Французская_литература
Памятник Ришелье

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 10.

II. Исторические новости.

Памятник Ришелье

0x01 graphic

Портрет кардинала Ришелье кисти Филиппа де Шампеня. 1640 г.

   В последнее время много говорят о памятнике великому кардиналу Ришелье. Во главе с президентом Турского археологического общества, образовался комитет по изысканию средств. Дело поведено очень быстро, и постановка памятника поручена Альфреду Бутеру, скульптору, выдвинувшемуся за последнее время. Памятник будет поставлен на родине Ришелье. Комитет, прекрасно зная, что Ришелье является создателем Французской Академии, обратился к этому учреждению с просьбой принять участие. Академия не замедлила выразить свое горячее сочувствие.
   В наше достаточно хаотическое, полное противоречий время не бесполезно вспомнить о человеке, который, не задумываясь, отдал всю жизнь славе и интересам родины. Ришелье не только способствовал законченности дела, которое начал Генрих IV и которое клонилось к полному единению и сплоченности французской нации, -- но он главным образом выдвинул Францию на одно из первых мест.
   Его политический гений наметил реализовать национальную автономию и то европейское равновесие, которое предвидел европейский Бурбон.
   "Я хочу, -- неоднократно говаривал Генрих IV, -- чтоб Испания пользовалась испанским языком, Германия немецким, но и Франция французским. Никаких посягательств!"
   Никаких посягательств!
   Ришелье всю жизнь руководствовался этим принципом и, благодаря особым талантам, ему удалось дать мир стране; благодаря ряду счастливых войн, он дал понять Испании и Австрии, что им нечего думать о том, чтобы подвести Францию под их гегемонию. Французские войска с триумфом прошли по Фландрии, Артуа, Рейну, Савойе, Пьемонту и Каталонии. Когда королевство, раздираемое внутренними смутами, не могло полагаться на своих солдат, Ришелье не остановился перед тем, чтобы призвать на помощь иностранные войска... Это Ришелье создал французский флот, реорганизовал армию, вдохнул новую жизнь в административные системы, возродил индустрию, развил коммерцию. Он умер, истощенный болезнью и трудами, умер после 18-летнего управления государством, возведенным в 1-ый ранг.
   Он же присоединил к Франции богатые провинции.
   Гений в подлинном смысле слова, знающий обязанности по отношению к прошедшему, потребности настоящего и права- будущего он обратил должное внимание на литературу и искусство: французская Академия, коллеж дю-Плесси, Сорбонна, национальная типография, ботанический сад, -- все это законные детища Ришелье. Во время его управления французская литература и французский театр достигли небывалого расцвета.
   Две последние части "Звезды" появились в 1627 году", Сид -- в 1636 году. Наконец первая французская газета вышла 30-го мая 1621 года, в тот самый год, когда епископ Люссонский был приглашен к участию в советах Людовика ХШ. После всего этого понятна та симпатия, с какою вся страна приняла проект о памятнике Ришелье.
   Согласно данным Арман-Жан дю-Плесси, кардинал и герцог Ришелье родился в Париже- 9 сентября 1585 года; родился в старом доме на улице дю-Булуа. Весьма возможно, что его брат Альфонс, подобно ему, но очень недолго, был епископом Люссонским.
   Третий сын Франсуа дю-Плесси от Сюзанны де-Ла-Порт (родители кардинала Ришелье) может по праву считаться основателем прекрасного города Тура, который до него был жалкой деревушкой.
   Как всегда бывает, при жизни Ришелье многие отказывали ему в значительности, сыгранной им роли. Вот почему следует крайне осторожно разбираться в материалах, если мы желаем дать точную и беспристрастную копию Ришелье. Личность Ришелье привлекла внимание многих выдающихся литераторов, но даже самые великие писатели редко в состоянии дать нам точное и, главное, беспристрастное изображение живых людей. Из всех существовавших до сих пор писателей только Шекспир мог дать верную и жизненную фигуру.
   Двадцати одного года от роду аббат Ришелье был назначен в Люссон. Между тем он мечтал о парламентской или военной карьере. Полученное образование вполне соответствовало этим мечтам. В действительности до поступления в Поварскую школу он в известной академии Плювинеля прошел курс наук, обычный для всех детей французских дворян. Несколько позже семья его решила посвятить его духовной деятельности. В письме, помеченном декабрем 1606 года- и отправленном Генрихом IV д'Аменкуру, послу при папе Павле V, король, говоря о назначении Ришелье, указывает на крайне неподходящий возраст Ришелье, ссылается на необыкновенные способности нового люссонского епископа. Отец молодого епископа был крайне рад назначению сына, ибо надеялся с помощью его вновь вернуть былое богатство. Молодой прелат, полный веры в себя и гордости, долго и серьезно готовился к своей новой роли. В качестве честного гражданина он страдал от восстания кальвинистов, назойливых претензий сеньоров и вообще от всех тех непорядков, которые терзали родину. Генеральные штаты 1614 года выставили Ришелье в роли защитника интересов духовенства. Выбор пал удачно. Громадная эрудиция, особое тонкое чутье, энергия понимание людей обещали Ришелье очень многое. В этом отношении с ним мог бы сравниться только Наполеон.
   Ришелье очень скоро сошелся с Дюпероном и Барбеном; благодаря последнему он получил доступ к королеве-матери Марии Медичи. Этому содействовал Кончини, находившийся в близких отношениях с королевой и сразу оценивший Ришелье. В скором времени Николай Барбен равно, как и его товарищи вынужден был уступить место Ришелье, который первым делом приказал арестовать Кондэ, самого беспокойного, жадного и непокорного из французских сеньеров. Однако в самом непродолжительном времени Ришелье лишился власти. Мария Медичи вынуждена была бежать и вместе с ней удалился на покой ее первый министр. Переведенный в Авиньон, он с жаром отдался работе. Всего больше он занимался теологией, но в то же время не отвратил взоров от политики, а между тем честолюбие его все росло, да росло. Он прекрасно знал о приписке короля Генриха IV к д'Аменкуру, в которой король отзывался о нем, как о человеке, способном принести немалую пользу королю, церкви и отечеству.
   С известной точки зрения период пребывания Ришелье в Авиньоне можно считать для него счастливым, ибо за это время должным образом развился его гений. Ришелье, все еще находясь неотлучно при королеве-матери, умудрился убедить короля подписать ангулемский договор, а вслед затем заключить антверпенский мир.
   Прекрасный оратор, побеждающий всех своею искренностью епископ Люссонский в сентябре 1622 года получил кардинальскую шапку. В то же время Мария Медичи, неизменно пользуясь мудрыми советами Ришелье, вернулась к власти и тем открыла своему протеже вход в министерство. Однако, и теперь Ришелье не удержался на своем посту. Он категорически высказался против брака сестры-короля Генриетты с принцем Гальским спустя три месяца после получения кардинальского чипа снова был отстранен.
   Двадцать девятого апреля 1624 года, согласно ясновыраженной воле народа, снова вошел в совет, -- на этот раз в качестве могущественного члена его вместе с полным сознанием, что он способен помочь исстрадавшейся родине.
   Он пришел с определенной -программой истребить партию гугенотов и до последней возможности ослабить сеньеров: в то же -время, он наметил придать Франции средь остальных держав то значение, на которое она имела все права и которое временно пошатнулось. Опираясь на английский альянс, благодаря браку Генриетты французской с Карлом Первым, он подписал договор с Голландией. В то же время от открыто стал поддерживать права герцога Мантуйского, против папского правительства. В этом деле он главным образом стремился к тому, чтобы указать папе на растущее значение Франции.
   Между тем гугеноты вовсе не желали покориться. Теологические споры привели к открытой гражданской войне. Герцог Догенский вместе с братом сеяли повсюду вражду и ненависть к королю. Они приняли участие в игре Испании и Австрии и сделались еще опаснее в то время, как Карл Первый послал им на подмогу флот, состоящий из девяноста судов, под командой красавца Букингема, пожизненного возлюбленного Анны Австрийской, молодой супруги Людовика XIII.
   Между тем Ришелье продолжал свою политику и своими действиями убеждал, что Людовик XIII, подобно Людовику XI и Генриху IV не потерпит у себя сеньеров, независимо от их религиозных убеждений.
   Первый министр решил приступить к репрессиям. Уже будучи государственным секретарем, заведующим министерствами иностранных дел, морским и военным, он присвоил себе чин генерала и главнокомандующего всеми войсками. Казалось, он повсюду был на месте. Образование, полученное им в Плювинельской академии, было разносторонне.
   Английские судовщики строили ему военные суда, а часть судов он "одолжил" у Голландии. Он осадил с моря и суши Ла-Рошель, цитадель кальвинизма. Ла-Рошель пала.
   Людовик XIII мог гордиться своим выбором, взяв в министры Ришелье. Этот аббат, которого романисты и драматурги выставляют столь кровожадным, оказался наиболее преданным, одаренным и любящим из патриотов. Со времен великого Сюлли никто, как Ришелье, не служил отечеству.
   Его высокое образование и головокружительная карьера нисколько не ослепляли его и не затуманивали того- долга, который он чувствовал по отношению к Франции и к королю.
   Одновременно духовник Марии Медичи и премьер-министр Людовика ХШ, Ришелье имел среди своих сподвижников Сурди и кардинала де-ла-Валет. В 1629 году, при заключении ривальдиского договора, он обратил внимание на молодого Джулио Мазарини и решил не терять его из виду, но наилучшим помощником своим Ришелье с полным основанием мог считать капуцина отца Жозефа, полное имя которого было -- Франсуа-Ле-Клерк дю-Трамблэ. Отец Жозеф до самой смерти был незаменимым выполнителем малейших желаний Ришелье. Он пламенно, как сын и адепт, любил Ришелье; и тот всегда говорил, что никто его не понимал так, как отец Жозеф. Вообще к характеристике Ришелье необходимо отметить его удивительную почти гениальную способность отгадывать и находить полезных людей.
   В это время он уже был великим кардиналом, правой рукой и воплощенной волей короля; его ненавидел весь двор, его всячески преследовала Анна Австрийская и ее наперсница безнравственная и бессердечная герцогиня де-Шеврез. Современники рисуют его, худым, нервным, болезненным человеком. Несмотря на непрекращающуюся мигрень, солдаты видели его в огне сражений, рядом с королем, спокойно отдающим приказания.
   Ришелье во многом походит на Цезаря и на Наполеона. Все они способны поражать мысли своих современников и в то же время вызывают самые противоречивые мнения о себе.
   Но во всяком случае люди близко звавшие Ришелье были о нем определенного мнения. К наиболее приближенным кардиналам следует присоединить графа д'Аркура, отпрыска дома де-Лорэн, которого Ришелье вытащил из кабаков, в которых тот пребывал с утра до вечера. Зная людей, кардинал понял, что д'Аркуру можно довериться. Д'Аркур оказался столь же полезным, как и отец Жозеф.
   В 1630 году Ришелье во имя тех же интересов народа, завязал новые связи с Густавом-Адольфом, этим героем, шведским львом, карьера которого была так коротка и необыкновенна. В продолжение 7 лет, от 1635 года до 1642, Франция воевала с Испанией и Австрией в Артуа, Нидерландах, в Италии и на Рейне.
   Кардинал своим блистательным примером воздействовал на Шемберга, Гебриана, д'Аркура, ла-Валета. Весь Париж, который не переставал упрекать этого великого труженика, -- упрекать за его гений, богатство, роскошь, замки и дворцы, -- Париж, который ненавидел Ришелье до самой его смерти, который видел в Анне Австрийской жертву кардинальского деспотизма, должен был в конце концов признать славу и триумф Ришелье.
   Но в то же время народ не переставал страдать от нищеты. Необходимо признать, что налоги были слишком тягостны и велики, но все же беспристрастный историк согласится, что чрезвычайные налоги были вызваны необходимостью. Так как нужно было бороться, как с внешними, так и с внутренними врагами. В этом отношении король вполне согласился с мнением своего 1-го министра, потомство одобрило политику Ришелье. Девиз остался прежним: "спасение нации прежде всего!" Кто не знает, что деньги являются нервом войны. Ришелье же деньги были необходимы для войны с Пикколомини, Тилли и герцогом Лотарингским, дочь которого взял в жены безумный Гостон Орлеанский.
   Ришелье, идеал осторожности, хранил -- что называется, на черный день -- -500 тысяч экю у интенданта Моруа. Сюр-интендант Бюлльон произвел громадные расходы и в год, когда испанцы взяли Корвию, Франция осталась почти без денег. Необходимо было во что бы то ни стало достать деньги. Ришелье был серьезно озабочен и спас Францию тем, что внес в государственную кассу свои собственные средства. Деятельность Ришелье, неизменно пламенное состояние его духа не ограничивались работой во Франции, Артуа, Германии, Савойе и Пьемонте. Энергия кардинала, храбрость солдат и таланты полководцев, среди которых были Шатильон, де-Бризе, Кевр и Шолон присоединили к Франции в 1631 году Пинероль и обеспечили свободный переход через Альпы. К 1634 году Франция завладела герцогством Лотарингским, в котором еще с ХШ века изъяснялись на французском языке. Но лишь в 1634 году был окончательно присоединен Артуа и завоеван Эльзас. Точно так же, после ряда битв, французские войска завладели Русильоном и проникли в Каталонию. В 1641 г. истощенная и усталая Испания навсегда отказалась от Русильона. Вскоре после того был подписан мирный договор.
   Кардинал умер 4 декабря 1642 года в возрасте 57 лет. Он сдержал слово, данное своему королю. Ему стоило это немалых усилий; пришлось прибегнуть к ряду чрезвычайных мер, но все было сделано во имя блага народа.
   Кардинал умер после того, как наградил Францию четырьмя новыми провинциями: Артуа, Эльзасом, Лотарингией и Русильоном; кроме того, создал французский флот, пересоздал армию, полицию, почту, общественные порядки.
   Его вдохновили некоторые замыслы Карла Великого, и он учредил институт интендантов, на обязанности которых лежало: олицетворение центральной власти в провинциях, -- следить за финансами, юстицией и полицией.
   В области индустрии, земледелия и коммерции Ришелье сделал многое достойное имени великого Сюлли. В 1627 году он организовал "Колониальную Компанию", а 8 лет спустя, имея в виду английскую конкуренцию, "Компанию Американских Островов". Он поддерживал "Африканскую Колониальную Компанию", созданную марсельскими, купцами, и чуть ли не первый дошел до мысли о необходимости связать торговые сношения с Россией.
   Все свои бесчисленные и непредвиденные труды он совершал, мучимый тяжелыми болезнями, ненавидимый всем двором, преследуемый наемными убийцами, непонятый простым народом и буржуазией. Кроме того, ему почти непрерывно приходилось бороться с недоверием своего короля, человека очень умного и мало оцененного в свое время, но крайне непостоянного характером. Узнав о смерти Ришелье, король только и произнес: "Какой великий политик умер!"
   Не в пример королю, Ришелье был очень преданным и верным человеком. Правда, в его характере было много странностей. Генри Толи, из статьи которого "Le monument de Richelieu" мы делаем извлечение, отзывается о Ришелье: "La nature а condamné les aigles à planer mois a vivre seuls". ("Природа одарила орлов способностью парить над облаками, но вместе приготовила к жизни в одиночестве").
   Больше всего это изречение имеет силу по отношению к Ришелье, который почти всю жизнь провел в душевном одиночестве. Современники передают, что часто в моменты очень тяжелого настроения Ришелье сзывал музыкантов и актеров и, тяжело глядя исподлобья, следил за их игрой.
   Изредка он обращался к публичному мнению и выступал открыто со своими проектами. В классическом "Mercure de France" время от времени появлялись его статьи на самые разнообразные темы. Два века спустя точно так поступал Наполеон, статьи которого печатались в "Moniteur".
   Вряд ли кто-либо так любил и уважал литературу и искусство, как Ришелье. Он призвал из Рима Николая Пусена, покровительствовавшего художнику Вуэ и архитектору Лемерсье. Все созданное им носит печать самого изысканного вкуса. Многие хотят непременно видеть в кардинале педанта или профана, -- но за истекшие 3 века горизонт, так сказать, очистился, и лишь пристрастный историк может поддерживать смешную легенду о педантизме, односторонности или далее профанизме Ришелье. Достаточно вспомнить о картинной галерее его, представленной Пшуганом, Рембрандтом, Перукини, ди Мантеньа и Альбертом Дюрфом!
   13 марта 1634 года имело место первое заседание французской академии, и с того же дня Ришелье заявил себя ее покровителем. Ришелье упрекают в ненависти к Корнелю, Но для уразумения подобного отношения необходимо вспомнить про войну того периода -с Испанией; необходимо иметь в виду, что мать, жена и брат Людовика XIII были союзниками и попросту агентами Филиппа IV и что в это время Франция легко могла пасть под страшным натиском преемников Карла V.
   А между тем прекрасные трагедии Корнеля, с их великими рыцарскими чувствами, экзальтированным отношением к любви и чести являлись прославлением злейшего французского врага. Безусловно и поэтам приходится считаться с тем состоянием, которое переживает родина. Корнель, прекрасный гражданин в душе, однако не принял этого соображения во внимание -- и вот почему превратил своего ярого поклонника, кардинала Ришелье, в злого врага. В Ришелье в то время всего больше говорил политик и патриот; он волновался при виде того, как во французской столице рукоплещут господам, выведенным на сцене.
   Ришелье насчитывал много друзей среди литераторов, при чем в наилучших отношениях был с маркизой Рамбулье и Рабле. Раз он был уверен в таланте отмеченного им человека, он не останавливался ни перед какими расходами. Следует раз навсегда установить, что Ришелье, полный нуль в поэзии, должен быть выдвинуть, как прозаик, в первые ряды. Его речи изложены предварительно на бумаге, его наставления, письма, "воспоминания" и политическое завещание являются прекрасными образцами литературного творчества. У Ришелье, как у всех истинно-талантливых людей, имеется свой стиль, свой язык. Его фраза так же характерна и сильна, как фраза Наполеона, да здесь он так же самобытен, как во всех других областях.
   И вот, где воистину оправдывается поговорка: нет пророка в своем отечестве. Ришелье, одновременно политика, воина, администратора и писателя, почти не поняли в свое время. Его обвиняли во всевозможных грехах и прегрешениях. Ему ставили на вид его несметное богатство и пышную жизнь. Упрекали его в том, что он всячески содействовал преуспеянию своих родных и приближенных. По этому поводу было много написано памфлетов и сатир. В этом отношении Ришелье узнал судьбу многих великих людей: Наполеона, Марка Аврелия, Цинцината и Катона. Ла-Фонтэн вполне справедливо пишет: "кардинал Ришелье займет в истории больше страниц, чем 30 других пап". Он дал больше, чем обещал! Правда, он любил славу, но это особенность всех великих людей. Во всяком случае его любовь к славе не шла во вред службе и родине. Он искренно любил родину и прежде всего думал о ней. Обладая громадным чутьем, он понимал, что всего более может способствовать росту и успеху Франции -- и вот почему, принимая во внимание все недостатки и ошибки Ришелье, следует признать его одним из величайших людей Франции. После того Франция имела не много таких слуг, и памятник ему является необходимым актом благодарности.

0x01 graphic

Памятник кардиналу Ришелье в коммуне Ришелье, департамент Эндр и Луара.

-----------------------------------------------------------------------------------------

   Текст издания: журнал "Вестник иностранной литературы", 1912, No 10.
   
   
   
   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru