Андреева Александра Алексеевна
Генрик Ибсен и основные идеи его произведений

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Критический очерк.

  

ГЕНРИКЪ ИБСЕНЪ И ОСНОВНЫЯ ИДЕИ ЕГО ПРОИЗВЕДЕНІЙ
Критическій очеркъ.

I.

   Генрикъ Ибсенъ сюжеты своихъ драмъ беретъ только изъ норвежской жизни. Но драмы эти, за послѣднія 10 лѣтъ, стали достояніемъ всѣхъ европейскихъ литературъ. Несмотря, однако, на такую извѣстность, и на богатое литературное прошлое,-- Ибсенъ пишетъ уже полвѣка,-- онъ мало популяренъ и съ его именемъ не связывается въ представленіи публики опредѣленно выраженной физіономіи. Для многихъ Ибсенъ остается явленіемъ страннымъ, непонятнымъ и какъ будто болѣзненнымъ. Да и критика, какъ европейская, такъ и русская, не опредѣлила еще его значенія вполнѣ точно и колеблется между двумя крайними взглядами. Для однихъ Ибсенъ -- талантъ качества не высокаго; творчество его -- симптомъ "вырожденія"; онъ, будто бы, искусно пользуется склонностью новыхъ поколѣній въ символикѣ и мистицизму, но онъ не имѣетъ будущаго, потому что самъ служитъ модѣ и отражаетъ на себѣ нездоровое настроеніе въ обществѣ. Наоборотъ, для другихъ, Ибсенъ -- талантъ міровой. Онъ не только реформаторъ въ литературномъ творчествѣ и создатель новой драмы, но глашатай новыхъ воззрѣній, новыхъ общественныхъ идеаловъ. Разрушая, какъ будто, традиціонные устои жизни, онъ даетъ новую красоту, новую правду; такъ думаютъ другіе. Возможно, что зерно истины есть и въ томъ, и въ другомъ сужденіи, но не намъ, современникамъ поэта, принадлежитъ окончательный судъ надъ нимъ. Это -- дѣло будущаго. Мы можемъ только наслаждаться у Ибсена красотою поэзіи,-- ею несомнѣнно проникнуты образы его фантазіи,-- и вмѣстѣ съ тѣмъ вдумываться и въ глубокіе вопросы жизни, которые положены въ основу его творчества. Въ бѣгломъ очеркѣ его дѣятельности нѣтъ возможности выяснить и поэтическую сторону предмета, и идейную его основу. Съ поэзіею Ибсена насъ лучше всего знакомитъ чтеніе самихъ произведеній. Я ограничиваюсь тѣмъ, что намѣчаю въ общихъ чертахъ ту область мысли, въ которой преимущественно вращается фантазія поэта, и мы увидимъ въ сюжетахъ его драмъ и въ изображенныхъ имъ характерахъ, какими мыслями волнуетъ онъ своихъ современниковъ.
   Начнемъ съ тѣхъ пьесъ, которыя прежде всего обратили на себя вниманіе европейской публики. Съ 80-хъ годовъ въ Германіи и Англіи получили извѣстность "Нора" и "Привидѣнія".
   "Нора" у насъ дается на сценѣ и сюжетъ ея очень извѣстенъ. Жена тихонько отъ мужа заняла деньги, выдала вексель и поддѣлала на немъ подпись отца. Нѣсколько лѣтъ спустя, кредиторъ ея, не получивъ отъ ея мужа того мѣста на службѣ, котораго добивался, сперва грозитъ женѣ, прося ея ходатайства, а затѣмъ доводитъ ея поступокъ до свѣдѣнія мужа. У супруговъ происходитъ объясненіе, и они расходятся... Фабула драмы несложна; а между тѣмъ она не всегда понятна, и публика въ театрѣ часто недоумѣваетъ, чѣмъ собственно мучится героиня и откуда такая развязка драмы. Въ жизни супруговъ разыгрывается внутренняя драма: въ ней изображается ихъ взаимное непониманіе и превращеніе жены изъ куклы въ разумное существо. Нора совершила преступленіе по легкомыслію или ребячеству: она ничего не видѣла дурного въ томъ, что поддѣлала подпись. Вѣдь она сдѣлала это, чтобы спасти любимаго человѣка, достать денегъ на леченье своего мужа. Въ 1-мъ дѣйствіи разговоръ съ кредиторомъ, а затѣмъ съ мужемъ наталкиваютъ ее на сомнѣніе, на вопросъ: хорошо ли она поступила тогда? Тутъ въ первый разъ самостоятельно начинаетъ работать ея сознаніе, а до сихъ поръ она всѣ свои мысли получала готовыми отъ мужа, и отвѣтственность за ея поступки несъ онъ одинъ. Единственный серьезный шагъ, который она сдѣлала безъ спросу и которымъ гордилась какъ высокимъ подвигомъ,-- оказывается теперь преступленіемъ. Недоумѣніе передъ своимъ поступкомъ -- хорошо это или дурно?-- и сознаніе отвѣтственности жестоко ее мучитъ. Затѣмъ, мучитъ ее и необходимость все скрывать отъ мужа: она думаетъ, что, любя ее, мужъ все, и вину ея, и безчестье, возьметъ на себя. А ее страшитъ та жертва, которую, она увѣрена, онъ готовъ принести для нея; она съ трепетомъ ждетъ того момента, когда онъ все узнаетъ... Это будетъ нѣчто сверхъестественное, то чудо, которое покажетъ ей любовь мужа, такую же безпредѣльную, какую она къ нему питаетъ... Этими чувствами сомнѣнія въ себѣ и сознанія вины своей, страхомъ суда и прощенія; ожиданіемъ чуда (такого великаго чуда, котораго она не вынесетъ, а лучше лишитъ себя жизни),-- этимъ-то и терзается молодая женщина въ продолженіе всего хода пьесы. Но чудо не совершается. Мужъ выказалъ не любовь, а себялюбіе; Нора же за эти три дня мученій выросла; изъ полу-ребенка она превратилась въ мыслящаго человѣка и теперь хочетъ самостоятельно учиться жить и думать. До сихъ поръ ихъ супружество не было союзомъ двухъ независимыхъ и равныхъ людей; потому что мужъ (а раньте отецъ) смотрѣлъ на нее не какъ на человѣка, отвѣтственнаго за свои поступки, а только какъ на живое украшеніе мужской жизни, какъ на куклу. Теперь она это поняла, и не можетъ дольше выносить своего кукольнаго очага: она убѣгаетъ отъ него. Этотъ порывъ женщины къ равенству и къ свободѣ нарушаетъ связь, освященную церковью и закономъ; расторгается бракъ, разрушается семья; женщина измѣняетъ обязанностямъ не только жены, но и матери: она уходитъ отъ дѣтей -- искать новаго смысла жизни, новаго знанія, новыхъ самостоятельныхъ убѣжденій.
   Драма эта совпала съ женскимъ эманципаціоннымъ движеніемъ въ скандинавскихъ государствахъ и вызвала множество толковъ: о ней столько писалось и говорилось, столько шло -споровъ и ссоръ; она затрогивала такъ много наболѣвшихъ вопросовъ, что люди миролюбивые предпочли, наконецъ, вовсе не касаться ея въ разговорѣ, и приглашая гостей, дѣлали на письмѣ приписку: "о Норѣ просятъ не говорить". И нѣмецкая публика отнеслась въ переводу этой пьесы также горячо: одни защищали равноправность жены; другіе негодовали на нее за пренебреженіе въ материнскимъ чувствамъ, и не прощали Норѣ, что она бросила дѣтей изъ-за какого-то неяснаго порыва самостоятельности; этихъ порицателей было большинство. Потому на нѣкоторыхъ сценахъ Германіи пьеса и давалась съ иною даже развязкою, чѣмъ у Ибсена: Нора тутъ оставалась при дѣтяхъ. Всѣ эти споры о томъ, хорошо ли поступила героиня и какъ должна она была поступить, ссориться или мириться съ мужемъ, оставаться въ семьѣ или бѣжать отъ нея -- доказывали прежде всего то, какъ живо нарисована была картина, если къ ней можно было примѣнять тѣ же споры, что въ дѣйствительной, а не выдуманной жизни. За этими спорами публика какъ будто не замѣтила, что этотъ такъ реально, жизненно очерченный характеръ, поставленный притомъ въ самыя обыденныя условія существованія, тѣмъ не менѣе представляетъ собою типъ совершенно исключительный. Всякая ли жена-кукла способна стать Норою? Многія ли обладаютъ ея душевными силами и способны такъ быстро выростать умственно отъ работы совѣсти и сознанія? А у Ибсена Нора перерождается на глазахъ у зрителя, и въ послѣднемъ дѣйствіи она уже совсѣмъ иная женщина, чѣмъ въ первомъ.
   Критика существующаго строя семьи, вложенная Ибсеномъ въ уста Норы, и заключеніе пьесы, гдѣ авторъ какъ будто отрицаетъ святость и ненарушимость супружескаго союза, вызвала обвиненія его въ безнравственности. Эти обвиненія усилились послѣ "Привидѣній", гдѣ тотъ же вопросъ семейныхъ устоевъ поставленъ былъ еще рѣзче. Съ откровенностью, какую публика видѣла въ натуралистическихъ романахъ Зола и его школы, Ибсенъ въ "Привидѣніяхъ" выводитъ на сцену сына, который наслѣдовалъ тяжкую болѣзнь отъ кутилы-отца. Онъ заставляетъ его на глазахъ зрителей впадать въ идіотизмъ, а мать его колебаться -- отравить его или нѣтъ. Героинею драмы и является эта мать, женщина, загубившая свою жизнь неправильнымъ пониманіемъ семейныхъ обязанностей. Смолоду она отдалась всецѣло тому, что она считала своимъ долгомъ; теперь, подъ вліяніемъ новыхъ идей, она приходитъ къ сомнѣнію въ томъ, правильно ли она понимала свой долгъ. Сперва она приходитъ въ сомнѣнію, затѣмъ въ отрицанію прежняго образа мыслей, а потомъ находитъ, какъ будто, примиреніе старыхъ взглядовъ съ новыми, но тутъ катастрофа съ сыномъ прерываетъ ходъ этой внутренней ея драмы.
   Замыселъ очень глубокъ и сложенъ, но внѣшнее дѣйствіе незначительно. Можно даже сказать, что дѣйствія на сценѣ вовсе нѣтъ. Пріѣзжаетъ пасторъ въ имѣніе покойнаго камергера Альвинга и встрѣчается съ его сыномъ, только-что вернувшимся изъ-за границы. Пасторъ пораженъ вольностью взглядовъ молодого художника на бракъ и любовь. Пораженъ не меньше и тѣмъ, что узнаетъ про семейную жизнь покойнаго Альвинга; вдова разсказываетъ ему то, что она всю жизнь тщательно скрывала отъ всѣхъ, разсказываетъ, какъ пороченъ былъ ея мужъ, какъ много она страдала отъ него, какъ не воспитывала сына дома, чтобы онъ не видалъ распутства отца и не потерялъ къ нему уваженія. Мужа она не любила, ушла-было отъ него, но вернулась изъ-за долга супружеской вѣрности; родился у нея сынъ, и она отказалась отъ его близости опять изъ-за чувства долга, чтобы въ сынѣ сохранить уваженіе къ отцу. Изъ-за вѣрности нелюбимому и негодному человѣку она лишила себя и любви, и материнскихъ радостей. Она всю жизнь лгала, насиловала себя,-- лгала обществу, лгала сыну, и теперь спрашиваетъ себя: хорошо ли она дѣлала? правильно ли поняла семейный долгъ? Она склонна думать теперь, что нѣтъ, и совѣсть упрекаетъ ее за ложь. Пасторъ не успѣлъ придти въ себя отъ изумленія, какъ разговоръ въ сосѣдней комнатѣ между художникомъ и горничной заставляетъ догадываться о присутствіи въ натурѣ сына вкусовъ и инстинктовъ отца. Эта наслѣдственность проявляется въ художникѣ и иначе еще; онъ разсказываетъ матери, къ чему его приговорили врачи: онъ таитъ въ себѣ страшную болѣзнь, онъ кончитъ размягченіемъ мозга; но онъ проситъ мать не дать ему впасть въ слабоуміе -- отравить его. Мать обѣщаетъ, беретъ у него порошокъ. А когда припадокъ начинается -- она колеблется. На этомъ пьеса и кончатся.
   Что значитъ самое заглавіе? Что называется "привидѣніями"? Въ одной изъ пьесъ, написанныхъ раньше этой, въ " Союзѣ молодежи", Ибсенъ называетъ привидѣніями все уже отжившее въ общественномъ быту, но еще сохраняемое какъ наслѣдіе прошлаго: разные, потерявшіе смыслъ, вѣрованія и предразсудки; они, какъ выходцы изъ могилъ, боятся свѣта знанія, живутъ невѣжествомъ и задерживаютъ тѣмъ развитіе общества. Кромѣ того, привидѣнія означаютъ еще и нѣчто другое, а именно тѣ свойства личнаго характера или темперамента, которыя наслѣдуются отъ родителей и прародителей и сохраняются въ человѣкѣ, несмотря на перемѣну среды, воспитанія и всѣхъ условій жизни. Физическая наслѣдственность тяготѣетъ надъ человѣкомъ, какъ сила рока, въ видѣ особенностей его темперамента; и это -- тоже привидѣнія. Слѣдовательно, наслѣдственность общественная, психическая, въ борьбѣ отжившихъ традиціонныхъ вѣрованій и взглядовъ, и наслѣдственность личная, физіологическая, въ формѣ наклонностей и склада характера -- вотъ двоякій смыслъ этого заглавія.
   Поэтому и самая драма имѣетъ двойное дѣйствіе: одно -- это борьба въ душѣ героини между старымъ и новымъ ея міровоззрѣніемъ; старое религіозное міровоззрѣніе, на которомъ основана была ея семейная жизнь, представляется ей теперь привидѣніями, т. е. суевѣріемъ и ложью; но отказаться отъ него она не можетъ, потому что старыя вѣрованія живучи въ сердцѣ. Другое дѣйствіе въ Привидѣніяхъ" -- не драма даже, а трагедія; роль античнаго фатума играетъ тутъ наслѣдственная болѣзнь. Этотъ фатумъ -- стихійная сила природы -- губить невиннаго человѣка, отнимаетъ у героини сына. И отнимаетъ въ тотъ моментъ, когда она находитъ примиреніе сердца и разсудка. "Истина, восторжествуетъ,-- восклицаетъ г-жа Альвингъ,-- а идеалы все-таки не погибнутъ". Истина тогда восторжествовала у нея въ душѣ и примирилась съ идеалами, когда она увидала въ своемъ безпутномъ мужѣ жертву цѣлой общественной среды. Она поняла тогда, что ея жизнь загублена не столько вѣрностью семейному долгу, сколько нетерпимостью и лицемѣріемъ общества.
   Въ этомъ характерѣ разработанъ тотъ же мотивъ, что въ Норѣ, только шире и глубже. Порывъ Норы въ свободѣ и самостоятельности принимаетъ въ "Привидѣніяхъ" форму протеста противъ морали, противъ той морали, которая лежитъ въ основѣ общественнаго быта. Эта мораль, если не согласуется съ искренностью внутреннихъ побужденій, а извнѣ накладываетъ на человѣка обязанности,-- эта мораль стѣсняетъ только свободу личности, производитъ только гнетъ на мысль и чувство. Протестъ со стороны личности противъ такого гнета былъ заявленъ Ибсеномъ самобытно и смѣло. Онъ не могъ не проиввесть впечатлѣнія на европейскую публику. Какъ всякій протестъ, онъ вызывалъ на борьбу, поднималъ духъ, внушалъ энергію и бодрость. А такое впечатлѣніе составляло здоровую реакцію тому унынію и пессимизму, какія навѣяны были и Шопенгауэромъ, и французскими натуралистическими романами.
   У Ибсена обѣ его героини протестуютъ противъ самаго основанія, противъ самаго смысла господствующаго порядка вещей. Обѣ онѣ ищутъ новаго смысла жизни, новыхъ идеаловъ семьи и общества. Обѣ требуютъ независимости мысли и искренности чувства. Такимъ образомъ въ обѣихъ авторъ воплощаетъ борьбу свободы и правды съ авторитетами и традиціями. Такое направленіе поставило Ибсена въ ряды передовыхъ борцовъ мысли, и его драмами стали пользоваться для своихъ обличеній всѣ недовольные современнымъ строемъ общества. Ибсенъ причисленъ былъ въ ниспровергателямъ существующаго, къ революціонерамъ и анархистамъ; а потому за нимъ надолго утвердилась репутація поэта-деморализатора, дерзновеннаго отрицателя нравственности -- семейной и общественной. Но утвердилась, какъ мы сейчасъ увидимъ, неосновательно.
   Впрочемъ, драма, послѣдовавшая тотчасъ же за "Привидѣніями",-- "Врагъ народа",-- способствовала этой репутаціи. Въ ней протестъ личности противъ общества идетъ дальше, возбуждается не противъ семейныхъ устоевъ, а противъ всего общественно-политическаго быта. Норвегія, какую видимъ въ драмахъ Ибсена, испытываетъ сильное броженіе умовъ и ломку всего своего строя. Противъ лютеранскаго піетизма и противъ консерватизма чиновниковъ-бюрократовъ выступаетъ партія свободомыслящихъ и оппозиція либерально-демократическаго большинства. У Ибсена мы встрѣчаемъ представителей того и другого лагеря; но симпатіи его несомнѣнно на сторонѣ тѣхъ, кто ищетъ свободы и правды внѣ всякихъ партій и лагерей. Потому что жизнь общества, всего общества, со всѣми его партіями, представляется у него построенной на лжи, корысти и эгоизмѣ. Это ли не отрицательный взглядъ на жизнь? А между тѣмъ отъ драмы получается иное, не пессимистическое, впечатлѣніе.
   Ея герой, д-ръ Штокманъ, человѣкъ правдивый, прямой, прозванъ за гуманность и демократизмъ убѣжденій -- другомъ народа. Онъ приходитъ въ столкновеніе съ цѣлымъ городомъ, лишается заработка, друзей, всеобщаго уваженія и даже получаетъ прозвище "врага народа" за то только, что огласилъ истину. Истина эта имѣетъ цѣлью благо человѣчества. Но ни истина, ни благо не нужны городскимъ обывателямъ и ни которому изъ ихъ лагерей. Потому правдивость и безкорыстіе д-ра Штокмана навлекаютъ на него преслѣдованія со стороны всего общества. Противъ него возстаютъ и власти, и либеральная оппозиція. Ибсенъ заставляетъ Штокмана признать, что либералы и демократическое большинство -- самые опасные враги прогресса и истинной свободы. Изобличая это большинство (въ знаменитой рѣчи IV д.), онъ доказываетъ, что толпа, ея косность и невѣжественность больше тормозятъ развитіе общества, чѣмъ консерватизмъ властей. Толпа за это побиваетъ Штокмана камнями. Но онъ не боится толпы. Онъ одинокъ и силенъ. Силенъ сознаніемъ своей правоты и своею вѣрою въ лучшее будущее. Эта сила, вложенная Ибсеномъ въ его героя, и миритъ читателя съ пессимизмомъ въ изображеніи общества. Хочется вѣрить, такъ же, какъ вѣритъ Штокманъ, что нѣкоторымъ отдѣльнымъ лицамъ бываетъ прирождено духовное превосходство передъ другими, и что это превосходство восторжествуетъ, наконецъ, въ жизни общества. Штокманъ ставитъ себѣ задачей искать такихъ избранниковъ между уличными дѣтьми-оборванцами и воспитывать въ нихъ и умъ свободный, и правдивость сердца. Благородство этихъ избранниковъ поведетъ дальше его дѣло, дѣло культуры, просвѣщенія, борьбы съ людскимъ эгоизмомъ и невѣжествомъ.
   Таковъ идеалъ, во имя котораго герой Ибсена дѣлается врагомъ родного города. Таковъ индивидуалистическій идеалъ и самого поэта. Онъ лежитъ въ основѣ его протеста и въ основѣ всѣхъ его обличеній. Только нигдѣ этотъ идеалъ и эта вѣра въ благородство избранныхъ людей утвердительно не выражены съ ясностью. Наоборотъ, по мѣрѣ развитія таланта, по мѣрѣ изученія жизни, этотъ идеалъ осложняется и видоизмѣняется неузнаваемо. Вотъ почему отрицательная мысль Ибсена поражаетъ съ перваго взгляда, а положительная ея основа скрыта въ сложности и запутанности тѣхъ вопросовъ, которыхъ она касается. Отсюда и обвиненія Ибсена въ невѣріи и пессимизмѣ. А между тѣмъ вѣра въ человѣка и исканіе того высшаго начала жизни, которое примиряетъ противорѣчія ума и сердца, знанія и вѣры -- вотъ главная основа поэзіи Ибсена. Потому вопросъ о смыслѣ и назначеніи жизни; исканіе идеальной цѣли и проведеніе найденныхъ идеаловъ въ жизнь; смѣна идеаловъ -- замѣна прежнихъ новыми, основанными на разумѣ; болѣзненные процессы, сопровождающіе въ душѣ отдѣльнаго человѣка эти перевороты;-- таковы главные мотивы Ибсеновскихъ драмъ. Мнимый анархистъ-революціонеръ Ибсенъ -- прежде всего романтикъ-идеалистъ. Онъ смотритъ на жизнь съ большой высоты, съ высоты отвлеченной мысли. Въ этой отвлеченности -- причина символизма его. Что же иное и представляетъ собою символизмъ, какъ не внесеніе высшаго, отвлеченнаго смысла въ факты повседневности? Символизмъ -- основное свойство его таланта. Это -- порывъ фантазіи въ область мечты, въ міръ непостижимаго. Раньше европейской славы Ибсена, эта склонность его къ отвлеченности сказалась въ цѣломъ рядѣ произведеній, которыя на родинѣ его и въ Германіи создали ему громкое имя. У насъ онѣ мало извѣстны и наврядъ ли могутъ быть популярны. Слишкомъ сильно проникнуты онѣ скандинавскимъ духомъ, слишкомъ ярко окрашены мѣстнымъ колоритомъ. А между тѣмъ безъ нихъ непонятно творчество Ибсена; а онѣ, въ свою очередь, неотдѣлимы отъ біографіи поэта; ея и необходимо теперь коснуться.
   Внѣшнихъ событій въ этой длинной и плодотворной жизни немного. Родился Ибсенъ въ мартѣ 1828 г., въ маленькомъ приморскомъ городкѣ, въ семьѣ обѣднѣвшихъ купцовъ. Учился онъ сперва въ начальной школѣ, а затѣмъ поступилъ "мальчикомъ" въ аптеку. Тутъ у него проявляется сильная умственная жажда, и онъ начинаетъ готовиться въ университету. Школьныя изданія Саллюстія и Цицерона воспламеняютъ его фантазію: онъ пишетъ первую свою драму -- "Каталина". Пишетъ я лирическіе стихи: привѣтствуетъ въ нихъ революцію 1848 года, взываетъ къ высокимъ чувствамъ скандинавовъ, возмущается недостаткомъ въ нихъ патріотизма и т. п. Драму свою онъ печатаетъ, но сбыта ей не находитъ и продаетъ ее съ вѣсу на бумагу. Зато второе его драматическое произведеніе -- одноактная пьеса изъ норвежской исторіи -- попадаетъ на сцену и имѣетъ успѣхъ; этотъ успѣхъ отвлекаетъ его отъ науки: экзаменъ онъ сдаетъ, но въ университетъ не поступаетъ, а сходится съ молодыми литераторами и затѣваетъ газету. Подписчиковъ на газету не находится, и издатель бѣдствуетъ -- часто даже голодаетъ по цѣлымъ днямъ. Наконецъ, мѣсто при театрѣ въ Бергенѣ даетъ ему нѣкоторое обезпеченіе; онъ женится и весь отдается театру. Десять лѣтъ работаетъ онъ для сцены, сперва въ провинціи, затѣмъ и въ самой Христіаніи. По службѣ онъ обязанъ ежегодно ставить одну свою пьесу, а затѣмъ выбирать и разучивать съ труппою чужія, оригинальныя и переводныя. Природная склонность въ драматической формѣ сказалась у него уже въ обработкѣ античнаго сюжета Катилины; а теперь эта склонность укрѣпляется навыками и практикою на сценѣ. Это знакомство съ ремесленною стороною литературы было очень выгодно для техники его позднѣйшихъ драмъ. Но тѣ драмы и историческія трагедіи, на которыхъ онъ тогда практиковался, теперь сами по себѣ не имѣютъ большой цѣны. Онѣ всецѣло принадлежатъ скандинавской литературѣ, той романтикѣ и тѣмъ народно-патріотическимъ теченіямъ, которыя въ ней преобладаютъ въ 50-хъ годахъ. Выдаются изъ этихъ произведеній, имѣли тогда успѣхъ, переводились потомъ и на другіе языки двѣ драмы: "Ингеръ изъ Эстрота" и "Праздникъ въ Сольгаунѣ". Впрочемъ, тѣ особенности мысли и творчества, которыми Ибсенъ близокъ намъ, иностранцамъ, тутъ только намѣчены. Болѣе характерны и индивидуальны двѣ позднѣйшія драмы этого періода: "Сѣверные богатыри" и "Претенденты на корону" съ сюжетами изъ быта и изъ исторіи средневѣковой Норвегіи; но и онѣ, при всемъ своемъ поэтическомъ значеніи, едва-ли удостоились бы перевода на европейскіе языки, еслибы авторъ ихъ не написалъ "Норы", "Привидѣній" и всего послѣдующаго.
   Въ Ибсенѣ, драматургѣ той поры, при всемъ обиліи сценическихъ его работъ, еще преобладаетъ поэтъ-лирикъ. И этотъ лирикъ настроенъ сатирически: онъ неудовлетворенъ тою пошлостью и мелочностью захолустья, которая его окружаетъ. Въ первой пьесѣ, которую онъ пишетъ въ 1862 г. на современные нравы -- въ "Комедіи любви", онъ возстаетъ противъ господствующихъ въ обществѣ взглядовъ на бракъ я любовь; онъ возмущенъ тѣмъ, что люди не понимаютъ красоты и свободы чувства и не сохраняютъ навсегда поэзіи страсти. Любовь, о которой говорится при помолвкахъ и свадьбахъ, не есть настоящая любовь, а только пародія ея,-- потому что въ ней не остается ничего, возвышающаго душу и вдохновляющаго ее на подвиги, на высшія цѣли жизни. Высоко-поэтическое чувство, подъ давленіемъ прозаическихъ заботъ жизни, обращается въ нѣчто скучное, низменное, плоское. Потому поэтъ-герой пьесы и влюбленная въ него дѣвушка и не женятся; онъ, чтобы сохранить всю цѣльность и неприкосновенность идеальнаго порыва, остается холостымъ; а она -- выходитъ весьма прозаически замужъ за человѣка немолодого, но богатаго. Эта пьеса не была понята публикою такъ, какъ задумана ея авторомъ. Приподнятость чувства и паѳосъ въ обличеніи общепринятыхъ обычаевъ и взглядовъ указывали въ поэтѣ на полетъ фантазіи, отрѣшенный отъ всего жизненнаго, реальнаго. Съ высоты отвлеченнаго идеала онъ предъявляетъ въ жизни требованія, непримѣнимыя ни къ какому человѣческому обществу. Но если онъ намѣревался бичевать этой сатирой только свою родину, а не все человѣчество; если онъ негодовалъ на родное общество, то и общество это, въ свою очередь, вознегодовало на своего строгаго и несправедливаго обличителя: "Комедію любви" упрекнули въ безнравственности замысла, а на автора ея посыпались тѣ сплетни и клеветы, которыми захолустье часто награждаетъ своихъ выдающихся людей. Ибсенъ поссорился съ родиною и въ 1864 году уѣхалъ въ Италію; потомъ онъ долго жилъ и путешествовалъ въ Германіи; а въ Норвегію возвращался лишь на короткіе сроки. Только черезъ двадцать лѣтъ вернулся онъ въ Христіанію, поселился въ ней и живетъ до сихъ поръ, какъ національный поэтъ и какъ европейская знаменитость.
   Славу національнаго поэта заслужилъ онъ "Брандомъ" и "Иверомъ Гинтомъ"; обѣ поэмы написаны въ Италіи. "Въ солнечной пристани южнаго моря сжигалъ онъ свои корабли,-- пишетъ Ибсенъ въ одномъ стихотвореніи,-- а дымъ ихъ тянуло въ сѣверу; и по этимъ воздушнымъ мостамъ фантазія уносила поэта на родину". Такъ было съ самимъ Ибсеномъ. Мысль его не могла оторваться отъ Норвегіи, и обѣ поэмы воплощаютъ двѣ крайности норвежскаго народнаго характера: Брандъ -- это непреклонность, суровость воли, закаленной въ борьбѣ съ природою, напряженность всѣхъ силъ и прямолинейность въ достиженіи разъ намѣченной цѣли. Пееръ Гнятъ -- гибкость натуры, богатство фантазіи, отсутствіе ясно-сознаннаго плана и разрозненность стремленій, въ противоположность единству и цѣльности Бранда.
   Молодой пасторъ Брандъ проповѣдуетъ новый идеалъ жигни; борьба за этотъ идеалъ съ массою народной и съ представителями общества и государства и составляетъ содержаніе драматической поэмы. Брандъ -- пасторъ, но это не одинъ изъ тѣхъ сектантовъ, которыми богато скандинавское и нѣмецкое лютеранство. Ученіе его не имѣетъ отдѣльныхъ отъ церкви догматовъ, правилъ или предписаній; оно требуетъ отъ людей, чтобы ихъ религія не отдѣлялась отъ жизни, убѣжденія отъ дѣла; чтобы вѣра или мысль проникала всего человѣка, чтобы вся жизнь направлена была въ высшей цѣли и отрѣшена это всего низменнаго, корыстнаго, эгоистичнаго... Въ жизни должна быть цѣльность, потому девизъ проповѣдника -- "все или ничего". Это значитъ: иди во всемъ до конца, не бойся жертвъ, не бойся борьбы за ту цѣль, которую избралъ. Для такой борьбы необходима крѣпкая воля; напряженіе воли и есть по этому ученію первое и необходимое условіе спасенія. Силою воли надѣленъ самъ проповѣдникъ и самъ можетъ дать примѣръ того, онъ требуетъ отъ людей. У него дѣло не противорѣчитъ слову и мысли. Воля у него не останавливается ни передъ какими препятствіями; онъ жертвуетъ всѣмъ, чтобы остаться вѣрнымъ себѣ; за цѣльность своего ученія онъ отдаетъ самыя дорогія свои привязанности: и спасеніе матери, и жизнь сына, и жизнь жены,-- наконецъ и свою собственную жизнь. Старуха-мать его, скупая, жадная крестьянка, заболѣваетъ; онъ не хочетъ идти къ ней, пока, для спасенія души, она не пожертвуетъ всѣмъ своимъ достояніемъ. Она соглашается отдать сперва половину, потомъ девять-десятыхъ всего; но онъ требуетъ все ничего -- и она умираетъ безъ его пасторскаго напутствія. Хирѣетъ маленькій сынъ его отъ суровости климата; но Брандъ не уходитъ изъ этого прихода, потому что тутъ долженъ довести свою дѣятельность до конца. Страстную любовь къ семьѣ онъ приноситъ въ жертву своему призванію. Ребенокъ умираетъ; умираетъ за нимъ и жена. Какъ ни мучится и ни тоскуетъ Брандъ, онъ все-таки не отступаетъ отъ своего дѣла; своимъ вдохновеннымъ словомъ онъ сильно поднимаетъ духъ своей паствы -- одичалаго крестьянства на крайнемъ сѣверѣ; но религіозное возбужденіе народа длится не долго: отрѣшиться отъ матеріальныхъ благъ, какъ того требуетъ учитель, и принесть свое благосостояніе въ жертву высшей дѣли, толпа не можетъ. Возбужденіе ея скоро падаетъ, и проповѣдникъ побивается камнями. Борьба за идеалъ кончается пораженіемъ идеалиста. Въ заключеніе ему въ видѣніяхъ являются сынъ, жена, хоры невидимыхъ духовъ: онъ сомнѣвается, вѣрно ли онъ понялъ свое призваніе, вѣрно ли было самое его ученіе. "Скажи мнѣ, Боже,-- вопрошаетъ онъ передъ смертью,-- достаточно ли силы воли для спасенія?" -- "Богъ есть милосердіе",-- отвѣчаетъ таинственный голосъ.
   Но милосердія и снисхожденія къ слабости не знала прямолинейность и строгость проповѣдника, а между тѣмъ Брандъ, при всей своей суровости, не черствый и не жесткій изувѣръ: онъ самъ глубоко страдаетъ изъ-за идеи, насилуетъ свою природу и ломаетъ жизнь -- точно такъ же, какъ г-жа Альвингъ въ "Привидѣніяхъ" изломала свою во имя долга, во имя отвлеченной добродѣтели. Эта способность подчиняться отвлеченному понятію, бороться за идею, отдаваться ей, всецѣло жертвовать собою -- племенная, національная черта. Всѣмъ почти героямъ Ибсена свойственъ такой идеализмъ; всѣ они болѣе или менѣе сознательно стремятся къ какой-нибудь отвлеченной цѣли. Если же мы спросимъ себя, въ чемъ собственно цѣль жизни Бранда, въ чемъ сущность его ученія -- поэма не дастъ на это отвѣта: Ибсена здѣсь интересуетъ только борьба за идею, за нѣчто общее и отвлеченное, а не положительная доктрина. Этотъ герой, по собственному признанію поэта, могъ бы быть не священникомъ, а политическимъ дѣятелемъ, ученымъ или художникомъ; поэту дорога прежде всего та цѣльность личности, то все или ничего, подъ которое можно подвести любую идею.
   Настойчивость и непреклонность воли, привычка къ борьбѣ, къ напряженію, выработываются въ народѣ не только свойствомъ расы, но и природою и климатомъ Норвегіи; тѣ же самыя условія порождаютъ и обратныя стороны характера. Люди, неспособные къ борьбѣ, а надѣленные фантазіею, уходятъ отъ суровой дѣйствительности въ міръ вымысловъ, отдаются силѣ случайностей въ жизни. Таковъ Пееръ Гинтъ, молодой крестьянинъ, охотникъ до розсказней, сочинитель всякихъ небылицъ. Фигура эта заимствована Ибсеномъ изъ народныхъ сказокъ. Тутъ скандинавская фантазія норвежца сказалась созданіемъ символическихъ существъ въ видѣ горныхъ духовъ, тролловъ, лѣсныхъ фей, разныхъ чудовищъ и т. п. Въ нихъ олицетворяются или душевныя силы человѣка, или стихійныя силы природы. Идея поэмы крайне осложнена и даже запутана фантастическимъ элементомъ и намекам