# Создатель социальной комедии

Евгений Дмитриевич Жураковский

Бомарше - человек, Бомарше - писатель.

## Евгеній Жураковскій.


## Симптомы литературной эволюціи.


КРИТИЧЕСКІЕ ОЧЕРКИ:


МОСКВА.

Типо-Литографія М. М. Тарчигина, Тверская. Брюсовскій пер., соб. д.

1903.


## Создатель соціальной комедіи.


Бомарше -- человѣкъ, Бомарше -- писатель.


Первоначально напечатано въ сборникѣ "Подъ Знаменемъ Науки" (1902 г.), посвященномъ проф. Н. И. Стороженко.


Французская литература XVIII вѣка въ лицѣ геніальныхъ писателей этой великой, но полной глубокими противорѣчіями, эпохи даетъ поразительные примѣры противоположной двойственности между духовнымъ обликомъ личности, съ одной стороны, и ролью писателя, съ другой. Безсмертный фернейскій патріархъ, царь мысли XVIII вѣка, въ исторіи своей личной жизни и писательской дѣятельности представляетъ неразрывное сочетаніе удивительной умственной мощи и въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ недостаточно высокаго нравственнаго уровня развитія. Бомарше называетъ себя ученикомъ Вольтера. Вольтеръ же, обращаясь къ своему любимцу Бомарше, говоритъ: "Теперь только вся надежда на Васъ". Въ натурахъ и въ судьбѣ этихъ двухъ писателей много сходнаго. Но это сходство въ основѣ сводится къ тому, что Бомарше представляетъ примѣръ еще значительно большей противоположности, какъ человѣкъ и какъ писатель, чѣмъ Вольтеръ.

Въ "Преступной матери" -- самомъ послѣднемъ произведеніи Бомарше -- есть характерный діалогъ между Бежарсомъ и Сузанной. "Начать съ того,-- говоритъ ей Бежарсъ,-- что есть вѣдь только двѣ пружины, вертящія всѣмъ въ мірѣ: мораль и политика. Мораль, какъ бы ни была она слаба, состоитъ въ томъ, чтобы быть справедливымъ и правдивымъ; это, говорятъ, ключъ отъ добродѣтелей."

Сузанна: "Ну, а политика?"

Бежарсъ: "А! Искусство создавать факты; играя, господствовать надъ событіями и людьми; цѣль ея -- интересъ, интрига -- средство. Постоянно небогатыя истинами ея строгія и широкія понятія дѣйствуютъ ослѣпляющимъ образомъ, какъ призма. Глубокая, какъ Этна, она горитъ и гремитъ задолго до взрыва; но въ моментъ изверженія ничто не остановитъ ее; ей необходимы высокіе таланты: одна лишь совѣстливость можетъ быть ей вредна,-- въ этомъ заключается тайна дипломатическихъ успѣховъ."

Первая пружина, т.-е. справедливость и правда, является главною дѣйствующею силою въ художественномъ творчествѣ автора Трилогіи, вторая, т.-е. искусство создавать факты,-- главнымъ факторомъ въ жизненныхъ успѣхахъ геніальнаго авантюриста. Но черты человѣка просачиваются въ произведеніяхъ писателя, и высшіе общественные идеалы писателя въ періодъ расцвѣта силъ жизни являются двигателями возвышенныхъ поступковъ, которые останутся памятными въ исторіи культуры.


I.


Пьеръ-Августинъ Каронъ, впослѣдствіи получившій столь прославившуюся прибавку де-Бомарше, родился 24 января 1732 года, въ годъ перваго представленія "Заиры" Вольтера, во время религіозной борьбы въ парламентѣ и разлада въ средѣ духовенства, въ эпоху глубокихъ и конвульсивныхъ броженій разлагавшагося стараго порядка французскаго строя жизни. Его отецъ, часовщикъ, человѣкъ чрезвычайно чувствительный, но непреклонный въ дѣлѣ воспитанія, велъ всю свою жизнь суровую борьбу за существованіе и ради насущнаго хлѣба измѣнялъ свои религіозныя кальвиническія убѣжденія и отрекся отъ преслѣдуемой ереси. Мать Карона, по словамъ Ломени въ сочиненіи "Beaumarchais et son temps", женщина образованная, знавшая кромѣ родного языка еще испанскій и итальянскій, любила музыку и занималась литературой и поэзіей. Обѣ стороны оказали вліяніе на развитіе характера и вкусовъ знаменитаго Пьера-Августина Карона. Всѣ эти основныя черты, присущія родителямъ, культивировались и до колоссальныхъ размѣровъ развились въ богато-одаренномъ природой третьемъ отпрыскѣ этой оригинальной семьи.

Десяти лѣтъ отъ роду Пьеръ Каронъ былъ отданъ въ школу въ Альфорѣ, гдѣ пробылъ всего 3 года. Неизвѣстно, что это была за школа. Ломени опровергаетъ предположеніе,-- основанное на знакомствѣ съ ветеринарнымъ искусствомъ Фигаро,-- этого автобіографическаго типа Бомарше,-- будто это была школа ветеринарная, такъ какъ эта послѣдняя была открыта только долго спустя. То обстоятельство, что Бомарше не получилъ серьезнаго систематическаго образованія, имѣетъ очень важное значеніе въ развитіи его личности. Вступивъ рано въ жизнь, Бомарше не выработалъ себѣ твердыхъ нравственныхъ убѣжденій для жизни и руководящихъ началъ. Высшая школа могла бы направить его недюжинныя силы въ опредѣленномъ направленіи -- служенію общему благу и ослабить эгоистическія притязанія низшихъ сторонъ его натуры. Подобно кораблю, лишенному балласта, Бомарше подвергается перебрасыванію изъ стороны въ сторону, а въ моменты бури несется въ направленіяхъ, прямо противоположныхъ истиннымъ цѣлямъ жизни! Въ немъ развиваются способности и наклонности, которыя приводятъ его къ поступкамъ, которыхъ не въ состояніи обѣлить самые снисходительные біографы Бомарше. Съ раннихъ лѣтъ юный Каронъ обнаруживаетъ и страстную, необузданную натуру, не признающую препятствій, и геніальную изобрѣтательность, и способности великаго истца. Только деспотически-разсудительнымъ письменнымъ договоромъ отецъ принуждаетъ сына, не признающаго надъ собой ничьей власти, выполнить его суровыя требованія. Вынужденный этою крутою и оригинальною мѣрою отца заниматься часовымъ ремесломъ, Огюстъ-Каронъ сразу обнаруживаетъ свой недюжинный умъ, изобрѣтая регуляторъ для часового механизма. Процессъ съ знаменитымъ парижскимъ часовщикомъ Лепотомъ, задумавшимъ злоупотребить откровенностью юнаго изобрѣтателя, является первою побѣдою въ рядѣ безчисленныхъ тяжбъ, которыя всю жизнь велъ великій истецъ XVIII вѣка. Выдвинувшись своимъ изобрѣтеніемъ изъ низкой среды, Огюстъ-Каронъ съ неудержимой энергіей рвется къ тому очагу извѣстности и богатства, который сосредоточивался при пышномъ дворѣ Людовика XV.

Усовершенствованный приборъ дѣла тщеславія и моды даетъ возможность Огюсту-Карону получать заказы у придворныхъ, у знаменитой г-жи Помпадуръ и у самого короля. Это обстоятельство, благопріятное для карьеры юнаго Огюста-Карона, было пагубно для нравственной личности великаго писателя. Въ тотъ періодъ, когда люди пріобщаются къ знаніямъ и когда складывается міросозерцаніе человѣка, въ періодъ, когда сверстники Карона воспитывались въ научной атмосферѣ университетовъ, подчиняясь вліяніямъ науки и знакомятся съ жизнью, сквозь призму вѣкового опыта, пріучаясь оцѣнивать явленія съ точки зрѣнія тѣхъ принциповъ, которые циркулируютъ въ образованной средѣ общества, въ этотъ періодъ характеръ заявившаго себя удивительнымъ открытіемъ часовщика складывался въ разлагающей атмосферѣ двора Людовика XV, гдѣ всѣ спѣшатъ насладиться жизнью и. въ вихрѣ оргій и безпутства, наперерывъ, не щадя ни силъ, ни средствъ, предаются буйному разгулу, отвергнувъ все, что сдерживаетъ волю и направляетъ ее къ проведенію въ жизнь высшихъ идеаловъ и стремленій.

Съ красивою внѣшностью, стройный, пылкій, съ страстнымъ южнымъ темпераментомъ, Каронъ приходитъ къ сознанію, что блага жизни для него открыты,-- только стоитъ завоевать себѣ средства и дворянскій титулъ, безъ которыхъ онъ безсиленъ. Случай приходитъ на помощь. Но практичность не всегда идетъ рука объ руку съ осмотрительностью. Женившись по разсчету, беззаботный и безпечный, теперь уже де-Бомарше не предвидѣлъ возможности разоренія. Смерть жены, въ которой близорукіе и злорѣчивые современники обвиняютъ напрасно Бомарше, {Пушкинъ устами Моцарта въ драмѣ "Моцартъ и Сальери" проницательно угадалъ ложность этого гнуснаго обвиненіи, хотя въ то время могъ руководствоваться только общимъ принципомъ, что геніальность и злодѣйство несовмѣстимы.} лишаетъ его вдругъ всего состоянія. Но Огюстъ-Каронъ не умѣетъ унывать! Чѣмъ больше его преслѣдуютъ обстоятельства, тѣмъ болѣе напрягается его энергія, и нѣтъ препятствій, которыхъ не сумѣлъ бы или преодолѣть или обойти изворотливый, гибкій умъ Бомарше, лишенный твердыхъ нравственныхъ устоевъ.

На помощь въ данномъ случаѣ являются музыкальныя способности, которыя такъ преслѣдовалъ отецъ Карона, не съумѣвшій предвидѣть, что онѣ не погубятъ его сына, а выручатъ въ трудную минуту жизни. Усовершенствовавъ педали арфы, искусный музыкантъ Бомарше сумѣлъ проникнуть въ монотонный салонъ обреченный на скуку "mesdames de France", какъ обыкновенно называли дочерей Людовика XV. Новый учитель музыки становится предметомъ обожанія скучающихъ дѣвъ, и если бы не столкновенія съ придворными и не частыя порученія купить то или другое, слишкомъ разорительныя, такъ какъ они не оплачивались, то Бомарше могъ бы быть доволенъ своею ролью. А при этихъ непріятныхъ обстоятельствахъ онъ впадаетъ въ мизантропію и пишетъ поэму "Оптимизмъ", въ которой старается опровергнуть и разрушить добродушныя мнѣнія незабвеннаго Вольтеровскаго доктора Папглоса. Ломени совершенно справедливо не придаетъ серьезнаго значенія пессимизму великаго насмѣшника, находящаго въ дни унынія развлеченія въ близкихъ отношеніяхъ къ нѣкой красавицѣ Софьѣ.

На выручку въ этихъ стѣсненныхъ денежныхъ обстоятельствахъ къ Бомарше является судьба, въ лицѣ финансиста Дюверне. "Дюверне,-- писалъ Бомарше,-- ввелъ меня въ финансовую сферу, гдѣ, какъ извѣстно, былъ первымъ человѣкомъ, я заработалъ свое состояніе подъ его руководствомъ, по его совѣту я сдѣлалъ нѣсколько предпріятій; въ однихъ онъ снабжалъ меня своимъ опытомъ, въ другихъ своими деньгами и кредитомъ." Разбогатѣвъ, Бомарше заботился о томъ, чтобы стать дворяниномъ. Онъ, воспользовавшись продажностью должностей въ ту продажную эпоху, получаетъ почетную должность генералъ-лейтенанта королевской охоты. Впослѣдствіи Бомарше со смѣхомъ вспоминалъ, какъ онъ изъ подмастерья превратился въ знатнаго трибунала, засѣдалъ въ шитомъ мундирѣ и судилъ аристократовъ, нарушавшихъ чаще всего правила объ охотѣ. но какъ ни почетна и пріятна была подобная обязанность для тщеславнаго и любящаго богатства и наслажденія жизни Бомарше, безпокойная его натура, характеръ, вѣчно жаждущій приключеній, опасностей и бурныхъ волненій, требуетъ новыхъ впечатлѣній и романическихъ авантюръ.

Безъ ясной цѣли, придравшись къ неудавшейся свадьбѣ сестры, гораздо болѣе его опытной и зрѣлой, съ нѣкимъ бакалавромъ Клавиго, человѣкомъ слабовольнымъ, но не внушающимъ никакого подозрѣнія въ смыслѣ честности,-- Бомарше вдругъ мчится въ Мадридъ, путая въ своемъ умѣ торговыя комбинаціи выгодныхъ сдѣлокъ съ рыцарскими мечтами отомстить за сестру. Бомарше, конечно, придавалъ болѣе значенія торговымъ комбинаціямъ, чѣмъ вопросу о мнимомъ спасеніи чести сестры, служащемъ болѣе поводомъ, чѣмъ причиною этой поѣздки въ Испанію. Приключенія Бомарше съ Клавиго въ 1764 году описаны имъ десять лѣтъ спустя въ четвертомъ мемуарѣ противъ Гецмана; Этотъ эпизодъ, полный романическихъ чертъ, какъ извѣстно, послужилъ темою для драмы Гёте "Клавиго". Руководствуясь девизомъ ubi bene, ibi patria, Бомарше въ письмахъ объ Испаніи даетъ неподражаемо-веселый отчетъ о пріятной жизни въ странѣ "плаща и шпаги". Эластичная натура, всегда легко освоивающаяся съ обстоятельствами и беззаботно предающаяся наслажденіямъ, Бомарше находитъ въ Испаніи желанный пріютъ. Вѣчные порывы кипучей энергіи его дѣятельнаго характера требуютъ удовлетворенія, а жажда наживы и изобрѣтательность внушаютъ Бомарше планы коммерческихъ предпріятій.

Насколько этотъ геніальный драматургъ умѣлъ устранять въ своей жизни руководящіе этическіе принципы, насколько нравственная разнузданность по временамъ порабощала все его существо, видно изъ его предложенія основать общество для снабженія невольниками испанскихъ плантаторовъ въ Америкѣ. Собираніе матеріаловъ и обдумываніе плановъ "Севильскаго Цырюльника" уживается въ это время рядомъ съ планами, позорящими человѣка даже того вѣка.-- вотъ та бездна неизъяснимыхъ противорѣчій, та трагикомическая путаница, которая составляетъ основной фонъ личности главнаго предтечи французской революціи въ области соціальной драмы и комедіи, наиболѣе способствовавшихъ подъему общественнаго сознанія. Другіе испанскіе проекты Бомарше, изобличающіе въ немъ человѣка, пропитаннаго коммерческими затѣями, одушевляютъ страстнаго авантюриста наравнѣ съ разнообразными наблюденіями надъ жизнью и особенностями испанскаго быта, которыя послужатъ неувядаемымъ колоритомъ для "Севильскаго Цырюльника". Не возвышенные общественные идеалы волнуютъ его въ этотъ періодъ, а жажда безмѣрнаго и быстраго обогащенія, тщеславіе и любовь къ пользованію наслажденіями жизни! Далеко еще до того времени, когда Бомарше явится пропагандистомъ общечеловѣческихъ идей свободы и равенства, горячимъ борцомъ реформъ сословныхъ отношеній!

Въ душевной жизни Бомарше въ это время происходитъ событіе, отразившееся въ его произведеніяхъ "Два друга" и въ "Севильскомъ Цырюльникѣ". Изъ Мадрида Бомарше шлетъ письмо за письмомъ къ горячо, но не совсѣмъ безкорыстно любимой имъ дѣвушкѣ Полинѣ, молодой, красивой креолкѣ, обладательницѣ двухмилліоннаго большого имѣнія въ Канѣ. Отложенной, для устройства дѣлъ, свадьбѣ не суждено было осуществиться. Молодая креолка, сначала серьезно влюбившаяся въ Бомарше, охладѣла къ своему жениху и потомъ вышла замужъ за другого. Печальнымъ диссонансомъ въ полной радостныхъ испанскихъ приключеній жизни Бомарше звучитъ эта горестная исторія! Единственный разъ его душа оживилась искреннимъ чувствомъ, чтобы испытать разочарованіе и сохранить нѣжный образъ, поэтизируя его въ "Полипѣ" и "Розинѣ", героиняхъ двухъ великихъ пьесъ несчастнаго драматурга! Однако, предаваться отчаянію было не въ характерѣ великаго насмѣшника. Любовь къ богатству, роскоши и довольству уже черезъ два года призываетъ его къ алтарю съ молодой вдовой Женевьевой Левенъ, удвоивающей своимъ приданымъ его благополучіе. Наступаютъ годы мирнаго покоя и нора творческой работы, плодомъ которой является обработка драмы "Евгенія" и постановка въ 1770 г. драмы "Два друга". Черезъ 8 мѣсяцевъ умираетъ его вторая жена. Процессъ съ потомкомъ его покровителя богатаго Дюверне, оставившаго посмертное завѣщаніе, оспариваемое родственникомъ графомъ Лаблапіемъ, произвелъ цѣлую бурю въ жизни Бомарше, надолго отвлекшую великаго истца отъ мирныхъ занятій литературой. Но объ этомъ не пожалѣетъ ни французское общество, ни исторія, культуры.


II.


Бомарше спасла его вѣчная сила смѣха. Въ четырехъ или, по счету Ломени, пяти мемуарахъ въ стилѣ классической французской прозы Бомарше раскрываетъ передъ обществомъ въ ѣдкихъ, остроумныхъ, полныхъ могучаго сарказма, дышащихъ огнемъ и страстью, художественныхъ страницахъ всю гнилость и продажность новаго парламента и призываетъ къ коренной реформѣ; а въ лицѣ совѣтника парламента, гдѣ разбиралось его дѣло,-- Гецмана и его клевретовъ,-- подвергаетъ безпощадной критикѣ всѣ магистратуры, олицетворяющія собою произволъ, деспотизмъ, беззаконность и преступную подкупность. Бернарденъ де-Сенъ-Пьерръ предсказывалъ автору Мемуаровъ "славу Мольера". Справедливо находятъ, что если Louis Quinze устроилъ парламентъ, то quinze louis (пятнадцать экю, не возвращенныхъ женою Гецмана -- Бомарше, и послужившихъ началомъ процесса) уничтожили парламентъ. За эту неизмѣримую соціальную заслугу великаго глашатая общественнаго мнѣнія -- Бомарше наравнѣ съ госпоаіею Гецманъ долженъ былъ подвергнуться безпощадному публичному порицанію, лишенію правъ и выслушать на колѣняхъ формулу безчестья: "la cour te blâme et te déclare infame".

Заклейменный Бомарше не могъ занять теперь никакой должности, а процессъ съ Лаблашемъ лишилъ его всѣхъ средствъ существованія. Если бы эти обстоятельства постигли другое лицо, а не Бомарше, то явилась бы лишняя жертва жестокой несправедливости одряхлѣвшаго и гибнувшаго въ предсмертной агоніи дореволюціоннаго французскаго соціальнаго строя. Но Бомарше соединялъ въ своей натурѣ, во-первыхъ,-- эластичную упругость, для которой паденіе только закаляетъ энергію и возбуждаетъ дѣятельность ума и изобрѣтательности,-- во-вторыхъ,-- способность приспособленія къ обстоятельствамъ, указывающую какой именно путь въ данный моментъ цѣлесообразенъ, и въ-третьихъ,-- нравственное уродство, допускающее всѣ мѣры, лишь бы онѣ приводили къ необходимой цѣли.

Бомарше возстанавливаетъ честное имя и уничтожаетъ безчестіе дѣлами весьма сомнительнаго качества. Великій обличитель соціальной неправды увидѣлъ свое спасенье въ подкупѣ пасквилянта книги "Секретныя мемуары публичной женщины", гдѣ изображалась интимная жизнь любовницы Людовика XV г-жи дю-Барри. Смерть Людовика XV лишила значенія этотъ фактъ, такъ какъ его преемнику по было дѣла до репутаціи г-жи дю-Барри. Ботъ тогда Бомарше самъ придумываетъ памфлетъ подъ чужимъ именемъ, пріурочивая его къ имени Маріи Антуанеты. Онъ оказываетъ услугу Людовику XVI, отбирая всюду этотъ подложный памфлетъ, а, кстати, и секретную переписку герцога д'Эона съ Людовикомъ XV. Это, конечно, именно такія услуги, которыми можно возстановить честное имя, утраченное разоблаченіемъ истины!!...

"Я вамъ постоянно говорилъ и буду постоянно повторять,-- писалъ Бомарше однажды Кайлява,-- что вы человѣкъ универсальный. Ваши драмы заставляютъ публику плакать, комедіи -- смѣяться до слезъ. Развѣ вы не музыкантъ?-- ваша музыка очаровываетъ слушателей. Развѣ вы не адвокатъ?-- вы постоянно выигрываете тяжбы. Развѣ вы не воинъ?-- вы сражались съ врагами. Вы пріобрѣли богатство. Вы спорили о своихъ правахъ съ государями. Развѣ вы не любовникъ?-- вы неизмѣнны въ этомъ."

Если вникнуть въ жизнь Бомарше, то можно отмѣтить три основныя теченія, изъ которыхъ въ различные ея періоды являются преобладающими то одно, то другое, то третье.

Жажда обогащенія, эгоистическія стремленія, тщеславіе, приспособленіе къ обстоятельствамъ, неразборчивость въ выборѣ средства, для достиженія низменныхъ жизненныхъ цѣлей, компромиссы съ совѣстью и направленіе неудержимой энергіи къ пользованію комфортомъ, благополучіемъ и наибольшею суммой довольства -- составляютъ черты въ значительной, можетъ быть, мѣрѣ унаслѣдованныя Огюстомъ-Карономъ отъ отца и культивированныя отчасти отцовскимъ вліяніемъ и практическимъ воспитаніемъ.

Второе теченіе, получившее свое развитіе, благодаря главнымъ образомъ прекрасному вліянію его образованной матери, но лежавшее въ основѣ самой богато одаренной и геніальной натуры,-- это любовь къ литературѣ и искусству. Литературный космополитизмъ -- основная черта широкаго и всесторонняго образованія -- и воспріимчивость ко всему прекрасному какимъ бы колоритомъ оно ни было окрашено, привитый съ дѣтства -- вызываютъ у Бомарше тщательное изученіе родной литературы, корифеевъ комедіи и драмы, а также равной мѣрѣ чуткія наблюденія надъ литературами, искусствомъ и бытовыми особенностями жизни странъ, имѣющихъ культуру въ основныхъ чертахъ прямо отчасти противоположную его родинѣ.

Третье теченіе, носившееся въ жгучей атмосферѣ кипучаго и богатаго своими начинаніями бурнаго конца XVIII вѣка,-- это соціальный духъ общественности, столь ярко отмѣтившій эпоху Бомарше и нашедшій въ немъ высокоталантливаго выразителя и трибуна.

Въ то время какъ литературное теченіе является преобладающимъ въ годы довольства и жизненнаго покоя, теченіе общественное направляетъ силы и регулируетъ всю жизнь и всю безпримѣрно-энергичную дѣятельность Бомарше въ тѣ зрѣлые годы, когда онъ, испытавъ слишкомъ много, научается свои частныя дѣла и неудачи связывать съ общимъ ходомъ жизни и съ соціальными пружинами всего порядка и строя дореволюціонной Франціи. Геніальность Бомарше и заключается въ томъ, что онъ сумѣлъ свое частное дѣло съ Гецманомъ огненными, пылающими сарказмомъ, живыми рѣчами, дышащими горечью и злостью, превратить въ дѣло общаго пересмотра всей судебной верховной магистратуры Франціи, изнемогавшей подъ невыносимымъ гнетомъ произвола, подкупности и беззаконія. Свою личную борьбу Бомарше въ лучшихъ своихъ произведеніяхъ превращаетъ въ борьбу сословій,-- борьбу выходца изъ толпы съ безправными и всесильными представителями власти, съ развращенными избыткомъ полномочій и правъ аристократами. Частныхъ лицъ, съ которыми приходилось бороться Бомарше, онъ въ своихъ литературныхъ произведеніяхъ превращаетъ въ типы, являющіеся олицетвореніемъ цѣлыхъ классовъ общества, характеризующихъ всю перегнившую соціальную структуру администраціи и всѣхъ руководящихъ сферъ современнаго ему правящаго міра. Ученикъ Вольтера и энциклопедистовъ -- Бомарше проникается идеями правды и равенства, и въ лучшій расцвѣтъ жалкой и несчастной, въ силу грустныхъ нравственныхъ противорѣчій, жизни становится мощнымъ борцомъ за справедливость и за свободу. Его имя будетъ занесено на безсмертныя скрижали исторіи, и въ этотъ могучій, озаренный высшимъ свѣтомъ гуманности, кульминаціонный періодъ жизни, Бомарше, дѣйствительно, является геніальнымъ дѣятелемъ, имѣющимъ міровое и общечеловѣческое значеніе!

Это третье теченіе, начавшееся мемуарами противъ Гецмана, послѣ долгаго мрачнаго и позорнаго промежутка, развернулось и достигло своего апогея у Бомарше тотчасъ послѣ окончанія его личнаго дѣла,-- послѣ возвращенія столь славно утраченной чести -- и выразилось, наконецъ, въ горячей защитѣ суда присяжныхъ, и въ славномъ дѣлѣ защиты независимости Англійскихъ колоній въ Америкѣ, и въ предпріятій, заслуживающемъ вѣчной благодарности потомства, первомъ изданіи сочиненій Вольтера, и въ защитѣ интересовъ драматурговъ отъ матеріальной эксплоатаціи ихъ трудовъ персоналомъ и дирекціей, стоящими во главѣ театровъ.

Яркимъ свѣтомъ озарилась жизнь и дѣятельность Бомарше этими незабвенными для французскаго общества и всего человѣчества дѣлами, чтобы затѣмъ яснѣе обнаружился упадокъ силъ и воли, дряхлый старческій періодъ послѣднихъ лѣтъ великаго, но слабаго человѣка! Съ 1774 года по 1784 -- самая блестящая пора въ жизни Бомарше, и вмѣстѣ съ тѣмъ это періодъ полнаго расцвѣта его таланта. Къ этому времени относятся два геніальныя произведенія Бомарше: "Севильскій Цырюльникъ" и "Свадьба Фигаро". Съ ними много пришлось хлопотать автору, и только его энергія могла восторжествовать надъ безчисленными препятствіями. Первоначально Бомарше написалъ "Севильскаго Цырюльника" въ видѣ оперы, но вслѣдствіе отказа "Opera Comique" долженъ былъ передѣлать его въ комедію. Разрѣшеніе спектакля было дано, а за день до сисктекля полиція уже запретила постановку комедіи. Наконецъ, когда она была допущена на сцену, она потерпѣла фіаско. Бомарше долженъ былъ принести "богу шикальщиковъ и свистковъ" весь четвертый актъ.


III.


Въ 1781 году Бомарше написалъ "женитьбу Фигаро". Пять лѣтъ эта лучшая комедія пролежала въ авторскомъ портфелѣ, и въ продолженіе четырехъ лѣтъ Бомарше велъ энергичную борьбу для разрѣшенія ея постановки подъ просмотромъ шести или пяти цензоровъ. Подобно нашему "Горе отъ ума", "женитьба Фигаро" въ рукописяхъ была извѣстна образованной части общества, и отдѣльныя ея мѣста вошли въ поговорки во всеобщее употребленіе. Людовикъ XVI объявилъ, будто представленіе такой пьесы заключаетъ въ себѣ требованіе разрушенія Бастиліи! Густавъ третій, король шведскій, на замѣчаніе, будто эта пьеса неприлична, отвѣчалъ: "J'ai trouvé la pièce insolente, mais non pas indécente", находя ее неслыханно дерзкой.

Рѣшающее значеніе для постановки ея на сцену имѣло представленіе въ женевильѣ у графа Водрейля. Наконецъ, было назначено первое ея представленіе,-- и вотъ цѣлая буря въ зрительной залѣ, носящая характеръ открытой демонстраціи. Послѣ рѣзкаго отвѣта на статью противъ пьесы герцога Провансальскаго, Бомарше былъ заключенъ въ тюрьму Сенъ-Лазаръ, откуда послѣ пятидневнаго заключенія былъ выпущенъ раскаявшимся въ своемъ поступкѣ королемъ. По мнѣнію Лагарпа,-- "Бомарше нужно было меньше ума, чтобы написать пьесу, чѣмъ чтобы поставить ее на сцену."

Тотъ же цвѣтущій подъемъ энергіи Бомарше проявляетъ въ этотъ періодъ въ дѣлѣ, благодаря которому онъ заслужилъ привѣтствіе отъ Новаго Свѣта. Бомарше выхлопоталъ, чтобы на него было возложено порученіе создать частное коммерческое общество подъ именемъ "Родригъ Горталецъ и компанія",-- но съ правительственной субсидіей для снабженія американцевъ припасами въ войнѣ за независимость. Президентъ Джонъ-Джей, по распоряженію конгресса въ Филадельфіи, пишетъ Бомарше: "Великодушныя чувства и возвышенные взгляды, которые одни могли внушить образъ дѣйствія, подобный вашему, являются истинною похвалой вашей дѣятельности и украшеніемъ вашего характера. Сдѣлавшись полезными своему государю вашими рѣдкими талантами, вы завоевали уваженіе нарождающейся республики и заслужили апплодисменты Новаго Свѣта." Въ этомъ великомъ дѣлѣ Бомарше потерпѣлъ громадныя денежныя траты, которыя только въ незначительной мѣрѣ были долго спустя возвращены его семьѣ.

Это не остановило его въ предпріятіи, которое не принесло ему ничего, кромѣ значительныхъ убытковъ. Подъ громкимъ названіемъ "Философское, литературное и типографское Общество", которое все сосредоточивалось въ одномъ только Бомарше, началось въ Келѣ на французской границѣ грандіозное изданіе сочиненій Вольтера въ количествѣ 16000 экземпляровъ.

Въ 1777 году Бомарше является основателемъ уже новаго общества "Société des auteurs dramatiques", которое выхлопотало опредѣленіе финансовой доли писателямъ въ успѣхѣ ихъ театральныхъ пьесъ. Бомарше становится защитниковъ противъ эксплоатаціи, которая до него была неизбѣжна для авторовъ со стороны привиллегированныхъ хозяевъ сценическихъ представленій.

Достигнувъ высшей точки на пути популярности и славы, совершивъ рядъ дѣлъ, оцѣненныхъ современниками и заслуживающихъ справедливую благодарную память потомковъ, Бомарше въ дальнѣйшей своей жизни идетъ къ упадку по крутой наклонной плоскости. Мало-по-малу онъ остается за чертой быстро несущейся впередъ жизни. Новые дѣятели, новые борцы отодвигаютъ его на задній планъ, чтобы показать всю его отсталость и непригодность при измѣняющихся круто и внезапно явленіяхъ жизни. Бомарше дѣлаетъ попытки примѣнить свою обычную тактику къ новымъ обстоятельствамъ, но его изворотливости и ума уже не хватаетъ, чтобы завоевать вновь симпатію; напротивъ, жизнь бичуетъ его, и на склонѣ лѣтъ онъ подвергается испытаніямъ, которыя ускоряютъ его кончину и служатъ расплатою за двуличную политику, плодами которой онъ слишкомъ щедро пользовался при достиженіи своихъ цѣлей въ сомнительные періоды благополучія. "Высокіе таланты необходимы, по словамъ главнаго персонажа Бежарса въ пьесѣ "Преступная мать", для жизненныхъ успѣховъ, и только совѣстливость мѣшаетъ искусству создавать факты." Бомарше зналъ эти тайны дипломатическихъ успѣховъ, "цѣль которыхъ -- интересъ, а средствомъ служитъ интрига". "Искусство господствовать надъ событіями и людьми* было основною стихіею жизни Бомарше, но вотъ весь старый порядокъ Франціи въ самыхъ коренныхъ основахъ подвергается рѣзкимъ и крутымъ измѣненіямъ.

Новыя вѣянія дискредитировали всѣ искусные маневры, съ помощью которыхъ созидалось благосостояніе Бомарше. Настало время расплаты за компромиссы съ совѣстью, за подозрительныя связи, за двуличное поведеніе. Отъ Бомарше потребовали оправдательныхъ документовъ, и за ненахожденіемъ таковыхъ, онъ долженъ былъ потерпѣть возмездіе за сомнительную дѣятельность, которая подверглась пересмотру со стороны возродившагося общества, одушевленнаго необычайнымъ подъемомъ соціальнаго духа, подводящаго итоги всей прошлой жизни Франціи и со стороны лицъ, облеченныхъ довѣріемъ и властью. "Бомарше,-- пишетъ Берне въ январскомъ парижскомъ письмѣ, посвященномъ размышленіямъ о судьбѣ автора Трилогіи,-- благодаря своей ловкости, выходилъ изъ всѣхъ прежнихъ случайностей съ выгодою для себя. И вотъ этотъ же самый Бомарше, столкнувшись съ революціей, оказался неопытнымъ, какъ ребенокъ, трусливымъ, какъ нѣмецкій школьный педантъ. Онъ началъ поставлять оружіе и для революціоннаго правительства, но на этотъ разъ потерялъ не только всѣ свои деньги, но и голову. Прежде ему приходилось имѣть дѣло съ министрами французской монархіи; двери этихъ господъ легко и безъ шума отворялись и затворялись для всякаго, умѣвшаго подмаслить замки и петли. Теперь онъ вошелъ въ сношеніе съ людьми честными, т.-е. опасными; этого Бомарше не сумѣлъ понять и потому погибъ."

Великій ораторъ и будущій демагогъ Мирабо первый наноситъ ударъ популярности и благополучію Бомарше. Въ могучей, краснорѣчивой и пламенной рѣчи разоблачаетъ Мирабо подозрительную акціонерную компанію для снабженія Парижа водой, которой хотѣлъ воспользоваться Бомарше въ цѣляхъ быстраго обогащенія. Талантливый адвокатъ карьеристъ Бергасъ пользуется эффектнымъ случаемъ, чтобы возбудить процессъ противъ Бомарше въ его дѣлѣ освобожденія несчастной беременной госпожи Кориманъ, обвиняемой мужемъ-Банкиромъ въ позорномъ адюльтерѣ, сопряженномъ съ низкими разсчетами обоихъ супруговъ. Судъ, къ которому обратился Бомарше, оправдалъ его и призналъ обвиненія Бергаса ложными. Но вновь выступили наружу во всеобщее осмѣяніе позорныя дѣйствія прежнихъ лѣтъ Бомарше, перемѣшанныя съ клеветами, распускаемыми адвокатомъ Бергасомъ. Великому автору "женитьбы Фигаро* нельзя было одному выйти на улицу, не рискуя подвергнуться уличнымъ нападеніямъ, а дома его забрасывали оскорбительными письмами.

Литературное творчество этого періода Бомарше соотвѣтственно обнаруживаетъ упадокъ таланта, а общественная сторона послѣднихъ произведеній проявляетъ признаки одряхлѣнія, слабости и общаго пониженія какъ этическихъ, такъ и соціальныхъ идеаловъ состарившагося душой автора.

Опера "Тараръ" претерпѣваетъ нѣсколько метаморфозъ въ угоду измѣняющемуся настроенію общества. "Преступная мать" является жалкою послѣднею частью Трилогіи, противорѣчаще то по своимъ тенденціямъ двумъ первымъ частямъ, а художественная ея сторона обнаруживаетъ упадокъ таланта. Личныя дѣла и ненависть къ отдѣльнымъ лицамъ находятъ себѣ теперь отраженіе въ дѣйствующихъ лицахъ пьесы. Въ лицѣ Бежарса, Бомарше прозрачно выставляетъ ненавистнаго адвоката Бергаса, какъ типъ негодяя и лицемѣра.

Жажда комфорта и наслажденій жизнью заслонили отъ умственнаго взора Бомарше перемѣну всего соціальнаго настроенія, и онъ не устоялъ отъ искушенія построить себѣ роскошный палаццо недалеко отъ бѣднѣйшихъ поселеній Парижа. Изъ окопъ его милліоннаго дома можно было наблюдать штурмъ и взятіе Бастиліи. Общіе взоры пробужденной массы не могли не заподозрить въ Бомарше аристократа и врага. Еще чудо, что Бомарше избѣгъ гильотины! Не желая эмигрировать, пользуясь своей эластической измѣнчивостью, Бомарше почелъ за лучшее предложить новому правительству свои услуги по доставкѣ 60000 ружей, которыя обѣщался доставить изъ Голландіи. Но народъ, сдѣлавшійся теперь господиномъ положенія, не довѣрялъ хамелеону -- Бомарше, столько разъ мѣнявшему свои взгляды и симпатіи. Когда 10 августа тропъ, правительство, король были свергнуты, разъяренная толпа, подозрѣвавшая Бомарше въ передачѣ оружія властямъ, перерыла весь его домъ, а комитетъ общественнаго спасенія распорядился арестовать Бомарше и заключить его въ аббатство, гдѣ Бомарше едва избѣгнулъ несчастія стать жертвою кровавыхъ сентябрскихъ убійствъ.

Избѣжавъ опасности, Бомарше съ помощью одного изъ членовъ комитета поспѣшилъ отправиться въ Голландію для выполненія заказа ружей, снабженный паспортомъ отъ правительства. Но уже 1 декабря онъ подвергается тяжкимъ обвиненіямъ въ перепискѣ съ Людовикомъ XVI, въ растратѣ общественныхъ денегъ и въ заговорѣ противъ республики. Защитивъ себя отъ кроваваго террора печатаніемъ смѣлаго мемуара, опровергающаго эти обвиненія, Бомарше подъ именемъ Шаррона поспѣшилъ вновь въ Голландію для доставки новому правительству ружей. А его включили въ списокъ эмигрантовъ; жену его, дочь и сестру посадили въ тюрьму, и все его имущество подвергли конфискаціи. Учрежденіе директоріи спасаетъ его отъ обвиненія въ эмигрированіи, и Бомарше безпрепятственно вновь возвращается въ Парижъ. Пережить всѣ эти неизмѣримо тяжелыя волненія безъ ущерба для жизненныхъ силъ было невозможно.

Еще нѣсколько лѣтъ жизни, правда, спокойной и мирной, но безсильной возвратить угасавшія силы, и Бомарше отходитъ къ вѣчному успокоенію въ ночь съ 18 на 19-е мая 1799 года, чтобы дать мѣсто людямъ болѣе нужнымъ, на вѣчно измѣняющейся аренѣ исторіи. Отошла въ таинственную невѣдомую вѣчность жизнь человѣка, сплетеннаго изъ противорѣчій, метавшагося между низменной погоней за мишурными благами жизни и высшими стремленіями провести въ горькую соціальную дѣйствительность высшіе идеалы, завѣщанные литературой и носившіеся въ электрической атмосферѣ кипучей революціонной эпохи. Умеръ человѣкъ, запятнавшій себя темными дѣлами и прославившій свое имя борьбою за высшія идеи въ лучшую центральную пору жизни, но не испытаютъ кончины и забвенія плоды его литературной работы, великія произведенія Бомарше, обогатившія драматическую литературу французскаго театра!!...


IV.


Обозрѣвая жизнь Бомарше, столь богатую внѣшними и внутренними перипетіями, нельзя не отмѣтить отрицательный характеръ его дѣйствій и поступковъ въ первый и послѣдній періодъ его жизни и полный высшій расцвѣтъ идеаловъ и стремленій, проводимыхъ имъ въ дѣйствительность съ неудержимою энергіею въ центральный ея періодъ. Въ глубинѣ его натуры ясно выступили три теченія, имѣющія каждое особый источникъ. Первое теченіе -- это стремленіе Бомарше къ обогащенію, не брезгая средствами для достиженія цѣлей путемъ компромиссовъ съ совѣстью. Причины этому можетъ быть лежатъ въ значительной мѣрѣ въ наслѣдственной передачѣ и непосредственномъ вліяніи отца,-- второе теченіе -- любовь къ литературѣ и музыкѣ, лежащее въ задаткахъ его природнаго характера и благотворномъ вліяніи его всесторонне образованной матери, и третье теченіе -- соціальный духъ, идеалы свободы и равенства, имѣвшіе свою основу въ томъ историческомъ обстоятельствѣ, что Бомарше былъ сыномъ своего вѣка, носилъ въ себѣ идеи и представленія, составляющія общую атмосферу перелома всей соціальной жизни Франціи; это послѣднее теченіе оформилось и получило опредѣленную окраску подъ вліяніемъ знакомства съ литературой энциклопедистовъ и новыми вѣяніями соціальной жизни.

При обозрѣніи біографіи Бомарше выпукло выступили наружу всѣ трагикомическія нравственныя противорѣчія его намѣреній и поступковъ. Ключъ къ ихъ разгадкѣ заключается въ этихъ основныхъ трехъ главныхъ теченіяхъ его духовной жизни, а всѣ колебанія его мечущейся изъ стороны въ сторону личности находятъ себѣ объясненія въ темпераментѣ Бомарше, заключавшемъ въ себѣ элементы сангвиническаго склада, быстро и скоро отражающаго всѣ жизненныя впечатлѣнія, и элементы холерическаго темперамента, требующаго дѣятельныхъ проявленій, быстрыхъ смѣнъ представленій и чувствъ. Бурный, страстный и дѣятельный характеръ Бомарше былъ лишенъ нравственныхъ устоевъ, вслѣдствіе отсутствія систематическаго серьезнаго образованія и суроваго педантическаго, но лишеннаго внутреннихъ основъ отцовскаго воспитанія, а также вслѣдствіе примѣровъ Вольтера и другихъ лицъ, хорошо извѣстныхъ Бомарше и вызывавшихъ въ его душѣ преклоненіе передъ ихъ авторитетомъ, въ которыхъ онъ часто наблюдалъ соединеніе умственной мощи съ нравственнымъ уродствомъ при частомъ отсутствіи направляющихъ жизненныхъ принциповъ. Вслѣдствіе этихъ условій, его характеръ принялъ отрицательное направленіе и былъ причиною тѣхъ позорныхъ дѣлъ, которыя такъ не вяжутся съ благороднымъ представленіемъ о Бомарше, какъ о писателѣ.

Переходя къ писательской сторонѣ дѣятельности Бомарше, придется вновь увидѣть тѣ явленія, которыя характеризуютъ его какъ человѣка. Творчество Бомарше, особенно созданіе его главнаго типа -- Фигаро, представляетъ въ себѣ какъ бы художественное отраженіе его личности и его жизни, очищенной и просвѣтленной въ горнилѣ божественнаго вдохновенія. Въ исторіи его творчества наблюдаются въ главныхъ чертахъ основные переходы, столь характерные для его жизни. Періоды, отмѣчающіе различныя стадіи въ развитіи личности, въ дѣятельности и въ жизни Бомарше, находятъ себѣ соотвѣтствіе въ различныхъ фазахъ развитія и паденія его таланта и отражаются въ его пьесахъ. Въ писательской дѣятельности Бомарше наблюдается та же ломанная линія, въ которой кульминаціонный пунктъ развитія таланта находится въ періодѣ того же блестящаго геніальнаго десятилѣтія отъ 1774 г. по 1784 г. Творческія работы до этого времени служатъ переходами къ расцвѣту генія, а произведенія послѣднихъ лѣтъ представляютъ ниспускающуюся линію падающаго таланта и гаснущаго духа.

Бомарше выступилъ на драматическое поприще въ томъ родѣ литературы, новаторомъ которой считается Дидро. Борьба съ ложноклассицизмомъ привела къ такой драмѣ, въ которой нашли бы себѣ отраженія интересы широкаго общественнаго круга. Рядомъ съ этимъ требованіемъ стояла задача творчества трогательнаго и поучительнаго. Въ предисловіи къ своей первой драмѣ "Евгеніи" Бомарше пишетъ: "Мы любимъ роль сочувствующихъ несчастному принцу, потому что его горести, слезы и слабости какъ бы приближаютъ его положеніе къ нашему. Но если наше сердце имѣетъ какое-нибудь значеніе въ нашемъ интересѣ къ героямъ трагедіи, то гораздо менѣе потому, что они герои или короли, но потому что они люди и несчастные." "Неизбѣжные удары судьбы,-- говоритъ далѣе авторъ "Евгеніи" о трагедіи древнихъ,-- не даютъ уму никакого нравственнаго направленія. Если можно извлечь изъ зрѣлища подобнаго рода какое-нибудь назиданіе, это назиданіе было бы ужасно. Оно. увлекло бы на путь преступленій столько же душъ, для которыхъ судьба была бы оправданіемъ, сколько пошатнула бы ихъ на пути добродѣтели, такъ какъ при этой системѣ всѣ усилія послѣднихъ не гарантируются ничѣмъ. Если нѣтъ добродѣтели безъ жертвъ, то нѣтъ и жертвы безъ надежды на вознагражденіе."

Эти моральныя тенденціи и служатъ основною пружиною въ нравоучительно-трогательныхъ двухъ первыхъ пьесахъ Бомарше "Евгенія" и "Два друга", написанныхъ въ слащавомъ вкусѣ Дидро. Какъ опредѣлили изслѣдователи литературы, сюжетъ драмы "Евгеніи" отчасти заимствованъ изъ произведенія Лесажа "Хромой бѣсъ". Лордъ Кларендой, герой пьесы, готовится вступить въ выгодный бракъ. Въ него влюблена дочь валисскаго дворянина Евгенія. Лордъ, замаскировавшись священникомъ своего управляющаго, фиктивно женится на ней. Послѣ этого брака Евгенія находится въ ожиданіи ребенка, а лордъ помышляетъ о новой выгодной женитьбѣ. Однако, сердце вѣроломнаго лорда поражено видомъ несчастной, обманутой, беременной женщины, и онъ въ заключеніи драмы добродѣтельно женится на ней.

Даже съ внѣшней художественной стороны это произведеніе, изобилующее длиннотами и отступленіями, было слабо. Но вѣдь французская публика была хорошимъ критикомъ, стояла нерѣдко выше авторовъ и могла указать имъ недостатки. Какъ впослѣдствіи при передѣлкѣ "Севильскаго Цырюльника", такъ и теперь, послѣ неудачной постановки "Евгеніи" на сценѣ, Бомарше измѣнилъ родъ драмы согласно впечатлѣніямъ и критикѣ зрителей перваго представленія. Обычная художественная черта Бомарше,-- захватывающій интересъ пьесы, составляетъ главное эстетическое достоинство "Евгеніи". Но психологическая ея сторона крайне слаба. Главный нервъ драмы -- примиреніе развратнаго лорда съ Евгеніею -- не получилъ въ пьесѣ необходимой мотивировки, драма утратила главное значеніе всякаго художественнаго произведенія,-- правдивости и естественности. Однако, она пользовалась успѣхомъ и въ Германіи, и въ Англіи, и въ Россіи, благодаря новизпѣ "слезливой драмы" вообще.

Современникамъ эта пьеса пришлась по вкусу. Гаррикъ писалъ о ней, что она доставила ему величайшее наслажденіе, и онъ далъ мысль передѣлать эту пьесу на англійскій ладъ подъ названіемъ "Школа развратниковъ".

Другая драма Бомарше въ томъ же духѣ поученій и сентиментальности "Два друга" не имѣла уже вовсе никакого успѣха. Гриммъ называетъ эту пьесу негодной, а въ обществѣ по ея поводу циркулировали остроумные стишки, составленные неизвѣстнымъ куплетистомъ:

"Я драму Бомарше видала.

И въ парѣ слова, скажу, какая это пьеса:

Въ мѣнялы лавочкѣ громитъ златой металла.

Не возбуждая интереса."

Эта драма, дѣйствительно, взята изъ міра финансистовъ, отражая въ себѣ увлеченіе Бомарше коммерческими предпріятіями. Вся эта пьеса переполнена случайностями, сочиненными хитроумнымъ авторомъ и не имѣющими ни внутренней необходимости, ни жизненной правды. Сюжетъ ея довольно запутанъ. Два героя, сборщикъ откуповъ и ліонскій негоціантъ, составляютъ центральныя лица. Въ денежныхъ затрудненіяхъ негоціанта приходитъ къ нему на помощь сборщикъ откуповъ, передавъ ему деньги, собранныя съ откуповъ и арендъ. Пріѣзжаетъ ревизоръ. Все кончилось бы очень печально, если бы автору не захотѣлось показать добродѣтельными всѣхъ дѣйствующихъ лицъ пьесы. Пьеса сводится вполнѣ къ благополучному, но ни въ какомъ случаѣ не отвѣчающему внутренней необходимости произведенія, концу. Въ этой "драмѣ" нашелъ себѣ отраженіе личный мотивъ Бомарше въ изображеніи романическаго эпизода любви сына негоціанта къ Полипѣ. Эта пьеса была поставлена въ 17 70 году и не выдержала болѣе десяти представленій.

Хотя Бомарше видѣлъ въ себѣ преобразователя драмы и цѣнилъ особенно эту сторону своего творчества, однако, геніальная комедія была его призваніемъ и составила ему ту славу, которою онъ пользовался при жизни и то историко-литературное и общечеловѣческое значеніе, которое навсегда останется связаннымъ съ его именемъ. Апоѳеозъ славы Бомарше, какъ писателя, составляетъ его знаменитая Трилогія, написанная имъ въ расцвѣтъ его таланта и во время того періода жизни, когда его геній, освободившись отъ путъ мелкихъ страстей и тщеславія, выразился во всей своей силѣ особенно въ "женитьбѣ Фигаро". "Преступная мать" носитъ въ себѣ уже слѣды упадка, а первая часть Трилогіи "Севильскій Цырюльникъ" характеренъ не только по соціальной сторонѣ, но и въ художественномъ отношенія.

Каждой изъ этихъ трехъ частей, изображающихъ судьбу Фигаро въ различныхъ стадіяхъ, Бомарше предпосылаетъ по предисловію, въ которыхъ сообщаетъ, какъ слѣдуетъ понимать его произведеніе, защищается отъ нападковъ критики и разъясняетъ смыслъ и значеніе каждаго изъ дѣйствующихъ лицъ пьесы. Бомарше въ этихъ предисловіяхъ имѣетъ въ виду главнымъ образомъ своихъ современниковъ, и поэтому его разъясненія для правильнаго пониманія нуждаются въ историко-литературныхъ дополненіяхъ,-- въ связи съ предшествующими завоеваніями французской литературы, и въ историческихъ объясненіяхъ,-- въ связи съ послѣдующими событіями во Франціи.


V.


Первой части Трилогіи Бомарше предпосылаетъ "Скромное письмо" по поводу критики и паденія "Севильскаго Цырюльника".

Начало этого письма и поза автора, который, по его собственнымъ словамъ, "изгибаясь скромно одѣтый", въ заискивающихъ выраженіяхъ проситъ читателя выслушать его объясненіе, рисуетъ Бомарше ищущимъ успѣха и сознающимъ, что настало время, когда этотъ успѣхъ всецѣло зависитъ отъ сѣрой массы затеряннаго въ толпѣ зрителя шумнаго демократическаго партера. Содержаніе "Севильскаго Цырюльника" просто и обыденно. Влюбленный старикъ Бартоло предполагаетъ жениться на своей воспитанницѣ. Противникомъ его является молодой и ловкій графъ Альмавива, который съ помощью беззаботнаго, одинаково подсмѣивающагося надъ успѣхомъ и надъ паденіемъ своихъ затѣй, цырюльника Фигаро похищаетъ у соперника красавицу Розину я женится на ней на глазахъ и въ самомъ домѣ опекуна. Самъ Бомарше понималъ, что не въ этой простой, обыденной, хотя именно благодаря своей комической простотѣ и прекрасной, фабулѣ заключается причина долговременнаго и всеобщаго успѣха его пьесы.

Главная сила комедіи -- въ художественной композиціи, и въ геніальномъ ея выполненіи, и въ живыхъ блестящихъ діалогахъ, и въ яркихъ типахъ. Розина содержится въ крѣпости, обороняемой суровою подозрительностью, и, чтобы обойти человѣка, который безпрерывно мѣняетъ намѣреніе, приходится оборачиваться достаточно быстро, чтобы не быть застигнутымъ внезапно врасплохъ. Въ этомъ и заключается художественная оригинальность Бомарше, какъ представителя въ области комедіи, въ которой онъ слѣдовалъ Реньяру -- творцу формы комедіи-интриги. Мольеръ и въ особенности Детушъ были создателями комедіи-характеровъ. У Бомарше характеры очерчены слегка, блестяще, поверхностно. Живость дѣйствій и захватывающая духъ зрителя быстрота измѣненій всего хода сценъ, мелькающихъ, какъ цвѣтныя, радужныя, ослѣпляющія своимъ блескомъ стекла въ калейдоскопѣ, очаровывая взоръ зрителя, ни на минуту не теряющаго интереса,-- эта художественная экспрессія не даетъ возможности характерамъ вылиться въ опредѣленныя формы и дѣйствующимъ лицамъ запечатлѣться въ окончательно неизмѣнныя типичныя фигуры.

Одинъ только типъ изъ массы пестрой группы дѣйствующихъ лицъ этой искрометной комедіи получилъ вѣчную жизнь и перешелъ въ потомство,-- это его знаменитый Фигаро. Но, оставляя вообще не разработанными окончательно характеры, Бомарше показалъ всему міру, чѣмъ можетъ и должна быть соціальная комедія-интриги, и въ этомъ его всемірное значеніе во всеобщей исторіи литературы. Надо имѣть въ виду только Фигаро въ первыхъ частяхъ Трилогіи, такъ какъ въ "Преступной матери" онъ уже въ корень измѣняетъ свой общественно-нравственный обликъ. Но въ "Севильскомъ Цырюльникѣ" и въ "Свадьбѣ Фигаро" это одно и то же лицо, получившее во второй пьесѣ полное вдохновенное развитіе подъ волшебнымъ перомъ чародѣя-драматурга.

Фигаро -- это "бѣднякъ, затерянный въ сѣрой толпѣ, которому пришлось развернуть столько знаній и сообразительности для поддержанія лишь своего существованія, сколько за сто лѣтъ не было обнаружено по всѣмъ управленіямъ Испаніи". Сынъ неизвѣстныхъ родителей, украденный бродягами, воспитанный въ ихъ средѣ, Фигаро почувствовалъ къ нимъ отвращеніе и пожелалъ избрать себѣ честный путь въ жизни. Но Фигаро повсюду отталкивали. Онъ ревностно изучалъ науки, но самая сильная протекція могущественнаго вельможи едва могла доставить ему скромное мѣсто ветеринара. Попробовалъ онъ писать, и въ ту же минуту какой-то посолъ предъявляетъ жалобу, что онъ въ своихъ стихахъ оскорбляетъ "Высокую порту, Персію, часть полуострова Индіи, весь Египетъ, королевства Барка, Триполи, Тупись, Алжиръ я Марокко, и его комедію выкурили въ угоду магометанскимъ государямъ". "Не будучи въ силахъ справиться съ его умомъ, они отомстили, пустивъ въ ходъ клевету". Но этотъ несчастный вѣчный скиталецъ не падаетъ духомъ. Вездѣ при всякомъ случаѣ, ставя себя выше обстоятельствъ, благословляемый одними, проклинаемый другими, помогая удачѣ и стойко вынося удары судьбы, осмѣивая дураковъ, отворачиваясь отъ злыхъ людей, подтрунивая надъ своею бѣдностью, добрелъ онъ до Севильи, чтобы теперь предаться протесту противъ гоненія на мысль и противъ всесилія знати! Интрига и ловкость -- его пріемы борьбы. Изъ ничего создавать факты -- его политика. "Двѣ-три интрижки разомъ, да и перепутать ихъ между собою",--.его девизъ. Оль обходитъ всѣхъ и силою своего ума и изобрѣтательности побѣждаетъ преимущества, связанныя съ знатностью и богатствомъ. Онъ спѣшитъ смѣяться, чтобы не дать волю слезамъ. Веселую философію ему дала привычка къ горю. Въ свободныя минуты онъ предается протесту и съ остроумнымъ сарказмомъ изливаетъ ѣдкую скорбь измученной души.

Въ этомъ типѣ Бомарше слилъ въ одинъ цѣлый гармоническій яркій образъ элементы, составляющіе два противоположные полюса. Трагическое и комическое, забавное и трогательное, беззаботно веселое и невыносимо горькое сплетаются неразрывно въ живой личности Фигаро, этомъ представителѣ толпы, гордой въ своемъ порабощеніи и непобѣдимой въ своемъ естественномъ требованіи, переходящемъ въ открытый вызовъ аристократіи и всему старому порядку. Мѣтко и остроумно, въ готовыхъ, сжатыхъ формулахъ, непосредственно вырывающихся изъ наболѣвшей груди, Фигаро бросаетъ перчатку вѣковому строю жизни дореволюціоннаго общества. Его идеи не новы, онѣ бродили и кипѣли въ обществѣ, цензура пропустила ихъ, какъ избитыя истины, но толпа подхватываетъ эти формулы протеста на лету, и вотъ онѣ дѣлаются ферментомъ, вызывающимъ революціонное броженіе. Въ этомъ смыслѣ Бомарше сталъ предвѣстникомъ революціи, далеко не будучи по своей натурѣ революціонеромъ. "Получать, брать и просить" -- въ этомъ вся тайна, по словамъ Фигаро, быть придворнымъ. "Посредственность, да низкопоклонство,-- вотъ что въ гору идетъ". "Потому что вы знатный вельможа, вы считаете себя великимъ геніемъ". "Дворянство, санъ, богатство внушаетъ человѣку столько гордости. Но что вы сдѣлали, чтобы добиться этихъ благъ. Вы потрудились только родиться -- больше ничего", такъ громитъ Фигаро аристократовъ и представителей администраціи.

Свободолюбивый, онъ болѣетъ отъ притѣсненій, которыя испытываетъ печать. "Печатныя глупости имѣютъ, по мнѣнію Фигаро, значеніе лишь тамъ, гдѣ стѣснена печать, безъ свободы порицанія самая похвала не заключаетъ въ себѣ ничего лестнаго. Только мелкіе людишки боятся печатныхъ статеекъ". "Въ Мадридѣ установилась необыкновенно либеральная система относительно передачи всякаго рода произведеній,-- разсказываетъ Фигаро,-- распространяющаяся и на произведенія печати: воспрещается же мнѣ говорить лишь о власти, о культѣ, о политикѣ, о морали, объ особахъ, занимающихъ мѣста, объ обществахъ, заслуживающихъ довѣрія, объ оперѣ и другихъ спектакляхъ, да о личностяхъ, имѣющихъ къ чему-либо касательство; затѣмъ я могу свободно печатать обо всемъ прочемъ, подъ наблюденіемъ двухъ или трехъ цензоровъ".

Бомарше, испытавшій на себѣ не разъ всю тягость судопроизводства современнаго ему дореформеннаго суда, влагаетъ въ уста Фигаро ядовитые протесты противъ дореформеннаго суда. "Если суть тяжбы принадлежитъ тяжущимся, то форма ея составляетъ неотъемлемую собственность господъ судей". Въ мѣткомъ французскомъ непереводимомъ буквально каламбурѣ: "обычай нерѣдко есть злоупотребленіе" "L'usage est souvent un abus" тонкой шуткой осмѣиваетъ Фигаро всю систему современнаго ему суда. Противъ закона Фигаро протестуетъ, говоритъ открыто, что онъ снисходителенъ къ людямъ большимъ и суровъ къ маленькимъ. Вопросы, волнующіе французское общество, находятъ въ устахъ великаго насмѣшника Фигаро -- Бомарше мѣткую оцѣнку, и этою именно стороною обѣ комедіи заслужили признательность и шумный успѣхъ у современниковъ.

Въ живой фигурѣ геніальнаго цырюльника Бомарше художественнымъ путемъ выразилъ всю практическую сторону жизненной философіи энциклопедистовъ, которая до него была облечена въ суровую форму научныхъ трактатовъ, недоступныхъ массѣ. Образъ Фигаро при этомъ вышелъ оригинальнымъ, цѣльнымъ и высокохудожественнымъ. Въ "Севильскомъ Цырюльникѣ" онъ не достигъ еще полной окончательной обработки, но тамъ намѣтился этотъ чудный типъ, чтобы получить яркое освѣщеніе и полную законченность уже въ "Свадьбѣ Фигаро". Въ "Севильскомъ Цырюльникѣ" Фигаро пока еще только веселый малый, подшучивающій надъ докторомъ Бартоло и другими лицами, и съ удовольствіемъ занимающійся проказами и легкой интригой, чтобы помочь юному графу противъ старика-деспота.

Но въ "Свадьбѣ Фигаро" раскрывается уже его общественная и нравственная личность въ ея всесторонней силѣ и яркости. Самая фабула "Женитьба Фигаро", исполненная глубокаго драматическаго интереса, захватываетъ какъ моральныя, такъ и общественныя стороны жизни соціальной неурядицы и общественной неправды въ отношеніяхъ высшаго и низшаго сословій. Основную ткань пьесы составляетъ борьба ума и ловкости Фигаро противъ силы и безграничной власти его господина графа Альмавива. Чтобы придать своей комедіи сильный трагическій мотивъ, имѣющій соціальное значеніе, потрясающее нравственное чувство зрителя и вызывающее его сильный протестъ, Бомарше узломъ пьесы набросилъ позорное право вельможъ -- prima nox -- пользоваться невѣстой своихъ подданныхъ послѣ свадьбы. Графъ Альмавива отмѣняетъ это право, но когда Фигаро женится на Сузаннѣ, онъ уже раскаивается въ отмѣнѣ этого обычая и сплетаетъ интриги, чтобы привлечь къ себѣ Сузанну, Въ этомъ именно заключается мрачный узелъ комедіи, и этотъ лейтъ-мотивъ дѣлаетъ ее неизмѣримо серьезнѣе и глубже "Севильскаго Цырюльника".

Комическія положенія не защищаютъ зрителя отъ тяжелаго чувства, возбужденнаго грустнымъ безправіемъ униженныхъ и угнетеніемъ ихъ веселою знатью. Если, благодаря уму и ловкости, Фигаро удается восторжествовать надъ графомъ Альмавивой, то общій порядокъ жизни не измѣняется отъ этого и внушаетъ ненависть противъ основъ соціальнаго строя, допускающаго подобные обычаи. Если "Севильскій Цырюльникъ" блещетъ веселыми жизненными мотивами, пріятно волнующими зрителя сочувствіемъ къ молодымъ въ ихъ интригѣ противъ стараго деспотическаго опекуна, то въ "женитьбѣ Фигаро" зритель находится подъ тяжелымъ угнетающимъ впечатлѣніемъ картины подчиненія интимныхъ сторонъ жизни людей низшаго сословія безграничному всесилію необузданной аристократіи.

Въ "Свадьбѣ Фигаро" три интриги, то переплетаясь, то разъединяясь, проходятъ черезъ всю пьесу. Отношеніе графини къ легкомысленному и преступному въ намѣреніяхъ графу, любовь Фигаро къ Сузаннѣ, отношеніе Марселипы къ Фигаро, оказавшемуся ея сыномъ, и перемѣнчивыя увлеченія юнаго пажа -- перемѣшиваются въ пеструю, игривую разноцвѣтную тканъ, по которой звучнымъ основнымъ мотивомъ проходятъ протесты Фигаро и побѣды его ума и изобрѣтательности надъ сильнымъ, но оказывающимся въ крайне смѣшномъ и нелѣпомъ положеніи, недальновидимымъ владѣльнымъ вельможею. Эта сѣть интригъ, постоянно мѣняющихся по требованіямъ минуты и сообразно ходу дѣйствій, такъ заинтересовываетъ зрителя, что онъ не можетъ оторваться отъ ослѣпительной игры, въ которой все получаетъ новые неожиданные обороты, какъ только дѣло осложняется новыми обстоятельствами. Отдѣльныя сцены эффектны и производятъ неотразимое впечатлѣніе.

Въ третьемъ дѣйствіи, представляющемъ тронную залу, предназначенную для суда, процессъ надъ бѣднымъ Фигаро готовъ разрушить всѣ его планы, но обнаруженіе въ той женщинѣ, за которую хотѣлъ его просватать графъ,-- родной ему матери, уничтожаетъ намѣреніе графа, и сцена заканчивается картиной встрѣчи между узнавшими другъ друга родными, въ которой даже Фигаро единственный разъ въ своей жизни не удерживается отъ слезъ. Драматическій нервъ этой пьесы получаетъ здѣсь развитіе и обнаруживаетъ въ Бомарше автора драмъ "Евгеніи" и "Двухъ друзей", умѣющаго затронуть чувствительныя струны души зрителя.

Послѣдняя же сцена полна такихъ комическихъ конфликтовъ, что только быстрота дѣйствій превосходитъ комичность столкновеній, и въ концѣ концовъ вся житейская путаница приводится къ желанному концу, когда одураченный графъ оказывается проученнымъ своею женой, переодѣвшеюся въ платье невѣсты Фигаро, а Фигаро осмѣянъ Сузанной за его желаніе поухаживать за мнимой графиней въ увѣренности, что его семейное счастье разрушено. Все кончается благополучно и весело. Но на душѣ у зрителя остается горькій осадокъ святого недовольства.

Въ этой геніальной комедіи ярко выступаетъ суровая критика дряхлаго отжившаго соціальнаго строя жизни, выраженная въ горькихъ, и гордыхъ, и сильныхъ протестахъ Фигаро, въ художественной завязкѣ пьесы и въ заключительныхъ аккордахъ резюмирующихъ общественныя идеи эпохи.

"По прихоти рожденіи, размышляетъ Фигаро, одинъ -- графъ, другой -- пастухъ, случаи поставила, между нами разстояніе, одинъ лишь умъ все можетъ измѣнить. Смерть стираетъ изъ памяти людей десятки графовъ, которымъ курили ѳиміамъ, Вольтеръ же навсегда безсмертенъ."

Это противопоставленіе мишурной славы вельможъ истинной славѣ геніевъ заключаетъ въ себѣ противопоставленіе неоспоримыхъ правъ ума случайнымъ правамъ рожденія, и въ глубинѣ этихъ антитезъ свѣтится глубокій духъ справедливаго протеста, еще рѣзче выраженный заключительными строфами пьесы:

"Комедія эта, иронизируетъ Бридуазонъ, рисуетъ намъ жизнь добраго народа, который слушаетъ ее. Плохо живется ему -- онъ бранится и кричитъ, волнуется и суетится на сто ладовъ! Кончается же все пѣсенками."

Берне въ Парижскомъ письмѣ отъ 30 января пишетъ о "Свадьбѣ Фигаро":

"Бомарше смелъ пыль съ мебели стараго порядка нѣжнымъ павлиньимъ перомъ; черезъ пять лѣтъ послѣ этого, національное собраніе совсѣмъ сломало эту мебель, и скоро весь опустѣвшій домъ рухнулъ. Пыль служитъ прикрытіемъ для всякаго отжившаго порядка; сметите ее -- и передъ вами тотчасъ же обнажатся его морщины, трещины, пятна и онъ становится посмѣшищемъ молодого поколѣнія. "Свадьба Фигаро" была мірового комедіею; она составила эпоху въ великой и величественной исторіи Франціи. Первую рану французское духовенство получило отъ Людовика XIV, дозволившаго представленіе "Тартюфа", и французская аристократія отъ Людовика XVI, допустившаго на сцену "Свадьбу Фигаро" и что, слѣдовательно, первыми проводниками французской революціи были два французскіе короля."

Бомарше въ предисловіи къ "Свадьбѣ Фигаро" говоритъ, что главная его заслуга въ томъ, что онъ съ полной независимостью проповѣдовалъ въ своей комедіи равенство сословій.


VI.


Третья часть Трилогіи "Преступная мать" обнаруживаетъ стремленіе Бомарше вернуться на путь поученія и чувствительности. Въ этой послѣдней пьесѣ геніальнаго драматурга замѣтны всѣ признаки упадка таланта и нравственнаго пониженія уровня духовной жизни одряхлѣвшаго душою и преждевременно состарившагося автора. Этому произведенію Бомарше предпослалъ "Слово по поводу преступной матери" и "Письмо" въ ея защиту. Въ этихъ предисловіяхъ Бомарше самъ сознается, что съ лѣтами умъ принимаетъ болѣе грустное направленіе, и дѣйствительно Бомарше уже теряетъ геніальную силу смѣха. Если "Севильскій Цырюльникъ" и "Свадьба Фигаро" олицетворяютъ собою хохотъ, вырвавшійся изъ глубины духа, которымъ облегчаетъ себя великій насмѣшникъ отъ безсмертнаго зла жизни, то въ "Преступной матери" Бомарше уже не сдерживаетъ грустныхъ мотивовъ сердца и въ патетической драмѣ изображаетъ "картину внутренняго разлада, замѣчаемаго во многихъ семействахъ". Но въ противоположность съ семьей Альмавивы, которая приняла анормальную форму вслѣдствіе диссонанса, производимаго двумя дѣтьми, изъ которыхъ сынъ принадлежитъ только матери, а воспитанница оказывается дочерью графа,-- выставлена авторомъ идеальная чета Фигаро и Сузанны. Они сообща и при полной взаимной откровенности противодѣйствуютъ планамъ лицемѣра Бежарса разлучить молодыхъ людей другъ съ другомъ, убѣждая каждаго изъ нихъ, будто они -- дѣти одного отца. Фигаро и Сузанна спасаютъ семью Альмавивы отъ предстоящаго горя. Пьеса оканчивается благополучнымъ раскрытіемъ хитрыхъ интригъ лицемѣра и бракомъ между молодыми людьми. Бомарше въ "Преступной матери" выходитъ изъ сферы прежнихъ комедій великаго насмѣшника. Нравоучительная сантиментальность, проникающая комедію "Преступная мать", напоминаетъ первыя драмы Бомарше "Евгенія" и "Два друга". Въ этой пьесѣ обнаруживается стремленіе къ морализированію, которое Бомарше ставилъ себѣ, какъ художникъ, ошибочно въ заслугу. "Мораль", по его словамъ, "вытекающая изъ столь важнаго нарушенія супружескаго долга честной женщиной, служитъ для предупрежденія лучшей части молодежи, которая, не имѣя обыкновенія заглядывать въ будущее, чаще рискуетъ сбиться съ пути, чѣмъ окончательно погрязнуть въ порокѣ". Это-то морализированіе, являясь основой художественной концепціи пьесы, привело Бомарше къ искусственнымъ построеніямъ и къ антихудожественному нарушенію законовъ правды и естественности.

Упадокъ таланта и ослабленіе общественныхъ силъ Бомарше рельефно выразились въ метаморфозѣ его геніальнаго типа -- Фигаро, художественно ужо окончательно исчерпаннаго въ двухъ первыхъ комедіяхъ. Противопоставляя въ "Преступной матери" стараго покорнаго слугу Фигаро корыстолюбивому лицемѣру Бежарсу, Бомарше придалъ своему излюбленному герою совершенно другой характеръ, противоположный въ основѣ двумъ первымъ комедіямъ Трилогіи. Гонимый судьбою, вѣчно смѣющійся надъ горемъ, протестующій честно и открыто противъ всякой неправды жизни и несправедливости соціальныхъ отношеній между разными классами общества, осмѣивающій отжившій судъ и разлагавшуюся администрацію изнывающаго въ предсмертной агоніи всего строя жизни, этотъ великій и несчастный Фигаро превращается въ "Преступной матери" въ добродушнаго и довольнаго всѣмъ слугу-семьянина, всегда покорнаго волѣ своего господина, направляющаго гибкость своего изворотливаго ума и усилія недюжинной энергіи единственно для блага вельможи Альмавивы. Послѣ свадьбы Фигаро превратился въ угодливаго и почтеннаго прислужника, и въ немъ заглохъ и исчезъ "человѣкъ", въ высшемъ значеніи этого слова. Это знаменательное обстоятельство находитъ разъясненіе, кромѣ художественной исчерпанности типа, и въ біографіи Бомарше, который на склонѣ лѣтъ не знаетъ, куда ему направлять энергію, и котораго манитъ сытая буржуазная жизнь на покоѣ въ милліонномъ замкѣ, выстроенномъ необдуманно противъ самой Бастиліи.

Перемѣна въ соціальной жизни Франціи застала Бомарше врасплохъ, и онъ, обвиняемый и преслѣдуемый за нравственную расшатанность и прежнія двуличныя отношенія съ аристократіей, только и заботился теперь о томъ, чтобы услугой новому правительству доставить себѣ безопасность и спокойную жизнь безъ малѣйшихъ волненій. Дряхлый духъ упадка и гнилого унынія проникаетъ всю послѣднюю пьесу Бомарше, и она не имѣетъ огранической связи съ лучшими двумя геніальными комедіями его Трилогіи, дышащими революціоннымъ протестомъ.

Еще одна пьеса Бомарше этого же періода свидѣтельствуетъ объ упадкѣ его таланта и разрушеніи общественныхъ идеаловъ, такъ опредѣленно обрисованныхъ въ "женитьбѣ Фигаро". Пьеса "Тараръ" имѣетъ болѣе возвышенный образъ, чѣмъ "Преступная мать", но уже одно то, что она три раза претерпѣвала коренныя измѣненія, доказываетъ, что Бомарше старался угодить духу времени и подлаживался къ обстоятельствамъ. Эти измѣненія въ пьесѣ "Тараръ" главнымъ образомъ касались его окончанія. Человѣкъ изъ народа -- Тараръ, храбрый воинъ, представитель ума и гражданской доблести, борется съ царемъ Атарой. Народъ свергаетъ тирана съ престола, и послѣдній уступаетъ свое мѣсто Тарару. Такъ оканчивалась пьеса въ первой редакціи. Но этого было недостаточно въ ту пору, и Бомарше во второй редакціи прибавляетъ къ прежнему заключенію пьесы слова: "Царствуй надъ любящимъ тебя народомъ согласно законамъ и справедливости, народъ самъ вручаетъ тебѣ свою грозную власть." Далѣе Бомарше добавляетъ еще новую сцену "коронаціи Тарара", въ которой власть его ограничивается конституціей и онъ читаетъ цѣлую тираду о разрѣшеніи брака священникамъ.

Лебединою пѣснью Бомарше является мемуаръ, написанный въ 1793 году, подъ названіемъ "Шесть эпохъ". Въ этомъ мемуарѣ авторъ обозрѣваетъ свои приключенія съ поставкою ружей. Это произведеніе, имѣющее біографическій интересъ, не заключаетъ въ себѣ интереса литературнаго, какъ прежніе мемуары Бомарше противъ Гедмана. Имъ и закапчивается творчество Бомарше.


-----


Обозрѣніе жизни и литературной дѣятельности Бомарше приводитъ къ опредѣленнымъ выводамъ. Тѣсная связь между жизнью Бомарше и исторіей его творчества обнаружилась въ основныхъ чертахъ съ неопровержимою ясностью. Въ главномъ типѣ -- Фигаро вырисовываются черты его создателя -- Бомарше. Какъ Фаустъ выражаетъ генезисъ и развитіе міросозерцанія самого Гёте, какъ Онѣгинъ и Печоринъ отражаютъ крупныя черты въ геніальныхъ личностяхъ Пушкина и Лермонтова, такъ и основныя черты типа Фигаро обнаруживаютъ черты характера самого Бомарше. Самое имя Фигаро пріурочиваютъ къ дѣтскому прозвищу Бомарше -- fils Caron, по нормандскому произношенію fi Caron. Если автобіографическія черты Бомарше составляютъ ткань характера Фигаро, то его горячіе остроумные протесты представляютъ взгляды Бомарше и его отношеніе къ жгучимъ вопросамъ соціальной жизни Франціи до-революціонной эпохи.

Какъ въ "Горѣ отъ ума" Чацкій проводитъ взгляды Грибоѣдова и его критику общества и внутреннихъ основъ жизни, такъ герой "Севильскаго Цырюльника" и "Женитьбы Фигаро" громитъ ѣдкимъ сарказмомъ непобѣдимаго смѣха всѣ основныя черты соціальнаго строя Франціи, изнывающей въ агоніи стараго отжившаго порядка. Первыя и послѣднія пьесы представляются слабыми и безцвѣтными въ сравненіи съ полнымъ развитіемъ таланта Бомарше въ эпоху расцвѣта генія въ зрѣлый періодъ его жизни. Въ первый и послѣдній періоды Бомарше руководится въ жизни низшими побужденіями, а въ зрѣлый періодъ выступаетъ борцомъ за высшіе идеалы человѣчества.

Какъ блѣдная заря не предвѣщала яркаго ослѣпительнаго дня въ моментъ зенита, такъ и туманный закатъ явился печальною неожиданностью послѣ столь свѣтлаго полудня.

Неопровержимо выступаетъ рельефный фактъ полнаго соотвѣтствія между жизнью и ролью Бомарше, какъ общественнаго дѣятеля, и тѣмъ ходомъ его литературнаго творчества, который опредѣлился изъ критическаго анализа его произведеній. При сужденіи о Бомарше, какъ писателѣ, логическую силу получаетъ критерій той богатырской мощи, до которой достигъ его геній въ кульминаціонный пунктъ развитія, т.-е. въ періодъ созданія "Севильскаго Цырюльника" и въ особенности "Свадьбы Фигаро". Это блестящее десятилѣтіе, когда физическія и нравственныя его силы достигли апогея, служитъ мѣриломъ для оцѣнки личности Бомарше. Въ эту славную пору Бомарше выступаетъ изобрѣтательнымъ и гигантски сильнымъ борцомъ за интересы свободы англійскихъ колоній, заслуживаетъ аплодисменты Новаго Свѣта, связываетъ свое имя съ первымъ изданіемъ Вольтера, жертвуя на это несчетныя суммы, и становится заступникомъ интересовъ драматурговъ, страдавшихъ отъ эксплуатаціи со стороны дирекціи театровъ.

Исторія литературы увѣковѣчила имя Бомарше, какъ величайшаго новатора оригинальной формы соціальной комедіи, содѣйствовавшаго ея идейной стороной прогрессивному движенію жизни. Біографія Бомарше обнаружила въ немъ черты человѣка слабаго, испорченнаго безразсуднымъ воспитаніемъ и лишеннаго систематическаго образованія, отражающаго въ себѣ мятежную эпоху противорѣчиваго вѣка. Бомарше является однимъ изъ выдающихся представителей французской литературы XVIII столѣтія, однимъ изъ тѣхъ геніевъ, которые извѣстны непримиримою двойственностью, удивительнымъ соединеніемъ умственной мощи съ нравственнымъ уродствомъ.

Въ кульминаціонный періодъ своего развитія Бомарше проникается идеями свободы, истины и справедливости и прославляетъ себя художественными преобразованіями комедіи, т.-е. одной изъ сильнѣйшихъ формъ литературы. Въ этомъ образѣ онъ и запечатлѣется и проживетъ вѣка, какъ онъ прожилъ въ памяти образованныхъ людей все мощное и бурное девятнадцатое столѣтіе.