Можаровский Александр Федорович
Русский Дон Кихот богатырь Фома-Крома, сын Беренников

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сказка для детей.

   

Русскій Донъ Кихотъ.

БОГАТЫРЬ
ѲOMA-KPOMA,
СЫНЪ БЕРЕННИКОВЪ.

СКАЗКА ДЛЯ ДѢТЕЙ.

(См. сказки Аѳанасьева. М. 1873 г. кн. III No 235.)

"Кто-бы намъ сказалъ про старое,
"Про старое, про бывалое?"

По образцу богатырскихъ былинъ написалъ и издалъ, съ пожертвованіемъ половины прибыли Обществу Краснаго Креста, на дѣтей убитыхъ и раненыхъ воиновъ,

Александръ Можаровскій.

   

КАЗАНЬ.
Типографія Штаба Казанскаго Военнаго Округа.

   

І.

             Ужъ какъ жилъ да былъ богатырь Ѳома,
             Богатырь Ѳома, сынъ Беренниковъ.
             Ѳнъ былъ такъ могучъ, онъ былъ такъ силенъ,
             Что сказать нельзя, трудно выразить:
             Какъ пойдетъ гулять вдоль по улицѣ,
             Да навянетъ вѣтръ буйный съ сѣвера,
             Такъ Ѳома -- крома на земь грянется,
             Словно жердь какъ и растянется.
             Воробей'Ѳому, при быстромъ лету,
             Также съ ногъ сбивалъ, на полъ сваливалъ.
             Съ такой силою богатырь Ѳома
             Больше дома жилъ, на печи лежалъ.
             На бѣломъ свѣту силачу Ѳомѣ
             Было плохо жить, только слезы лить.
             Вотъ и вздумалъ онъ со сраму-стыда,
             Отъ обидъ и бѣдъ сей покинуть свѣтъ.
             "Дай пойду," сказалъ:, утоплюсь въ пруду,
             "Вѣдь за то меня не припрутъ къ суду."
             Вотъ пришелъ Ѳома, сынъ Беренниковъ,
             Къ пруду тинному, чтобы броситься,
             Но лягушки, то какъ замѣтили,
             Въ воду бросились и заквакали:
             "Ква, ква, ква, Ѳома, не сойди съ ума!
             "Не ныряй ты въ прудъ: не утонешь тутъ,
             "Только насъ побьешь, со стыдомъ уйдешь,
             "Какъ свинья въ грязи замараешься.
             "Ты Ѳома -- крома, сынъ Беренниковъ,
             "Родомъ-племенемъ изъ Березниковъ!
             "Ты на свѣтъ рожденъ поленицей быть,
             "На конѣ сидѣть, не лягушекъ бить.
             "Поѣзжай гулять въ поле чистое,
             "Грусть -- тоска пройдетъ, горе минется,
             "Твой таланъ тебѣ тамъ откроется.
             "На роду тебѣ такъ написано."
             Богатырь Ѳома тутъ задумался,
             Словъ лягушечьихъ онъ послушался.
             "Погоди," сказалъ: "не хочу нырять,
             "Пашню черную снаряжусь пахать!
             Въ чистомъ полечкѣ, въ землѣ-матушкѣ
             Мой зарытъ таланъ; таланъ выпашу."
   
             Вотъ Ѳома -- крома клячу карюю
             Вирегъ чрезъ силушку въ соху старую,
             Сѣлъ верхомъ съ кнутомъ и поѣхалъ вскачъ.
             Кляча трухъ -- трухъ -- трухъ, да и тпру, хоть плачь:
             Встала, до поля не доѣхавши,
             На навозъ Ѳому съ себя сбросила,
             Хомутомъ у ней плечи вытерло,
             До костей сѣдломъ спину содрало.
             На навозѣ томъ сила -- рать была:
             Комары, слѣпни, мухи, оводы.
             Поднялись они и давай кусать
             И коня въ плечо, и Ѳому въ лицо.
             Богатырь Ѳома, сынъ Беренниковъ,
             Закричалъ на нихъ:, ахъ мошенники!"
             И хватилъ кнутомъ со всего плеча,
             Со всего плеча богатырскаго.
             Онъ пришибъ, побилъ рать великую,
             Силу страшную, орду дикую:
             Только оводовъ ровно сто головъ,
             Мелкой силы-мухъ, такъ и счету нѣтъ:
             Кто на мѣстѣ легъ, кто уродомъ сталъ,
             Безъ носовъ, безъ крылъ больше ста пустилъ.
             Тутъ война была не бывалая,
             И рѣка текла вся кровавая.
   
             Богатырь Ѳома, сынъ Беренниковъ,
             Родомъ-племенемъ изъ Березниковъ,
             Какъ побилъ враговъ силу грозную,
             Сѣлъ опять верхомъ и поѣхалъ въ домъ.
             Пріѣзжалъ Ѳома на широкій дворъ,
             Къ своей матушкѣ Домнѣ Пудовнѣ.
             Домна Пудовна встрѣтить Ѳомушку
             Вышла изъ дому на заваленку.
             И повелъ Ѳома, подъѣзжаючи,
             Клячу карюю понукаючи,
             Къ родной матушкѣ Домнѣ Пудовнѣ
             Таковы слова зычнымъ голосомъ:
             "Ужъ ты, матушка, свѣтъ-родимая!
             "Ты встрѣчай сынка честно, радостно!
             "Ты примай меня за бѣлы руки,
             "Ты веди меня въ свѣтлу горницу,
             "Ты сажай меня вопередъ, за столъ!
             "Я никто другой -- богатырь Бова.
             "Только разъ махнулъ, сто головъ смахнулъ
             "Съ богатырскихъ плечъ. Какова же плеть!
             "Ужъ ты, матушка, свѣтъ-родимая!
             "Ты пожалуй мнѣ, скому дѣтищу,
             "Материнскаго бласловленыща,
             "Въ вѣки вѣчные нерушимаго!
             "Я поѣду съ нимъ биться-ратиться
             "Супротивъ враговъ -- басурманъ, жидовъ."
   
             Какъ Ѳома -- крома это вымолвилъ,
             Домна Пудовна, словно хмѣльная,
             Отъ сынка Ѳомы отшатнулася;
             Словъ такихъ она ужаснулася,
             И сынку Ѳомѣ ненаглядному
             Такъ возговоритъ по печальному:
             "Что ты, дитятко упрошеное,
             "Упрошеное, умоленое?!
             "Что съ тобой стряслось, что ты выдумалъ
             "За глупѣйшую за нелѣпицу?
             "Не тебѣ, вахлакъ, въ полѣ ратиться,
             "Не тебѣ, мужикъ, богатырскій мечъ!
             "Зналъ бы ты, сынокъ, свой пастушій кнутъ,
             "Какъ свиней пасти, такъ и все бы тутъ!"
             -- "Ужъ ты, матушка, свѣтъ-родимая,
             "Домна Пудовна разлюбимая!
             "Дѣло сдѣлалъ я богатырское,
             "А свиней пасти то мужицкое."Не хочу пасти, не хочу пахать:
             "Я Нова -- силачъ: хочу ратиться!"
   
             Мать дала Ѳомѣ "бласловленьице."
             Вотъ Ѳома-крома влѣзъ на сѣнницу,
             Скинулъ сѣна клокъ клячѣ подъ ноги
             И сбираться сталъ въ бранны подвиги:
             Оболокся онъ въ кафтанъ старенькій,
             Подпоясался лычкомъ маленькимъ,
             Набекрень надѣлъ катарушечку, (1)
             Въ подорожники взялъ горбушечку,
             На слѣды надѣлъ лапти старыя,
             Безъ веревочекъ, всѣ издранныя;
             На плечо поднялъ серпъ неправленный,
             Въ зепь (2) косарь спустилъ перержавленный,
             Сѣлъ верхомъ въ сѣдло, всѣмъ раскланялся
             И въ дорогу -- путь такъ отправился.
   (1) Катарушечка -- лычный шлыкъ.
   (2) Зепь -- карманъ.
   
             Конь идетъ-нейдетъ, спотыкается,
             А Ѳома сидитъ, неучванится
             И въ кулакъ глядитъ на чернизину. (1)
             Словно бисеромъ, всю унизану.
             Та чернизина -- съ воробьями столбъ,
             А Ѳома -- крома думалъ это полкъ:
             Настегалъ коня по тощимъ бедрамъ
             И пустился вскачъ по желтымъ пескамъ.
             Богатырь Ѳома, прискакавъ къ столбу,
             Зычнымъ голосомъ объявилъ войну:
             Сталъ серпомъ махать, воробьевъ шугать:
             Воробьи снялись, въ облака взвились.
             А Ѳома -- крома радъ и хвалится:
             "Ай да я, Вова! какъ расправился!"
             Въ знакъ побѣды сей надъ такимъ полкомъ
             На столбѣ Ѳома написалъ мѣлкомъ:
             "Я Бова-боецъ предиковинный,
             "Отъ огня, меча заколдованный,
             "Здѣсь одинъ разбилъ силу страшную,
             "Словно тучищу разненасную;
             "Да опричъ того, прежде этаго,
             "Сто головъ враговъ: басурманъ, жидовъ."
             Надпись сдѣлавши ту мѣляную,
             Дальше двинулся онъ поляною,
             Клячу карюю понукаючи,
             Путь-дороженьку примѣчаючи.
   (1) Чернизина -- отдаленный предметъ.
   

II.

             По слѣдамъ Ѳомы ѣхалъ муромецъ,
             Илья Муромецъ, сынъ Ивановичъ.
             Богатырь Илья проѣзжаючи,
             На столбъ съ надписью зорко глядючи,
             Прочиталъ слова и попятился;
             Подъ Ильею конь окарачился.
             "Эге-ге!" сказалъ Илья Мурамецъ:
             "Эта попрыска богатырская:
             "Злата-серебра не расходуетъ,
             "Надпись дѣлаетъ бѣлымъ камешкомъ!"
             Вынималъ Илья чисто серебро,
             И на томъ столбѣ чистымъ серебромъ,
             Ниже надписи той мѣдяныя,
             Написалъ свою. Такова она:
             "За Бовою вслѣдъ проѣзжалъ Илья,
             "Илья Муромецъ, сынъ Ивановичъ.
   
             Надпись сдѣлавши, богатырь Илья
             Снова вслѣдъ Ѳомѣ впередъ двинулся.
             Богатырскій конь Ильи Муромца
             Въ три скачка нагналъ клячу карюю
             И чуть -- чуть было съ сѣдокомъ Ѳомой
             Не замялъ её подъ самимъ собой.
             Своего коня богатырь Илья
             Придержать успѣлъ и раскланялся.
             Богатырь Ѳома, сынъ Беренниковъ,
             Илью Муромца началъ спрашивать:
             "Ты скажи, скажи, верховой ѣздокъ!
             "Куда скачешъ ты, сломя голову!
             "Какъ ты именемъ называешься,
             "Поизотчеству величаешься!
             "Богатырь ли ты, иль разбойничекъ,
             "Иль калѣка ты перехожая?"
             Отвѣчалъ Ѳомѣ Илья Муромецъ:
             "Не калѣка я, не разбойничекъ,
             "Я Илья, мужикъ карачаровскій,
             "Илья Муромецъ, сынъ Ивановичъ,
             "Богатырь земли стольнокіевской,
             "Стольнокіевской и черниговской."
             -- "А поскольку ты, Илья Муромецъ,
             "Сразу силы бьешь и конемъ валишь?"
             Илья Муромецъ не похвастался,
             Отвѣчалъ Ѳомѣ правдой -- истиной:
             -- "За одинъ размахъ я полсотни бью,
             "За одинъ скачокъ конь стѣну валитъ."
   
             Богатырь Ѳома ухмыляется,
             Самъ собой Ильѣ похваляется:
             "Ну ты, Муромецъ, сынъ Ивановичъ,
             "(Не въ обиду я тебѣ выскажу,)
             "Ты далеко мнѣ не равняешься,
             "Супротивъ меня не управишься.
             "Я, боецъ Бова, за одинъ размахъ
             "Сто головъ съ враговъ кулакомъ сбивахъ,
             "Меньшей силушки конь двужильный мой
             "Мнетъ по цѣлому ополченію."
             Илья Муромецъ, сынъ Ивановичъ,
             Тутъ Ѳомѣ -- кромѣ слово вымолвилъ:
             "Ну ты истывый богатырище!
             "Не земная, знать, въ тебѣ силища!
             "Ты прими меня въ сотоварищи,
             "Будь ты братомъ мнѣ, братомъ названнымъ!"
             Богатырь Ѳома, прибоченившись,
             Отвѣчалъ Ильѣ: "Такъ и быть, старикъ!
             "Я приму тебя въ сотоварищи,
             "Назову тебя братомъ меньшіимъ,
             "Только ты смотри, помни здорово:
             "Поперечешь въ чемъ, сложишь голову."
             Илья Муромецъ, сынъ Ивановичъ,
             Брата старшаго Ѳомку спрашивалъ:
             "Ужъ ты гой, боецъ предиковинный,
             "Отъ огня, меча заколдованный!
             "Гдѣ прикажешь мнѣ съ тобой слѣдовать,
             "За тобой скакать, или спереди?"
             Отвѣчалъ Ѳома Ильѣ Муромцу:
             "Поѣзжай, старикъ, позади меня!"
   
             Вотъ два всадника ѣдутъ по полю,
             Какъ кораблики плывутъ по морю.
             Передъ ними лугъ растилается,
             Рожь зеленая низко кланится.
             А за ними вслѣдъ той дорожкою
             На конѣ скакалъ младъ -- Алешенька.
             Какъ Алешенька наскакалъ на столбъ,
             Да прочелъ слова, себя по лбу хлопъ;
             Подъ Алешей конь окарачился
             И впередъ идти заартачился.
             "Эге -- ге! сказалъ тутъ Алеша-младъ,
             "Эта попрыска богатырская:
             "Злата -- серебра не расходуетъ,
             "Надпись дѣлаетъ бѣлымъ камешкомъ."
             Взялъ Алеша-младъ чисто золото,
             И на томъ столбѣ чистымъ золотомъ,
             Ниже надписи Ильи Муромца,
             Написалъ свою четкимъ почеркомъ:
             "За Ѳомой съ Ильей здѣсь проѣхалъ я,
             "Я Алешенька, тожъ поповичъ-младъ:"
             Онъ Ѳому -- крому съ Ильей Муромцемъ
             Въ пять скачковъ нагналъ и коня унялъ.
             Тутъ Алеша-младъ Илью Муромца
             Началъ спрашивать, низко кланяясь:
             "Атаманъ ты нашъ, Илья Муромецъ!
             "Ты скажи, скажи, сынъ Ивановичъ!
     &n