ бы излишними: "въ одномъ случаѣ сцена превращается въ канцелярію, въ другомъ театръ становится парламентомъ". Онъ объясняетъ ихъ возникновеніе тѣмъ обстоятельствомъ, что авторы, т. е. Лессингъ и Шиллеръ, временно отстранились отъ театра: Лессингъ весь отдался изученію богословія и создалъ "Натана" подъ впечатлѣніемъ своихъ книжныхъ занятій; Шиллеръ, разойдясь съ Дальбергомъ, также временно удалился отъ непосредственнаго отношенія къ театру, и только этимъ, по мнѣнію Минора, объясняется, что онъ "прервалъ естественный ходъ дѣйствія и пожертвовалъ имъ для того, чтобы отдаться своему энтузіазму къ высокимъ идеямъ просвѣщеннаго вѣка" (571). Тотъ же Шиллеръ, однако, высказалъ упрекъ Лессингу, что въ "Натанѣ" онъ забылъ наставленія своей "Драматургіи": драматическій писатель, какъ училъ Лессингъ, не долженъ пользоваться формой трагедіи ни для какой иной посторонней цѣли. Лессингъ не соблюлъ этого правила въ "Натанѣ", но и Шиллеръ, какъ оказалось, въ равной мѣрѣ погрѣшилъ въ "Донъ Карлосѣ" противъ задачъ чистаго искусства: упрекъ "Натану" являлся косвеннымъ упрекомъ и противъ его собственнаго произведенія. Шиллеръ это почувствовалъ и потихоньку вычеркнулъ свое возраженіе Лессингу, которое онъ сперва помѣстилъ въ "Таліи", въ видѣ подстрочнаго примѣчанія ко второму акту "Донъ Карлоса". Въ то же время Шиллеръ настаивалъ на томъ соображеніи, что его драма не предназначена для театра {Въ первой редакціи двухъ первыхъ дѣйствій ея, обнародованныхъ въ "Таліи", въ одномъ первомъ актѣ свыше четырехъ тысячъ стиховъ. Дѣйствительно, такая пьеса не годилась для сцены. Въ изданіи 1785 года Шиллеръ впервые нашелъ подходящее опредѣленіе для своего произведенія -- "драматическая поэма" (dramatischo Dichtung).}. Онъ возстаетъ противъ ограниченій, налагаемыхъ внѣшними условіями сценическаго представленія, и видитъ задачу поэта въ томъ лишь, чтобы достичь высшаго воздѣйствія, которое только можно себѣ представить. Если это "высшее воздѣйствіе" достижимо въ предѣлахъ даннаго рода литературы, то требованія относительнаго и абсолютнаго совершенства совпадаютъ: Если-же однимъ (изъ этихъ категорій) надо пожертвовать, то жертва родомъ -- наименьшая. И Шиллеръ смѣло пожертвовалъ "родомъ", a также пожертвовалъ и нѣкоторыми требованіями формы и, наперекоръ девизу классическаго искусства, по которому форма и содержаніе представляются какъ бы неотдѣлимыми, онъ отдалъ перевѣсъ содержанію, повидимому усумнился въ возможности абсолютнаго совершенства формы, которая всегда является лишь условнымъ и неполнымъ выраженіемъ внутренняго содержанія. Въ одной сценѣ изъ "Донъ Карлоса", впослѣдствіи выпущенной авторомъ, Шиллеръ помѣстилъ слѣдующія строки:
  
             Schlimm, das der Gedanke
             Erst in die Elemente trokner Silben
             Zersplittern muss, die Seele zum Gerippe
             Verdorren muss, derSeelezu erscheinen {*}.
   {* Дурно, что мысль сначала должна распасться на сухіе слоги, a душа должна высохнуть въ скелетъ, чтобы предстать предъ душою.}
  
   Это замѣчаніе весьма подходитъ и къ внѣшней исторіи произведенія поэта, въ которомъ думы, чувства и настроенія зарождались съ такой интенсивностью, что не укладывались въ "сухіе слоги", изъ которыхъ составляются слова, не поддавались "расчлененію" для того, чтобы найти себѣ подходящее выраженіе. Такъ Лермонтовъ юношей писалъ:
  
             Холодной буквой трудно объяснить
             Боренье думъ.
  
   Шиллеръ одинъ изъ первыхъ поэтовъ новѣйшей эпохи ощутилъ этотъ разладъ между формой и содержаніемъ, которое не умѣщалось въ опредѣленныя рамки. Онъ былъ иниціаторомъ новой формы драмы и стремился подчинить форму содержанію, но не достигъ законченности формы потому, что содержаніе представлялось слишкомъ живымъ, колеблющимся, захватывающимъ сокровенныя думы и чувства поэта, который хотѣлъ бы "сказаться безъ словъ" и не могъ сразу обнять все сложное содержаніе, которое въ немъ накоплялось по мѣрѣ того, какъ онъ вдумывался въ намѣченный сюжетъ.
   Мы назвали исторію возникновенія "Донъ Карлоса" поучительной: дѣйствительно она представляется таковой, если принять во вниманіе тотъ процессъ ассоціаціи мыслей, которыя постепенно возникали въ авторѣ, наперекоръ его первоначальному желанію ограничить свою задачу. Не слѣдуетъ упускать изъ виду, что стройная законченность французскихъ классическихъ трагедій, на которыя Виландъ указывалъ какъ на образцы, достойные подражанія, въ значительной мѣрѣ была обусловлена тѣмъ, что изображались отдѣльныя чувства, одна страсть, одинъ душевный кризисъ, одна борьба двухъ противоположныхъ стремленій. Такое выдѣленіе отдѣльныхъ моментовъ психической жизни человѣка во многомъ облегчало задачу поэта для достиженія искомой гармоніи формы и содержанія, при наивозможной полнотѣ и совершенствѣ формы. Простыя чувства выражались проще. Но законно ли такое расчлененіе внутренней жизни человѣка? Вправѣ ли мы останавливаться лишь на разсмотрѣніи изолированныхъ чувствъ? Гдѣ грань между индивидуальной жизнью и областью общественныхъ интересовъ? Мы видѣли, что Шиллеръ сперва попробовалъ установить эту грань и хотѣлъ представить "семейную картину" безъ политики. Однако, обойти вопросы общественности ему не удалось: жизнь каждаго отдѣльнаго человѣка представилась ему въ слишкомъ тѣсной связи съ условіями общественной организаціи и образъ дѣйствія каждаго лица въ зависимости отъ того или другого усвоеннаго имъ міросозерцанія. Изображеніе отдѣльныхъ чувствъ приводило къ раскрытію основныхъ принциповъ, которыми человѣкъ руководствуется въ жизни; "семейная картина" неизбѣжно, съ точки зрѣнія Шиллера, должна была обратиться въ общую картину эпохи, и прошлое рисовалось въ борьбѣ съ настоящимъ, которое было озарено просвѣтами на будущее. Пожертвовавъ "классической", но все же условной законченностью формы, Шиллеръ раскрылъ намъ то высшее, идеальное содержаніе духовной жизни человѣка, которое безконечно по своей сущности и приводитъ къ основнымъ проблемамъ добра и правды.

Ѳ. Батюшковъ.

 []

  

 []

  

Донъ-Карлосъ, инфантъ Испанскій.

ДРАМАТИЧЕСКОЕ СТИХОТВОРЕНІЕ.

  

Дѣйствующія лица.

  
   Филиппъ II, король испанскій.
   Елизавета Валуа, его супруга.
   Донъ-Карлосъ, наслѣдный принцъ.
   Александръ Фариезе, принцъ пармскій, племянникъ короля.
   Инфанта Клара Евгенія, трехлѣтнее дитя.
   Герцогиня Оливарецъ, оберъ-гофмейстер.
  
   Маркиза Мондекаръ, |
   ПринцессаЭболи } дамы королевы.
   Принцесса Фуэнтесъ, |
  
   Маркизъ Позa, мальтійскій кавалеръ. |
   Герцогъ Адьба, |
   Графъ Лерма, полковникъ лейбъ-гвардіи } Испанскіе
   Герцогъ Феріа, кавалеръ золотого руна. } гранды.
   Герцогъ Медина Сидонія, адмиралъ |
   Донъ-Раймондъ Таксисъ, оберъ-почтмейстеръ. |
  
   Доминго, духовникъ короля.
   Великій инквизиторъ королевства.
   Пріоръ картезіанскаго монастыря.
   Пажъ королевы.
   Донъ-Людовико Меркадо, лейбъ-медикъ кородевы.
   Дамы и гранды.
   Пажи.
   Офицеры.
   Лейбъ-гвардія.
   Разныя лица, безъ рѣчей.

 []

  

 []

  

ПЕРВОЕ ДѢЙСТВІЕ.

Королевскій садъ въ Аранжуэцѣ.

ПЕРВЫЙ ВЫХОДЪ.

Кaрлосъ. Доминго.

                                           Доминго.
  
                       Вотъ и къ концу приходятъ дни веселья
                       Въ Аранжуэцѣ. Вы жъ, свѣтлѣйшій принцъ,
                       Не веселѣе разстаетесь съ нимъ.
                       Мы, кажется, здѣсь пробыли напрасно.
                       Прервите ваше странное молчанье,
                       Откройте грудь родительской груди.
                       Принцъ, нѣтъ цѣны, которою бъ король
                       Не искупилъ сыновняго покоя.

(Карлосъ, потупивъ взоръ, молчитъ).

                       Принцъ, есть ли хоть одно y васъ желанье,
                       Въ которое не вслушалось 6ы небо?
                       Я былъ при томъ, когда въ стѣнахъ Толедо
                       Нашъ гордый Карлъ присягу принималъ;
                       Когда князья къ его рукѣ толпились,
                       И шесть державъ къ его стопамъ священнымъ
                       Приникли разомъ; я стоялъ и видѣлъ,
                       Какъ гордая въ лицѣ играла кровь,
                       Какъ грудь отъ царскихъ помысловъ вздымалась.
                       Какъ упоенный взглядъ собранье облеталъ,
                       Блистая радостью... Принцъ, этотъ взглядъ
                       Намъ говорилъ: "я насыщенъ!"

(Карлосъ отворачивается).

                                                               Принцъ, эта
                       Торжественная, тихая печаль,
                       Которую съ прискорбіемъ читаемъ
                       Мы восемь мѣсяцевъ во взорѣ вашемъ --
                       Загадка цѣлаго двора, тоска
                       Испаніи -- ужъ стоила довольно
                       Ночей безсонныхъ нашему монарху,
                       Слезъ королевѣ-матери, мой принцъ...
  
                                 Карлосъ (быстро отворачивается).
  
                       Мать! Боже! дай мнѣ силъ простить тому,
                       Кто далъ ее мнѣ въ матери!
  
                                           Доминго.
  
                                                     Мой принцъ!
  
                                 Кaрлосъ (схватившись, третъ рукою лобъ).
  
                       Святой отецъ!-- я, право, такъ несчастливъ
                       Своими матерями. Первымъ дѣломъ
                       Моимъ, едва на свѣтъ родился,-- было
                       Убійство матери.
  
                                           Доминго.
  
                                           Возможно ль, принцъ?
                       Такой упрекъ терзаетъ вашу совѣсть?
  
                                           Карлосъ.
  
                       A эта мать -- не стоила ли мнѣ
                       Любви отцовской? Мой отецъ, король,
                       И безъ того едва любилъ меня,
                       Хоть y него единственный я сынъ.
                       Ей Богъ далъ дочь... Кто знаетъ, что еще
                       На днѣ временъ таинственно хранится?
  
                                           Доминго.
  
                       Вамъ надо мной шутить угодно, принцъ?
                       Какъ? вся Испанія боготворитъ
                       Свою владычицу, a вамъ однимъ
                       Ее угодно ненавидѣть, передъ нею
                       Внимать разсудка наущеніямъ? Какъ, принцъ?
                       Прекраснѣйшая женщина на свѣтѣ
                       И королева... и когда-то ваша
                       Невѣста, принцъ... невѣроятно! нѣтъ!
                       Гдѣ любятъ всѣ, тамъ Карлъ не ненавидитъ;
                       Такъ странно самъ себѣ противорѣчить
                       Не станетъ Карлосъ. Берегитесь, принцъ,
                       Чтобы она объ этомъ не узнала:
                       Вѣсть примутъ горько.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Право?
  
                                           Доминго.
  
                                                               Если,
                       Свѣтлѣйшій принцъ, не позабыли вы
                       Послѣдняго турнира въ Сарагоссѣ,
                       Гдѣ нашъ король еще слегка былъ раненъ...
                       Съ своими дамами сидѣла королева
                       На средней изъ трибунъ дворцовыхъ, битвой
                       Любуясь. Вдругъ кричатъ: "король въ крови!"
                       Тутъ все засуетилось; бурный шопотъ
                       Бѣжитъ въ рядахъ и, наконецъ, доходитъ
                       До королевы. "Принцъ?" кричитъ она --
                       И хочетъ броситься съ высокаго балкона.
                       "Нѣтъ, самъ король!" ей отвѣчаютъ: "Ну,
                       Такъ докторовъ позвать скорѣй!* сказала
                       Она, переводя дыханье.

(Послѣ нѣкотораго молчанія).

                                                     Вы
                       Задумались о чемъ-то?
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Удивляюсь
                       Веселому духовнику монарха.
                       Какъ ловокъ онъ въ затѣйливыхъ разсказахъ!

(Серьезно и мрачно).

                       Но я всегда слыхалъ, что здѣсь на свѣтѣ
                       Разносчики и продавцы вѣстей
                       Зла болѣе творили, чѣмъ отрава
                       И ножъ въ рукахъ убійцъ. Святой отецъ,
                       Напрасно только вы трудились: если
                       Вы ждете благодарности -- ступайте
                       Къ его величеству.
  
                                           Доминго.
  
                                           Свѣтлѣйшій принцъ,
                       Я васъ хвалю за то, что осторожно
                       Изволите съ людьми вы обходиться.
                       Но различать людей умѣйте также:
                       Не оттолкните друга вмѣстѣ съ лицемѣромъ;
                       Я вамъ добра желаю.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Берегитесь,
                       Чтобъ мой отецъ объ этомъ не провѣдалъ:
                       Тогда проститесь съ мантіей.
  
                                 Доминго (озадаченный).
  
                                                               Какъ такъ?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Да такъ. Не обѣщалъ ли мой отецъ
                       Вамъ мантіи при первой же раздачѣ?
  
                                           Доминго.
  
                       Вамъ надо мной шутить угодно, принцъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Да сохранитъ меня Отецъ небесный,
                       Чтобы шутить я сталъ надъ человѣкомъ,
                       Который къ лику праведныхъ причислить
                       И осудить монарха властенъ!
  
                                           Доминго.
  
  
                                                     Принцъ,
                       Не смѣю я изслѣдовать причины
                       Печали вашей; но прошу припомнить --
                       Какой бы грѣхъ ни легъ пятномъ на совѣсть,
                       Прибѣжище найдется въ церкви; даже
                       И y монарховъ нѣтъ къ нему ключей.
                       Преступникамъ, и тѣмъ святая церковь
                       Даруетъ отпущенье... Принцъ, меня
                       Вы поняли?.. я больше не скажу...
  
                                           Карлосъ.
  
                       Нѣтъ, я далекъ отъ мысли искушать
                       Хранителя такого блага.
  
                                           Доминго.
  
                                                     Принцъ,
                       Такая недовѣрчивость... Слугу...
                       Такъ обижать вѣрнѣйшаго слугу.
  
                                 Карлосъ (беретъ его за руку).
  
                       Ужъ отступитесь лучше отъ меня.
                       Вы человѣкъ святой -- то знаетъ свѣтъ;
                       Но вотъ въ чемъ дѣло: для меня вы слишкомъ
                       Ужъ заняты. Вашъ путь, святой отецъ,
                       Великъ, тернистъ, пока вамъ не удастся
                       Сѣсть на престолъ Петра. A много знать
                       Вамъ вредно. Потрудитесь передать
                       Все это королю, который васъ
                       Прислалъ сюда.
  
                                           Доминго.
  
                                           Меня прислалъ сюда?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Да, васъ прислалъ. О! знаю, вѣрно знаю,
                       Что я ужъ преданъ при дворѣ испанскомъ;
                       Что сотни глазъ подкуплены стеречь
                       Меня; я знаю, что король Филиппъ
                       Готовъ продать единственнаго сына
                       Послѣднему рабу; что платитъ онъ
                       За каждый слогъ, за пойманное слово
                       Доносчикамъ -- по-царски платитъ онъ.
                       Я знаю... О, ни слова! Будетъ! Сердце
                       Мое полно, a я и то сказалъ
                       Ужъ много лишняго.
  
                                           Доминго.
  
  
                                                     Король намѣренъ
                       До вечера сегодня быть въ Мадритѣ.
                       Дворъ собранъ весь. Позволите ль вы мнѣ,
                       Принцъ...
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Хорошо, я не замедлю.

(Доминго уходитъ. Послѣ нѣкотораго молчанія).

                                                                         Жалкій
                       Филиппъ! какъ сынъ твой, бѣденъ ты и жалокъ!
                       Ужъ вижу я, какъ ядовитымъ жаломъ
                       Къ тебѣ во грудь впилося подозрѣнье;
                       Твое предвѣдѣнье перегнало
                       Несчастное открытье -- и ужасенъ,
                       И страшенъ будешь ты, когда откроешь.
  

ВТОРОЙ ВЫХОДЪ.

Карлосъ. Маркизъ Поза.

                                           Карлосъ.
  
                       Кто тамъ? Что вижу я?.. Ахъ, Боже мой!
                       Родриго!
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Карлосъ!
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Не мечта ли это?
                       Не сонъ ли? правда ль? ты ли это точно?
                       О! это ты! Я къ сердцу жму тебя
                       И чувствую, какъ мощно сердце бьется;
                       Теперь опять все хорошо, свѣтло.
                       Въ одномъ такомъ объятьи заживаетъ
                       Моя душа больная. Мой Родриго
                       Опять со мною!
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Ваше сердце, ваша
                       Душа больная, принцъ? И что опять
                       Такъ хорошо, свѣтло? И что жъ могло
                       Такъ къ лучшему для васъ перемѣниться?
                       Я, признаюсь вамъ, крайне изумленъ...
  
                                           Карлосъ.
  
                       Ты какъ сюда изъ Брюсселя, скажи?
                       Кого за это мнѣ благодарить?
                       Кого? какъ будто я не знаю? О!
                       Прости счастливцу, непонятный Промыслъ,
                       Прости безумное богохуленье!
                       Кого жъ, кого жъ, какъ не Тебя? Ты зналъ,
                       Что Карлосъ здѣсь безъ ангела, одинъ --
                       И вотъ его ко мнѣ Ты посылаешь!
                       A я еще дерзаю спрашивать!
  
                                           Маркизъ.
  
                       Простите принцъ, когда на вашъ восторгъ
                       Отвѣчу я вамъ только удивленьемъ.
                       Нѣтъ, не такимъ я думалъ встрѣтить сына
                       Филиппа Нѣтъ! Болѣзненный румянецъ
                       Горитъ на блѣдныхъ, испитыхъ щекахъ,
                       A губы лихорадочно дрожатъ.
                       Что съ вами, принцъ? Нѣтъ, то не юноша
                       Съ отвагой львиной, передъ нимъ посолъ
                       Народа угнетеннаго героевъ;
                       Не прежній съ вами говоритъ Родриго,
                       Не школьный другъ ребячьихъ игръ Карлоса --
                       Посланникъ человѣчества предъ вами:
                       То Фландрія въ объятьяхъ вашихъ плачетъ
                       И васъ зоветъ на подвигъ избавленья!
                       Пропали ваши земли, если Альба,
                       Слѣпой палачъ слѣпого фанатизма,
                       Мечомъ ворота Брюсселя отворитъ.
                       На внукѣ Карла Пятаго почіетъ
                       Всѣхъ этихъ странъ послѣдняя надежда.
                       Онѣ погибли, если ваше сердце
                       За человѣчество отвыкло биться.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Онѣ погибли.
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Боже! что я слышу?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Ты говоришь о временахъ минувшихъ,
                       И я вѣдь объ иномъ мечталъ Карлосѣ,
                       Котораго -- при мысли о свободѣ --
                       Бросало въ жаръ... Онъ умеръ, схороненъ.
                       Не тотъ уже Карлосъ, не тотъ, съ которымъ
                       Въ Алькалѣ нѣкогда разстался ты
                       Не тотъ, который грезилъ вдохновенно,
                       У самаго Творца отнявши рай,
                       Его здѣсь водворить, какъ самодержецъ.
                       То былъ лишь дѣтскій бредъ, но какъ прекрасенъ!
                       Умчались грезы.
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Грезы, принцъ? Такъ это
                       Лишь грезы были, грезы?
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Дай мнѣ плакать,
                       Дай на груди твоей, мой другъ единый,
                       Всю горечь сердца своего излить.
                       Нѣтъ y меня вѣдь никого, нигдѣ,
                       Въ большомъ широкомъ мірѣ никого,--
                       Доколѣ тянется отца держава,
                       Доколь судовъ испанскихъ видны флаги,--
                       Нѣтъ уголка, нигдѣ мѣстечка нѣтъ,
                       Гдѣ бъ могъ я волю дать своимъ слезамъ.
                       О, всѣмъ святымъ тебя я заклинаю --
                       Не оттолкни меня!
  
                                           МАРКИЗЪ
                       (наклоняется надъ нимъ съ невыразимою нѣжностью).
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Представь себѣ,
                       Что словно сироту меня ты встрѣтилъ
                       И сострадательно призрѣлъ y трона.
                       Вѣдь я не знаю, что отцемъ зовется.
                       Я -- царскій сынъ... О! если правда то,
                       Что говоритъ мнѣ сердце; если ты
                       Изъ милліоновъ созданъ, чтобъ понять
                       Меня; о, если правда, что природа
                       Родриго въ Карлѣ чудно повторила
                       И нашихъ душъ невидимыя струны
                       На утрѣ дней настроила равно;
                       Когда моя слеза тебѣ дороже
                       Всѣхъ милостей отцовскихъ...
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     О! дороже,
                       Чѣмъ цѣлый свѣтъ!
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Такъ глубоко я палъ,
                       Такъ бѣденъ сталъ, что я хочу напомнить
                       Тебѣ о нашемъ дѣтствѣ... что я долженъ
                       Просить тебя мнѣ заплатить долги,
                       Что ты еще въ матросскомъ платьѣ сдѣлалъ,
                       Когда мы оба, рѣзвые ребята,
                       Такъ дружно братьями росли; когда
                       Всего больнѣй мнѣ было, что твой умъ
                       Такъ обгонялъ меня; когда я, наконецъ,
                       Тебя любить рѣшился безгранично,
                       Затѣмъ что по уму съ тобой сравняться
                       Мнѣ не хватало мужества и силы.
                       Тутъ началъ я и нѣжностью, и лаской,
                       И братскою тебя любовью мучить:
                       Ты гордая душа, ихъ отвергалъ съ презрѣньемъ.
                       Какъ часто я -- но ты того не видѣлъ --
                       Какъ часто я стоялъ и слезъ потоки,
                       Слезъ жгучихъ, горькихъ втихомолку лилъ,
                       Когда, меня не замѣчая, ты
                       Другихъ дѣтей сжималъ въ своихъ объятьяхъ.
                       "За что же ихъ однихъ?" взывалъ я, плача:
                       "Не также ль я люблю тебя?" Но ты,
                       Ты холодно и важно предо мною
                       Колѣна преклонялъ; ты говорилъ:
                       "Вотъ дань, приличная испанскому инфанту!"
  
                                           Маркизъ.
  
                       Довольно, принцъ, объ этихъ похожденьяхъ;
                       Они теперь приводятъ меня въ краску.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Я не заслужилъ того. Терзать,
                       Отвергнуть могъ ты это сердце, только
                       Не удалить его. Три раза ты
                       Отталкивалъ испанскаго инфанта;
                       Три раза онъ, какъ нищій, приходилъ
                       Просить тебя о дружбѣ и любви,
                       И силой полюбить себя заставить.
                       Чего не могъ твой Карлосъ -- сдѣлалъ случай.
                       Случилось разъ, что ты, играя, теткѣ
                       Моей, богемской королевѣ, въ глазъ
                       Попалъ воланомъ. Вдругъ, ей покажись,
                       Что это было сдѣлано въ насмѣшку,--
                       И съ жалобой пошла она къ Филиппу.
                       Всѣмъ намъ немедленно велѣли
                       Собраться и сказать, кто виноватый.
                       Король клянется злобную обиду,
                       Хотя бъ и на своемъ единомъ сынѣ,
                       Ужасно выместить. Тутъ я увидѣлъ,
                       Какъ ты вдали весь блѣдный трепеталъ.
                       Я вышелъ, бросился къ ногамъ Филиппа:
                       "Я это сдѣлалъ! я одинъ виновенъ!
                       На мнѣ одномъ обиду отомсти!"
  
                                           Маркизъ.
  
                       О! полно, полно! принцъ! о чемъ теперь
                       Напомнили вы мнѣ!
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Она была,
                       Передъ лицомъ всей челяди дворцовой,
                       Вокругъ столпившейся въ испугѣ, рабски,
                       Она была отомщена на Карлѣ.
                       Я на тебя взглянулъ -- и не заплакалъ,
                       Отъ боли зубы скрежетали,-- я
                       Не плакалъ. Кровь лилась ручьями,
                       Подъ срамными ударами лилась:
                       Я на тебя взглянулъ -- и не заплакалъ.
                       Тутъ ты пришелъ ко мнѣ, и громко плача,
                       Упалъ къ ногамъ моимъ. "Да, да! вскричалъ ты,
                       Теперь мою ты гордость побѣдилъ.
                       Я заплачу, какъ будешь королемъ!"
  
                                 Маркизъ (подаетъ ему руку).
  
                       И заплачу. Ребяческія клятвы
                       Теперь возобновляю я, какъ мужъ.
                       Я заплачу. И часъ мой бьетъ!
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Теперь,
                       Теперь -- не медли же -- теперь онъ пробилъ,
                       Пришла пора ихъ выкупить тебѣ.
                       Другъ, мнѣ нужна любовь. Ужасной тайной
                       Бушуетъ грудь моя. Я долженъ, долженъ
                       Тебѣ открыться. На твоихъ чертахъ
                       Хочу прочесть свой смертный приговоръ.
                       Узнай же -- ужаснись!... не возражай мнѣ только...
                       Я обожаю мачиху.
  
                                           Маркизъ.
  
                                           О, Боже!
  
                                           Карлосъ.
  
                       Я не прошу пощады! Говори,
                       Скажи, что въ этомъ цѣломъ свѣтѣ нѣтъ
                       Несчастья, равнаго съ моимъ! скажи!
                       Я знаю напередъ, что ты мнѣ скажешь:
                       Сынъ любитъ мать свою! Законы свѣта,
                       Природы связь и римскіе уставы
                       Осудятъ эту страсть. Моя любовь
                       Права отца ужасно оскорбляетъ.
                       Все знаю -- и люблю. Путь этотъ прямо
                       Ведетъ къ безумству, иль къ позорной плахѣ.
                       Люблю порочно, безъ надежды, съ смертной
                       Тоскою и опасностію жизни...
                       Все это вижу и -- люблю!
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     A знаетъ
                       Объ этомъ королева?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Могъ ли я
                       Открыться ей? Она -- жена Филиппа
                       И королева; здѣсь испанскій воздухъ.
                       Хранима строго ревностью отцовской,
                       Окружена придворнымъ этикетомъ --
                       Какъ могъ я съ нею говорить свободно?
                       Ужъ восемь адскихъ мѣсяцевъ, какъ я
                       Филиппомъ вызванъ изъ алькальской школы,
                       Какъ день-деньской я въ пыткѣ здѣсь, смотрю
                       Ей въ очи и молчу, какъ гробы; восемь
                       Ужасныхъ, адскихъ мѣсяцевъ, Родриго,
                       Какъ это пламя разрываетъ сердце,
                       Какъ сто ужъ разъ ужасное признанье
                       Вертится на губахъ, но боязливо,
                       Въ испугѣ, снова уползаетъ въ сердце.
                       О, если бъ я хоть нѣсколько минутъ
                       Наединѣ провесть съ ней могъ, Родриго!
  
                                           Маркизъ.
  
                       A вашъ отецъ?--о немъ вы позабыли?
  
                                           Карлосъ.
  
                       О чемъ ты мнѣ напомнилъ? Говори
                       О всѣхъ ужасныхъ совѣсти мученьяхъ,
                       Но объ отцѣ моемъ не говори!
  
                                           Маркизъ.
  
                       Вы ненавидите его?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Нѣтъ! нѣтъ!
                       Его не ненавижу я; но ужасъ,
                       Но страхъ злодѣя мной овладѣваютъ
                       При этомъ страшномъ имени. Что дѣлать,
                       Когда уже въ груди ребенка рабство
                       Зерно любви безпощадно раздавило?
                       Шесть лѣтъ мнѣ было, какъ впервые грозный
                       Моимъ глазамъ испуганнымъ явился.
                       То было утромъ, какъ въ одинъ присѣстъ
                       Онъ подписалъ пять смертныхъ приговоровъ,
                       A послѣ... я его и видѣлъ только,
                       Когда за шалость штрафъ мнѣ объявляли.
                       О, Боже мой, я становлюся желчнымъ...
                       Прочь, прочь отъ этихъ мѣстъ!
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Нѣтъ, вы должны,
                       Теперь должны открыться, принцъ! Слова
                       Грудь полную чудесно облегчаютъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Какъ часто я съ самимъ собой боролся.
                       Какъ часто въ полночь съ жаркими слезами
                       Бросался ницъ предъ Дѣвой Пресвятою,
                       Молилъ о прежнемъ сердцѣ, о покоѣ:
                       Она мнѣ не внимала. Ахъ, Родриго!
                       Разоблачи мнѣ чудную загадку
                       Небесъ. Зачѣмъ изъ тысячи отцовъ
                       Мнѣ именно вотъ этого отца?
                       Ему же именно такого сына
                       Изъ милліона лучшихъ сыновей?
                       Такихъ враждебныхъ, странныхъ столкновеній
                       Еще не видано во всей природѣ.
                       И какъ она два крайніе конца
                       Всего созданія -- его со мною --
                       Могла сковать такой святою цѣпью?
                       Ужасный, страшный жребій! Для чего
                       Два совершенно разныхъ человѣка
                       Въ одномъ желаньи встрѣтились такъ страшно?
                       Родриго, въ насъ ты видишь два созвѣздья,
                       Всегда враждебныхъ отъ начала міра,
                       Которыя во всемъ своемъ теченьи
                       Лишь разъ одинъ, сойдя съ своихъ орбитъ,
                       Столкнулися другъ съ другомъ, но ужасно,
                       Но разрушительно столкнулись -- и навѣки,
                       Опять навѣки розно потекли.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Я страшную предчувствую минуту.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Я тоже. Будто фуріи, за мною
                       Несутся ужасающіе сны;
                       Въ сомнѣніи мой добрый геній бьется
                       Со злыми мыслями, a бѣдный умъ мой
                       Чрезъ лабиринтъ софизмовъ все ползетъ,
                       Пока не содрогнется на краю
                       Ужасной бездны. Другъ, что если я
                       Отвыкну видѣть въ немъ отца... Родриго,
                       Ты поблѣднѣлъ, ты понялъ мысль мою.
                       Что, если я отвыкну чтить отца,
                       Чѣмъ будетъ мнѣ тогда король?
  
                       Маркизъ (послѣ нѣкотораго молчанія).
  
                                                     Донъ-Карлосъ,
                       Осмѣлюсь ли къ вамъ съ просьбой обратиться?
                       Что бъ вы не захотѣли предпринять,
                       Принцъ, обѣщайте ничего не дѣлать
                       Безъ друга вашего. Не правда ль,
                       Вы обѣщаете мнѣ это?
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Все, все,
                       Что дружба мнѣ твоя ни повелитъ;
                       Я весь въ твои объятія бросаюсь.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Какъ говорятъ, король желаетъ въ городъ
                       Отправиться. Минуты коротки.
                       Когда хотите вы наединѣ
                       Быть съ королевей, это можно только
                       Въ Аранжуэцѣ. Скрытность, тихость мѣста,
                       Непринужденность сельской жизни -- все
                       Благопріятствуетъ...
  
                                           Карлосъ.
  
                                           На то и я
                       Надѣялся; но, ахъ, напрасно!
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Не совсѣмъ.
                       Я къ ней иду представиться сейчасъ.
                       Когда она въ Испаніи все та же,
                       Что и во Франціи была, то я
                       Найду чистосердечье. Если въ взглядѣ
                       Ея прочту я Карлоса надежду,
                       Найду ее къ свиданію готовой,
                       Удастся удалить мнѣ дамъ ея...
  
                                           Карлосъ.
  
                       Онѣ мнѣ всѣ почти благоволятъ,
                       A особливо Мондекаръ; ее
                       Чрезъ сына, что пажемъ теперь мнѣ служитъ,
                       Мнѣ удалось склонить...
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Тѣмъ лучше. Будьте жъ
                       Вблизи вы, принцъ, и только знакъ подамъ я,
                       Немедленно явитесь къ королевѣ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       О да! о да! ступай же поскорѣе!
  
                                           Маркизъ.
  
                       Иду. Итакъ -- до скораго свиданья!

(Оба уходятъ въ разныя стороны).

 []

  

ТРЕТІЙ ВЫХОДЪ.

Половина королевы въ Аранжуэцѣ.

Простой сельскій видъ, съ алеею посрединѣ и сельскимъ домикомъ королевы на заднемъ планѣ.

Королева, герцогиня Оливарецъ, принцесса Эболи и маркиза Мондекаръ приближаются по аллеѣ.

  
                                           Королева (маркизѣ).
  
                       Останьтесь вы со мною, Мондекаръ.
                       Принцессы радостные глазки мучатъ
                       Меня почти все утро. Посмотрите,
                       Она едва свою скрываетъ радость,
                       Что разстается, наконецъ, съ деревней.
  
                                           Эболи.
  
                       Не отпираюсь, королева: я
                       Сердечно рада, что въ Мадритъ мы ѣдемъ.
  
                                           Мондекаръ.
  
                       A вы? вы, государыня? Неужли
                       Съ Аранжуэцомъ трудно такъ разстаться?
  
                                           Королева.
  
                       Съ такимъ прекраснымъ мѣстомъ!о,конечно!
                       Здѣсь я въ своемъ міру. Я мѣсто это
                       Уже давно сердечно полюбила.
                       Здѣсь улыбается природа мнѣ,
                       Подруга юности моей безпечной.
                       Здѣсь я какъ будто дѣтство отыскала,
                       И воздухъ Франціи моей здѣсь вѣетъ.
                       Такъ не пеняйте жъ на меня. Насъ всѣхъ
                       Влечетъ къ отчизнѣ сердце.
  
                                           Эболи.
  
                                                     Но какъ пусто,
                       Какъ мертво, какъ печально все здѣсь. Точно
                       Какъ y трапистовъ.
  
                                           Королева.
  
                                           О, скорѣй напротивъ,
                       Скорѣй въ Мадритѣ мертво все. Но что
                       На это скажетъ наша герцогиня?
  
                                           Оливарецъ.
  
                       Я, государыня?-- я полагаю,
                       Что ужъ таковъ обычай: мѣсяцъ мы
                       Проводимъ здѣсь, въ Пардо другой, a зиму
                       Въ Мадритѣ; такъ заведено съ тѣхъ поръ,
                       Какъ короли на тронъ испанскій сѣли.
  
                                           Королева.
  
                       Да, это знаете вы, герцогиня;
                       Давно я съ вами перестала спорить.
  
                                           Мондекаръ.
  
                       И нынче будетъ весело въ Мадритѣ:
                       Къ боямъ быковъ ужъ площадь снаряжать
                       Тамъ стали; a потомъ ауто-да-фе
                       Намъ обѣщаютъ.
  
                                           Королева.
  
                                           Обѣщаютъ? Это
                       Отъ кроткой Мондекаръ я слышу?
  
                                           Мондекаръ.
  
                                                               Что жъ?
                       Вѣдь сжигаютъ злыхъ еретиковъ!
  
                                           Королева.
  
                       Надѣюсь, Эболи другого мнѣнья?
  
                                           Эболи.
  
                       Осмѣлюся просить васъ, королева,
                       Меня считать такою жъ христіанкой,
                       Какъ и маркизу Мондекаръ.
  
                                           Королева.
  
                                                     Ахъ! я
                       Забыла, гдѣ я. Перемѣнимъ рѣчь.
                       Мы о деревнѣ говорили. Мѣсяцъ,
                       По моему, протекъ ужъ слишкомъ скоро.
                       Я отъ него ждала такъ много счастья,
                       Такъ много радостей -- и не нашла,
                       Чего надѣялась и ожидала.
                       Быть можетъ, такъ и всѣ мои надежды,
                       Какъ грезы сна, не сбудутся, растаютъ!
  
                                           Оливарецъ.
  
                       Принцесса Эболи, что вы замолкли,
                       Не скажете -- надѣется ли Гомецъ?
                       Когда поздравимъ васъ его невѣстой?
  
                                           Королева.
  
                       Да, хорошо, что вы мнѣ, герцогиня,
                       Напомнили. (Принцессѣ). Меня просили слово
                       У васъ о Гомецѣ замолвить. Только
                       Могу ль я это? Человѣкъ, кого
                       Своею Эболи я награждаю,
                       Быть долженъ рѣдкимъ человѣкомъ.
  
                                           Оливарецъ.
  
                                                               Ваше
                       Величество, онъ точно рѣдкій, очень
                       Достойный, добрый человѣкъ. Его
                       Самъ славный нашъ король, какъ всѣмъ извѣстно,
                       Своей монаршей милостью счастливитъ.
  
                                           Королева.
  
                       И этимъ точно счастливъ онъ; но мы
                       Желали бъ знать, способенъ ли любить онъ
                       И можетъ ли заслуживать любовь?
  
                       Эболи (стоитъ молча, въ смущеніи, потупивъ
                       глаза, наконецъ бросается къ ногамъ королевы).
  
                       О, королева, сжальтесь надо мною!
                       Не допустите -- ради всѣхъ святыхъ --
                       Не допустите вы меня быть жертвой!
  
                                           Королева.
  
                       Быть жертвой? Этого довольно. Встаньте.
                       Быть жертвою мучительно и страшно.
                       Я вѣрю вамъ, принцесса. Встаньте, встаньте!
                       Давно ли графу отказали вы?
  
                                           Эболи (встаетъ).
  
                       О, ужъ давно! Принцъ Карлосъ былъ еще
                       Въ Алькалѣ.
  
                       Королева (вздрагиваетъ и пристально на нее смотритъ).
  
                                 Но спросили ль вы себя,
                       Что за причины были?
  
                                 Эволи (съ нѣкоторымъ жаромъ).
  
                                                     Никогда
                       То не могло случиться, королева,
                       По тысячѣ причинамъ, никогда!
  
                                 Королева (очень серьезно).
  
                       Одной уже довольно мнѣ: вамъ онъ
                       Не нравится. Оставимъ это.
                                 (Къ другимъ дамамъ).
                                                     Я
                       Еще инфанты нынче не видала.
                       Маркиза, принесите мнѣ ее.
  
                                 Оливарецъ (смотритъ на часы).
  
                       Еще не время: рано, королева.
  
                                           Королева.
  
                       Еще не время матерью мнѣ быть?
                       Но это странно! Не забудьте жъ мнѣ
                       Сказать, когда оно придетъ.

(Входитъ пажъ и тихо говоритъ съ оберъ-гофмейстериной, которая потомъ обращается къ королевѣ).

  
                                           Оливарецъ.
  
                                                     Маркизъ
                       Де-Поза, королева.
  
                                           Королева.
  
                                           Поза?
  
                                           Оливарецъ.
  
                                                     Онъ
                       Изъ Франціи и Нидерландовъ только
                       Пріѣхалъ и имѣть желаетъ счастье
                       Отъ королевы-матери вамъ письма
                       Вручить.
  
                                           Королева.
  
                                 Позволено ли это?
  
                                 Оливарецъ (въ нерѣшимости).
  
                                                     Право,
                       Я и сама не знаю. Въ предписаньи
                       Моемъ не упомянуто того,
                       Что грандъ кастильскій лично можетъ письма
                       Отъ иностраннаго двора вручать
                       Испанской королевѣ -- и въ саду.
  
                                           Королева.
  
                       Такъ я приму ужъ это на свою
                       Отвѣтственность.
  
                                           Оливарецъ.
  
                                           A мнѣ, позвольте, ваше
                       Величество, покуда удалиться.
  
                                           Королева.
  
                       О! все что вамъ угодно, герцогиня.

(Герцогиня уходитъ, a королева даетъ знакъ пажу, который тотчасъ же удаляется).

  

ЧЕТВЕРТЫЙ ВЫХОДЪ.

Королева. Принцесса Эболи. Маркиза Мондекаръ. Маркизъ Поза.

                                           Королева.
  
                       Я рада, что васъ вижу, кавалеръ,
                       Въ Испаніи.
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Которой никогда
                       Еще такъ не гордился я, какъ нынче.
  
                                 Королева (обращается къ дамамъ).
  
                       Маркизъ де-Поза, что на реймскихъ играхъ
                       Съ моимъ отцомъ сломалъ копье и трижды
                       Мой цвѣтъ побѣдой полною прославилъ.
                       Онъ первый изъ испанцевъ научилъ
                       Меня вполнѣ гордиться честью -- быть
                       Испанской королевой (Маркизу). Въ Луврѣ вы,
                       Маркизъ, со мной прощаясь, вѣроятно,
                       Не думали, что гостемъ y меня
                       Здѣсь будете въ Кастиліи?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Нѣтъ, ваше
                       Величество, не думалъ. Я не думалъ
                       Еще тогда, что Франція одно,
                       Въ чемъ мы завидовали ей, уступитъ
                       Испаніи.
  
                                           Королева.
  
                                 О, какъ вы горды! какъ?
                       Одно? И это дочери -- принцессѣ
                       Изъ дома Валуа?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Теперь, ваше
                       Величество, могу вамъ откровенно
                       Сознаться въ томъ -- теперь, когда вы наша.
  
                                           Королева.
  
                       Вашъ путь,маркизъ какъ слышала -- лежалъ
                       Чрезъ Францію.-- Что мнѣ вы привезли
                       Отъ королевы-матери и братьевъ?
  
                                 Маркизъ (передаетъ ей письма).
  
                       Я королеву-мать нашелъ больною,
                       Съ одной надеждой въ сердцѣ -- видѣть дочь
                       Свою счастливой на испанскомъ тронѣ.
  
                                           Королева.
  
                       И какъ не быть счастливой ей, когда
                       Ее такъ любятъ горячо родные?
                       Когда воспоминанье... Вы такъ много
                       Дворовъ, маркизъ, проѣздомъ посѣтили,
                       Такъ много странъ, обычаевъ узнали --
                       И вотъ теперь, какъ говорятъ, хотите
                       На родинѣ жить только для себя?
                       Подъ мирной кровлею своей -- свободнѣй,
                       Чѣмъ самъ Филиппъ на тронѣ королевскомъ..
                       Свободный человѣкъ! философъ! Только
                       Едва ль Мадритъ придется вамъ по нраву.
                       У насъ -- такъ тихо, скромно все въ Мадритѣ.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Да, да, поэтому не всѣ въ Европѣ
                       Теперь порадоваться могутъ.
  
                                           Королева.
  
                                                     Да,
                       Я тоже слышала, хоть разучилась
                       Слѣдить за тѣмъ, что дѣется на свѣтѣ;
                       Не помню даже и того, что было.

(Принцессѣ Эболи).

                       Мнѣ кажется, принцесса, тамъ -- я вижу --
                       Расцвѣлъ тюльпанъ. Сорвите мнѣ его.

(Принцесса отходитъ къ цвѣтнику. Королева немного тише -- маркизу)

                       Когда не ошибаюсь, кавалеръ,
                       Своимъ пріѣздомъ вы обогатили
                       Нашъ дворъ однимъ счастливцемъ?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               Я нашелъ
                       Несчастнаго, кого на этомъ свѣтѣ
                       Одна лишь радость можетъ...
  
                       Эболи (возвращается съ цвѣткомъ).
  
                                                     Кавалеръ,
                       Когда такъ много видѣли вы странъ,
                       То, вѣрно, кое-что y васъ найдется
                       Намъ разсказать?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Конечно, приключеній
                       Искать -- долгъ рыцарей; всего жъ важнѣе
                       Защита женщинъ.
  
                                           Мондекаръ.
  
                                           Противъ великановъ?
                       Теперь ихъ нѣтъ ужъ болѣе.
  
                                           Маркизъ..
  
                                                     Насилье
                       Для слабыхъ -- тотъ же великанъ, маркиза.
  
                                           Королева.
  
                       Вы правы, кавалеръ. Есть великаны,
                       Нѣтъ только рыцарей теперь.
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               Недавно,
                       Въ Неаполѣ, проѣздомъ былъ я самъ
                       Свидѣтелемъ печальнаго событья,
                       Которое завѣтъ священной дружбы
                       Моею собственностью сдѣлалъ. Если бъ
                       Я не боялся утомить разсказомъ
                       Васъ, государыня...
  
                                           Королева.
  
                                           Такъ мнѣ рѣшить?
                       Княжна такъ любопытна... Ну, пожалуй,
                       Послушаемъ: и я люблю разсказы.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Два благородныхъ дома въ Мирандолѣ,
                       Наскучивъ долгою кровавою враждой,
                       Что ужъ столѣтія отъ Гибеллиновъ
                       И Гвельфовъ въ родъ ихъ перешла, рѣшились
                       Посредствомъ неразрывныхъ узъ родства
                       Соединиться вѣчнымъ прочнымъ миромъ.
                       Фернандо, мощнаго Петра племянникъ,
                       И кроткая Матильда, дочь Колонны,
                       Явились средствомъ для скрѣпленья дружбы.
                       Двухъ лучшихъ душъ не создавало небо
                       И свѣтъ четы прекраснѣй не видалъ.
                       Еще свою прелестную невѣсту
                       Фернандо только обожалъ въ портретѣ...
                       Какъ трепеталъ Фернандо,въ нетерпѣньи
                       Повѣрить то, чему въ своихъ мечтахъ
                       Не довѣрялъ онъ въ мертвенномъ рисункѣ!
                       И такъ въ Падуѣ, гдѣ еще науки
                       Его удерживали, ждалъ Фернандо
                       Минуты лишь счастливой той, когда
                       Ему позволятъ броситься къ ногамъ
                       Матильды и въ сердечномъ изліяньи
                       Пролепетать ей первое "люблю".

(Королева становится внимательнѣе. Mapкизъ, послѣ короткаго молчанія, продолжаетъ разсказъ, обращаясь болѣе, сколько то позволяетъ присутствіе королевы, къ принцессѣ Эболи).

                       Къ несчастію, становится межъ тѣмъ
                       Вдовцомъ Піетро. Съ юношескимъ жаромъ
                       Старикъ внимаетъ голосамъ молвы
                       О прелестяхъ и объ умѣ Матильды.
                       Онъ ѣдетъ къ ней -- онъ видитъ -- онъ влюбленъ!
                       Страсть новая-мгновенно задушаетъ
                       Природы тихій голосъ. Дядя проситъ
                       Руки Матильды -- и передъ налоемъ
                       Свое онъ освящаетъ похищенье.
  
                                           Королева.
  
                       Но что жъ Фернандо?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           На крылахъ любви,
                       Еще не зная страшной перемѣны,
                       Летитъ онъ, упоенный, въ Мирандолу.
                       Надежный конь примчалъ его подъ вечеръ
                       Въ знакомый дворъ. Вакхическіе звуки
                       Тимпановъ, флейтъ и трубъ ему гремятъ
                       Изъ освѣщеннаго дворца навстрѣчу.
                       Онъ съ трепетомъ вбѣгаетъ на ступени
                       И входитъ непримѣтно въ брачный залъ,
                       Гдѣ средь толпы ликующихъ гостей
                       Сидѣлъ самъ дядя.-- Рядомъ съ нимъ -- тотъ ангелъ,
                       Чей образъ былъ давно знакомъ Фернанду,
                       Который въ снахъ ему еще ни разу
                       Въ такомъ небесномъ блескѣ не являлся.
                       Онъ видитъ, чѣмъ онъ обладалъ недавно;
                       Онъ видитъ, что утратилъ навсегда.
  
                                           Эболи.
  
                       Несчастный!
  
                                           Королева.
  
                                 Вашъ разсказъ, маркизъ, оконченъ,
                       Неправда-ли? Онъ долженъ быть оконченъ,
                       Я думаю.
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Ну, не совсѣмъ.
  
                                           Королева.
  
                                                     Вы намъ
                       Сказали, что Фернандо былъ вамъ другомъ?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Я не имѣю лучшаго.
  
                                           Эболи.
  
                                           Но что же
                       Не продолжаете вы вашего разсказа?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Онъ слишкомъ ужъ печаленъ... да и память
                       Объ немъ возобновляетъ скорбь мою,
                       Позвольте умолчать мнѣ о развязкѣ.

(Общее молчаніе).

  
                       Королева (обращаясь къ принцессѣ).
  
                       Я думаю, мнѣ, наконецъ, позволятъ
                       Обнять инфанту? Эболи, прошу васъ
                       Сходить за ней.

(Принцесса удаляется.Маркизъ подаетъ знакъ пажу, стоящему на заднемъ планѣ; тотъ исчезаетъ. Королева распечатываетъ письма, врученныя ей маркизомъ, и, повидимому, читаетъ съ изумленіемъ. Въ то время маркизъ тихо разговариваетъ съ Мондекаръ. По прочтеніи писемъ королева обращается къ маркизу съ проницательно вопрошающимъ взлядомъ.).

                                           Но о самой Матильдѣ
                       Вы ничего еще намъ не сказали.
                       Извѣстны ль ей страданія Фернандо?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Никто не допыталъ Матильды сердца;
                       Но души сильныя страдаютъ втайнѣ.
  
                                           Королева.
  
                       Вы смотрите кругомъ -- и ваши взгляды
                       Кого-то ждутъ?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Я думаю, какъ счастливъ
                       Здѣсь на моемъ бы мѣстѣ нѣкто былъ,
                       Кого не назову я.
  
                                           Королева.
  
                                           Чья жъ вина,
                       Когда несчастливъ онъ!
  
                                 Маркизъ (живо ловя ее на словѣ).
  
                                           Какъ? я могу принять
                       Серьезно это слово? Онъ нашелъ бы
                       Прощенье, если бъ здѣсь теперь явился?
  
                                 Королева (въ испугѣ).
  
                       Теперь, маркизъ, теперь? Что этимъ вы
                       Сказать хотите?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Онъ бы могъ? Онъ точно
                       Имѣть бы могъ надежду?
  
                       Королева (съ возрастающимъ смущеніемъ).
  
                                                     Вы меня
                       Пугаете, маркизъ. Онъ вѣрно...
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Здѣсь! онъ здѣсь!
  

ПЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

Королева. Карлосъ,

Маркизъ Поза и маркиза Мондекаръ удаляются на задній планъ сцены.

                       Карлосъ (бросаясь къ ногамъ королевы).
  
                       Такъ, наконецъ, насталъ онъ, мигъ счастливый,
                       И этихъ милыхъ рукъ коснется Карлосъ?
  
                                           Королева.
  
                       Что съ вами, принцъ! какой преступный, дерзкій
                       Поступокъ! Встаньте! встаньте! Насъ увидятъ!
                       Мой дворъ вблизи.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Нѣтъ! я не встану: здѣсь
                       Навѣки я останусь на колѣняхъ;
                       Какъ заколдованный, я вѣчно буду
                       Стоять на этомъ мѣстѣ.
  
                                           Королева.
  
                                                     Безразсудный!
                       Вотъ снисходительность къ чему ведетъ!
                       Какъ? Знаете ль, что это съ королевой,
                       Что это съ матерью такъ непристойно
                       Вы говорите? Знаете ли вы,
                       Что я -- сама я -- сей же часъ объ этомъ
                       Его величеству...
  
                                           Карлосъ.
  
                                           И смерть тогда?
                       Пусть повлекутъ меня отъ васъ на плаху;
                       За мигъ единый, прожитый въ раю,
                       Я съ радостью всю жизнь отдамъ.
  
                                           Королева.
  
                       A ваша королева?
  
                                           Карлосъ (встаетъ).
  
                                           Боже, Боже!
                       Я удаляюсь... я оставляю васъ...
                       Какъ мнѣ нейти, когда вы такъ хотите
                       Того. Вы мать моя!.. О, какъ ужасно
                       Играете вы мной! одинъ намекъ,
                       Вашъ взглядъ, звукъ вашихъ устъ повелѣваетъ
                       Мнѣ быть, иль уничтожиться во прахъ.
                       Чего еще хотите вы? что можетъ
                       Подъ солнцемъ быть, чѣмъ я не поспѣ          шилъ бы
                       Пожертвовать для васъ?
  
                                           Королева.
  
                                                     Бѣгите!
  
                                           Карлосъ.
  
                                                               Боже!
  
                                           Королева.
  
                       Одно, о чемъ съ слезами на глазахъ
                       Я васъ молю -- бѣгите, чтобы дамы,
                       Мои тюремщики, меня и васъ
                       Здѣсь вмѣстѣ не застали и Филиппу
                       Не донесли объ этомъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Я готовъ
                       На все -- на жизнь и смерть. Но для того ли
                       Я всѣ свои надежды устремилъ
                       На этотъ мигъ единый -- съ вами быть
                       Наединѣ, чтобъ страхъ y самой цѣли
                       Вдругъ оковалъ меня? Нѣтъ, королева!
                       Скорѣе шаръ земной сто тысячъ разъ
                       Вкругъ полюсовъ обычно обернется,
                       Чѣмъ этотъ случай повторится.
  
                                           Королева.
  
                       И онъ не долженъ повториться, принцъ.
                       Зачѣмъ вы здѣсь? Зачѣмъ ко мнѣ пришли вы?
  
                                           Карлосъ.
  
                       О, королева! что боролся я,
                       Боролся, какъ никто здѣсь не боролся,
                       Въ этомъ Богъ свидѣтель.. Но напрасно -- тщетно!
                       Мой духъ упалъ и изнемогъ...
  
                                           Королева.
  
                                                     Довольно!
                       Довольно -- ради моего покоя...
  
                                           Карлосъ.
  
                       Моей вы были -- передъ цѣлымъ свѣтомъ
                       Мнѣ отданы союзомъ двухъ державъ.
                       Моею признаны и небомъ, и природой:
                       Филиппъ, Филиппъ отнялъ васъ y меня!
  
                                           Королева.
  
                       Онъ вашъ отецъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           И вашъ супругъ?
  
                                           Королева.
  
                                                               Который
                       Вамъ величайшую державу въ мірѣ
                       Въ наслѣдство дастъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           И въ матери мнѣ -- васъ.
  
                                           Королева.
  
                       Великій Боже; вы въ бреду донъ-Карлосъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Но знаетъ ли онъ также, какъ богатъ онъ?
                       Онъ можетъ ли сочувствовать вамъ сердцемъ?
                       Я не хочу роптать; нѣтъ, я забуду,
                       Какъ безпредѣльно счастливъ быть бы могъ
                       Я съ вами, лишь бы онъ былъ только счастливъ.
                       Но онъ несчастливъ: въ этомъ-то и адъ!
                       И никогда не быть ему счастливымъ.
                       Мое ты небо только отняла,
                       Чтобъ загубить его въ объятіяхъ Филиппа!
  
                                           Королева.
  
                       О, мысль ужасная!
  
                                           Карлосъ.
  
                                           О! я знаю, знаю,
                       Кто бракъ уладилъ вашъ, и какъ Филиппъ
                       Любить умѣетъ, какъ онъ васъ сосваталъ.
                       Что жъ вы такое въ этомъ королевствѣ,
                       Скажите, ради Бога? Королева?
                       Нѣтъ! какъ могли бъ неистовствовать Альбы,
                       Когда бъ вы были королевой? Кровью
                       Не истекала бъ Фландрія за вѣру!
                       Какъ! иль вы жена Филиппа? Нѣтъ!
                       И этому не вѣрю я. Жена
                       Владѣетъ сердцемъ мужнинымъ, a кто же
                       Его владѣетъ сердцемъ? Если ласку,
                       Нечаянно, въ жару онъ и уронитъ,
                       То онъ отнялъ, онъ вымолилъ ее
                       У скипетра и y своихъ сѣдинъ.
  
                                           Королева.
  
                       Кто жъ вамъ сказалъ, что жребій мой несчастенъ
                       Съ Филиппомъ?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Сердце, что такъ сильно бьется,
                       Что чувствуетъ, какъ былъ-бы онъ завиденъ
                       Со мной.
  
                                           Королева.
  
                                 Самонадѣянный! но если
                       Мое мнѣ говоритъ совсѣмъ другое?
                       Но если трогаетъ его Филиппа
                       Почтительная нѣжность, и любви
                       Его всегда нѣмое выраженье
                       Гораздо больше, чѣмъ все краснорѣчье
                       Его самонадѣяннаго сына? Если
                       Обдуманное выраженье старца...
  
                                           Карлосъ,
  
                       Тогда другое дѣло! о, тогда,
                       Тогда -- простите! Этого не зналъ я,
                       Не зналъ, что вы такъ любите Филиппа.
  
                                           Королева.
  
                       Его всегда я буду уважать.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Вы никогда любви не знали?
  
                                           Королева.
  
                                                     Странный
                       Вопросъ!
  
                                           Карлосъ.
  
                                 Вы никогда любви не знали?
  
                                           Королева.
  
                       Я не люблю ужъ больше,
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Потому что
                       То запрещаютъ сердце вамъ, обѣты?
  
                                           Королева.
  
                       Оставьте, принцъ, меня -- и никогда
                       Подобными вопросами не мучьте!
  
                                           Карлосъ.
  
                       То запрещаютъ сердце вамъ, обѣты?
  
                                           Королева.
  
                       То запрещаетъ долгъ. Несчастный, для чего
                       Намъ разлагать судьбы жестокой звенья,
                       Когда мы ей должны повиноваться?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Должны? должны повиноваться?
  
                                           Королева.
  
                                                               Какъ?
                       Что значитъ этотъ грозный тонъ?
  
                                           Карлосъ.
  
                                                               A то,
                       Что Карлосъ не намѣренъ покориться,
                       Когда хотѣть онъ вправѣ; не намѣренъ
                       Играть несчастнаго на этомъ свѣтѣ,
                       Когда ему, законъ попрать лишь стоитъ,
                       Чтобъ быть счастливымъ.
  
                                           Королева."
  
                                                     Поняла ль я васъ?
                       И вы надѣетесь -- упорно такъ
                       Надѣетесь, когда ужъ все погибло?
  
                                           Карлосъ.
  
                       По мнѣ -- для мертвыхъ только нѣтъ надежды.
  
                                           Королева.
  
                       Вы на меня надѣетесь, на мать? .

(Долго пристально на него смотритъ, потомъ съ достоинствомъ, строго).

                       О, почему жъ? Король новоизбранный
                       То ль можетъ сдѣлать?-- можетъ учрежденья
                       Покойника огнемъ искоренить,
                       Его портреты сжечь, онъ даже можетъ --
                       Кто запретитъ ему?-- умершаго останки
                       Изъ склеповъ царственныхъ Эскуріала
                       На свѣтъ дневной поднять, на вѣтеръ
                       Развѣять прахъ развѣнчанный его
                       И, наконецъ, чтобъ завершить достойно...
  
                                           Карлосъ.
  
                       О, полно, перестаньте, ради Бога!
  
                                           Королева.
  
                       И, наконецъ, на матери жениться.
  
                                           Кaрлосъ.
  
                       Проклятый сынъ!

(Съ минуту стоитъ безмолвно, какъ окаменѣлый).

                                           Да, все погибло! все
                       Теперь погибло! Нынѣ вижу ясно,
                       Что вѣчно бъ долженъ оставаться въ мракѣ.
                       Вы для меня погибли -- да! о, да!
                       Вы навсегда погибли. Жребій брошенъ.
                       Вы для меня потеряны, погибли...
                       О! въ этомъ чувствѣ адъ -- адъ и въ другомъ:
                       Любить васъ. Боже! я изнемогаю,
                       И рвутся нервы бѣдные мои.
  
                                           Королева.
  
                       Несчастный, милый Карлъ, я понимаю!
                       Я чувствую то страшное мученье,
                       Что вашу грудь терзаетъ. Безконечна
                       Какъ и любовь, скорбь наша; безконечна,
                       И слава также -- побѣдить ее.
                       Добудьте жъ эту славу, милый Карлосъ!
                       Цѣна достойна славнаго бойца,
                       Достойна юноши, въ чьемъ сердцѣ доблесть
                       Такихъ великихъ, славныхъ предковъ бьется.
                       Опомнитесь! Внукъ царственнаго Карла
                       Борьбу съ судьбой тамъ только начинаетъ,
                       Гдѣ дѣти смертныхъ падаютъ во прахъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Ужъ, поздно! Боже мой, ужъ поздно!
  
                                           Королева.
  
                                                               Быть
                       Мужчиной? О, какъ славна наша доблесть,
                       Когда подъ ней крушится наше сердце!
                       Высоко васъ поставилъ Промыслъ -- выше,
                       Чѣмъ милліоны вашихъ прочихъ братьевъ;
                       Пристрастно отдалъ одному любимцу,
                       Что y другихъ отнялъ -- милліоны
                       Глядятъ на васъ и говорятъ и ропщутъ:
                       "Не въ чревѣ ль матери онъ заслужилъ
                       Стать выше всѣхъ другихъ своихъ собратій?"
                       Мужайтесь, оправдайте выборъ неба!
                       Заслугой станьте въ головѣ людей,
                       Пожертвуйте, чѣмъ здѣсь еще никто
                       Не жертвовалъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Я это въ силахъ сдѣлать.
                       Васъ заслужить -- во мнѣ есть сила льва,
                       Лишиться жъ -- никакой!
  
                                           Королева.
  
                                                     Признайтесь, Карлосъ,
                       Одна лишь гордость, зависть и упрямство
                       Къ такой любви щекотятъ ваши страсти.
                       Любовь и сердце, что вы мнѣ дарите
                       Такъ расточительно, принадлежатъ
                       Не мнѣ, a вашимъ будущимъ державамъ.
                       Вы, принцъ, мотаете добро питомцевъ
                       Врученныхъ Богомъ вамъ. Любовь -- вашъ долгъ!
                       До этихъ поръ она съ пути сбивалась
                       И близъ меня, увы, искала мѣста.
                       Отдайте жъ, о, отдайте, милый Карлосъ,
                       Своимъ державамъ будущимъ ее;
                       И чувствуйте не совѣсти кинжалы,
                       Но -- сладость богомъ быть! Елизавету
                       Вы до сихъ поръ любили, принцъ; отнынѣ
                       Испанію любите! Карлосъ, Карлосъ!
                       Съ какимъ восторгомъ мѣсто уступлю
                       Я вашей новой доблестной любви!
  
                       Карлосъ (побѣжденный, бросается къ ногамъ ея).
  
                       О! какъ велики вы, божественно велики!
                       Да, все, все, все исполню. Будь, что будетъ!

(Встаетъ).

                       Здѣсь предъ лицомъ Творца я, преклоняясь,
                       Клянусь вамъ въ вѣчномъ... Боже мой! нѣтъ, нѣтъ!
                       Лишь въ вѣчномъ, гробовомъ молчаньи,
                       Но не въ забвеньи вѣчномъ.
  
                                           Королева.
  
                                                     Какъ могу я
                       И требовать того, что я сама
                       Не въ силахъ выполнить.
  
                                 Маркизъ (выбѣгая изъ аллеи).
  
                                                     Король!
  
                                           Королева.
  
                                                               О, Боже!
  
                                           Маркизъ.
  
                       Скорѣй! Бѣгите, принцъ!
  
                                           Королева.
  
                                                     Онъ станетъ страшно
                       Подозрѣвать васъ, принцъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Я остаюсь.
  
                                           Королева.
  
                       И кто же будетъ жертвой?
  
                                 Карлосъ (влечетъ маркиза за руку).
  
                                                     Прочь! Бѣжимъ,
                       Бѣжимъ.

(Идетъ, но вдругъ еще разъ возвращается).

                                 Что вы дадите мнѣ на память?
  
                                           Королева.
  
                       Участье, дружбу матери.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Мать! дружба!
  
                                           Королева.
  
                       И эти слезы вашихъ Нидерландовъ.

(Отдаетъ ему нѣсколько писемъ. Карлосъ и маркизъ уходятъ. Королева безпокойно ищетъ глазами дамъ своихъ, которыхъ нигдѣ не видно. Она только что хочетъ итти въ глубину сцены, какъ появляется король).

  

ШЕСТОЙ ВЫХОДЪ.

Король, Королева, Герцогъ Альба, Графъ Лерма,Доминго. Нѣсколько дамъ и грандовъ, которые остаются вдали.

                                           Король
             (съ удивленіемъ осматривается кругомъ и молчитъ нѣсколько времени).
  
                       Вы здѣсь однѣ гуляете, синьора?
                       И даже ни одной нѣтъ съ вами дамы?
                       Я удивляюсь!-- Гдѣ же ваши дамы?
  
                                           Королева.
  
                       Я, государь...
  
                                           Король.
  
                                 Зачѣмъ однѣ вы здѣсь?
                                           (Къ свитѣ).
                       Объ этомъ непростительномъ проступкѣ
                       Отдать строжайшій мнѣ отчетъ. Кто нынче
                       Изъ дамъ дежурною y королевы?
                       Чья очередь прислуживать ей нынче?
  
                                           Королева.
  
                       Не гнѣвайтесь, супругъ мой: я одна,
                       Одна и виновата. Эболи
                       По моему приказу удалилась.
  
                                           Король.
  
                       По вашему приказу?
  
                                           Королева.
  
                                           Кликнуть камеръ-фрау:
                       Мнѣ захотѣлось видѣться съ инфантой.
  
                                           Король.
  
                       И для того вы отослали свиту?
                       Но это первую лишь извиняетъ;
                       Скажите, гдѣ жъ была вторая дама?
  
                                           Мондекаръ
                       (которая между тѣмъ возвратилась и стояла
                       съ прочими дамами, выходитъ впередъ).
  
                       Я сознаюсь и каюсь, государь,
                       Въ своей винѣ...
  
                                           Король.
  
                                           И потому, маркиза,
                       Вы внѣ Мадрита десять лѣтъ извольте
                       Раздумывать объ этомъ.

(Маркиза въ слезахъ отходитъ. Всеобщее молчаніе. Вся свита въ недоумѣніи смотритъ на королеву).

  
                                           Королева.
  
                                           Мондекаръ,
                       О чемъ вы плачете?

(Къ королю),

                                           Когда я провинилась,
                       Мой царственный супругъ, по крайней мѣрѣ
                       Корона, что ношу я, и которой
                       Я никогда сама не добивалась,
                       Должна бы отъ стыда меня избавить.
                       Иль въ вашемъ королевствѣ есть законъ,
                       Могущій дочь монарха осудить?
                       Не добродѣтель женщинъ охраняетъ
                       Въ Испаніи -- одно шпіонство? Извините,
                       Мой царственный супругъ, я не привыкла
                       Глядѣть на слезы тѣхъ, кто мнѣ служилъ
                       Съ усердіемъ. Маркиза, подойдите!

(Снимаетъ съ себя поясъ и отдаетъ его маркизѣ).

                       Его величество вы прогнѣвили,
                       Но не меня -- и потому примите
                       Бездѣлку эту отъ меня на память.
                       Бѣгите изъ Испаніи: вы въ ней
                       Одной лишь только провинились. Тамъ,
                       Во Франціи моей, такія слезы
                       Умѣютъ утирать. О, неужели
                       Мнѣ все объ ней напоминать здѣсь будетъ!

(Опирается на оберъ-гофмейстерину и закрываетъ лицо).

                       Во Франціи все иначе -- не такъ!
  
                                 Король (нѣсколько растроганный).
  
                       Упрекъ моей любви могъ огорчить васъ?
                       Одинъ намекъ, который только нѣжность,
                       Заботливость въ уста мои вложили?

(Обращается къ грандамъ).

                       Вотъ всѣ вассалы моего престола!--
                       Смежалъ ли сонъ когда мои глаза,
                       Овладѣвалъ ли мною безъ того,
                       Чтобъ каждый вечеръ я не перечислилъ,
                       Какъ бьются пульсы всѣхъ моихъ народовъ?
                       И мнѣ ль бояться болѣе за тронъ свой,
                       Чѣмъ за супругу сердца своего?
                       За подданныхъ моихъ мой мечъ порука
                       И -- герцогъ Альба; только этотъ глазъ
                       За вѣрность и любовь моей жены.
  
                                           Королева.
  
                       Когда васъ прогнѣвила я, супругъ мой...
  
                                           Король.
  
                       Я всѣхъ сильнѣй во всемъ крещеномъ мірѣ,
                       Такъ говорятъ мнѣ; солнце не заходитъ
                       Въ моихъ владѣніяхъ; но другой ужъ прежде
                       Вполнѣ владѣлъ всѣмъ этимъ, a потомъ
                       Другіе также этимъ завладѣютъ.
                       Но здѣсь мое добро. Что королю
                       Принадлежитъ -- удѣлъ фортуны.
                       Елизавета же дана Филиппу.
                       Вотъ, гдѣ простой и смертный.
  
                                           Королева.
  
                                                               Вы боитесь,
                       Мой государь?
  
                                           Король.
  
                                           Ужъ не своихъ сѣдинъ ли?
                       Когда я только разъ начну бояться --
                       Я ужъ бояться перестану. Здѣсь
                       Всѣ гранды -- перваго изъ нихъ лишь я
                       Не вижу.Гдѣ жъ донъ-Карлосъ,мой инфантъ?

(Никто не отвѣчаетъ).

                       Ребенокъ Карлосъ начинаетъ что-то
                       Быть страшнымъ мнѣ. Меня онъ избѣгаетъ
                       Съ тѣхъ самыхъ поръ, какъ прибылъ изъ Алкалы.
                       Въ немъ кровь пылка, зачѣмъ же взглядъ его
                       Такъ холоденъ? такъ празднично и сухо
                       Со мною обращенье? Примѣчайте
                       За нимъ, прошу васъ всѣхъ объ этомъ.
  
                                           Альба.
  
                                                               Будьте
                       Спокойны, государь. Доколѣ сердце
                       Еще объ этотъ панцырь бьется -- донъ-Филиппъ
                       Безъ страха можетъ отходить ко сну:
                       Какъ Божій херувимъ y райской двери,
                       Стоитъ здѣсь Альба y престола.
  
                                           Лерма.
  
                                                               Смѣю ль
                       Мудрѣйшему монарху униженно
                       Я сдѣлать возраженье? Я такъ свято
                       Величію Филиппа поклоняюсь,
                       Что твердо вѣрю -- онъ не станетъ строго
                       И опрометчиво судить о сынѣ.
                       Я многаго боюсь за пылкость крови,
                       Но не за сердце нашего инфанта.
  
                                           Король.
  
                       Графъ Лерма, вы прекрасными словами,
                       Я вижу, подкупить отца хотите;
                       Но короля опорой будетъ герцогъ.
                       Ни слова больше!

(Обращается къ свитѣ).

                                           Я спѣшу въ Мадритъ.
                       Дѣла зовутъ меня. Повсюду ересь
                       Мои народы сильно заражаетъ;
                       Растетъ крамола въ Нидерландахъ. Время!
                       Примѣръ ужасный нуженъ. Завтра я
                       Хочу исполнить тотъ обѣтъ великій,
                       Что дали всѣ монархи христіанства --
                       И судъ кровавый будетъ безпримѣренъ:
                       Весь дворъ мой приглашенъ заранѣ.

(Уводить королеву, свита слѣдуетъ).

  

СЕДЬМОЙ ВЫХОДЪ.

Донъ-Карлосъ съ письмами въ рукахъ и Маркизъ Поза сходятся съ противуположныхъ сторонъ.

                                           Карлосъ.
  
                       Такъ, рѣшено: я Фландрію спасаю!
                       Она желаетъ -- и съ меня довольно..
  
                                           Маркизъ.
  
                       И не теряя ни минуты. Слышно,
                       Что герцогъ Альба ужъ туда назначенъ
                       Въ правители.
  
                                           Карлосъ.
  
                                 Просить я завтра жъ буду
                       У короля аудіенціи въ Мадритѣ.
                       Я этотъ титулъ вымолю себѣ
                       Отецъ мнѣ не откажетъ. Въ первый разъ
                       Еще къ нему я прибѣгаю съ просьбой.
                       Давно ужъ, замѣчаю, онъ косится
                       На то, что я въ Мадритѣ. Что же лучше
                       Предлога этого держать меня
                       Вдали. И ужъ признаться ли тебѣ?
                       Надѣюсь я -- быть можетъ, мнѣ удастся
                       Лицомъ къ лицу его расположенье
                       Къ себѣ возстановить. Онъ никогда
                       Еще не слышалъ голоса природы.
                       Дай мнѣ попробовать, какъ этотъ голосъ
                       Могучъ на языкѣ моемъ сыновнемъ.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Вотъ, наконецъ, я узнаю въ васъ Карла.
                       Теперь опять вы совершенно прежній.
  

ВОСЬМОЙ ВЫХОДЪ.

Прежніе. Графъ Лерма.

                                           Лерма.
  
                       Король сейчасъ Аранжурцъ оставилъ.
                       Мнѣ данъ приказъ..
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Не безпокойтесь, графъ:
                       Не опоздаю.
  
                                           Маркизъ
                       (дѣлая видъ, что хочетъ удалиться, почтительно).
  
                                 Больше никакихъ,
                       Свѣтлѣйшій принцъ, не будетъ порученій?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Нѣтъ, кавалеръ. Желаю вамъ пріятно
                       Доѣхать до Мадрита. Мы въ другой разъ
                       Поговоримъ о Фландріи побольше.

(Поджидающему его Лермѣ).

                       Графъ, я сейчасъ за вами.

(Графъ Лерма уходитъ).

  

ДЕВЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

Донъ-Карлосъ. Маркизъ.

                                           Карлосъ.
  
                       Тебя я понялъ. Благодарствуй, другъ!
                       Но эти принужденья извиняетъ ,
                       Одна помѣха постороннихъ. Развѣ
                       Не братья мы? Комедію чиновъ
                       Мы выгонимъ изъ нашего союза.
                       Увѣрь себя, что мы на балѣ оба
                       Другъ съ другомъ въ маскахъ встрѣтились.
                                                               Ты въ рабской
                       Одеждѣ, я -- изъ одного каприза --
                       Въ порфирѣ. Въ продолженьи маскарада
                       Играемъ мы прекрасно наши роли
                       Съ смѣшною важностью, чтобы веселья
                       Толпы контрастомъ этимъ не нарушить.
                       Но Карлѣ тебѣ сквозь маску вдругъ киваетъ,
                       Ты руку жмешь y Карла мимоходомъ --
                       И мы другъ друга понимаемъ.
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               Сонъ
                       Божественный. Но долго ль онъ продлится?
                       И силенъ ли такъ Карлосъ, чтобъ бороться
                       Со всѣми обольщеньями престола?
                       Есть впереди великій день, но день,
                       Когда геройскій духъ -- я вамъ напомню --
                       Падетъ предъ труднымъ, долгимъ испытаньемъ.
                       Умретъ Филиппъ -- Карлосу царство,
                       Славнѣйшее вѣдь въ цѣломъ христіанствѣ,
                       Въ наслѣдство перейдетъ. Тогда, внезапно
                       Онъ, словно бездной, будетъ отдѣленъ
                       Отъ всѣхъ людей, и станетъ богомъ
                       Тотъ, кто вчера еще простымъ былъ смертнымъ,
                       Отнынѣ безупреченъ онъ. Заглохнетъ
                       Сознанье въ немъ обязанностей высшихъ.
                       И человѣчество,-- святое слово
                       Сегодня для него,-- a завтра станетъ
                       Само продажнымъ, милостей прося.
                       Онъ, горю чуждъ,-- утратитъ состраданье;
                       Средь нѣги въ немъ слабѣетъ добродѣтель.
                       За глупость -- золото ему шлетъ Перу,
                       A за грѣхи -- самъ чортъ придворныхъ ставитъ.
                       И онъ въ блаженствѣ сладко засыпаетъ,
                       Его рабами созданномъ ему лукаво.
                       Бѣда безумцу, кто его разбудитъ!
                       A вашъ Родриго?... Дружба откровенна,
                       Смѣла, проста!-- величество больное
                       Не выдержитъ лучей ея ужасныхъ.
                       Вамъ не снести словъ дерзкихъ гражданина,
                       Мнѣ -- гордости монарха.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Справедливъ,
                       Ужасенъ приговоръ твой о монархахъ!
                       Тебѣ я вѣрю. Но лишь сладострастье
                       Ихъ сердце отдаетъ порокамъ. Я же --
                       Я чистъ еще. Мнѣ двадцать-третій годъ.
                       Что до меня безсмысленно другіе
                       Въ объятіяхъ нечистыхъ погубили,
                       Сокъ лучшихъ силъ и свѣжесть духа,
                       То я сберегъ для будущихъ дѣяній.
                       A что жъ еще насъ можетъ разлучить --
                       Ужъ развѣ женщины?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Я самъ. И можно ль
                       Мнѣ будетъ искренно любить васъ, Карлосъ,
                       Когда бояться васъ я буду долженъ?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Нѣтъ, никогда! Да развѣ ты во мнѣ
                       Нуждаешься? есть страсти y тебя,
                       Просящія подачки y престола?
                       Ты подданный, достойный мой Родриго,
                       Но ты богаче Карлоса-монарха.
                       Иль хочешь почестей? Но, съ юныхъ лѣтъ
                       Извѣдалъ ты и бросилъ ихъ съ улыбкой.
                       Такъ кто жъ изъ насъ кредиторомъ другого,
                       И должникомъ кто будетъ? Ты молчишь?
                       Дрожишь ты самъ предъ искушеньемъ? Самъ ты
                       Себѣ не довѣряешь?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Хорошо.
                       Я уступаю. Вотъ моя рука.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Ты мой?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Навѣкъ -- и въ самомъ дерзновенномъ
                       Значеньи слова.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Вѣрно, горячо,
                       Какъ нынче Карлосу-инфанту, такъ
                       Тогда самодержавному монарху?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Клянусь вамъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Даже и тогда, какъ червь
                       Похвалъ и лести грудь мою ужалитъ,
                       Когда мой глазъ разучится лить слезы,
                       Какими плакивалъ бывало, ухо
                       Оглохнетъ для мольбы несчастныхъ -- ты,
                       Ужасный страусъ всѣхъ доблестей моихъ,
                       Разбудишь ли меня? ты назовешь ли,
                       Ты кликнешь ли мой спящій геній?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               Кликну.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Теперь другая просьба. Говори
                       Мнѣ "ты". Завидовалъ всегда я равнымъ
                       Тебѣ за это право братской дружбы.
                       Другъ, это "ты" обманетъ ухо мнѣ,
                       Обманетъ сердце равенства блаженствомъ.
                       Безъ возраженій! Знаю, что мнѣ скажешь.
                       Тебѣ вѣдь то бездѣлица; но мнѣ,
                       Мнѣ, сыну царскому, то важно. Будь
                       Мнѣ братомъ!
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Я твой братъ!
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Теперь -- къ отцу.
                       Теперь я силенъ: объ руку съ тобою
                       Свой вѣкъ готовъ я вызвать на борьбу.

(Уходитъ).

 []

  

 []

  

ВТОРОЕ ДѢЙСТВІЕ.

Въ королѣвскомъ дворцѣ въ Мадритѣ.

ПЕРВЫЙ ВЫХОДЪ.

Король Филиппъ на тронѣ. Герцогъ Aльба въ нѣкоторомъ отдаленіи отъ короля съ покрытой головой. Карлосъ.

                                           Карлосъ.
  
                       Дѣла впередъ всего. Съ большой охотой
                       Министру Карлосъ первый шагъ уступитъ,
                       Онъ говоритъ за государство -- я
                       Сынъ дома.

(Отходитъ съ поклономъ).

  
                                           Филиппъ.
  
                                 Герцогъ остается здѣсь;
                       Инфантъ пусть начинаетъ.
  
                                 Карлосъ (обращаясь къ Альбѣ).
  
                                                     Такъ принужденъ я
                       У вашего великодушья, герцогъ,
                       Себѣ просить монарха, какъ подарокъ-
                       Сынъ, сами знаете, на сердцѣ много
                       Для своего отца скопляетъ часто,
                       Что слушать третьему не стоитъ. Государь
                       При васъ останется, какъ прежде -- мнѣ же
                       Отца лишь нужно не надолго.
  
                                           Филиппъ.
  
                       Здѣсь другъ его.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Но заслужилъ ли я
                       Предполагать въ немъ также своего?
  
                                           Филиппъ.
  
                       Да и едва ль заслужишь. Не люблю
                       Я сыновей, что лучше выбираютъ,
                       Чѣмъ ихъ отцы.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           И рыцарская гордость
                       Герцога Альбы можетъ это слышать?
                       Клянусь своей душой, роль человѣка,
                       Кто между сыномъ и отцомъ незванно
                       Втираться не краснѣетъ, кто насильно
                       Въ сознаніи ничтожности своей
                       Рѣшается стоять здѣсь, я бъ, ей-богу!--
                       И хоть завись отъ этого корона --
                       Я эту роль играть не сталъ бы!
  
             Филиппъ (вставая и устремивъ гнѣвный взглядъ на принца).
  
                                                     Герцогъ,
                       Оставьте насъ!

(Герцогъ идетъ къ главной двери, въ которую вошелъ Карлосъ; король показываетъ ему на другую).

                                           Нѣтъ, въ кабинетъ, пока
                       Не позову я васъ.
  

ВТОРОЙ ВЫХОДЪ.

Король. Донъ-Карлосъ.

                                           Карлосъ
                       (по выходѣ герцога падаетъ передъ королемъ на колѣни).
  
                                           Вотъ снова вы теперь
                       Отецъ мой! снова мой! Благодарю,
                       Съ слезами на глазахъ благодарю
                       За эту милость! Руку, руку вашу!
                       О, сладкій день! Блаженство поцѣлуя
                       Давно вашъ сынъ, родитель мой, не вѣдалъ.
                       Зачѣмъ отъ сердца своего такъ долго
                       Меня отталкивать? Чѣмъ виноватъ я?
  
                                           Филиппъ.
  
                       Инфантъ, моя душа не любитъ штукъ подобныхъ,
                       Избавь меня отъ нихъ.
  
                                           Карлосъ (вставая).
  
                                                     Такъ я и думалъ.
                       Вотъ здѣсь я слышу вашихъ царедворцевъ.
                       Родитель мой, не все -- ей богу! вѣрьте --
                       Не все то правда, что попы толкуютъ,
                       Что вамъ клевреты ихъ передаютъ.
                       Не столь дурной я сынъ! Горячность крови --
                       Иной нѣтъ злости; вся вина -- лишь юность.
                       Нѣтъ, не испорченъ я и, право, не дурной.
                       Хоть вспыльчивость не разъ порочитъ сердце --
                       Все жъ сердце доброе во мнѣ.
  
                                           Филиппъ.
  
                                                     Я знаю --
                       Ты сердцемъ чистъ,-- какъ и твои молитвы.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Теперь иль никогда! Мы здѣсь одни.
                       Желѣзная рѣшетка этикета
                       Межъ сыномъ и отцомъ лежитъ во прахѣ.
                       Теперь иль никогда! Лучъ упованья
                       Блеститъ во мнѣ, и сладкія надежды
                       Волнуютъ сердце. Кажется, все небо
                       Веселыхъ агентовъ склонилось долу,
                       И самъ Создатель смотритъ съ умиленьемъ
                       На васъ: родитель, помиримтесь!

(Припадаетъ къ ногамъ его).

  
                                           Филиппъ.
  
                                                               Встань
                       Оставь меня въ покоѣ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Помиримтесь!
  
                       Филиппъ (освобождаясь отъ него).
  
                       Комедія ужъ стала дерзкой.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Дерзкой?
                       Сыновняя любовь?
  
                                           Филиппъ.
  
                                           Что это?-- слезы?
                       О, отвратительно!... Прочь съ глазъ моихъ,
  
                                           Карлосъ.
  
                       Теперь иль никогда. О, помиримтесь!
  
                                           Филиппъ.
  
                       Прочь съ глазъ моихъ! Приди, покрытый срамомъ,
                       Изъ жаркихъ битвъ,-- мои объятья встрѣтятъ
                       Тебя, Карлосъ; но въ этомъ видѣ я
                       Тебя не знаю. Только виноватый
                       Свою вину въ своихъ слезахъ позорныхъ
                       Смыть думаетъ съ себя. Кто не краснѣетъ
                       Такъ каяться, не избѣжитъ, чтобъ случай
                       Ему и поводъ каяться представилъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                               Кто это?
                       Какой ошибкой это существо
                       Попало къ людямъ? Слезы вѣчно были
                       Вѣрительною грамотой людей,
                       Его жъ глаза... не женщина носила
                       Его во чревѣ. О! заставьте
                       Свои глаза, пока не поздно,
                       Учиться плакать, иначе придется
                       Въ ужасный часъ наверстывать, быть можетъ.
  
                                           Филиппъ.
  
                       Сомнѣнія отца ты, вижу, хочешь
                       Разсѣять красными словцами, Карлосъ?
  
                                           Кaрлосъ.
  
                       Сомнѣнье? да, я уничтожу это
                       Сомнѣнье... да, я припаду на грудь
                       Отца -- и стану мощно обрывать
                       Кору сомнѣнья до тѣхъ поръ, покамѣстъ
                       Не упадетъ она. Кто жъ эти люди,
                       Меня лишившіе любви отцовской?
                       Что заплатилъ монахъ отцу за сына?
                       Что Альба дастъ ему взамѣнъ за жизнь,
                       Прожитую безъ радостей семейныхъ?
                       Любви хотите вы? Но въ этомъ сердцѣ
                       Течетъ родникъ и чище, и свѣтлѣе,
                       Чѣмъ въ этихъ мутныхъ всѣхъ резервуарахъ,
                       Что золото Филиппа открываетъ.
  
                                           Филиппъ.
  
                       Умолкни, дерзновенный! Эти люди,
                       Которыхъ ты дерзаешь поносить,
                       Мои испытанные слуги, и --
                       Ты будешь уважать ихъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Никогда!
                       Я сознаю себя. Что ваши Альбы
                       Вамъ дѣлаютъ, то сдѣлаетъ и Карлосъ --
                       И Карлосъ лучше сдѣлаетъ. Что нужды
                       Наемнику до вашихъ королевствъ,
                       Которыхъ онъ не назоветъ своими?
                       Ему что нужды, если сѣдиной
                       Филиппа голова засеребрится?
                       Вашъ Карлосъ васъ любилъ бы. Мнѣ ужасно
                       Подумать, что и я на тронѣ буду
                       Стоять одинъ... одинъ.
  
                                           Филиппъ
                       (пораженный этими словами, стоитъ въ
             глубокомъ размышленіи. Послѣ нѣкотораго молчанія).
  
                                                     Да, я одинъ...
                       Карлосъ (съ живостью и жаромъ, подходя къ нему).
  
                       Вы были. Перестаньте ненавидѣть
                       Меня. Я буду дѣтски васъ любить,
                       Я буду пламенно любить васъ -- только
                       Не ненавидьте болѣе меня.
                       Какъ сладко, хорошо въ душѣ прекрасной
                       Себя преображать! какъ сладко думать,
                       Что наша радость краситъ щеки друга,
                       Что наша грусть другую грудь сжимаетъ,
                       Что наша скорбь глаза другіе мочитъ.
                       Какъ сладко, хорошо, рука съ рукою,
                       Пройти съ своимъ многообѣтнымъ сыномъ
                       Въ другой разъ юности путемъ цвѣтущимъ,
                       Въ другой разъ съ нимъ прогрезить жизни сонъ!
                       Какъ чудно, сладко въ доблестяхъ сыновнихъ
                       Безсмертно, благодѣтельно очнуться
                       Вѣкамъ на благо! Какъ прекрасно сѣять,
                       Что милый сынъ пожнетъ по смерти нашей,
                       Копить, что онъ удвоитъ, и предвидѣть,
                       Какъ горячо онъ скажетъ намъ спасибо!
                       Объ этомъ раѣ на землѣ, родитель,
                       Монахи ваши мудро умолчали!
  
                                 Филиппъ (растроганный).
  
                       О, сынъ мой, сынъ мой! Жезлъ ты самъ себѣ
                       Переломилъ надъ головою. Ярко
                       Изобразилъ ты счастье, что до сихъ поръ
                       Мнѣ не давалъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Пусть судитъ васъ Всевышній!
                       Вы сами изъ родительскаго сердца,
                       Отъ трона сами вы меня изгнали.
                       До сихъ поръ... О! скажите, хорошо ли,
                       И справедливо ль это?... до сихъ поръ
                       Я, королевскій сынъ, инфантъ испанскій,
                       Я плѣнникомъ какимъ-то былъ y трона.
                       О, хорошо ль то было? справедливо ль?
                       Какъ часто, о! какъ часто, мой родитель,
                       Сгоралъ я со стыда, когда послы
                       Другихъ державъ, когда они журналы
                       О новостяхъ мадритскаго двора
                       Мнѣ говорили!
  
                                           Филиппъ.
  
                                           Слишкомъ сильно кровь
                       Клокочетъ въ жилахъ y тебя. Ты все бы
                       Сталъ только портить.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Дайте жъ портить мнѣ,
                       Родитель! Сильно кровь клокочетъ въ жилахъ
                       Моихъ, вы правы. Двадцать третій годъ --
                       И ничего не сдѣлать для потомства!
                       Я пробудился, всталъ. Призванье къ трону
                       Стучитъ въ груди, какъ строгій кредиторъ,
                       И будитъ силы духа; всѣ мгновенья,
                       Утраченныя прежде, громко, звучно
                       Ко мнѣ, какъ чести долгъ святой, взываютъ.
                       Насталъ онъ, тотъ великій мигъ, когда
                       Міръ отъ меня сталъ требовать уплаты:
                       Меня зоветъ исторья, слава предковъ
                       И громкій гулъ молвы тысячеустной.
                       Настало время отворить мнѣ славы
                       Широкія ворота. Мой король,
                       Позволите ль осмѣлиться вы мнѣ
                       Васъ просьбой утрудить?
  
                                           Филиппъ.
  
                                                     Опять ты съ просьбой?
                       Скажи, въ чемъ дѣло?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Бунтъ въ Брабантѣ страшно
                       Растетъ теперь. Мятежниковъ упорство
                       Средствъ мудрыхъ, сильныхъ требуетъ. Вамъ Альбу,
                       Снабдивъ его всесильнымъ полномочьемъ,
                       Туда послать угодно, чтобы силой
                       Одуматься фанатиковъ заставить.
                       Какъ славенъ этотъ постъ, какъ прямо, вѣрно
                       Онъ могъ бы сына вашего ввести
                       Въ храмъ славы! Мнѣ, родитель, мнѣ отдайте
                       Свои войска! Меня фламандцы любятъ:
                       Я головой, я кровію своей
                       За вѣрность ихъ готовъ вамъ поручиться.
  
                                           Филиппъ.
  
                       Ты разсуждаешь, какъ мечтатель. Мужа --
                       Не юношу -- постъ этотъ требуетъ, мой сынъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Лишь человѣка требуетъ, родитель,
                       A имъ-то никогда вашъ Альба не былъ.
  
                                           Филиппъ.
  
                       Одинъ лишь ужасъ усмиряетъ бунтъ.
                       Дурачествомъ бы было милосердье.
                       Твоя душа мягка, a герцогъ страшенъ.
                       Брось эту мысль изъ головы.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Пошлите
                       Во Фландрію меня -- разъ положитесь
                       На душу мягкую мою! Ужъ имя
                       Одно инфанта, что предъ знаменами
                       Моими мчаться будетъ, побѣдитъ,
                       Гдѣ Альбы будутъ только жечь и грабить.
                       Я на колѣняхъ васъ прошу. Я въ первый
                       Разъ въ жизни васъ прошу, родитель, дайте
                       Мнѣ Фландрію!
  
             Филиппъ (проницательно смотритъ на инфанта).
  
                                           И вмѣстѣ съ нею войско
                       Твоимъ опаснымъ замысламъ отдать?
                       Ножъ моему убійцѣ?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Боже! Боже!
                       Я ни на шагъ не двинулся. Вотъ плодъ
                       Столь горячо желаннаго свиданья?

(Послѣ нѣкотораго размышленія съ смягченною важностью).

                       Отвѣтьте мнѣ хоть ласковѣй! Такъ сухо
                       Не отсылайте отъ себя! Такъ съ вами
                       Я бъ не хотѣлъ разстаться, не хотѣлъ бы
                       Уйти отъ васъ съ такимъ тяжелымъ сердцемъ.
                       Хоть ужъ поласковѣй со мною будьте.
                       Вѣдь это нужно мнѣ, въ послѣдній разъ,
                       Вѣдь я пытаюсь -- и понять не въ силахъ,
                       Не въ силахъ перенесть того, какъ мужъ,
                       Что вы во всемъ, во всемъ мнѣ отказали.
                       Вы отсылаете меня. Ужасно
                       Обманутый во всѣхъ прекрасныхъ грезахъ,
                       Уйду отъ васъ я. Ваши Альбы, ваши
                       Доминги будутъ ликовать на мѣстѣ,
                       Гдѣ сынъ во прахѣ плакалъ передъ вами.
                       Толпа придворныхъ, знатные рабы,
                       Монаховъ грѣшно-блѣдный цехъ -- всѣ знаютъ,
                       Что вы аудіенцію мнѣ дали,
                       Не пристыжайте же меня! Не дайте
                       Посмѣшищемъ всей челяди придворной
                       Мнѣ быть, чтобъ не сказали, что чужіе
                       Отъ вашихъ милостей одни тучнѣютъ,
                       Что Карлосъ васъ и попросить не смѣетъ!
                       Въ залогъ того, что вы благоволите
                       Ko мнѣ -- пустите въ Фландрію меня.
  
                                           Филиппъ (гнѣвно).
  
                       Умолкни, дерзновенный, ради гнѣва
                       Монарха твоего!
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Съ опасностью навлечь
                       Гнѣвъ короля, я васъ въ послѣдній разъ
                       Прошу -- пустите въ Фландрію меня!
                       Довѣрьтесь мнѣ! Я долженъ, я обязанъ
                       Бѣжать Испаніи. Здѣсь жизнь моя --
                       Дыханье подъ сѣкирой палача.
                       Въ Мадритѣ небо тяжко налегло
                       На грудь мнѣ, какъ сознаніе убійства.
                       Меня спасетъ лишь перемѣна мѣста.
                       Когда спасти меня хотите вы --
                       Пустите въ Фландрію!
  
                       Филиппъ (съ принужденнымъ спокойствіемъ).
  
                                           Такихъ больныхъ,
                       Какъ ты, мой сынъ, лѣчить необходимо,
                       И при себѣ лѣчить. Ты остаешься
                       Въ Испаніи; туда поѣдетъ Альба.
  
                                           Карлосъ (внѣ себя).
  
                       Такъ помогайте жъ вы мнѣ духи неба!
  
                                 Филиппъ (отступая на шагъ).
  
                       Стой! это что за рѣчи?
  
                                 Карлосъ (прерывающимся голосомъ).
  
                                                     Мой родитель,
                       И вы не перемѣните рѣшенья?
  
                                           Филиппъ.
  
                       Король сказалъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Ну, такъ и я здѣсь кончилъ.

(Уходитъ въ сильномъ волненіи).

  

ТРЕТІЙ ВЫХОДЪ.

Филиппъ погруженный въ мрачное размышленіе, нѣкоторое время стоитъ неподвижно, наконецъ начинаетъ ходить взадъ и впередъ по залѣ. Альба въ замѣшательствѣ приближается.

                                           Филиппъ.
  
                       Вы, герцогъ, ждите каждый часъ приказа
                       Къ отъѣзду въ Брюссель.
  
                                           Альба.
  
                                                     Государь, готовъ
                       Давно я.
  
                                           Филиппъ.
  
                                 Ваше полномочье, герцогъ,
                       Лежитъ ужъ въ кабинетѣ. Между тѣмъ,
                       Явитесь предъ отъѣздомъ къ королевѣ,
                       Да и съ инфантомъ также повидайтесь.
  
                                           Альба.
  
                       Онъ, какъ безумный, только что отсюда,
                       Изъ залы вышелъ. Государь, и вы
                       Взволнованы такъ сильно, вы такъ блѣдны...
                       Иль разговоръ?..
  
                       Филиппъ (походивъ нѣсколько взадъ и впередъ).
  
                                           Предметомъ разговора
                       Былъ -- герцогъ Альба.

(Король останавливается и пристально на него смотритъ. Мрачно).

                                           Мнѣ пріятно слышать,
                       Что принцъ моихъ министровъ ненавидитъ,
                       Но горько мнѣ, что онъ ихъ презираетъ.
  
                       Альба (мѣняется въ лицѣ и хочетъ возразитъ).
  
                                           Филиппъ.
  
                       Не отвѣчайте. Я вамъ позволяю
                       Съ инфантомъ помириться.
  
                                           Альба.
  
                                                     Государь!
  
                                           Филиппъ.
  
                       Скажите лучше, кто меня впервые
                       Предостерегъ отъ замысловъ инфанта?
                       Я слушалъ васъ, a не его. Теперь
                       Я попытаюсь, герцогъ. Съ этихъ поръ
                       Принцъ станетъ ближе къ трону. Вы -- ступайте!

(Король удаляется въ кабинетъ. Герцогъ уходитъ въ другую дверь).

  

Пріемная зала предъ покоями королевы.

ЧЕТВЕРТЫЙ ВЫХОДЪ.

Донъ-Карлосъ входитъ, разговаривая съ пажомъ, въ среднюю дверь. Придворные, находящіеся въ залѣ, разбѣгаются при его появленіи въ прилежащіе покои.

                                           Карлосъ.
  
                       Письмо ко мнѣ? Къ чему же этотъ ключъ?
                       Да и къ чему таинственность такая?
                       Приблизься, милый! Кто тебя послалъ?
  
                                 Пажъ (таинственно).
                       Какъ намекали мнѣ объ этомъ -- дамѣ
                       Угодно быть угаданной.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Что? дама?
                       (Пристально осматриваетъ пажа).
                       Какъ? что? Кто жъ ты такой?
  
                                           Пажъ.
  
                                                     Я -- пажъ ея
                       Величества...
  
                                           Карлосъ
                       (испуганный, бросается на него и зажимаетъ ему ротъ).
                       Молчи, несчастный! Стой! я знаю.

(Поспѣшно срываетъ печать и отходитъ на самый конецъ залы, чтобы прочесть письмо. Между тѣмъ герцогъ Альба, незамѣченный принцемъ, проходитъ мимо него въ покои королевы. Карлосъ сильно дрожитъ, то блѣднѣя, то краснѣя. Прочитавъ, онъ долго стоитъ безмолвный, устремивъ взоры на письмо. Наконецъ обращается къ пажу).

                       Она сама тебѣ письмо вручила?
  
                                           Пажъ.
  
                       Собственноручно, принцъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Она сама
                       Тебѣ письмо вручила?-- о! не смѣйся!
                       Я почерка ея еще не знаю.
                       Тебѣ я долженъ вѣрить -- поклянись мнѣ...
                       Но если лжешь -- признайся откровенно,
                       Не насмѣхайся надо мной!
  
                                           Пажъ.
  
                                                     Надъ кѣмъ?
  
                                           Карлосъ
                       (снова смотритъ на письмо и осматриваетъ
                       пажа сомнительнымъ, испытующимъ взглядомъ.
                                 Пройдя разъ по залѣ).
  
                       Есть y тебя родители? Да? твой
                       Отецъ испанецъ? служитъ королю?
  
                                           Пажъ.
  
                       Онъ палъ при Сен-Кентенѣ... былъ полковникъ
                       У герцога Савойскаго, и звали
                       Его Алонзо графъ де-Ганарецъ.
  
                                           Карлосъ
                       (взявъ его за руку, значительно устремляетъ на него взоръ).
  
                       Письмо вручилъ тебѣ король?
  
                                           Пажъ (обидясь).
  
                                                     Принцъ, я
                       Не заслужилъ такого подозрѣнья.
  
                                 Карлосъ (читаетъ письмо).
  
                       "Ключъ этотъ вамъ отворитъ двери заднихъ
                       "Покоевъ въ павильонѣ королевы.
                       "Изъ нихъ пройдете въ крайній кабинетъ,
                       "Куда еще не западали взоры
                       "Доносчика. Тамъ громко и свободно
                       "Любовь вамъ то откроетъ, что такъ долго
                       "Она лишь знаками одними выражала.
                       "Тамъ робкія услышатся признанья,
                       "Тамъ ждетъ страдальца лучшая награда".

(Будто пробудившись отъ остолбенѣнія).

                       Нѣтъ, я не сплю, не брежу: это точно
                       Моя рука... вотъ мечъ мой... это точно
                       Написанныя строки. Это правда.--
                       Такъ я любимъ, любимъ! о!.. да, любимъ!

(Въ сильномъ волненіи ходитъ по комнатѣ, простирая руки къ небу).

  
                                           Пажъ.
  
                       Пожалуйте жъ, я проведу васъ, принцъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Дай мнѣ сперва опомниться. Не бьются ль
                       Еще всѣ ужасы такого счастья
                       Въ груди моей? Надѣялся ль на то я?
                       Осмѣливался ль я мечтать объ этомъ?
                       Гдѣ человѣкъ, привыкшій видѣть Бога?
                       Чѣмъ былъ я, чѣмъ я сталъ теперь? Да это
                       Другое небо, это солнце --
                       Другое солнце: я любимъ!
  
                                 Пажъ (хочетъ увести его).
  
                                                     Принцъ, принцъ,
                       Не мѣсто здѣсь... забыли...
  
                                           Карлосъ
                       (какъ будто окамепѣвъ отъ внезаппой мысли).
  
                                                     Короля?
                       Отца!

(Опускаетъ руки, дико смотритъ кругомъ и начинаетъ приходить въ себя).

                       Ужасно -- да, ты правъ, ты правъ,
                       Мой милый: благодарствуй! Я теперь
                       Былъ точно внѣ себя. И мнѣ молчать,
                       Замуровать въ груди все счастье должно...
                       Да, это страшно, это точно страшно!

(Беретъ пажа за руку и отводитъ въ сторону).

                       Что видѣлъ ты... иль не видалъ... Смотри же,
                       Какъ въ гробѣ, въ сердцѣ схорони своемъ!
                       Теперь ступай. Я ужъ приду. Ступай.
                       Насъ не должны здѣсь вмѣстѣ видѣть. Прочь!
  
                                 Пажъ (хочетъ итти).
  
                                           Карлосъ.
  
                       Нѣтъ, погоди! послушай!

(Пажъ возвращается. Карлосъ кладетъ руку свою ему на плечо и серьезно, торжественно смотритъ ему въ лицо).

                                                     Ты уносишь
                       Съ собой одну изъ тѣхъ ужасныхъ тайнъ,
                       Которыя, подобно сильнымъ ядамъ,
                       Свои сосуды страшно разрываютъ.
                       Умѣй же ты владѣть собой. Твой умъ
                       Пусть никогда не знаетъ, что на сердцѣ
                       Хранится y тебя. Какъ мертвый рупоръ,
                       Пріемлющій и отдающій звуки,
                       Не слышитъ самъ ихъ, такъ и ты не слышь ихъ.
                       Ты мальчикъ -- будь же мальчикомъ и нынѣ,
                       И продолжай играть и веселиться.
                       Умно какъ выбрать вѣстника любви
                       Она умѣла. Здѣсь король своихъ
                       Ехиднъ не выбираетъ.
  
                                           Пажъ.
  
                                                     Принцъ, и я
                       Не перестану никогда гордиться,
                       Что тайною одной теперь богаче,
                       Чѣмъ самъ король испанскій.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Глупый малый,
                       Вотъ этого и долженъ ты бояться.
                       Случится ль намъ встрѣчаться при другихъ:
                       Ты робко, съ уваженьемъ обходиться
                       Со мною будешь. Какъ бы ни былъ принцъ
                       Съ тобою милостивъ, ты никогда
                       Не позволяй себѣ изъ самолюбья
                       Кивать мнѣ, знаки дѣлать. Ты, мой сынъ,
                       Ты никогда не согрѣшишь такъ тяжко,
                       Какъ если мнѣ понравишься. Что впредь
                       Ты мнѣ сказать захочешь, никогда
                       Не говори словами, языку
                       Не довѣряй. На общій путь всѣхъ мыслей
                       Да не войдетъ твое увѣдомленье.
                       Глазами говори, рѣсницей, пальцемъ.
                       Я ужъ пойму тебя. Вотъ видишь ли,
                       Здѣсь воздухъ, свѣтъ -- Филиппа креатуры;
                       Нѣмымъ стѣнамъ -- и тѣмъ онъ платитъ деньги.
                       Сюда идутъ.

(Дверь, ведущая къ королевѣ, отворяется и герцогъ Альба входить).

                                           Прочь! до свиданія!
  
                                           Пажъ.
  
                                                               Принцъ,
                       Но только въ комнатѣ не ошибитесь.

(Уходитъ).

  
                                           Карлосъ.
  
                       Да, это герцогъ.

(Кричитъ ему)

                                           Нѣтъ, нѣтъ!.. хорошо!
                       Я буду тамъ.
  

 []

ПЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

Донъ-Карлосъ. Герцогъ Альба.

                                 Альба (загораживаетъ ему дорогу).
  
                                 Свѣтлѣйшій принцъ, два слова.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Извольте... Хорошо... въ другой разъ.

(Хочетъ итти).

  
                                           Альба.
  
                                                               Мѣсто,
                       Конечно, неудобно. Можетъ быть,
                       Свѣтлѣйшій принцъ, вамъ y себя угодно
                       Мнѣ подарить свиданье?
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Для чего же?
                       И здѣсь мы можемъ объясниться. Только
                       Скорѣе, покороче.
  
                                           Альба.
  
                                           Что меня
                       Теперь приводитъ къ вамъ, свѣтлѣйшій принцъ,
                       Такъ это искренняя благодарность
                       Къ вамъ за извѣстное...
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Какъ? благодарность?
                       Меня благодарить? За что же такъ?
                       Къ тому же, ваша благодарность, герцогъ?
  
                                           Альба.
  
                       Вы не успѣли выйти отъ монарха,
                       Какъ онъ ужъ мнѣ и милость объявилъ.
                       Я ѣду въ Брюссель.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Въ Брюссель? поздравляю!
  
                                           Альба.
  
                       Кому жъ я тѣмъ обязанъ, какъ не вамъ --
                       Не вашему предстательству y трона?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Мнѣ? только ужъ не мнѣ... не мнѣ, клянусь вамъ!
                       Вы ѣдете -- такъ поѣзжайте съ Богомъ.
  
                                           Альба.
  
                       И больше ничего! мнѣ это странно,
                       Свѣтлѣйшій принцъ, мнѣ больше ничего
                       Во Фландріи еще не поручите?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Чего жъ еще? чего же тамъ?
  
                                           Альва.
  
                                                     Но намъ
                       Еще недавно всѣмъ казалось, будто
                       Судьба всѣхъ этихъ странъ нуждалась въ личномъ
                       Присутствіи донъ-Карлоса.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Какъ такъ?
                       Ахъ, да... да, правда... было что-то... Но
                       И такъ прекрасно -- даже лучше, герцогъ.
  
                                           Альба.
  
                       Я удивленъ...
  
                                           Карлосъ (съ ироніей).
  
                                           Вы славный генералъ --
                       Кто этого не знаетъ? Даже зависть
                       Дастъ въ этомъ клятву. Я... я молодъ.
                       То жъ самое и самъ король подумалъ.
                       Король правъ совершенно, правъ кругомъ.
                       Теперь и я въ томъ сознаюсь -- итакъ,
                       Довольно. Поѣзжайте съ Богомъ! Я
                       Теперь не въ силахъ, видите вы сами...
                       Мнѣ, право, некогда... О прочемъ завтра
                       Или когда угодно, иль когда
                       Воротитесь изъ Брюсселя...
  
                                           Альба.
  
                                                     Какъ, принцъ? *
  
                                           Карлосъ
             (послѣ нѣкотораго молчанія, видя, что герцогъ не уходитъ).
  
                       Вы запаслись прекрасною погодой --
                       Весной и лѣтомъ. Путь лежитъ вамъ, герцогъ,
                       Черезъ Миланъ, Лотрингію, Бургундью,
                       Германію... Германію? Такъ точно,
                       Въ Германіи то было: тамъ васъ знаютъ...
                       Теперь y насъ апрѣль; май, іюнь,-- въ іюлѣ,
                       Такъ точно -- въ іюлѣ, или позднимъ срокомъ --
                       Въ началѣ августа вы ужъ на мѣстѣ.
                       О! я не сомнѣваюсь, къ намъ дойти
                       Вѣсть о побѣдахъ вашихъ не замедлитъ.
                       Вы, герцогъ, не обманете, я знаю,
                       Довѣрья нашего.
  
                                           Альба (значительно).
  
                                           Мнѣ ль это сдѣлать
                       Съ сознаніемъ ничтожности своей?
  
                                           Карлосъ
             (послѣ нѣкотораго молчанія, съ достоинствомъ и гордо).
  
                       Вы оскорбились, герцогъ?-- и вы правы.
                       Со стороны моей -- признаться долженъ --
                       Пощады мало было мечъ поднять
                       Противъ того, кто отразить его
                       Не можетъ.
  
                                           Альба.
  
                                 Что? не можетъ?
  
                       Карлосъ (сь улыбкой подаетъ ему руку).
  
                                                     Жаль мнѣ, право,
                       Что именно теперь мнѣ недосугъ
                       Достойную борьбу окончить съ Альбой.
                       Въ другой разъ...
  
                                           Альба.
  
                                           Принцъ, мы оба обсчитались
                       Различнымъ образомъ. Вы, напримѣръ,
                       Вы видите себя на двадцать лѣтъ позднѣе,
                       Я васъ настолько жъ раньше.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Ну?
  
                                           Альба.
  
                       Къ тому жъ на умъ мнѣ какъ-то вспало, сколько
                       Ночей съ своей супругой португальской,
                       Покойной вашей матерью, король
                       Не далъ бы, только бы добыть престолу
                       Такую руку, какъ моя, донъ-Карлосъ?
                       Ему, конечно, хорошо извѣстно,
                       Что легче государей создавать,
                       Чѣмъ государства; что скорѣе можно
                       Вселенную снабдить монархомъ,
                       Чѣмъ короля вселенной.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Правда, правда!
                       Но, герцогъ, но...
  
                                           Альба.
  
                                           И сколько крови, принцъ,
                       Народовъ вашихъ крови протекло,
                       Пока двѣ капли вамъ корону дали.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Ей-Богу, правы вы... и въ двухъ словахъ
                       Все сжато, чѣмъ заслуги гордость можетъ
                       Фортуны гордости колоть глаза.
                       Но приложенье, герцогъ Альба?
  
                                           Альба.
  
                                                               Горе
                       Величеству -- младенцу въ колыбели --
                       Когда надъ нянькою оно глумится!
                       Конечно, сладко спать ему на мягкой
                       Подушкѣ нашихъ подвиговъ, побѣдъ.
                       Въ коронѣ блещутъ жемчугъ, a не раны,
                       Не кровь, которыхъ стоили они.
                       Вотъ этотъ мечъ народамъ чужеземнымъ
                       Предписывалъ законы; онъ грозою
                       Блисталъ передъ распятьемъ; онъ провелъ
                       Бороздъ кровавыхъ много на землѣ
                       Къ посѣву зеренъ православной вѣры.
                       Богъ на небѣ судилъ, я -- на землѣ...
  
                                           Карлосъ.
  
                       Богъ или дьяволъ -- все равно. Вы были
                       Его рукою правой. Знаю все.
                       Теперь ни слова болѣе, прошу васъ.
                       Мнѣ бъ не хотѣлось шевелить теперь
                       Однихъ воспоминаній... Уважаю
                       Я выборъ короля. Ему нужны
                       Здѣсь Альбы. Что они нужны, я въ томъ
                       Ему завидовать не стану. Вы
                       Великій человѣкъ. Пусть будетъ такъ,
                       Я даже вѣрю этому, но только
                       Мнѣ жаль, что нѣсколько тысячелѣтій --
                       Вы ранѣе явились въ жизни. Альба,
                       По моему, передъ кончиной свѣта
                       Ея пророкомъ долженъ бы родиться.
                       Тогда какъ мощный грѣхъ долготерпѣнье
                       Небесное все выгложетъ, и жатва
                       Злодѣйствъ высокимъ колосомъ возстанетъ
                       И будетъ ждать ужаснаго жнеца --
                       Тогда бы вы на мѣстѣ были! Боже!
                       Мой рай земной! Ты, Фландрія! Но полно!
                       Объ этомъ поздно думать. Вы, я слышалъ,
                       Съ собой запасъ кровавыхъ приговоровъ,
                       Заранѣе подписанныхъ, везете?
                       Предосторожность, точно, не дурная.
                       Къ тому жъ оно и какъ-то безопаснѣй:
                       Отъ всѣхъ интригъ и сплетней васъ избавитъ.
                       О, мой отецъ! какъ близоруко понялъ
                       Я мысль твою! Въ жестокости тебя
                       Упрекнулъ за то, что ты мнѣ не далъ
                       Занятія, гдѣ блещутъ только Альбы?
                       То было -- лишь началомъ уваженья.
  
                                           Альба.
  
                       Принцъ, это слово стоило бъ...
  
                                 Кaрлосъ (вспыльчиво).
  
                                                               Чего?
  
                                           Альба.
  
                       Но васъ отъ этою спасаетъ только
                       Инфантъ испанскій.
  
                                 Карлосъ (хватается за мечъ).
  
                                           Это стоитъ крови!
                       Мечъ обнажайте, герцогъ!
  
                                           Альба (холодно).
  
                                                     Противъ
                       Кого?
  
                       Карлосъ (съ жаромъ приступая къ нему).
  
                                 Мечъ обнажайте, герцогъ Альба,
                       Не то убью васъ!
  
                                 Альбa (вынимая мечъ).
  
                                           Если вы того
                       Хотите...

(Дерутся).

  

ШЕСТОЙ ВЫХОДЪ.

Королева. Донъ-Карлосъ. Герцогъ Альба.

                       Королева (въ испугѣ выходя изъ своихъ покоевъ).
  
                                           Шпаги на-голо!

(Принцу, съ негодованіемъ и повелительнымъ голосомъ).

                                                     Донъ-Карлосъ!
  
                                           Карлосъ

(внѣ себя отъ присутствія королевы, опускаетъ руку и стоитъ, какъ окаменѣлый, потомъ бѣжитъ къ герцогу и обнимаетъ его).

  
                       Миръ, герцогъ, миръ! да будетъ все забыто!

(Молча бросается къ ногамъ королевы, потомъ быстро вскакиваетъ и внѣ себя убѣгаеть).

  
                                           Aльбa
             (стоитъ въ крайнемъ изумленіи и не спускаетъ глазъ съ нихъ).
  
                       Предъ Богомъ, это странно!
  
                                           Королева

(нѣсколько минутъ стоить въ безпокойствѣ и сомнѣніи потомъ медленно идетъ къ дверямъ своихъ покоевъ и, дошедъ до нихъ, останавливается).

  
                                                     Герцогъ Альба!

(Герцогъ слѣдуетъ за нею).

  

Кабинетъ принцессы Эболи.

СЕДЬМОЙ ВЫХОДЪ.

Принцесса, изящно, но просто одѣтая, играетъ па лютнѣ и поетъ. Потомъ пaжъ королевы.

                       Принцесса (быстро вскакиваетъ).
  
                       Идетъ!
  
                                 Пажъ (вертляво).
  
                                 Какъ, вы однѣ? Я удивляюсь,
                       Что здѣсь его не вижу; но онъ вмигъ
                       Явиться долженъ.
  
                                           Принцесса.
  
                                           Долженъ? Стало-быть,
                       Онъ также хочетъ?... Значитъ рѣшено?
  
                                           Пажъ.
  
                       За мной идетъ онъ. О, принцесса! вы
                       Любимы... такъ любимы... такъ любимы,
                       Какъ не были еще, да и не быть вамъ.
                       Какую сцену видѣлъ я!
  
                                           Принцесса
                       (съ нетерпѣніемъ привлекаетъ его къ себѣ)
  
                                                     Скорѣе!
                       Ты говорилъ съ нимъ? Говори! что жъ онъ
                       Сказалъ? какъ принялъ это? что сказалъ онъ?
                       Онъ покраснѣлъ? онъ удивился? Онъ
                       Узналъ ли даму? Говори же -- нѣтъ?
                       Узналъ? иль вовсе не хотѣлъ узнать?
                       Или узналъ другую? Да скажи же
                       Хоть слово ты! Стыдись, стыдись:
                       Такимъ несноснымъ никогда ты не былъ.
  
                                           Пажъ.
  
                       Да вы мнѣ сами не даете слова
                       Сказать, принцесса. Я ему отдалъ
                       Письмо и ключъ въ пріемной королевы.
                       Онъ удивился и взглянулъ въ лицо мнѣ,
                       Когда узналъ, что дама шлетъ меня.
  
                                           Принцесса.
  
                       Онъ удивился? Хорошо! прекрасно!
                       Но дальше, что же дальше?
  
                                           Пажъ.
  
                                                     Я хотѣлъ
                       Было сказать и болѣе; но онъ
                       Вдругъ поблѣднѣлъ и вырвалъ y меня
                       Письмо изъ рукъ, причемъ взглянулъ такъ грозно...
                       Потомъ, сказавъ, что все ему извѣстно,
                       Письмо прочелъ онъ съ крайнимъ изумленьемъ...
                       И началъ весь дрожать.
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Ему извѣстно?
                       Ему извѣстно все? Да полно -- такъ ли
                       Тебѣ сказалъ онъ?
  
                                           Пажъ.
  
                                           И спросилъ меня
                       Три иль четыре раза -- сами ль вы,
                       И точно ль сами мнѣ письмо вручили?
  
                                           Принцесса.
  
                       Сама ли? стало быть, меня назвалъ онъ?
  
                                           Пажъ.
  
                       По имени? нѣтъ не назвалъ. "Насъ могутъ
                       Подслушать", онъ сказалъ, "и донести
                       Его величеству".
  
                                 Принцесса (съ изумленіемъ).
  
                                           Сказалъ онъ это?
  
                                           Пажъ.
  
                       Сказалъ, что королю всего важнѣе,
                       И любопытнѣе, и интереснѣй
                       Вѣсть о запискѣ вашей.
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Королю?
                       Да такъ ли ты разслышалъ? королю?
                       Да полно -- такъ ли выразился онъ?
  
                                           Пажъ.
  
                       Такъ точно. Назвалъ это страшной тайной,--
                       Наказывалъ мнѣ взглядами, словами
                       Не измѣнить ему, быть осторожнѣй,
                       Чтобъ -- Боже сохрани -- король не сталъ
                       Подозрѣвать.
  
                                           Принцесса
                       (послѣ нѣкотораго молчанія, въ изумленіи).
  
                                           Всѣ признаки. Не можетъ
                       Быть иначе: онъ знаетъ все... A странно!
                       Кто жъ это разсказалъ ему? Кто жъ это?
                       Какъ будто я не знаю! Кто жъ такъ зорко,
                       Такъ вѣрно смотритъ, какъ не глазъ любви?
                       Но дальше продолжай: читалъ письмо онъ?
  
                                           Пажъ.
  
                       Письмо? "Въ письмѣ блаженство, предъ которымъ
                       Я долженъ трепетать, сказалъ онъ: это
                       Мнѣ и во снѣ не снилось". Тутъ, къ несчастью,
                       Явился герцогъ Альба; ну и мы...
  
                                 Принцесса (съ досадой).
  
                       Какой тутъ герцогъ, ради всѣхъ святыхъ!
                       Но гдѣ же онъ? что жъ медлитъ? Почему
                       Онъ не приходитъ? Видишь ли, какъ можно
                       Тебя легко провесть? A какъ онъ счастливъ
                       Ужъ быть бы могъ, пока мы здѣсь о томъ
                       Болтаемъ, что онъ будетъ счастливъ!
  
                                           Пажъ.
  
                                                               Герцогъ,
                       Боюсь...
  
                                           Принцесса.
  
                                 Опять ты съ герцогомъ своимъ!
                       Причемъ онъ здѣсь? Что воину за дѣло
                       До моего безвреднаго блаженства?
                       Оставить могъ онъ Альбу, отослать.
                       Кого жъ не отсылаютъ иногда?
                       О, право, принцъ твой такъ же и любовь
                       Превратно понимаетъ, какъ и женщинъ.
                       Не знаю, что минуты значатъ... Тише!
                       Чу! идутъ! Прочь! То принцъ.

(Пажъ убѣгаетъ).

                                                     Бѣги! бѣги!
                       Гдѣ жъ лютня? Я какъ-будто удивляюсь.
                       Мнѣ надо пѣснью знакъ подать.

 []

 []

  

ВОСЬМОЙ ВЫХОДЪ.

Принцесса и вскорѣ потомъ донъ-Карлосъ.

                                           Принцесса
                       (полуложится на оттоманку и играетъ).
  
                                           Карлосъ
             (врывается, узнаетъ принцессу и стоитъ, какъ громомъ пораженный).
  
                                                               О, Боже!
                       Гдѣ я?
  
                                           Принцесса
                       (роняетъ лютню и бѣжитъ ему навстрѣчу).
  
                       Принцъ Карлосъ? Да, и въ самомъ дѣлѣ!
  
                                           Карлосъ.
  
                       Гдѣ я? Обманъ ужасный!.. Я ошибся,
                       Я не туда попалъ.
  
                                           Принцесса.
  
                                           О! какъ умѣетъ
                       Принцъ Карлосъ ловко подмѣчать покои,
                       Гдѣ дамы безъ свидѣтелей!
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Принцесса,
                       Я виноватъ, принцесса... я... Въ пріемной
                       Дверь отперта была...
  
                                           Принцесса.
  
                                           Возможно ль принцъ?
                       Мнѣ кажется, я заперла ее.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Вамъ это только кажется, вамъ только
                       Такъ показалось, но на самомъ дѣлѣ
                       Вы ошибаетесь. Хотѣли запереть --
                       Да въ этомъ я согласенъ, вѣрю вамъ...
                       Но заперли?-- не заперли, увѣрить
                       Могу васъ въ этомъ! Вдругъ я слышу, кто-то
                       На лютнѣ, кажется, играетъ... Такъ,
                       Принцесса? вѣдь на лютнѣ?

(Съ сомнѣніемъ осматривается).

                                                     Точно! тамъ
                       Лежитъ она... a лютню, знаетъ Богъ,
                       Люблю я до безумья. Я -- весь слухъ,
                       Я все забылъ, врываюсь въ кабинетъ,
                       Чтобъ посмотрѣть волшебницѣ въ глаза,
                       Что такъ небесно тронула меня,
                       Такъ сильно, мощно мною овладѣла...
  
                                           Принцесса.
  
                       Какое любопытство! И его,
                       Признайтесь, принцъ, вы скоро утолили.

(Послѣ нѣкотораго молчанія значительно).

                       О, уважать должна я человѣка,
                       Кто чтобъ избавить женщину отъ краски,
                       Такою ложью путаетъ себя.
  
                                 Карлосъ (простодушно).
  
                       Принцесса, вижу самъ, я только порчу,
                       Не поправляю. Ужъ избавьте лучше
                       Меня отъ роли, для которой я
                       Нисколько не гожусь. Вы здѣсь искали
                       Убѣжища отъ свѣта. Здѣсь хотѣли
                       Вдали отъ любопытныхъ глазъ людей
                       Пожить для тихихъ сердца упованій.
                       Я, сынъ несчастія, вошелъ -- и вотъ
                       Прекрасный сонъ разрушенъ. Но за-то
                       Себя я долженъ скорымъ удаленьемъ...

(Хочетъ итти).

  
                                           Принцесса
             (удивлена, озадачена, но мгновенно приходить въ себя).
  
                       Принцъ... о, вы злы!
  
                                           Кaрлосъ.
  
                                           Принцесса, понимаю,
                       Что этотъ взглядъ, и въ этомъ мѣстѣ значитъ,
                       И эту добродѣтельную робость
                       Я уважаю. Горе человѣку,
                       Кого румянецъ женскій ободряетъ!
                       Я трушу, если женщины боятся
                       Меня.
  
                                           Принцесса.
  
                                 Возможно ли? Стыдливость, право,
                       Чрезмѣрная для юноши и принца.
                       Да, принцъ, теперь должны вы y меня
                       Остаться; я теперь сама объ этомъ
                       Прошу: предъ добродѣтелью такою
                       Страхъ каждой дѣвушки пройдетъ мгновенно.
                       Но знаете ль, что вашъ приходъ внезапный
                       Меня засталъ за аріей любимой?

(Подводитъ его къ софѣ и беретъ лютню).

                       A пѣсню, принцъ, ужъ я спою въ другой разъ,
                       Вамъ въ наказанье.
  
                                           Карлосъ
                       (садится не безъ принужденія возлѣ принцессы).
  
                                           Наказанье столь же
                       Желанное, какъ и проступокъ. Право,
                       Слова мнѣ такъ понравились, такъ были
                       Божественно-прекрасны, что я снова
                       Готовъ васъ слушать.
  
                                           Принцесса.
  
                                           Какъ? вы все слыхали?
                       Не хорошо! Мнѣ помнится, донъ-Карлосъ,
                       Здѣсь рѣчь идетъ о пламенной любви?
  
                                           Карлосъ.
  
                       И о счастливой, кажется, принцесса...
                       Прекрасный текстъ въ такихъ устахъ прекрасныхъ,
                       Хоть красоты и больше въ немъ, чѣмъ правды.
  
                                           Принцесса.
  
                       Чѣмъ правды? какъ? вы усумнились, принцъ?
  
                                           Карлосъ (серьезно).
  
                       Я сомнѣваюсь, милая принцесса,
                       Чтобъ мы другъ друга поняли, когда бы
                       Рѣчь о любви зашла.

(Принцесса изумляется; онъ замѣчаетъ это и продолжаетъ съ легкою любезностью).

                                           И точно, кто же
                       Повѣритъ этимъ розовымъ щекамъ,
                       Что эту грудь уже взрывали страсти?
                       И можетъ ли напрасно, безотвѣтно
                       Вздыхать принцесса Эболи? Любовь
                       Лишь знаетъ тотъ, кто любитъ безнадежно.
  
                                           Принцесса
                                 (съ своею прежнею веселостью).
  
                       О, полноте! да это просто страсти!
                       И эта кара нынче, какъ нарочно,
                       Какъ бы на зло пристала нынче къ вамъ!

(Беретъ его за руки съ ласковымъ участіемъ).

                       Но вы не веселы, мой принцъ... грустите...
                       И точно вы грустите! Боже мой!
                       Но отчего жъ грустить вамъ, принцъ? При этомъ
                       Призваньи громкомъ къ наслажденьямъ свѣта,
                       При всѣхъ дарахъ природы благосклонной,
                       И правѣ всемъ на радость, счастье въ жизни?
                       Вы -- царскій сынъ и болѣе того,
                       Гораздо болѣе -- ужъ съ самой колыбели
                       Осыпанный дарами, отъ которыхъ
                       Блескъ самый сана вашего темнѣетъ?
                       Вы, y кого въ совѣтѣ строгомъ женщинъ
                       Подкуплены всѣ судьи, y которыхъ
                       Достоинство мужчинъ и слава строгій
                       Выдерживаютъ смотръ? Кто лишь замѣтитъ --
                       И побѣдитъ, воспламеняетъ тамъ,
                       Гдѣ самъ онъ холоденъ, a если самъ
                       Воспламенится, то даритъ ужъ раемъ,
                       Даритъ боговъ блаженствомъ. Человѣкъ,
                       Кого природа къ счастію милліоновъ
                       И нѣсколькихъ украсила равно
                       Дарами, тотъ несчастливъ самъ? О, Боже!
                       Ты, даровавши все ему, зачѣмъ,
                       Зачѣмъ въ глазахъ ему Ты отказалъ
                       Его побѣды видѣть?
  
                                           Карлосъ

(который все это время былъ погруженъ въ глубокую разсѣянность, вдругъ приходитъ въ себя отъ молчанія принцессы и вскакиваетъ).

  
                                           Превосходно!
                       Неподражаемо, принцесса! Спойте
                       Еще разъ это мѣсто.
  
                                           Принцесса
                                 (въ изумленіи смотритъ на него).
  
                                           Карлосъ, гдѣ жъ --
                       Гдѣ жъ были вы теперь?
  
                                 Карлосъ (вскакивая).
  
                                                     Ахъ, Боже мой!
                       Вы кстати мнѣ напомнили. Я долженъ
                       Итти, я долженъ...
  
                                 Принцесса (удерживая его).
  
                                           Принцъ, куда?
  
                                 Карлосъ (въ ужасномъ томленіи).
  
                                                               Туда.
                       На воздухъ. Такъ позвольте жъ мнѣ, принцесса,
                       Уйти отъ васъ. Мнѣ мнится, цѣлый міръ
                       Весь въ пламени, въ дыму бѣжитъ за мною.
  
                                           Принцесса
                                 (насильно его удерживаетъ).
  
                       Что съ вами, принцъ? Какое обращенье?

(Карлосъ останавливается и погружается въ задумчивость. Она пользуется этой минутой и привлекаетъ его на софу).

                       Покой вамъ нуженъ, Карлосъ. Ваша кровь
                       Теперь въ волненіи... Садитесь... такъ...
                       Прочь этотъ бредъ горячечный и мрачный!
                       Спросите вы себя -- вашъ умъ навѣрно
                       Не знаетъ самъ, о чемъ тоскуетъ?
                       A если онъ и знаетъ, такъ ужели
                       Изъ всѣхъ придворныхъ рыцарей никто,
                       Никто изъ женщинъ всѣхъ васъ излѣчить...
                       Понять, хотѣла я сказать... никто
                       Здѣсь недостоинъ?
  
                                           Карлосъ
                                 (разсѣянно, безсмысленно).
  
                                           Можетъ быть, одна
                       Принцесса Эболи.
  
                                           Принцесса.
  
                                           Какъ, въ самомъ дѣлѣ?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Прошу васъ, дайте нѣсколько лишь строчекъ
                       Рекомендательныхъ къ Филиппу; вы...
                       Вы сильны, говорятъ.
  
                                           Принцесса.
  
                                           Такъ стало быть
                       Ты онѣмѣлъ отъ подозрѣнья!
  
                                           Карлосъ. .
  
                                                     Новость
                       Теперь въ ходу ужъ, вѣроятно. Мнѣ
                       Пришло на мысль отправиться въ Брабантъ,
                       Чтобъ... заслужить хоть шпоры. Мой отецъ
                       Того не хочетъ. Батюшка боится,
                       Чтобъ отъ команды громкой не охрипъ
                       Мой голосъ.
  
                                           Принцесса.
  
                                 Вашъ разсчетъ не вѣренъ, Карлосъ.
                       Признайтесь, вы хотите отъ меня
                       Лишь ускользнуть съ змѣиною уловкой.
                       Взгляните на меня, притворщикъ: глазъ
                       На глазъ. Кто лишь о подвигахъ мечтаетъ,
                       Тотъ -- сами вы признайтесь -- низойдетъ ли
                       Тотъ до того, чтобъ ленты красть y дамъ
                       И -- вы меня простите --

(въ то время, какъ она легкимъ движеніемъ пальцевъ отстегиваетъ воротникъ его рубашки и вынимаетъ оттуда ленточный бантикъ)

                                                     ихъ хранить,
                       Какъ драгоцѣнность, прятать, какъ святыню?
  
                                           Карлосъ
                                 (отступая съ удивленіемъ).
  
                       Принцесса! Нѣтъ ужъ слишкомъ. Видно,
                       Мнѣ измѣнили. Васъ не проведешь.
                       Вы съ демономъ, вы съ духами стакнулись.
  
                                           Принцесса.
  
                       Васъ удивляетъ это? удивляетъ?
                       На что хотите биться, я сзову
                       Къ вамъ въ сердце случаи, былыя сцены...
                       Попробуйте, спросите что-нибудь.
                       Когда всѣ странности каприза, звукъ,
                       На воздухъ мелькомъ брошенный, улыбка,
                       Смахнутая серьезностью внезапной,
                       Когда ужъ самыя явленья, жесты,
                       Гдѣ не было ни тѣни васъ самихъ,
                       Когда все это отъ меня не скрылось,
                       Судите жъ сами, поняла ль я васъ,
                       Гдѣ вы понятнымъ только быть хотѣли?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Да, правда, это много. Хорошо,
                       Я вашъ закладъ, принцесса, принимаю.
                       Вы въ сердцѣ y меня хотѣли много
                       Открытій сдѣлать, о которыхъ самъ
                       Я никогда не вѣдалъ.
  
                                           Принцесса
                                 (немного обиженно и серьезно).
  
                                           Никогда, принцъ!
                       A вспомните! подумайте! Вы здѣсь
                       Не въ комнатахъ y королевы, принцъ,
                       Гдѣ нужно иногда немного маски,
                       Похвально даже. Вы изумлены?
                       Вы вспыхнули внезапно? О! конечно,
                       Кто жъ такъ уменъ, такъ дерзокъ, такъ свободенъ,
                       Что будетъ замѣчать за Карломъ, если
                       Самъ Карлъ того не хочетъ? Кто жъ могъ видѣть,
                       Какъ на послѣднемъ балѣ королеву
                       Средь танца бросилъ онъ, другую пару
                       Расторгъ и, вмѣсто августѣйшей дамы
                       Своей, принцессѣ Эболи далъ руку?
                       Ошибка, принцъ, которую король,
                       Тогда вошедшій въ залу, самъ замѣтилъ.
  
                                           Карлосъ
                                 (съ иронической улыбкой).
  
                       И даже онъ? Признаюсь вамъ, принцесса,
                       Объ немъ-то я и не подумалъ.
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Также
                       Какъ и въ капеллѣ королевской... Карлосъ
                       И это также позабылъ? У ногъ
                       Небесной Дѣвы вы лежали; жарко
                       Лилась изъ устъ молитва; вдругъ -- вы въ этомъ
                       Не виноваты, правда -- платья дамъ
                       Таинственно за вами зашумѣли.
                       И вотъ неустрашимый сынъ Филиппа,
                       Какъ еретикъ передъ судомъ священнымъ,
                       Вдругъ задрожалъ: отравленной молитвы
                       Послѣдній звукъ слетѣлъ съ поблекшихъ губъ,
                       Въ припадкѣ страсти... Вы тогда до слезъ
                       Шутили, принцъ... берете жадно руку,
                       Холодную святой Мадонны руку --
                       И поцѣлуевъ пламя грѣетъ мраморъ...
  
                                           Карлосъ.
  
                       Одна лишь набожность, принцесса... вѣрьте!
  
                                           Принцесса.
  
                       Тогда другое дѣло, принцъ... тогда,
                       Конечно, ужъ изъ страха проиграть
                       Случилось, что принцъ Карлосъ, съ королевой
                       И мной играя, съ ловкостію рѣдкой
                       Похитилъ y меня перчатку эту.

(Карлосъ ошеломленный вскакиваетъ).

                       Но тутъ же такъ былъ вѣжливъ и любезенъ,
                       Что сдѣлалъ ходъ съ нея на мѣсто карты.
  
                                           Карлосъ.
  
                       О, Боже милосердый! что я сдѣлалъ?
  
                                           Принцесса.
  
                       Да то, въ чемъ вы сознаетесь, надѣюсь.
                       Какъ испугалась я, когда нежданно
                       Мнѣ письмецо попалось, что въ перчатку
                       Умѣли вы вложить. То былъ романсъ
                       Прекрасный, принцъ, который я сейчасъ же...
  
                                           Карлосъ
                                 (быстро перебивая ее).
  
                       Поэзія... не больше!.. Въ головѣ
                       Моей всплываютъ часто пузыри
                       Престранные и лопаются тутъ же.
                       Вотъ вамъ и все тутъ. Полно же объ этомъ.
  
                                           Принцесса
                       (въ удивленіи отходитъ отъ него и издали
                       пристально за нимъ наблюдаетъ).
  
                       Я истощилася... Онъ, какъ змѣя,
                       Увертливъ... не схватить! Чудакъ...

(Помолчавъ).

                                                               Что жъ это?
                       Ужъ не чрезмѣрная ль мужская гордость,
                       Которая, чтобъ больше насладиться,
                       Застѣнчивости маску надѣваетъ?

(Опять приближается къ принцу и сомнительно смотритъ на него).

                       Такъ объяснитесь, принцъ. Я здѣсь стою,
                       Какъ передъ шкафомъ, замкнутымъ волшебно,
                       Къ которому ключи мои негодны.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Какъ я предъ вами.
  
                                           Принцесса

(быстро отъ него отходитъ и молча прохаживается взадъ и впередъ по кабинету и, кажется, размышляетъ о чемъ-то важномъ. Наконецъ, послѣ продолжительнаго молчанія, важно и торжественно).

  
                                           Будь, что будетъ! Я
                       Рѣшаюсь вамъ открыться наконецъ.
                       Своимъ судьей васъ, принцъ, я избираю.
                       Вы благородный человѣкъ -- вы мужъ,
                       Вы рыцарь. Къ вамъ на грудь бросаюсь я.
                       Вы, принцъ, меня спасете, a нельзя
                       Спасти меня -- поплачете со мною.

(Принцъ приближается къ ней съ удивленіемъ, полнымъ участія и любопытства).

                       Одинъ придворный проситъ y Филиппа
                       Руки моей -- Рюй-Гомецъ, графъ де-Сильва.
                       Король согласенъ, конченъ торгъ ужасный
                       И продана я твари.
  
                                           Карлосъ
                                 (сильно потрясенный).
  
                                           Продана?
                       И снова продана? и снова тѣмъ же
                       Барышникомъ, извѣстнымъ всѣмъ на югѣ!
  
                                           Принцесса.
  
                       Нѣтъ, выслушайте, принцъ. О! мало
                       Того, что въ жертву я принесена,
                       Моя невинность тутъ не безопасна...
                       Вотъ этотъ листъ съ святоши сниметъ маску...

(Карлосъ беретъ бумагу и, въ нетерпѣніи слышатъ разсказъ, забываетъ прочесть ее).

                       Кто здѣсь спасетъ меня? До этихъ поръ
                       Меня хранила гордость, добродѣтель;
                       Но наконецъ...
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Вы пали? пали вы?
                       Нѣтъ, нѣтъ! О ради Бога!..
  
                                           Принцесса
                                 (гордо и благородно).
  
                                                     Съ кѣмъ пала я?
                       Какая пошлость! И какъ жалки мысли
                       Такія y великихъ духомъ! Какъ?
                       Приравнивать расположенье женщинъ,
                       Восторгъ любви -- товару! Словно можно
                       Его купить, поторговавшись! Но
                       На всей землѣ одинъ лишь онъ не знаетъ
                       Купца другого, какъ себя. Любовь --
                       Любви цѣна. Она -- алмазъ безцѣнный,
                       Который подарю, иль безъ раздѣла
                       Зарою я, какъ тотъ купецъ великій,
                       Что, не прельстясь всѣмъ золотомъ Ріальто,
                       Безцѣнную жемчужину свою.
                       На дно морское бросилъ, но не продалъ
                       Ее съ обиднымъ для себя убыткомъ.
  
                                           Карлосъ (про себя).
  
                       Клянуся, эта женщина прекрасна!
  
                                           Принцесса.
  
                       Пусть то тщеславье, вѣтренность, капризъ.
                       Я не дѣлю блаженства. Человѣку
                       Единому, избранному душою,
                       За все я все отдамъ. Я подарю,
                       Но разъ, на вѣчно. Одного лишь только
                       Собой я осчастливлю -- одного --
                       Но небомъ сдѣлаюсь его. Сердецъ
                       Согласное біенье, поцѣлуй,
                       Часовъ забвенья сладкое блаженство,
                       Все волшебство небесной красоты --
                       Лишь одного луча родныя краски,
                       Лишь одного цвѣтка листы. И я,
                       Я, какъ слѣпая, вырванный листокъ
                       Изъ этой полной чаши подарю?
                       Я женщины величество святое,
                       Я лучшее созданіе небесъ
                       Сгублю, чтобъ усладить ночь сластолюбца?
  
                                           Карлосъ (про себя).
  
                       Невѣроятно! Дѣвушка такая
                       Была въ Мадритѣ -- и сегодня только
                       Я узнаю объ этомъ?
  
                                           Принцесса.
  
                                           Этотъ дворъ
                       Я ужъ давно оставила-бъ, давно бы
                       Въ святыхъ стѣнахъ себя похоронила;
                       Но у меня есть связь одна, что къ свѣту
                       Меня влечетъ неодолимо. Ахъ!
                       Быть можетъ призракъ... но онъ такъ мнѣ дорогъ...
                       Я здѣсь люблю и -- не любима.
  
                                           Карлосъ
                                 (съ жаромъ подходитъ къ ней).
  
                       Любимы! какъ на небѣ Богъ, то правда!
                       Клянусь вамъ, вы любимы!
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Вы?
                       Вы въ томъ клянетесь? Ангельскіе звуки!
                       Да, если вы клянетесь, Карлосъ, то
                       Я вѣрю -- я любима.
  
                                           Карлосъ
             (исполненный нѣжности заключаетъ ее въ объятія).
  
                                           Милый ангелъ!
                       Благоуханное созданіе! Я здѣсь --
                       Весь слухъ, весь глазъ, весь упоенье, весь
                       Восторгъ. Кто жъ могъ бы васъ увидѣть, кто же
                       Подъ этимъ небомъ могъ бы васъ увидѣть
                       И увѣрять, что онъ не зналъ любви?
                       Но здѣсь, въ Мадритѣ, при дворѣ Филиппа,
                       Чего, прекрасный ангелъ, ищешь ты?
                       Не для такихъ цвѣтовъ мадритскій воздухъ.
                       Они ль ихъ станутъ рвать? Они бы стали...
                       О! я охотно вѣрю... но не быть
                       Тому, клянуся жизнію, не быть!
                       Я обниму тебя, я на рукахъ
                       Тебя самъ вынесу изъ тьмы кромѣшной.
                       Дай мнѣ быть ангеломъ твоимъ.
  
                                           Принцесса
                                 (со взглядомъ полнымъ любви).
  
                                                     О, Карлосъ!
                       Какъ я васъ мало знала! Какъ богато,
                       Какъ безгранично много ваше сердце
                       За трудъ понять себя даетъ въ награду!

(Беретъ его руку и хочетъ поцѣловать ее).

  
                                 Карлосъ (отдергивая руку).
  
                       Принцесса, что вы?
  
                                           Принцесса
                       (граціозно и пристально смотря на его руку).
  
                                           Какъ она прекрасна!
                       О, какъ богата! Эта, принцъ, рука
                       Сжимаетъ два подарка драгоцѣнныхъ --
                       Престолъ и сердце Карла.. и одной,
                       Быть можетъ, смертной оба вдругъ!... Одной?
                       Большой, божественно большой подарокъ!
                       Не слишкомъ ли великій для одной
                       Не раздѣлить ли лучше вамъ его?
                       Повѣрьте, дурно любятъ королевы;
                       Любовь не знаетъ толку въ діадемахъ,
                       Такъ сдѣлайте жъ раздѣлъ, принцъ, и сейчасъ же,
                       Сейчасъ же, принцъ! Иль онъ ужъ вами сдѣланъ?
                       Онъ, правду сдѣланъ? О, тѣмъ лучше!
                       И кто же та счастливица?
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Узнай же!
                       Тебѣ -- ты чистая душа -- тебѣ
                       Откроюсь я, невинности прекрасной,
                       Природѣ неразвѣнчанной откроюсь,
                       Здѣсь при дворѣ лишь ты чиста, одну тебя
                       Моя душа такъ братски понимаетъ.
                       Такъ слушай же: не отпираюсь -- я
                       Люблю!
  
                                           Принцесса.
  
                                 Жестокій человѣкъ! Такъ трудно
                       Тебѣ признанье было? Мнѣ ль себя считать
                       Несчастной, если ты меня находишь
                       Любви достойной?
  
                                 Карлосъ (озадаченный).
  
                                           Что? что это?
  
                                           Принцесса.
  
                                                               Такъ
                       Играть со мной! О! принцъ, не хорошо
                       Такъ поступать... и даже отъ ключа
                       Отречься!
  
                                           Карлосъ.
  
                                 Ключъ! ключъ!
                       (Послѣ мрачнаго раздумья).
                                           Да... такъ, точно... Вижу...
                       О, Боже! Боже мой!

(Колѣни его дрожатъ; онъ придерживается за стулъ и закрываетъ лицо. Долгое молчаніе съ обѣихъ сторонъ. Принцесса вскрикиваетъ и падаетъ).

  
                                           Принцесса.
  
                                           Ужасно! что
                       Я сдѣлала?
  
                                           Карлосъ
             (приподнимаясь съ порывомъ глубочайшей горести).
  
                                 Такъ глубоко пасть съ неба!...
                       О, это страшно!
  
                                 Принцесса (закрывая голову).
  
                                           Что я слышу? Боже!
  
                                 Карлосъ (падая къ ногамъ ея).
  
                       Принцесса, я не виноватъ... любовь...
                       Несчастное недоумѣнье. Богъ свидѣтель --
                       Не виноватъ я!
  
                                 Принцесса (отталкиваетъ его).
  
                                           Съ глазъ моихъ уйдите!
                       О, ради Бога!...
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Никогда! Оставить
                       Васъ здѣсь въ такомъ ужасномъ положеньи.
  
                       Принцесса (съ силою отталкиваетъ его).
  
                       Изъ милости, изъ состраданья, принцъ,
                       Прочь съ глазъ моихъ! Убить меня
                       Хотите вы? Я ненавижу васъ!

(Карлосъ хочетъ итти),

                       Письмо и ключъ отдайте мнѣ назадъ.
                       Письмо другое также... гдѣ оно?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Другое? Какое другое?
  
                                           Принцесса.
  
                                           Отъ Филиппа.
  
                                           Карлосъ (вздрагивая).
  
                       Что? отъ кого?
  
                                           Принцесса.
  
                                           Что я сейчасъ дала вамъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Отъ короля? къ кому же? къ вамъ.
  
                                           Принцесса.
  
                                                               О, Боже!
                       Какъ страшно я запуталась! Письмо!
                       Скорѣй письмо! Оно мнѣ нужно, принцъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Отъ короля и къ вамъ?
  
                                           Принцесса.
  
                                           Письмо! письмо!
                       Во имя всѣхъ святыхъ!
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Что маску можетъ
                       Сорвать съ извѣстнаго... вотъ это?
  
                                           Принцесса.
  
                                                               Я
                       Погибла!... Дайте мнѣ его!
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Письмо...
  
                       Принцесса (въ отчаяніи ломая руки).
  
                       Что сдѣлала я, Боже всемогущій!
  
                                           Карлосъ.
  
                       Письмо -- отъ короля? Ну да, принцесса,
                       Конечно, это все перемѣняетъ.

(Радостно держа письмо въ рукѣ).

                       Да, то неоцѣненное письмо.
                       Тяжелое, волшебное письмо,
                       Для выкупа котораго короны
                       Филиппа всѣ и пусты, и легки.
                       Письмо я это y себя оставлю.

(Уходитъ).

  
                                           Принцесса
                                 (силясь загородитъ ему дорогу).
  
                       Великій Боже, я погибла!
  

ДЕВЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

Принцесса одна.

(Она стоитъ еще пораженная, внѣ себя; по выходѣ его, она бѣжитъ за нимъ и хочетъ воротитъ).

                       Принцъ, воротитесь! выслушайте, принцъ!
                       Ушелъ! Всѣ къ одному! Онъ презираетъ
                       Меня -- и въ одиночествѣ ужасномъ
                       Я остаюсь... отвергнута на вѣкъ,
                       Покинута...

(Падаетъ въ кресло. Послѣ нѣкотораго молчанія).

                                 Нѣтъ! вытѣснена только
                       Соперницей. Онъ любитъ. Нѣтъ сомнѣнья.
                       Онъ самъ признался въ томъ. Но кто же эта
                       Счастливица? Какъ видно, любитъ онъ,
                       Кого любить не долженъ! Онъ боится
                       Открытій. Страсть его дрожитъ, трепещетъ
                       Предъ королемъ. Зачѣмъ же передъ нимъ,
                       Когда давно ужъ онъ того желаетъ?
                       Иль не отца боится онъ въ отцѣ?
                       Когда узналъ о страсти короля онъ,
                       Глаза его внезапно просіяли;
                       Онъ вспыхнулъ весь отъ радости, блаженства...
                       Какъ это въ немъ умолкла добродѣтель
                       Тутъ именно?... Что пользы въ томъ ему,
                       Что сталъ король невѣренъ королевѣ?

(Внезапно умолкаетъ, будто пораженная мыслью. Вмѣстѣ съ этимъ срываетъ съ груди ленту, отданную ей Карлосомъ, быстро осматриваетъ и узнаетъ ее).

                       О, я безумная! Теперь, теперь лишь...
                       И я не замѣчала? Лишь теперь
                       Мои глаза все видѣть начинаютъ!
                       Они уже давно любили... прежде,
                       Чѣмъ въ бракъ король вступилъ съ ней. Безъ нея
                       Принцъ никогда еще меня не видѣлъ.
                       Такъ къ ней одной все это относилось,
                       Все, что меня на мысли наводило
                       Что такъ сердечно, пламенно, такъ нѣжно
                       Я имъ любима? О! обманъ
                       Ужасный, безпримѣрный! И еще
                       Я ей открылась въ слабости своей...

(Молчаніе).

                       Чтобъ безъ надежды всякой онъ любилъ --
                       Не вѣрится мнѣ что-то. Безнадежной
                       Любви не выдержать борьбы подобной.
                       Въ блаженствѣ утопать, гдѣ самъ король,
                       Сильнѣйшій въ цѣломъ свѣтѣ, тщетно страждетъ.
                       Нѣтъ, нѣтъ! страсть безнадежная такихъ
                       Жертвъ не приноситъ. Какъ горячъ, какъ жгучъ
                       Былъ поцѣлуй его! Какъ нѣжно онъ
                       Меня прижалъ къ взволнованной груди!
                       О! испытанье было слишкомъ сильно
                       Для чисто-платонической любви,
                       Любви безъ ласкъ взаимныхъ, безъ отвѣта!
                       Онъ принимаетъ ключъ, что, по догадкамъ,
                       Ему шлетъ королева.-- Бѣдный, вѣритъ
                       Любви такому смѣлому поступку!--
                       Приходитъ, да, приходитъ, въ самомъ дѣлѣ
                       Приходитъ... Стало-быть, онъ въ ней увѣренъ.
                       Онъ не пришелъ бы, если бъ что-нибудь
                       Его къ тому не ободряло. Ясно,
                       Какъ день: ему внимаютъ, онъ любимъ.
                       Клянусь душой, святоша эта любитъ!
                       О, какъ хитра она! Я трепетала,
                       Я, я сама предъ пугаломъ ея
                       Высокой добродѣтели. Блистала
                       Она явленьемъ свѣтлымъ предо мною;
                       Потухла вся въ ея сіяньи я;
                       Завидовала ей въ покоѣ этомъ,
                       Натуръ земныхъ волненью непричастномъ --
                       И это все лишь маской было. Ей
                       Полакомиться съ двухъ столовъ хотѣлось:
                       Хотѣлось блескъ божественный носить
                       И, вмѣстѣ съ тѣмъ, вкушать исподтишка
                       Порока лакомства. И ей пройдетъ
                       То даромъ? Ей удастся это?
                       Обманщицѣ никто не отомститъ?
                       Удастся, потому что не найдетъ
                       Она здѣсь мстителя? Нѣтъ, нѣтъ клянусь!
                       Я ей молилась... но теперь отмщу!
                       Король узнаетъ весь обманъ... Король?

(Послѣ нѣкотораго молчанія).

                       Да, такъ... вотъ путь до слуха короля.

(Уходитъ).

 []

  

Комната въ королевскомъ дворцѣ.

ДЕСЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

Герцогъ Альба. Патеръ Доминго.

                                           Доминго.
  
                       Что вамъ угодно мнѣ сказать?
  
                                           Альба.
  
                                                     Одно
                       Открытіе, что сдѣлалъ я сегодня
                       И о которомъ ваше мнѣнье очень
                       Хотѣлъ бы знать я.
  
                                           Доминго.
  
                                           Важное открытье?
                       Чтобъ это быть могло -- не знаю.
  
                                           Альба.
  
                                                               Карлосъ
                       И я встрѣчаемся сегодня утромъ
                       Въ пріемной королевы. Оскорбляетъ
                       Меня онъ. Мы погорячились. Споръ нашъ
                       Становится немного крупнымъ. Мы
                       Беремся за мечи. На шумъ приходитъ
                       Ея величество, бросается межъ нами --
                       И смотритъ съ деспотическою властью
                       На принца. Взглядъ одинъ лишь -- и его
                       Рука нѣмѣетъ, онъ бѣжитъ ко мнѣ
                       Въ объятья... поцѣлуй я ощущаю...
                       Онъ исчезаетъ.
  
                       Доминго (послѣ нѣкотораго молчанія).
  
                                           Правда, тутъ не чисто.
                       Вы, герцогъ, мнѣ напомнили кой-что.
                       Признаюсь вамъ, давно такія мысли
                       Въ груди моей шевелятся. Я бѣгалъ
                       Подобныхъ сновъ... еще не повѣрялъ
                       Ихъ никому. Есть много шпагъ двуострыхъ,
                       Друзей двуличныхъ. Я боюсь послѣднихъ.
                       Ахъ, герцогъ! трудно различать людей,
                       Еще труднѣй извѣдать, и слова,
                       Сбѣжавшія разъ съ губъ, друзья плохіе.
                       Вотъ почему я тайну схоронилъ,
                       Пока ее не вырыло бы время
                       На свѣтъ небесный. Есть услуги, герцогъ,
                       Что королямъ оказывать опасно.
                       Невѣрный выстрѣлъ не ударитъ въ цѣль --
                       Въ стрѣлка назадъ ударитъ. Я, пожалуй,
                       Готовъ поклясться передъ Богомъ... Но
                       Очная ставка, пойманное слово,
                       Лоскутъ бумаги на вѣсахъ тяжелѣ
                       Всѣхъ клятвъ и чувствъ моихъ. Досадно,
                       Что мы въ Испаніи!
  
                                           Альба.
  
                                           Какъ такъ досадно?
  
                                           Доминго.
  
                       При всѣхъ дворахъ страсть можетъ позабыться;
                       У насъ она трепещетъ предъ закономъ.
                       Испанскимъ королевамъ трудно
                       Грѣшить -- я вѣрю этому, a въ этомъ,
                       Въ одномъ лишь этомъ только, по несчастью,
                       Ее поймать легко намъ удалось бы.
  
                                           Альба.
  
                       Но дальше слушайте. Принцъ нынче былъ
                       У короля -- часъ битый длилась
                       Аудіенція. Онъ управленья
                       Надъ Фландріей просилъ. Онъ жарко, громко
                       Просилъ. Я слышалъ все изъ кабинета.
                       Съ глазами красными отъ слезъ со мною
                       Въ дверяхъ потомъ онъ встрѣтился; a въ полдень
                       Къ намъ вышелъ съ торжествующею миной;
                       Онъ восхищенъ, что предпочли меня;
                       Онъ благодаренъ королю. Все измѣнилось --
                       Онъ говоритъ -- и къ лучшему. Притворства,
                       Вы знаете, далекъ онъ: какъ же тутъ
                       Себѣ все это растолкуешь. Принцъ
                       Въ восторгѣ, что оставили его,
                       A мнѣ король оказываетъ милость
                       Со всѣмъ неудовольствіемъ и гнѣвомъ.
                       Что думать мнѣ? Мой новый титулъ, право,
                       Скорѣй походитъ на изгнанье, чѣмъ
                       На милость.
  
                                           Доминго.
  
                                 Такъ ужъ до того дошло?
                       Ужъ до того?-- и мигъ разрушитъ то,
                       Что мы года усердно созидали?
                       И вы спокойны такъ? такъ равнодушны?
                       Но знаете ль вы принца? Вамъ извѣстно ль,
                       Что ждетъ насъ, какъ войдетъ онъ въ силу? Принцъ --
                       Ему не врагъ я: y меня довольно
                       Другихъ заботъ, грызущихъ мой покой,
                       Заботъ о тронѣ, Богѣ и о церкви.
                       Инфантъ -- насквозь его я вижу; я
                       Въ его душѣ читаю -- страшный планъ
                       Задумалъ, герцогъ, планъ безумный, дерзкій --
                       Регентомъ сдѣлаться и отложиться
                       Отъ нашей вѣры триединой. Сердце
                       Въ немъ разожгла другая добродѣтель,
                       Прямая, гордая, что не захочетъ
                       Ни предъ какою нищенствовать вѣрой.
                       Онъ мыслитъ! умъ его воспламененъ
                       Опасною и странною химерой.
                       Онъ уважаетъ человѣка. Герцогъ,
                       Годится ль онъ намъ въ короли?
  
                                           Альба.
  
                                                               Мечты!
                       Что жъ больше? Юношескій жаръ, быть можетъ,
                       Желанье роль играть. И въ самомъ дѣлѣ,
                       Чтожъ дѣлать болѣе ему? Пройдетъ,
                       Когда пора наступитъ сѣсть на тронъ.
  
                                           Доминго.
  
                       Я сомнѣваюсь. Онъ свободу любитъ,
                       Онъ къ рабству не привыкъ, которымъ рабство
                       Купить онъ можетъ только.. На испанскій
                       Престолъ едва ли онъ годится. Этотъ
                       Гигантскій духъ всѣ путы разорветъ,
                       Всѣ наши планы. Тщетно думалъ
                       Я сладострастной нѣгой усыпить
                       Его надменный духъ: онъ побѣдилъ
                       И это испытанье. Страшенъ, герцогъ,
                       Въ подобномъ тѣлѣ духъ такой! Филиппу жъ
                       Седьмой десятокъ скоро подойдетъ.
  
                                           Альба.
  
                       Вы дальновидны.
  
                                           Доминго.
  
                                           Онъ и королева --
                       Вѣдь заодно. Въ сердца обоихъ скрытно
                       Проникъ нововведеній ядъ и скоро
                       Разлиться можетъ. Дайте только срокъ --
                       Онъ вамъ какъ разъ и трономъ завладѣетъ.
                       Я знаю эту Валуа. Смотрите,
                       Месть этой женщины ужасна будетъ,
                       Когда Филиппъ до слабостей дойдетъ.
                       Еще отъ насъ не отвернулось счастье.
                       Предупредимъ же. Въ яму пусть они
                       Падутъ. Лишь стоитъ намекнуть Филиппу...
                       Есть доказательства иль нѣтъ -- и то
                       Ужъ выигрышъ, какъ сомнѣваться станетъ.
                       Мы оба въ томъ увѣрены. Не трудно
                       Тому, кто убѣжденъ самъ, убѣдить.
                       И болѣе откроемъ мы, лишь только
                       Увѣримся, что должно открывать.
  
                                           Альба.
  
                       Но вотъ вопросъ важнѣйшій изъ вопросовъ --
                       Глаза то кто жъ откроетъ королю?
  
                                           Доминго.
  
                       Ни вы, ни я. Такъ ужъ узнайте, герцогъ,
                       Что съ давнихъ поръ моя неутомимость,
                       Чреватая великимъ планомъ, къ цѣли
                       Заботливо и скрытно подвигалась.
                       Къ союзу нашему не достаетъ
                       Еще одной особы, очень важной.
                       Король влюбленъ въ принцессу Эболи.
                       Я страсть поддерживаю въ немъ. Она
                       Моимъ разсчетамъ можетъ пригодиться.
                       У короля -- посломъ я, a принцессу
                       Воспитываю я для нашихъ плановъ.
                       Удастся планъ, такъ въ этой юной дамѣ
                       Союзница для насъ и королева
                       Быть можетъ расцвѣтетъ. Сама она
                       Меня позвала въ эту комнату.
                       Всего надѣяться тутъ можно...Совершится,--
                       И лильи дома Валуа въ одну
                       Быть можетъ ночь сомнетъ испанка эта.
  
                                           Альба.
  
                       Что слышу? правда ль это? Передъ Богомъ,--
                       Я изумленъ! Да намъ удастся это!
                       Доминиканецъ, я дивлюсь тебѣ!
                       Теперь побѣда наша...
  
                                           Доминго.
  
                                                     Тише! Идутъ!
                       Она -- она сама.
  
                                           Альба.
  
                                           Я буду близко,
                       Когда вамъ...
  
                                           Доминго.
  
                                           Хорошо. Я позову васъ.

(Герцогъ Альба уходитъ).

  

ОДИННАДЦАТЫЙ ВЫХОДЪ.

Принцесса. Доминго.

                                           Доминго.
  
                       Что вамъ угодно приказать, принцесса?
  
                                           Принцесса
                       (съ любопытствомъ провожая герцога глазами).
  
                       Такъ мы здѣсь не одни? У васъ, какъ вижу,
                       Свидѣтель есть.
  
                                           Доминго.
  
                                           Какъ?
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Кто же это
                       Сейчасъ ушелъ отсюда?
  
                                           Доминго.
  
                                                     Герцогъ Альба,
                       Принцесса; онъ испрашиваетъ чести
                       Потомъ васъ также видѣть.
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Герцогъ Альба?
                       Къ чему онъ здѣсь? чего отъ насъ онъ онъ хочетъ?
                       Не можете ль вы объяснить мнѣ это?
  
                                           Доминго.
  
                       Но я и самъ еще совсѣмъ не знаю,
                       Что за событье важное мнѣ счастье
                       Васъ видѣть здѣсь, принцесса, доставляетъ.

(Молчанье, во время котораго онъ ждетъ ея отвѣта).

                       Ужъ не нашлось ли кой-чего, что вамъ
                       Замолвило о страсти короля?
                       Ужъ не былъ ли я правъ, предполагая,
                       Что время помирить васъ съ предложеньемъ,
                       Которое капризы лишь отвергли?
                       Я прихожу, въ надеждѣ...
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Отнесли ль
                       Вы королю послѣдній мой отвѣтъ?
  
                                           Доминго.
  
                       Еще я не рѣшился такъ смертельно
                       Сразить его. Еще не поздно. Вы
                       Еще властны перемѣнить, принцесса.
  
                                           Принцесса.
  
                       Скажите королю, что я готова
                       Принять его.
  
                                           Доминго.
  
                                 Осмѣлюсь ли считать
                       То правдою, прекрасная принцесса?
  
                                           Принцесса.
  
                       Не шуткой только. Но, ей-богу, вы
                       Меня пугаете. Какъ? Что жъ такое
                       Я сдѣлала, когда вы даже сами
                       Блѣднѣете, мѣняетесь въ лицѣ?
  
                                           Доминго.
  
                       Принцесса, неожиданность... едва
                       Могу понять я...
  
                                           Принцесса.
  
                                           Да, святой отецъ,
                       И не должны вы понимать. За всѣ
                       Земныя блага не хотѣла бъ я,
                       Чтобъ вы то поняли. Довольно съ васъ,
                       Что это такъ. Прошу васъ не трудитесь
                       Разузнавать, чьимъ фразамъ витьеватымъ
                       Обязаны вы этой перемѣной.
                       Для утѣшенья жъ вашего прибавлю:
                       Вы не причастны этому грѣху.
  
                                           Доминго.
  
                       Охотно отступлюся отъ участья,
                       Какъ скоро лишнее оно.
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Просите
                       Вы отъ меня монарха мой поступокъ
                       Не принимать за что-нибудь другое.
                       Чѣмъ я была, тѣмъ я еще осталась,
                       Одни лишь обстоятельства съ тѣхъ поръ
                       Перемѣнились. Если предложенье
                       Его съ негодованьемъ я отвергла,
                       То это потому, что я считала
                       Его счастливымъ въ обладаньи рѣдкой,
                       Прекрасной королевой; я считала
                       Ее достойной жертвы отъ меня.
                       Все это я считала прежде... прежде;
                       Теперь другое дѣло! о теперь
                       Я лучше это знаю...
  
                                           Доминго.
  
                                           Дальше, дальше!
                       Принцесса, мы другъ друга понимаемъ.
  
                                           Принцесса.
  
                       Она попалась. Я не пощажу
                       Ея ужъ больше. Хитрая воровка
                       Попалась. Короля, Испанью, дворъ,
                       Насъ всѣхъ она безстыдно обманула.
                       Да, лгунья любитъ, говорю я.
                       Я знаю это, докажу, заставлю
                       Ее блѣднѣть. Король обманутъ -- но,
                       Клянуся, не безъ мести! Эту маску
                       Покорности высокой, неземной
                       Я вдругъ сорву съ нея, чтобъ свѣтъ увидѣлъ
                       Лицо безстыдной грѣшницы. Мнѣ стоитъ
                       Цѣны ужасной это, но -- все счастье,
                       Вся радость, весь восторгъ мой въ этомъ --
                       Но ей еще ужаснѣйшей...
  
                                           Доминго.
  
                                                     Теперь
                       Созрѣло все. Позвольте жъ мнѣ позвать
                       Теперь къ вамъ Альбу.

(Уходитъ).

  
                                 Принцесса (въ удивленіи).
  
                                                     Это для чего?
  

ДВѢНАДЦАТЫЙ ВЫХОДЪ.

Принцесса. Герцогъ Альба. Доминго.

                                 Доминго (вводя герцога).
  
                       Мы опоздали съ вами, герцогъ Альба.
                       Принцессѣ Эболи извѣстна тайна,
                       Которую мы ей открыть хотѣли.
  
                                           Альба.
  
                       Такъ мой приходъ не удивитъ принцессу.
                       Глазамъ своимь не вѣрю. Для подобныхъ
                       Открытій нужны женскіе глаза.
  
                                           Принцесса.
  
                       Вы говорите объ открытіяхъ?
  
                                           Доминго.
  
                                                     Мы
                       Желали бъ знать, принцесса, часъ и мѣсто,
                       Гдѣ вамъ угодно будетъ...
  
                                           Принцесса.
  
                                                     А! и это!
                       Такъ завтра въ полдень я васъ ожидаю.
                       Таить я тайны дольше не могу,
                       A главное, таить отъ короля.
  
                                           Альба.
  
                       За тѣмъ-то къ вамъ я и пришелъ, принцесса.
                       Король сейчасъ же обо всемъ знать долженъ,
                       И черезъ васъ, принцесса, черезъ васъ.
                       Кому же лучше, можетъ онъ повѣрить,
                       Какъ не самой подругѣ королевы?
  
                                           Доминго.
  
                       Кому же лучше, какъ не вамъ, которой,
                       Лишь стоитъ захотѣть, чтобъ безгранично
                       Имъ управлять?
  
                                           Aльба.
  
                                           Я принцу врагъ
                       Отъявленный.
  
                                           Доминго.
  
                                           Вотъ то же на бѣду
                       И обо мнѣ предполагать привыкли.
                       Принцесса Эболи свободна. Тамъ, гдѣ мы
                       Молчать должны, ей долгъ, долгъ самой службы,
                       Велитъ все высказать. Король отъ насъ
                       Ужъ не уйдетъ. Когда намеки ваши
                       Подѣйствуютъ, мы примемся за дѣло.
  
                                           Aльба.
  
                       Но нынче, сей же часъ пусть онъ узнаетъ,
                       Минуты дороги. Мнѣ каждый часъ
                       Принесть приказъ къ походу можетъ.
  
                                           Доминго
             (послѣ нѣкотораго размышленія, обращаясь къ принцессѣ).
  
                                                               Если бъ
                       Нашлись такія письма? Напримѣръ,
                       Инфанта письма сильно бы могли
                       Подѣйствовать. Посмотримъ. Такъ ли? Да,
                       Вы почиваете, мнѣ кажется, въ однихъ
                       Покояхъ съ королевой.
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Возлѣ нихъ.
                       Но что же въ этомъ?
  
                                           Доминго.
  
                                           Если бъ кто умѣлъ
                       Замки... Вы не примѣтили, гдѣ прячетъ
                       Ключъ отъ шкатулки королева?
  
                                 Принцесса (размышляя).
  
                                                               Это
                       Могло бы точно намъ помочь. Да, ключъ
                       Найдется, думаю.
  
                                           Доминго.
  
                                           Для писемъ нужны
                       Послы... a вѣдь y королевы свита
                       Большая... Какъ бы это разузнать!
                       Вѣдь золото чего не можетъ сдѣлать...
  
                                           Альба.
  
                       Не знаете ль, имѣетъ ли инфантъ
                       Повѣренныхъ?
  
                                           Доминго.
  
                                           Донъ Карлосъ? Никого!
                       Въ Мадритѣ цѣломъ никого.
  
                                           Альба.
  
                                                     Гм! странно.
  
                                           Доминго.
  
                       Ужъ въ этомъ мнѣ повѣрьте. Презираетъ
                       Весь дворъ онъ: я ужъ испыталъ.
  
                                           Альба.
  
                       Но какъ же? Дайте вспомнить... Да, такъ точно!
                       Какъ вышелъ я изъ комнатъ королевы --
                       Инфантъ стоялъ съ однимъ пажомъ ея:
                       Они тихонько говорили.
  
                                 Принцесса (быстро перебивая его).
  
                                                     Нѣтъ! о, нѣтъ!
                       То было... было о другомъ...
  
                                           Доминго.
  
                                                     Но намъ
                       Объ этомъ должно знать. Нѣтъ, это очень
                       И очень подозрительно.
  
                                           Принцесса.
  
                                                     Пустое.
                       Что можетъ быть изъ этого? Довольно,
                       Я это знаю. Такъ еще мы съ вами
                       До короля увидимся. Быть можетъ,
                       Еще кой-что откроется.
  
                                 Доминго (отводя ее въ сторону).
  
                                                     Такъ вы
                       Позволите надѣяться монарху?
                       Могу ему я это передать?
                       И также то, въ который день и часъ
                       Его желанья счастьемъ увѣнчаютъ?
                       И это также?
  
                                           Принцесса.
  
                                           Эти дни я буду
                       Больна -- и мнѣ покои отведутъ
                       Другіе, далѣе отъ королевы:
                       Таковъ обычай, знаете вы сами.
                       Мнѣ не позволятъ выходить...
  
                                           Доминго.
  
                                                     Прекрасно.
                       Побѣда наша. Мы наперекоръ
                       Пойдемъ всѣмъ королевамъ въ мірѣ.
  
                                           Принцесса.
  
                       Меня зовутъ... быть можетъ королева...
                       Прощайте!

(Поспѣшно уходитъ).

  

ТРИНАДЦАТЫЙ ВЫХОДЪ.

Альба. Доминго.

                                           Доминго
             (послѣ нѣкотораго молчанія, провожая принцессу глазами).
  
                                           Герцогъ, эти розы
                       И ваши битвы...
  
                                           Aльба.
  
                                           И твой Богъ -- и я
                       Спокойно ждать готовъ всѣхъ молній рока!

(Уходятъ).

  

Въ картезіанскомъ монастырѣ.

  

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ ВЫХОДЪ.

Донъ-Карлосъ. Пріоръ.

                                 Карлосъ (входя къ пріору).
  
                       Такъ онъ ужъ былъ здѣсь? Жаль.
  
                                           Пріоръ.
  
                                                     Ужъ раза три
                       Сегодня утромъ. Будетъ съ часъ, какъ онъ
                       Ушелъ отсюда.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Онъ придетъ опять,
                       Однако жъ? Ничего не оставлялъ онъ?
  
                                           Пріоръ.
  
                       Хотѣлъ навѣдаться еще разъ, въ полдень.
  
                                           Карлосъ
                       (подходя къ окну и осматривая мѣстоположеніе).
  
                       Вашъ монастырь лежитъ уединенно.
                       Тамъ вдалекѣ едва мелькаютъ шпицы
                       Мадритскихъ башенъ. Да, такъ точно. Здѣсь же
                       Текутъ Мансанареса волны. Мѣсто
                       Мнѣ нравится. Все здѣсь спокойно, тихо,
                       Какъ тайна.
  
                                           Пріоръ.
  
                                 Какъ преддверье вѣчной жизни.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Я вашей честности, святой отецъ,
                       Повѣрилъ то, что мнѣ дороже жизни.
                       Никто ни знать, ни полагать не долженъ,
                       Съ кѣмъ втайнѣ видѣлся я здѣсь. Имѣю
                       Я важныя причины отъ того,
                       Кого здѣсь жду, предъ всѣми отрекаться:
                       И потому я выбралъ монастырь вашъ.
                       Отъ нападеній, отъ измѣнъ, надѣюсь,
                       Мы безопасны здѣсь? Вы не забыли
                       Еще о томъ, въ чѣмъ поклялись мнѣ?
  
                                           Пріоръ.
  
                                                               Принцъ,
                       Довѣрьтесь намъ. Монарховъ подозрѣнье
                       Нѣмыхъ могилъ раскапывать не станетъ.
                       Къ однѣмъ воротамъ счастія и страсти
                       Льнетъ ухо любопытныхъ. Свѣта шумъ
                       Въ стѣнахъ смолкаетъ этихъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Можетъ быть,
                       Вы полагаете, что эта скрытность,
                       Что этотъ страхъ служить покровомъ долженъ
                       Нечистой совѣсти?
  
                                           Пріоръ.
  
                                           Я ничего
                       Не полагаю, принцъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Вы въ заблужденьи.
                       Святой отецъ, вы, право, въ заблужденьи.
                       Передъ людьми трепещетъ наша тайна,
                       Но не предъ Богомъ.
  
                                           Пріоръ.
  
                                           Сынъ мой, намъ нѣтъ нужды
                       До этого. Сіи врата отверсты
                       Равно невинности и преступленью.
                       Что y тебя на сердцѣ -- хорошо ли
                       Иль дурно то, порочно или чисто --
                       То въ сердцѣ ты своемъ и порѣши.
  
                                           Карлосъ (съ жаромъ).
  
                       Что мы скрываемъ, то не оскорбитъ
                       Творца. Его же то святое дѣло.
                       Но, впрочемъ, вамъ могу открыться я.
  
                                           Пріоръ.
  
                       Къ чему же? что мнѣ въ этомъ, принцъ? Шумъ свѣта,
                       Его заботы я давно покинулъ
                       За сборами ко странствію святому.
                       Къ чему жъ короткій срокъ передъ походомъ
                       Смущать мнѣ голосомъ давно забытымъ?
                       Не много нужно для блаженства въ мірѣ...
                       Чу! благовѣстъ къ часамъ. Пойду молиться.

(Пріоръ уходитъ).

 []

  
   ПЯТНАДЦАТЫЙ ВЫХОДЪ.
  
   Донъ-Карлосъ. Маркизъ Поза входитъ*
  
                                           Карлосъ.
  
                       Ахъ, наконецъ-то, наконецъ...
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     О, Карлосъ!
                       Какое испытанье для меня!
                       Всходило дважды солнце, дважды видѣлъ.
                       Его закатъ я свѣтлый, какъ судьба
                       Твоя рѣшилась наконецъ -- и нынче,
                       Лишь нынче я о томъ узнаю. Что,
                       Вы помирились?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Кто?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Ты съ королемъ?
                       Ну, какъ же съ ,Фландріей вы порѣшили?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Что герцогъ завтра въ Брюссель ѣдетъ. Да,
                       Такъ рѣшено.
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Но быть не можетъ, нѣтъ!
                       Такъ обмануть Мадритъ весь? Говорятъ,
                       Аудіенцію имѣлъ ты, и король...
  
                                           Карлосъ.
  
                       Не тронулся. Мы другъ для друга чужды,
                       И болѣе, чѣмъ прежде...
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Ты не ѣдешь
                       Во Фландрію?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Нѣтъ! нѣтъ! нѣтъ!
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               О, мои
                       Надежды!
  
                                           Карлосъ.
  
                                 Это послѣ. Ахъ, съ тѣхъ поръ
                       Какъ мы разстались -- что я пережилъ!
                       Но твой совѣтъ впередъ всего. Я долженъ
                       Съ ней видѣться...
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Съ кѣмъ -- съ матерью твоей?
                       О, нѣтъ!... къ чему же?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Есть надежда. Ты
                       Блѣднѣешь? Будь спокоенъ, другъ. Я буду,
                       Я долженъ быть счастливымъ. Но объ этомъ
                       Въ другой разъ. Лучше посовѣтуй, какъ
                       Ее видѣть.
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Это что? На чемъ
                       Основанъ этотъ новый сонъ?
  
                                           Карлосъ.
  
                                                               Не сонъ!
                       Клянусь всесильнымъ Богомъ! Правда, правда!

(Вынимаетъ письмо короля къ принцессѣ Эболи).

                       Вотъ въ этомъ лоскуткѣ вся правда!
                       Свободна королева предъ глазами
                       Людей, какъ и предъ Божьими очами
                       Свободна. На, читай и перестань
                       Дивиться.
  
                                 Макизъ (развертывая письмо).
  
                                 Что? что вижу? Отъ Филиппа
                       Собственноручное письмо. (Прочитавъ). Къ кому
                       Оно?
  
                                           Карлосъ.
  
                                 Къ принцессѣ Эболи. Послушай,
                       Три дня тому пажъ королевы мнѣ
                       Принесъ письмо и ключъ отъ неизвѣстной
                       Особы. Мнѣ описываютъ въ лѣвомъ
                       Дворцовомъ флигелѣ, гдѣ королева
                       Живетъ обыкновенно, кабинетъ,
                       Гдѣ будто дама ждетъ меня и будто
                       Люблю я эту даму. Я сейчасъ же
                       Иду туда.
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Безумный, ты пошелъ?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Вѣдь я не знаю почерка... я знаю
                       Одну лишь даму. Кто жъ другая
                       Подумаетъ о Карлоса любви?
                       Исполненъ сладкихъ чувствъ, туда бѣгу я:
                       Божественное пѣнье, мнѣ навстрѣчу
                       Звучащее, ведетъ меня къ покою...
                       Я отворяю дверь -- и что же вижу?
                       Вообрази мой ужасъ......
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     О! я все
                       Угадываю!
  
                                           Карлосъ.
  
                                 Я погибъ, Родриго,
                       Не попади я ангелу въ объятья,
                       Что за несчастье, другъ! Обольщена
                       Неосторожной рѣчью глазъ моихъ,
                       Она далась въ обманъ, вообразила,
                       Что съ ней ведутъ глаза мои бесѣду;
                       И, тронувшись моей души страданьемъ,
                       Великодушно, опрометчиво она
                       Уговорила дѣвственное сердце
                       Моей любви любовью отозваться.
                       Казалось, уваженье запрещало
                       Мнѣ говорить... Она предупреждаетъ
                       Сама меня... передо мной открыта
                       Ея прекрасная душа.
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     И ты
                       Все это такъ спокойно говоришь?
                       Принцесса Эболи тебя проникла.
                       Нѣтъ больше никакихъ сомнѣній, въ тайну
                       Твоей любви она теперь проникла.
                       Ее жестоко оскорбилъ ты, a она
                       Владѣетъ королемъ.
  
                                 Карлосъ (увѣренно).
  
                                           Она чиста.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Изъ эгоизма страсти. Добродѣтель
                       Я эту знаю. О! какъ мало
                       Она походитъ, другъ, на идеалъ,
                       Что изъ душевной материнской почвы,
                       Въ прекрасной, гордой граціи зачатый,
                       Безъ помощи садовника, свободно
                       Растетъ, красуясь чудными цвѣтами!
                       A это вѣтвь чужая -- и живетъ
                       Искусственнымъ тепломъ на почвѣ чуждой;
                       Характеръ, воспитанье -- назови
                       Какъ хочешь -- заученная невинность,
                       Отбитая и хитростью, и силой
                       У пылкой крови и потомъ правдиво,
                       Заботливо приписанная небу,
                       Какъ-будто лучшій даръ его. Она
                       Проститъ ли королевѣ -- самъ подумай,--
                       Что мимо добродѣтели ея,
                       Съ такимъ трудомъ пріобрѣтенной ею,
                       Прошелъ мужчина, даже не замѣтивъ
                       Ея, прошелъ, чтобъ чахнуть, изнывать
                       Въ любви безвыходной къ женѣ Филиппа?

 []

                                           Карлосъ.
  
                       Такъ коротко ее успѣлъ узнать ты?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Совсѣмъ нѣтъ. Я двухъ разъ ея не видѣлъ.
                       Но дай сказать еще одно мнѣ слово!
                       Мнѣ показалось, что она искусно
                       Умѣетъ прикрывать порока вспышки,
                       Что добродѣтели ея y ней
                       Всѣ на учетѣ. Тутъ увидѣлъ я
                       И королеву. О, мой милый Карлосъ!
                       Какъ все въ ней иначе, какъ все въ ней лучше!
                       Осѣнена лучами кроткой славы,
                       Не вѣдая ни рѣзвости безпечной,
                       Ни черствыхъ формъ приличій заученныхъ,
                       Далекая и смѣлости, и страха,
                       Какъ героиня, шествуетъ она
                       По узенькой приличія дорожкѣ,
                       Не зная, что найдетъ тамъ поклоненье,
                       Гдѣ похвалы ей даже не мечтались.
                       Ну, узнаетъ ли Карлосъ здѣсь, въ такомъ
                       Прекрасномъ зеркалѣ, свою принцессу?
                       Она не пала, правда, потому что
                       Любила: въ добродѣтель же свою
                       Она любовь вложила слово въ слово.
                       Ея не любишь ты -- она падетъ.
  
                       Карлосъ (съ нѣкоторою вспыльчивостью).
  
                       Нѣтъ! нѣтъ! могу тебя увѣрить въ этомъ!
                       О, если бъ зналъ Родриго, какъ ему
                       Къ лицу насильно отнимать y Карла
                       Спасительное благо, вѣру въ жизнь,
                       Въ божественность людей!
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Несправедливъ
                       Ко мнѣ ты. Нѣтъ, души моей любимецъ,
                       Я не хотѣлъ того! клянуся Богомъ,
                       Я не хотѣлъ! Повѣрь мнѣ, что принцесса...
                       Ну, пусть она и ангелъ; я, пожалуй,
                       Какъ ты, молитвенно предъ ней склонюся,
                       Паду во прахѣ передъ нею -- только
                       Не знай она твоей сердечной тайны.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Смотри, какъ пустъ, ничтоженъ страхъ твой. Если
                       У ней есть доказательства, такъ ей же,
                       Одной лишь ей они къ стыду послужатъ.
                       За горькое блаженство низкой мести,
                       Скажи, продастъ ли честь свою она?
  
                                           Маркизъ.
  
                       За мигъ стыда ужъ многія собой
                       Пожертвовали сраму.
  
                                 Карлосъ (вспыльчиво).
  
                                           Нѣтъ, жестокъ,
                       Несправедливъ ты къ ней. Въ ней гордость есть,
                       Есть благородство: я ее узналъ --
                       И ничего не опасаюсь. Тщетно
                       Желаешь ты спугнуть мои надежды.
                       Я съ матерью увижусь.
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Но къ чему?
  
                                           Карлосъ.
  
                       Мнѣ некого щадить теперь... я долженъ
                       Узнать судьбу срою. Скажи мнѣ только,
                       Какъ бы съ ней свидѣться?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     И хочешь
                       Письмо ты это, Карлосъ, непремѣнно
                       Ей показать?
  
                                           Карлосъ.
  
                                 Не спрашивай меня
                       Объ этомъ, другъ мой! Средство, средство только,
                       Какъ мнѣ ее увидѣть!
  
                                           Маркизъ (значительно).
  
                                           Ты сказалъ мнѣ,
                       Что любишь мать свою -- и хочешь
                       Ей показать письмо?

(Карлосъ, потупивъ глаза молчитъ).

                                           Я вижу, Карлосъ,
                       Мнѣ нѣчто новое въ твоемъ лицѣ,
                       Мнѣ чуждое доселѣ... Ты глаза
                       Потупилъ предо мной? Такъ это правда?..
                       Но, полно, такъ ли я прочелъ? Позволь...

(Карлосъ подаетъ ему письмо. Маркизъ разрываетъ его).

  
                                           Карлосъ.
  
                       Какъ? что? Съ ума сошелъ ты, что ли?

(Болѣе спокойно).

                                                               Правда...
                       Я признаюсь... письмо мнѣ было важно.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Казалось важнымъ. Потому-то я
                       И разорвалъ его.

(Маркизъ проницательно смотритъ на принца, который съ сомнѣніемъ на него смотритъ. Долгое молчаніе).

                                           Скажи же мнѣ,
                       Что общаго невѣрность короля
                       Съ твоей, Карлосъ, любовію имѣетъ?
                       Тебѣ Филиппъ опасенъ, что ль? Какую
                       Связь оскверненье ложа королевы
                       Съ твоими планами имѣетъ? Развѣ
                       Онъ согрѣшилъ тамъ, гдѣ ты любишь страстно?
                       Теперь тебя узналъ я. О, какъ плохо
                       Я понималъ твою любовь доселѣ!
  
                                           Карлосъ. .
  
                       Родриго, что ты?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Чую, отъ чего
                       Приходится теперь мнѣ отказаться.
                       Когда-то было все инымъ. Такъ много
                       Въ тебѣ сокровищъ было, теплоты
                       Душевной. Цѣлый міръ въ твоей груди
                       Могъ умѣститься. И одна лишь страсть,
                       Ничтожная корысть все поглотила.
                       Замолкло сердце. Никакія слезы
                       Не вызовутъ въ тебѣ слезы единой
                       Къ несчастной участи провинцій. Карлъ,
                       Какъ обнищалъ ты, какъ ты сталъ ничтоженъ
                       Съ тѣхъ поръ, какъ любишь ты лишь самъ себя.
  
                                           Карлосъ

(бросается въ кресло. Послѣ нѣкотораго молчанія, съ едва скрываемыми слезами).

  
                                           Вижу, ты не уважаешь
                       Меня ужъ больше.
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Нѣтъ, мой Карлосъ. Знаю
                       Я эту вспышку крови. Заблужденьемъ
                       Похвальныхъ чувствъ она была. Тебѣ
                       Принадлежала прежде королева,
                       Изъ рукъ твоихъ похитили ее,
                       Но все же ты правамъ своимъ не вѣрилъ.
                       Филиппъ могъ быть ея достоинъ. Тихо,
                       Неслышно судъ свой сердце изрекало.
                       Письмо рѣшило все. Ты былъ достоинъ --
                       И съ гордымъ чувствомъ смотришь на судьбу,
                       Изобличенную въ тиранствѣ, похищеньи.
                       Ты радъ, ты счастливъ тѣмъ, что ты обиженъ:
                       Страданье льститъ душамъ великимъ.Только
                       Твоя фантазія здѣсь заблудилась,
                       Нашла тебѣ награду -- гордость, сердце
                       Увидѣло надежду. Видишь, Карлосъ,
                       Я былъ увѣренъ въ томъ, что ты себя
                       Не понялъ.
  
                                 Карлосъ (растроганный).
  
                                 Нѣтъ, Родриго, ты ошибся.
                       Такъ благородно я совсѣмъ не мыслилъ,
                       Какъ ты меня увѣрить хочешь.
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Нѣтъ!
                       Тебя я знаю! Видишь ли, мой Карлосъ,
                       Когда ты заблуждаешься, всегда
                       Изъ сотни доблестей стараюсь я
                       Ту отыскать, которую бъ порокомъ
                       Назвать мнѣ можно было. Но теперь --
                       Такъ какъ съ тобой опять мы ладимъ -- будь
                       По твоему: увидишь королеву!
  
                       Карлосъ (падаетъ къ нему на грудь).
  
                       О, какъ краснѣю я передъ тобою!
  
                                           Маркизъ.
  
                       Отъ слова я не отступлюсь. Теперь ужъ
                       Ты предоставь мнѣ все. Прекрасной, смѣлой,
                       Счастливой мыслью умъ мой просвѣтлѣлъ.
                       Ее изъ лучшихъ устъ услышишь. Я
                       Дойду до королевы. Можетъ быть,
                       Ты завтра же узнаешь обо всемъ;
                       До тѣхъ же поръ не забывай, что планы,
                       Рожденные разъ мудростью высокой,
                       Не могутъ быть покинуты, хотя
                       И притѣсняютъ ихъ людскія страсти,
                       И силятся ихъ уничтожить. Слышишь?
                       О Нидерландахъ помни!
  
                                           Карлосъ.
  
                                                     Обо всемъ,
                       Что ты и добродѣтель мнѣ велите.
  
                                 Маркизъ (подходя къ окну).
  
                       Пора въ Мадритъ. Твою я вижу свиту.

(Обнимаются).

                       Теперь опять -- принцъ и вассалъ.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                               Ты ѣдешь
                       Сейчасъ же въ городъ?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Да.
  
                                           Карлосъ.
  
                                                               Постой. Еще
                       Одно лишь слово. Чуть не позабылъ я.
                       Вѣсть важная: король читаетъ письма
                       Въ Брабантъ. Будь остороженъ.Почта, знаю,
                       Имѣетъ тайные приказы...
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Какъ
                       Узналъ ты это?
  
                                           Карлосъ.
  
                                           Донъ Раймондъ Таксисъ
                       Мнѣ преданъ.
  
                       Маркизъ (послѣ нѣкотораго молчанія).
  
                                 Гм! Такъ имъ придется сдѣлать
                       Крюкъ чрезъ Германію. Прощай, мой Карлосъ.

(Расходятся въ разныя стороны).

 []

  

 []

ТРЕТЬЕ ДѢЙСТВІЕ.

Спальня короля.

ПЕРВЫЙ ВЫХОДЪ.

На ночномъ столикѣ двѣ зажженныя свѣчи. На послѣднемъ планѣ комнаты нѣсколько пажей спятъ. Король, полураздѣтый, стоитъ передъ столомъ, облокотившись рукою на кресло и погруженный въ глубокое размышленіе. Передъ нимъ лежитъ медальонъ и бумаги.

                                           Король.
  
                       Она всегда мечтательна была --
                       Въ томъ нѣтъ сомнѣнья. Я не могъ любви
                       Внушить ей никогда, и все же... все же...
                       Кто замѣчалъ, что въ ней она нуждалась?
                       Итакъ доказано -- она коварна.

(Онъ дѣлаетъ движеніе и приходитъ въ себя. Встаетъ съ удивленіемъ).

                       Гдѣ былъ я? Видно здѣсь одинъ король
                       Не спитъ? -- и свѣчи догорѣли? Странно,
                       Не день ли ужъ? Мой сонъ пропалъ. Возьми
                       И запиши его въ приходъ, природа,
                       Нѣтъ королю счастливаго досуга
                       Наверстывать недоспанныя ночи:
                       Теперь я бодръ -- и долженъ день настать.

(Гаситъ свѣчи и отдергиваетъ оконную занавѣсь; прохаживаясь взадъ и впередъ, замѣчаетъ спящихъ мальчиковъ и молча останавливается передъ ними, звонитъ въ колокольчикъ).

                       Пожалуй, и въ пріемной всѣ заснули.
  

ВТОРОЙ ВЫХОДЪ.

Король. Графъ Лерма.

                                           Лерма
                       (замѣтивъ короля, останавливается въ удивленіи).
  
                       Вы нездоровы, государь?
  
                                           Король.
  
                       Во флигелѣ огонь. Вы не слыхали ль
                       Тамъ шуму, графъ?
  
                                           Лерма.
  
                                           Нѣтъ, государь.
  
                                           Король.
  
                                                               Какъ? нѣтъ?
                       Такъ стало-быть мнѣ это только снилось?
                       Само собой то не могло случиться.
                       Въ немъ почиваетъ королева, графъ?
  
                                           Лерма.
  
                       Такъ точно, государь.
  
                                           Король.
  
                                           Сонъ испугалъ
                       Меня. Впередъ тамъ часовыхъ удвоить --
                       Вы слышите?-- при наступленьи ночи...
                       Но тайно только, тайно. Не хочу я...
                       Что вы такъ на меня глядите?
  
                                           Лерма.
  
                                                     Очи,
                       Отъ бдѣнья воспаленныя, я вижу.
                       Осмѣлюсь вашему величеству напомнить
                       О драгоцѣнной жизни, о народахъ
                       Напомнить, что слѣды безсонной ночи
                       У васъ въ чертахъ прочли бы съ безпокойствомъ...
                       Лишь часъ одинъ предутренняго сна...
  
                                 Король (съ блуждающимъ взоромъ).
  
                       Сонъ я найду въ Эскуріалѣ. Здѣсь же
                       Во снѣ король корону лишь теряетъ,
                       Мужъ сердце женино... нѣтъ, нѣтъ! неправда!
                       То клевета! Вѣдь женщина шепнула?
                       Ложь -- имя женщины. Я не повѣрю
                       Позору своему, пока мужчина
                       Его не подтвердитъ мнѣ.

(Пажамъ, которые между тѣмъ разгулялисъ).

                                                     Позовите
                       Герцога Альбу! (Пажи уходятъ).
                                           Подойдите ближе,
                       Графъ Лерма. Это правда?

(Останавливается и пристально смотритъ на графа).

                                                     О, лишь на мигъ
                       Одинъ -- всезнаньемъ мнѣ-бы обладать.
                       Клянитесь мнѣ -- то правда? я обманутъ?
                       Обманутъ? это правда?
  
                                           Лермa.
  
                                           Мой великій,
                       Мой дорогой король...
  
                                           Король.
  
                                           Король! король!
                       Все лишь король! Иного нѣтъ отвѣта,
                       Какъ только этотъ звукъ пустой. О камни
                       Я ударяю, я хочу воды,
                       Воды, чтобъ пламя утолить въ груди,
                       A мнѣ даютъ -- клокочущее злато.
  
                                 Лермa.
  
                       Что правда, государь?
  
                                           Король.
  
                                           Такъ, ничего.
                       Ступайте! я одинъ останусь.

(Графъ хочетъ удалиться; онъ зоветъ его назадъ).

                                                     Вы
                       Женаты? да? отецъ семейства?
  
                                           Лерма.
  
                                                     Да,
                       Мой государь.
  
                                           Король.
  
                                           Женаты и рѣшились
                       Ночь провести y своего монарха?
                       Вашъ волосъ сѣдъ, a вы и не стыдитесь
                       Женѣ своей такъ простодушно вѣрить?
                       Домой ступайте. Вы ее найдете
                       Въ кровосмѣсительныхъ объятьяхъ сына.
                       О! вѣрьте вашему монарху, графъ!
                       Ступайте. Вы изумлены? вамъ странно?
                       Вы на меня значительно глядите?
                       Что я, я самъ-то посѣдѣлъ? Несчастный,
                       Опомнись! Королевы не пятнаютъ
                       Постели брачной. Горе вамъ, когда
                       Вы усумнились...
  
                                 Лерма (съ жаромъ).
  
                                           Кто, кто это смѣетъ?
                       Во всѣхъ огромныхъ вашихъ государствахъ,
                       Кто дерзкій ядовитымъ подозрѣньемъ
                       Дохнетъ на ангельскую добродѣтель?
                       Кто лучшую изъ королевъ такъ низко...
  
                                           Король.
  
                       А, лучшую? Такъ и y васъ она
                       Попала въ лучшія? Она, какъ вижу,
                       Вокругъ меня друзей найти умѣла.
                       Ей это стоило не мало -- больше,
                       Чѣмъ можетъ дать она, какъ мнѣ
                       Извѣстно. Вы свободны. Позовите
                       Мнѣ только герцога.
  
                                           Лерма.
  
                                           Онъ ужъ въ пріемной.

(Хочетъ итти).

  
                                 Король (смягченнымъ тономъ).
  
                       Графъ, ваше замѣчанье справедливо:
                       Безсонница меня волнуетъ. Позабудьте,
                       Что я въ бреду вамъ говорилъ. Смотрите жъ,
                       Забудьте это. Я вашъ благосклонный
  
                                           Король.

(Подаетъ ему руку для поцѣлуя. Лерма уходитъ, отворивъ двери герцогу Альбѣ).

  

ТРЕТІЙ ВЫХОДЪ.

Король. Герцогъ Альба.

                                           Альба
                       (подходитъ къ королю съ видомъ сомнѣнія).
  
                       Я удивленъ... Такой приказъ...
                       Въ такое странно-выбранное время?
                       И этотъ видъ...
  
                                           Король
                       (садится, беретъ медальонъ и смотритъ
                       нѣкоторое время молча на герцога).
  
                                 Такъ это точно правда?
                       Такъ y меня слугъ вѣрныхъ больше нѣтъ?
  
                                           Альба
                       (какъ вкопанный, останавливается).
  
                       Какъ?
  
                                           Король.
  
                                 Я смертельно оскорбленъ: объ этомъ
                       Всѣ знаютъ, и никто не скажетъ мнѣ.
  
                                 Альбa (съ видомъ изумленія).
  
                       Какъ? оскорбленье моему монарху,
                       И я объ немъ не знаю?
  
                                 Король (показывая ему письмо).
  
                                           Этотъ почеркъ
                       Вы знаете?
  
                                           Альба.
  
                                 Да, это почеркъ принца.
  
                                           Король
                       (пристально посмотрѣвъ на герцога).
  
                       Такъ все еще вамъ это непонятно?
                       Вы мнѣ грозили честолюбьемъ принца;
                       Но честолюбья ль только, честолюбья ль
                       Я долженъ былъ страшиться?
  
                                           Альба.
  
                                                     Честолюбье
                       Имѣетъ смыслъ обширный, смыслъ великій,
                       Въ которомъ много, много кой-чего
                       Вмѣщаться можетъ.
  
                                           Король.
  
                                           И y васъ
                       Нѣтъ ничего особеннаго, герцогъ,
                       Открыть мнѣ?
  
                                           Альба
                       (послѣ нѣкотораго молчанія, таинственно).
  
                                           Государь, моимъ заботамъ
                       Вы предоставили свои владѣнья,
                       Имъ я и долженъ посвящать свое
                       Все знанье, всѣ идеи и заботы.
                       Что про себя я мыслю, вижу, знаю,
                       То мнѣ принадлежитъ. То даръ священный,
                       Что рабъ въ цѣпяхъ, какъ и вассалъ, таить
                       Отъ всѣхъ владыкъ земныхъ имѣютъ право.
                       Не все, что для меня понятно, ясно,
                       Не все то также ясно моему
                       Монарху. Если жъ онъ желаетъ знать
                       Всю правду, то просить его я долженъ
                       Не спрашивать меня, какъ государь.
  
                                 Король (подаетъ ему письмо).
  
                       Читайте.
  
                                           Альба
                       (читаетъ и потомъ съ испугомъ обращается къ королю).
  
                                 Кто? какой безумный далъ
                       Всѣ эти страшные листки вамъ въ руки?
  
                                           Король.
  
                       Вы знаете, о комъ здѣсь говорится?
                       Какъ мнѣ извѣстно, имени здѣсь нѣтъ.
  
                                 Альба (озадаченный, отступаетъ).
  
                       Я поспѣшилъ.
  
                                           Король.
  
                                           Вы знаете?
  
                       Альба {послѣ нѣкотораго молчанія).
  
                                                     Къ чему
                       Скрывать! Мой государь повелѣваетъ --
                       Отречься мнѣ нельзя... Не отпираюсь...
                       Я знаю ту особу, государь.
  
                       Король (встаетъ въ ужасномъ волненіи).
  
                       О, пыткамъ новымъ научи меня,
                       Ужасный мщенья богъ! Такъ ясна всѣмъ,
                       Извѣстна, такъ гласна ихъ связь, что прямо,
                       Не разбирая, съ одного лишь взгляда
                       Ее угадываетъ всякій... Это
                       Ужъ слишкомъ! этого не зналъ я -- нѣтъ!
                       И я послѣдній узнаю объ этомъ!
                       Послѣдній въ цѣломъ государствѣ!
  
                       Альбa (бросается передъ королемъ на колѣни).
  
                                                               Да --
                       И я себя виновнымъ признаю!
                       Стыжусь трусливой мудрости, велѣвшей
                       Молчать мнѣ тамъ, гдѣ имя, честь монарха,
                       Гдѣ справедливость, истина такъ громко
                       Мнѣ говорить повелѣвали. Такъ какъ
                       Всѣ онѣмѣли, такъ какъ красота,
                       Какъ волшебствомъ, сомкнула всѣмъ уста,
                       То я одинъ осмѣлюсь, хоть и знаю,
                       Что оправданья вкрадчивыя сына,
                       Что обольстительныя ласки, слезы
                       Супруги...
  
                                 Король (вспыльчиво).
  
                                 Встаньте. Я ужъ далъ вамъ слово...
                       Вы безопасны -- говорите смѣло.
  
                                 Альбa (вставая).
  
                       Вы не забыли вѣрно, государь,
                       Того, что разъ въ саду аранжуэцкомъ
                       Случилось съ королевой? Вы нашли
                       Ее одну, безъ свиты -- всю въ волненьи,
                       Въ уединенномъ мѣстѣ...
  
                                           Король.
  
                                                     О! что я
                       Услышу? Ну!
  
                                           Альба.
  
                                           Маркиза Мондекаръ
                       Была удалена изъ королевства
                       Лишь потому, что изъ любви къ ея
                       Величеству собой ее покрыла;
                       Теперь мы знаемъ, что маркиза только
                       Исполнила, что ей велѣли. Принцъ
                       Былъ тамъ.
  
                       Король (въ страшномъ бѣшенствѣ).
  
                                 Былъ тамъ? Но какъ же...
  
                                           Альба.
  
                                                     Слѣдъ мужской,
                       Что по песку шелъ влѣво отъ аллеи
                       До грота, гдѣ еще платокъ нашли,
                       Потерянный инфантомъ, тутъ же насъ
                       Подозрѣвать заставилъ. Въ гротѣ принца
                       Садовникъ встрѣтилъ, и почти минута
                       Въ минуту то случилося, какъ ваше
                       Величество вошли въ аллею.
  
                       Король (выходя изъ мрачнаго размышленія),
  
                                                     И она
                       Такъ плакала тогда. Предъ всѣмъ дворомъ
                       Она меня заставила краснѣть,
                       Краснѣть передъ самимъ собой. Богъ видитъ,
                       Какъ осужденный я тогда стоялъ
                       Предъ добродѣтелью ея высокой.

(Долгое, глубокое молчаніе. Онъ садится и закрываетъ лицо).

                       Да, герцогъ, вы сказали правду. Это
                       Къ чему-нибудь ужасному меня
                       Сведетъ. Оставьте одного меня.
  
                                           Альба.
  
                       Но это, государь, еще не вѣрно...
  
                                 Король (хватая бумагу).
  
                       И это то жъ? и это? все невѣрно?
                       И доказательствъ страшное созвучье?
                       О, это дня свѣтлѣе! Я давно
                       Предчувствовалъ все это. Преступленье
                       Ужъ началось, когда изъ вашихъ рукъ
                       Елизавету принялъ я въ Мадритѣ,
                       Еще я вижу мертвый взглядъ испуга,
                       Съ какимъ она, блѣднѣя и смущаясь,
                       На сѣдинахъ моихъ остановилась.
                       Тогда же началась ихъ связь...
  
                                           Альба.
  
                                                     Для принца
                       Невѣста въ юной мачихѣ погибла.
                       Они было въ желаньяхъ ужъ сошлись.
                       Въ созвучьяхъ чувства поняли другъ друга,
                       Какъ вдругъ все это новыя условья
                       Имъ запретили. Но, къ несчастью, страхъ,
                       Страхъ, стерегущій первое признанье,
                       Былъ побѣжденъ, и бойче обольщенье
                       Заговорило въ образахъ знакомыхъ
                       Прошедшаго. Соединенны братской
                       Гармоніей и мнѣнія и лѣтъ,
                       Озлоблены одной судьбой, они
                       Волненьямъ страсти предались тѣмъ жарче.
                       Политика разстроила ихъ склонность --
                       Такъ и не диво, если королева
                       Не признаетъ въ ней этихъ правъ насилья,
                       Не въ силахъ, подавивъ желанье, планы
                       Двухъ кабинетовъ разобрать подробнѣй.
                       Она любви искала -- и нашла
                       Одну корону...
  
                                 Король (обиженный, съ горечью).
  
                                           Очень, очень мудро
                       Вы разсудили, герцогъ. Удивляюсь
                       Я краснорѣчью вашему, по чести.
                       Благодарю васъ.

(Вставая, холодно и гордо).

                                           Ваша правда, герцогъ:
                       Жестоко проступилась королева,
                       Что эти письма скрыла отъ меня,
                       Что умолчала мнѣ о появленьи
                       Донъ-Карлоса въ саду. Она жестоко
                       Изъ доброты сердечной проступилась
                       Я наказать ее съумѣю.

(Дергаетъ за колокольчикъ).

                                                     Кто
                       Еще въ пріемной? Въ васъ же, герцогъ Альба,
                       Я не нуждаюсь больше. Удалитесь.
  
                                           Альба.
  
                       Ужъ не навлекъ ли я своимъ усердьемъ
                       Въ другой разъ гнѣва своего монарха?
  
                                 Король (вошедшему пажу).
  
                       Позвать Доминго.

(Пажъ уходитъ).

                                           Я прощаю вамъ,
                       Что двѣ минуты битыхъ вы меня
                       Страшиться преступленья заставляли,
                       Что противъ васъ однихъ учинено.

(Альба уходитъ).

  

ЧЕТВЕРТЫЙ ВЫХОДЪ.

Король. Доминго.

Король ходитъ взадъ и впередъ въ глубокомъ раздумьи; Доминго входитъ немного спустя послѣ герцога, приближается къ королю и осматриваетъ его нѣсколько мгновеній съ торжественнымъ молчаніемъ.

                                           Доминго.
  
                       Какъ я пріятно удивленъ, что ваше
                       Величество спокойны такъ и бодры.
  
                                           Король.
  
                       Удивлены?
  
                                           Доминго.
  
                                 Благодаренье небу,
                       Что страхъ мой былъ напрасенъ. Тѣмъ скорѣе
                       Теперь могу надѣяться...
  
                                           Король.
  
                                                     Вашъ страхъ?
                       Чего жъ страшиться было?
  
                                           Доминго.
  
                                                     Государь,
                       Не смѣю уклоняться: я узналъ
                       Сейчасъ о тайнѣ.
  
                                           Король (мрачно).
  
                                           Развѣ изъявилъ я
                       Желанье съ вами ею подѣлиться?
                       Кто жъ это такъ меня предупредилъ?
                       Ужъ это слишкомъ дерзко.
  
                                           Доминго.
  
                                                     Государь,
                       Тотъ поводъ, мѣсто, гдѣ объ ней узналъ я,
                       И самый образъ, какъ объ ней узналъ я,
                       Меня хоть въ этомъ могутъ оправдать.
                       На исповѣди мнѣ сознались въ томъ,
                       Сознались какъ въ грѣхѣ, гнетущемъ совѣсть
                       И въ небѣ ищущемъ прощенья. Поздно
                       Принцесса сожалѣетъ о поступкѣ,
                       Могущемъ въ бездну горестныхъ послѣдствій
                       Вовлечь ея величество.
  
                                           Король.
  
                                                     Скажите!
                       Какая добрая душа! Доминго,
                       Вы угадали, для чего за вами
                       Я посылалъ. Изъ темныхъ лабиринтовъ,
                       Куда меня слѣпая ревность ввергла,
                       Должны меня вы вывести. Отъ васъ
                       Я правды ожидаю. Откровенно
                       Скажите все мнѣ. Что начать? что дѣлать?
                       Отъ сана вашего я правды жду.
  
                                           Доминго.
  
                       О, государь, хоть святость сана мнѣ
                       Пощады въ сладкій долгъ и не вмѣняетъ,
                       Я все-таки молить васъ стану, ради
                       Самихъ себя васъ стану умолять --
                       Остановиться на открытьи, дальше
                       Не проникать въ предѣлы этой тайны,
                       Которая, какъ ни взгляни, не можетъ
                       Счастливо развязаться. Что пока
                       Извѣстно, то еще простить возможно.
                       Король велитъ -- и королева въ жизнь
                       Не проступалась. Воля государя
                       Даруетъ добродѣтель, какъ и счастье,
                       Одно спокойствіе лишь ваше въ силахъ
                       Разрушить мощно слухи, что злословье
                       Себѣ безстыдно позволяетъ.
  
                                           Король.
  
                                                     Слухи?
                       Насчетъ меня? Въ моемъ народѣ?
  
                                           Доминго.
  
                                                               Ложь!
                       Пустая ложь! Я закляну ее.
                       Но есть, конечно, случаи, гдѣ вѣра
                       Народа, хоть и вздорная, пустая,
                       Становится значительной какъ правда.
  
                                           Король.
  
                       И эта вѣра -- именно вотъ здѣсь.
  
                                           Доминго.
  
                       Конечно, имя доброе всегда
                       Есть рѣдкое, священное добро,
                       Чѣмъ королева съ каждою мѣщанкой
                       Соперничать должна.
  
                                           Король.
  
                                           Тутъ, я надѣюсь,
                       Мнѣ нечего бояться?

(Онъ устремляетъ сомнительный взглядъ на Доминго. Послѣ нѣкотораго молчанія).

                                           Капелланъ
                       У васъ таится что-то на умѣ.
                       Не медлите, скажите. Ужъ давно
                       Читаю я въ лицѣ зловѣщемъ вашемъ.
                       Скажите все скорѣе. Будь что будетъ.
                       Не мучайте меня на этой пыткѣ.
                       Что говорятъ въ народѣ?
  
                                           Доминго.
  
                                                     Государь,
                       Еще разъ, можетъ ошибиться онъ --
                       И ошибается навѣрно. Слухи эти
                       Васъ не должны тревожить, государь.
                       Но только... что осмѣлиться могли
                       Ихъ подтверждать въ народѣ...
  
                                           Король.
  
                                                     Что? Я долженъ
                       Такъ долго васъ просить о каплѣ яду?
  
                                           Доминго.
  
                       Въ народѣ вспоминаютъ, государь,
                       То время, какъ вы при смерти лежали,
                       Больной,разслабленный и хилый... тридцать
                       Недѣль спустя читаютъ въ манифестѣ
                       О разрѣшеніи отъ бремени.

(Король встаетъ и звонитъ. Герцогъ Альба входитъ).

  
                                 Доминго (озадаченный).
  
                                                     Монархъ!
  
                                 Король (идя навстрѣчу къ Альбѣ).
  
                       О, герцогъ! вы мужчина. Защитите
                       Меня отъ этого монаха!
  
                                           Доминго
             (обмѣнявшись съ герцогомъ взглядами, послѣ молчанія).
  
                                                     Если бъ
                       Могли предвидѣть мы, что эта вѣсть
                       На вѣстника падетъ...
  
                                           Король.
  
                                           Такъ онъ не мой?...
                       Отъ смерти, вы сказали, я едва
                       Воскресъ, какъ стала матерью она?
                       Какъ? Но, вѣдь, если я не ошибаюсь,
                       Тогда во всѣхъ церквахъ вы сами, сами
                       Святого Доминика восхваляли
                       За это чудо надо мной! Что чудомъ
                       Звалось тогда, теперь уже не чудо?
                       Такъ вы тогда, иль нынче мнѣ солгали?
                       Чему теперь хотите, чтобъ я вѣрилъ?
                       О, я насквозь васъ вижу. Будь готовъ
                       Вашъ заговоръ, тогда... тогда святому
                       Молебновъ не досталось.
  
                                           Альба.
  
                                                     Заговоръ!
  
                                           Король.
  
                       Какъ будто вы съ гармоніей такою
                       Могли сойтись въ одномъ и томъ же мнѣньи
                       И не стакнуться напередъ? Меня
                       Хотите вы увѣрить въ томъ? Меня?
                       По вашему, я, вѣрно, не замѣтилъ,
                       Какъ жадно бросились вы на добычу?
                       Какъ сладострастно вы подстерегали
                       Мои мученья, гнѣвъ мой? Не замѣтилъ,
                       Какъ, полонъ рвенья, герцогъ выжидаетъ
                       Лишь случая, чтобъ броситься на милость,
                       Что сыну я готовилъ? Какъ лукаво
                       Почтенный этотъ мужъ ничтожный гнѣвъ свой
                       Рукою мощной гнѣва моего
                       Впередъ подвинуть хочетъ? Я -- вашъ лукъ,
                       Вообразили вы, что по желанью
                       Натягивать умѣетъ всякій встрѣчный?
                       Еще во мнѣ есть воля -- и когда
                       Я сомнѣваться долженъ, то начну
                       Я съ васъ, по крайней мѣрѣ.
  
                                           Aльба.
  
                                                     Этой рѣчи
                       Не ожидала наша вѣрность.
  
                                           Король.
  
                                                     Вѣрность!
                       Она предупреждаетъ преступленье,
                       Лишь месть одна доноситъ о свершенномъ.
                       Скажите, что жъ я выигралъ отъ вашей
                       Услужливости? Справедливъ доносъ вашъ --
                       Мнѣ остается только скорбь развода,
                       Тріумфъ печальной мести. Нѣтъ, вы только
                       Боитесь, жметесь; только подозрѣнья,
                       Однѣ лишь только шаткія догадки
                       Вы мнѣ внушаете... предъ адской бездной
                       Вы ставите меня и прочь бѣжите.
  
                                           Доминго.
  
                       Возможны ль доказательства другія,
                       Гдѣ самый глазъ не можетъ убѣдиться?
  
                                           Король
                       (послѣ долгаго молчанія важно и торжественно,
                                 обращаясь къ Доминго).
  
                       Я созову всѣхъ грандовъ королевства,
                       И буду самъ судьею. Выходите
                       Тогда впередъ -- коль столько смѣлы вы --
                       И назовите вы ее блудницей.
                       Она умретъ -- клянусь вамъ въ томъ! она
                       И принцъ -- умрутъ. Но не забудьте также,
                       Что если оправдаются они --
                       Умрете вы. Хотите ли почтить
                       Такою жертвой правду словъ своихъ?
                       Рѣшайтесь. Не хотите? Онѣмѣли?
                       Вы не хотите? Такъ вы лгали мнѣ?
  
                                           Альба
                       (молча стоявшій вдали, холодно и спокойно).
                       Хочу.
  
                                           Король
             (въ удивленіи оборачивается и смотритъ пристально на герцога).
  
                       Довольно смѣло. Но я вспомнилъ,
                       Что вы въ кровавыхъ битвахъ жизнь свою
                       За меньшее гораздо рисковали:
                       Вы съ легкомысльемъ игрока за славы
                       Ничтожность ею смѣло рисковали.
                       И что вамъ жизнь? Нѣтъ, крови королевской
                       Я не отдамъ безумному въ добычу,
                       Кто потерялъ надежду, кто лишь хочетъ
                       Ничтожность бытія отдать со славой...
                       Я этой жертвы не приму. Ступайте,
                       Ступайте всѣ вы въ залу аудіенцій
                       И тамъ дальнѣйшихъ ждите приказаній.
  

ПЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

Король одинъ.

                       Теперь дай человѣка мнѣ, Создатель!
                       Ты много далъ мнѣ -- только человѣка
                       Ты дай теперь мнѣ! Ты, о Ты единъ!
                       Ты сокровенное все видишь окомъ.
                       Молю Тебя о другѣ: я не такъ,
                       Какъ Ты, всевѣдущъ. Слуги, мнѣ тобой
                       Посланные -- самъ вѣдаешь, какіе
                       Они мнѣ слуги. Изъ-за денегъ только
                       Они мнѣ служатъ. Жалкія ихъ страсти,
                       Уздой смиренныя, полезны мнѣ,
                       Какъ міру грозы страшныя Твои.
                       Мнѣ правды надо: мирный токъ ея
                       Средь щебня заблужденій отрывать
                       Не намъ, царямъ, досталось. О, пошли
                       Мнѣ мужа рѣдкаго, съ открытымъ сердцемъ,
                       Съ прямымъ умомъ и неподкупнымъ глазомъ,
                       Чтобъ мнѣ помогъ сыскать ее. Я жребьи
                       Мѣшаю всѣ; изъ многихъ, многихъ тысячъ,
                       Что въ сферѣ солнечной престола жмутся,
                       Лишь одного найти мнѣ помоги!

(Отворяетъ шкатулку и беретъ изъ нея записную книжку. Послѣ долгаго перелистыванія).

                       Лишь имена стоятъ здѣсь -- ни одной
                       Замѣтки о заслугахъ, по которымъ
                       Они сюда попали; a что такъ
                       Забывчиво, какъ благодарность? Но
                       На оборотѣ каждый изъ проступковъ
                       Отмѣченъ аккуратно. Это дурно.
                       Иль память мести въ помощи подобной
                       Нуждается?

(Читаетъ дальше).

                                 Вотъ графъ Эгмонтъ. Зачѣмъ онъ
                       Сюда попалъ? Побѣда подъ Кентеномъ
                       Давно забыта мной. На смарку графа.

(Вычеркиваетъ его имя и пишетъ на оборотѣ. Читаетъ про себя далѣе).

                       Маркизъ де-Поза? Поза? Поза?
                       Едва могу о немъ я вспомнить. Поза?
                       И два раза подчеркнутъ: стало быть
                       Его для высшихъ цѣлей прочилъ я.
                       Возможно ли? Онъ отъ меня до сихъ поръ
                       Все уклонялся? взоровъ убѣгалъ
                       Отъ своего монарха-должника.
                       Ей-Богу, въ цѣломъ кругѣ царствъ моихъ
                       Вотъ человѣкъ единственный, который
                       Не ищетъ милостей y трона. Если бъ
                       Онъ одержимъ былъ жаднымъ честолюбьемъ,
                       То ужъ давно бъ явился предо мною.
                       Не попытаться ль съ этимъ чудакомъ?
                       Кто безъ меня умѣетъ обходиться,
                       Тотъ съ правдой на устахъ прійдетъ ко мнѣ.

(Уходитъ).

  

Аудіенцъ-зала.

ШЕСТОЙ ВЫХОДЪ.

Донъ-Карлосъ въ разговорѣ съ принцемъ Пармскимъ. Герцоги Альба, Феріа и Медина Сидоніа, графъ Лерма и еще нѣсколько другихъ испанскихъ грандовъ съ бумагами въ рукахъ. Всѣ въ ожиданіи короля.

                                           Медина-Сидоніa

явно избѣгаемый всѣми придворными, обращается къ герцогу Альбѣ, который одиноко въ раздумьи ходитъ взадъ и впередъ).

  
                       Вы говорили съ государемъ, герцогъ;
                       Какъ вы нашли? онъ въ духѣ?
  
                                           Альба.
  
                                                     Не въ пріятномъ
                       Для васъ и вашей вѣсти.
  
                                           Mедина-Сидоніа.
  
                                                     Средь огня
                       Англійскихъ батарей мнѣ было легче,
                       Чѣмъ здѣсь, въ дворцѣ.

(Донъ-Карлосъ съ нѣмымъ участіемъ слѣдившій за нимъ, подходитъ къ нему и пожимаетъ ему руку).

                                           Благодарю сердечно
                       Васъ за слезу участья, принцъ. Вы сами
                       Замѣтили, какъ все бѣжитъ меня.
                       Теперь моя погибель неизбѣжна.
  
                                           Карлосъ.
  
                       Надѣйтесь, другъ, на милость короля
                       И на свою невинность.
  
                                           Медина-Сидоніа.
  
                                                     Я лишилъ
                       Его досель невиданнаго флота.
                       Что значитъ голова моя въ сравненьи
                       Со множествомъ погибшихъ галліоновъ?
                       Но, принцъ, пять сыновей, какъ вы надежныхъ --
                       Вотъ что тоской сжимаетъ сердце мнѣ.
  

СЕДЬМОЙ ВЫХОДЪ.

Король входитъ совсѣмъ одѣтый. Прежніе. Всѣ снимаютъ шляпы и даютъ ему дорогу, образуя около него полукругъ. Молчаніе.

  
                       Король (бѣгло осматриваетъ весь кругъ).
  
                       Накройтесь!

(Донъ-Карлосъ и принцъ Пармскій первые подходятъ и цѣлуютъ руку короля. Онъ съ нѣкоторою ласковостью начинаетъ говорить съ послѣднимъ, не обращая никакого вниманія на сына).

                                 Ваша мать, племянникъ,
                       Желаетъ знать, довольны ли мы вами.
  
                                           Пармскій.
  
                       Пускай она объ этомъ, государь,
                       Васъ спроситъ послѣ перваго сраженья.
  
                                           Король.
  
                       Терпѣнье; и до васъ чередъ дойдетъ,
                       Когда столпы подломятся всѣ эти.

(Герцогу Феріа).

                       Вы съ чѣмъ?
  
                                 Феріа (преклоняя колено).
  
                                 Великій комтуръ калатравскій
                       Скончался нынче утромъ. Крестъ его
                       Препровожденъ назадъ.
  
                                           Король
                       (беретъ орденъ и осматриваетъ весь кругъ).
  
                                           Кто всѣхъ достойнѣй
                       Носить его?

(Киваетъ Альбѣ, который становится предъ нимъ на колѣна. Король надѣваетъ на него крестъ).

                                 Вы, герцогъ Альба, первый
                       Нашъ полководецъ; будьте жъ имъ -- не больше,
                       И мы всегда къ вамъ будемъ благосклонны.

(Замѣчаетъ герцога Медина-Сидоніа).

                       А! вы, мой адмиралъ!
  
                                           Медина-Сидонia
                       (шатаясь подходитъ къ нему и съ поникшей
                                 головой становится на колѣна).
  
                                           Вотъ, государь,
                       Все, что я спасъ отъ вашихъ кораблей,
                       Отъ вашей многочисленной армады.
  
                                 Король (послѣ долгаго молчанія).
  
                       Богъ надо мной. Я васъ противъ людей
                       Послалъ -- не противъ бурь и скалъ подводныхъ.
                       Добро пожаловать въ Мадритѣ.

(Протягиваетъ ему руку для поцѣлуя).

                                                               И спасибо,
                       Что вы въ себѣ достойнаго слугу
                       Мнѣ сберегли. Да, гранды, герцогъ
                       Слуга достойный мнѣ, и я хочу,
                       Чтобъ всѣми онъ былъ признанъ за такого.

(Дѣлаетъ ему знакъ встать и покрыться, потомъ оборачивается къ другимъ).

                       Что тамъ еще?

(Донъ-Карлосу и принцу Пармскому).

                                           Благодарю васъ, принцы.

(Они отступаютъ. Остальные гранды приближаются и передаютъ королю съ колѣнопреклоненіемъ бумаги. Онъ бѣгло ихъ осматриваетъ и отдаетъ Алъбѣ),

                       Все это въ кабинетъ. Ну, все теперь?

(Никто не отвѣчаетъ).

                       Что значитъ, что въ средѣ моей грандецы
                       Не видно никогда маркиза Позы?
                       Я знаю хорошо, что этотъ Поза
                       Мнѣ съ честію служилъ. Онъ умеръ, вѣрно?
                       Зачѣмъ же нѣтъ его здѣсь?
  
                                           Лерма.
  
                                                     Кавалеръ
                       Недавно возвратился лишь изъ странствій,
                       Предпринятыхъ по всей Европѣ. Онъ
                       Теперь въ Мадритѣ и, какъ слышно, ждетъ
                       Лишь случая, чтобъ броситься къ стопамъ
                       Монарха своего.
  
                                           Aльба.
  
                                           Маркизъ де-Поза?
                       Да, точно. Это тотъ мальтіецъ смѣлый,
                       О комъ молва, великій государь,
                       Еще разсказывала странный подвигъ.
                       Когда, по приглашенію магистра,
                       Всѣ рыцари на островъ собирались,
                       Султаномъ Солиманомъ осажденный,
                       Исчезъ нашъ юноша въ осьмнадцать лѣтъ
                       Внезапно изъ алькальской школы и
                       Безъ зова къ ла-Валету онъ явился.
                       "Купили крестъ мнѣ" -- молвилъ -- "но теперь
                       Его я заслужить хочу". Онъ былъ
                       Изъ сорока тѣхъ рыцарей однимъ,
                       Что противъ Піали, Улукчіали
                       И Мустафы съ Гасемо -- Сентъ-Эльмо
                       Средь жара безпримѣрнаго и трехъ
                       Ужасныхъ штурмовъ защищали въ полдень.
                       Когда жъ враги Сентъ-Эльмо одолѣли
                       И рыцари вокругъ него всѣ пали,
                       Онъ бросился въ пучину и проворно
                       Назадъ одинъ явился къ ла-Валету.
                       Спустя два мѣсяца враги ушли,
                       А юный рыцарь возвратился въ школу
                       Оканчивать свое образованье.
  
                                           Феріа.
  
                       И тотъ же самый Поза, государь,
                       Открылъ обширный, грозный заговоръ,
                       Едва не возмутившій Каталонью,
                       И только твердостью одной своею
                       Престолу спасъ одну изъ самыхъ важныхъ
                       Провинцій.
  
                                           Король.
  
                                 Удивляюсь! Человѣкъ,
                       Все это совершившій -- не имѣетъ
                       Ни одного завистника межъ вами?
                       Клянуся -- или въ немъ необычайный
                       Характеръ, или вовсе никакого.
                       Ужъ чуда ради я его увижу.

(Герцогу Альбѣ).

                       Какъ кончится обѣдня, приведите
                       Его въ мой кабинетъ.

(Тщтъ уходитъ. Король обращается къ герцогу Феріа).

                                           A вы ужъ, герцогъ,
                       Побудьте за меня въ совѣтѣ тайномъ.

(Уходитъ).

  
                                           Феріа.
  
                       Король сегодня милостивъ.
  
                       Медина-Сидоніа.
  
                                                     Скажите:
                       Онъ богъ! Онъ для меня былъ сущимъ богомъ.
  
                                           Феріа.
  
                       Да вы и стоите такого счастья.
                       Повѣрьте, адмиралъ, я принимаю
                       Живѣйшее участіе.
  
                                 Одинъ изъ грандовъ.
  
                                           Я тоже.
  
                                           Второй.
  
                       И я, повѣрьте, тоже.
  
                                           Третій.
  
                                                     Сердце билось
                       Во мнѣ... Такой достойный генералъ!...
  
                                           Первый.
  
                       Король былъ къ вамъ, любезный адмиралъ,
                       Не милостивъ, но только справедливъ.
  
                                           Лерма
                       (мимоходомъ къ Медина-Сидоніа).
  
                       Какъ вы богаты вдругъ отъ пары словъ.

(Всѣ расходятся).

  

Кабинетъ короля.

ВОСЬМОЙ ВЫХОДЪ.

Маркизъ Поза. Герцогъ Альба.

                                 Маркизъ (входя).
  
                       Меня желаетъ видѣть онъ? Меня?
                       Не можетъ быть. Вы въ имени ошиблись.
                       Чего жъ онъ хочетъ отъ меня?
  
                                           Альба.
  
                                                     Онъ хочетъ,
                       Маркизъ, узнать васъ покороче.
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               А!
                       Изъ любопытства. О! въ такомъ случаѣ,
                       Мнѣ жаль потерянной минуты. Жизнь
                       Такъ коротка.
  
                                           Aльба.
  
                                           Передаю васъ вашей
                       Звѣздѣ счастливой. Государь теперь
                       У васъ въ рукахъ. Воспользуйтесь, смотрите,
                       Искуснѣе подобною минутой --
                       И обвиняйте самого себя --
                       Лишь одного себя -- когда ее
                       Упустите.

(Уходитъ).

  

ДЕВЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

  
                                 Маркизъ (одинъ).
  
                                 Прекрасно, герцогъ. Точно
                       Должно умѣть справляться съ рѣдкимъ мигомъ,
                       Единожды дающимся намъ въ руки.
                       И въ самомъ дѣлѣ, этотъ царедворецъ
                       Даетъ прекрасный мнѣ совѣтъ... хоть,правда,
                       Въ другомъ, превратномъ смыслѣ, но прекрасный.

(Пройдясь нѣсколько разъ взадъ и впередъ).

                       Но какъ попалъ сюда я. Можетъ быть,
                       Я случая лишь прихоти обязанъ
                       Что вижу образъ мой здѣсь въ зеркалахъ?
                       Изъ тысячи -- неподходящій самый --
                       Я избранъ былъ; взбрело на умъ Филиппа
                       Случайностью подсказанное имя.
                       Случайность-ли одна? A можетъ быть
                       Тутъ болѣе... И что такое случай,
                       Какъ не простой, шероховатый камень,
                       Рукой ваятеля воззванный къ жизни?
                       Намъ небо посылаетъ случай -- къ цѣли
                       Онъ долженъ быть обдѣланъ человѣкомъ.
                       Чего ни ждалъ король здѣсь отъ меня,
                       Что мнѣ за дѣло, если мнѣ извѣстно,
                       Чего я самъ хочу отъ короля.
                       И хоть бы искру правды удалося
                       Мнѣ бросить въ душу короля: пожаромъ
                       Она вѣдь можетъ вспыхнуть въ длани Бога.
                       Такъ, стало быть, что мнѣ казалось страннымъ,
                       Быть можетъ, цѣль имѣетъ и большую.
                       Имѣетъ или нѣтъ -- мнѣ все равно;
                       Я въ этомъ духѣ стану поступать.

(Прохаживается нѣсколько разъ по комнатѣ и останавливается, наконецъ, передъ одной картиной. Король показывается въ сосѣдней комнатѣ, гдѣ отдаетъ нѣкоторыя приказанія. Потомъ входитъ, останавливается въ дверяхъ и разсматриваетъ нѣкоторое время маркиза, не будучи имъ замѣченъ).

  

ДЕСЯТЫЙ ВЫХОДЪ.

Король. Маркизъ Поза.

(Маркизъ, увидѣвъ короля, сейчасъ же идетъ ему навстрѣчу, преклоняетъ колѣно, встаетъ и стоитъ передъ нимъ безъ всякаго замѣшательства).

                       Король (съ удивленіемъ смотритъ на него).
  
                       Мы съ вами видѣлися прежде?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               Нѣтъ.
  
                                           Король.
  
                       Вы съ честью мнѣ служили. Для чего же
                       Вы благодарности моей бѣжите?
                       Людей довольно въ памяти моей
                       Тѣснится. Богъ одинъ всевѣдущъ. Вамъ бы
                       Должно самимъ искать очей монаршихъ.
                       Зачѣмъ вы такъ не поступили?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                               Только
                       Два дня, монархъ, какъ возвратился я
                       Въ Испанію.
  
                                           Король.
  
                                           Я не намѣренъ быть
                       Въ долгу y добрыхъ слугъ моихъ. Просите
                       Награды.
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Государь, я наслаждаюсь
                       Законами.
  
                                           Король.
  
                                 То жъ скажетъ и убійца.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Тѣмъ больше добрый гражданинъ! Да, я
                       Доволенъ.
  
                                           Король (про себя).
  
                                 Сколько смѣлости, сознанья!
                       Но этого я ожидалъ. Испанецъ
                       Быть долженъ гордымъ. Мнѣ пріятно, если
                       И черезъ край вино идетъ... Вы вышли
                       Въ отставку?
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Чтобы лучшему дать мѣсто,
                       Я, государь, посторонился.
  
                                           Король.
  
                                                     Жаль.
                       Когда такія головы гуляютъ,
                       Какъ много терпитъ государство. Вы
                       Боитесь миновать, быть можетъ, сферы,
                       Достойной вашего ума?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     О, нѣтъ!
                       Увѣренъ я, что опытный знатокъ
                       Сердецъ людскихъ, измѣрившій ихъ глуби,
                       При первомъ взглядѣ быстро прочитаетъ,
                       На что гожусь иль не гожусь ему я.
                       Съ благоговѣніемъ цѣню я милость,
                       Которую такимъ высокимъ мнѣньемъ
                       Вамъ, государь, угодно оказать мнѣ;
                       Но я... .

(Останавливается).

  
                                           Король.
  
                                 Вы не рѣшаетесь, Маркизъ?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Я вамъ сознаться долженъ, государь,
                       Въ минуту эту я не подготовленъ
                       То, что -- какъ гражданинъ вселенной -- мыслилъ
                       Вамъ высказать, какъ подданный монарха.
                       Съ тѣхъ поръ, какъ навсегда съ короной я
                       Дѣла окончилъ, я себя считалъ
                       И отъ нужды свободнымъ ей давать
                       Отчетъ въ своихъ поступкахъ.
  
                                           Король.
  
                                                     Такъ онъ слабъ,
                       Отчетъ вашъ? Вы боитесь риску,
                       Быть можетъ?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Если времени мнѣ станетъ
                       Его развить, готовъ рискнуть хоть жизнью;
                       Но истинѣ боюсь я измѣнить,
                       Когда мнѣ въ немъ откажете. Мой выборъ
                       Данъ межъ опалой вашей и презрѣньемъ.
                       По моему, я лучше соглашусь
                       У васъ въ глазахъ преступникомъ прослыть,
                       Чѣмъ дуракомъ, глупцомъ ничтожнымъ.
  
                                 Король (съ видомъ ожиданія).
  
                       Ну?
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Я не могу монарха быть слугою.

(Король смотритъ на него съ удивленіемъ).

                       Я не хочу обманывать купца.
                       Когда вы мнѣ даете постъ иль мѣсто,
                       То отъ меня хотите вы лишь дѣла,
                       Ужъ напередъ обдуманнаго вами:
                       Хотите только рукъ моихъ средь битвы,
                       Да головы моей одной въ совѣтѣ.
                       Не подвиги мои, но одобренье
                       У трона ими снисканное должно
                       Тогда быть цѣлью подвиговъ моихъ.
                       Но для меня имѣетъ, государь,
                       Здѣсь добродѣтель собственную цѣну.
                       То счастье, что монархъ моей рукой
                       Посѣетъ, самъ бы создалъ я, и радость,
                       И счастье добровольнаго труда
                       Я бъ ощущалъ, a не сознанье долга.
                       A вы того ль хотите! Вы могли бы
                       Другихъ творцовъ терпѣть въ своемъ созданьи?
                       И мнѣ ли сдѣлаться рѣзцомъ послушнымъ,
                       Гдѣ бы я самъ ваятелемъ быть могъ?
                       Я человѣчество люблю -- y васъ же
                       Я полюблю себя лишь одного.
  
                                           Король.
  
                       Въ васъ этотъ жаръ похваленъ. Вы хотите
                       Добро здѣсь дѣлать. Какъ бы вы его,
                       Маркизъ, здѣсь стали дѣлать -- патріоту
                       И мудрецу до этого нѣтъ дѣла.
                       Даю самимъ вамъ постъ любой на выборъ
                       Въ любомъ изъ королевствъ моихъ, гдѣ бъ вы
                       Могли прекрасное стремленье это
                       На дѣлѣ выказать.
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Не нахожу
                       Ни одного я.
  
                                           Король.
  
                                 Какъ такъ?
  
                                           Маркизъ.
  
                                           То, что ваше
                       Величество моей рукой свершите --
                       То счастье ль, полно? То ли это счастье,
                       Какого чистая моя любовь
                       Желалабъ людямъ?Передъ этимъ счастьемъ
                       На васъ корона бъ задрожала. Нѣтъ!
                       Другое счастье создали вы ловко
                       И щедро имъ дарите вы людей,
                       Чтобъ усыплять въ нихъ вредные порывы.
                       Вы истину чеканите въ медаляхъ,
                       Но истину безвредную для васъ,
                       И всѣ другія вамъ опасны. Мнѣ же,
                       Мнѣ нужно не того, что вамъ полезно.
                       И мнѣ ль съ моей любовью къ человѣку -
                       Орудьемъ быть его уничтоженья?
                       Онъ счастливъ будетъ ли -- не смѣя мыслить?
                       Меня не избирайте, государь,
                       Быть раздавателемъ такого счастья:
                       Я не могу монарха быть слугою.
  
                                 Король (быстро).
  
                       Вы протестантъ.
  
                       Маркизъ (послѣ нѣкотораго размышленія).
  
                                           Нѣтъ! ваша вѣра
                       Есть также и моя.

(Послѣ нѣкотораго молчанія).

                                           Я ложно понятъ.
                       Вотъ этого я только и боялся,
                       Вы видите, какъ я снимаю съ власти
                       Всѣ тайные покровы -- и вамъ страшно,
                       Что для меня теперь не свято то,
                       Чего страшиться пересталъ я. Вреденъ
                       Я потому, что мыслилъ о себѣ.
                       Нѣтъ, я не вреденъ, государь. Мои
                       Желанья тлѣютъ здѣсь и умираютъ.

(Прикладываетъ руку къ сердцу).

                       Смѣшная эта страсть къ нововведеньямъ, мнѣ
                       Не разжигаетъ кровь мою. Нашъ вѣкъ
                       Для идеаловъ не созрѣлъ моихъ.
                       Я гражданинъ грядущихъ поколѣній.
                       Смутитъ ли васъ воображенья плодъ?
                       Вамъ дунуть стоитъ -- онъ исчезъ.
  
                                           Король.
  
                                                     Я первый
                       Узналъ васъ съ этой стороны?
  
                                           Маркизъ.
  
                                                     Вотъ съ этой --
                       Да!
  
                                           Король
                       (встаетъ, дѣлаетъ нѣсколько шаговъ и,
                       остановясь предъ маркизомъ, про себя).
                       Новъ по крайней мѣрѣ этотъ тонъ!.,.
                       Лесть истощается, a подражанье
                       Для умной головы несносно. Средство
                       Противное, быть можетъ... Почему же?
                       Внезапность счастье ловитъ. Если такъ,
                       То я вамъ предложу другое мѣсто,
                       Гдѣ сильный духъ...
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Я слышу, государь,
                       Какое жалкое понятье вы
                       Имѣете о людяхъ: въ вольной рѣчи
                       Вы видите льстеца уловку только --
                       И, какъ мнѣ кажется, я знаю, кто
                       Къ тому васъ принуждаетъ. Люди, люди
                       Принудили къ тому васъ: добровольно
                       Они себя лишили благородства,
                       Всѣхъ лучшихъ качествъ сердца; добровольно
                       На этой низкой степени себя
                       Поставили. Они бѣгутъ въ испугѣ
                       Отъ призрака величья своего;
                       Довольные судьбою, украшаютъ
                       Свои оковы подлымъ резонерствомъ --
                       И добродѣтелью зовется въ свѣтѣ
                       Носить прилично ихъ. Такъ приняли вы свѣтъ.
                       Такъ онъ и вашему отцу достался.
                       Какъ вамъ, въ такомъ печальномъ искаженьи,
                       Возможно было уважать людей?
  
                                           Король.
  
                       Тутъ, можетъ быть, есть нѣсколько и правды.
  
                                           Маркизъ.
  
                       Но вотъ что жаль: изъ Божіихъ созданій
                       Въ свои созданья обративъ людей,
                       И этимъ вновь созданнымъ креатурамъ
                       Себя давъ богомъ, вы не досмотрѣли
                       Бездѣлки лишь -- что сами человѣкомъ
                       Остались, человѣкомъ Божьихъ рукъ.
                       Вы просите сочувствій -- божеству жъ
                       Приносятъ жертвы. Передъ нимъ трепещутъ...
                       Обмѣнъ ужасный. Жалкое увѣчье
                       Божественной природы. Человѣка
                       Вы сдѣлали лишь клавишью своею:
                       Кому жъ созвучьемъ съ вами подѣлиться?
  
                                 Король (про себя).
  
                       Клянусь, онъ проникаетъ въ душу мнѣ!
  
                                           Маркизъ.
  
                       Но вамъ ничтожна эта жертва. Правда,
                       Единственны за то вы -- родъ особый --
                       Вы Богъ за эту цѣну. И ужасно,
                       Когда бъ имъ не были, когда бы
                       За это все -- за попранное счастье
                       Всѣхъ вопіющихъ къ небу милліоновъ --
                       Вы не причемъ остались. Если бъ только
                       Одинъ скелетъ поруганной свободы
                       Плодомъ желаній вашихъ былъ? Позвольте
                       Мнѣ удалиться! Вижу -- увлекся
                       Предметомъ. Духъ мой переполненъ: слишкомъ
                       Заманчиво стоять передъ единымъ
                       И говорить съ нимъ смѣло глазъ на глазъ.

(Графъ Лерма входитъ и говоритъ тихо съ королемъ. Тотъ даетъ ему знакъ удалиться и остается на своемъ мѣстѣ въ прежнемъ положеніи).

  
                       Король (маркизу по уходѣ Лермы).
  
                       Кончайте же.
  
                       Маркизъ (послѣ минутнаго молчанія).
  
                                 Я чувствую всю цѣну...
  
                                           Король.
  
                       Договорите! Болѣе сказать
                       Хотѣли вы.
  
                                           Маркизъ.
  
                                           Я только возвратился
                       Изъ Фландріи и славнаго Брабанта,
                       Что за цвѣтущая страна!
                       Что за могучій, доблестный народъ!
                       Прямой народъ... и быть отцомъ такого
                       Народа -- какъ божественно, какъ свято,
                       Невольно я подумалъ -- и наткнулся
                       На обгорѣлыя людскія кости...

(Онъ останавливается; глаза его устремляются на короля, который пытается выдержать взглядъ этотъ, но, смущенный, потупляетъ взоры).

                       Вы правы. Вы должны. Что въ состояньи
                       Вы то свершить,что кажется вамъ долгомъ --
                       На дѣлѣ видѣлъ я и содрогался.
                       О, жаль, что жертвы, плавая въ крови,
                       Своимъ жрецамъ воспѣть хвалы не могутъ,
                       Что люди лишь, не духи высшихъ сферъ,
                       Всемірную исторію здѣсь пишутъ.
                       Филиппа вѣкъ смѣнятъ вѣка другіе,
                       Родится мудрость кроткая -- и счастье
                       Гражданъ въ согласьи съ трономъ уживется,
                       Престолъ народомъ будетъ дорожить
                       И укротитъ свой мечъ необходимость.
  
                                           Король.
  
                       Такъ вы увѣрены, что если придутъ
                       Такія времена, то надо мною
                       Обрушится ихъ грозное проклятье.
                       Но поглядите на мою Испанью.
                       Здѣсь всѣ живутъ въ безоблачномъ покоѣ --
                       И тотъ покой даю я Нидерландамъ.
  
                                 Маркизъ (быстро).
  
                       Покой кладбища. Какъ? И вы дерзнете
                       Окончить то, что начали? Дерзнете
                       Остановить перерожденье міра,
                       Остановить всеобщую весну,
                       Которая весь міръ помолодитъ.
                       Одни, во всей Европѣ, вы хотите
                       Рукою смертной, слабой задержать
                       Бѣгъ колеса мірскихъ переворотовъ,
                       Своей рукой схватить его за спицы?
                       Вамъ ничего не сдѣлать! Много тысячъ
                       Бѣжало ужъ изъ вашихъ государствъ;
                       A пострадавшій гражданинъ за вѣру
                       Былъ лучшій гражданинъ. Въ свои объятья
                       Ихъ принимаетъ всѣхъ Елизавета,
                       И нашими искусствами цвѣтетъ
                       Британія. Безъ новыхъ христіанъ,
                       Безъ ихъ труда Гренада опустѣла,
                       И съ злобной радостью Европа смотритъ,
                       Какъ врагъ ея отъ своеручныхъ ранъ
                       Въ изнеможеньи кровью истекаетъ.

(Король взволнованъ. Маркизъ замѣчаетъ это и подходитъ ближе).

                       Для вѣчности хотите вы садить --
                       И смерть лишь сѣете? Такъ принужденно,
                       Насильно такъ построенному дѣлу
                       Не пережить души творца. Одной
                       Неблагодарности вы дань копили. .
                       Напрасно вы боролися съ природой,
                       Напрасно всею царственною жизнью
                       Пожертвовали планамъ разрушенья.
                       Вы слишкомъ низко ставили людей.
                       Они дремоты долгой свергнутъ узы,
                       Потребуютъ своихъ священныхъ правъ:
                       Они съ Нерономъ, Бузирисомъ васъ
                       Поставятъ рядомъ... Мнѣ же больно это --
                       Вѣдь отъ природы вы добры.
  
                                           Король.
  
                                                     Кто жъ васъ
                       Въ томъ такъ увѣрилъ?
  
                                 Маркизъ (съ жаромъ).
  
                                           Да! клянусь Всевышнимъ!
                       Да! да!-- я смѣло повторяю это.
                       Отдайте намъ, чего вы насъ лишили!
                       Съ великодушьемъ сильнаго позвольте
                       Излиться счастію на насъ обильно --
                       Умамъ созрѣть въ державахъ вашихъ! дайте
                       Намъ то назадъ, чего вы насъ лишили --
                       И сдѣлайтесь монархомъ изъ монарховъ.

(Смѣло подходитъ къ нему и устремляетъ на него пристальный, огненный взглядъ).

                       О, если бъ краснорѣчье цѣлыхъ тысячъ.
                       Причастныхъ часа этого, могло
                       Изъ устъ моихъ потоками излиться
                       И лучъ, мерцающій во взорѣ этомъ,
                       Раздуть въ широкій пламень! Откажитесь
                       Отъ неестественныхъ боготвореній,
                       Уничтожающихъ насъ только. Будьте
                       Намъ образцомъ высокаго, святого;
                       О, никогда, никто изъ человѣковъ
                       Не обладалъ столь многимъ для того,
                       Чтобъ такъ божественно раздать. Монархи
                       Европы всей признали вашу силу.
                       Пойдите жъ во главѣ царей Европы!
                       Перомъ черкнуть вамъ стоитъ -- и земля
                       Обновлена. О, дайте, государь,
                       Свободу мысли!

(Бросается къ ногамъ его).

  
                                           Король
                       (озадаченный отворачивается, но вскорѣ снова
                                 устремляетъ взглядъ на маркиза).
  
                                           Странный вы мечтатель,
                       Но встаньте...
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Окиньте взоромъ эту
                       Чудесную природу! На свободѣ
                       Она созиждена -- и какъ богата
                       Она свободой. Онъ, великій Зодчій,
                       Червя въ росинкѣ терпитъ; Онъ даетъ
                       И въ самыхъ мертвыхъ капищахъ истлѣнья
                       Большую волю произволу. Вы же?...
                       Какъ бѣдно, тѣсно дѣло вашихъ рукъ.
                       Листка нежданный шорохъ васъ пугаетъ,
                       Владыку христіанства. Трепетать
                       Предъ каждой добродѣтелью должны вы.
                       A Онъ?-- изъ нежеланья повредить
                       Свободы усладительнымъ явленьямъ,
                       Онъ дозволяетъ лучше бушевать
                       Всѣмъ легіонамъ страшныхъ, горькихъ золъ
                       Въ своей вселенной -- такъ, что въ ней Его,
                       Художника, и не примѣтишь. Скромно
                       Себя Онъ скрылъ въ законахъ, Имъ созданныхъ.
                       Ихъ видитъ вольнодумецъ -- не Его.
                       Нѣтъ Бога, говоритъ онъ: въ мірѣ все!
                       И ни одинъ изъ христіанъ не можетъ
                       Ему создать достойнѣйшихъ хваленій,
                       Какъ это богохульство вольнодумца.
  
                                           Король.
  
                       И вы желали бъ этотъ идеалъ
                       Во всѣхъ моихъ державахъ водворить?
  
                                           Маркизъ.
  
                       Вы, вы лишь это можете. Кто жъ больше?
                       О, посвятите счастію народовъ
                       Ту царственную силу, что такъ долго
                       Пускала въ ростъ лишь блескъ одинъ престола!
                       Возстановите право человѣка
                       Во всемъ его величьи. Гражданинъ
                       Пусть снова станетъ цѣлію престола,
                       Пусть для него единымъ долгомъ будетъ
                       Его собратовъ честныя права.
                       Когда жъ отъ сна возстанетъ человѣкъ.
                       Пойметъ достоинство свое, когда
                       Свобода къ подвигамъ его заманитъ,
                       Тогда какъ въ вашихъ славныхъ царствахъ счастье
                       Въ примѣръ другимъ обильно разольется --
                       Тогда вы только вправѣ, государь,
                       Свѣтъ покорять себѣ.
  
                       Король (послѣ долгаго молчанія).
  
                                           Я вамъ позволилъ
                       Договорить все до конца. Иначе --
                       Я понимаю это -- чѣмъ въ другихъ умахъ,
                       У васъ въ умѣ рисуются предметы.
                       Подъ мѣрку общую я не хочу
                       Васъ ставить. Я былъ первый, передъ кѣмъ
                       Такъ откровенно сердце вы излили.
                       Я вѣрю этому -- затѣмъ, что знаю --
                       И потому за то, что эти мнѣнья,
                       Хотя они и пламенны, и рѣзки,
                       До сихъ поръ вы скрывали, ради этой
                       Предусмотрительности скромной -- я
                       Хочу забыть, что я, я самъ узналъ ихъ,
                       И какъ узналъ ихъ. Встаньте. Я хочу
                       Неопытнаго юношу, какъ старецъ,
                       Не какъ король, судить. И я хочу
                       Затѣмъ, что такъ угодно мнѣ. Вотъ такъ-то
                       Въ благоустроенныхъ натурахъ ядъ
                       Принять видъ лучшаго чего-то можетъ.
                       Не бойтесь инквизиціи! Мнѣ будетъ
                       Жаль...
  
                                           Маркизъ.
  
                                 Въ самомъ дѣлѣ? точно будетъ?...
  
                     &nb