Биографическая_библиотека Епоха
Голландский король Вильгельм III

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

Биографическая библиотека "Епоха"
2026 год

[]

[]

Голландский король Вильгельм III.

   История изобилует комическими инцидентами, но из числа этих инцидентов найдется немного таких, которые могли бы послужить столь благодарною темою для оперетки, как происшествие, случившееся 1-го мая 1889 года в миниатюрном голландском королевстве. Там в течение уже нескольких месяцев король Вильгельм III был, что называется, при смерти. Бюллетени о прискорбном состоянии его здоровья ежедневно печатались и рассылались по всей Европе; знаменитейшие врачи признали положение его совершенно безнадежным: в редакциях всех голландских и заграничных газет были заготовлены уже некрологи, на случай его кончины, а в высших правительственных сферах заранее были приняты надлежащие меры для уложения вопроса о престолонаследии в голландском королевстве и великом герцогстве Люксембургском. В Голландии должна была вступить на престол малолетняя принцесса Вильгельмина, ради которой, за два года перед тем, была изменена голландская конституция, не предусматривавшая возможность царствование королевы. Что касается до великого герцогства Люксембургского, в котором признавался салический закон, то оно никоим образом не могло находиться под скипетром даже такой миловидной маленькой девочки, какою была тогда принцесса Вильгельмина, а потому должно было перейти к герцогу Адольфу Нассаускому, ближайшему агнату Оранско-Нассауского дома, по родственным связям, восходившим до XIII столетию. Ввиду безнадежного состояние короля Вильгельма III, голландские регенты сочли всего благоразумнее поручить управление Люксембургским великим герцогством непосредственно герцогу Адольфу. Он приехал туда в качестве регента, но с полной уверенностью, что через несколько дней, а, быть может, даже через несколько часов вступит на великогерцогский престол. Поспешность, с которою он согласился занять пост регента, разумеется, была до известной степени бестактна; но еще более рискованный характер имели речи, с которыми он обратился к люксембургским государственным сановникам, тотчас по прибытии своем в великое герцогство. 1-го мая он рассчитывал торжественно приступить к исполнению обязанностей регента, когда, к общему удивлению, голландский король, которого считали уже совсем умирающим, встал, оделся, вышел из спальни в парадный свой кабинет и, не обращая ни малейшего внимание на то, что врачи признали у него паралич мозга, самым авторитетным образом заявил, что, пока жив, не выпустит из рук кормила правление как в Голландии, так и в Люксембурге. "Что же касается до герцога Адольфа Нассауского, присовокупил король, то он может вернуться туда, откуда приехал".
   Происшествие это в свое время сильно позабавило Европу и очень огорчило герцога Адольфа, который сам был всего только на несколько месяцев моложе голландского короля, воскресшего в пику ему от смерти. Разочарованный герцог вынужден был вернуться из Люксембурга в великолепную свою виллу на берегах Рейна и ждать там до 23 ноября кончины Вильгельма III. На этот раз оправдалась поговорка, что, обжегшись на молоке, дуют и на воду; так что, когда герцогу Адольфу доложили о смерти короля, то он не сразу поверил этому известию.
   Как бы ни было, Вильгельм III от души 1-го мая смеялся над горестным разочарованием своего преемника.
   Сколько известно, из числа европейских государей один только император Карл V интересовался присутствовать при собственных своих похоронах и пережить инкогнито официальную свою кончину. Голландскому королю пришлось, до известной степени, проделать тот же процесс против собственного своего желание. Благодаря этому обстоятельству. Вильгельм III, быть может впервые еще за все время своего царствование, привлек на свою сторону симпатии Европы. Вообще же он не пользовался популярностью ни в самой Голландии, ни заграницей. Он принадлежал к быстро-вымирающему уже теперь старому типу государей, которые смотрят на высокое свое положение, лишь как на средство к обеспечению себе возможно большего количества удовольствий и наслаждений. Справедливость требует, впрочем, заметить, что, предоставляя себе полнейшую личную свободу, король не старался также стеснять свободы и своих подданных. Он был строго конституционным монархом, отличался весьма либеральными воззрениями и заботился о благосостоянии голландцев, поскольку это согласовалось с его собственными видами и желаниями.
   По всем вероятиям ни один голландец не пожелал бы иметь своим зятем такого человека, каким был, весьма недурной собой, король Вильгельм III. Точно также никто из подданных короля не ножелал бы познакомить его с какой-нибудь из своих родственниц, но, вместе с тем, они считали его для себя, вообще говоря, довольно подходящим монархом. Эдмон де-Амичис совершенно справедливо заметил про Голландию: "Это, в сущности, республиканская страна; король в ней оказывается чем то вроде, президента республики, не обставленного обычною в монархических странах торжественностью. Голландский король является скорее штатгальтером, чем королем. Что касается до Вильгельма III, то он обладал теми самыми достоинствами, которые один из испанских республиканцев приписывал герцогу Амедею Аостскому: он был королем лишь в возможно наименьшей степени.
   Принимая во внимание особенности такого государства, как Голландия, где народ считает короля вовсе ненужным для управление страной и признает его необходимым единственно для представительства, на которое, однако, не стоит слишком много расходоваться,, надо согласиться, что король Вильгельм III близко подходил к идеалу голландского монарха. Можно даже удивляться, как он не пользовался там большей популярностью. Он был враг всякого этикета и всяческих формальностей, высказывал всем и каждому откровенно свое мнение, держал себя, так сказать, за панибрата со своими подданными, без различия сословий, причем охотнее сближался с людьми низших классов, чем с представителями интеллигенции, был расточителен с собственными своими деньгами, но очень бережлив с государственными суммами. На основании одной из статей голландской конституции 1848 года, "король распоряжается у себя дома, как ему заблагорассудится". Вильгельм III дал этой статье, до известной степени неожиданное истолкование. Разъезжая по Европе, с милыми его сердцу дамами и девицами, он сократил свой цивильный лист с 1.000,000 до 650,000 флоринов. Таким образом голландцам не особенно дорого обходился их король, получивший довольно заслуженно прозвище "Jocrisse de l'amour".
   В истории царственных любовных похождений за нынешнее столетие, Вильгельм III займет почетное место между Виктором-Эммануилом и шведским королем Карлом XV. Можно сказать про него, что он с самой колыбели и до могилы всегда находился в зависимости от женщин. Само собой разумеется, что первоначально зависимость эта была совершенно естественным подчинением ребенка родной его матери, но и впоследствии, в бытность свою Оранским принцем и затем голландским королем, Вильгельм III никогда не в состоянии был вполне освободиться от женской опеки, зачастую ставившей его в чрезвычайно смешные положение.
   Вильгельм III, король нидерландский, принц Оранский и Нассауский и великий герцог Люксембургский, родился 19 февраля 1817 года. Отцом его был король Вильгельм II, а матерью -- королева нидерландская Анна Павловна, августейшая дочь русского императора Павла I. Сперва великую княжну Анну Павловну предполагали выдать замуж за принца саксен-кобургского, но по заключении тильзитского мира возник проект сочетать ее браком с французским императором Наполеоном I. Вследствие интриг Талейрана проект этот не осуществился, после чего в роли жениха выступил герцог Беррийский. Талейрану удалось, однако, расстроить и эту брачную комбинацию, так что, в конце концов, русская великая княжна вышла замуж за наследника голландского престола, на который и вступила вместе с своим супругом через 24 года после бракосочетания. Вильгельм III был старшим из сыновей, родившихся от этого брачного союза. Так как целых два поколение отделяли его от престола, то он не особенно старался изучать науки, необходимые для царствующего государя. Вообще он не отличался блестящими способностями и учился довольно плохо. Молодой принц особенно охотно занимался только музыкой, к которой действительно чувствовал истинную страсть. Он брал даже одно время уроки пение у Малибран. Любовь к музыке сохранилась у Вильгельма III на всю жизнь. Он основал на свои собственные, частные средства в Голландии консерваторию и за время своего царствование неоднократно давал у себя во дворце действительно грандиозные музыкальные празднества.
   Когда молодому принцу исполнилось 22 года, признано было нужным отыскать ему невесту. Выбор пал на принцессу Софию Виртембергскую, которая была одним годом моложе принца Вильгельма. Известно, что брак этот оказался, как говорится, несчастным. Причины этого известны несравненно менее, но во всяком случае их следует искать в особенностях натуры самого Вильгельма III. Королева София не была хороша собою, но обладала редким умом и симпатичной наружностью. Она очень интересовалась политикой, любила литературу и хотела сделать Гаагу голландской столицей интеллигенции.
   Несоответствие вкусов и привычек между супругами обнаружилось тотчас же после брака. У принца Вильгельма все более и более проявлялось пристрастие к обществу низшего разбора. Он по-прежнему любил пение, но при этом увлекался в еще большой степени певицами. Любовные его похождение с ними сделались постепенно притчею во языцех; -- одно из них включено известным французским писателем Александром Дюма-сыном в его роман "Affaire Clemenceau" ["Дело Клемансо", 1866]. Там изображен король, покидающий свое царство и приезжающий в Париж, чтобы инкогнито навестить Изу. Он проводит во французской столице целые сутки, а затем возвращается управлять своим государством. Портрет был срисован французским беллетристом с натуры. Дюма-сын воспользовался для своего романа только одним из эпизодов галантных приключений его величества короля нидерландского. Обилие таких забавных и курьёзных эпизодов именно и доставило королю прозвище "Jocrisse de l'amour". Людовик Наполеон, вступив на французский престол, окружил себя двором довольно сомнительной нравственности; звезда кокоток и кокодесов стояла тогда высоко над горизонтом.
   Вильгельм Нидерландский сумел, тогда перещеголять французского императора и его приближенных, так что считался даже в их обществе "большим шалуном". Говорят, будто он мог почти сравниться с бельгийским королем по части знакомства со всеми греховными стезями в Лондоне и Париже.
   Принц Вильгельм был женат в течение уже целых десяти лет, когда в 1849 году ему пришлось вступить на нидерландский престол. Там он должен был стать лицом к лицу с серьёзными обязанностями. Он выполнял эти обязанности до известной степени добросовестно, но, со вступлением на престол, семейная его жизнь не только не улучшилась, но даже скорее ухудшилась. При дворе образовались две партии, одна из которых стояла за короля, а другая за королеву, причем сторонники королевы, разумеется, составляли меньшинство. Естественно, что придворные старались преимущественно о поддержании хороших отношений с королем. Тем не менее около королевы собрался кружок сторонников, хотя и не многочисленный, но весьма влиятельный вследствие авторитетности принадлежащих к нему лиц. В продолжение нескольких лет между обеими партиями шла ожесточенная борьба; наконец, она постепенно стихла. Королева София продолжала пользоваться общим уважением, но весь двор постепенно перешел на сторону августейшего ее супруга. Королева вела поэтому невеселую жизнь, причем ей служила, однако, до некоторой степени утешением любовь к литературе., сохранившаяся у нее до самой смерти. В 1877 году королева скончалась, унося в могилу сожаление, если не своего супруга, то всего голландского народа. Тотчас же после ее смерти произошла с королем Вильгельмом неожиданная перемена: он вдруг остепенился и стал во всех отношениях примерным человеком и государем. Вслед затем он решил, что ввиду государственных соображений первостепенной важности должен будет, несмотря на преклонные лета, вступить во второй брак. Правда, что от первого брака у него было двое сыновей, но состояние их здоровья не дозволяло считать их сколько-нибудь надежными наследниками престола. Старший из них, принц Оранский, или, как его называли на парижских бульварах, "prince citron ", слишком усердно шел по стопам своего отца на арене любовных похождений, так что в двадцатипятилетнем возрасте совершенно уже истощил свой организм. Младший же был рахитическим в высшей степени. Выбор короля Вильгельма Ш пал на двадцатилетнюю принцессу Вальдек-Пирмонтскую, Эмму. Она было замечательно хороша собой, и европейское общественное мнение чрезвычайно возмущалось неравным браком между "Маем" и "Декабрем" как называли состоявшуюся в 1879 году свадьбу шестидесятилетнего голландского короля, выпившего уже до дна чашу жизненных наслаждений, с юной принцессой, еще не изведавшей жизни. В противность всем предсказаниям и ожиданиям, этот неравный брачный союз оказался весьма удачным. Королева Эмма была, по-видимому, совершенно счастлива с своим шестидесятилетним супругом, над которым она приобрела большое влияние. Вскоре после женитьбы своего отца, принц Оранский умер в Париже добровольным изгнанником, закончивши таким образом жизнь, представлявшую собой непрерывную цепь всевозможных скандалов. Пять лет спустя умер также и его брат, остававшийся всю жизнь беспомощным инвалидом. В вознаграждение за эти утраты у королевской четы родилась тем временем дочь, принцесса Вильгельмина. Нынешняя королева нидерландская была, как и следовало ожидать, любимицей своего отца и матери. 23-го ноября 1879 года король Вильгельм III скончался почти без всяких страданий в загородном своем дворце Лоо. С ним угасло мужское колено Оранско-Нассауского дома. Люксембургское великое герцогство перешло наконец-таки к герцогу Адольфу Нассаускому, а принцесса Вильгельмина вступила на нидерландский престол. До ее совершеннолетия, т. е. до 1898 года, Голландией будет управлять в качестве регентши вдовствующая королева Эмма.
   Относительно характера малолетней королевы Вильгельмины разумеется трудно сказать что-либо определенное. Королева-мать воспитывает, по собственным ее словам, свою дочь так, чтоб сделать из нее по возможности короля. Юная королева очень любит прогулки на открытом воздухе пешком и в экипаже. Она сама искусно правит шестерней маленьких пони, запряженных цугом, по две лошадки в ряд. В настоящее время королева Вильгельмина -- веселая хорошенькая девочка, которая стала уже весьма популярной в Голландии. Мать ее, королева-регентша Эмма, сумела привлечь к себе сердца своих подданных. Обеим королевам, сколько можно судить, серьезная опасность угрожает единственно только со стороны могущественной соседней германской империи, которая, разумеется, охотно бы присоединила к своим владениям маленькое голландское королевство, и не упустит осуществить свое намерение при первом же удобном случае. Если б возгорелась новая европейская война, и Германия вышла из этой войны опять победительницей, то она, разумеется, не поцеремонилась бы заставить голландцев против воли присоединиться к единоплеменной им германской империи. Немудрено, что при таких обстоятельствах миролюбивый голландский народ взирает с некоторым опасением и недоверием на Германию и ее императора. Недоверие это выразилось отчасти и во время посещения императором Вильгельмом II Гааги и Амстердама. Все попытки германского императора побудить Голландию к тому, чтобы она примкнула к тройственному союзу, остались тщетными, хотя без сомнения трудно ожидать, чтобы в случае европейской войны маленькое голландское королевство оказалось в силах отстоять свой нейтралитет. Впрочем, будущее скрывается еще во мраке неизвестности. Никто в настоящее время не может предвидеть, как долго сама Германия в состоянии выносить подавляющую тяжесть нынешней военной своей системы. Пока Голландия, несомненно, может еще считать себя в такой же степени безопасной от германского нашествия, как и от нашествия вод океана, от которых охраняет себя системою береговых плотин. Материальное благосостояние голландского народа, которое значительно возросло в продолжение сорокалетнего царствование Вильгельма III, продолжает развиваться также и при его преемнице. Необходимо заметить впрочем, что процветание голландской торговли в значительной степени обусловливается принадлежащими Голландии богатыми колониями, а на них именно и зарится в особенности Германия.

----------------------------------------------------------------------------------

   Текст издания: Европейские монархи и их дворы [С 16 портр. соврем. государей] / Сост. Politikos [псевд.]; Пер. с англ. и доп. В. Ранцов. -- Санкт-Петербург: Ф. Павленков, 1891 (обл. 1892). -- II, 365 с., 16 л. портр.; 18 см.
   
   
   
   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru