Шиповник-Альманахи
Александр Блок. Н. Н. Волоховой

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

[]

[]

Александр Блок.
Н. Н. Волоховой

[]

Наталья Николаевна Волохова
(1878--1966)

                  I.
   
   Я в дольний мир вошла, как в ложу.
   Театр взволнованный погас.
   И я одна лишь мрак тревожу
   Живым огнем крылатых глаз.
   
   Они поют из темной ложи:
   "Найди. Люби. Возьми. Умчи".
   И все, кто властен и ничтожен,
   Опустят предо мной мечи.
   
   И все придут, как волны в море,
   Как за грозой идет гроза.
   Пылайте, траурные зори,
   Мои крылатые глаза!
   
   Взор мой -- факел, к высям кинут,
   Словно в небо опрокинут
           Кубок темного вина!
   
   Тонкий стан мой шелком схвачен.
   Темный жребий вам назначен,
           Люди! Я стройна!
   
   Я -- звезда мечтаний нежных,
   И в венце метелей снежных
           Я плыву, скользя...
   
   В серебре метелей кроясь,
   Ты горишь, мой узкий пояс --
           Млечная стезя!
   
   
                  II.
   
   Я был смущенный и веселый.
   Меня дразнил твой темный шелк.
   Когда твой занавес тяжелый
   Раздвинулся -- театр умолк.
   
   Живым огнем разъединило
   Нас рампы светлое кольцо,
   И музыка преобразила
   И обожгла твое лицо.
   
   И вот -- опять сияют свечи,
   Душа одна, душа слепа...
   Твои блистательные плечи,
   Тобою пьяная толпа...
   
   Звезда, ушедшая от мира,
   Ты над равниной -- вдалеке...
   Дрожит серебряная лира
   В твоей протянутой руке...
   
   
                  III.
   
   Вот явилась. Заслонила
   Всех нарядных, всех подруг,
   И душа моя вступила
   В предназначенный ей круг.
   
   И под знойным снежным стоном
   Расцвели черты твои.
   Только тройка мчит со звоном
   В снежно-белом забытьи.
   
   Ты взмахнула бубенцами,
   Увлекла меня в поля...
   Душишь черными шелками,
   Распахнула соболя...
   
   И о той ли вольной воле
   Ветер плачет вдоль реки,
   И звенят, и гаснут в поле
   Бубенцы, да огоньки?
   
   Золотой твой пояс стянут,
   Нагло скромен дикий взор!
   Пусть мгновенья все обманут,
   Канут в пламенный костер!
   
   Как за темною вуалью
   Мне на миг открылась даль...
   Как над белой снежной далью
   Пала темная вуаль...
   
   
                  IV.
            Легенда
   
   Господь, ты слышишь? Господь, простишь ли? --
   Весна плыла высоко в синеве.
   На глухую улицу в полночь вышли
   Весёлые девушки. Было -- две.
   
   Но третий за ними -- за ними следом
   Мелькал, неслышный, в луче фонаря.
   Он был неведом... одной неведом:
   Ей казалось... казалось, близка заря.
   
   Но синей и синее полночь мерцала,
   Тая, млея, сгорая полношумной весной.
   И одна сказала... "Ты слышишь? -- сказала. --
   О, как страшно, подруга... быть с тобой".
   
   И была эта девушка в белом... в белом,
   А другая -- в чёрном... Твоя ли дочь?
   И одна -- дрожала слабеньким телом,
   А другая -- смеялась, бежала в ночь...
   
   Ты слышишь, Господи? Сжалься! О, сжалься!
   Другая, смеясь, убежала прочь...
   И на улице мёртвой, пустынной остались...
   Остались... Третий, она и ночь.
   
   Но, казалось, близко... Казалось, близко
   Трепетно бродит, чуть белеет заря...
   Но синий полог упал так низко
   И задёрнул последний свет фонаря.
   
   Был синий полог. Был сумрак долог.
   И ночь прошла мимо них, пьяна.
   И когда в траве заблестел осколок,
   Она осталась совсем одна.
   
   И первых лучей протянулись нити,
   И слабые руки схватили нить...
   Но уж город, гудя чредою событий,
   Где-то там, далеко, начал жить...
   
   Был любовный напиток -- в красной пачке кредиток,
   И заря испугалась. Но рукою Судьбы
   Кто-то городу дал непомерный избыток,
   И отравленной пыли полетели столбы.
   
   Подходили соседи и шептались докучно.
   Дымно-сизый старик оперся на костыль --
   И кругом стало душно... А в полях однозвучно
   Хохотал Невидимка -- и разбрасывал пыль.
   
   В этом огненном смерче обняла она крепче
   Пыльно-грязной земли раскалённую печь...
   Боже правый! Соделай, чтобы твердь стала легче!
   Отврати Твой разящий и карающий меч!
   
   И откликнулось Небо: среди пыли и давки
   Появился архангел с убелённой рукой:
   Всем казалось -- он вышел из маленькой лавки,
   И казалось, что был он -- перепачкан мукой...
   
   Но уж твердь разрывало. И земля отдыхала.
   Под дождём умолкала песня дальних колёс...
   И толпа грохотала. И гроза хохотала.
   Ангел белую девушку в дом свой унёс.

-----------------------------------------------------------------------------------------------

   Источник текста: Литературно-художественные альманахи издательства "Шиповник". Книга 2. -- Санкт-Петербург : Шиповник, 1907, стр. 113--117.
   
   
   
   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru