# Образцовый исследователь холодных стран Мартин Конуей

Михаил Иванович Венюков

## Образцовый изслѣдователь холодныхъ странъ Мартинъ Конуей.


Многолѣтняя полярная экспедиція норвежца Нансена, удивительная по смѣлости плана я исполненія, хотя не сопровождавшаяся никакими крупными чисто-земельными открытіями, до такой степени обратила на себя вниманіе европейской публики, что ею какъ бы забыты два другіе современника, оказавшія важныя услуги изслѣдованіями въ холодныхъ поясахъ земли: американецъ Пири и англичанинъ Конуей {Авторъ извѣстнаго сочиненія "Альпы изъ конца въ конецъ", о которомъ, впрочемъ, здѣсь не будетъ рѣчи.}. Первый прославился вполнѣ заслуженно открытіями и изслѣдованіями въ сѣверо-восточной Гренландіи и въ группѣ острововъ сѣверно-полярныхъ; второму принадлежитъ рядъ изысканій въ холодныхъ и трудно доступныхъ частяхъ Гималаи я Шпицбергена. Оставимъ въ сторонѣ Пири, но остановимся на Конусѣ, какъ человѣкѣ, работавшемъ въ мѣстахъ сравнительно близкихъ къ Россіи и даже имѣющихъ для нея прямой интересъ.

Конуей былъ уже довольно извѣстнымъ путешественникомъ, когда 6 февраля 1892 года оставилъ закопченный отъ пароходнаго дыма Портъ-Саидъ, чтобы чрезъ свѣтлые Аденъ и Карачи направиться въ сѣверо-западную Индію, Кашмиръ и Гимала. Извѣстный пенджабскій городокъ Абботабадъ, любимое мѣстопребываніе служащихъ въ Пенджабѣ англичанъ и ихъ семействъ, послужилъ ему окончательною точкой отправленія въ страну верховьевъ Инда или, точнѣе, правыхъ его притоковъ. Поручикъ Брюсъ, изъ 5-го пѣхотнаго полка гуркасовъ, и нѣсколько солдатъ изъ того же полка, служащихъ Англіи по добровольному уговору, составили свиту Конуея, да сверхъ того его сопровождали художникъ-акварелистъ Макъ-Корникъ, швейцарскій гидъ Цурбриггенъ и поваръ Рахимъ-Али, ревниво заботившійся о томъ, чтобы "господа" имѣли всегда обѣдъ горячій. 28 марта 1892 года всѣ эти лица, сформировавъ хорошо снабженный всѣмъ караванъ, выступили изъ Абботабада. Направляясь въ Кашмиръ, они слѣдовали по разнымъ предгорьямъ Гималаи, среди которыхъ извиваются Джеламъ и Кишанганга, по сліяніи уходящія въ Пенджабъ, гдѣ Джедамъ впадаетъ въ Индъ. Прежде эти мѣстности были трудно доступны; теперь англичане устроили тутъ шоссе въ пять съ половиною метровъ ширины и со спусками и подъемами не круче 1/50,, какимъ могутъ позавидовать многія дороги въ Европѣ. Чтобы выровнять до такой степени уровень пути, инженеры не затруднялись мѣстами дѣлать въ почвѣ выемки въ 60 метровъ глубиною. Въ одной мѣстности, на холмѣ, господствующемъ надъ рѣкою Джеламомъ, виднѣлся буддійскій храмъ Баніяръ, котораго основаніе относятъ къ первымъ вѣкамъ христіанства и котораго архитектура тяжела и массивна. Въ другомъ мѣстѣ, ближе къ Сринагару (Кашмиру), болѣе древній храмъ виднѣется у Мартаида; а на холмѣ Тахты-Сулейманъ, командующемъ этимъ городкомъ, видно третье буддійское святилище, осьмиугольное по постройкѣ.

Послѣ трехдневнаго пути по самымъ живописнымъ мѣстамъ, которыя Конуей описываетъ съ видимымъ удовольствіемъ, караванъ его выходитъ на кашмирскую равнину и достигаетъ Сринагара, въ лунную ночь, которую еще изукрашалъ блескъ планеты Юпитера. Было время, когда этому городу было присвоено названіе азіатской Венеціи, по изобилію въ немъ воды; но это время прошло, теперь мы видимъ лишь большую кучу жалкихъ деревянныхъ домовъ и нѣсколькихъ разрушенныхъ дворцовъ, среди которыхъ извиваются грязные каналы. Одно внушительное зданіе въ городѣ есть мечеть Шахъ-Іамадана; отъ нея каналъ ведетъ къ небольшому озеру Даль, на которомъ много лодокъ. Наши путешественники катались по озеру, причемъ посѣтили бывшіе покои султанши Пуръ-Махалъ, въ память которой воздвигнутъ въ Агрѣ великолѣпный памятникъ Таджь-Махалъ, одно изъ лучшихъ зданій всей Индіи.

По выходѣ изъ Сринагара пересѣкаютъ озеро Вулахъ, нѣсколько большее Далязино, покрытое ненюфарами и цвѣтущими лиліями. Затѣмъ, чтобы войти въ горы, караванъ Еонуея, составленный изъ 106 человѣкъ семи разныхъ національностей, долженъ былъ подняться на перевалъ Бурзиль (3,612 метр.), на которомъ виднѣлись многочисленные трупы и скелеты павшихъ животныхъ отъ предшествовавшихъ каравановъ. За Барзилемъ Гималаи возстаетъ во всемъ своемъ величіи, поражающемъ взоръ. Надо время, чтобы глаза пріучились разсматривать горныя массы, далеко превосходящія Альпы въ Европѣ. Гора Нанга-Прабатъ имѣетъ 26,630 фут. (8,116 м.) высоты, и объемъ ея больше всего массива Монъ-Блана съ боковыми высотами. Далѣе, къ сѣверу за Гилгитомъ, поражаетъ пирамида Ракипуши, островершинная, высотою въ 7,787 метровъ. Долина Инда", который приходится пересѣкать, вырыта потокомъ на огромной глубинѣ, среди голыхъ скалъ. Переправа эта всегда почти сопровождается несчастными случаями; но кто о нихъ знаетъ, хотя въ Европѣ каждый эпизодъ альпійскихъ странствованій немедленно разславляется газетами. Да что случаи съ людьми! Въ 1841 году одинъ обвалъ съ горъ запрудилъ рѣку Индъ и образовать озеро, а когда потомъ совершался прорывъ воды, то была ужасная катастрофа.

Городокъ Бунжи, въ 1,421 м. надъ моремъ, лежитъ у переправы черезъ Индъ, по дорогѣ къ Гилгиту,-- переправы роковой для многихъ путешественниковъ, которая стоила, наприм., г. Робертсону потери всего имущества, когда онъ направлялся въ Кяфиристанъ. Г. Конуей имѣлъ пріятную неожиданность встрѣтить тутъ нѣсколько сотъ афганцевъ, работавшихъ, подъ управленіемъ англійскихъ инженеровъ, надъ постройкой моста черезъ Индъ. Здѣсь впервые ему пришлось оцѣнить вліяніе солнечныхъ лучей на большихъ высотахъ. Термометръ уже показывалъ 31о С. въ тѣни въ 9 часовъ утра! Собака одного изъ путешественниковъ жалобно выла отъ жары, спряталась въ тѣнь подъ скалою и не хотѣла оттуда выйти, несмотря на зовъ хозяина. Съ мая инженеры обязаны распускать рабочихъ, которые менѣе страдаютъ отъ жары даже у себя въ равнинахъ Пенджаба, лежащихъ южнѣе. Дневная жара рѣзко не сходится съ ночнымъ холодомъ, а изобиліе дождей причиняетъ даже разрушеніе скаль, которыя на солнцѣ передъ тѣмъ были сильно нагрѣты, а потомъ трескаются. Обвалы тающихъ снѣговыхъ массъ съ горъ Дубонну (6,147 м.) и Чиринъ-Чиша начинаются вслѣдъ за началомъ таянія и совершаются съ большимъ шумомъ, который кончается лишь съ закатомъ солнца.

Гилгитъ есть самый передовой постъ англичанъ на сѣверѣ отъ Инда {Былъ до 1894 г.: теперь есть посты болѣе близкіе къ Гиндукушу, направленные противъ Россіи.}. Тутъ стоять кашмирскія войска, подъ начальствомъ полковника сэра Мортимера Дюрана, который былъ очень гостепріименъ къ Конуею. Въ недальнемъ сосѣдствѣ отъ Гилгита лежатъ Ясинъ, Пагаръ и Хунза, округи гористые, съ долинами очень трудно доступными. Они, какъ мы знаемъ безъ Конуея, были посѣщены сначала русскимъ путешественникомъ Громбчевскимъ, потомъ англичаниномъ Локгардтомъ, а теперь зависятъ отъ Англіи. Многія изъ здѣшнихъ деревень, такъ сказать, висятъ надъ пропастями и могутъ легко загородить дорогу движущимся по странѣ отрядамъ и караванамъ. Чтобъ избѣжать борьбы съ здѣшними горцами, англичане охотно покровительствуютъ у нихъ земледѣлію, которое, при хорошемъ орошеніи изъ канавъ, даетъ обильные урожаи. А каналы здѣсь извѣстны уже съ глубокой древности, и англійскія улучшенія легко были оцѣнены туземцами. Отъ того послѣдніе встрѣтили Конуея и его спутниковъ весьма дружелюбно. Одинъ новѣйшій англійскій путешественникъ по русскому Туркестану замѣчаетъ, что русскіе въ этомъ отношеніи далеко отстали отъ англичанъ.

"Однажды,-- говоритъ Конуей,-- когда собирался мирно отдохнуть въ деревнѣ Ташотѣ, я былъ наскоро приглашенъ къ принятію депутаціи отъ нагирцевъ или многочисленнаго посольства отъ мѣстнаго, хана Сикандара (Александра), родственника нагирскаго раджи. Молодой глава посольства бывалъ уже въ Калькутѣ и, съ ловкостью свѣтскаго человѣка, разсказываетъ очень толково о токъ, что онъ тамъ видѣлъ, благодарить за подарки, полученные отъ вице-короля и проч. Его слуги настаивали, чтобъ имъ было дозволено носить геодезическіе инструменты, и хорошо понимали употребленіе мензулы".

Отъ Хунзы Конуей направился въ страну обширныхъ ледниковъ, которые лежать на предѣлахъ Средней Азіи, какъ Хиспаръ, Біафо и Балторо. Ледники эти далеко превосходятъ по размѣрахъ альпійскіе; морены въ нихъ имѣютъ до 150 метровъ высоты и сложены изъ камней соотвѣтственнаго объема. Но флора горныхъ мѣстностей та же, что въ Швейцаріи. Нижняя часть ледника Хиспара имѣетъ тоннель, въ которомъ гремитъ текущая среди его рѣчка, можетъ быть, въ тридцать верстъ подземной длины. Около 15 іюля швейцарскій гидъ Цурбриггенъ уходить съ нѣсколькими туземцами на вершину Хиспара и черезъ восемь дней достигаетъ ея (выс. 5,380 м.). Вся обувь была истрепана, но никто не чувствовалъ "горной" болѣзни, напоминающей морскую. Съ вершины Хиспара можно было спуститься внизъ по леднику Біафо, что и было сдѣлано безъ большихъ трудовъ. Потомъ наши путешественники перебрались въ извѣстную деревню Асколи, гдѣ и отдохнули нѣсколько времени. Швейцарецъ Цурбриггенъ имѣлъ случай при этомъ починить 19 паръ обуви: онъ горецъ испытанный и во всемъ, что касается до горъ -- энциклопедическій.

Потомъ слѣдовалъ подъемъ вдоль ледника Балторо, котораго самая подошва лежитъ уже на высотѣ 3,530 метровъ надъ моремъ. Вытекающая изъ подо льда рѣка имѣетъ размѣры большіе, чѣмъ Рона подъ Виспонъ, т.-е. очень многоводна. Съ высоты 5,714 м. Конуею открылся видъ на знаменитый пикъ К., нынѣ называемый Годвиномъ-Аустеномъ и поднимающійся до 8,595 метровъ. Это самая высокая гора въ западныхъ Гималаяхъ, какъ Эверестъ пикъ (Горишанта) въ восточныхъ. Затѣмъ въ окрестностяхъ были видны: на востокѣ снѣжная масса Гушербрумъ, 8,040 м., на югѣ Мушербрумъ -- 8,131 м., Скрытый пикъ -- 8,072 и. и очень высокая гора, которую Конуей предлагаетъ назвать Золотымъ Трономъ, потому что она представилась ему на солнцѣ массою золота. Конуей, Брюсъ, Цурбриггенъ и два гуркаса пробовали взобраться на вершину этой горы, но не успѣли, встрѣтивъ глубокую трещину или пропасть на высотѣ 6,888 м.

Послѣ двадцати-восьми дневнаго пребыванія среди горныхъ снѣговъ, на большихъ высотахъ, спустившись къ Инду (Скардо 2,277 и.), Конуей и его спутники почувствовали, что къ нимъ возвратилась способность спать, которую они совсѣмъ было утратили. Въ Лэ, главномъ городѣ Ладака или кашмирскаго Тибета, они встрѣтили много миссій христіанскихъ и буддійскихъ, съ ихъ монастырями. Ихъ вездѣ вѣжливо принимали, хотя и наблюдали за ними строго. Тутъ случилось видать статуи Будды въ 10 метровъ высотою, сдѣланныя изъ пластинъ бронзы, скрѣпленныхъ гвоздями; мелкія же статуэтки просто безчисленны. Ихъ купить было легко; но не то было съ рукописями, которыми богаты буддійскіе монастыри: ихъ не продавали, и чтобы добытъ нѣсколько, надо было подкупить бѣднаго ламу, который и принесъ нѣсколько ночью.

Возвратился Конуей въ Англію черезъ Кашмиръ и Бомбей и скоро издалъ очень любопытный отчетъ объ осмотрѣнныхъ імъ частяхъ Гималаи, сопровождаемый многими рисунками, на которыхъ чего-чего нѣтъ, а снѣгу много. Должно быть, онъ вошелъ во вкусъ къ послѣднему, потому что въ 1896 году предпринялъ въ снѣжную и ледяную страну по преимуществу, Шпицбергенъ, большую экспедицію. Онъ уже сталъ баронетомъ за свои азіатскіе географическіе труды, а потому привлечь образованныхъ, даже ученыхъ, спутниковъ ему было не трудно. Шпицбергенъ отъ Англіи не далеко, и потому экспедиція скоро собралась, сдѣлала свое дѣло, и 27 января 1897 г. Конуей уже могъ дать отчетъ о ней лондонскому географическому обществу. Изъ этого отчета, напечатаннаго въ апрѣльской книжкѣ журнала общества и украшеннаго цѣлымъ рядомъ видовъ снѣжной страны, сдѣланныхъ фотографически, можно извлечь слѣдующія подробности о ходѣ и результатахъ экспедиціи.

Мартинъ Конуей былъ сопровождаемъ: своимъ двоюроднымъ братомъ Генри Конуеемъ, по профессіи художникомъ; Гарвудомъ, геологомъ и фотографомъ, опытнымъ въ горныхъ странствованіяхъ; Треворомъ-Батты, извѣстнымъ авторомъ книги объ о. Колгуевѣ, и докторомъ Грёгори, путешественникомъ по восточной Африкѣ, давшимъ много интересныхъ свѣдѣній о ней. Кромѣ того, его спутниками были два норвежскіе матроса и двѣ норвежскихъ же лошади, привычныя къ холоднымъ странамъ. На пароходѣ экспедиціи ѣхали деревянныя части жилыхъ зданій или, пожалуй, цѣлой гостиницы, которую предпріимчивые норвежцы рѣшили соорудить на Шпицбергенѣ, да вельботъ, назначенный для береговыхъ плаваній на островѣ. Теперь, вѣдь, въ лѣтнюю пору, на Шпицбергенъ еженедѣльно ѣздить пароходъ съ туристами, и послѣдніе находятъ тамъ пристанище и продовольствіе. Какая разница не только съ 1569 годомъ, когда архипелагъ открыть былъ Варенномъ, но и съ 1869 г., когда Шпицбергенъ былъ уже обслѣдованъ Норденшильдомъ.

Наши путешественники сошли на берегъ у Адвентъ-плинта, мыса, который стоитъ у входа въ бухту Адвентъ-бай, въ свою очередь представляющую передовое развѣтвленіе обширнаго залива Ледяного (Ice-fiord) на западной сторонѣ Шпицбергена. Этотъ заливъ глубоко проникаетъ внутрь острова и раздѣляется танъ на нѣсколько бухтъ, изъ которыхъ вдоль одной Конуей могъ проникнуть до водораздѣла, отдѣляющаго воды западнаго склона отъ водъ восточнаго, гдѣ, какъ разъ почти въ той же широтѣ (78*), находится бухта Агардъ. Это путешествіе поперекъ острова, между Адвентъ-Баемъ и Агардъ-баемъ, есть интереснѣйшая часть труда Конуея; но она только часть этого труда, который относится почти ко всему Шпицбергену. А послѣдній занимаетъ площадь въ четыре слишкомъ градуса широты и до девяти градусовъ долготы, то-есть равенъ Исландіи и имѣетъ такую же извилистую береговую линію, даже кривѣе исландской, потому что Шпицбергенъ есть цѣлый архипелагъ, который слагается изъ пяти большихъ острововъ и множества мелкихъ. Конуей и его спутники проѣхали моремъ два раза вдоль западнаго, сѣвернаго и сѣверо-восточнаго берега главнаго острова, впередъ и назадъ; да кромѣ того они осмотрѣли заливы Горнъ-зундъ, Белль-зундъ, Айсъ-фіордъ и Війдъ-бей, а въ одномъ Айсъфіордѣ четыре бухты. И все это въ какіе-нибудь 70 дней!

Разумѣется, такой результатъ могъ быть достигнуть только при раздѣленіи труда; и въ этомъ-то смыслѣ Конуей является образцовымъ распорядителемъ частныхъ заботъ, которыя потомъ легко было свести въ одну общую. Изъ Адвентъ-причта отдѣльные изслѣдователи были направлены на югъ, къ рѣкѣ Шаллоу, впадающей въ заливъ Белль-зундъ, на юговостокъ, въ долину Адвентъ-даль, и на сѣверо-востокъ, въ долину Сассенѣдаль. Они по возможности возвращались не прежними путями, а новыми, чтобъ охватить съемкою возможно большее пространство: отъ того карта Конуея такъ поучительна. Она даетъ очень вѣрное понятіе о рельефѣ страны, гдѣ, правда, господствующая горная вершина, Ходжехогъ, не превосходить 3,230 футовъ; но гдѣ почти непрерывны поднятіе почвы, на полторы и двѣ тысячи футовъ, и очень крутые подъемы.

Такъ какъ, по климатическимъ условіямъ, снѣжная линія проходить на Шпицбергенъ въ 1,000 футахъ надъ моремъ, то, очевидно, что значительная, можетъ быть, большая часть главнаго острова покрыта вѣчнымъ снѣгомъ, какъ средняя и сѣверная Гренландія. Рѣчныя долины и даже рѣки однако существуютъ; только прежде, когда климатъ былъ теплѣе, текучей воды въ нихъ было больше нынѣшняго. Теперь Шпицбергенъ представляетъ край, гдѣ размываніе почвы, точнѣе -- смываніе ея верхнихъ слоевъ водою, очень незначительно; снѣгъ и ледъ предохраняютъ страну отъ "денудаціи", оголенія каменистаго ея остова. но какъ все же снѣгъ лѣтомъ не повсемѣстенъ, а таетъ и сходить на время, то многіе горные склоны и рѣчные увалы размыты, особенно рѣчками, выходящими изъ-подъ ледниковъ, имѣющими почти постоянную температуру воды. Въ этомъ мѣстѣ, именно верстахъ въ двѣнадцати на сѣверо-западъ отъ Агардь-бая, на вершинѣ водораздѣла, лежитъ постоянный ледникъ Ivory-Gate, и изъ-подъ него бьютъ ручьи, направляющіеся и на юго-востокъ, къ Агардь-баю, и на сѣверозападъ, къ Сассенъ-баю. Рѣка Сассенской долины даже довольно многоводна въ лѣтнюю пору, но для плаванія судовъ не годится, по обилію камней въ руслѣ.

Конуей и его спутники сдѣлали на Шпицбергенѣ немало гипсо-метрическихъ опредѣленій, особенно въ полуденной половинѣ, на югъ 78о20' широты. Мы привели одну цифру 3,230 футовъ для горы Ходжехогъ; приведемъ еще нѣсколько, чтобы судитъ о средней высотѣ поднятія острова, хоть, можетъ быть, не цѣлаго архипелага. Плоскогорье Bunlfng-Bluff, въ 20 верстахъ отъ Адвентъ-пойнта къ юго-востоку, имѣетъ 2,480 ф. надъ моремъ, замыкающій его съ юга пикъ Фокса 3,180 ф., а сосѣдній съ винъ на востокѣ проходъ Фокса 2,350 ф. Гора Бумингъ-пикъ, въ верховьяхъ Адвентальской рѣки, доходитъ до 2,870 футовъ, а гора Мильнъ-Эдвардсъ, южнѣе верхняго Сассенъ-даля, имѣетъ не болѣе 2,380 футовъ. Средняя высота всего массива острова, такимъ образомъ, получается въ 2,200 ф., а вырѣзки въ этомъ массивѣ, занятыя перевалами, иногда неглубоки, какъ въ проходѣ Фокса, иногда же такъ углублены въ массивъ, что даже сѣдловина, водораздѣльная между востокомъ и западомъ Ivory-Gate, падаетъ до 680 ф. и даже болѣе, потому что высота Ivory-Gate взята у поверхности ледника, а подъ нею, до почвы, есть еще слой льда довольно значительной толщины. Въ общемъ, поверхность Шпицбергена ровнѣе, чѣмъ, наприм., Исландіи, хотя низменностей, равнинъ здѣсь почти совсѣмъ пѣть, а только ложбины довольно узкія и крутоберегіе овраги.

Отъ топографіи или, пожалуй, топологіи,.т.-е. философскаго объясненія рельефа почвы, до ея геологическаго описанія въ наше время -- одинъ шагъ. Дѣло въ томъ, что каждая неровность почвы есть результатъ либо волканическихъ, либо нептуническихъ, либо эолическихъ воздѣйствій земли на ея поверхность. Огонь, вода и воздухъ,-- послѣдніе во время движенія, но иногда и въ покоѣ,-- суть настоящіе дѣятели геологіи и вмѣстѣ топологіи. Вѣтеръ переноситъ посокъ и пыль, иногда набрасываетъ изъ нихъ бугры, вообще же приводитъ къ занесенію ямъ и другихъ неровностей почвы. Вода смываетъ все лежащее выше низшаго уровня мѣстности и уноситъ въ мѣста еще болѣе низкія, въ море. Волканическій огонь вздуваетъ почву или прорываетъ ее для образованія горъ, простыхъ и огнедышащихъ. Всѣ явленія, сюда относящіяся, будутъ, по заявленію Грегори, спутника Конуея на Шпицбергенѣ, описаны и объяснены при предстоящемъ нынѣшнимъ лѣтомъ изданіи геологической карты шпицбергенскаго массива и его вѣтвей. Пока стоитъ замѣтить, что по Грегори, тутъ многое придется объяснять вліяніемъ ледниковъ, т.-е. воды въ твердомъ видѣ, хотя многіе изъ полярныхъ путешественниковъ, какъ профессоръ Бонней и адмиралъ Маркхэмъ, отрицаютъ важность вліянія ледниковъ именно въ полярныхъ странахъ. Другой спутникъ Конуея, Гарвудъ, того же мнѣнія, какъ и Грёгори; всѣ трое обращаютъ вниманіе на то, что разысканія коралловъ вдоль береговъ Шпицбергена, вѣроятно, измѣнять существующія мнѣнія, что еще въ недавній геологическій періодъ тутъ былъ тропическій климатъ.

Шпицбергенская экспедиція Конуея наводитъ ученыхъ на мысль, что пора его методу примѣнять вообще при изученіи холодныхъ странъ, все равно, будутъ ли то альпійскія высоты или полярныя низменности. Время для научныхъ изысканій и тамъ, и здѣсь коротко. Одинъ или немногіе изслѣдователи, въ теченіе его, многаго сдѣлать не могутъ, не то что гдѣ-нибудь въ тропическихъ странахъ Перу, Малайскаго архипелага или даже въ средней Европѣ. Поэтому, собираясь изучать холодную страну, благоразумно посылать на ученую работу сразу возможно большее число спеціалистовъ и одного, всѣми ими уважаемаго, общаго руководителя, если не наставника. У насъ, въ Россіи, полнаго примѣненія эта система, со временъ Беринга, ни разу не имѣла, и въ результатѣ -- недостаточное знаніе и сѣверной Сибири, и горныхъ областей по южной ея окраинѣ. Въ извиненіе можно, конечно, привести громадность нашихъ разстояній, замедляющую снаряженіе и ходъ экспедиціи. Но, вѣдь, и Конуею приходилось отправляться не близко: на Шпицбергенъ, т.-е. за покрытый льдами океанъ, и въ Гималаи, за 12,000 верстъ отъ мѣста отправленія его экспедиціи; только онъ умѣлъ вездѣ ловко найтись...


М. Венюковъ.


"Русская Мысль", кн.VI, 1897