# Поклонение святыне

Иван Иванович Восторгов

Источник: Полное собрание сочинений протоиерея Иоанна Восторгова : В 5-ти том. -- Репр. изд. -- Санкт-Петербург: Изд. "Царское Дело", 1995-1998. / Т. 2: Проповеди и поучительные статьи на религиозно-нравственные темы (1901-1905 гг.). -- 1995. -- 534, V с. -- (Серия "Духовное возрождение Отечества").


## Поклонение святыне52


Чесо изыдосте в пустыню видети? (Мф. 11:7).


Впервые эти слова были сказаны Господом Спасителем в той беседе Его с учениками и народом, в которой Он воздал высокую похвалу великому пустыннику древности -- святому Предтече Иоанну, привлекшему своею проповедью в пустыню множество народа.

Чесо изыдосте в пустыню видети? -- можно было обратить вопрос к народу, приходившему с незапамятных времен, в течение минувших 14 веков, и к этому священному месту, к одному из последователей жития Иоанна Предтечи -- к преподобному Антонию Мартмкопскому -- и при его жизни, и после его смерти53.

Чесо изыдосте в пустыню видети и вы, возлюбленные братья, гости и богомольцы обители преподобного, сошедшиеся ныне на торжество обновления его храма?

Воистину, пред нами вечно-поучительное явление! Вот почти полторы тысячи лет назад, среди народа еще недавно христианского, еще не успевшего стряхнуть с себя грубость язычества, в пустыне, на уединенной горе явился здесь смиренный инок, пришлец из далекой земли. Изможденный телом от пустынных подвигов, отчужденный от общения с людьми, незнакомый с делами житейскими54, он, однако, сделался светильником, сияющим в темном месте, он умел влиять на окружающий мир, разбудить спящие души, зажечь холодные сердца, вдохнуть обаяние добра и святости. К нему, жителю пустыни, приходят за указаниями люди житейские, искушенные долговременным и многообразным опытом, сложными жизненными отношениями, нередко зачерствевшие в пороке, в служение себялюбию, приходят и, подобно слушателям Предтечи, спрашивают у него: "Что нам делать?" И каждой душе рассказал он ее печальную историю, в каждой душе зажег он священный огонь покаяния, указал путь ко Христу, -- к небу, вечности и спасению. Совершается странное, по-видимому, явление: отшельник, ищущий уединения, человек, живущий внутреннею жизнью, весь отдавшийся тихому созерцанию духовному, затворившийся от суеты мира в уединенном столпе, влечет к себе оставленный мир, приковывает властно суетные, житейскими заботами отягченные сердца.

Умер этот инок, но ни имя, ни образ его, ни могила не остались забытыми. Со времени его смерти, в течение полторы тысячи лет, сколько пронеслось событий над этим краем и народом, сколько было великих и славою увенчанных царей, правителей, полководцев!.. И что же: народ забыл их имена, изгладились следы и памятники их жизни и смерти, а гроб преподобного Антония, смиренного инока-молитвенника, подвизавшегося на уединенном столпе, хранится с благоговейным почитанием, имя его славно, обитель его как бы недоступна ни врагам, ни сокрушающему времени, постоянно возникая и обновляясь из развалин. Что это значит? Присмотритесь к истории, к окружающей жизни, к литературе -- выразительнице жизненных течений... Из мрака пустынных пещер, из уединения гор и лесов не воссияли ли над миром великие подвижники? Перенеситесь от благословенной Грузии к благословенной России. В лице небезызвестного старца, выведенного в последнем произведении нашего знаменитого писателя (Достоевского) и, говорят, списанного с действительности, в укромных, пустынных местах богомолений, в людных центрах общенародных паломничеств не повторяется ли постоянно и теперь отмеченное явление? Не наблюдается ли оно с особенною силою и в нашем православном русском народе, который отличается изумительною наклонностью к поискам святыни, стремлением к идеалам, который не нашел лучшего и более высокого прозвания своей родине, каксвятая Русь? И теперь старцы, затворники и подвижники (Серафим Саровский, Амвросий Оптинский, Феофан Вышинский и друг.), люди религиозного склада, совершенно отказавшиеся от забот о себе, в роде известнейшего пастыря Кронштадтского, -- все они влекут к себе сердца, собирают около себя множество людей самых разнообразных положений и состояний. Палестина и Афон, Киев и Москва, Сергиева лавра и Почаев, Соловки и Валаам, Чернигов, Задонск, Воронеж и Иркутск, Саров и Оптино, -- все сколько-нибудь замечательные монастыри постоянно наполнены богомольцами. Из далеких русских губерний идут богомольцы и к нам на Кавказ, в Новый-Афон, ко св. Нине в Бодбийской обители. Еще так недавно и здесь, у преподобного Антония, побывали дорогие, издалека пришедшие богомольцы -- тамбовские крестьяне55...

От многих, и притом часто от образованных людей, можно услышать то холодное, то озлобленное осуждение этого явления, признание его бесполезным или даже вредным. А между тем, эти богомоления, эти хождения ко святым местам и к благочестивым людям не прекращаются, а, по-видимому, растут и заставляют признать явление это жизненным и необходимым.

Что же, в самом деле, оно означает?

А означает оно, братие, бессмертную и несравненную и превосходнейшую красоту добродетели и святости, который влекут к себе сердца людские властно и неудержимо, которые, по самой природе человеческой души, дарованы и назначены ей, как блага высочайшие и для нее единственно желанные. И пока человек останется человеком, он будет всегда искать святости, искать напряженно и томительно, будет кланяться святыне, будет стремиться жить в ее духовном благоухании. Ибо лучше день един во дворех Бога паче тысящ во дворех грешничих (Пс. 83:11), ибо и воля Божия о каждом из нас есть святость наша (1Сол. 4:3). В нравственном величии, в духовной силе и красоте -- разгадка того, что пустынники, подобные преподобному Антонию, отрешенные от мира, собирают вокруг себя и при жизни и по смерти несметные толпы народа.

Урок всем нам: урок ценить и любить не внешний блеск силы и власти, не внешнюю приманку успеха и мирской славы, а внутреннюю, неувядаемую и вечную красоту добра и святости, пред которыми всякие земные отличия являются ничтожным тряпьем, жалким и негодным, ничтожною и дешевенькою мишурою. Учит и святой апостол: не внешние уборы, не золото и серебро, не красота одежды, но потаенный сердца человек в нетленной красоте непорочного духа -- сие есть угодно пред Богом (1Пет. 3:3--4).

И благо нам, если и нас влечет к себе неудержимо всякая духовная красота, без тени разлагающего критиканства, тайной зависти и недоброжелательства; благо нам, если мы не утеряли чутья и вкуса духовного, не утеряли этого возвышающего и облагораживающего стремления поклониться нравственному величию, радоваться виду святости, искать ее, ей кланяться, жаждать ее общения и в ее предстоянии спрашивать, в голосе сердца, в глубине совести: что нам делать? Умрут эти стремления, замолкнут, ослабнут, порвутся эти душевные струны -- умрет тогда и человек, как человек, и останется в нем только умный зверь, останется одна пищеварительная машина. Горькое, устрашающее знамение в том, что почитаемая всенародно святыня не удерживает алчности грабителя, что святая обитель не останавливает поднятой руки разбойника; недаром ужас объял сердца при вести о недавнем ограблении этой святой обители и о возмутительном насилии во время богослужения над беззащитными иноками и богомольцами. И напротив -- добрый знак, что православный люд наш так привержен к богомолениям и паломничествам.

Добрый знак, что и вы, братья, пришли сегодня к преподобному.

Ищите же всю жизнь святости, кланяйтесь ей духом и телом, как пришли поклониться сегодня! И да будет у нас пред духовными очами образ преподобного Антония, великого носителя святости, нравственного величия, красоты духовной и благодати. Такие люди, умирая телом, живы вечно духом, побеждают самое время и чрез тысячелетия освещают и согревают людские сердца. Один из учителей церковных (Симеон Метафраст) говорить о них: "это звезды путеводные на небе духовном".

Взирая на звезды эти, позаимствуемся и мы от света их. Аминь.

<1902>


-----


52 Слово при освящении храма в обители преподобного Антония Мартмкопского. Монастырь Мартмкопский, основанный в VI веке, около 200 лет назад был совершенно разорен леагинами. Бывший экзарх Грузии Исидор обратил внимание на разрушенную святыню и на пожертвования благочестивых почитателей преподобного Антония, основателя обители, воздвиг каменный храм над гробом преподобного. Пожертвования поступали не только от православных, но и армян, которые и доныне нередко посещают обитель. Храм был окончен иосвящен 22-го августа 1855 года. Древнейший же храм обители посвящен памяти великомученика Георгия и преподобного Антония Мартмкопского. С течением времени воссозданная обитель и ее храмы достаточно обветшали. В настоящее время заботами высокопреосвященного Алексия монастырь приведен в обновленный вид. Освящение обновленного храма высокопреосвященный Алексий, экзарх Грузии, совершил лично 14-го августа 1902 года, при большом стечении народа. Найденные древние песнопения в честь святого на грузинском языке переведены на славянский язык, напечатаны на обоих языках и раздавались богомольцам.

53 И в песнях церковных (I-я песня параклиса) преп. Антоний уподобляется св. Иоанну Предтече.

54 Самое слово Мартмкоп(ели) с грузинского значит: уединенно живущий, анахорет.

55 Русские и задолго до присоединения Грузии к России приходили в наш край для поклонения святыне. См., наприм., "Проскинитарий" Арсeния Суханова, путешествие казанского купца Василия Гагары в друг.