# Жадовская Ю. В.: биобиблиографическая справка

Юлия Валериановна Жадовская

ЖАДОВСКАЯ, Юлия Валериановна [29.VI.(11.VII)1824, с. Субботино Любимовского у. Ярославской губ. -- 28. VII(9. VIII). 1883, усадьба Толстиково Буйского у. Костромской губ.] -- поэт, прозаик. Из дворянской семьи. Родилась калекой (без левой руки). Рано оставшись без матери (около 1825--1826 гг.), была передана отцом на воспитание бабушке А. П. Готовцевой, а затем тетке -- писательнице А. И. Готовцевой, жившей в Костроме. В 1838 г. поступила в Костромской пансион Прево-де-Люмьен. В 1840 г. поселилась у отца в Ярославле. В нач. 40 гг. пережила любовную драму, надолго определившую ее житейскую и литературную судьбу: отец не дал согласия на ее брак с П. М. Перевлесским, кандидатом Московского университета, ее домашним учителем словесности. "Тесные рамки житейских интересов", "отсутствие новых свежих впечатлений" (Мизинов П. К биографии Юлии Жадовской // Ярославские губернские ведомости.--1889.--22 сент.), сознание своей неполноценности, постоянные недомогания определили мироощущение Ж. Близко знавший ее И. С. Аксаков писал: "Каким мечтам ни предавайся она, но знает, что руки не вырастут, тело не разовьется. Это горькое чувство, это исключительное положение сделали ее писательницей" (И. С. Аксаков в его письмах.-- М., 1888.-- Ч. 1.-- Т. 2.-- С. 260). Впервые Ж. выступила в печати в 1841 г., поместив в журнале "Москвитянин" "Письмо из Ярославля о посещении государя императора (No 7). Ее поэтический дебют состоялся в 1843 г. (стихотворения "Много капель светлых...", "Лучший перл; таится..." -- "Москвитянин".-- No 12). В 40--50 гг. по литературным делам Ж. иногда приезжает в Москву и Петербург, где знакомится с М. П. Вронченко, Э. И. Губером, П. А. Вяземским и др. В это время она сотрудничает в периодических изданиях с различными идейно-эстетическими платформами, преимущественно в "Москвитянине", с которым была связана через М. П. Погодина и Ю. Н. Бартенева, а также в журналах "Библиотека для чтения", "Сын отечества", "Иллюстрация", газете "Московский городской листок" и др. Принимала участие во многих литературных сборниках. Большинство стихотворений Ж., опубликованных в периодике, вошли в ее сборник "Стихотворения" (Спб., 1846), частично и со значительными дополнениями перепечатаны в сборнике "Стихотворения" (Спб., 1858). В конце 50 гг. опубликовала романы "В стороне от большого света" (Русский вестник.-- 1857.-- No 5--8; отд. изд.-- М., 1857; М., 1887), "Женская история" (Время.-- 1861.-- No 2--4; отд. изд.-- М., 1861) и повесть "Отсталая" (Время.-- 1861.-- No 12). В 1861 г. литературная деятельность Ж- прекратилась, но ее стихотворения и переводы неоднократно переиздавались. В 1862 г. Ж. тайно обвенчалась с другом семьи, ярославским врачом К. Севеном, с которым разделяла "мысли и мнения о многом в жизни" (Поли. собр. соч.-- Т. IV.-- С. 216). Счастливое замужество освободи" ее от материальной и нравственной опеки отца. С 1873 г. поселилась в Толстикове (Костромская губ.). Однообразную жизнь Ж. омрачали болезни, а в последние годы -- разрыв с семьей брата П. В. Жадовского. Умерла Ж. от грудной жабы.

Поэзия Ж. исповедальна, в лирическом дневнике героини отражен конкретный духовный опыт -- боль безнадежной любви, мужественное приятие судьбы, одиночество, самоотречение. Вместе с тем часто реальные переживания Ж. выражает, обращаясь к поэтическим штампам (см., напр., стихотворения "Любви не может быть меж нами...", "Миг обновления..." и др.). Эта особенность поэтического языка Ж. позволила современникам по-разному воспринимать ее творчество. Преимущественно ее поэзия понималась как условно-романтическая. В. Г. Белинский, признавая в стихах Ж. "что-то вроде поэтического таланта", утверждал, однако, что талант ее "не имеет никакого отношения к жизни и беден поэзиею" (Белинский В. Г. Полн. собр. соч.-- Т. X.-- С. 34). Близкую мысль высказал В. Н. Майков, считавший, что "романтизм и мистицизм (несистематический") -- основные препятствия в развитии поэтического таланта Ж. (Майков В. Н.-- С. 271). С другой стороны, популярность приобрели стихотворения Ж. с нехарактерной для нее романсной интонацией. Замеченные М. И. Глинкой и А. С. Даргомыжским стихотворения Ж. "Ты скоро меня позабудешь..." (1844) и "Я все еще его, безумная, люблю!.." (1846) стали известнейшими русскими романсами. В действительности Ж. чужды рассудочность, тенденциозность, литературная поза. Своеобразие, самобытность ее поэзии тонко почувствовал Н. А. Добролюбов, посвятивший сборнику стихотворений Ж., изданному в 1858 г., обширную сочувственную рецензию: "Задушевность, полная искренность чувства и спокойная простота его выражения -- вот главные достоинства стихотворений г-жи Жадовской <...>. Она сумела найти поэзию в своей душе, в своем чувстве и передать свои впечатления, мысли и ощущения совершенно просто и спокойно, как вещи очень обыкновенные, но дорогие ей лично" (Добролюбов Н. А. Собр. соч.-- Т. III.-- С. 134--135). Ж. пишет историю своей души, ее занимает только сфера чувств, и она подробно фиксирует смену настроений. Часто варьируемый, повторяющийся в ее стихотворениях лирический сюжет -- возрождение измученной и измененной страданием души: "И сколько в этот год / Живых надежд увяло у тебя: / А, вот, опять с улыбкой благодарной / Я нахожу в природе счастья чары, / Высокий смысл в печальной этой жизни, / Покой в душе и Бога в небесах" ("Раздумье"). Этот же мотив развивается в стихотворениях "Теперь не то", "Воспоминание" и др. Бедность впечатлений: "однообразно тащится день за днем, почти людей не вижу я" (стихотворение "Письмо", посвященное М. П. Вронченко) -- определила одну из существенных особенностей лирики Ж.: поэтическим событием для нее становится рядовое происшествие или наблюдение. Созерцание природы (преимущественно из окна) -- один из главных источников ее вдохновения: "Вечер", "Приближающаяся туча", "Я люблю смотреть в ясну ноченьку..." и др. Подлинные поэтические удачи Ж. связаны с обращениями к белому стиху, который привлекает поэта как форма живой монологической речи: "В сумерки", "Все ты уносишь, нещадное время..."; свободным введением в лирику прозаических интонаций, житейских и бытовых подробностей: "Как мне вечером скучно одной, / Да при том же не в шутку больной. / Я б охотно послушала сказки, / Дождалась бы и глупой развязки..." ("Скучный вечер"); непрямым выражением чувства: "Я сегодня работать хотела, / Но лишь только иголку взяла, / Как в глазах у меня потемнело / И склонилась на грудь голова..." ("Сила звуков"). Однако стремление к раскованному выражению переживаний приводит Ж. и к небрежности в отделке стиха; по словам Добролюбова, "рифма часто изменяет ей, иногда выходят стихи неловкие, незвучные" (Там же.-- С. 134).

На рубеже 40--50 гг. Ж. обращается к эпическим жанрам -- стихотворным и прозаическим повестям, преимущественно в форме дневников и писем. В них писательница варьирует сюжет непонятой, отвергнутой, несостоявшейся любви, разрешающийся трагически ("Переписка", "Отрывки

из дневника молодой женщины", "Непринятая жертва", "Простой случай", "Неугомонная душа" и др.). Однообразные мелодраматические ситуации, избыточная эмоциональность стиля, экзальтированные характеры, в которых акцентированы покорность, ранимость, вызывали справедливые упреки критики: "жизни сердца" <...> сколько угодно, а настоящей жизни и вовсе нет" (Дружинин А. В. Письма иногороднего подписчика // Собр. соч.-- Спб., 1865.-- Т. VI.-- С. 122). В 50 гг. Ж. делает попытку освоить злободневную тематику, однако ее стихотворения очевидно несамостоятельны. При несомненных демократических симпатиях Ж. "некрасовские" и "кольцовские" мотивы в ее творчестве объясняются влиянием общественно-литературных тенденций эпохи ("Н. А. Н.<екрасов>у", "Н. Ф. Щербине", "Посев" и др.). Популярной песней стало стихотворение "Нива" (1857), положенное на музыку А. Т. Гречаниновым.

В поздней реалистической и во многом автобиографичной прозе Ж. отразился "последний кризис", который пережила писательница в конце 50 -- нач. 60 гг. "...Я выздоровела и чувствую себя сильной и свободной..." -- писала она И. Н. Шиллю 17 июля 1861 г. (Поли. собр. соч.-- Т. IV.-- С. 55). Сюжет романтической, несостоявшейся любви повторен в поздней прозе Ж. как вариант судьбы, отвергнутый героиней. Она ведет неравную борьбу не только со средой, тяготившей ее недоброжелательством, фальшью отношений и мелочностью интересов, но и с собственными заблуждениями -- ложно понятым чувством долга, влюбленностью в обаятельного, но недостойного человека. В этой борьбе формируется характер, независимый от мнений и предрассудков света, противостоящий "самой жалкой обыденности" провинциальной жизни. Героиня Ж. приходит к мысли, что "человек призван в мир бороться с горем, а не падать в бессилии" ("Женская история"). "Роковые" обстоятельства оказываются преодолимыми. Неограниченность жизненной перспективы подтверждается счастливой развязкой и открытым финалом.

Соч.: Полн. собр. соч.: В 4 т.-- Спб., 1894; Избр. стихотворения / Вступ. ст. П. Лосева.-- Ярославль, 1958; Поэты 1840-1850-х гг.-- Л., 1972; Русские поэтессы 19 в.-- М., 1979; "Переписка" // Дача на Петергофской дороге: Проза русских писательниц 1-ой половины XIX в.-- М., 1986.

Лит.: Скабичевский А. М. Песни о женской неволе // Соч.-- Спб., 1895.-- Т. 2; Иванов И. Поэзия и личность Ю. В. Жадовской // Почин.-- М., 1896; Писарев Д. И Стихотворения Юлии Жадовской // Собр. соч.-- Спб., 1909; Добролюбов Н. А. Стихотворения Юлии Жадовский // Собр. соч.-- М.; Л., 1962.-- Т. 3; Благово В. А. Поэзия и личность Ю. В. Жадовской.-- Саратов, 1981; Майков В. Н. Стихотворения Юлии Жадовской // Майков В. Н. Литературная критика.-- Л., 1985.


Е. В. Войналович, М. А. Кармазинская


Источник: "Русские писатели". Биобиблиографический словарь.

Том 1. А--Л. Под редакцией П. А. Николаева.

М., "Просвещение", 1990