Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович
С. Макашин. Утраченные сочинения и наброски Салтыкова. 1849-1855 гг.

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:


  

С. МАКАШИН

УТРАЧЕННЫЕ СОЧИНЕНИЯ И НАБРОСКИ

САЛТЫКОВА

1849--1855 годов

  
   Справка
   В "Материалах для биографии M. E. Салтыкова", напечатанных К. К. Арсеньевым в N 1 журнала "Вестник Европы" за 1890 год и затем несколько раз переиздававшихся 1, приведен ряд извлечений из бумаг, найденных в кабинете писателя после его смерти. Бумаги эти, тщательно сохранявшиеся Салтыковым в течение нескольких десятков лет, были впоследствии утрачены.
   В настоящей справке сообщаются, на основании очерка Арсеньева, краткие сведения о не дошедших до нас, но несомненно существовавших, сочинениях Салтыкова или набросках их, возникших в годы его подневольной жизни в Вятке. Служебные бумаги, упоминаемые и цитируемые Арсеньевым, не рассматриваются.
   Первая группа утраченных материалов свидетельствует об интересе, проявленном Салтыковым к известному политическому писателю-рационалисту XVIII в. Чезаре Беккариа. Живя в Вятке, Салтыков изучает знаменитый трактат итальянского криминалиста "О преступлениях и наказаниях", делает выписки из него и начинает писать статью о Беккариа. Одновременно Салтыков набрасывает ряд заметок, озаглавленных "Об идее права", также, по-видимому, внушенных чтением Беккариа, но, судя по некоторым выражениям, принадлежащих всецело или большею частью самому автору заметок. И набросок биографии Беккариа, и заметки "Об идее права" были написаны на бланках "советника Вятского губернского правления".
   Судя по приводимым Арсеньевым отрывкам, Салтыкову был близок протест Беккариа против системы уголовных репрессий в абсолютистских государствах, были близки идеи о том, что главная задача государства должна заключаться не в карах, а в предупреждении появления преступлений при помощи воспитательных мер, широкого распространения образования и уничтожения резкого имущественного неравенства. Но, разделяя эти классические идеи буржуазного просветительства XVIII в., Салтыков уже чужд крайнему рационализму идей Беккариа, хотя в полемике с ним он в своих воззрениях на историю остается идеалистом.
   Выписывая мысль Беккариа, резюмирующую известную теорию социального договора о происхождении государства: "Люди согласились, молчаливым контрактом, пожертвовать частью своей свободы, чтобы пользоваться остальным спокойно...", Салтыков замечает по этому поводу: "Нельзя себе представить, чтобы человек мог добровольно отказаться от части свободы, да и нет в том никакой необходимости".
   Еще выразительнее другое полемическое замечание. Салтыков повторяет мысль Беккариа, что в уголовном кодексе, как и в законодательстве вообще, "отражается, со всеми ее безобразными или симпатическими сторонами, внутренняя и внешняя жизнь народов". По мнению Салтыкова, "редко случается так, что уголовный кодекс является не продуктом народной жизни, а чем-то случайным, внешним, примененным к народу без всякой живой с ним связи" (вряд ли приходится сомневаться, что такой "случай" усматривается здесь в уголовно-правовом законодательстве царского самодержавия). Если же нормы нарушены, если правовые институты не являются "продуктом народной жизни", то, заключает Салтыков свою мысль: "Такие факты никогда не проходят даром; рано или поздно народ разобьет это прокрустово ложе, которое лишь бесполезно мучило его. Как бы ни был младенчески неразвит народ (а где же он развит?), он все-таки никогда не захочет улечься в тесные рамки искусственно задуманной административной формы".
   Вторую группу утраченных рукописей составляли сделанные Салтыковым переводы отрывков из сочинений "De la democratie en Amerique" Токвиля, "Etudes administratives" Вивьена и "Histoire de l'administration monarchique en France" Шерюзля. К сожалению, Арсеньев весьма скупо использовал эти выписки в "Материалах". Из нескольких страниц он процитировал всего пять-шесть строк. Вот, например, текст, выписанный и переведенный Салтыковым из сочинения Токвиля "Демократия в Америке": "Центральная власть, как бы ни была просвещенна, не может обнять все подробности жизни великого народа; когда она хочет своими средствами управлять многоразличными пружинами народной жизни, она истощается в бесплодных усилиях..." А вот выписка из "Административных этюдов" французского политического деятеля и писателя Вивьена: "...Предупредительный элемент ослабляет правительство. Оно делается ответственным за все, делается причиною всех зол и порождает к себе ненависть. С другой стороны, граждане теряют всякую самостоятельность..."
   Оба текста легко применялись к критике бюрократически-полицейской, предельно централизованной государственной машины николаевского самодержавия. Содержание цитат, говорившее об антинародной сущности всякой автократии, входило в русло будущей щедринской темы о "попечительном начальстве".
   Последнюю (кроме служебных бумаг) группу утраченных вятских рукописей Салтыкова составляли "сорок довольно мелко исписанных листов" его работы под названием "Краткая история России". Этот очерк, составленный, как было обозначено в подзаголовке, по разным источникам и доводивший изложение событий до Петра I, писался Салтыковым летом 1853 г. во время служебного отпуска, проведенного в тверском поместье, то есть в Спасском и Ермолино. Отсюда рукопись пересылалась по частям в Вятку. Она предназначалась для сестер -- Елизаветы и Анны Болтиных, из которых первая через три года стала женою Салтыкова.
   По словам С. Н. Кривенко, хотя "Краткая история России" представляла "простое сжатое изложение событий", Салтыков стремился не упустить в нем ничего существенного и отметить самый дух событий и значение их для народа 2. Скупо приведенные Арсеньевым цитаты недостаточны для характеристики сочинения. Отметим лишь оценку, которая давалась в очерке Ивану Грозному и его реформам. Салтыков говорит о "гении" Грозного. Он ставит ему в величайшую заслугу "понимание государственных интересов" и непреклонную борьбу с децентрализаторскими устремлениями феодального боярства. Особенно подчеркивалось значение этой борьбы с реакционным боярством на почве местного управления; сочувственно упоминалось об учреждении судных старост и целовальников, призванных к тому, "чтобы лишать областных правителей возможности грабить народ". Салтыков рассматривал учреждение самой опричнины как явление политически целесообразное, так как она "имела целью осуществление давней мысли Иоанна: создать служебное дворянство и заменить им родовое вельможество". Неудачу опричнины Салтыков приписывал "недостаточной развитости" России для реформ, задуманных царем: "люди, которых Иоанн удостаивал своею доверенностью, отнюдь не оправдывали ее, а, напротив того, употребляли ее во зло, возмущая душу царя разными наветами и клеветами".
   В оценке Ивана Грозного и его реформ Салтыков следовал в значительной мере мнению К. Д. Кавелина, выраженному в статье "Взгляд на юридический быт древней России", напечатанной в N1 "Современника" за 1847 г.
  
   1 Перепечатки: 1) Сочинения M. E. Салтыкова, т. 9 Издание автора, СПб. 1890, стр. XI--XLII; 2) Полное собрание сочинений М. Е. Салтыкова, т. I. Издание наследников автора СПб 1891, стр. XI--CXIII. Переиздания 3-е изд., 1894; 4-е изд. -- А. Ф. Маркса, 1900; 5-е изд. -- А. Ф. Маркса, 1905.
  
   2 С. Кривенко. M. E. Салтыков. Его жизнь и литературная деятельность. Биографический очерк, изд. 3-е, П. 1914, стр. 27.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru