Сологуб Федор
Царица поцелуев

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 6.33*15  Ваша оценка:




                                  1921

     Оригинал находится здесь: Сайт "Федор Сологуб"


 
     
     Сказка   "Царица   поцелуев"   была  впервые  напечатана  в  1907  году
("Перевал",  Љ 5, 1907). В 1921 году в петербургском изд-ве "Myosotis" вышло
отдельное  издание  с  иллюстрациями  Бориса Григорьева. Для данного издания
Сологуб переработал сказку. 




     
     Сколь  неразумны  бывают  и  легкомысленны  женские лукавые желания и к
каким  приводят  они  страшным и соблазнительным последствиям, тому примером
да   послужит   предлагаемый   рассказ,  очень  назидательный  и  совершенно
достоверный,  о  некоторой  прекрасной  даме,  которая пожелала быть царицею
поцелуев, и о том, что из этого произошло. 
           В  одном  славном и древнем городе жил богатый и старый купец, по
имени  Бальтасар. Он женился на прекрасной юной девице, - ибо бес, сильный и
над  молодыми  и  над  старыми,  представил ему прелести этой Девицы в столь
очаровательном свете, что старик не мог воспротивиться их обаянию. 
           Женившись, Бальтасар раскаивался не мало, - преклонный возраст не
давал  ему  в полной мере упиться сладостями брачных ночей, а ревность скоро
начала  мучить  его.  И  не  без  основания: молодая госпожа Мафальда, - так
звали   его   жену,  -  скучая  скудными  ласками  престарелого  супруга,  с
вожделением  смотрела  на  юных  и  красивых.  Бальтасару  же, по его делам,
приходилось  отлучаться  из  дому  на целые дни, и только в праздники мог он
неотлучно  быть  с  Мафальдою.  И  потому  Бальтасар  приставил к ней верную
старую  женщину  Барбару, которая должна была неотступно следовать всегда за
его женою. 
           Скучна  стала  жизнь  молодой и страстной Мафальды: уже не только
нельзя  было  ей  поцеловать  какого-нибудь  красивого  юношу, но и украдкою
брошенный  на  кого-нибудь  умильный  взгляд навлекал на нее суровые укоры и
беспощадные  наказания  от  ее  мужа:  ему обо всем доносила сварливая, злая
Барбара. 
           Однажды  в  знойный  летний  день, когда было так жарко, что даже
солнце  тяжело  задремало  в  небе  и не знало потом, куда ему надобно идти,
направо  или  налево,  заснула старая Барбара. Молодая Мафальда, сняв с себя
лишнюю  одежду  и  оставив себе только то, что совершенно необходимо было бы
даже  и  в  раю, села на пороге своей комнаты печальными глазами смотрела на
тенистый сад, высокими окруженный стенами. 
           Конечно,  никого  чужого не было в этом саду, да и не могло быть,
так  как  единственная  калитка в заборе давно уже была наглухо заколочена и
попасть  в  сад  можно  было  только через дом, - а в дом никого не впускали
крепко  запертые  наружные  двери.  Никого  не  видели печальные очи пленной
молодой  госпожи.  Только резкие тени неподвижно лежали на песке расчищенных
дорожек,  да  деревья  с  блеклою  от  зноя  листвою  изнывали в неподвижном
безмолвии   завороженной   своей   жизни,   да  цветы  благоухали  пряным  и
раздражающим ароматом. 
         И вдруг кто-то тихим, но внятным голосом окликнул Мафальду: 
         - Мафальда, чего же ты хочешь? 
           Промолчать  бы  ей,  уйти  бы ей в комнаты, закреститься бы ей от
нечистого  наваждения,  -  нет,  Мафальда  осталась. Мафальда встрепенулась.
Мафальда  с  любопытством  огляделась  кругом. Мафальда лукаво усмехнулась и
шепотом спросила: 
         - Кто там? 
           И  недалеко  от  нее,  в розовых кустах, откуда пахло так томно и
нежно,  засмеялся  кто-то  тихо,  но  таким звонким и сладким смехом, что от
непонятной  радости  замерло  сердце Мафальды. Вот, только пошепталась она с
лукавым искусителем, и уже подпала под власть его поганых чар. 
           И  опять  заговорил  неведомый  гость,  и  ароматом  повеяли  его
обольстительные слова: 
           - Госпожа Мафальда, что тебе в моем имени? И показаться я тебе не
могу.  Ты  же  поспеши сказать мне, чего ты желаешь и о чем ты томишься, и я
все исполню для тебя, прелестная дама. 
           -  Почему  не  хочешь  ты  показаться  мне? - спросила любопытная
Мафальда. 
           -  Госпожа,  ты  так  легко  одета,  - отвечал Мафальде неведомый
посетитель,  - длинны и густы твои черные косы, но все-таки они не закрывают
совсем  твоих  восхитительных  ног, и если я выйду сейчас, то тебе, госпожа,
будет стыдно. 
         - Ничего, никто нас не увидит, Барбара спит, - сказала Мафальда. 
           Но  чуток  сон  злых старух, стерегущих молодых красавиц. Барбара
услышала   свое  имя  и  проснулась.  Стала  на  пороге  рядом  с  госпожою,
подозрительно осмотрелась и спросила: 
           - Госпожа Мафальда, с кем ты разговаривала сейчас? Кто был у тебя
в этом саду? 
           -  С  кем  говорить  мне!  - досадливо ответила Мафальда, - здесь
никого  не  было, да и кто мог бы попасть в этот сад? Разве только нечистый,
а что мне с ним разговаривать? Не большая услада! 
         Но старуха недоверчиво покачивала головой и бормотала: 
           -Хитры молодые жены старых мужей. Я чую, что здесь был кто-то: не
чертом  пахнет  здесь,  а  молодым  кавалером  в  бархатном берете и красном
плаще.  Крутя  одной  рукою  черный  ус  и другою рукою опираясь в бок около
рукоятки  своей  острой  шпаги,  он  стоял там, за розовым кустом, и говорил
тебе слова, за которые твой муж заплатит тебе ужо звонкою монетою. 
     Настала  ночь, но не стало прохладно. Такая же душная, такая же томная,
как день, была и черная ночь. 
           Жестоко  высеченная  мужем  по доносу злой Барбары, долго плакала
Мафальда  и  не  хотела  заснуть.  Рядом  с  нею  на  супружеском  ложе тихо
похрапывал  почтенный купец Бальтасар, насладившийся в меру своих старческих
сил вынужденными ласками наказанной жены. 
           И  вдруг  опять  услышала Мафальда над собою тот же искусительный
сладкий голос: 
           - Мафальда, говори скорее, чего же ты хочешь? Говори скорее, пока
не проснулся муж, пока никто не знает, что я здесь. 
           И  уже  не медлила Мафальда ни минуты и сказала, приподнявшись на
подушках и в темноту ночную обратив вожделеющий взор: 
         - Хочу быть царицею поцелуев. 
           Засмеялся неведомый посетитель, и опять все стало тихо. Но в себе
почувствовала  Мафальда  какую-то  перемену. Еще не знала она, в чем состоит
эта перемена, но уже радостно ей было. 
           Она  заснула  сладко и крепко и видела радостные и страстные сны.
Многие  прекрасные  юноши  приходили  к  ней  и осыпали ее такими пламенными
поцелуями,  каких,  казалось,  никто еще не ведал ни на земле, ни на небе. И
снилось  Мафальде, что сила ее нескончаема и что она может перецеловать всех
юношей  того  города  и  многих  других городов и всех их одарить пламенными
ласками до утомления, до смерти. 
           И  утро  настало,  и  загорелась  великая  в  теле Мафальды жажда
поцелуев.  Едва  только  ушел  на  свою торговлю ее муж, Мафальда сбросила с
себя все одежды и вознамерилась выйти на улицу. 
          Барбара закричала неистовым голосом, призывая слуг, и хотела силою
удержать  в  доме  госпожу.  Но Мафальда быстрым ударом повергла на пол злую
приставницу  свою,  локтями  и  кулаками  растолкала  всех слуг и служанок и
выбежала на улицу нагая, громко вопия: 
           -  Прекрасные юноши, вот иду я на перекрестки ваших улиц, нагая и
прекрасная,  жаждущая  объятий и пламенных ласк, я, великая царица поцелуев.
Вы  все,  смелые  и  юные,  придите  ко  мне,  насладитесь красотою и буйным
дерзновением  моим,  в  моих  объятиях  испейте  напиток любви, радостной до
смерти  любви,  более могущественной, чем и самая смерть. Придите ко мне, ко
мне, к царице поцелуев. 
           Заслышав  пронзительно-звонкий  зов  Мафальды,  отовсюду поспешно
сбежались юноши того города. 
           Красота  юной  Мафальды  и  еще более, чем эта красота, бесовское
обаяние,  разлитое  в  ее  бесстрашно  и дерзко обнаженном предо всеми теле,
распалили желания сбежавшихся юношей. 
           Первому  же из них открыла юная Мафальда свои страстные объятия и
упоила  его блаженством сладостных поцелуев и страстных ласк. Отдала она его
желаниям  свое  прекрасное  тело, простертое здесь же, на улице, на поспешно
разостланном  широком  плаще  ее  любовника.  И пред очами вожделеющей толпы
юношей,  испускающих  вопли  страсти  и  ревности,  быстро  насладились  они
горячими ласками. 
           Едва  разомкнулись объятия первого любовника, едва склонился он к
ногам   прекрасной  Мафальды  в  страстной  истоме,  желая  кратким  отдыхом
восстановить  любовный  неистовый  пыл,  оттащили  его от Мафальды. И второй
юноша завладел телом и жаркими ласками Мафальды. 
           Густая  толпа  вожделеющих  юношей  теснилась над ласкающимися на
жестких камнях улицы. 
          - Им жестко, - сказал кто-то благоразумный и добрый, - подложим им
свои  плащи,  чтобы  и  для  себя  приготовить пышное ложе, когда придет наш
черед возлечь с царицею поцелуев. 
         И в миг гора плащей воздвиглась среди улицы. 
           Один  за  другим  бросались юноши в бездонные объятия Мафальды. И
отходили  в  изнеможении  один  за  другим,  а прекрасная Мафальда лежала на
мягком  ложе  из  плащей  всех цветов, от ярко-красного до самого черного, и
обнимала,  и  целовала,  и стонала от беспредельной страсти, от не утоляемой
ничем  жажды  поцелуев.  И  свирельным  голосом,  и далече окрест был слышен
голос ее, взывающий так: 
           -  Юноши  этого  города  и  других городов и селений, ближайших и
дальних,  придите  все в объятия мои, насладитесь любовью моею, потому что я
-  царица  поцелуев,  и  ласкания  мои  неистощимы,  и любовь моя безмерна и
неутомима даже до смерти. 
           Разнеслась  по  городу  быстрокрылая  молва о неистовой Мафальде,
которая  лежит обнаженная на перекрестке улиц и предает свое прекрасное тело
ласканиям  юношей.  И  пришли на перекресток мужи и жены, старцы и почтенные
госпожи   и  дети  и  широким  кругом  обступили  тесно  сплотившуюся  толпу
неистовых.  И  подняли  громкий  крик,  укоряли  бесстыдных  и повелевали им
разойтись,  угрожая  всею  силою  родительской  власти,  и  гневом Божиим, и
строгою  карою  от  городских властей. Но только воплями распаленной страсти
отвечали им юноши. 
           И Бальтасар пришел и рвался к жене, яростно вопия, расточая удары
и  кусаясь.  Но  не  пустили  его юноши к Мафальде. Обессилел старик, и стоя
поодаль, рвал на себе одежду и седые волосы. 
            Пришли  городские  старейшины  и  повелели  бесстыдному  сборищу
разойтись.  Но не послушались юноши и продолжали толпиться вокруг прекрасной
обнаженной  Мафальды. И уговоры патеров не подействовали на них. И уже долго
длилось позорище, и уже клонился к вечеру день. 
           Позвали тогда стражу. Воины набросились на юношей, избили многих,
других  кое-как  разогнали.  Но  вот  увидели  они обольстительное, хотя уже
измятое  многими  ласками  тело  Мафальды  и  услышали  ее свирельно-звонкий
вопль: 
           -  Я  -  царица поцелуев. Придите ко мне все, жаждущие сладостных
утешений любви. 
         Забыли воины свой долг. И тщетно восклицали старейшины: 
           -  Возьмите  безумную  Мафальду и отнесите ее в дом к ее супругу,
почтенному Бальтасару. 
           Воины,  как  перед  тем  юноши,  обступили  Мафальду и жаждали ее
объятий.  Но  так как они были грубые люди и не могли соблюдать очередь, как
делали  это  учтивые  и  скромные  юноши  того города, хорошо воспитанные их
благочестивыми  родителями,  то  они разодрались, и пока один из них обнимал
Мафальду,  другие  пускали в ход оружие, чтобы решить силой меча, кто должен
насладиться  несравненными  прелестями  Мафальды.  И  многие  были  ранены и
убиты. 
           Не  знали  старейшины,  что делать. Совещались на улице близ того
места,  где  неистовая  Мафальда  вопила  в  объятиях  солдат  и  осыпала их
неутомимыми ласками. 
           Случай,  который  при  всяких других обстоятельствах следовало бы
признать  ужасным,  пришел  на помощь сгорающим от бессильного гнева и стыда
старейшинам  города.  Один  из солдат, юный и сравнительно с другими слабый,
но  страстный  не менее остальных, не мог дождаться возможности приблизиться
к  обольстительному  телу  Мафальды.  Он  ходил вокруг места, где сладостные
звучали  поцелуи,  где  неистощимая  любовь  дарила  в не сравнимые ни с чем
наслаждения  его  товарищам,  -  и  отталкивали  его  от  этого милого места
товарищи  его  и  грубо смеялись над ним. Он лег на камни мостовой, жесткие,
холодные,  - ибо уже целый день прошел и ночная тьма спустилась над городом,
-  лег  на  камни,  закрыл  голову  плащом и завыл жалобно от обиды, стыда и
бессильного  желания. Сжигаемый злобою, украдкою схватился он за свой кинжал
и  тихо,  тихо, как в траве крадущаяся змея, пополз между ногами толпившихся
солдат.  И  приблизился  к  Мафальде. Ощупал горячими руками ее похолодевшие
ноги и в трепещущий бок ее вонзил быстрый кинжал. 
           Громкий  визг  раздался  и прерывистый вой. В руках ласкавшего ее
солдата умирала Мафальда и стонала все тише. Захрипела. Умерла. 
         Обрызганный ее кровью, поднялся солдат. 
           -  Кто-то зарезал царицу поцелуев! - завопил он свирепо. - Кто-то
злой  помешал  нам  насладиться ласками, которых еще никто не знал на земле,
потому что первый раз к нам сошла царица поцелуев. 
         Смутились солдаты. И стояли вокруг тела. 
           Тогда  подошли  старцы, уже бесстрастные от долготы пережитых ими
лет, подняли тело Мафальды, и отнесли его в дом к старому Бальтасару. 
          В ту же ночь молодой солдат, убивший Мафальду, вошел в ее дом. Как
случилось, что его никто не заметил и не остановил, не знаю. 
           Он приблизился к телу Мафальды, лежащему на кровати, - еще не был
сделан  гроб  для  покойницы,  -  и  лег  рядом  с  нею под ее покрывалом. И
мертвая,  разомкнула  для  него  Мафальда  свои  холодные  руки и обняла его
крепко  и до утра отвечала его поцелуям холодными и отрадными, как утешающая
смерть,  и  отвечала  его  ласкам  ласками  темными и глубокими, как смерть,
вечная, как вечная узорешительница смерть. 
           Когда  взошло  солнце  и  знойными лучами пронизало сумрак тихого
покоя,  в  этот  страшный  и  томный,  в  этот  рассветный  час  в  объятиях
обнаженной  и  мертвой  Мафальды, царицы поцелуев, под ее красным покрывалом
умер  молодой  воин. Разъединяя свои объятия, в последний раз улыбнулась ему
прекрасная Мафальда. 
           Я  знаю,  что  найдутся  неразумные  жены и девы, которые назовут
сладким  и славным удел прекрасной Мафальды, царицы поцелуев, и что найдутся
юноши  столь  безумные,  чтобы  позавидовать смерти ее последнего и наиболее
обласканного  ею  любовника.  Но  вы,  почтенные,  добродетельные  дамы, для
поцелуев  снимающие  одни  только  перчатки, вы, которые так любите прелести
семейного   очага   и   благопристойность   вашего  дома,  бойтесь,  бойтесь
легкомысленного желания, бегите от лукавого соблазнителя. 



     



Оценка: 6.33*15  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru