Lib.ru/Классика: Вернер Элизабет. Два мира

ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ СОЧИНЕНІЙ
Э. ВЕРНЕРЪ

Томъ восьмой.

Изданіе А. А. Каспари.

С.-ПЕТЕРБУРГЪ.
Издат. Акд. Общ. А. А. Каспари, Лиговская улица, No 114.

ДВА МІРА.

Романъ.

I.

Съ залитой солнцемъ горной вершины опускались два путника съ альпійскими палками въ рукахъ и дорожными мѣшками за спиной. Присутствіе проводника съ канатомъ и ломомъ свидѣтельствовало о томъ, что путешественники только что совершили восхожденіе на гору. Теперь они шли но зеленой лужайкѣ, на которой и рѣшили отдохнутъ.

-- Вотъ та дорога ведетъ на Грасэкеръ-Альмъ,-- сказалъ старшій изъ путешественниковъ.-- Ты вѣдь не пойдешь со мною на Вильдзее?

-- Чтобы сдѣлать крюкъ, который отниметъ цѣлыхъ два часа. Нѣтъ, благодарю покорно!-- возразилъ другой.-- Съ пяти часовъ утра я только и дѣлалъ, что лазилъ по глетчерамъ и пропастямъ; хотя на службѣ съ нами не церемонятся и я вообще не изъ слабыхъ, но съ твоей исполинской силой, Германъ, мнѣ уже никакъ не приходится мѣриться.

-- Я только выносливѣе тебя,-- отвѣтилъ Германъ.-- Итакъ, ты идешь прямо на Грасэкеръ-Альмъ? А я спущусь по Энской долинѣ.

-- Но сперва отдохнемъ,-- сказалъ молодой человѣкъ, бросаясь на мягкую траву.-- Мы еще успѣемъ во-время добраться до нашего "Паласъ-отеля". И что за фантазія была у тебя остановиться въ этой уединенной деревушкѣ! "Господинъ архитекторъ Зигвартъ любитъ глушь", сказалъ мнѣ вчера тотъ маленькій туристъ, что собирался съ нами въ экскурсію, но потомъ убоялся опасности. И онъ совершенно правъ. А отсюда вѣдь всего часъ пути до Интерлакена, гдѣ теперь сезонъ въ полномъ разгарѣ.

Зигвартъ пожалъ плечами, легъ на траву рядомъ со своимъ спутникомъ и произнесъ:

-- Да, Интерлакенъ -- это весеннее и лѣтнее мѣстопребываніе великосвѣтскаго общества, котораго тебѣ мучительно недостаеть! Но я вѣдь не мѣшаю тебѣ, Адальбертъ, немедленно отправиться туда и начать флиртъ съ англичанками и американками. Но самъ я остаюсь здѣсь. Я пріѣхалъ сюда ради горъ и намѣренъ вполнѣ насладиться ими.

-- А я пріѣхалъ сюда исключительно для тебя,-- сердито воскликнулъ Адальбертъ.-- Мы съ тобою не видались цѣлый годъ, пока ты учился въ Италіи, а теперь, когда ты наконецъ вернулся, меня какъ на грѣхъ переводятъ въ Мецъ. Не приди мнѣ въ голову счастливая мысль попросить двухнедѣльныйотпускъ и поймать тебя въ Швейцаріи, намъ совершенно не пришлось бы увидѣться. Въ благодарность за это ты таскаешь меня по всякимъ глетчерамъ и вершинамъ и заставляешь жить въ невозможной обстановкѣ. Вообще я нахожу, что ты обращаешься со мною самымъ непозволительнымъ образомъ!

-- Къ чему поручикъ Гунтрамъ никоимъ образомъ не привыкъ,-- насмѣшливо возразилъ архитекторъ.-- Тебя вѣдь рѣшительно всѣ балуютъ; одинъ я осмѣливаюсь перечить тебѣ.

-- Да, ты не упускаешь случая сдѣлать это, и, какъ это ни странно, я на тебя не сержусь; боюсь даже, что мнѣ просто будетъ недоставать твоихъ нравоученій.

Адальберту Гунтраму было года двадцать четыре. Это былъ красивый, стройный юноша съ темными волосами и лицомъ, сіявшимъ безпечностью юности. Его костюмъ туриста вышелъ очевидно изъ рукъ лучшаго портного, и, несмотря на штатское платье и непринужденную позу, въ немъ оказывался военный.

Его спутникъ, наоборотъ, не поражалъ элегантностью. Его костюмъ хранилъ слѣды непогодъ и далекихъ прогулокъ, да и вся его наружность свидѣтельствовала о полномъ равнодушіи къ ней, хотя и была далеко не изъ заурядныхъ.

Высокая и сильная фигура Зигварта ясно свидѣтельствовала о его принадлежности къ германской расѣ. На его сильно загорѣломъ лицѣ съ энергичными чертами лежала печать непоколебимаго сознанія собственной силы. Онъ казался старше своихъ двадцати семи лѣтъ.

-- Да, ты надѣлаешь довольно много глупостей, когда меня не будетъ съ тобою,-- сухо оказалъ онъ.-- Что же касается моихъ спартанскихъ наклонностей, то ты вѣдь знаешь, что онѣ сдѣлались для меня необходимостью. Полученой мною преміи хватило на годъ занятій въ Италіи, да еще мнѣ удалось съэкономить маленькую сумму, чтобы на обратномъ пути провести недѣли двѣ вть Швейцаріи. При такихъ условіяхъ нечего и думать о роскошныхъ гостиницахъ въ Интерлакенѣ. Но ты, разумѣется, можешь себѣ позволить подобное удовольствіе!

-- Я могъ бы заплатить за насъ обоихъ,-- перебилъ его Адальбертъ.-- Боже Великій! на твоемъ челѣ снова собираются тучи. Какъ будто съ моей стороны оскорбленіе предложитъ тебѣ быть на время моимъ гостемъ! Вѣдь въ Берлинѣ я не разъ бывалъ твоимъ. И вотъ, какъ только я собрался отплатить тебѣ гостепріимствомъ за гостепріимство, ты становишься невыносимо грубымъ.

-- Полно, Адальбертъ! Я очень радъ, что ты пріѣхалъ сюда; это -- прекрасный финалъ моего счастливаго, яркаго путешествія. А теперь надо снова приниматься за работу.

-- Въ которую ты поторопишься окунуться съ головой? Мнѣ кажется, ты уже заранѣе радуешься ей. Ты -- такой же фанатикъ труда, какъ и мой отецъ. Его также приходится силой оттаскивать отъ письменнаго стола.

-- Съ тою лишь разницей, что мнѣ такъ работать необходимо, а ему -- нѣтъ.

-- Современемъ и ты дойдешь до этого. Недаромъ ты -- его лучшій ученикъ, главная сила въ его строительной конторѣ.

-- Если бы только онъ предоставлялъ мнѣ побольше самостоятельности! Надо же наконецъ и мнѣ стать на собственныя ноги, а объ этомъ твой отецъ и слышать не хочетъ.

-- Тебѣ не слѣдуетъ сердиться на него за это!-- смѣясь воскликнулъ Адальбертъ.-- Онъ рѣшительно не въ состояніи обходиться безъ тебя и хочетъ удержать тебя во что бы то ни стало.

-- Но мнѣ вѣдь надо же наконецъ испробовать собственныя крылья, создать нѣчто самостоятельное. Въ моихъ папкахъ есть одинъ проектъ, который я закончилъ незадолго до моего отъѣзда; онъ кое что стоитъ и могъ бы открыть мнѣ широкую дорогу, но съ чего начать? Художникъ посылаетъ свою картину на выставку и какъ будто говорить всему міру: "Вотъ что я въ состояніи создать. Дайте мнѣ возможность творить". Но архитекторъ нуждается въ заказахъ, а кто же довѣритъ молодому, никому неизвѣстному человѣку постройку, стоящую большихъ денегъ? Тутъ требуются имя, репутація или въ крайнемъ случаѣ рекомендація. Твой отецъ могъ бы дать ее, если бы захотѣлъ.

~ Будь спокоенъ, это-то онъ сдѣлаетъ. Но въ настоящее время онъ весь поглощенъ работой. Онъ строить въ Тиргартенѣ новую виллу для коммерціи совѣтника фонъ Берндта и лично руководить постройкой. Они вѣдь -- старые друзья.

-- Это я знаю, но совершенно незнакомъ съ планомъ. Ты писалъ мнѣ, что Берндтъ пріобрѣлъ себѣ участокъ на моей родинѣ, совсѣмъ близко отъ Равенсберга. Что это ему вздумалось? Вѣдь это такъ далеко отъ Берлина.

Адальбертъ, пожалъ плечами.

-- Во-первыхъ, это было коммерческимъ предпріятьемъ. Графенау шелъ съ молотка, и Берндтъ надѣялся извлечь изъ него доходы. Онъ пріобрѣлъ имѣніе за баснословно дешевую цѣну и хочетъ сдѣлать изъ него свое лѣтнее мѣстопребываніе.

-- Я знаю Графенау, это -- ближайшее сосѣднее имѣніе,-- сказалъ Германъ.-- Ты, кажется, былъ тамъ въ прошломъ году?

-- Да, Берндтъ приглашалъ насъ. Мой отецъ хотѣлъ посмотрѣть замокъ, чтобы рѣшить, какимъ образомъ перестроить его. Это -- скучное старое зданіе, но папа думаетъ, что изъ него можно кое что сдѣлать. Я провелъ въ Графенау нѣсколько великолѣпныхъ, недѣль. Тамъ отличная охота, а кромѣ-того я нашелъ еще заколдованный замокъ со сказочной принцессой.

-- Разумѣется! Для тебя вѣдь любовныя приключенія -- необходимость!.

-- Ну, на этотъ разъ, приключеніе было изъ самыхъ невинныхъ, такъ какъ вышеупомянутой особѣ было не болѣе четырнадцати лѣтъ. Баронъ Гельфенштейнъ совершенію обанкротился со своимъ Графенау. Не будь у него капитанской пенсіи, онъ былъ бы принужденъ голодать вмѣстѣ со своей маленькой внучкой. Но пенсіи имъ едва хватаетъ на прокормленіе, и они живутъ въ какомъ-то совиномъ гнѣздѣ.

-- Въ старомъ охотничьемъ домикѣ? Да онъ вѣдь навѣрно совсѣмъ развалился?

-- По крайней мѣрѣ крыша есть у нихъ надъ головою; коммерціи совѣтникъ разрѣшилъ имъ оставаться въ этомъ домикѣ. Онъ пожалѣлъ старика, которому теперь нуженъ лишь клочекъ земли, гдѣ онъ могъ бы умереть спокойно. Берндтъ оставилъ за старикомъ охотничій домикъ до самой его смерти. Я хотѣлъ поближе посмотрѣть на это совиное гнѣздо и случайно познакомился съ барономъ и маленькой рыженькой Траудль.

-- Маленькой рыженькой Траудль? Кто это?

-- Да вышеупомянутая принцесса! Дѣдушка такъ называетъ ее. Это -- свѣжее, восхитительное существо, для котораго я явился желаннымъ товарищемъ въ играхъ. Почти ежедневно я заходилъ туда, мы бѣгали взапуски, ссорились и мирились, какъ дѣти. Какъ видишь, опаснаго тутъ ничего не было.

-- Я давно не былъ на родинѣ,-- сказалъ Германъ, поднимаясь съ земли,-- Но пора и въ путь. Возьми съ собою проводника, а я пойду одинъ; теперь мнѣ легко найти дорогу.

Онъ свернулъ въ сторону, и оставшіеся на лужайкѣ скоро потеряли его изъ вида. Дорога шла горой. Сверху на путника глядѣла снѣжная вершина, на которую онъ поднимался въ это утро. Внизу громоздились утесы, обрывы и громады камней, между которыми виднѣлись узкія полосы зеленой травы. На одной изъ этихъ полосъ что-то шевелилось. Зигвартъ остановился и увидѣлъ пару сернъ, безстрашно спускавшихся съ вершины; онѣ шли навстрѣчу одинокому путнику. Зигвартъ трепетно вздохнулъ. Въ этомъ сынѣ лѣсника мгновенно пробудились инстинкты охотника.

Онъ съ трудомъ оторвался отъ очаровательнаго зрѣлища и быстро пошелъ дальше. По разставленнымъ кое гдѣ столбамъ съ надписью нетрудно было найти дорогу. Она привела путника къ краю небольшой котловины, на днѣ которой сверкало маленькое альпійское озеро. Тутъ по откосу вилась только узенькая пѣшеходная тропинка. Спокойно и увѣренно спустился Германъ по откосу къ маленькой лужайкѣ на берегу озера и только теперь замѣтилъ, что онъ здѣсь не одинъ. Шагахъ въ двадцати отъ него, подъ высокой, растрепанной бурями, сосной, сидѣла дама съ альбомомъ на колѣнахъ и рисовала. Германъ слегка дотронулся до полей своей шляпы, она небрежно отвѣтила на его поклонъ и спросила по-нѣмецки, но съ замѣтнымъ англійскимъ акцентомъ:

-- Вы знаете дорогу въ Энскую долину? Удобна она или нѣтъ?

Зигвартъ насмѣшливо улыбнулся -- его очевидно принимали за проводника, это было видно по тону вопроса. Это заблужденіе позабавило его, но онъ отвѣтилъ не особенно вѣжливо:

-- Дорога въ долину крута и трудна. Вамъ во всякомъ случаѣ не дойти: необходимъ проводникъ.

-- Но сейчасъ, послѣ,-- прервала дама, видимо находя дальнѣйшіе разговоры излишними и снова принимаясь за рисованіе.

Архитекторъ нашелъ, что дѣло зашло слишкомъ далеко: очевидно она была увѣрена, что онъ явился въ качествѣ проводника предлагать ей свей услуги, и потому заставляла его ждать. Рѣшивъ дать хорошій урокъ этой надменной англичанкѣ, онъ подошелъ къ ней, взглянулъ черезъ ея плечо на рисунокъ и сказалъ по-англійски:

-- Вы неудачно выбрали мѣсто; вѣтки сосны закрываютъ отъ васъ всю возвышенность..

Иностранка взглянула на него съ изумленіемъ.

-- Вы говорите по-англійски?

-- Немного. Вы хотѣли набросать утесы, такъ живописно замыкающіе озеро, но вамъ это не удалось. Надо было срисовыватъ ихъ съ той стороны, откуда я пришелъ. Оттуда ясно виденъ, весь задній планъ.

Дама повидимому начала сознавать свое заблужденіе относительно мнимаго проводника, но, казалось, увидѣла обиду въ томъ, что совершенно незнакомый человѣкъ осмѣливается давать ей совѣты. Ея губы искривила надменная улыбка, и она сказала съ нескрываемой ироніей:

-- Не желаете ли попытаться исправить мою ошибку?

-- Если вы этого желаете. Позвольте вашъ альбомъ.

Зигвартъ спокойно взялъ изъ ея рукъ тетрадь и карандашъ, прошелъ къ указанному имъ мѣсту и, открывъ въ альбомѣ чистый листъ, принялся набрасывать новый эскизъ. Незнакомка удивилась, что ее такъ неожиданно поймали на словѣ, но молчала, не зная, какъ отнестись къ этому человѣку. Онъ говорить по-англійски, слѣдовательно принадлежитъ къ образованному классу, да его костюмъ далеко не подтверждалъ этого. Грубые горные башмаки, потертая куртка, помятая поярковая шляпа, все это было "shocking" въ глазахъ знатной англичанки. И въ то же время она видѣла, энергичный профиль, высокій лобъ и орлиные глаза; онъ не былъ красивъ, но вся его наружность была чрезвычайно характерна.

Зигвартъ отлично видѣлъ, что сталъ предметомъ внимательнаго наблюденія, но не обращалъ на это ни малѣйшаго вниманія, набрасывая эскизъ быстрыми, твердыми штрихами. Около десяти минутъ прошло въ полнѣйшемъ молчаніи, потомъ онъ вернулся къ англичанкѣ и вручилъ ей альбомъ.

Это былъ лишь бѣглый набросокъ, но озеро, окружавшіе его утесы и сосны на берегу были схвачены такъ художественно, что въ рисункѣ сразу оказалась умѣлая рука. Незнакомка замѣтила это съ перваго взгляда и быстро опросила:

-- Вы -- художникъ?

-- Нѣтъ, но я учился рисованію.

Дама почувствовала въ этихъ словахъ насмѣшку надъ своимъ диллетантскимъ рисункомъ, но промолчала и, закрывъ альбомъ, проговорила холоднымъ тономъ:

-- Я оставила свою лошадь съ проводникомъ на Грасэкеръ-Альмѣ; присутствіе подобныхъ людей всегда невѣроятно стѣсняетъ меня.

-- Да, бываетъ непріятно встрѣтитъ людей тамъ, гдѣ хотѣлось бы быть одному,-- произнесъ Германъ.-- Но вѣдь подобныя мѣста невозможно монополизировать, и потому съ этимъ приходится мириться.

Тутъ онъ въ первый разъ взглянулъ въ лицо незнакомкѣ. Это была дѣвушка дѣть двадцати, стройная и видная, съ правильнымъ, блѣднымъ лицомъ и темными глазами, составлявшими своеобразный контрастъ съ пепельно-бѣлокурыми волосами. Ея взглядъ и воя фигура выражали спокойную и холодную увѣренность въ себѣ. Повидимому она уже давно привыкла смотрѣть на всѣхъ людей сверху внизъ. На ней были сѣрый дорожный костюмъ и фетровая шляпа съ синимъ вуалемъ, но на лежавшей рядомъ кофточкѣ, которую она сняла, подкладка была изъ толстаго бѣлаго атласа, брошенныя тутъ же перчатки -- изъ тончайшей шведской кожи, а на правой рукѣ дѣвушки блестѣло драгоцѣнное кольцо.

Зигвартъ замѣтилъ все это. Онъ положилъ свой мѣшокъ на траву и сѣлъ, не замѣчая устремленнаго на него удивленнаго взгляда. Для молодой дѣвушки было повидимому совершенно ново, что кто нибудь могъ не находить лестнымъ для себя ея общество. Но Зигвартъ, казалось, и не думалъ продолжать разговоръ и молча разглядывалъ разстилавшійся предъ нимъ ландшафтъ.

Было начало іюня, что въ горахъ считается еще весною. Но здѣсь весна не наполнялась ликующими пѣснями птицъ, не несла съ собою благоуханія и красоты расцвѣтающихъ цвѣтовъ. Здѣсь уже чувствовалась близость снѣговыхъ вершинъ. Задумчиво и неподвижно; стояли гранитныя скалы, сѣрою стѣной окружавшія озеро, мрачными казались зеленыя ели; птицы не порхали въ вѣтвяхъ, рыба не играла на поверхности озера. Ропотъ пѣнистаго горнаго потока, падавшаго съ утеса и исчезавшаго въ пропасти, былъ единственнымъ звукомъ; нарушавшимъ безмолвіе этого величаваго уединенія.

Однако вѣяніе весны чувствовалось даже здѣсь. Высоко въ небѣ неслись бѣлыя весеннія облака, на еляхъ виднѣлись свѣтлые молодые побѣги, а на маленькихъ лужайкахъ всюду синѣли генціаны. У береговъ озеро казалось совсѣмъ темнымъ, но въ срединѣ, гдѣ на него падали золотые солнечные лучи, оно отливало таинственнымъ блескомъ изумруда, какъ будто скрывая въ своей глубинѣ чудо воскресенія, которое весна вызываетъ въ сердцѣ каждаго человѣка, пробуждая въ немъ вѣчныя, надежды, стремленія, ожиданія.

Далекій раскатъ грома вывелъ обоихъ молодыхъ людей изъ задумчивости. Дѣвушка съ удивленіемъ взглянула на небо.

-- Вѣрно лавина скатилась съ горы,-- вполголоса промолвилъ Зигвартъ.-- На глетчерахъ я видѣлъ сегодня, какъ снѣгъ осѣдалъ и со свистомъ летѣлъ въ пропасть. Это -- великолѣпное зрѣлище!

-- Вы сегодня предпринимали экскурсію на глетчеры?

-- Да, сегодня утромъ мы вышли изъ дома; едва начало разсвѣтать, и наблюдали, какъ мало-помалу свѣтлѣло. Подъ нами волновалось бѣлое море тумана, надъ нами разгоралась заря, превращая горы въ сказочное царство, пока не вышло солнце и не превратило пурпура въ сверкающее золото. Въ такіе часы забываешь будничную жизнь съ ея оковами, чувствуешь въ себѣ подобіе Божіе, и всѣ ощущенія тонутъ въ блаженномъ сознаніи своего бытія.-- Онъ увлекся воспоминаніемъ, но вдругъ круто оборвалъ свою рѣчь, замѣтивъ устремленные на него темные глаза, и докончилъ съ легкой насмѣшкой: -- ничего подобнаго не можетъ, разумѣется, пережить тотъ, кто ѣдетъ въ горы, въ отдѣльномъ купе желѣзной дороги или наслаждается видами, сидя на террасѣ гостиницы за таблъ-д'отомъ въ многочисленномъ обществѣ туристовъ. Только въ уединеніи можно наслаждаться дивнымъ зрѣлищемъ.

-- А вы часто переживали подобные часы?

-- Нѣтъ. Часы такого сказочнаго счастья рѣдки въ жизни,но зато этимъ счастьемъ можно запастись на цѣлые мѣсяцы и даже годы. А въ суетѣ и вѣчномъ шумѣ столицы это для насъ необходимо. Черезъ нѣсколько дней столичная жизнь снова завладѣетъ мною и, кто знаетъ, можетъ быть, надолго.

-- Вы не любите столичной жизни?

-- Нѣтъ, люблю,-- быстро возразилъ Зигвартъ.-- Это -- арена борьбы для всякаго, расчитывающаго лишь на свои собственныя силы и стремящагося испробовать ихъ. Есть что-то могучее въ этомъ шумномъ, все увлекающемъ съ собою потокѣ жизни. Правда, онъ многихъ поглощаетъ, но зато смѣлаго пловца выноситъ на поверхность. Надо только довѣриться ему.

Въ словахъ молодого человѣка звучала увѣренность въ своихъ силахъ, и его глаза сверкали сознаніемъ силы молодости, которой кажется, что весь міръ принадлежитъ ей.

Вдругъ издали донесся чей-то голосъ, и изъ лѣса, показалась фигура человѣка, ведшаго за поводъ лошадь.

-- Это вѣроятно -- вашъ проводникъ?-- сказалъ архитекторъ.

-- Да, онъ долженъ былъ придти сюда за много,-- отвѣтила молодая дѣвушка, и по ея тону можно было заключить, что появленіе проводника не доставило ей особеннаго удовольствія.-- Итакъ, вы не совѣтуете мнѣ возвращаться черезъ Энскую долину?

-- Никоимъ образомъ, потому что верхомъ вы тамъ не проѣдете. Я отправляюсь именно этой дорогой, но въ моемъ путеводителѣ она рекомендуется лишь опытнымъ туристамъ; безъ горныхъ башмаковъ и палки вамъ врядъ ли удастся спуститься въ долину.

-- Мой проводникъ того же мнѣнія. Итакъ, придется возвращаться по предгорью.

Дѣвушка надѣла кофточку и перчатки и ваяла очевидно только что нарванный ею букетъ генціанъ. Нодошалъ проводникъ, и Германъ помогъ незнакомкѣ сѣсть на лошадь.

-- А вашъ эскизъ?-- вполголоса спросила она.-- Я останусь вашей должницей?

-- Если вамъ угодно смотрѣть на это съ такой точки зрѣнія, то пожалуйста!-- поклонился Зигвартъ.

-- Тогда возьмите хоть это въ знакъ моей благодарности,-- сказала дѣвушка, протягивая ему букетикъ генціанъ, и, попрощавшись съ нимъ легкимъ поклономъ, черезъ нѣсколько минутъ исчезла между елями.

-- А вѣдь въ ея словахъ звучитъ нѣчто похожее на извиненіе,-- насмѣшливо пробормоталъ Германъ.-- Тонъ совершенно не походилъ на тотъ, которымъ она сказала: "Не сейчасъ, послѣ!". Повидимому она поняла урокъ. Адальбертъ навѣрно сказалъ бы: "Ты снова велъ себя настоящимъ медвѣдемъ",-- и навѣрно побѣжалъ бы съ нею до предгорья. Но что мнѣ за дѣло до этой надменной леди! Она безспорно красива, но зато и самоувѣренна до крайности.

Зигвартъ прикололъ букетикъ къ своей шляпѣ, еще разъ обвелъ прощальнымъ взглядомъ всю окрестность, потомъ пристегнулъ за спину мѣшокъ, взялъ палку и повернулъ на дорогу въ Энскую долину.

II.

-- Мистеръ Морлэндъ уже вернулся?

-- Да, часъ тому назадъ, господинъ коммерціи совѣтникъ.

-- А барыня?

-- Только что пріѣхала съ миссъ Морлэндъ. А вотъ и письма.

Коммерціи совѣтникъ Берндтъ взялъ письма и прошелъ въ великолѣпный залъ, украшенный статуями, коврами и группами растеній, что свидѣтельствовало о принадлежности этого дворца къ самымъ роскошнымъ гостиницамъ Интерлакена. Швейцаръ еще разъ низко поклонился совѣтнику, какъ богатому постояльцу, поселившейуся здѣсь около двухъ недѣль тому назадъ. Это были выгодные жильцы: коммерціи совѣтникъ фонъ Берндтъ изъ Берлина съ женой и дочерью и мистеръ Морлэндъ съ дочерью изъ Нью-Іорка. Они занимали цѣлый рядъ комнатъ въ первомъ этажѣ съ большимъ салономъ и путешествовали со своимъ штатомъ прислуги.

Берндтъ вошелъ въ комнату своей жены. Она стояла на порогѣ у балкона и смотрѣла на дорогу въ горы, на которой уже кипѣла жизнь.

-- Ты выѣзжала сегодня утромъ?-- спросилъ Берндтъ.

-- Да, я немного покаталась съ Алисой.

-- Вы ѣздили однѣ? Графа Равенсберга не было съ вами?

-- Нѣтъ, онъ прошелъ къ Вилльяму и еще до сихъ поръ сидитъ у него. Я думаю, лучше теперь не мѣшать имъ: дѣло навѣрное идетъ объ окончательномъ рѣшеніи.

-- Уже? Это было бы немного преждевременно; вѣдь онъ всего недѣлю здѣсь.

-- Но въ это время ежедневно видѣлся съ Алисой. Они совершенно запросто встрѣчаются и за столомъ, и на прогулкахъ. Поэтому-то я и предложила Интерлакенъ, какъ мѣсто встрѣчи.

-- Пожалуй это было самое удобное,-- замѣтилъ Берндтъ садясь.-- Въ сущности это "знакомство" -- просто формальность. Безъ сомнѣнія они видѣлись и ранѣе.

-- Конечно,-- согласилась его супруга,-- но въ этомъ я никогда и не сомнѣвалась. Молодой Равенсбергъ симпатиченъ, а Алиса словно рождена для такого положенія. Моему брату придется, разумѣется, принести кое какія жертвы, но вѣдь ты до статочно выяснилъ ему этотъ вопросъ.

-- Разумѣется. Ты знаешь, что старый! графъ обращался ко мнѣ за матеріальной поддержкой. Я конечно отказалъ ему, такъ какъ онъ не могъ представить мнѣ ни малѣйшаго обезпеченія, Но при этомъ мнѣ представился случай ознакомится съ его имущественнымъ положеніемъ. Всѣ имѣнія Равенсберговъ заложены и перезаложены, и полное банкротство неизбѣжно. Много понадобится денегъ, чтобы привести все въ порядокъ, а кромѣ того необходимо и приданое.

-- И это приданое составитъ внушительную сумму,-- сказала госпожа фонъ Берндтъ.

-- Равенсбергъ -- старинный дворянскій родъ, въ былыя времена, совершенію независимый; они много разъ играли видную роли, въ исторіи нашей страны, а за это люди платятъ деньги. Впрочемъ Вилльямъ уже самъ позаботился о томъ, чтобы удержалъ поводья въ своихъ рукахъ. Съ родственниками слѣдуетъ быть осторожнымъ, особенно съ тѣми, которые привыкли жить большими барами, иначе ихъ притязанія будутъ неограниченъ! Алисѣ вообще сначала будетъ нелегко, особенно со старымъ графомъ; онъ -- аристократъ до мозга костей.

-- Алиса сумѣетъ сохранить свою самостоятельность.

-- Да, вы, американки, умѣете дѣлать это,-- шутливо замѣтилъ коммерціи совѣтникъ, имѣвшій въ этомъ отношеніи достаточную опытность: онъ молодымъ человѣкомъ познакомился со своей женой въ Нью-Іоркѣ и привозъ ее оттуда въ Германію.-- Но объясненіе грозитъ повидимому затянуться надолго,-- замѣтилъ онъ,-- не пройти ли намъ на террасу, Элленъ?

Объясненіе дѣйствительно еще не кончилось. Въ салонѣ сидѣлъ Вилльямъ Морлэндъ, а противъ него -- графъ Равенсбергъ. Ихъ объясненіе походило скорѣе на дѣловой разговоръ, чѣмъ на сватовство. Американецъ -- уже пожилой человѣкъ съ сѣрыми глазами и съ холоднымъ, замкнутымъ выраженіемъ лица -- держалъ въ рукахъ записную книжку и дѣлалъ въ ней какія-то помѣтки.

Графъ Бертольдъ Равенсбергъ, молодой человѣкъ лѣтъ двадцати четырехъ, хрупкой фигурой и небольшимъ ростомъ съ перваго взгляда производилъ довольно невзрачное впечатлѣніе; но въ его лицѣ было что-то необычайно привѣтливое, на немъ лежала печать какой-то тихой грусти, а его темные глаза съ мечтательнымъ выраженіемъ были положительно прекрасны. Онъ казался взволнованнымъ, между тѣмъ какъ вся фигура Морлэнда свидѣтельствовала о непоколебимомъ спюкойствіи, когда онъ произнесъ:

-- Вотъ главные пункты: я беру на себя всѣ текущіе расходы по Равенсбергу, причемъ конечно они вносится отъ имени нашей дочери. Кромѣ того я вношу условленную сумму въ счетъ ея приданаго, проценты съ котораго вы будете имѣть въ своемъ полномъ распоряженіи, капиталъ же остается неприкосновеннымъ. Мое состояніе, въ случаѣ моей смерти, переходитъ къ моей дочери, какъ къ единственной наслѣдницѣ, и становится ея личнымъ имуществомъ. По брачному контракту общее владѣніе имуществомъ совершенно исключается.

-- А что же остается моему отцу и мнѣ?-- произнесъ графъ.

-- Вашему отцу снова будетъ предоставлено управленіе его имѣніями, на которыхъ будутъ погашены всѣ долги, а вы будете получать ренту, которой съ избыткомъ хватитъ на- приличный образъ жизни.

Но я буду лишенъ возможности самостоятельно распоряжаться имуществомъ своей жены. Равенсбергъ остается такимъ образомъ въ рукахъ моей жены?

-- А теперь онъ въ рукахъ вашихъ кредиторовъ. Это -- большая разница,-- послѣдовалъ сухой отвѣтъ.-- Если въ вашемъ бракѣ будетъ царитъ полное единогласіе, все дѣло сведется лишь къ внѣшней формѣ, не имѣющей никакого значенія.

-- Но представляющей для насъ съ отцомъ нѣчто оскорбительное; мы не можемъ принять ее.

-- Очень сожалѣю,-- спокойно отвѣтилъ Морлэндъ,-- Я долженъ обезпечить будущность своей дочери,^: а, познакомившись съ имущественнымъ положеніемъ вашего отца, не считаю себя въ правѣ предоставить большой капиталъ въ его распоряженіе.

-- Мистеръ Морлэндъ!-- воскликнулъ Бертольдъ оскорбленнымъ тономъ.-- Я не думалъ, что намъ будутъ поставлены такія условія, что мнѣ предложатъ такую зависимость отъ моей жены,-- съ горечью сказалъ онъ.

-- Именно поэтому я и настаивалъ на томъ, чтобы обсудитъ сначала дѣловую сторону вопроса. Если мы съ вами не сойдемся, то просто-напросто будемъ считать, что никакихъ переговоровъ не было. Но отъ своихъ условій я не отступлю. Отъ васъ зависитъ принять ихъ или не принятъ.

-- Не принять? Но никогда я не откажусь отъ Алисы! никогда!

Въ этихъ словахъ звучала сдержанная страсть, не укрывшаяся отъ американца; но онъ сдѣлалъ видъ, что не замѣтилъ ея.

-- Ну, тогда рѣшайтесь. Я согласенъ, и моя дочь тоже готова принять ваше предложеніе. Но сперва необходимо выяснить положительно все; не правда ли?

Равенсбергь молчалъ. Казалось, онъ боролся съ собою; наконецъ онъ спросилъ:

-- Знаетъ ли миссъ Морлэндъ о нашихъ переговорахъ и о тѣхъ условіяхъ, которыя вы мнѣ предлагаете?

-- Да!-- коротко отвѣтилъ Морлэндъ.

-- И она согласна съ ним

Оставить комментарий Вернер Элизабет (перевод: Без указания переводчика) (yes@lib.ru) Год: 1909 Обновлено: 21/08/2018. 540k. Статистика. Роман: Проза, Переводы Романы и повести	Скачать FB2 Ваша оценка:
Аннотация: Siegwart. Текст: Изданіе А. А. Каспари. С.-Петербургъ, 1914.

Вернер Элизабет Два мира

ДВА МІРА.

I.

II.

Вернер Элизабет
Два мира