Тенсо Леон
Чудовище

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   

Чудовище

Разсказъ Леона де-Тенсо.

   Послѣ каждой моей поѣздки за границу я, забавы ради, задаю себѣ вопросъ,-- оставляя въ сторонѣ патріотизмъ, разумѣется,-- пожелалъ ли бы я провести конецъ моей жизни среди той націи, которую я посѣтилъ. Можно жить и умереть въ увѣренности, что Франція -- рай земной; но для сохраненія такого убѣжденія полезно было бы совсѣмъ не путешествовать. Вернувшись во свояси, я всегда приходилъ въ отчаяніе отъ полнѣйшаго презрѣнія, съ какимъ всякая французская администрація, мелкая и крупная, относится къ удобствамъ, необходимымъ для публики. Но благодушіе нашей публики, когда поближе въ нее всмотришься, настолько потѣшно, что мое негодованіе часто разрѣшается громкимъ хохотомъ.
   И, все-таки, въ другихъ странахъ я нахожу нѣкоторыя непривлекательныя стороны, отбивающія у меня охоту сдѣлаться ихъ постояннымъ обывателемъ. Англія тонетъ въ туманахъ и дождяхъ; Швейцарія носитъ на лбу вывѣску: "пожалуйте на водку"; Испанія, сама того не сознавая, не умѣетъ ѣсть и соблюдать опрятность; Италія жестоко надоѣдаетъ музеями и развалинами, не говоря уже о томъ, какъ разваливаются ея финансы; Германія подавлена тяжеловѣсностью своего языка и своего метода; Греція задыхается въ пыли,-- не въ пыли прошлаго, а въ пыли дорогъ безъ деревьевъ; Россія... о ней помолчимъ, она наша добрая союзница!
   Америка, если не ошибаюсь, представляетъ наиболѣе соблазновъ. Послѣ нѣсколькихъ недѣль, проведенныхъ въ этой странѣ, могущей поставить своимъ девизомъ: Все для путешественниковъ,-- невольно очаровываешься легкостью и удобствами жизни, неизвѣданными ранѣе, говоришь себѣ: "Вотъ бы гдѣ провести старость!" -- Но когда поближе узнаешь интимную національную жизнь, то глубоко разочаруешься, такъ какъ у американцевъ есть свое очень больное мѣсто: ихъ прислуга. Правильнѣе было бы сказать, что прислуги у нихъ совсѣмъ не имѣется. По этой части тамъ настолько плохо, что несчастные американцы завидуютъ даже французамъ!
   Вотъ изъ множества примѣровъ, для иллюстраціи сказаннаго, одна исторійка, случившаяся не далѣе, какъ прошедшимъ лѣтомъ. Въ ней нѣтъ рѣшительно ничего необыкновеннаго для страны Вашингтона, кромѣ того участія, какое принималъ въ ней одинъ молодой нашъ соотечественникъ. Я нахожу нужнымъ только назвать его вымышленнымъ именемъ, это дабы избѣжать обвиненія въ томъ, что языкъ у меня слишкомъ длиненъ.
   

I.

   Въ одной или въ двухъ миляхъ отъ Гартфорда, на холмѣ, возвышающемся надъ хорошенькою рѣчкой, притокомъ Коннектитута, расположена резиденція Томаса П. Корбенса, честнѣйшаго человѣка, наколотившаго себѣ изрядное количество долларовъ фабрикаціей револьверовъ или велосипедовъ. Мѣстная промышленность, на самомъ дѣлѣ, славится издѣліями этого рода и для обоихъ фабрикатовъ обезпечила себѣ огромный сбытъ членамъ Клуба велосипедистовъ и мужьямъ, считающимъ нужнымъ отомстить за свою честь... Увы! одному изъ директоровъ большого оружейнаго завода пришлось недавно весьма много претерпѣть отъ поведенія своей супруги. Извѣстно, впрочемъ, что сапожникъ если и не безъ сапогъ, то обутъ прескверно.
   Томасъ П. Корбенсъ несчастливъ лишь тѣмъ, что онъ вдовецъ, но жизнью доволенъ потому, что живетъ очень просто. Въ большую ошибку впалъ бы тотъ, кто вздумалъ бы дѣлать заключенія о достаткахъ этого почтеннаго гражданина по обширности его дома, по его обстановкѣ. Съ нимъ живетъ его единственная дочь, двадцатилѣтняя дѣвушка, красавица. Но у него есть двѣ замужнихъ сестры, и у каждой изъ нихъ имѣется по двое дѣтей. Вся это компанія пріѣзжаетъ погостить у него недѣли двѣ во время каникулъ. Такимъ образомъ коттеджъ былъ набитъ биткомъ, какъ швейцарскій отель, когда жаркимъ сентябрьскимъ утромъ миссъ Корбенсъ довольно рано пришла въ кухню сдѣлать распоряженія. Молодой дѣвушкѣ крайне непріятнымъ показалось, что кухарка ирландка продолжаетъ спокойно сидѣть въ креслѣ и лѣниво помахивать вѣеромъ, точно креолка, ожидающая чашку шоколата. Но всѣмъ намъ извѣстно, насколько необходимо быть снисходительнымъ, даже немножко сподличать, передъ кухаркой, когда домъ полонъ гостями. Дороти Корбенсъ, хорошенькія черныя брови которой слегка сдвинулись, притворилась, будто находитъ совершенно естественною позу ирландки, и проговорила ласково:
   -- Жарко сегодня, Брижетъ.
   -- Жарко!-- отозвалась кухарка.-- Вы находите, что жарко, миссъ? А я нахожу, что такая жара просто невыносима, и я хочу уйти.
   -- Я думаю, моя милая, что не менѣе жарко, вамъ будетъ во всякомъ другомъ домѣ Коннектикута. Не ждали же вы прохлады въ сентябрѣ?
   -- Можетъ быть. Но я не ждала также, что мнѣ придется готовить кушанье и мыть тарелки для десяти человѣкъ. Еслибъ ихъ было трое или четверо, я могла бы еще помириться съ этимъ. Вы долго намѣрены содержать этотъ семейный пансіонъ?
   -- Родные гостятъ у насъ всего пять дней,-- сказала бѣдняжка Дороти, стараясь сдерживаться.-- Они пріѣхали на двѣ недѣли. Не могу же я удалить ихъ изъ дому... ради васъ.
   -- Совершенно вѣрно, миссъ. Оставляйте ихъ на двѣ недѣли, на два мѣсяца, на два года, мнѣ до этого дѣла нѣтъ, я ухожу сейчасъ.
   -- Но вы обязаны дожить восемь дней, Брижетъ.
   -- Это ничего не значитъ! Вычтите у меня изъ жалованья за недѣлю. Здоровье дороже богатства. Лучше потерять десять долларовъ, чѣмъ стать старухой въ тридцать лѣтъ.
   Часъ спустя ирландки уже не было, и Дороти Корбенсъ кипѣла сама и готовила завтракъ на десять человѣкъ, или вѣрнѣе -- на девять, такъ какъ ея отецъ завтракалъ всегда въ городѣ въ двухъ шагахъ отъ своей фабрики. Подавая кушанья, молодая хозяйка сообщила "семейному пансіону" о происшедшей катастрофѣ.
   -- Съ кухней я управлюсь до пріисканія другой кухарки,-- добавила Дороти.-- Но если меня заставятъ въ то же время изображать хозяйку дома, предсѣдательствовать за столомъ, занимать гостей въ салонѣ, я сойду съ ума. А потому вы и не ждите видѣть меня до тѣхъ поръ, пока мы не подыщемъ кого-нибудь, что совсѣмъ не легко въ виду сезона и сосѣдства Ньюпорта.
   Во Франціи начались бы возраженія противъ такого рѣшенія и, всего вѣрнѣе, гости поспѣшили бы уѣхать, или, того лучше, на мѣсто ушедшей кухарки была бы найдена, хотя бы на время, другая женщина въ тотъ же день. Въ Америкѣ такое положеніе представлялось вполнѣ естественнымъ, и всѣ знали, что оно непоправимо въ короткое время. Обѣ тетушки нѣсколько разъ въ жизни переживали подобные праздники и отъ того не померли. Онѣ ободряли Дороти, увѣряли, что все пойдетъ отлично и что рано ли, поздно ли, кухарка все же найдется. Было заявлено, что никто не будетъ въ претензіи за отсутствіе хозяйки изъ столовой и даже изъ гостиной. Того лучше, ей обѣщали много выѣзжать, устраиваться такъ, чтобы получать отъ сосѣдей приглашенія къ люнчамъ, и, съ тѣмъ вмѣстѣ, не привозить никого къ обѣду во все время, пока продлится кризисъ.
   Молодая американка бодро взялась за дѣло. Кромѣ сбѣжавшей Брижеты, въ домѣ была всего одна прислуга, одна maid изъ Новой Шотландіи, согласившаяся, послѣ долгихъ упрашиваній, мыть тарелки съ тѣмъ условіемъ, чтобы къ плитѣ ее ни подъ какимъ предлогомъ не ставили. По словамъ этой дѣвицы, она подвержена была жестокимъ мигренямъ, на самомъ же дѣлѣ она боялась испортить цвѣтъ лица, который ея "молодой человѣкъ" находилъ ни съ чѣмъ несравнимымъ. Подобно всѣмъ американкамъ, которыя не проводятъ всю жизнь въ танцахъ и путешествіяхъ, миссъ Корбенсъ умѣла готовить кушанье, и Томасъ П. Корбенсъ ѣлъ съ отличнымъ аппетитомъ обѣды, состряпанные дочерью. Самъ онъ работалъ по семи часовъ въ сутки и находилъ совершенно естественнымъ, что и она трудится въ свою мѣру.
   Надо замѣтить, впрочемъ, что самый трудъ былъ менѣе тяжелъ, чѣмъ онъ оказался бы у насъ. Мясникъ, булочникъ, торговцы бакалейными товарами, фруктами, масломъ, живностью, зеленью являлись за заказами и приносили провизію совсѣмъ заготовленною. Одѣтая въ самое легкое платье, болѣе хорошенькая, чѣмъ когда-либо въ сверкающемъ чистотой фартукѣ, Дороти не жаловалась и сохраняла отличное расположеніе духа, въ особенности въ то время, когда семья всѣмъ комплектомъ завтракала въ какой-нибудь "резиденціи", сосѣдней съ Гартфордомъ.
   Въ одинъ изъ такихъ сравнительно легкихъ дней миссъ Корбенсъ была послѣ полудня одна въ своей кухнѣ и готовила sponge саке, коронное блюдо своего вечерняго меню. Всѣ припасы были уже на-лицо, свѣшаны, смѣрены, въ должномъ порядкѣ разложены на столѣ; сахаръ, мука, лимоны, отсчитанныя яйца въ чашкѣ рядомъ съ механическою взбивалкой. Торопиться не было надобности. И красавица миссъ Корбенсъ, изящная, несмотря ни на что, въ фартукѣ изъ тонкаго полотна, похаживала по просторной комнатѣ, линолеумъ которой дѣлалъ шаги эластичными и вызывалъ желаніе ходить. Кругомъ такъ и сверкала безукоризненно отчищенная красная мѣдь посуды, начиная съ крошечной формы для пирожнаго и кончая огромнымъ резервуаромъ для кипящей воды, придѣланнымъ къ стѣнѣ у потолка, по-американскому обыкновенію. На этомъ очень яркомъ фонѣ красота брюнетки Дороти выдавалась еще лучше, чѣмъ въ салонѣ съ его болѣе тихими тонами.
   Ей, конечно, не безъизвѣстно это было, такъ какъ легкая улыбка открывала изъ-за пунцовыхъ губокъ ослѣпительной бѣлизны эмаль зубовъ. Быть можетъ, молодая дѣвушка была въ особенно хорошемъ настроеніи, такъ какъ черезъ три дня ей предстояло распрощаться со всѣми гостями и, по обычной ироніи судьбы, передать заботы о стряпнѣ новой кухаркѣ, которая явится, какъ маршалъ Груши, послѣ сраженія. Къ тому же Томасъ П. Корбенсъ ждалъ съ минуты на минуту одного племянника, очень забавлявшаго свою кузину милымъ флиртомъ, которому она, какъ будто, не придавала серьезнаго значенія, хотя отлично знала, что дѣло кончится предложеніемъ. Не знала она только одного,-- такъ какъ ея сердце было совершенно свободно,-- не знала, что она отвѣтитъ молодому человѣку.
   А пока она спокойно улыбалась, увѣренная въ себѣ, въ своемъ благоразуміи, въ своей разсудительности, въ свободѣ выбора, какъ истинная дочь Новой Англіи. Въ свое время всѣ вопросы выясняются... Пробило три часа. Наступила пора управляться съ спонжъ-кэкомъ прежде, чѣмъ приступить къ фундаментальнымъ блюдамъ обѣда.
   

II.

   Въ это время къ дому подошелъ вагонъ электрическаго трамвая и остановился почти сразу. Изъ него выпрыгнулъ молодой человѣкъ съ бѣлокурыми волосами и съ голубыми глазами, не имѣвшими, впрочемъ, ничего общаго съ оттѣнками, свойственными англо-саксонской расѣ. Онъ былъ одѣтъ очень изящно, но въ костюмѣ его не было замѣтно рѣзкости и безличности американскаго щеголя, для котораго быть хорошо одѣтымъ -- значитъ всегда нарядиться во все новое. Покрой бѣлья и, того болѣе, форма галстука обличали въ пріѣзжемъ парижанина. И на самомъ дѣлѣ, виконтъ Максъ де-Резоль лишь недавно пріѣхалъ изъ Парижа.
   Черезъ калитку въ красноватой изгороди молодой человѣкъ направился къ дому по адеѣ, отѣненной нѣсколькими большими деревьями, бросавшими пятна тѣни на бѣлый песокъ дороги. Пріѣзжій на ходу оглядывалъ домъ, живописно задрапированный густо разросшимся плющомъ. Три ступеньки вели на крыльцо, соединенное съ простою верандой, достаточно обширной для того, чтобы служить гостиной. Надъ первымъ этажомъ начиналась крутая, чуть не вертикальная, шиферная крыша съ высокими, не симметричными выступами для двойныхъ оконъ, обвитыхъ тѣмъ же плющомъ, забравшимся тамъ и сямъ на крышу. Вообще "резиденція" Томаса П. Корбенса была одною изъ наименѣе грандіозныхъ въ Гартфордѣ. Но за этими непретенціозными стѣнами посѣтитель сразу угадывалъ комфортъ и большой достатокъ. Есть двѣ вещи, скрыть которыя не могутъ ни стѣны, ни одежда, какъ бы онѣ скромны ни были, это -- богатство и красота.
   Большая лапландская собака, спавшая на одномъ изъ креселъ веранды, начала лаять на подходившаго Резоля, и въ глубокой тишинѣ, царившей кругомъ, этотъ лай принялъ характеръ тревоги, поднятой бдительнымъ сторожемъ. Въ одномъ изъ оконъ мансардъ показалась голова служанки съ льняными волосами, какъ бы въ ожиданіи вопроса посѣтителя.
   -- Господинъ Корбенсъ?-- спросилъ молодой человѣкъ и повторилъ нѣсколько разъ, безуспѣшно стараясь произносить правильно.
   Онъ пробовалъ говорить: Корбенсъ, Курбенсъ, Кёрбенсъ, даже Карбинсъ,-- равно безуспѣшно. Имена собственныя представляютъ собою вѣчный камень преткновенія для вновь прибывшихъ въ чужую страну... и для вынужденныхъ говорить на чужомъ языкѣ. Резоль кончилъ тѣмъ, что разсердился.
   -- Да коего же чорта!-- крикнулъ онъ уже на чистомъ французскомъ языкѣ.-- Вѣдь, это домъ Корбенса, мнѣ сказалъ кондукторъ. Должны же вы догадаться, что я желаю видѣть хозяина, а не Георга Вашингтона!
   Дѣвица съ льняными волосами, неспособная понять его шутки, дѣлала руками какіе-то жесты и прокричала фразу, изъ которой Максъ понялъ только послѣднее слово: кухня. Служанка скрылась.
   "Попытаемся разыскать кухню,-- разсуждалъ парижанинъ.-- Но я скажу Пьеру, что онъ послалъ меня въ очень странный домъ. Лишь бы не даромъ потерять тутъ время".
   Проходя вдоль бокового фасада, Максъ заглянулъ въ салонъ черезъ широкое отворенное окно. Комната, хорошо убранная на свой ладъ, казалась пустою. Газовая люстра безобразнѣйшаго вида могла довести до обморока человѣка со вкусомъ. За то стѣны были украшены картинами лучшихъ художниковъ. Ясно видно было, что у Томаса П. Корбенса большое состояніе и что онъ разумно имъ пользуется.
   Скоро подъ тѣнью большого навѣса Резоль увидалъ отворенную дверь и, уже безъ всякихъ церемоній, вошелъ въ нее.
   Въ глубинѣ большой полутемной комнаты, съ притворенными отъ солнца и отъ мухъ ставнями, двигалась фигура женщины. Кухарка оглянулась и могла лишь различить на порогѣ тонкій и стройный силуэтъ молодого человѣка.
   -- Это вы, кузенъ Вилли?-- спросила она на своемъ родномъ языкѣ.
   -- Къ сожалѣнію долженъ заявить, что я не Вилли,-- отвѣтилъ Максъ весьма старательно, но довольно плохо, по-англійски.-- Я неизвѣстный здѣсь человѣкъ, желающій видѣть господина Корбенса, и клянусь Юпитеромъ, въ этомъ домѣ не легко найти, съ кѣмъ переговорить.
   Дороти разбивала яйца и тщательно отдѣляла желтки отъ бѣлковъ. Не смущаясь упрекомъ, она отвѣтила:
   -- Всѣ уѣхали изъ дому на цѣлый день. Что же касается мистера Корбенса, то онъ у себя на фабрикѣ, разумѣется. Туда вамъ и слѣдовало отправиться или, вѣрнѣе, тамъ слѣдовало остановиться, такъ какъ вы ѣхали мимо.
   -- Почему же я могъ это знать? Къ тому же я къ мистеру Корбенсу совсѣмъ не по дѣлу.
   -- Имѣете рекомендацію?
   -- Конечно, вотъ она.
   Миссъ Корбенсъ взяла незапечатанный конвертъ, вынула изъ него карточку и прочла ее къ великому изумленію Резоля, хотя и слыхавшаго многое про Америку, но никакъ невоображавшаго, что развязность кухарки можетъ тамъ доходить до этого. На карточкѣ написано было немного, всего три строчки: маркизъ де-Сенъ-Сибаръ напоминалъ о себѣ м-ру Томасу П. Корбенсу и выражалъ желаніе представить ему виконта Макса де-Резоль, своего лучшаго друга, путешествующаго по Америкѣ.
   Надо сказать, что Пьеръ де-Сенъ-Сибаръ переплылъ океанъ два или три года назадъ, не скрывая отъ пріятелей, что рискуетъ претерпѣть морскую болѣзнь въ надеждѣ жениться на "золотомъ мѣшкѣ". Такой "мѣшокъ" нашелся въ Нью-портѣ, въ рукахъ одной некрасивой, но очень богатой наслѣдницы, плѣнить которую стоило не большихъ усилій такому ловкому молодцу, какимъ былъ Пьеръ. Только что вышедшая замужъ и увезенная въ Парижъ Лидія Эверсонъ была далеко не счастлива, что уже сказывалось ясно въ ея письмахъ. Дороти, не будучи короткою пріятельницей молодой маркизы, знала, однако, черезъ общихъ друзей, о гадкихъ продѣлкахъ Сенъ-Сибара, отрекомендованнаго когда-то за образцоваго будущаго супруга.
   Вотъ почему, положивши на столъ карточку этого дрянного человѣка, Дороти продолжала разбивать яйца, втихомолку посмѣиваясь надъ забавною стороной положенія. Легкая улыбка, приподнимавшая углы губъ молодой дѣвушки, дѣлала ее еще очаровательнѣе въ то время, какъ про себя она раздумывала такъ:
   "Этотъ молодой виконтъ странствуетъ, повидимому, тоже въ поискахъ за туго набитымъ мѣшкомъ. Отвратительный Сенъ-Сибаръ далъ ему, навѣрное, цѣлый списокъ невѣстъ. И не обидно ли думать, что такой интриганъ найдетъ себѣ у насъ виконтессу очень скоро, такъ какъ онъ все-таки прехорошенькій, надо признаться? Но Дороти Корбенсъ ему не подцѣпить. Не такъ она глупа, чтобъ одною несчастной стало больше на свѣтѣ изъ-за удовольствія имѣть на бѣльѣ вышитую коронку".
   Молодой дѣвушкѣ легко было не выйти замужъ за Макса де-Резоль, но не такъ-то просто было отдѣлаться отъ необходимости накормить его обѣдомъ. Если онъ только отправится къ Томасу П. Корбенсъ на заводъ, то можно съ увѣренностью сказать, что они вмѣстѣ явятся къ обѣду. Пріятная это штука -- принимать иностранца, француза, виконта, когда въ домѣ нѣтъ кухарки! Какъ бы поискуснѣе выпроводить незванаго гостя?
   Пока Дороти разсуждала сама съ собой, глаза странствующаго молодого человѣка присмотрѣлись къ сумраку комнаты. Виконтъ соображалъ, что американскія кухарки замѣчательны своею красотой еще болѣе, чѣмъ развязностью. Хотя воспитаніе и вкусы всегда предохраняли его отъ нѣкоторыхъ увлеченій, онъ все-таки не торопился уходить и былъ не прочь вызвать на болтовню такую восхитительную дѣвчонку. Но о чемъ заговорить съ нею?
   Она сама возобновила разговоръ. Не отрываясь отъ стряпни, она придумала средство помѣшать Максу заживаться въ Гартфордѣ и заранѣе тѣшилась театральнымъ эффектомъ, который неминуемо заставитъ обратиться въ бѣгство искателя богатой невѣсты прежде, чѣмъ ему придетъ охота дальше навязываться на знакомство. Она спросила, на этотъ разъ уже на французскомъ языкѣ, на которомъ говорила совсѣмъ прилично.
   -- Правда, что вамъ не по дѣлу нужно видѣть мистера Корбенса?
   Максъ въ удивленіи поднялъ руки къ небу.
   -- Что же это такое! По-французски заговорила! Мадемуазель, если бы вы были у меня на родинѣ, я бы подумалъ, что вы переодѣтая принцесса. Но съ тѣхъ поръ, какъ я путешествую по Америкѣ, я далъ себѣ слово ничему никогда не удивляться. Довелось бы мнѣ услыхать, что въ Соединенныхъ Штатахъ отъ хорошей кухарки требуется въ числѣ аттестатовъ дипломъ капитана дальняго плаванія, я сказалъ бы, что это вполнѣ естественно, за этотъ мѣсяцъ я такъ много видѣлъ ошеломляющихъ вещей! И, несмотря ни на что, я позволю себѣ употребить выраженіе вашего языка,-- кухарка Томаса П. Корбенса побиваетъ рекордъ... Мы, говорили, однако, если у меня остается еще искра сознанія, что я желалъ бы просто сдѣлать визитъ вѣжливости этому достойнѣйшему гражданину.
   -- Гм! Онъ не очень любитъ, чтобы на фабрикѣ его безпокоили "изъ вѣжливости".
   -- И поступаетъ правильно,-- сказалъ молодой человѣкъ.-- Только, повидимому, онъ проводитъ весь день на своей фабрикѣ, и выводъ получается такой, что онъ невидимъ для такихъ туристовъ, какъ я.
   -- Въ Америкѣ мало туристовъ,-- замѣтила лже-кухарка тономъ недовѣрія.-- Въ особенности же французы не ѣздятъ сюда ради одной прогулки.
   -- Даю честное слово въ томъ, что я не инженеръ, не художникъ, не пѣвецъ, не романистъ,-- возразилъ Резоль, садясь на тростниковый стулъ.
   -- Въ такомъ случаѣ я догадываюсь, зачѣмъ вы пріѣхали въ Америку,-- продолжала Дороти, взбивая яйца машинкой,-- вы ищите богатую невѣсту. О, въ этомъ вы можете признаться такой бѣдной служанкѣ, какъ я.
   -- Молодые и холостые люди всегда ищутъ богатыхъ невѣстъ,-- сознался Максъ въ формѣ аксіомы.
   -- Во время жаркаго сезона всѣ богатыя невѣсты въ Ньюпортѣ. Вамъ туда надо ѣхать.
   -- А я оттуда-то, именно, и пріѣхалъ, пробылъ тамъ пятнадцать дней... и пятнадцать ночей, если это можно называть ночами. Я падаю отъ усталости. Останься я еще на недѣлю, умеръ бы! Сегодня утромъ покинулъ я это прелестное, но адское мѣстечко. Вы, конечно, знаете Ньюпортъ?
   -- Была тамъ съ Корбенсами въ прошломъ году,-- отвѣтила Дороти, забавлявшаяся бесѣдой никакъ не меньше, чѣмъ Максъ.-- И что же, никакого толку изъ вашего пребыванія не вышло?
   -- Ни малѣйшаго. Видитъ Богъ, однако, какъ я тамъ усердно завтракалъ, обѣдалъ, танцовалъ, катался въ лодкахъ, терпѣливо сносилъ концерты, покорно подвергался экскурсіямъ... Но ни одна изъ тамошнихъ дѣвицъ не обратила на меня никакого вниманія.
   "Каковъ французъ!-- подумала миссъ Корбенсъ.-- Этого не упрекнешь въ фатовствѣ".
   Какъ бы въ утѣшеніе ему, она продолжала громко:
   -- Приданыя въ Ньюпортѣ слишкомъ велики для виконта. Вотъ еслибъ вы были хоть маркизомъ!... Мосьё де-Сенъ-Сибаръ живо обдѣлалъ свое дѣло. Я почти своими глазами видѣла, какъ у нихъ... происходилъ торгъ. Знаете, слуги многое угадываютъ. Бѣдняжка Лидія Эверсонъ! Теперь она понимаетъ, что короны маркиза далеко не достаточно для того, чтобы быть счастливой.
   -- Сенъ-Сибаръ ведетъ себя, какъ негодяй,-- сказалъ Максъ.-- Къ тому же онъ никогда не любилъ свою жену. Что меня касается, такъ я отнюдь не намѣренъ вступать въ бракъ такимъ образомъ.
   -- Такъ вы хотите жениться на бѣдной американкѣ? О, такую скоро найдете, ихъ у насъ довольно.
   -- Я самъ бѣденъ,-- сказалъ Максъ очень просто,-- и неспособенъ жить своимъ трудомъ. Стало быть, мнѣ нужна жена богатая. Но я хочу, во-первыхъ, самъ полюбить ее, во-вторыхъ, чтобы она меня полюбила. Я мечтаю о томъ, чтобы оба мы жили хорошо и счастливо. И, по правдѣ сказать, я думаю, что со мной это не особенно мудрено.
   -- Мосьё, рѣчи ваши хорошія,-- сказала Дороти, черные глаза которой сверкнули лукавствомъ.-- А у меня слухъ недурной, и теперь я знаю, что мнѣ нужно дѣлать.
   -- Какъ!-- воскликнулъ Резоль.-- Вы думаете...
   -- Ничего я не думаю, но я, вѣдь, не дурочка. Вы желаете, чтобъ я помогла вамъ. Будьте покойны: миссъ Корбенсъ узнаетъ все, высказанное вами, буква въ букву. А пока повидайтесь съ отцомъ, не бойтесь его обезпокоить. Не каждый день являются къ нему свататься за дочь. А тутъ еще виконтъ! Боже милостивый! Ужъ, конечно, не со стороны папаши можно ждать затрудненій.
   Все это время Максъ точно сонъ видѣлъ на-яву; при послѣднемъ заявленіи молодой дѣвушки онъ зачуялъ какую-то опасность и очнулся.
   -- Что вы хотите сказать? Развѣ миссъ Корбенсъ...
   -- О, она образецъ добродѣтели и кротости. Вотъ только если бы внѣшность соотвѣтствовала душевнымъ качествамъ...
   -- Что-жъ она, чудовище?-- проговорилъ Максъ, приближаясь къ дѣвушкѣ.
   -- Ахъ, Боже мой, надо знать, что вы разумѣете подъ словомъ чудовище. Вамъ скажутъ, пожалуй, что она горбатая. По-моему, это преувеличеніе. На самомъ же дѣлѣ у нея только голова ушла немного въ плечи и талія... плоха. Къ довершенію бѣдъ, цвѣтъ лица такой же, какъ фигура! Не упускайте, однако, изъ вида, что молодые люди здѣсь требовательны, не женятся на дѣвушкахъ изъ-за ихъ денегъ. Вотъ почему, повторяю вамъ, вы имѣете всѣ шансы быть хорошо принятымъ... отцомъ, по крайней мѣрѣ.
   По ходу задуманной комедіи, Максу надлежало отвѣтить: "Жаль, что она такъ некрасива... Но, принимая въ разсчетъ, что она образецъ добродѣтели... сообразивши другія обстоятельства, не менѣе важныя, чѣмъ красота, надо придти къ заключенію, что при женитьбѣ всегда приходится кое чѣмъ и поступиться"... Каковъ оказался бы сценическій эффектъ! Каково было бы посрамленіе для искателя богатыхъ невѣстъ! "Мосьё, передъ вами Дороти Корбенсъ!" Бѣдняга виконтъ! Если онъ послѣ этого явится къ обѣду, то придется сказать, что аппетитъ у него диковинный.
   Ничего не отвѣчая, Максъ вынулъ изъ кармана полуимперіалъ. Подкупать вздумалъ,-- это было верхомъ цинизма. Дороти уже поднимала руку, чтобы показать ему дверь.
   -- Милая дѣвушка,-- сказалъ онъ,-- хотите сдѣлать мнѣ большое одолженіе? Не говорите никому, что я сюда являлся.
   -- Почему?... Чтобы хотите дѣлать?-- проговорила красавица Дороти, растерявшись отъ столь неожиданной просьбы.
   -- Я хочу сегодня же быть въ Нью-Йоркѣ. Отсюда всего три часа ѣзды, кажется?
   Богатая невѣста ушамъ своимъ не вѣрила. Желая довести испытаніе до конца, она сказала:
   -- Но подумайте только, отецъ миссъ Корбенсъ даетъ за нею милліонъ, милліонъ наличными деньгами. Нѣтъ ничего мудренаго, что дастъ два милліона, если окажется нужнымъ.
   -- Вы огорчаете меня,-- сказалъ Резоль, положивши свой золотой на столъ.-- Я предполагалъ въ васъ болѣе возвышенныя чувства. Но это уже ваше дѣло. Только помолчите обо мнѣ, пожалуйста: мнѣ не хотѣлось бы оказаться невѣжливымъ человѣкомъ въ глазахъ миссъ Корбенсъ.
   -- Но, мосьё, вы не знаете, быть можетъ, что она единственная дочь. Никому неизвѣстно, какое со временемъ достанется ей состояніе. Въ прошломъ году ея отецъ отъ одного только предпріятія положилъ въ банкъ чистой прибыли восемьдесятъ тысячъ долларовъ.
   -- Радуюсь за отца и за дочь, но совсѣмъ не въ моихъ вкусахъ дожить до старости лицомъ къ лицу съ чудовищемъ.
   -- Проживете, какъ, говорятъ, живутъ другіе мужья во Франціи. На жену будете смотрѣть какъ можно поменьше, а ея деньги дадутъ вамъ возможность... имѣть нѣкоторыя развлеченія.
   -- Мнѣ прискорбно слышать такія сужденія о моихъ соотечественникахъ.
   -- Ихъ находятъ очаровательными... въ разговорѣ на часъ времени. Но ихъ считаютъ легкомысленными людьми, смотрящими на нѣкоторыя измѣны какъ на мелкія шалости; говорятъ, они не могутъ видѣть хорошенькую женщину безъ того, чтобы не начать за нею ухаживать или не позволить себѣ какой-нибудь вольности.
   -- Зачѣмъ вы это говорите? Полчаса мы разговариваемъ съ вами съ глазу-на глазъ, и я даже не сказалъ вамъ, что вы хорошенькая. А теперь, въ наказаніе вамъ, говорю это.
   Про себя онъ думалъ, что она болѣе, чѣмъ хорошенькая, и не уходилъ, пользуясь послѣднею минутой, чтобы полюбоваться очаровательною дѣвушкой. А ея сердце было смущено раскаяніемъ въ неосновательномъ сужденіи. По крайней мѣрѣ, никакой иной причиной нельзя было объяснить, почему дрожала ея рука, перекладывавшая въ форму заготовленное тѣсто. Послѣ короткаго размышленія, которое Максъ не хотѣлъ прерывать, Дороти проговорила уже менѣе гордымъ тономъ:
   -- Я сожалѣю, мосьё, о томъ, что сдѣлала непріятное вамъ, подумавши, что вы не таковъ, какой вы на самомъ дѣлѣ. Но мнѣ кажется, что теперь мы поквитались. Вы сочли меня способною скрыть отъ моихъ хозяевъ, что незнакомый имъ господинъ былъ у нихъ въ домѣ во время ихъ отсутствія. Нѣтъ, мосьё, я вѣрная служанка. Мистеръ Корбенсъ узнаетъ, что вы приходили. Но даю вамъ слово въ томъ, что я не скажу ему, зачѣмъ вы являлись. Что же касается его дочери...
   -- О!-- прервалъ ее Максъ.-- Съ этой стороны я ничего не опасаюсь. Я могу тоже передать вашей хозяйкѣ, съ какимъ талантомъ вы расписывали мнѣ ея фигуру. Но, какъ бы ни было, я вынужденъ буду явиться вторично, если вы скажете обо мнѣ.
   Резоль старался, хотя и не совс