Щепкина-Куперник Татьяна Львовна
Стихотворения

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

Оценка: 9.00*13  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Говорят, я мила... Говорят, что мой взгляд..."
    Глаза
    На родине ("От павших твердынь Порт-Артура...")
    Гармония
    Верный друг
    В полях
    Осенний свет
    Белая ночь
    Закат
    Сосны
    Песня брюссельских кружевниц
    Люблю тебя
    "Счастье"
    В родных полях
    Неурожай
    Больное утро
    Петербургский ноктюрн
    Розы

  
  
   Т. Л. Щепкина-Куперник
  
   Стихотворения
  
  ----------------------------------------------------------------------------
   Русские песни и романсы.
   Классики и современники.
   М., "Художественная литература", 1989
   OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru
  ----------------------------------------------------------------------------
  
   СОДЕРЖАНИЕ
  
   "Говорят, я мила... Говорят, что мой взгляд..."
   Глаза
   На родине
  
   * * *
  
   Говорят, я мила... Говорят, что мой взгляд
   То голубит, то жжет, как огнем.
   Звонкий смех мой весельем звучит, говорят...
   Ты не любишь? Так что же мне в нем!
  
   Говорят, небеса вдохновенье дарят
   Часто музе капризной моей.
   Моя жизнь для людей дорога, говорят...
   Ты не любишь? Так что же мне в ней!
  
   1898
  
  
   ГЛАЗА
  
   В одни глаза я влюблена,
   Я упиваюсь их игрою;
   Как хороша их глубина!
   Но чьи они - я не открою...
  
   Едва в тени густых ресниц
   Блеснут опасными лучами -
   И я упасть готова ниц
   Перед волшебными очами.
  
   В моей душе растет гроза,
   Растет, тоскуя и ликуя...
   Я влюблена в одни глаза...
   Но чьи они - не назову я.
  
   <1901>
  
  
   НА РОДИНЕ
  
   От павших твердынь Порт-Артура,
   С кровавых Маньчжурских степей,
   Калека, солдат истомленный,
   К семье возвращался своей.
  
   Спешил он жену молодую
   И малого сына обнять,
   Увидеть любимого брата,
   Утешить родимую мать.
  
   Пришел он... В убогом жилище
   Ему не узнать ничего:
   Другая семья там ютится,
   Чужие встречают его...
  
   И стиснула сердце тревога:
   Вернулся я, видно, не в срок...
   "Скажите, не знаете ль, братья,
   Где мать? Где жена? Где сынок?"
  
   - "Жена твоя... Сядь... Отдохни-ка...
   Небось твои раны болят".
   - "Скажите скорее мне правду...
   Всю правду!" - "Мужайся, солдат.
  
   Толпа изнуренных рабочих
   Решила пойти ко дворцу
   Зашиты искать... С челобитной
   К царю, как к родному отцу -
  
   Надевши воскресное платье,
   С толпою пошла и она...
   И... насмерть зарублена шашкой
   Твоя молодая жена..."
  
   - "Но где же остался мой мальчик?
   Сынок мой?.." - "Мужайся, солдат...
   Твой сын в Александровском парке
   Был пулею с дерева снят".
  
   - "Где мать?" - "Помолиться к Казанской
   Давно уж старушка пошла".
   Избита казацкой нагайкой,
   До ночи едва дожила..."
  
   - "Не всё еще взято судьбою!
   Остался единственный, брат,
   Моряк, молодец и красавец...
   Где брат мой?" - "Мужайся, солдат!"
  
   - "Неужто и брата не стало?
   Погиб, знать, в Цусимском бою?"
   - "О нет! Не сложил у Цусимы
   Он жизнь молодую свою...
  
   Убит он у Черного моря,
   Где их броненосец стоит...
   За то, что вступился за правду.
   Своим офицером убит".
  
   Ни слова солдат не промолвил,
   Лишь к небу он поднял глаза.
   Была в них великая клятва
   И будущей мести гроза...
  
   1905
  
  
   Т. Л. Щепкина-Куперник
  
   Стихотворения
  
  ----------------------------------------------------------------------------
   Царицы муз: Русские поэтессы XIX - начала XX вв. / Сост., автор вступ.
  статьи и коммент. В. В. Ученова. - М.: Современник, 1989.
   OCR Бычков М. Н. mailto:bmn@lib.ru
  ----------------------------------------------------------------------------
  
   Содержание
  
   Гармония
   Верный друг
   В полях
   Осенний свет
   Белая ночь
   Закат
   Сосны
   Песня брюссельских кружевниц
  
  
   Гармония
  
   Тяжел мне вечный шум житейской суеты
   И утонченный яд беседы злой и праздной,
   Пустой калейдоскоп, всегда однообразный,
   Мучительной для глаз и яркой пестроты.
   Он утомляет ум, несет усталость взгляду...
   Люблю я тихие часы с тобой вдвоем,
   Когда, счастливые, молчим мы - об одном,
   Впивая сумерек спокойную отраду.
   Благословляю я святую тишину,
   Что дышит нежностью задумчивой и ясной.
   И наши две души сливаются в одну,
   Как две мелодии в гармонии согласной!
  
  
   Верный друг
  
   Если ты покинут и один,
   И забыт безжалостной судьбою, -
   Знай, остался верный друг с тобою,
   Твой слуга, - твой добрый господин.
   Он в твое смиренное жилище
   Принесет довольство и покой,
   Вкус придаст твоей убогой пище,
   Разлучит усталый ум с тоской.
   Он пошлет блаженный дар забвенья,
   Если гнет в душе твоей лежит!
   Тихой ночью, в час отдохновенья,
   Нежно он глаза твои смежит.
   С ним - зима холодная теплее,
   Слаще - отдых, солнце - веселее!
   Верный друг, хранитель добрый твой, -
   Это труд, труд честный и живой!
  
  
   В полях
  
   Я бродила в полях... а кругом тишина
   Свои сладкие сети плела.
   И чуть-чуть мне касался волос ветерок,
   Точно ласковым взмахом крыла.
   По отлогим холмам зеленели поля,
   Голубели полоски овса,
   И узорным ковром - самотканым ковром
   Расстилалась цветов полоса.
   Аромат свой медвяный сливали в одно
   Алый клевер и тмин кружевной;
   Испаренья земли и дыхания трав
   Поднимались душистой волной,
   Пробегал ветерок по цветущим полям,
   Стебли шелковых трав шевеля;
   И лилось щебетанье невидимых птиц,
   Будто пели, звенели поля.
   Я мятежною грудью припала к земле,
   И душа моя стала светла...
   А кругом тишина, точно нежная мать,
   Надо мной свои сети плела.
  
  
   Осенний свет
  
   Какая ласковая осень!
   Покой мечтательный везде,
   Кармин, и серебро, и просинь
   Играют блестками в воде,
   Скользят, мерцают в влаге зыбкой,
   Не ярко, нежно, все нежней -
   Как бы с усталою улыбкой
   Последних тихих, теплых дней.
   Прозрачны краски небосвода,
   Ясна задумчивая даль...
   Какая ширь, простор, свобода -
   Какая нежная печаль!
   На красный ствол сосны нарядной,
   Как стрелы, падают лучи,
   Они уже не горячи
   Порою осени прохладной.
   Пустеет. Ночью огоньки
   Уж друг от друга далеки;
   И окна ставнями забиты
   И - как глаза во сне - закрыты!
  
  
   Белая ночь
  
   Эта ночь не похожа на ночь:
   Это - день, утомленный без сна.
   В бледно-розовом небе встает
   Только призрак луны - не луна.
   И скользит мимо полной луны
   Облаков голубая гряда...
   Так скользят мимолетные сны,
   Исчезая вдали без следа.
   Тишина... Тишина... Тишина...
   Самый воздух загадочно-нем,
   И как будто бы тихо дрожат
   В нем слова позабытых поэм.
  
  
   Закат
  
   Как дивно рдеют небеса,
   Закатной роскошью блистая,
   И пышный пурпур - золотая
   Перерезает полоса.
   Но над зарей - совсем высоко -
   Уж нет ни света, ни теней;
   Там ночь темнее и темней -
   Там странно, холодно, жестоко.
  
   Еще сияет красота,
   Еще глаза блестят порою
   И смех невольною игрою
   Румянит яркие уста.
   Но там - в душе - совсем глубоко,
   Где недоступно для людей -
   Там все темнее и темней,
   Там странно, холодно, жестоко.
  
  
   Сосны
  
   Высокие стройные сосны
   Стремятся задумчиво к небу;
   Но дунет бушующий вихрь,
   Промчится мятежная буря -
   И ветви в смятеньи дрожат,
   И клонятся гордые сосны.
  
   Высокие чистые мысли
   Стремятся восторженно к небу;
   Но дунет всесильная страсть,
   Охватит мятежное чувство -
   И гордые мысли в смятеньи,
   И падает в бездну душа.
  
  
   Песня брюссельских кружевниц
  
   Прежде
  
   О, Бельгии счастливой, небеса!
   Наш край родной, богатый и свободный!
   Арденские могучие леса,
   Сады и нивы Шельды многоводной.
  
   Работают большие города,
   Стучат станки, и движутся машины, -
   Но тихи гор цветущие долины,
   И в них пасутся мирные стада.
  
   Наш край родной искусствами украшен:
   За гордою охраной старых стен
   Как много в нем дворцов, церквей и башен -
   И есть два перла: Брюгге и Лувен.
  
   В святую сень собора-исполина
   Идут молиться толпы без числа...
   И радостно звонят колокола,
   Колокола старинного Малина.
  
   Но громче их - коклюшек наших стук.
   На целый мир звучит, напоминая,
   Что кружевом горда страна родная
   И славен край - работой наших рук.
  
   То кружево прекрасно, точно грезы,
   На царство в нем венчают королев!..
   И всем, кому знаком Бельгийский лев, -
   Знакомы и бельгийских кружев розы.
  
   Трудом упорным Бельгия жива...
   Гордимся мы своим любимым краем,
   И в дорогие наши кружева -
   Мечты о счастье родины вплетаем!
  
   Тяните, тяните
   Воздушные нити,
   Стучите, коклюшки, - узор уж готов.
  
   Пусть ловкие пальцы
   На легкие пяльцы
   Набросят рисунок из звезд и цветов.
  
   И будут повсюду
   Дивиться, как чуду,
   Работе крестьянок брабантских долин.
  
   Названье тех кружев всегда драгоценно,
   Оно остается везде неизменно:
   Вот гордость Брабанта - Брюссель и Малин.
  
   Теперь
  
   О, Бельгии несчастной небеса,
   О, бедный край, великий, благородный!
   Стоят в огне Арденские леса,
   Потоки крови в Шельде многоводной.
   Разрушены большие города,
   Молчат станки, и сломаны машины...
   Людскою кровью залиты долины,
   Разграблены крестьянские стада.
   Поруганы народные святыни,
   Разрушены твердыни старых стен,
   Все сожжено: не существует ныне
   Безжалостно погубленный Лувен.
   В святой сени собора-исполина
   Лежат убитых груды без числа...
   И, как набат, звучат колокола,
   Колокола старинного, Малина.
   Но пусть наш стон несется громче их,
   На целый мир звучит, напоминая
   О благородстве маленького края,
   О том, что стал он жертвой за других.
   Быть может, он падет в борьбе кровавой...
   Но мощно в нем кипит священный гнев!
   И всем, кому знаком Бельгийский лев,
   Знаком теперь и стяг бессмертной славы.
   Навеки слава Бельгии жива,
   Неугасимо вечной правды пламя...
   И залитые кровью кружева
   Поднимет мир, как дорогое знамя!
  
   Тяните, тяните
   Кровавые нити
   И пойте великую песнь свою:
   О Бельгии верной,
   О жертве безмерной,
   О славных, о павших в неравном бою.
   И будут повсюду
   Дивиться, как чуду,
   Великим героям брабантских долин...
   Их подвигов имя всегда неизменно,
   Оно, как молитва, звучит вдохновенно:
   Вот гордость Брабанта - Брюссель и Малин!
  
   ПРИМЕЧАНИЯ
  
   ЩЕПКИНА-КУПЕРНИК Татьяна Львовна (1874-1952). Русская советская
  писательница. Родилась в Москве, в семье адвоката Л. Куперника. Детство
  провела в Петербурге, затем жила в Киеве, где в 1891 г. окончила гимназию,
  после чего переехала в Москву. По линии матери правнучка знаменитого
  русского актера Михаила Семеновича Щепкина. В связи с чествованием юбилея М.
  С. Щепкина и написано первое стихотворение начинающей поэтессой,
  опубликованное в газете "Киевское слово" в 1886 г. В 1893 г. осуществлена
  постановка одноактной пьесы Т. Л. Щепкиной-Куперник "Летняя картинка".
  Начинается ее активное сотрудничество в периодической печати, интенсивная
  работа над новыми стихами, рассказами, переводами драматических произведений
  и собственными пьесами.
   Первый сборник стихов "Из женских писем" выпущен в свет в 1898 г. Он
  был переиздан в 1903 г. В 1901 г. вышел новый сборник "Мои стихи" и в 1912 г.
  - "Облака" Огромной популярностью пользовалось стихотворение "От павших
  твердынь Порт-Артура", ставшее народной песней.
   После революции Т. Л. Щепкина-Куперник занималась, по преимуществу,
  переводами произведений Шекспира, Гольдони, Кальдерона, Лопе де Вега, В.
  Гюго и др.
   "Гармония", "Счастье" печатаются по изд.: Из женских писем. 2-е изд.
  М., 1903; "Верный друг" - по изд.: Щепкина-Куперник Т. Л. Мои стихи. М.,
  1901; "В полях", "Осенний свет", "Белая ночь", "Закат", "Сосны" - по изд.:
  Щепкина-Куперник Т. Л. Облака. М., 1912. Последние два стихотворения - по
  изд.: Щепкина-Куперник Т. Л. Избранное. М., 1954.
  
   Песня брюссельские кружевниц. Отклик поэтессы на первые сражения
  первой мировой войны.
  
   Татьяна Львовна Щепкина-Куперник
  
   Стихотворения
  
  -----------------------------------------------------------------------------
   Русские поэтессы XIX века / Сост. Н. В Банников
   М.: Сов. Россия, 1979.
   Дополнение:
   Русские песни и романсы. "Классики и современники"
   М.: Художественная литература, 1989
   OCR Бычков М. Н. mailto: bmn@lib.ru
  -----------------------------------------------------------------------------
  
   СОДЕРЖАНИЕ
  
   Люблю тебя
   "Счастье"
   В родных полях
   Неурожай
   Больное утро
   Петербургский ноктюрн
   Розы
  
  
   ТАТЬЯНА ЛЬВОВНА ЩЕПКИНА-КУПЕРНИК
   1874-1952
  
   Т. Л. Щепкина-Куперник родилась в Москве. Отец ее - московский адвокат
  Л. Куперник, мать - музыкантша. По матери Щепкина-Куперник приходилась
  правнучкой великому русскому актеру М. С. Щепкину. Детство она провела в
  Петербурге, затем жила в Киеве, где в 1891 году окончила гимназию, после
  чего переехала в Москву. Не раз бывала за границей, слушала лекции, в
  Лозаннском университете (Швейцария), в Москве играла на сцене Малого театра.
  Одновременно сотрудничала в журнале "Артист". Первое стихотворение Татьяны
  Львовны, написанное по поводу столетия со дня рождения М. С. Щепкина, было
  напечатано в газете "Киевское слово", когда автору шел тринадцатый год. В
  1892 году в Малом театре была поставлена одноактная комедия-водевиль
  Щепкиной-Куперник "Летняя картинка", вслед за которой поэтесса написала
  несколько пьес в стихах: "Месть Амура", "Вечность в мгновеньи" и др. На
  текст "Мести Амура" композитор А. С. Танеев впоследствии создал оперу.
  Щепкина-Куперник приобрела известность как переводчица драматических
  произведений в стихах. Она переводила пьесы Ростана ("Принцесса Греза",
  "Сирано де Бержерак"), Гюго, Шекспира, Лопе де Вега, Кальдерона, неизменно
  находившие свое воплощение на русской сцене. Издала несколько сборников
  своих стихотворений - "Из женских писем" (1898), "Мои стихи" (1901),
  "Облака" (1912). Выходили в те годы и книжки ее рассказов - "Странички
  жизни", "Ничтожные мира сего", "Незаметные люди". За свою долгую жизнь
  Щепкина-Куперник встречалась со многими выдающимися деятелями русского
  искусства: А. П. Чеховым, М. Н. Ермоловой, Вл. И. Немировичем-Данченко, о
  чем она позднее рассказала в своих мемуарах. Стихи ее, писавшиеся в
  молодости, за редкими исключениями сентиментальны, отдают мелодрамой, слабы
  по технике. Исключительная судьба ждала стихотворение Щепкиной-Куперник "На
  родине" ("От павших твердынь Порт-Артура"). Написанное под впечатлением
  расстрела манифестации петербургских рабочих у Зимнего дворца 9 января 1905
  года, оно было сначала напечатано за границей, но, как вспоминала
  впоследствии Щепкина-Куперник, "раньше уже ходило по рукам в Петербурге и
  сразу стало одной из любимых песен рабочего люда и молодежи. Музыки на него
  никто не писал. Это было в полном смысле слова народное творчество.
  Популярность песни объясняется тем, что в ней нет ни слова вымысла: все
  упоминаемые факты имели место, я просто свела их воедино".
  
   ЛЮБЛЮ ТЕБЯ
  
   Люблю тебя, как любит солнце мая
   Цветущих яблонь розоватый снег;
   Люблю тебя, как любит, замирая,
   Волна морская - недоступный брег.
  
   Люблю тебя, как любит в час прилива
   Луну ночную гордый океан,
   Как любит пруд поникнувшая ива,
   Как любят горы - голубой туман.
  
   Как эхо любит горное ущелье,
   Как ландыш любит нежная весна,
   Как слезы - грусть, как звонкий смех - веселье,
   Так я тебя любить обречена!..
  
  
   "СЧАСТЬЕ"
  
   Причудливо смешались свет и тени,
   Вдали аллея солнцем залита.
   Ищу я "счастье" в лепестках сирени,
   Привычною мечтою занята.
   Узором странным теневые пятна
   Меняются на золотом песке...
   Вся белоснежна, дивно ароматна,
   Сирень в пылающей руке.
   - А "счастья" нет! - шепчу я безнадежно:
   Ужель найти его не суждено?
   И вдруг... сирень отброшена небрежно:
   Шаги - ты здесь... О счастье! вот оно.
  
  
   В РОДНЫХ ПОЛЯХ
  
   Простор полей родных. Бледнеют краски неба,
   И тени алые на землю полегли.
   Поля - свободны уж от убранного хлеба...
   Лес темной полосой синеется вдали.
   Осталась на полях солома золотая,
   Густой щетиною торчат ее стебли.
   По небу тянется птиц перелетных стая;
   То - дружно поднялись к отлету журавли,
   На юг, на дальний юг свободно улетая.
   Безлюдно все кругом, куда ни поглядишь:
   Давно последняя была полоска сжата!
   И всюду - тишина в час розовый заката.
   Не та опасная, тревожащая тишь,
   Которою полны Италии заливы,
   Когда молчат они, лукавы и ленивы,
   Как кошка, что сквозь сон подстерегает мышь.
   Не та немая тишь, что, сумрачны и горды,
   Таят Норвегии таинственные фьорды,
   Но та блаженная, святая тишина,
   Какой проникнута бывает лишь Россия,
   Когда в заката час молчат поля родные
   И в отдых сладостный земля погружена.
   Ее могучая, загадочная сила
   Колосья пышных нив взлелеяла, взрастила;
   Она дала нам хлеб - и отдых сладок ей,
   До нового труда, до новых вешних дней.
   И вот теперь она так отдалась покою,
   Что, глядя на нее, смиряется душа
   И сердце не болит, не бьется мысль с тоскою,
   Благословенною отрадою дыша.
   - Приди и отдохни! - Так, матерински нежно,
   Как будто шепчет мне усталая земля.
   И затихает ум, грудь дышит безмятежно,
   А сердце кажется свободно и безбрежно,
   Как эти мирные безбрежные поля!
  
  
   НЕУРОЖАЙ
  
   Истощена земля: не в силах хлеба дать.
   Напрасно к небу шлют моленья люди;
   Несчастная - примолкла, точно мать,
   Которая боится зарыдать,
   Держа ребенка у иссохшей груди.
   А он виновный без вины -
   Страдает, плачет он, не зная,
   За что его карает грудь родная..
   Так плачет и народ моей страны.
   С отчаяньем его рыданьям внемлю...
   Повсюду слезы, слезы... Сколько их!..
   Но, видно, мало слез людских,
   Чтоб напоить сухую землю.
  
  
   БОЛЬНОЕ УТРО
  
   Какой печальный день! Нависли облака
   Тяжелою и серой пеленою;
   Дождь моросит... Гнетущая тоска...
   И кажется земля усталой и больною.
   Не видно солнца! Скрывшись в небесах,
   Оно свой путь свершает невидимкой;
   Блестящий шар в свинцовых облаках,
   Задернут траурною дымкой.
   Оно исчезнет... в небе не блеснет
   Заката луч прощальною улыбкой...
   Как будто этот день и солнечный восход -
   Все было... только странною ошибкой.
  
   Так иногда невидимо пройдет
   Жизнь серого труда и будничных забот, -
   Без ярких радостей, без яркого страданья;
   Ни громкий смех, ни страстные рыданья
   В ней пламенным волненьем не мелькнут;
   Ей не блеснет восторг любви минут
   Хотя на миг роскошною улыбкой...
   И скроется она под тяжестью земли,
   Как будто эта жизнь и эта смерть прошли
   Какой-то странною ошибкой.
  
  
   ПЕТЕРБУРГСКИЙ НОКТЮРН
  
   Петербургский, серый, громадный,
   Похожий на тысячи - дом,
   С угрюмым колодцем-двором;
   И полон тоски безотрадной
   Ряд клеток, устроенных в нем.
   Окна днем - словно взгляд незрячий;
   С темнотой в них зажгутся огни;
   Под каждою лампой висячей
   Умирают скучные дни.
   Живут там усталые люди;
   О, как низки у них потолки!
   Мне кажется - тесно их груди,
   Мало воздуху - много тоски.
   Спит серого дома громада,
   Ее окна зловеще темны;
   Лишь кой-где мерцает лампада...
   Людям снятся тяжелые сны.
  
   Отчего ж, когда ночь немая
   Все охватит, скроет кругом -
   К темным окнам глаза поднимая,
   Я смотрю на сумрачный дом
   С светлой радостью в сердце моем?
  
   Пусть скрывает ночи бесстрастье
   Очертанья серого дома, -
   Но мне и во мраке знакомо,
   Что таится в этих стенах.
   Там живет мое светлое счастье,
   Там прячется нежная сказка,
   Там доверье и тихая ласка
   Мне сияют в любимых глазах.
  
   И мне веет весною отрадной,
   И мне кажется чудным дворцом
   Петербургский, серый, громадный,
   Похожий на тысячи - дом.
  
  
   РОЗЫ
   (Из летнего альбома)
  
   В рассветном тумане стоят острова;
   Скрывается море за серою далью;
   Несет к нему гордые воды Нева,
   Сверкая то чернью, то жидкою сталью.
   Как сторож суровый и верный, гранит
   Красавицу реку безмолвно хранит;
   И только с далекого моря, свободный,
   Бушует и рвет ее ветер холодный.
   Всё мрачные, серые всюду тона;
   Блестящая звездами ночь - холодна,
   Деревья шумят своей темной листвою
   С какою-то тайной тоской роковою,
   А длинные, черные крылья теней
   От звездного света черней и страшней.
   Не спит еще город, - и мчатся коляски,
   Спеша уносить за четою чету.
   Смех, говор, слова беззастенчивой ласки
   Звучат в этот утренний час на мосту.
   Усталые лица... небрежные позы...
   Пресыщенность поздних ночных кутежей...
   А рядом вдруг - голос:
   - "Душистые розы!
   Вот розы! Вы роз не найдете свежей!.."
   То жалкий бедняк, озираясь с опаской,
   Тревожно и долго бежит за коляской,
   Стремясь обогнать поворот колеса;
   Охрип, весь оборван, прикрыт еле-еле,
   Лохмотья на тощем, продрогнувшем теле,
   В глазах - выраженье голодного пса;
   А в грязных руках его свежие розы,
   С улыбкой своей бессознательной грезы!..
   Не в пышных садах благодатной земли
   Италии светлой те розы цвели,
   Не роскоши дерзкой нероновских оргий
   Они в упоенье венчали восторги:
   На Севере бледном взрастали цветы.
   В позорных и пестрых притонах разгула
   Мгновеньем их юная свежесть мелькнула...
   Там к стройным ногам покупной красоты
   Несла их толпа раболепною данью,
   Покорна греха и позора созданью.
   Свое отыграли - и брошены прочь.
   Бедняк подобрал их под страхом угрозы,
   И так простоит он до утра всю ночь.
   Взывая напрасно:
   - "Душистые розы!
   Купите, вот розы, вот свежие розы!.."
  
   Я помню, я где-то преданье прочла:
   "В Тюрингии дальней графиня жила,
   Как ангел прекрасна, добра и светла;
   Небесная кротость! Само состраданье!..
   Судьба наградила святое созданье
   Супругом, подобным исчадию зла.
   Однажды графиня, - гласило преданье, -
   Несчастным голодным несла подаянье
   Тайком от жестокого графа, как вдруг -
   О ужас - ей встретился грозный супруг!
   - Что вижу? Нарушив мои запрещенья,
   Ты снова подачку несешь беднякам?
   Скорей покажи мне, что прячешь ты там?
   И если то хлеб, так не будет прощенья:
   Своею свободой поплатишься ты!
   - Цветы! - прошептала бедняжка в смущенье...
   - Давай-ка... взгляну я на эти цветы! -
   И что же? Увидел господь ее слезы
   И хлеб превратил он в душистые розы".
  
   Всевышний, на трудном житейском пути
   Когда-то помогший прекрасной графине,
   Скорей сотвори ж свое чудо и ныне,
   И розы те в хлеб бедняку преврати!
  
  
   ПРИМЕЧАНИЯ
  
   Тексты стихотворений сборника взяты из прижизненных и посмертных
  изданий произведений поэтесс, а также из различных литературных альманахов и
  журналов. В тех случаях, когда это было возможно, тексты сверялись по
  советским изданиям.
   Стихотворения в подборках расположены не всегда в хронологической
  последовательности, а часто группируются по тематическим признакам. Даты
  написания стихотворений воспроизводятся только по печатным источникам; часть
  стихотворений датировать не удалось. Не разысканы и не воспроизведены, к
  сожалению, также портреты А. А. Волковой, А. И. Готовцовой и Н. С.
  Тепловой. Чтобы показать творчество поэтесс конца XIX столетия более
  целостно, в состав сборника включены и стихотворения, написанные ими в
  начале XX века.
  
   Т. Л. Щепкина-Куперник
  
   "Счастье" (стр. 229). Стихотворение было положено на музыку
  композитором А. С. Аренским.

Оценка: 9.00*13  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru