# Радостный круг

Александр Иванович Журин

ЮДОЛЬ.

Рондо

Мир во мне

Мой идеал

Вечные мгновения

Сонет-акростих

Городок

Весна

Горное озеро

Аллитерация

НОЧИ.

На исходе дня

Элегия

Метеор

Сознание

Ночь (Сонет)

Ночью

Ночь города

В кафешантане

Есть лица

Письмо из Крыма

БАЛЛАДЫ.

О поцелуях Флорентины

О равнодушной Эльвире

На мотив испанской серенады.

ТР╤ОЛЕТЫ.

Он пел один

Все повторяется

Воспоминание мое

Мадонна

Кокетство милое

Свидание

Амазонка

Маркиза

Королева

Паж

Диалог в триолетах

ЛЮБОВНЫЯ ПѢСЕНКИ.

Она придет

Сонет-акростих (А. С.)

К m-lle ***

Задумчивой девушке

На взморье

La beauté du diable

Бывают встречи

В час, когда

Любимой

Сирене

Ответ

Принц

Юной актрисе

Трубадур - комедиантке

Поэт a Ninette

Е. H. К.

Е. А. Маршевой..

З. Г. П.....

Письмо к B. Н. Б.

ОПЯТЬ ВЪ ТЮРЬМЕ.

Опять в тюрьме!

Звуки мира

Песня неба

Врагам

Монолог

Тюремное свидание

Моим старушкам

Письмо к А. М. П.

МОМЕНТЫ.

Безвременье

Военная песня

Морская битва

Из писем на войну

Плач Бельгии

## АЛЕКСАНДРЪ ЖУРИНЪ


## РАДОСТНЫЙ КРУГЪ


ВТОРАЯ КНИГА СТИХОВЪ


съ приложеніемъ переводовъ изъ Шарля Бодлэра и комедіи Поля Верлена


Издательство "Новая жизнь"

Москва -- 1915


СОДЕРЖАНІЕ.


ЮДОЛЬ.

Рондо

Міръ во мнѣ

Мой идеалъ

Вѣчныя мгновенія

Сонетъ-акростихъ

Городокъ

Весна

Горное озеро

Аллитерація

НОЧИ.

На исходѣ дня

Элегія

Метеоръ

Сознаніе

Ночь (Сонетъ)

Ночью

Ночь города

Въ кафешантанѣ

Есть лица

Письмо изъ Крыма

БАЛЛАДЫ.

О поцѣлуяхъ Флорентины

О равнодушной Эльвирѣ

На мотивъ испанской серенады.

ТРІОЛЕТЫ.

Онъ пѣлъ одинъ

Все повторяется

Воспоминаніе мое

Мадонна

Кокетство милое

Свиданіе

Амазонка

Маркиза

Королева

Пажъ

Діалогъ въ тріолетахъ

ЛЮБОВНЫЯ ПѢСЕНКИ.

Она придетъ

Сонетъ-акростихъ (А. С.)

Къ m-lle ***

Задумчивой дѣвушкѣ

На взморьѣ

La beauté du diable

Бываютъ встрѣчи

Въ часъ, когда

Любимой

Сиренѣ

Отвѣтъ

Принцъ

Юной актрисѣ

Трубадуръ -- комедіанткѣ

Поэтъ a Ninette

Е. H. К.

Е. А. Маршевой..

З. Г. П.....

Письмо къ B. Н. Б.

ОПЯТЬ ВЪ ТЮРЬМѢ.

Опять въ тюрьмѣ!

Звуки міра

Пѣсня неба

Врагамъ

Монологъ

Тюремное свиданіе

Моимъ старушкамъ

Письмо къ А. М. П.

МОМЕНТЫ.

Безвременье

Военная пѣсня

Морская битва

Изъ писемъ на войну

Плачъ Бельгіи


## Радостный кругъ


## ЮДОЛЬ.


## РОНДО.


Свершая кругъ, все радостно пріемли:

Любовь и смерть, усладу и недугъ.

Душою всю вселенную объемли:

И шороху, и грому чутко внемли,

Взгляни на все съ улыбкою, какъ другъ.

Враждебныя родными станутъ земли.

Ты образъ свой во всемъ увидишь вдругъ...

Придя къ себѣ, ты вышелъ не затѣмъ ли,

Свершая кругъ?

Чужда вражда -- и дикъ слѣпой испугъ.

Сокровища души своей повѣмъ ли,

Когда цвѣтетъ душистый, звонкій лугъ?

Вонзая вглубь трудолюбивый плугъ,

Сырую новь ты весело подъемли,

Свершая кругъ.


## * * *


Отецъ во Мнѣ и Я въ Отцѣ...


Міръ во мнѣ и въ мірѣ я,

Какъ единое звено

Вѣчной цѣпи бытія.

Все пріемлю, что дано.

Чужедальные ль края,

Русь ли -- жить мнѣ все равно:

Всюду родина моя.

Хорошо подъ солнцемъ жить,

Заодно съ луной мечтать,

Со вселенной душу слить,

Сердцемъ въ пѣсняхъ зазвучать!

А когда порвется нить,

Встрѣтивъ тайны благодать,

Въ Божьемъ мірѣ миръ вкусить.


## МОЙ ИДЕАЛЪ.


Свободенъ, какъ сама Свобода,

Мой духъ не знаетъ надъ собой

Ни власти Бога, ни Народа,

Ни граней, созданныхъ Судьбой.

И, презирая всѣ законы

Земные эти, въ небѣ -- тѣ,

Воздвигъ я царственные троны

Моей божественной Мечтѣ!

Моей душою все изжито:

И жизнь, и смерть, и рай, и адъ.

Въ ней все разрозненное слито

Въ единый ароматный садъ.

Для всѣхъ, кто хочетъ, не запретна,

Несокрушимая, какъ страсть,

Какъ Человѣчество, безсмертна

Моей пѣвучей лиры Власть!


## ВѢЧНЫЯ МГНОВЕНІЯ.


Времена, властители, пророки --

Всѣ безслѣдно таютъ, словно дымъ:

Всѣхъ временъ измѣнчивы потоки,

Каждый былъ властитель побѣдимъ,

Предсказаньямъ наступаютъ сроки

И ничто не повторится вновь.

Въ проявленьяхъ жизни скоротечныхъ --

Три мгновенья, три мгновенья вѣчны:

Это -- мука, творчество, любовь.

Нѣтъ души, нѣтъ тѣла, нѣтъ созданья,

Что, живя, не вѣдало страданья.

Въ міровой, таинственной тиши

Вѣчны пѣсни творческой души,

И всесильно бытіе вселенной

Лишь любовью вѣчной и мгновенной.


## СОНЕТЪ -- АКРОСТИХЪ.


Едва ли намъ осталось въ жизни много

Веселыхъ и весеннихъ, легкихъ дней.

Грядущаго убавилась дорога:

Ея конецъ, чѣмъ дальше, тѣмъ виднѣй...

Насъ тяготитъ любовная тревога.

Іюль прошелъ. Намъ стало холоднѣй.

Юдоль свою мы изживемъ полнѣй,

Возвышеннымъ мечтамъ предавшись строго:

Аккордамъ струнъ душевныхъ нестерпимъ

Шумъ суетныхъ, житейскихъ треволненій.

Какое солнце мы воспламенимъ

Огнемъ души! Какую, другъ Евгеній,

Высокую мы радость ощутимъ,

Уединясь для чистыхъ вдохновеній!..


## ГОРОДОКЪ.


И. И. П.


Жизнью ль позабытый, Богомъ ли хранимый,

Все стоитъ такой же милый городокъ

На холмѣ надъ рѣчкой, съ дѣтства мной любимый,

Кладъ воспоминаній, тихій уголокъ.

Уголокъ уютный... Въ немъ я снова дома.

Бѣлый, пятиглавый высится соборъ,

Съ красными рядами площадь... Все знакомо:

Даже захромавшій, старенькій заборъ...

Позади домишекъ всюду огороды;

Въ нихъ морковь и рѣпа съ лопухомъ растутъ,

Огурцы, крыжовникъ, что, враги природы,

Куры да мальчишки безпощадно рвутъ.

Въ жаркій день іюльскій спустишься лѣниво

Къ рѣчкѣ тихоструйной, съ берега нырнешь:

Подъ водой плотичка увильнетъ пугливо...

Вынырнешь и бодро, сладостно вздохнешь!..

Вечеромъ на лодкѣ съ нѣжною красоткой,

Внизъ плывя спокойно, пѣсни запоемъ.

Тишь стоитъ на небѣ, надъ рѣкой, надъ лодкой;

Вечеръ словно знаетъ, что мы здѣсь вдвоемъ...

Будутъ ли упреки, будутъ ли признанья,

Слезы ль, поцѣлуи,-- все прими, любя:

Въ жизни одинокой грусть воспоминанья

Тихой, нѣжной лаской станетъ для тебя.

Гдѣ бъ я ни скитался, горестью гонимый,--

Знаю я, что гдѣ-то, близокъ иль далекъ,

Жизнью ль позабытый, Богомъ ли хранимый,

Все стоитъ такой же милый городокъ.


## ВЕСНА.


Звенитъ веселый воздухъ вольный

Весеннимъ звономъ голубымъ,--

И всѣ прохожіе довольны:

Вновь каждый любитъ и любимъ.

Струится солнце меда слаще,

Осыпавъ изумрудомъ даль,

Набросивъ на лѣсныя чащи

Зеленоватую вуаль.

Благоуханны, благодатны,

Цвѣты, какъ дѣвушки, цвѣтутъ.

Любовныя томленья внятны

Мнѣ въ каждомъ трепетѣ минутъ.

Меня пьянятъ съ былинки гибкой,

Съ полупрозрачнаго листа

Влюбленной женщины улыбки

И поцѣлуйныя уста.


## ГОРНОЕ ОЗЕРО.


Озеро горное гордо лазорево,

Озеро зоркое -- зеркало зыбкое.

Въ чашу прибрежнаго брошены бережно

Небо бездонное, солнце безсонное,

Облака облики пѣнные, плѣнные...

Вѣтреный воздухъ, величіе вечера

Встрѣтивъ, прилегъ и прилежно прислушался.

Хаосу черному своды покорные

Въ чуткія, жуткія воды озерныя

Стали съ таинственной, тающей бездною,

Съ вѣчно веселой вселенною звѣздною.


## АЛЛИТЕРАЦІЯ.


У меня умѣнья много

Все, что въ сердцѣ, воспѣвать,

Смѣло, странно, страстно, строго,

Затаенно заставлять

Словъ созвучныхъ сочетанья

Зазвенѣть, запѣть -- затѣмъ.

Чтобъ могло метать мечтанье

Тѣни тайныхъ, темныхъ темъ.

Сладко слуху словъ сліянье,

Сонъ сонета, мыслей соль...

Праздникъ -- призраковъ признанье,

Бѣднымъ буднямъ -- быль и боль.


## НОЧИ.


## НА ИСХОДѢ ДНЯ.


Земля, плѣненная вселенной,

Остыла въ хаосѣ ночномъ

И на разсвѣтѣ вдохновенно

Въ слезахъ молилась о дневномъ.

И ночь, блѣднѣя предъ уходомъ,

Превозмогаемая днемъ,

Въ звѣздѣ повлѣдней надъ восходомъ

Горѣла жертвеннымъ огнемъ.

Молитву міра Богъ услышалъ

И день свой лучшій даровалъ,

И ты на подвигъ жизни вышелъ...

Но міръ тебя очаровалъ.

Святую муку вдохновеній

Смѣнивъ забавой суеты,

Въ сѣть соблазнительныхъ мгновеній,

Порабощенный, падалъ ты..

И вотъ, прекрасный, невозвратный,

Уходитъ Богомъ данный день,

И въ часъ прощальный, въ часъ закатный

Ты плачешь, видя ночи тѣнь.

Ужъ солнца слѣдъ послѣдній, тая,

Зарю багряную творитъ,

Вселенной вѣстница златая --

Звѣзда вечерняя горитъ.

Какъ другъ, приходитъ вечеръ алый

Съ призывомъ къ тайнѣ, къ тишинѣ...

А ты, усталый, запоздалый,

О новомъ помышляешь днѣ...

Что можетъ быть конца побѣднѣй!

Ты слышишь отдаленный звонъ?

Твой каждый день есть день послѣдній

И непробуденъ каждый сонъ!


## ЭЛЕГІЯ.


Былъ вечеръ тихъ, какъ грусть воспоминанья.

Какъ сумерки, печальны мы съ тобой.

Мы вспомнили о гордомъ упованьѣ

И о мечтахъ, развѣянныхъ судьбой.

Вороны въ лѣсъ, прокаркавъ, пролетѣли...

Твой долгій взглядъ былъ устремленъ туда,

И влажные глаза твои блестѣли,

Какъ надъ зарей алмазная звѣзда.

Прохладную и маленькую руку

Я бережно прижалъ къ моимъ губамъ.

Всю нашу скорбь какому ввѣрить звуку

И нашу мысль какимъ отдать словамъ?..

И ты ко мнѣ безпомощно прижалась,

Подъ шаль свою съ улыбкой привлекла..

А ночь, сіяя, тихо приближалась

И бездною, какъ мать, насъ обняла.


## МЕТЕОРЪ


Въ пустыхъ поляхъ скудѣющей равнины

Скорбя, въ туманъ закуталась рѣка,

И черные нахмурились овины,

И черная гнететъ меня тоска.

Въ вечерній часъ все стало силуэтомъ,

Все, почернѣвъ, утратило цвѣта.

Унылый край дневнымъ испуганъ свѣтомъ:

Убожеству приличнѣй темнота.

Сіяетъ ночь надъ горестнымъ просторомъ,

Таинственнымъ величіемъ дыша.

Я на міры гляжу пытливымъ взоромъ --

И отъ земли уносится душа...

Вдругъ метеоръ прорѣзалъ тьму ночную

Царапиной внезапной, огневой --

И, неба сынъ, пріемлетъ жизнь земную,

Въ послѣдній разъ полетъ свершая свой.

Гдѣ бъ ни былъ онъ: на днѣ ли океана,

Въ заоблачной ли выси снѣжныхъ горъ,

На льду полярномъ, въ кратерѣ вулкана,--

Судьбы земной свершится приговоръ:

Небесный гость, ниспосланный вселенной,

Подобный въ небѣ пламенной стрѣлѣ,

Холодный, неподвижный, темный, плѣнный,

Ничтожнымъ прахомъ станетъ на землѣ!


## СОЗНАНІЕ.


Неутолимое сознанье

Проникновенною стрѣлой

Пронзаетъ бездну мірозданья

И душу -- вкрадчивой иглой.

Но ограниченъ и невѣренъ

Сознанья блѣдный кругозоръ

И въ безднѣ хаоса затерянъ,

Какъ промелькнувшій метеоръ.

Сознаніе въ душѣ бездонной.

Холодное, какъ лунный лучъ,

Въ стихію страсти раскаленной

Вливаетъ леденящій ключъ.

Мысль наблюденье наблюдаетъ,

Самосознанье сознаетъ,

Мнѣ сердце, какъ змѣя, сжимаетъ

И цѣпи горести куетъ...

Но исчезаетъ ледъ раздумій

И вспыхиваетъ свѣтлый взрывъ

Очаровательныхъ безумій

И вдохновенія порывъ,--

Когда, какъ солнце во вселенной,

Я лучезарно полюблю

И мыслью радостной и плѣнной

Безмысліе благословлю!


## НОЧЬ.


(Сонетъ).


Какъ океанъ объемлетъ шаръ земной,

Земная жизнь кругомъ объята снами...

Тютчевъ.

Иныхъ міровъ огни горятъ надъ нами

И океанъ вселенной -- мракъ ночной --

Широкими, беззвучными волнами

Властительно объемлетъ міръ земной.

Стремленье знать, что скрыто глубиной,

Испытанное всѣми племенами,

Завѣщанное всѣми временами,

Терзаетъ умъ безпомощный, больной.

Ахъ, никому не подсказала Вѣчность,

Что значатъ пустота и безконечность!

Но жажду тайной мы не утолимъ,

И, скорбь души смѣняя на безпечность,

Отъ ночи міръ огнями отдѣлимъ,

Пытливый духъ страстями укротимъ...


## НОЧЬЮ.


Взгляни, какъ много звѣздъ вокругъ,

Какъ ночь бездонна и безкрайна!

Ты замѣчаешь ли, мой другъ,

Какъ неразлучны тьма и тайна?

Кого мы спросимъ: Что же тамъ --

За безпредѣльностью предѣла?

Туда свободенъ путь мечтамъ,

Но до мечтаній нѣтъ намъ дѣла!

Чего нельзя постичь умомъ

Во тьмѣ таинственной, глубокой,

То мы воспримемъ и поймемъ

Душою темной, одинокой.

Мы гнусно пресмыкались днемъ,

Гоняясь жадно за добычей,

А ночью, озаривъ огнемъ

И нашъ пріютъ, и нашъ обычай,

Мы отдѣляемъ стройный міръ

Отъ хаотической вселенной

И собираемся на пиръ

Страстей и лѣни вдохновенной.

Цѣлуйся, пой, играй, пляши

И обнажай необычайно

Ночной провалъ твоей души,

Гдѣ та же тьма и та же тайна!


## НОЧЬ ГОРОДА.


Моремъ зданій каменнымъ широкимъ

Городъ замеръ гордо на холмахъ.

Какъ завиденъ людямъ одинокимъ

Свѣтъ уюта въ замкнутыхъ домахъ!..

Я къ тревогамъ города прикованъ

И къ тоскѣ моей приговоренъ,

Сладострастьемъ ночи околдованъ,

Прелестью красавицъ ослѣпленъ.

Днемъ одну преслѣдую задачу --

Въ золото мгновенья превратить,

Ночью все я царственно растрачу,

Чтобъ тоску безумьемъ укротить.

Ночью всѣ цвѣты благоуханнѣй,

А инымъ во всей ихъ красотѣ

Расцвѣтать привольнѣй и желаннѣй

Въ звѣздный часъ въ уютной темнотѣ.

Ночью всѣ красавицы прелестнѣй,

А иныхъ нигдѣ не встрѣтишь днемъ:

Прелесть ихъ, нежданная, чудеснѣй

Въ часъ ночной, рожденная огнемъ.

Встрѣчу я улыбки незнакомокъ,

Нѣжный взглядъ, прекрасныя черты --

И среди души моей потемокъ

Вспыхиваютъ жгучія мечты.

Словно слышны ласковыя рѣчи,

Будто близки влажныя уста...

Но средь многихъ нѣтъ единой встрѣчи

И съ толпой вся улица пуста.

Пусть же мчитъ послушно и мгновенно

Быстрый конь иль мягкій самокатъ!..

Душу я ввергаю дерзновенно

Въ пьяный чадъ и въ горестный развратъ!..


## ВЪ КАФЕШАНТАНѢ


Въ кафешантанѣ желто-розовомъ,

Облокотись на баллюстраду,

Нарядная, въ молчаньи грезовомъ,

Ты жадно смотришь на эстраду.

А тамъ, какъ будто подневольныя,

Въ лучѣ сверкали этуали,

Подъ вальсъ крича слова фривольныя,

Взвивая ножками вуали.

Тѣлодвиженіями гибкими

Тамъ цѣломудріе казнили,

Окаменѣлыми улыбками

Мужчинъ пьянѣющихъ дразнили...

Безстрастнымъ жрицамъ сладострастія

Ты посылала fleurs d'oranges,

За ихъ упорное безстрастіе

Ты называла ихъ "les anges".

Ты говорила:-- Долгъ единственный

Всѣхъ женщинъ -- быть всегда любимой.

А сила власти чаръ таинственной --

Въ жестокости неколебимой.

-- Судьба трагически обманчива,--

Я буду здѣсь иль "модной львицей"...

Но какъ волшебно, какъ заманчиво

Быть сладострастія царицей!..

-- Не говори мнѣ о возвышенномъ,

О добродѣтельномъ горѣньи,

Такъ часто, часто мною слышанномъ,

Что я скучаю отъ презрѣнья.

-- Кафешантанъ, какъ подвигъ жизненный,

Я изберу сама, быть можетъ...

А взоръ твой скорбный, укоризненный

Не отвратитъ и не поможетъ...


## * * *


Есть лица,-- красотой плѣнительной,

Огнемъ очей во тьмѣ ночей

Сонъ ослѣпительный и длительный

На душу вѣютъ безъ рѣчей.

Есть поцѣлуи сладко -- жгучіе,

Они таятъ вино и ядъ,

И, счастьемъ мучая, пѣвучіе,

Восторгъ и смерть душѣ дарятъ.

Есть души ночи непреклонныя,

Сильна ихъ власть, какъ бездны пасть,

Онѣ, бездонныя, безсонныя,

Превозмогаютъ смерть и страсть.


## ПИСЬМО ИЗЪ КРЫМА.


Е. Л. Я.


Я получить отъ Васъ былъ радъ

На "атъ" созвучій длинный рядъ

И, чтобъ отвѣтить Вамъ впопадъ,--

Не бойтесь,-- только риѳмой "ядъ"

Пишу въ далекій, стольный градъ,

Гдѣ юбилеи, гдѣ парадъ

Россійскихъ войскъ: полковъ, бригадъ,

Торжествъ военныхъ трескъ и чадъ,

Гдѣ билліардной пытки адъ,

Гдѣ отъ нея у Васъ разладъ

Съ авансомъ вышелъ и распадъ

И Вамъ придется наугадъ

Искать зарытый предкомъ кладъ

Иль что-нибудь нести въ закладъ,

Чтобъ утолить несносный гладъ,

Купить у Яни мармеладъ,

Распить съ блондинкой лимонадъ

И поднести ей шоколадъ.

Стѣной заоблачныхъ громадъ,

Природой созданныхъ преградъ,

Укрылся я въ тиши засадъ

Для упоительныхъ усладъ.

Все нѣжитъ здѣсь усталый взглядъ:

Сейчасъ -- алмазный блескъ плеядъ

И между бѣлыхъ колонадъ

Полетъ сверкающихъ цикадъ.

А днемъ ликуетъ пышный садъ,

Янтарный зрѣетъ виноградъ,

Мѣняетъ море свой нарядъ,

И сердце гаммою отрадъ

Ласкаютъ прелести наядъ,

Купанья сладостный обрядъ,

Игра морскихъ веселыхъ гадъ

И волнъ широкошумный ладъ.

Я совершаю променадъ

На отдаленный водопадъ,

Гдѣ льется дремлющій каскадъ

На радость сѣверныхъ дріадъ,

Мужей и женъ, крикливыхъ чадъ,

Проводниковъ и злыхъ менадъ.

Когда жъ въ Москвѣ наступитъ хладъ,

Польется дождь, посыплетъ градъ,

Начнется грустный листопадъ,--

Тогда вернусь я къ Вамъ назадъ,

Опять приду въ церковный складъ

И буду тамъ, среди лампадъ,

Слагать напѣвы для балладъ,

Поэмъ, сонетовъ, серенадъ

И не искать за нихъ наградъ.

Августъ 1912.


## БАЛЛАДЫ.


## БАЛЛАДА О ПОЦѢЛУЯХЪ ФЛОРЕНТИНЫ.


Когда я вижу благодатный

Весенній дождикъ за окномъ,

Когда прохладой ароматной

Дышу я въ сумракѣ лѣсномъ,

Иль слышу въ воздухѣ ночномъ

Аккорды нѣжной каватины,--

Тогда пою я объ одномъ:

О поцѣлуѣ Флорентины.

Когда уноситъ лучъ закатный

Съ собою думы о дневномъ

И ночь поетъ о необъятной

Любви въ пространствѣ міровомъ,--

Тогда въ объятьи огневомъ,

Въ плѣну любовной паутины,

Молюсь небесному въ земномъ...

О, поцѣлуи Флорентины!..

Звукъ поцѣлуя, непонятный,

Нѣмой въ сознаньи ледяномъ,

Какъ тайна, только сердцу внятный

Утѣшитъ радостнымъ виномъ

И въ одиночествѣ больномъ,

И въ горестяхъ житейской тины,

Когда лишь вспомню я о немъ --

О поцѣлуѣ Флорентины.

Въ предсмертномъ забытьи моемъ

Былого блѣдныя картины

Вы примирите съ вѣчнымъ сномъ,

О, поцѣлуи Флорентины!


## БАЛЛАДА О РАВНОДУШНОЙ ЭЛЬВИРѢ.


Исполнилъ я святой обѣтъ,

Моя прелестная Эльвира!

Трофеи всѣхъ моихъ побѣдъ

У ногъ твоихъ: врага рапира,

Мой шарфъ съ послѣдняго турнира,

Благоуханные цвѣты

И королевская порфира...

Увы, какъ равнодушна ты!..

Виномъ и пѣснями согрѣтъ

Въ чаду изысканнаго пира,

Превозмогая твой запретъ,

О, недоступная Эльвира,

Я съ сладострастіемъ сатира

Въ твои чаруйныя черты

Впился лобзаніемъ вампира...

Увы, какъ равнодушна ты!..

Дай мнѣ единственный отвѣтъ:

Кто для тебя дороже міра?

Кому отдашь ты свой расцвѣтъ.

Свои глаза синѣй сапфира,

Свои уста нѣжнѣй зефира?..

Ахъ, сбудутся ль твои мечты,

Когда меня сразитъ сѣкира?..

Увы, какъ равнодушна ты!..

Я за бездушіе кумира

Тебя низвергну съ высоты.

Пусть негодуетъ, плачетъ лира,--

Увы, какъ равнодушна ты!..


## БАЛЛАДА НА МОТИВЪ ИСПАНСКОЙ СЕРЕНАДЫ.


Я забываю древній родъ

И доблесть вѣрнаго отряда

За твой таинственный приходъ,

За ласку пламеннаго взгляда.

Вотъ успокоилась Гранада

И ночь лелѣетъ каждый звукъ.

Звенитъ призывно серенада:

Придешь ли ты, мой милый другъ?

Въ алмазныхъ искрахъ небосводъ.

Въ аллеяхъ ароматныхъ сада

У звонко падающихъ водъ

Разлиты нѣга и прохлада...

Придешь ли ты, моя наяда,

Моя отрада, мой недугъ,

Моя прелестная дріада,

Придешь ли ты, мой милый другъ?

Заутра ждетъ меня походъ.

Непобѣдимая Армада

Прославитъ въ битвахъ мой народъ.

А мнѣ и почестей не надо,--

Въ тебѣ одной -- моя награда:

Ты завершишь побѣдный кругъ

Игрой любовнаго обряда...

Придешь ли ты, мой милый другъ?

Я презираю муки ада,

Когда тебя увижу вдругъ.

Со мною выпить кубокъ яда

Придешь ли ты, мой милый другъ?


## ТРІОЛЕТЫ.


## * * *


Онъ пѣлъ одинъ среди вершинъ холодныхъ --

И Тишина отвѣтила ему.

Безмолвствуя въ долинѣ дутъ безплодныхъ,

Онъ пѣлъ одинъ среди вершинъ холодныхъ.

Огонь души бросая въ Бездны тьму

И зажигая звѣзды думъ свободныхъ,

Онъ пѣлъ одинъ среди вершинъ холодныхъ --

И Тишина отвѣтила ему.


## * * *


Все повторяется на свѣтѣ:

И день, и ночь, и самый свѣтъ.

Какъ строчки эти въ тріолетѣ,

Все повторяется на свѣтѣ --

И оскорбленье, и привѣтъ...

Неповторимъ одинъ поэтъ,--

Все повторяется на свѣтѣ:

И день, и ночь, и самый свѣтъ.


## * * *


Воспоминаніе мое

И сладостно, и безотрадно,

И мучитъ сердце безпощадно

Воспоминаніе мое.

Все пережилъ бы вновь я жадно.

Но невозвратно бытіе!

Воспоминаніе мое

И сладостно, и безотрадно!


-----


## МАДОННА.


Великолѣпная мадонна

И безнадежно, и бездонно

Въ венеціанца влюблена.

Великолѣпная мадонна

Жизнь источаетъ монотонно...

Но почему осуждена

Великолѣпная мадонна

Такъ безнадежно, такъ бездонно?


## * * *


Кокетство милое, объятья

И ароматныя слова

Вступили вновь въ свои права.

Кокетство милое, объятья...

Отъ нихъ кружится голова,

Но какъ могу ихъ не принять я:

Кокетство милое, объятья

И ароматныя слова?


-----


## СВИДАНІЕ.


Влюбленные цѣлуются въ бесѣдкѣ,

Бесѣдка ихъ цѣлуетъ тишиной.

Шепча въ тѣни зеленой зыбкой сѣтки,

Влюбленные цѣлуются въ бесѣдкѣ:

"Я вся дрожу!.." -- Но ты же вѣдь со мней?..

"Прощай!.." -- Побудь!.. Такія встрѣчи рѣдки!..--

Влюбленные цѣлуются въ бесѣдкѣ,

Бесѣдка ихъ цѣлуетъ тишиной.


## АМАЗОНКА.


Вотъ проскакала амазонка

Аллеей парка по росѣ.

И птицы тамъ запѣли звонко.

Гдѣ проскакала амазонка.

Деревья всѣ ея красѣ

Завидуя, шуршали тонко...

Такъ проскакала амазонка

Аллеей парка по росѣ.


## МАРКИЗА.


Инкогнито была маркиза

У моряка отъ всѣхъ тайкомъ.

Изъ-за любовнаго каприза

Инкогнито была маркиза...

Кто бъ не хотѣлъ быть морякомъ,

Чтобъ для нежданнаго сюрприза

Инкогнито была маркиза

У моряка отъ всѣхъ тайкомъ?..


## КОРОЛЕВА.


Коралловая королева

Велѣла повернуть налѣво,

Увидѣвъ справа короля...

-- Коралловая королева,

Вы измѣнили!.. Тру-ля-ля!..

-- Вамъ что за дѣло!-- И отъ гнѣва

Коралловая королева

Велѣла повернуть... налѣво.


## ПАЖЪ.


Пажъ обнаженной королевѣ

Сказалъ при видѣ нѣги позъ:

"Ахъ, Вы бѣлѣе бѣлыхъ розъ!"

Пажъ обнаженной королевѣ

Принесъ букеты бѣлыхъ розъ.

"Что розы шепчутъ бѣлой Евѣ?" --

Пажъ обнаженной королевѣ

Сказалъ при видѣ нѣги позъ.


## ДІАЛОГЪ ВЪ ТРІОЛЕТАХЪ,


## РАЗЛУКА.


КУРТИЗАНКА.


Прекрасный принцъ, я Васъ люблю!

Печальный принцъ, не покидайте,

Не довѣряйтесь кораблю...

Прекрасный принцъ, я Васъ люблю!

Печаль свою Вы мнѣ отдайте.

Пусть я безъ Васъ одна скорблю...

Прекрасный принцъ, я Васъ люблю!

Печальный принцъ, не покидайте...


ПРИНЦЪ.


О, милая!.. Васъ покидая,

Я повинуюсь королю.

Прелестная, какъ я страдаю,

О, милая, Васъ покидая!

Я смѣло ввѣрюсь кораблю,

Молитвамъ Вашимъ жизнь вручая!

О, милая, Васъ покидая,

Я повинуюсь королю.


## ВСТРѢЧА.


ПРИНЦЪ.


Вы все попрежнему прелестны:

Для Васъ два года -- какъ два дня.

Черты все тѣ же... взоръ небесный...

Вы все попрежнему прелестны!..

Скитанія жъ влекутъ меня,

Предѣлы родины мнѣ тѣсны...

Вы все попрежнему прелестны:

Для Васъ два года -- какъ два дня.


КУРТИЗАНКА.


Покинувъ родину свою,

Любовь Вы замѣнили славой.

Съ собой возьмите скорбь мою,

Покинувъ родину свою!

Прекрасный принцъ... О, Боже правый!

Я Васъ попрежнему люблю...

Покинувъ родину свою,

Любовь Вы замѣнили славой!


## ЛЮБОВНЫЯ ПѢСЕНКИ.


## ОНА ПРИДЕТЪ...


Царица ли, крестьянка иль княжна --

Придетъ она, веселая, чужая,

Но, какъ мечта, душѣ моей родная:

Ея любовь, какъ солнце, мнѣ нужна.

Она придетъ, послушная, какъ слово,

Она пойметъ мой каждый взглядъ и жестъ,

Она возьметъ съ улыбкою мой крестъ

И жизнь начнетъ со мной другую снова.

Она придетъ. Она давно мечтаетъ

Отдать любовь и ласку одному...

Лишь съ нею міръ, какъ радость, я приму:

Въ ея лучахъ моя печаль растаетъ.

Она придетъ... но какъ ее я встрѣчу?

Ея любви достоинъ лишь герой!..

Она придетъ осеннею порой:

Ея мечтамъ ничѣмъ я не отвѣчу...


## СОНЕТЪ -- АКРОСТИХЪ.


А. Солерсъ.


Аллеи старыхъ липъ въ саду тѣнистомъ,

Наединѣ бесѣдуя со мной.

Таинственнымъ шуршаніемъ душистымъ

О дѣвушкѣ мнѣ пѣли неземной...

Небесный взоръ съ надземной глубиной

Исполненъ думы тайной. Косъ волнистыхъ

На лобъ спадаетъ локонъ золотистый.

Алѣютъ щеки медленной волной...

Сегодня вновь я вижу эту грезу.

Она внимаетъ звукамъ строкъ моихъ...

Лелѣетъ имя нѣжное мой стихъ...

Ея души стыдливую мимозу

Раскроетъ ли когда нибудь поэтъ,

Создавшій ей изысканный сонетъ?


## КЪ М-L L Е ***


Въ фартучкѣ бѣломъ, съ лицомъ безстрастнымъ,

Съ прямымъ проборомъ въ густыхъ волосахъ,

Съ пытливымъ взоромъ, какъ утро, яснымъ,

Вы любите слушать о снахъ, чудесахъ.

Вы протянете руку, отъ пожатья дрожите:

Леденитъ и жжетъ Васъ чужая рука.

Отъ улыбки привѣта безъ отвѣта сбѣжите.

Ваши комнаты: лѣсъ, поля и рѣка.

Тамъ есть уголки завѣтные, Ваши;

Въ нихъ все Вамъ знакомо и дома нужнѣй.

Изъ-за нихъ Вы откажетесь отъ простокваши,

Но Вамъ мороженое ихъ важнѣй...

Вы читаете жадно книгу поэта

И учитесь любви, мечтая о "немъ".

Вашъ потупленный взоръ разсказалъ мнѣ все это?

Вы прелестны, какъ ландышъ въ затишьѣ лѣсномъ.


## ЗАДУМЧИВОЙ ДѢВУШКѢ.


Когда Васъ ни встрѣтишь,--всегда Вы. мечтательны,

Рисуете грезами жизни картина.

Какъ озеро тихое, Вы наблюдательны,

Вамъ близки поэты и милы кретины.

При встрѣчѣ-привѣтомъ холоднымъ обвѣете,

Прохладная, бѣлая, вся снѣговая.

Вашъ взоръ загорится -- и Вы розовѣете,

Какъ утренней радостью даль заревая.

Таитесь ли съ книгой подъ старыми кленами,

Вы ищете душу душоюбезкрайной.

Сливаясь съ лѣсами, съ лугами зелеными,

Вы сами становитесь вѣчною тайной.

Ахъ, гдѣ Вашъ возлюбленный, принцъ очарованный,

Чью душу заранѣй въ мечтахъ Вы создали?

Кто властно нарушитъ Вашъ сонъ заколдованный?

Ахъ, чѣмъ онъ замѣнитъ зовущія дали?..


## НА ВЗМОРЬѢ.


Жара такъ жгуче глубока,

Что искры въ воздухѣ сверкаютъ.

Не только люди -- облака

Въ огнѣ лучей изнемогаютъ.

Лишь море всколыхнетъ волной

Свою прохладную державу

И, влагой растворяя зной,

Колеблетъ золотую лаву.

Отъ поцѣлуевъ огневыхъ

Вы, нѣжная, побронзовѣли,

Вы отъ объятій голубыхъ

Соленыхъ волнъ порозовѣли.

Вы появляетесь въ саду,

Прохладная и огневая,

Срывая розу на ходу,

Мотивъ любимый напѣвая.

Вся въ бѣломъ, солнцемъ облита,

Полупрозрачная, какъ рыбка,

Вы -- моря влажная мечта,

Вы -- солнца жгучая улыбка.


## LA BEAUTÉ VU DIABLE.


Вы -- обольстительная Дама!

Волосъ волнистыхъ водопадъ,

Какъ куполъ мраморнаго храма.

Какъ темно-золотая рама,--

Вотъ Вашъ единственный нарядъ

Мистическимъ огнемъ сверкаетъ

Вашъ взоръ, какъ черный брилліантъ.

Задорный смѣхъ не умолкаетъ

И съ увлеченьемъ увлекаетъ

Кокетства тонкаго талантъ.

И я, взволнованный не въ мѣру,

То вижу въ Васъ мечту мою,

То небожительницу Геру,

То золотистую пантеру,

То серебристую змѣю.


## * * *


Бываютъ встрѣчи вдохновенныя,

Какъ радость первая любви.

Пусть мимолетныя, мгновенныя,--

Онѣ утѣшатъ, незабвенныя,

Всѣ годы скорбные твои.

Хранить Васъ буду, какъ святыню, я

Въ душѣ тоскующей моей:

Какъ улыбнулись очи синія!

Какъ аметистами глициніи

Терялись въ золотѣ кудрей!..

Далекую и ненаглядную,--

Пусть Васъ не встрѣчу никогда,--

Вашъ образъ ласкою отрадною

Осенней ночью непроглядною

Мнѣ засіяетъ, какъ заѣзда.


## * * *


Въ часъ, когда, какъ счастье, гордъ и свѣтелъ,

Міръ земной не хочетъ неба знать,

Встрѣтивъ Васъ, мечту мою я встрѣтилъ.

Вы со мной -- и не о чемъ мечтать!

Что намъ люди! Что ихъ взгляды, рѣчи!

Мы вдвоемъ -- въ толпѣ -- наединѣ.

Одного мгновенья нашей встрѣчи

Жизнь вѣками не замѣнитъ мнѣ.

Ласкъ такихъ изысканныхъ и страстныхъ,

Радость нѣжныхъ, тающихъ рѣчей

Никогда въ усиліяхъ напрасныхъ

Геній страсти не создастъ ничей.

Надо мной, какъ небо, Вы склонялись.

Падали, какъ спѣлый плодъ съ стебля...

Въ Васъ одной въ одно соединялись

Спѣлый плодъ и небо, и земля.


## ЛЮБИМОЙ.


Какъ сердце солнечно! Какъ поцѣлуи жадны!

Какъ сладострастіемъ душа потрясена!

Рукъ очарованныхъ объятья безпощадны

И тѣло трепетно, какъ чуткая струна.

Ты отдаешься мнѣ съ такимъ благоговѣньемъ,

Съ такой призывною и нѣжною мольбой,

Съ такою радостью, съ такимъ самозабвеньемъ,--

Что я дышу тобой, что пою тобой!

Я все вокругъ себя невольно сочетаю

Съ твоею красотой, съ твоею чистотой,

И все, что вижу я, и все, о чемъ мечтаю,

Я въ пѣснѣ воплощу, какъ ты, всегда святой.

Когда настанетъ часъ предсмертнаго страданья,

Я съ именемъ твоимъ послѣдній вздохъ солью

И, взоромъ гаснущимъ лаская очертанья

Любимаго лица, я смерть благословлю.


## СИРЕНѢ.


Е. С. Р.


Русалочьихъ глазъ твоихъ сѣро-зеленыхъ

Косой, обольстительный взоръ

Повѣялъ затишьемъ далекихъ, студеныхъ,

Таинственно-жуткихъ озеръ.

Ты всѣхъ завлечешь, зачаруешь, заманишь

Желаніемъ ласкъ огневыхъ,

Но бѣдное сердце коварно обманешь

Въ объятьяхъ смертельныхъ своихъ.

Твои увѣренія дышатъ измѣной...

Ты страстно мечтаешь о томъ,

Какъ властнымъ призывомъ поющей сирены

Ты чорта разбудишь въ святомъ.

Чаруй же, сирена! владѣй мной, богиня!--

Твой плѣнникъ не помнитъ себя.

Я падаю ницъ предъ тобой, какъ святыней,

И я... проклинаю тебя!


## ОТВѢТЪ.


-- Все я тебѣ отдаю, безпощадная, гордая дѣва:

Сердце и душу мою, разумъ и силу, и кровь!..

"Что же ты хочешь взамѣнъ?" -- улыбнулась моя королева.

Взоръ засіялъ и погасъ. Дрогнула тонкая бровь.

Я посмотрѣлъ на нее ненасытнымъ, больнымъ вожделѣньемъ.

Хуже не будетъ,-- скажу. Мнѣ безъ нея не житье!--

-- Ласки хочу я твоей!.. Отвѣчаетъ она съ сожалѣньемъ:

"Я не умѣю ласкать. Сердце жъ возьму я твое".


## ПРИНЦЪ.


Ну, зачѣмъ же принципы безпринципному принцу,

Если онъ въ герцогиню безупречно влюбленъ?

Онъ не хочетъ быть мудрымъ, равнодушенъ къ гостинцу,

Герцогиней, какъ солнцемъ, восхищенъ, ослѣпленъ.

Есть ли что лучезарнѣй головы герцогини?

И звенитъ ея голосъ, какъ безцѣнный хрусталь.

Герцогиню Пракситель изваялъ, какъ богиню...

Только взоры сирены безпощадны, какъ сталь.

Что прекрасная дама отъ влюбленнаго хочетъ?--

Вѣдь у ножекъ прелестныхъ разстилается страсть.

Пусть она, какъ русалка, приласкавъ, защекочетъ,--

Только бъ въ эти объятья упоенно упасть.

Запылалъ принцъ отвагой, въ путь далекій пустился,

Чтобы славой героя герцогиню плѣнить.

Разставаясь съ любимой, онъ печально простился...

Какъ же память у дамы о себѣ сохранить?

Позаботиться друга попросилъ онъ объ этомъ:

Ты любовь мою будешь передъ ней воспѣвать"...

Но, внимая напѣвамъ, герцогиня съ поэтомъ

Поселилась, чтобъ принца иногда вспоминать.


## ЮНОЙ АКТРИСѢ.


Н. I. Р.


Мнѣ съ Вами было такъ уютно,

Мнѣ съ Вами было такъ свѣтло,

Что Вы -- со мной ежеминутно

И все, что было,-- не прошло.

Необычайная, какъ радость,

Вы радостная, какъ мечта,

И Ваша солнечная младость

Съ безсмертной Красотой слита.

Мнѣ съ Вами быть всего интимнѣй

Пришлось въ саняхъ подвечерокъ,

Когда лицо отъ стужи зимней

Вы въ мѣхъ уткнули, какъ звѣрекъ.

Обнявъ за тающую талью,

Я нѣжно Васъ къ себѣ привлекъ

И былъ захваченъ Вашей далью:

Вашъ путь призывенъ и далекъ...

Мнѣ кажется, что къ слову "прежде"

Событій въ Вашей нѣтъ судьбѣ,

Но, вѣрная одной надеждѣ,

Вы создаете ихъ въ себѣ.


## ТРУБАДУРЪ -- КОМЕДІАНТКѢ.


H. B. А -- М.


Вы въ "Мыши" комедьянтка

Pierrot, joli tambour,

Крестьянка, маркитантка...

А я Вашъ трубадуръ.

Всегда любуясь Вами,

Я Вамъ запѣть хочу

Любовными словами,

Но встрѣчу и... молчу.

Припѣвъ:

Моя душа богомольна:

Вѣдь Вы повсюду со мной!

И сердце поетъ невольно

О Васъ, лишь о Васъ одной!

Ахъ, пусть я съ Вами въ разлукѣ,

Меня забыли Вы пусть!--

Со мной сочетали звуки

И Васъ, и любовь, и грусть.

Тотъ же припѣвъ.

Однажды Васъ въ придворный

Театръ позвалъ король,

А мнѣ велѣлъ проворно

Вамъ изготовить роль.

Вакханкой иль мадонной

Случится ли Вамъ быть,--

Со мною неуклонно

Вы будете любить.

Тотъ же припѣвъ.

Вы пламенно любили,

Играя роль свою,

Меня преобразили

И къ Вамъ любовь мою.

Вѣдь, образъ Вашъ прелестный --

Души моей мечта...

Я -- Вашъ пѣвецъ безвѣстный --

И пѣснь моя свята.

Тотъ же припѣвъ.

Я, встрѣтясь съ Вами, руку

Прижалъ къ моимъ губамъ

И долгой страсти муку

Повѣдалъ тихо Вамъ.

Вы мнѣ сказали нѣжно:

Такъ это -- Вы поэтъ?..*

На зовъ мой неизбѣжно

Шепнули грустно: "Нѣтъ!"

Тотъ же припѣвъ.

Какъ звуки въ сердцѣ ныли!..

Но это ничего:

Еще Вы не любили,

Казалось, никого.

Меня терзала тайна...

Но вотъ узналъ я вдругъ

Невольно и случайно,--

Кто Вашъ любимый другъ.

Тотъ же припѣвъ.

Всегда любуясь Вами,

Я Вамъ запѣть хочу

Любовными словами,

Но встрѣчу и... молчу.

Вы въ "Мыши" комедьянтка:

Pierrot, joli tambour,

Крестьянка, маркитантка...

А я Вашъ трубадуръ.


## ПОЭТЪ a NINETTE.


Ты ко мнѣ придешь, Ninette?

У меня, какъ у поэта,

Много свѣта и привѣта,

Только денегъ... денегъ нѣтъ.

Что намъ деньги! Какъ нибудь

Счастья мы себѣ добудемъ:

Вмѣстѣ будемъ -- все забудемъ!..

Только ровно въ девять будь.

"Я твоя! Теперь цѣлуй!.." --

Ты шепнешь -- и я милую

Замилую, зацѣлую...

Сердце, пой! Душа, ликуй!..

Минетъ ночь безумныхъ ласкъ,--

Я примусь опять за сказку,

Ты -- за маску и за пляску,

Ты -- на сцену, я -- въ Дамаскъ.


## Е. H. К.


Ваше Изящество! Вамъ ли, утонченной,

Вамъ ли, изысканной, пѣснѣ внимать,

Пѣснѣ моей, какъ мечта, незаконченной?

Васъ ли дерзну со стихомъ сочетать?

Вы -- легковѣйная, Вы -- граціозная,--

Кто Васъ достойно въ глуши воспоетъ?

Васъ окружавшее, воинство грозное

Здѣсь Вамъ гирляндъ изъ усовъ не сплететъ.

Васъ не утѣшитъ военная музыка

Въ мирномъ затишьѣ фруктовыхъ садовъ.

Чай пить зоветъ Васъ нахмуренный Гузиковъ

Вы же надменно отвергнете зовъ.

Вы, неразлучная съ Мусенькой нѣжною,

Такъ отъ желаній любви далеки,

Что угрожаютъ за ласку мятежную

Острые Ваши, какъ сталь, коготки.

Вся Вы пушистая, вся серебристая

Въ золотѣ пышномъ небрежныхъ кудрей,

Вы, какъ шампанское, сладко-игристая...

Есть ли что колкостей Вашихъ острѣй?..


## Е. А. МАРШЕВОЙ.


Ахъ, Леночка Маршева,

Надъ Вами нѣтъ старшаго:

Ну, можно ли такъ чаровать?

Игрою магической,

Душою трагической

Дано Вамъ сердца волновать.

Вы, радость безпечную,

Вы, женственность вѣчную

И скорбь сочетавъ съ Красотой,

Когда "маршируете",

Поете, танцуете,--

Плѣняете душу мечтой.

И мы, Ваши зрители,

Искусства цѣнители,

(Какой насъ игрой удивишь?)

Въ веселомъ подвальчикѣ

Поднимемъ бокальчики

За Васъ и "Летучую мышь"!..


## З. Г. П.


Вотъ, Зина, вамъ совѣтъ: играйте...

Пушкинъ.

Веселымъ солнцемъ, солнцемъ Юга

Съ избыткомъ ты надѣлена.

Легко угадывая друга,

Ты постоянно влюблена.

Твои украинскія очи,

Сверкая сладострастьемъ ночи,

И улыбаются, и жгутъ.

Они улыбками безъ рѣчи

Невольно многихъ съ первой встрѣчи

И опьяняютъ, и влекутъ.

О, кто бы ни былъ твой любовникъ,

Въ любви утонченный педантъ,--

Поэтъ, помѣщикъ, иль чиновникъ,

Иль офицеръ, иль интендантъ,--

Изъ заколдованнаго круга

Бѣжать не въ силахъ будетъ онъ,

Твоимъ закатнымъ солнцемъ Юга

И озаренъ, и ослѣпленъ.


## ПИСЬМО КЪ В. Н. Б.


Гурзуфъ цвѣтетъ, Гурзуфъ ликуетъ,

Встрѣчая вновь весну и Васъ.

И солнце страстно Васъ цѣлуетъ,

Какъ будто видитъ въ первый разъ.

Вы отъ лобзаній загорѣли:

Отъ солнца кто Васъ охранитъ?

Но какъ горятъ глаза газели

Надъ темнымъ золотомъ ланитъ!

Просторъ небесъ надъ Вами синій,

Подъ Вамы синихъ волнъ просторъ.

Лиловый занавѣсъ глициній

Ласкаетъ Вашъ усталый взоръ.

Какъ утромъ солнечнымъ полезны

Прогулки горныя верхомъ,

Когда, чтобъ не бояться бездны,

Помчитесь Вы съ проводникомъ!..

Иль, жизнь вручивъ іребцамъ-татарамъ,

Подъ парусомъ пріятно ль Вамъ

Къ несокрушимымъ Одалярамъ,

Качаясь, плавать по волнамъ?..

Такъ наслаждайтесь и гуляйте...

Я Вамъ желаю одного:

Всѣхъ встрѣчныхъ Вы въ себя влюбляйте,

Но не влюбляйтесь ни въ кого.

Что Вамъ сказать объ одичалыхъ,

Несносныхъ жителяхъ Москвы?^

Объ этихъ дняхъ, пустыхъ и вялыхъ,

Которыхъ избѣжали Вы?..

Одно узнать Вамъ неизбѣжно,--

Что всей Москвы спасая честь,

Два друга преданно и нѣжно

Васъ неизмѣнно любятъ здѣсь:

Ефимъ по прежнему нахмуренъ,

Хоть у него и денегъ тьма,

А Журинъ веселъ и ажуренъ,

Хоть и грозитъ ему тюрьма.

Москва, і7 апрѣля 1914.


## ОПЯТЬ ВЪ ТЮРЬМѢ.


19 апрѣля -- 18 іюня 1914 г.

Московская губернская тюрьма.


## * * *


Опять въ тюрьмѣ! Опять засовъ желѣзный,

Визжа какъ звѣрь, лишилъ меня полей.

Я разлученъ съ сіяющею бездной,

Я разлученъ съ возлюбленной моей.

Въ разгарѣ силъ и жажды жизни жгучей,

Свободнаго, влюбленнаго пѣвца

Тюрьма томитъ такой тоской тягучей,

Что дольше ждать не можетъ онъ конца...

Съ моей душой никѣмъ не разлученный,

Въ стѣнахъ тюрьмы напѣвъ я уловлю

И, заживо въ могилѣ погребенный,

Послѣдній вздохъ въ послѣдній стихъ волью!


## ЗВУКИ МІРА.


Міръ обласканъ далью голубою,

Запахомъ сирени садъ повитъ...

А въ скупой тюрьмѣ передъ тобою

Все одинъ и тотъ же скудный видъ.

Здѣсь въ окно съ рѣшеткою желѣзной

Не велятъ и не на что взглянуть.

Такъ закрой же взоръ твой безполезный!

Хорошо бъ до срока тутъ заснуть...

Лишь одни ликующіе звуки,

Согрѣвая камень мертвыхъ стѣнъ,

Цѣлый день въ тиши тюремной скуки

Облегчаютъ твой постылый плѣнъ.

Утромъ птичій щебетъ веселящій,

Какъ ручей, струится, серебрясь.

День гремитъ волной многошумящей...

Гдѣ то дѣти голосятъ, рѣзвясь...

Вечеръ ясный, тихій и прекрасный

Вдохновитъ пѣвучую рояль,--

И, звеня мелодіей согласной,

Льется въ душу нѣжная печаль.

Звонъ плыветъ протяжный, колокольный,

Навѣвая сердцу благодать:

Звонъ Москвы, издревле богомольной,

Утѣшаетъ скорбнаго, какъ мать.

Ласку міра въ этихъ звукахъ встрѣтишь

Въ подневольной, горестной тиши

И на звуки міра ты отвѣтишь

Звуками взволнованной души.


## ПѢСНЯ НЕБА.


За окномъ одиночки, за желѣзной рѣшеткой,

Безъ меня лучезаритъ золотая весна,

Безъ меня, опьяняя, пролетитъ мимолеткой,

И любовь безъ любимой, какъ безъ звука струна.

Пусть съ любимой и съ солнцемъ я живу раздѣленный,

Пусть съ небесною бездной разлучила тюрьма,--

Безъ весны я -- весенній, безъ любимой -- влюбленный,

Потому что я -- солнце, потому что я -- тьма!..

Въ этой камерѣ скудной, въ этомъ каменномъ склепѣ,

Гдѣ и солнце не можетъ хоть бы разъ поласкать,--

Что быть можетъ ничтожнѣй, что быть можетъ нелѣпѣй,--

Чтобъ ко мнѣ даже небо, даже тьму не пускать?

Посмотрите на небо, безконечное небо,--

Какъ оно за рѣшеткой заглядѣлось въ тюрьму...

И я чувствую пѣсню:-- Мы въ разлукѣ, но гдѣ бы,

Гдѣ бъ ты ни былъ,-- спою я лишь тебѣ одному.

Ты въ душѣ вдохновенной, какъ въ бездонной вселенной-

Сочетаешь любовью неземное съ земнымъ.

Почему жъ одинокій, почему же ты плѣнный,

Почему же поешь ты не подъ небомъ роднымъ?

Безъ тебя я безмолвно, безъ тебя я бездушно,

Хоръ созвѣздій беззвученъ безъ тебя, какъ нѣмой.

Безъ тебя люди смотрятъ на меня равнодушно...

О, вернись же ты въ небо, ты -- небесный, ты -- мой!


## ВРАГАМЪ.


Отъ міра тюрьмою меня отдѣлили

За гнѣвныя, скорбныя пѣсни мои...

Приблизивъ меня къ неизбѣжной могилѣ,

Что жъ этимъ вы годы продлили свои?..

Безчувствія дикаго къ пѣснямъ -- страданьямъ

Я вамъ не могу и не долженъ простить

И васъ ненавидѣть послѣднимъ дыханьемъ

Я буду, какъ все остальное любить.

Я встрѣчу съ улыбкой мгновеніе смерти,

Какъ жуткую тайну святой тишины.

И если въ подземномъ и вѣчномъ концертѣ

Безсмертныя пѣсни умершимъ слышны,--

Спою, какъ отъ міра меня отдѣлили

За гнѣвныя, скорбныя пѣсни тюрьмой,--

И ненависть будетъ звучать и въ могилѣ,

И мертвые пламень почувствуютъ мой!..


## МОНОЛОГЪ.


Мнѣ скучно. Я одинъ. Всѣ книги надоѣли.

Писать не въ силахъ я... Мнѣ хочется дышать

Янтарною листвой, смолою старой ели

И лугомъ золотымъ... Какъ хорошо лежать

Средь колокольчиковъ и ландышей, подъ сѣнью

Березки молодой, веселой!.. А въ саду,

Въ аллеяхъ липовыхъ съ ихъ кружевною тѣнью,

Я съ книгой дѣвушку любимую найду...

Мы съ ней сойдемъ въ оврагъ, заросшій лопухами,

И спустимся къ рѣкѣ... Вопросъ ея звенятъ:

"Подѣлитесь со мной вы новыми стихами?.."

Вотъ лодка. Дѣвушка, взявъ весла, мнѣ велятъ

Сѣсть на кормѣ, читать... Сажусь безъ возраженья

И радостно смотрю на тонкія черты

Прекраснаго лица, на гибкія движенья

Чуть загорѣлыхъ рукъ... Прибрежные кусты,

Шурша, привѣтствуютъ насъ тѣнью и врохладой.

Какая тишина!.. Рядъ ласковыхъ картинъ

Терзаетъ грудь мою несбыточной усладой.

Тюрьма томитъ меня. Мнѣ скучно. Я одинъ.


## ТЮРЕМНОЕ СВИДАНІЕ.


Тюремныя темы томительны,

Въ тюрьмѣ я забыться хочу,

А грезы мои такъ цѣлительны,

Что ими я скорбь излечу.

Забывъ о тюремной военщинѣ,

Тоску подавляя свою,

О милой, о ласковой женщинѣ

Я пѣсню въ тюрьмѣ запою.

Не ты ли ко мнѣ на свиданіе,

О, милая, первой пришла?

Не ты ль затаила рыданіе

И лаской улыбку зажгла?..

Святая, какъ нѣжно, какъ радостно

Я имя твое называлъ!

Прощаясь, какъ горько и сладостно

Я руку твою цѣловалъ!..

О, женское сердце тревожное!

Кто можетъ, какъ ты, полюбить?

Ты -- счастье мое непреложное!--

Съ тобой ли тюрьмы не избыть?


## МОИМЪ СТАРУШКАМЪ.


Тетушки часто во дни подневольные

Съ нѣжной любовью приходятъ ко мнѣ.

Вы, богомольныя, вы, сердобольныя,

Плѣнѣ облегчаете вы лишь однѣ,

Милыя тетушки! Ручками старыми

Тянете вы монотонную нить.

Жизнь проводили съ купцами, съ гусарами:

Некого было въ глуши полюбить.

Такъ и остались навѣкъ пустоцвѣтами

Тихими, нѣжными, съ грустной мечтой,

Съ дѣвственно-строгими въ сердцѣ завѣтами

И съ невоспѣтой никѣмъ красотой

Послѣ обѣдни, за чаемъ съ ватрушками,

Любите вы вспоминать о быломъ.

Какъ мнѣ уютно съ моими старушками

Вечеромъ зимнимъ читать за столомъ!

Скоро ли кончатся эти постылые,

Мертвые дни одинокой тюрьмы?

Будемъ попрежнему, тетушки милыя,

Долго ли жить неразлучные мы?


## ПИСЬМО КЪ А. М. П.


Какъ, Алексѣй Михайлычъ милый,

Мнѣ надоѣлъ мой плѣнъ постылый!

Внимая жъ ласковымъ словамъ,

Въ неволѣ горькой заточенья

Вкусилъ я сладость облегченья.

Душевно благодаренъ Вамъ!

Участья дружескаго слово

Придетъ въ холодную тюрьму,--

И оживаешь духомъ снова,

Тюрьма гнететъ не такъ сурово,

Теплѣе сердцу моему.

Ахъ, если бъ Вы, мой милый, знали

Мои мучительные сны!..

Гдѣ голубѣющія дали,

Гдѣ солнце нѣжное весны,

Гдѣ сада кружевныя тѣни

И трепетъ молодой листвы,

Благоуханіе сирени,

Фіалокъ, ландышей?.. Увы!

Все отняла, всего лишила

Неумолимая тюрьма,

Одинъ лишь духъ не сокрушила

И не свела меня съ ума.

Моя болтливая Камена

Со мною здѣсь еще дружнѣй

И, разгоняя скуку плѣна,

Еще пѣвучѣй и нѣжнѣй...

Какъ тополь за окномъ ажуренъ!

Какъ благодатенъ майскій день!

И только сумраченъ, какъ тѣнь,

Вашъ другъ, печальный плѣнникъ Журинъ.


## МОМЕНТЫ


## БЕЗВРЕМЕНЬЕ.


Какъ у насъ было празднично! Какъ у насъ было весело!

Дружелюбно и солнечно, какъ нигдѣ никогда!

Какъ толпа флаги красные надъ домами развѣсила,--

И проснулись заснувшіе на Руси города.

Обыватели сѣрые, на себя не похожіе,

Какъ свободные граждане, со знаменами шли,

И подъ пѣніе къ шествію примыкали прохожіе,

Словно въ каждомъ пріятеля, въ каждомъ друга нашли.

На бульварахъ, на улицахъ, въ многолюдномъ собраніи

Воплощалась воочію вѣковая мечта.

Никогда еще улица, не позднѣе, не ранѣе,

Не была такъ возвышенна, такъ духовно чиста...

А теперь все запуталось, а теперь все разстроилось:

Потянулись беззвучные, безразсвѣтные дни.

Молодое, мятежное разбрелось, успокоилось,--

И опять мы состарились, и опять мы одни!

Одинокая ненависть, одинокія жалобы...

Мы разбиты, разрознены... Обыватели спятъ...

Пусть хоть яркое бѣдствіе поскорѣе настало бы!

Пусть хоть вихремъ и ужасомъ будетъ каждый объятъ!

Только пѣсня раздольная, какъ всегда, заунывная

Надъ полями безплодными растекается вширь

И ведетъ заблудившихся нищета неизбывная

Къ небывалой обители, какъ хромой поводырь.


## ВОЕННАЯ ПѢСНЯ.


Въ вашихъ рядахъ, новобранцы, я

Весело встрѣчусь съ врагами.

Съ нами свободная Франція!

Гордая Англія съ нами!

Съ этими славными странами

Жизнь и страданья мы слили.

Связь нашу общими ранами

Въ битвахъ навѣкъ закрѣпили.

Мы возвеличимъ отечество,

Хищный набѣгъ отражая.

Мы возродимъ Человѣчество,

Миръ навсегда утверждая.

Только тебя, о, Германія,

Ждетъ роковая расплата:

Гнетъ вѣкового страданія

И за утратой утрата.


## МОРСКАЯ БИТВА.


Желѣзные левіаѳаны,

Переплывая океаны,

Враждуя грозно, межъ собой

Вступили въ смертоносный бой.

Они, замѣтивъ издалека

Надъ влагой огненное око,

Ужъ извергаютъ громъ и паръ,

Другъ другу нанося ударъ.

Вотъ надъ волнами въ клубахъ дыма

Летитъ, какъ вихрь, неудержимо

Чудовища стальной плевокъ

И яростна вонзился въ бокъ.

Въ стальной бронѣ левіаѳана

Дымитъ разорванная рана.

Четырехтрубный гребень сбитъ.

Звѣрь тучей пепельной повитъ.

Гремящій трескъ и грозный грохотъ --

Не океана ль злобный хохотъ?

И влага, воспринявъ огонь,

Какъ обожженный скачетъ конь...


## ИЗЪ ПИСЕМЪ НА ВОЙНУ.


Наконецъ то, милый мой, вчера

Отъ тебя письмо я получила.

Какъ меня томили вечера!

Сколько жуткихъ думъ я расточила!

Дѣти спятъ, а я наединѣ

Словно вижу воспаленнымъ взглядомъ,

Какъ ты скачешь на лихомъ конѣ

Со своимъ отчаяннымъ отрядомъ.

А вокругъ тебя и надъ тобой --

Взрывы, грохотъ, дымъ и пуль жужжанье...

Захватилъ тебя смертельный бой,

Какъ любви безумное желанье.

Скакуна до боли горяча,

Презирая смерть, огонь и муку,

Ты сжимаешь рукоять меча,

Какъ мою сжималъ когда то руку.

Рвешься ты врагу въ глаза взглянуть,

Сталью грудь безжалостно пронзая,

Иль къ нему порывисто прильнуть,

Остріемъ меча его лобзая...

Воинъ мой, какъ я тобой горжусь!

Твой портретъ, ложась, цѣлую нѣжно...

О побѣдѣ я ужъ не молюсь:

Тамъ, гдѣ ты,-- побѣда неизбѣжна!


## ПЛАЧЪ БЕЛЬГІИ.


Мы войну отвергаемъ, но воюемъ упорно,

Потому что воюемъ съ ненавистной войной.

Пусть изъ бойни кровавой, какъ изъ пламени горна,

Умиренный навѣки, міръ возникнетъ иной!

Наши братья зарыты гдѣ то въ братскихъ могилахъ

И прекрасные храмы стали камнемъ нагимъ.

Тѣхъ, кого мы любили, позабыть мы не въ силахъ

И тотъ храмъ, гдѣ молились, не замѣнимъ другимъ

Что намъ въ грозномъ разгромѣ, что -- въ германскомъ позорѣ,

Если нѣтъ нашихъ братьевъ, нашихъ храмовъ святыхъ!

Наша скорбь безутѣшна, наше горе, какъ море...

И мы бродимъ, и плачемъ на равнинахъ пустыхъ.

Какъ осенніе листья, мы прижались другъ къ другу.

Насъ отъ родины милой оторвала бѣда.

И мы стонемъ и молимъ бѣлоснѣжную вьюгу

Насъ засыпать сугробомъ, замести безъ слѣда!