Венгеров Семен Афанасьевич
Примечания ко второму тому ПСС Белинского

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:


ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ СОЧИНЕНІЙ
В. Г. БѢЛИНСКАГО.

ВЪ ДВЕНАДЦАТИ ТОМАХЪ
ПОДЪ РЕДАКЦІЕЮ И СЪ ПРИМѢЧАНІЯМИ
С. А. Венгерова.

ТОМЪ II.

СКЛАДЪ ИЗДАНІЯ
ВЪ КНИЖНОМЪ МАГАЗИНѢ ТИПОГРАФІИ М. М. СТАСЮЛЕВИЧА.
С.-Петербургъ, Вас. Остр., 5 линія, 28.
1900.

ОГЛАВЛЕНІЕ ІІ-го ТОМА.

   * Звѣздочка поставлена передъ статьями и указаніями, не входившими въ прежнія собранія сочиненій Бѣлинскаго или входившими съ сокращеніями.

"Молва" и "Телескопъ" 1834 г.

   *39. Отчего въ Римѣ не было трагедіи. Соч. Низара (переводъ)
   40. Ночь на Рождество Христово. К Баранова
   41. Грамматика русскаго языка. Соч. Калайдовича
   *42. Сильвестръ де Саси. Основы грамматики для дѣтей. (Переводъ)
   43. Повѣсти Безумнаго
   44. Регентство Бирона. Пов. Соч. К. Масальскаго. Графъ Обоянскій или Смоленскъ въ 1812 году. Соч. И. Коншина. Шигоны

"Молва" и "Телескопъ" 1835 г.

   *45. Домовой или любовь стараго подхячаго. Соч. Александра П--л--ва.
   *46. Веррексъ. Соч. м-съ Чарльсъ-Горъ. Пер. съ англ. П. Др...ъ. --
   *47. Изгнанникъ. Соч. Богемуса. Пер. съ нѣм. Б...ъ
   48. Посельщикъ. Соч. Н. Щ.
   49. Въ тихомъ омутѣ черти водятся. Ѳедора Кони
   *50. Дворянскіе выборы, характеристическая картина въ четырехъ главахъ. Соч. А.... Ч....
   51. Повѣсти, изд. Александромъ Пушкинымъ
   52. Исторія о храбромъ рыцарѣ Францылѣ Венціанѣ и о прекрасной королевнѣ Ренцывенѣ
   53. Краткое изложеніе главныхъ доводовъ и свидѣтельствъ, неоспоримо утверждающихъ истину и божеств. происхожд. христіанскаго откровенія. Соч. Еп. Лонд. Портьюса
   54. Новое не любо не слушай, а лгать не мѣшай, или любопытные отрывки изъ жизни Мины Миныча Евстратенкова. N. I. 1835
   Двѣ гробовыя жертвы. Разсказъ Касьяна Русскаго
   *55. Не влюбляйся безъ памяти, не женись безъ разсчета. Ѳедора Кони.
   Мужъ въ каминѣ, а жена въ гостяхъ. Кто же
   56. Баронъ Брамбеусъ. Пов. Павла Павленки
   *57. Пантеонъ дружбы на 1834 годъ, собр. И. О--мъ
   *58. Подробныя свѣдѣнія о Волискихь калмыкахъ, собр. на мѣстѣ И. Нефедьевымъ
   59. Конекъ-Горбунокъ. Соч. П. Ершова
   60. Путевыя записки Вадима
   61. Были и небылицы Казака Луганскаго. 1835
   *62. Сказаніе о побоищѣ вел. князя Димитрія Іоанновича Донскаго съ нечестивымъ царемъ Мамаемъ и съ безчисленными татары на Дону на рѣкѣ Непрядвѣ, на полѣ Куликовѣ, 1830 года 8 сент. Изд. Николай Головинъ
   63. Абадонна. Соч. Николая Полеваго
   Мечты и жизнь. Его же
   64. Записки о походахъ 1812 и 1813 годовъ, отъ Тарутинскаго до Кульмскаго боя
   65. Хмѣльницкіе или присоеднпеніе Малороссіи. Соч. П. Голоты
   66. Царь-Дѣвица
   *67. Повѣсти для дѣтей отъ пяти до десяти лѣтъ. Соч. г-жи Ренневиль
   Собраніе повѣстей. Соч. Беркеня, Кампе, Гизо и г-жи Зонтагъ
   *68. Страсть къ должностямъ. Соч. Скриба. Пер. съ франц. Василій Горскій
   69. Сочиненія въ прозѣ и стихахъ, Константина Батюшкова
   70. Досуги Инвалида (В. А. Ушакова)
   71. Ангарскіе пороги. Соч. П. Щ.
   *72. Клятвопреступница
   *73. Современныя повѣсти модныхъ (??І!) писателей. Собр. (?!), перев. и изд. Ѳедоромъ Кони
   *74. Достопамятный бракъ царя Іоанпа Васильевича Грознаго. Николая Ѳомина
   *75. Тетрадь Русской Грамматики для русскихъ, сост. по порученію начальства
   *76. Арабески. Н. Гоголя
   Миргородъ. Его же
   77. Таинственный монахъ или нѣкоторыя черты изъ жизни Петра I. Ист. романъ (Рсафаила Зотова)
   *78. Похожденія червонца и послѣдняя участь его въ Макарьевской ярмаркѣ
   *79. Стихотворенія Евгенія Баратынскаго --
   80. Вѣдьма или страшныя ночи за Днѣпромъ. Соч. А. Чуровскаго
   Черный кощей, или заднѣпровскій хуторъ у Лунной горы. Соч. Его же
   81. И мое мнѣніе объ игрѣ г. Каратыгина
   *82. Рахиль. Соч. Евгеніи Фаа, пер. съ франц. Т--ы П..с..нъ
   *83. Пещера смерти въ дремучемъ лѣсу. Соч. г-жи Радклифъ
   84. Учебная книга Всеобщей исторіи. Соч. проф. И. Кайданова
   *85. Исторія Пугачевскаго бунта (Шушкина)
   86. Сцены на морѣ. Соч. И. Давыдова
   87. Корсунскія врата, находящ. въ Новгородскомъ Софійскомъ соборѣ. Ѳедора Аделунга. Съ нѣм. перев. Петръ Артемовъ
   Царствованіе царя Ѳедора Алексѣевича и исторія перваго стрѣдецкаго бунта (В. Берха)
   Русская Вивліоѳика. Изд. Николаемъ Полевымъ
   *88. Забавные анекдоты Политика Финдюро, придворнаго шута короля Сигизмунда
   *89. Дитя поэзіи
   Стихотворенія Михаила Меркли
   90. Наталія. Соч. г-жи ***. Пер. съ фр. Александръ Шубяковъ
   *Свѣтославичъ, вражій питомецъ. Соч. А. Вельтмана
   *91. Два мужа. Перед. съ фр. А. И. Булгаковымъ
   Женихъ мертвецъ или думалъ солгать, а сказалъ правду
   *92. Образецъ постоянной любви. Скриба. Передѣлка А. П.
   93. О господинѣ Новгородѣ Великомъ. А. В. (Вельтманъ)
   *94. Добрыя дѣвушки. Соч. г-жею Алидіо де Савильякъ
   95. Борисъ Годуновъ. М. Лобанова
   96. Художникъ. Т.м.ф.а (Тимофеева)
   *97. Краткая исторія города Казани. Соч Ж. Рыбушкина
   98 Исторія Донского войска, Владиміра Броневскаго
   99. Тетушкины сказки. Соч. д-цы В. М. Руссо
   *100. Примѣчаніе къ "Олегу подъ Константинополемъ" К. Эврипидина
   101. Жертва. Соч. г-жи Монборнъ. Пер. съ фр. Z.
   *102. Ижорскій, Мистерія
   103. Сынъ жены моей. Соч. Полъ-де-Кока
   104. Четыре вымысла. Соч. Николая Лутковскаго
   Эмилій Лихтенбергъ. Соч. М. Лисицыной
   *105. Ледяной домъ. Соч. И. И. Лажечникова
   *106. Малороссійскія повѣсти, разсказанныя Грицкомъ Основьяненкомъ
   Наськы украинскьки казки, запорозьця Иська Матыренкы
   *107. Метода всеобщаго обученія Жакото
   Метода Жакото. Изд. Егоръ Бугель
   Чтенія для умственнаго развитія малолѣтнихъ дѣтей и обогащеніе ихъ познаніями. Сост. Егоромъ Гугелемъ
   *108. Артистъ. Перев. съ фр. Д. И Булгакова
   *109. Вечера моей бабушки. Пер. съ фр. М. и Г.
   *110. Записки г-жи Дюкре о императрицѣ Іозефинѣ, о ея современникахъ и о дворахъ Наварскомъ и Мальмезонскомъ
   *111. Наслѣдница. Соч. И Сумарокова
   *112. Рейнскіе пилигримы. Соч. Бульвера
   *112. Очерки Сѣвера. Соч. Ампера
   *114. Сестра Анна. Соч. Поль-де-Кока. Пер. съ фр. А. Пр....въ...
   *115. Стихотворенія А. Коптева
   *116. Карманный гомеопатическій лѣчебникъ. Изд. по руковод. Гааса. Фр. Бѣлявскаго
   *117. Люди высшаго и пизшаго круга. Соч. Пикара. Пер. съ фр. Семенъ Мухачевъ
   *118. Посланіе Петру Ивановичу Рикорду. Соч. Графа Хвостова
   Стихи на освященіе собора. Его же
   Маньчжурская пѣснь. Его же
   На памятникъ императору Александру I. Мирзы Джафара Топчибашева
   *119. Полный и новѣйшій пѣсенникъ. Собр. И--мъ Гурьяновымъ
   *120. Кривой бѣсъ. Соч. А. И--ва
   *121. Тише ѣдешь, дальше будешь. Перед. съ фр. А. И. Булгаковымъ
   *122. Начертаніе русской исторіи для училищъ. Соч. проф. Погодина
   *123. Русская исторія для первоначальнаго чтенія. Соч. Николая Полеваго
   124. О русской повѣсти и повѣстяхъ Г. Гоголя. (Арабески и Миргородъ)
   *125. Библіотека романовъ и историческихъ записокъ, изд. книгопрод. Ф. Ротганомъ на 1835 годъ
   *126. Весенніе цвѣты
   *127. Атаманъ Буря
   *128. О стихотвореніяхъ Баратынскаго
   (207). Просодическая реформа. (См. дальше No 207, стр. 514--515)
   *129. Довмонтъ, князь Псковскій. Соч. А. Андреева
   *130. Сцены изъ петербургской жизни. Соч. В. В. В.
   *131. Повѣсти Александра Никитина
   *132. Горе отъ тещи или женись да оглядывайся. Соч. В. Григорьева
   *133. Плачъ на кладбищѣ. Соч. Ѳедота Кузмичева
   Сельскій колдунъ. Его же
   Незаконнорожденный или жизнь и смерть. Перед. съ польскаго А. П. Протопоповымъ
   *134. Нѣмецко-русскій словарь. Изд. Я. Брифа
   *135. Практическая русская грамматика, изд. Николаемъ Гречемъ
   *136. Опытъ полнаго учебнаго курса русской грамматики. М. Д. И.
   137. Грамматическіе уроки русскаго языка Димитрія Каширина
   138. Отвѣтъ критикамъ, разсуждающимъ при (объ?) моемъ объявленіи (Гуслистаго)
   *139. Библіотека романовъ и историческихъ записокъ, изд. книгопрод. Ф. Ротганомъ
   *140. Эшафотъ или сынъ преступника. А. Биньяна. Перев. съ фр. Ивана Гурьянова
   *141. Священная исторія церкви ветхаго и новаго завѣта
   *142. Барановскій или характеристическіе очерки частной жизни Малороссіи
   *143. Валерій и Амалія. Алексѣя Ттмофеева
   144. О жизни и произведеніяхъ Сира Вальтера Скотта. Соч. Аллана Канингама. Перев. Дѣвицы Д.
   *145. Московскія новости...
   *147. Стихотворенія Алексѣя Кольцова
   148. Театръ. Сынъ природы и др.
   *149. Стихотворенія Владиміра Бенедиктова
   150. Краткая географія для дѣтей. По руководству И. А. Гейма
   *151. Записки о Петрѣ Великомъ, соч. Вилліамса. Перев. съ англійск. B. И. Олинмъ
   *152. О распространеніи Россійскаго государства съ единодержанія Петра I-го до смерти Александра І-го. Соч. И. Гагемейстера
   153. Стихотворенія Владиміра Бенедиктова
   *154. Опытъ изслѣдованія нѣкоторыхъ теоретическихъ вопросовъ. Соч. Константина Зеленецкаго
   *155. Валерія или слѣпая. Пер. съ фр. соч. Г. Скриба, дѣйств. студ. Андреемъ Павловымъ
   *156. Новѣйшіе повѣсти и рaзскaзы. Соч. (?) Евгенія Сю, Бальзака и Ожера.
   *157. Сцены современной жизни. Соч. Алекс. Москвичка
   *158. Весенняя вѣтка
   159. Журнальная замѣтка
   *160. Примѣчаніе къ стихотворенію К. Эврипидина "Воспоминаніе"
   *161. Стихотворенія Кольцова
   *162. Осенній вечеръ. Изд. В. Лебедевымъ
   *163. Театръ. Недовольные, соч. М. И Загоскина
   164. Три сердца. Александра Долинскаго
   *165. Исторія Японіи
   166. Покойникъ мужъ и вдова его. Ѳедора Кони
   Иванъ Савельичъ. Его же
   Заговоръ противъ себя или сонъ въ руку. Соч. Гавр. фонъ-Бейера
   *167. Подвиги русскихъ воиновъ въ странахъ кавказскихъ. Онис. Платономъ Зубовымъ
   *168. Поединокъ. Соч. Аполлинарія Беркутова
   *169. Цвѣты нравственности. Михаила Третьякова
   *170. Авторскій вечеръ
   *171. Дѣтскій театръ. Соч. Б. Ѳедорова
   *173. Бѣлинскій какъ редакторъ "Молвы" и "Телескопа"
   *174. Осужденный. Соч. А. Крылова

"Телескопъ" и "Молва" 1836 г.

   *175. Ничто о ничемъ или отчетъ г. издателю "Телескопа" за послѣднее полугодіе (1835) Русской литературы
   *176. Мѣсяцесловъ на (високосный) 1836 годъ
   *177. Постоялый дворъ. Записки покойнаго Горянова, изд. его другомъ И П. Маловымъ. (А. Степановъ)
   *178. О характерѣ народныхъ пѣсенъ у славянъ Задунайскихъ. Набросано Юріемъ Венелинымъ
   *179. Всеобщее путешествіе вокругъ свѣта. Сост. Дюмонъ-Дюрвилемъ
   *180. Библіотека полезныхъ свѣдѣній о Россіи. (С. Строева)
   *181. Вастола или желанія. Соч. Виланда
   *182. Пѣсни, романсы и разныя стихотворенія. А. П.
   *183. Пѣсни Т.м-ф.а. (Тимофеева)
   Елизавета Кульманъ. Его же
   *184. Стихотворенія Александра Пушкина
   *185. Естество міра
   *186. Викторъ иди слѣдствія худого воспитанія. Соч. П.... С...ва
   *187. Памятныя записки титулярнаго совѣтника Чухина. Соч. Ѳаддея Булгарина
   *188. О должностяхъ человѣка. Соч. Сильвіо Пеллико, пер. съ итал. Николаемъ Хрусталевымъ
   *189. Собраніе риѳмъ по алфавиту
   *190. Провинціальныя бредни и записки Дормедона Васильевича Пруткова
   *191. Прекрасная Астраханка или хижина на берегу рѣки Оки
   192. Отелло. В. Гауфа
   *193. Библіотека романовъ и историческихъ записокъ, изд. книгопрод. Ф. Ротганомъ
   *194. Басни Крылова
   *195. Кальянъ. Стих. А. Полежаева
   196. Русская исторія для первоначальнаго чтенія. Соч. Николая Полеваго
   *197. Очерки Константинополя. Соч. Константина Базили
   *199. Бетта и Томсъ или докторъ Эннеръ и его открытіе. Перев. съ нѣм. С. П.
   *200. Дѣтская книжка на 1335 годъ, Владиміра Бурнашева
   201. Предки Калимероса. Вельтмана
   *202. Всеобщее путешествіе вокругъ свѣта. Сост. Дюмонъ-Дюрвилемъ
   *203. Оперы и водевили. Перев. съ фр. Дмитрія Ленскаго
   *204. Сорокъ одна повѣсть лучшихъ иностранныхъ писателей. Изд. Николаемъ Надеждинымъ
   *205. Темные разсказы опрокинутой головы. Соч. Бальзака
   *206. О критикѣ и литературныхъ мнѣніяхъ "Московскаго Наблюдателя"
   207. Просодическая реформа (относится къ 1335 году. См. между NoNo 123 и 129)
   Примѣчанія ко II тому
   Объ акварельномъ портретѣ Бѣлинскаго

ПРИЛОЖЕНІЕ.

   Акварельный портретъ Бѣлинскаго, въ возрастѣ отъ 27--23 лѣтъ. Принадлежитъ П. Г. Моравеку.
   

*39. Отчего въ Римѣ не было трагедіи 2).

(Соч. Низара).

См. въ примѣчаніяхъ.

   

42. Сильвестръ де Саси (Silvestre de Sacy). Основы грамматики для дѣтей 5).

Переводъ съ фр.

См. въ примѣчаніяхъ No 5.

   

*173. Бѣлинскій какъ редакторъ "Молвы" и "Телескопа".

См. примѣч. No 355.

   

Примѣчанія ко II тому.

   2) "Телескопъ" 1833 г., No 22 и 23. Не воспроизводимъ статьи, потому что начало (въ No 22) перевода вовсе не подписано, а подъ концемъ (въ No 23) подписано: съ фр. В. В. Но думается, что это опечатка вмѣсто В. Б. потому что сотрудника "Телескопа" съ фамиліею на В. мы не знаемъ.
   3) "Молва" 1834 г. No 45, стр. 292--295. Цензурное разрѣшеніе отъ 10 ноября 1834 г.
   4) "Молва" 1834 г. No 47, стр. 322--330 и No 48 стр. 341--353, цензурн. разрѣшеніе отъ 23 ноября и 30 ноября 1834 г.
   Эта рецензія является предварительною работою для появившейся 3 годами позжо грамматики Бѣлинскаго и показываетъ, какъ долго подготовлялъ онъ свой трудъ. Разбираемаго автора, съ которымъ Бѣлинскій воюетъ -- Ивана Ѳедоровича Калайдовича не слѣдуетъ смѣшивать съ его братомъ -- извѣстнымъ археографомъ и филологомъ Константиномъ Ѳедоровичемъ Калайдовичемъ.
   Любопытно, что Иванъ Калайдовичъ въ "Телескопѣ" же обратилъ на себя вниманіе обширнымъ разборомъ грамматики Востокова (1831 г. т. V). Вышучиваніе рецензента, пишущаго разборъ грамматики NN и затѣмъ заявляющаго, что онъ и самъ пишетъ грамматику, представляетъ собою прямое пародированіе отвѣта Калайдовича на "Антикритику" Востокова, заканчивающагося такъ: "Въ заключеніе моего отвѣта я прошу г. Востокова заплатить мнѣ равнымъ, то-есть, строгимъ, но безпристрастнымъ разборомъ грамматики моей, которую надѣюсь издать въ непродолжительномъ времени". ("Телескопъ" 1832 г., т. VII, стр. 130).
   Бѣлинскій незаслуженно рѣзко отнесся къ Калайдовичу. Такой высокій авторитетъ, какъ Востоковъ, весьма пренебрежительно отнесшійся къ отзыву Полевого о своей грамматикѣ, къ критикѣ Калайдовича отнесся весьма почтительно и свой отвѣтъ ему заканчиваете такъ: "Справедливыми замѣчаніями рецензента о недостаточности моего синтаксиса и новымъ ученіемъ его о періодахъ постараюсь воспользоваться, когда займусь передѣлкою моей грамматики. Желалъ бы я также услышать мнѣніе его о послѣднихъ двухъ частяхъ сей учебной книги, о правописаніи и слогоудареніи". ("Телескопъ" 1831 г., т. VI, стр. 274).
   Иванъ Ѳедоровичъ Калайдовичъ р. въ 1793 г., учился въ московск. унив., служилъ въ московск. коммерч. судѣ, ум. 7 апр. 1853 г. Когда въ 1827 г. братъ его -- археографъ -- сошелъ съ ума, Иванъ Калайдовичъ, вмѣстѣ съ другимъ братомъ Петромъ, содѣйствовалъ появленію въ свѣтъ затѣяннаго Константиномъ Калайдовичемъ журнала "Русскій Зритель" и редактировалъ послѣднія книжки журнала (первыя редактировали привлеченные имъ Погодинъ, Шевыревъ и др.).
   
   Отдѣльно К. напечаталъ: 1) Краткое изложеніе правилъ для составленія ручного словаря нынѣшняго языка русскаго, съ прилож. пробныхъ листовъ словаря. М. 1826. 8°. 2) Грамматика языка русскаго. Ч. 1-я. Познаніе словъ. М. 1834. 8°. 3) Старивныя свѣдѣнія о болѣзни картофеля. М. 1847. 8°. Въ журналахъ. 1) Нѣчто о прошедшихъ временахъ глаголовъ и вообще о формахъ времени, въ языкахъ церковно-слав. и русск. "Вѣстн. Евр." 1823. 13--14. 2) О степеняхъ прилагательныхъ и нарѣчій качественныхъ. "Соч. въ прозѣ и стих." 1823. 3. 3) Синонимы. Тамъ же, 1824. 4. 4) О залогахъ глаголовъ русскихъ. Тамъ же. 1824. 4. 5) О родахъ грамматическихъ въ языкѣ русскомъ. Тамъ же 1824. 5. 6) Опытъ правилъ для составленія русскаго производнаго словаря. Тамъ же 1824. 5, стр. 330--70. 7) Рец. на практическую грамматику Н. Греча. Спб. 1827. "Моск. Вѣстн." 1827, ч. VI, No 24, стр. 427. 8) Отвѣтъ на замѣчанія на книжку: "Краткое изложеніе правилъ". "Сынъ Отеч." 1827. No 17. 9) Взглядъ на коренные языки. "Русск. Зритель" 1828, кн. 1 и 2. 10) Отвѣтъ г-ну Ю. на разборъ Русск. Грамматики Греча. "Моск. Вѣстн." 1828, ч. II, No 7, 8, стр. 321, 424. 11) Слогъ г. Полевою въ грамматич. отношеніи. Тамъ же 1830, ч. II,-- V' 7, стр. 265. 12) Формула степени родства. Тамъ же, 1830, ч. III, No11, стр. 218. 13) Разборъ сокращ. русск. грамматики Востокова "Телескопъ" 1831, т. V, 78 и 235. 14) Нѣчто въ отвѣтъ г. Востокову. Тамъ же 1832, т. VIII, 136. 15) Разборъ "Практическихъ уроковъ русск. грамматики Греча. Тамъ же 1832, ч. 7. 16) Отвѣтъ на разборъ соч. Венелина. Тамъ же 1832, т. X, 395. Стихотворенія: 1) Деревня "Весен. Цвѣт." 1807. 3. 2) Разлука съ родными. "Другъ Юнош." 1310. 4. 3) Буря. Тамъ же 1810. 4. Ср. о Калайдовичѣ, кромѣ указанной статьи Востокова: 1) "Моск. Тел. 1828 г., No 8, стр. 371. 4 и No 8. 2) "Сѣв. Пч." 1853 г. No 330. 3) П. Безсоновъ въ кн. "Копст. Ѳед. Калайдовичъ". М. 1862. (Изъ "Чтеній въ общ. ист. и древ."). 4) Словари Геннади, Березина, Брокгауза-Ефрона. 5) Барсуковъ, Жизнь и Труды Погодина, т. II, 226--28. Отзывы: О "Краткомъ изложеніи правилъ для составл. ручи. словаря": "Моск. Телегр." 1827, No 12, стр. 324. О "Грамм. языка русскаго", кромѣ Бѣлинскаго: N., въ "Сѣв. Пчелѣ" 1834, No 273
   
   Къ грамматическимъ знаніямъ и работамъ Бѣлинскаго мы еще вернемся по поводу его грамматики. Покамѣстъ отмѣтимъ его стремленіе поставить изученіе грамматики на философскую почву.
   5) Въ рецензіи на грамматику Ивана Калайдовича (см. выше, стр. 38) Бѣлинскій писалъ:
   "Прочтите, напримѣръ, Прочтите, напримѣръ, Principes de Grammaire Générale, mis a la portée des enfants. par Silvestre de Sacy: какія глубокія истины высказаны въ ней языкомъ самымъ простымъ, удобопонятнымъ. Дитя, пройдя эту книгу, положитъ самое твердое основаніе и изученію филологіи вообще и знанію родного языка въ частности".
   Къ этому слѣдовало примѣчаніе:
   "Большая часть сего превосходнаго сочиненія знаменитаго оріенталиста и филолога уже переведена мною, и все оно, надѣюсь, скоро будетъ издано".
   Намѣреніе свое Бѣлинскій въ исполненіе не привелъ. Но и въ незаконченномъ видѣ этотъ переводъ, конечно, лишній разъ свидѣтельствуетъ и о той любви, съ которою Бѣлинскій отдавался своимъ грамматическимъ изысканіямъ, и о томъ, что онъ вполнѣ свободно владѣлъ французскимъ языкомъ, не останавливаясь даже предъ сочиненіями научными.
   6) "Молва" 1834 г. No 49, стр. 356--360. Цензурн. разр. отъ 7 дек1834 г.
   7) Бездарная поэма Павла Свѣчина. (М. 1827).
   8) Самимъ Бѣлинскимъ. (См. т. I, стр. 256--278. "Месть").
   9) Отвѣтъ Мольера на обвиненіе въ заимствованіяхъ: Je prends mon bien partout, oil je le trouve.
   10) "Молва" 1834 г. No 52, стр. 434--438. Цензурное разрѣшеніе отъ 29 дек. 1834 г. Переп. въ I т. изд. Солдатенкова, съ опущеніемъ примѣчанія о Лажечниковѣ.
   11) Извѣстный въ свое время романистъ Константинъ Петровичъ Масальскій перевелъ, между прочимъ, "Донъ-Кихота" съ испанскаго. (Спб. 1838).
   12) Николай Михайловичъ Коншинъ (род. 1793 г., ум. 31 окт. 1859 г.), мелкій поэтъ (элегіи; аллегорич. сказка "Владѣтель волшебнаго хрусталика" -- Спб. 1825; до сихъ поръ распѣваемая студенъ пѣсня "Вѣкъ юный, прелестный, друзья, улетитъ" и др.) романтической школы, близкій пріятель Баратынскаго, который служилъ подъ его командой въ Нейшлотскомъ полку въ Финляндіи. Поздніе былъ директоромъ училищъ въ Твери, директоромъ 4-й москов. гимназіи и (1850) директоромъ Демидовскаго лицея, откуда (1856) ушелъ съ большими непріятностями, по доносу, что беретъ взятки. Передъ смертью былъ назначенъ главнымъ инспекторомъ училищъ Западной Сибири. Въ 1833 г., вмѣстѣ съ барономъ А. Розеномъ, изд. альманахъ "Царское Село" со стихами Пушкина, Дельвига, Баратынскаго, Ѳед. Глинки, Деларю и др. "Графъ Обоянскій" вызвалъ насмѣшки не только Бѣлинскаго, но и "Сѣв. Пчелы" (1834, No 256). Подъ конецъ жизни К. занимался историческими розысканіями. Они въ рукописи хранятся въ Публичной Библіотекѣ. Ср. его автобіогр. записку въ "Ист. Вѣсти." 1884, No 8 и ст. Л. И. Кирпичникова, "Н. М. Коншинъ, эпизодъ изъ исторіи русскаго романтизма", "Русск. Мысль" 1897, No 5.
   13) "Молва" 1835, No 1. Ценз. разр. отъ 4 янв. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошла.
   14) Извѣстный своею ловкостью и изворотливостью парижскій книгопродавецъ 1830-хъ годовъ. Въ "Молвѣ" нѣсколько разъ приводились образчики его издательской снаровки и предпріимчивости.
   15) Очевидно Бѣлинскій уличаетъ тутъ издателя "Домового" въ поддѣлкѣ подъ имя и фамилію Александра Полежаева.
   16) "Молва" 1835 г., No 1. Цензурн. разр. отъ 4 янв. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   17) "Молва" 1835 г., No 2. Цензурн. разр. отъ 11 янв. 1835. Перепечатано въ изд. Солдатенкова съ опущеніемъ конца (со словъ "если г. переводчикъ, знакомый съ нѣм. языкомъ...").
   18) Романъ Булгарина.
   19) Романъ Греча.
   20) "Молва" 1835 г. No 3. Ценз. разр. отъ 18 япв. 1835. Н. Щ.-- иниціалы сибиряка-этнографа Николая Семеновича Щукина, умершаго въ 1880-хъ гг.
   21) Рѣчь, должно быть, о выходившемъ тогда "Энциклоп. Лексиконѣ" Плюшара, для котораго, между прочимъ, Гречъ написалъ очень формулярно составленную біографію Ломоносова. См. т. I, стр. 448, прим. 201.
   22) Черта біографическая. Всего хуже Бѣлинскій учился въ гимназіи математикѣ. Но исторіи, русск. яз. и словесности, географіи получалъ 4 и 5, по математикѣ часто двойки. См. Соловьевъ, Исторія пензенской гимназіи.
   23) "Кавказскій плѣнникъ" вызвалъ рядъ лубочныхъ подражаній. См. т. I, стр. 367. По недоразумѣнію, въ относящемся къ этому мѣсту примѣчаніи 140-мъ не даны болѣе точныя свѣдѣнія о вызванныхъ поэмами Пушкина лубочныхъ подражаніяхъ. Это 1) "Евгеній Вельской" (а но Бельскій, какъ сказано у Бѣлинскаго), романъ въ стихахъ. М. 1828. 2) "Киргизскій плѣнникъ", повѣсть въ стихахъ Н. Муравьева. М. 1828. 3) "Московскій плѣнникъ". Повѣсть въ стихахъ, соч. Ѳ. С--ва. М. 1829.
   24) Александръ Карловичъ Маздорфъ, посредственный стихотворецъ и баснописецъ начала вѣка. Помѣщалъ басни и стихотворенія въ "Вѣстн. Евр." (1809 г. No 21; 1810, No 20; 1811, No 6, 12; 1814, No 6; 1815, No 8, 14, 11; 1816, No 3; 1817, No 7, 8, 23--24; 1818, No 1, 2, 4. б, 7, 8, 14, 15--16, 17, 19, 21, 22; 1819, No 1, 2, 3, 4, 6, 7, 8, 9, 10. 12, 13, 14, 15, 16, 22, 23--24); "Духѣ журналовъ" (1816, No 35, 42); "Благонамѣренномъ" (1818 г. No 6; 1819, No 2, 6, 9, 22). Ср. о немъ: 1) А. Измайловъ въ "Сынѣ Отеч." 1820, No 4, стр. 135. 2) Онъ же въ "Благонамѣренномъ" 1820, No 4 и 5 и 1821, прибавл. къ No 11--12, стр 21. 3) М. Н. Д. въ "Вѣстн. Евр." 1820, 3. 4) "Русск. Арх." 1888, No 7 стр. 335. 5) "Остафьевскій Арх.". 6) "Русск. Арх." 1871 г., стр. 965. 7) Вестужевъ-Марлинскій, Соч. т. XI, стр. 233.
   Маздорфъ, служившій въ Симбирскѣ частнымъ приставомъ, въ 1817 году по болѣзни долженъ былъ оставить службу и умеръ въ крайней бѣдности въ январѣ 1820 (или концѣ декабря 1819), оставивъ безъ всякихъ средствъ жену и трехлѣтнюю дочь. Измайловъ помѣстилъ въ "Благонамѣренномъ" и "Сынѣ Отеч." горячее воззваніе къ благотворителямъ, благодаря которому въ пользу семьи Маздорфа стали поступать пожертвованія. (См. "Благонамѣренный" 1820, No IX, "Вѣстн. Евр." 1820, А 8, стр. 324). "Спб. общ. любителей словесности" и "Вольное общ. росс. словесности", членомъ которыхъ состоялъ Маздорфъ, выдали семьѣ больше 400 р. (см. "Благонамѣренный" 1820, No 5). Измайловъ въ своемъ воззваніи называетъ Маздорфа "извѣстнымъ литераторомъ" и это довольно вѣрно. Правда, митрополитъ Евгеній въ письмѣ къ Анастасевичу пишетъ. "Покойный Маздорфъ за стишонки свои, кажется, не войдетъ въ мой словарь. Нынѣ имена такихъ стиходѣевъ составили бы словарь больше Моріерова въ X vol. in folio". Однако такой выдающійся молодой писатель, какъ кн. Вяземскій въ письмѣ (1818) къ Александру Тургеневу цитируетъ строчку изъ стихотворенія Маздорфа ("Остафьев. Архивъ", стр. 142), а Марлинскій въ своемъ "Взглядѣ на старую и новую словесность въ Россіи" (1825) полагаетъ, что о Маздорфѣ "можно съ похвалою упомянуть".
   25) "Смѣшны мнѣ люди" -- такой пьесы мы не нашли ни въ каталогахъ, ни въ Публичной Библіотекѣ. Вѣроятно, Бѣлинскій но точно цитировалъ заглавіе.
   26) Шеллингіанское положеніе, къ которому Бѣлинскій возвращается и дальше въ этой же небольшой рецензіи. Оно настолько захватило Бѣлинскаго, что онъ не пропускаетъ примѣнять его и по отношенію къ какому-нибудь Н. Щ., какъ не пропускаетъ случая поскорѣе подѣлиться съ читателемъ и другими завѣтными идеями русскаго шеллингіанства 30-хъ годовъ: "искусство есть представленіе явленій міровой жизни", "исторія есть трепетаніе вѣчной идеи жизни человѣчества" и др.
   27) См. дальше примѣчаніе No 242.
   28) "Молва" 1835, No 5. Ценз. разр. отъ 1 февр. 1835.
   29) Французы собственно говорятъ о высшей трагедіи -- haute tragédie.
   30) Эта иронія вполнѣ соотвѣтствуетъ тому, что говоритъ Константинъ Аксаковъ въ двоихъ воспоминаніяхъ объ отрицательномъ отношеніи къ Россіи" въ кружкѣ Станкевича. (См. т. I, стр. 427).
   31) "Молва" 1835 г. No 5. Цензурн. разр. отъ 1 февр. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Не слѣдуетъ смѣшивать этихъ лубочныхъ стиховъ съ комедіей "Дворянскіе Выборы", о которой см. т. I, стр. 429, прим. 40.
   32) "Молва" 1835, No 7, цензур. разр. отъ 15 февр. 1835.
   33) Цитировано невѣрно. У Пушкина сказано (Евгеній Онѣгинъ, Путешествіе)
   
   Фламандской школы пестрый соръ.
   
   За Бѣлинскимъ, вообще, водится грѣшокъ невѣрнаго цитированія. Ср. т. I, стр. 448, примѣч. No 202 и въ другихъ мѣстахъ, которыя будутъ указаны. Исправимъ, кстати, еще одну невѣрную цитату Бѣлинскаго. Въ "Литер. Мечт." (т. I, стр. 327) онъ пишетъ: "Пошли аріи и романсы съ выводомъ верхнихъ нотокъ:
   
   . . . . . . . . . . . . . . . .Богъ мой!
   Приди въ чертогъ ко мнѣ златой.
   
   Можно подумать, что арія начинается словами "Богъ мой". На самомъ дѣлѣ въ "Евгеніи Онѣгинѣ" вотъ какъ это мѣсто читается:
   
   Потомъ приносятъ и гитару
   И запищитъ она (Богъ мой):
   "Приди въ чертогъ ко мнѣ златой".
   
   34) Бѣлинскій и позднѣе недостаточно цѣнилъ повѣсти Пушкина и даже въ цѣломъ огромномъ томѣ, посвященномъ разбору его литературной дѣятельности, сказалъ о нихъ всего нѣсколько словъ. Къ этому несправедливому отношенію намъ еще придется вернуться, а пока отмѣтимъ, что "Повѣсти Бѣлкина" вообще были крайне холодно приняты публикою и критикой.
   35) "Молва" 1835, No 7. Цензурн. разрѣш. отъ 15 февр. 1835.
   36) О лубочномъ писателѣ Матвѣѣ Комаровѣ, называвшемъ себя "Житель Москвы" см. примѣч. Бѣлинскаго (т. I, стр. 373) и въ слѣдующихъ томахъ. Объ Орловѣ т. I, стр. 443, примѣч. 153.
   37) Мы никакъ не могли доискаться, о какой статьѣ Булгарина здѣсь идетъ рѣчь. Дважды пересмотрѣвъ "Сѣв. Пчелу" за конецъ 1834 г., январь и февраль 1835 г., мы нашли нѣчто подходящее только въ статьѣ Булгарина "Краткое полюбовное объясненіе подписчика на журналы со всѣми журналистами, ихъ сотрудниками и авторами, прославленными въ журналахъ или растерзанными въ нихъ", но эта статейка появилась въ 42 и 43, вышедшихъ 22 и 23 февр., а статья Бѣлинскаго появилась 15 февр.
   38) "Молва" 1835, No 7.
   39) Обычныя для всего "телескопскаго" періода нападки на раціонализмъ 18 вѣка. Ср. т. I, стр. 358 и 438, примѣч. І09--110; т. II, стр. 154-- 156 и примѣч. 170; т. III, статью о книгѣ Дроздова и др.
   40) "Молва" 1835, No 7.
   41) Юмористическое "Ученое путешествіе на Медвѣжій островъ" Брамбеуса якобы представляетъ собою отрывокъ изъ "Записокъ послѣдняго предпотопнаго человѣка".
   42) Французскій грамматическій терминъ: орѳографія (правильное писаніе) борется съ какографіею (дурное писаніе).
   43) См. т. I, стр. 390--91.
   44) "Молва" 1835, No 8. Ценз. разр. отъ 22 февр. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   45) Тамъ же.
   46) Едва ли Бѣлинскій точно цитируетъ заглавіе "Книжечки". Бо второмъ прибавленіи къ "Росписи" Смирдина, такъ тщательно составленной извѣстнымъ Анастасевичемъ и обнимающей книги 1829 -- 32 гг., ничего подходящего мы не нашли.
   47) Сенковскій, дѣйствительно, совершенно растаялъ и въ краткой, но очень доброжелательной рецензіи ("Библ. д. Чт." 1834 г., т. VII, отд. VI, стр. 21) воздалъ Павлу Павленкѣ "должную похвалу за его примѣчательный талантъ разсказывать анекдоты" и возлагалъ "надежды на скорое появленіе въ русской словесности новаго пріятнаго дарованія, возбуждаемыя этимъ опытомъ".
   48) См. т. I, стр. 392 и примѣч. 203--204.
   49) "Молва" 1835, No 9. Ценз. разр. отъ 1 марта 1835. Помѣщено въ I т. изд. Солдатенкова въ сокращенномъ видѣ.
   50) "Молва" 1835, No 9. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   51) Тамъ же. Объ отношеніи къ Ершову см., кромѣ нижеслѣдующаго прим. 52, т. I, стр. 414, примѣч. 5.
   52) Этотъ единственно-научный взглядъ былъ тогда еще довольно новъ и принципъ безусловно-точнаго воспроизведенія народнаго творчества далеко не былъ господствующимъ. Достаточно вспомнить сборники такого извѣстнаго этнографа 30-хъ и 40-хъ годовъ, какъ Сахаровъ. Даже Срезневскій на первыхъ порахъ не чуждъ поползновенія романтическаго подкрашиванія народной поэзіи. Взгляды Бѣлинскаго являются отголоскомъ руководящихъ круговъ московской интеллигенціи, тогда еще не подраздѣленныхъ на западниковъ и славянофиловъ и сообща устанавливавшихъ рядъ новыхъ научныхъ принциповъ. По методу, возвѣщенному здѣсь Бѣлинскимъ, собиралъ въ началѣ 30-хъ годовъ народныя пѣсни одинъ изъ главарей будущаго славянофильства Петръ Кирѣевскій. Объ этомъ сборникѣ много говорилось и въ тѣхъ литературныхъ кружкахъ, къ которымъ, помимо кружка Станкевича, особенно тѣсно примыкалъ Бѣлинскій, именно въ домѣ Аксаковыхъ, гдѣ Бѣлинскій, тогда нѣжнѣйшій другъ Константина Аксакова, былъ свой человѣкъ. Раньше Кирѣевскаго, еще въ 1827 г. вполнѣ научно издалъ "Малороссійскія пѣсни" Максимовичъ, профессоръ москов. унив. и дѣятельный сотрудникъ "Телескопа". Въ 1834' г. Максимовичъ издалъ по тому-же методу точнаго воспроизведенія второй сборникъ "Украинскія народныя пѣсни".
   Но больше всего все-таки Бѣлинскій обязанъ правильнымъ взглядомъ на. способъ пользованія народною поэзіею Станкевичу. Еще за полтора года до появленія настоящей рецензіи, 15 дек. 1833 г., Станкевичъ писалъ Невѣрову::
   
   "Пріятель твой Кирѣевскій издаетъ болѣе 1000 русскихъ пѣсенъ и стиховъ, которыя поются нашими нищими. Какое драгоцѣнное собраніе! Нѣсколько пѣсенъ будетъ напечатано въ "Денницѣ". Я видѣлъ нѣкоторыя листки ея. Эти пѣсни чудесны. Ботъ еще достоинство: онѣ, кажется, безъ всякихъ поправокъ, въ оригинальной грубости". (Переписка, стр. 711.
   
   А за четыре мѣсяца до напечатанія разсматриваемой рецензіи, 30 ноября 1834 г., Станкевичъ пишетъ Невѣрову длинное письмо, почти все посвященное "Коньку-Горбунку" и вопросу объ обращеніи съ народною поэзіею. Тутъ уже почти буквально все то же, что писалъ впослѣдствіи Бѣлинскій:
   
   Изъ "Конька-Горбунка" я читалъ одинъ небольшой отрывокъ въ Библіотекѣ для Чтенія: это, какъ говоритъ Рудый Панько, соръ не соръ, земля не земля, прости Господи! чортъ знаетъ, что такое! плюнулъ, да и руки вымылъ!-- Если вся сказка написана въ этомъ тонѣ,-- что это? Что звучнаго въ этихъ стихахъ, риѳма за риѳмой, вялыхъ, натянутыхъ? Что путнаго въ этомъ немощномъ подражаніи народнымъ поговоркамъ, которыя уродуются, искажаются стиха ради? и какого стиха? "Конекъ-Горбупокъ" просто несносенъ! Жаль, если Ершовъ человѣкъ съ чувствомъ и талантомъ: его собьютъ этими глупыми восторгами! Развѣ не хвалятъ Брамбеуса? Развѣ не хвалили на слово "Тасса" Кукольника? Напрасно ты вѣришь болѣе другимъ, нежели своему чувству: оно вѣрнѣе всѣхъ сужденіи. Впрочемъ я не читалъ всего "Горбунка"; но меня ожесточаютъ восторги пустыхъ людей, которые бѣснуются чортъ знаетъ изъ чего и портятъ людей съ талантомъ -- а тотъ затѣваетъ сибирскія Иліады! Ну не вздоръ ли это?-- Любопытны повѣрья народныя: собери ихъ, разкажи съ поэтическою простотой, сохраняя колоритъ, которымъ они облечены въ устахъ народа -- и мы будемъ благодарны и отдадимъ справедливость человѣку, умѣющему цѣнить всякое достояніе человѣчества. И что за поэтъ, кто посягнетъ на эту святыню изъ самолюбія? Начнетъ ломать въ сонные хореи безискусственное сказаніе младенца! Это будетъ такая же поэзія, какъ всякая ироза переложенная въ. стихи; а поступокъ -- не честенъ". (Переписка, 105--106).
   
   53) Бѣлинскій и теперь и потомъ слишкомъ строго относился къ сказкамъ Пушкина, между которыми "Сказкѣ о рыбакѣ и рыбкѣ" предстояло получить такую огромную популярность и сравниться по распространенности со сказками народными. Одной изъ самыхъ колоратныхъ сказокъ Пушкина, являющейся почти записью по рекомендуемому здѣсь методу, Бѣлинскій, впрочемъ, совсѣмъ не зналъ -- о Балдѣ. Она появилась въ печати только послѣ смерти Пушкина и въ передѣланномъ Жуковскимъ по цензурнымъ соображеніямъ видѣ.
   Въ своемъ дурномъ отношеніи къ сказкамъ Пушкина Бѣлинскій тоже повторялъ Станкевича. Въ указанномъ въ прим. 52-мъ письмѣ отъ 10 ноября 1834 г. Станкевичъ пишетъ:
   
   Пушкинъ изобрѣлъ этотъ ложный родъ, когда началъ угасать поэтическій огонь въ душѣ его. Но первая его сказка въ этомъ родѣ еще имѣетъ нѣчто поэтическое; другія же, въ которыхъ онъ сталъ просто разказывать, не предаваясь никакому чувству, дрянь просто. Жуковскій еще умѣетъ ладить съ такими пустяками -- но что за утѣшеніе для такого поэта быть сноснымъ?
   
   54) "Молва" 1835, No 10. Ценз. разр. отъ 8 марта 1835. Подъ псевдонимомъ Вадимъ, котораго здѣсь недостаточно проницательно вышутилъ Бѣлинскій, выступилъ Вадимъ Васильевичъ Пассекъ (20 іюня 1807 -- 25 окт. 1842), даровитый этнографъ, рано умершій и измученный неблагопріятными обстоятельствами жизни, но все-таки заявившій себя какъ изслѣдователь съ новыми, широкими горизонтами. Изданный имъ и имъ же въ значительной степени составленный сборникъ "Очерки Россіи" (5 книгъ, Спб. 1838--42) принадлежитъ къ числу первыхъ цѣльныхъ попытокъ отучить публику отъ мысля, что изучать Россію значитъ изучать только ея государственную исторію. "Очерки", съ яркимъ отпечаткомъ славянофильскаго романтизма, но все-таки очень широко ставили задачу изученія массовой жизни Россіи, какъ главнаго фактора нашей исторіи. Пассекъ, въ 1832 г. женившійся на "корчевской кузинѣ" Герцена, извѣстной впослѣдствіи Татьянѣ Пассекъ, сначала принадлежалъ къ университетскому кружку Герцена и изъ-за этого лишился каѳедры въ харьковскомъ университетѣ, когда Герценъ и Огаревъ въ 1834 г. были сосланы. Впослѣдствіи онъ все больше и больше примыкалъ къ нарождающемуся славянофильству, что повело къ чрезвычайному охлажденію между нимъ и старыми товарищами. Въ вышученныхъ Бѣлинскимъ "Путевыхъ Запискахъ", если ихъ разсматривать въ связи съ позднѣйшею дѣятельностью Пассека. не трудно усмотрѣть серьезнѣйшее стремленіе изучить внутреннюю жизнь русскаго народа, ея психологическіи и бытовыя основы; но въ этой ранней литературной попыткѣ Вадима столько риторической шумихи и приподнятаго паѳоса, что не трудно было и озлиться. О Вадимѣ ср. главнымъ образомъ 1-ый томъ "Былого и Думъ" нерцена, "Изъ дальнихъ лѣтъ" Татьяны Пассекъ, "Исторію русск. этнографіи" Пыпина и весьма обстоятельное предисловіе Всеволода Срезневскаго къ перепискѣ Вадима съ И. И. Срезневскимъ ("Русск. Ст." 1893 г., т. 78 и 79) и его же статью въ."Книговѣдѣніи" 1894 г., No 4. Ср. также "Москов. Вѣдомости" 1842, No 87 (Некрологъ); "Москов. Губ. Вѣдомости" 1842, No 44, стр. 893 (Некрологъ); Н. Р. Тамъ же, No 45, стр. 917 -- 919. ("Воспоминанія"); "Отеч. Записки". 1842, т. 25, No 12, стр. 125--151. (Некрологъ); Б. М. Черняевъ, въ "Харьков. Губ. Вѣд." 1842, No 48, стр. 479--480 ("О смерти В. В. П."); предисловіе къ изданному въ пользу его семьи сборнику "Литератур. Вечеръ" (1844); Вл. Анофріевъ въ "Русск. Вѣд." 1895, No 223 ("Могилы русск. писателей въ Москвѣ"); Плетневъ, Соч.. т. II, стр. 258--59 и 453--54; Некрасова, Связка писемъ А. И. Герцена. "Сѣв. Вѣсти." 1894, No 8, стр. 23--26; "Современ. Календарь" Ступина на 1898 (съ портр.); Бурцевъ. Описаніе рѣдкихъ книгъ, ч. III, No 642; Барсуковъ, Жизнь и труды Погодина. Отзывы о литер. работахъ Вадима: о "Путевыхъ Запискахъ" (кромѣ Бѣлинскаго): Сенковскій въ "Библ. д. Чт." т. V. Объ: "Очеркахъ Россіи". 1) Библ. для Что. 1838, т. 31, отд. 6, стр. 29--31; 1840, отд. 6. стр. 8--9. 2) Журн. Мин. Народ. Просв. 1840. ч. 27, отд. 6, стр. 221--238. (Статья Ф. М.). 1842, ч. 35, отд. 6. стр. 211--218; 1868. No 4, т. 138, стр. 232--233. 3) Литерат. Газета. 1840, No 24, стр. 561--564, No 53, стр. 1215--1219. No 88, стр. 2012--2015. 4) Литерат. Прибавл. къ Русск. Инв. 1838, No 49, стр. 972--974. 5) Маякъ. 1840, ч. 10, гл. 4, стр. 76--82. 6) Москвитянинъ. 1842, ч. 1, No 2, стр. 618--624, (Статья Побѣдоносцева). 7) Отеч. Записки. 1840. No 3, т. 9, отд. 6, стр. 20--24. No 6, т. 10, отд. 6, стр. 59--61 и No 9, т. 12, отд. 6, стр. 35--36. 1842, No 4, т. 21. отд. 6, стр. 45--46. 8) Современникъ. 1838, т. 12, стр. 82--84. 9) Сынъ Отеч. 1838. т. 5, отд. 4, стр. 129--132. 1840, т. 2, кн. 2, отд. 9, стр. 390 и т. 3, кн. 3, отд. 7, стр. 557--560. 1842, ч. 5, No 10, отд. 6, стр. 1--24. (Статья кн. Кропоткина). 10) Сѣв. Пчела, 1838, No 234. (Статья Ф. Булгарина). 11) Библ. для Что. 1840, т. 39. отд. 6, стр. 7--8. Тамъ же, т. 42, отд. VI, стр. 8.
   Объ: "Историческомъ описаніи Москов. Симонова монастыря": 1) Отеч. Записки. 1843, No 8. т. 29, отд. 6, стр. 56. 2) Библ. для Чт. 1843, т. 59, отд. 6, стр. 32 -- 34. 3) Литер. Газета. 1843, No 25 и 26. 4) Современникъ. 1843, т. 32, стр. 90--91.
   О ст.: странное желаніе: "Отеч. Зап. 1844, т. 35, отд. VI, стр. 1.
   55) "Молва" 1835, No 10. Вполнѣ правильное отношеніе Бѣлинскаго къ Луганскому-Далю значительно расходилось съ мнѣніемъ многихъ литературныхъ кружковъ. Разсказы Даля произвели фуроръ. Жуковскій и Пушкинъ были отъ нихъ въ восторгѣ. Пушкинъ подъ ихъ вліяніемъ написалъ "Сказку о Рыбакѣ и Рыбкѣ" и рукопись ея подарилъ Далю съ такою надписью: "Твоя отъ твоихъ. Сказочнику Луганскому сказочникъ Александръ Пушкинъ". (.Мельниковъ-Печерскій, біографич. очеркъ къ соч. Даля, въ изд. Вольфа, Спб. 1899). Но отношеніе Бѣлинскаго не можетъ быть поставлено ему всецѣло въ заслугу. За два года до его рецензіи, въ той же "Молвѣ" (1833, No71) появился весьма ядовитый отзывъ. видимо принадлежащій Надеждину, который заканчивается такъ:
   "Не отнимая у сочинителя способности изъясняться по-русски правильно и чисто, даже нѣкоторой затѣйливости и живости въ изложеніи, оба сіи разсказа можно прочесть безъ скуки. Но признаемся, не умѣемъ опредѣлить, что въ нихъ есть, кромѣ языка и изложенія. Мы отчасти похожи на Капитана, описаннаго въ первомъ изъ сихъ разсказовъ, который любилъ ко всякому слову прибавлять: а между прочимъ водки! Точно такъ же, чтобъ ни читали мы, вездѣ приходитъ намъ въ голову и срывается съ языка: а между прочимъ смысла!"
   Почти одновременно съ отзывомъ Бѣлинскаго, появилась остроумная рецензія Сенковскаго ("Библ. д. Чт." 1836, т. XVII, Лит. лѣт., стр. 30--31) въ которой очень забавно вышучивался Даль (несмотря на то, что онъ былъ виднымъ сотрудникомъ "Библіотеки") его же собственнымъ стилемъ. Рецензія начиналась такъ: "Эй, кума Соломонида, не проплясать ли намъ какого-нибудь критическаго казачка по случаю этой литературы въ присядку" и заканчивалась тѣми же упреками въ отсутствіи "смысла", какіе дѣлала Далю "Молва" 1833 года, а также въ кудреватти и вычурности:
   
   "А собрались, знаешь ты, мужики, дураки, заолешане, думали, гадали: "Куда-де онъ хитеръ, Казакъ Луганскій! будто хмѣль золотой, по тычинкѣ вьется; змѣйкой со словечка на словечко переходитъ; подбоченится, да и давай завивать кудри у сказки, либо небылицѣ, красной дѣвицѣ, русу косу разчесывать!" Они такъ помаячили, а кумъ Матвѣй, не съ того слова: "ты что, дядя Сафронъ. молчишь? Аль языкъ-то въ наймы отдалъ? Аль тебѣ сказки Луганскаго не любы?" А дядя Сафронъ, знаешь, мужикъ ряжій, грамотей, начетчикъ, по складамъ Еруслана Лазаревича прочелъ,-- погладилъ бороду, усы разкинулъ: "Дураки вы", говорить "пироговъ наѣлись, и думаете, будто пообѣдали! Сказка слово, вѣстимо дѣло: да въ словѣ-то надобно дѣло, сирѣчь (уже такъ всегда говорить, какъ по печатному говорить, дядя Сафронъ), сирѣчь, смыслъ, чтобы слово сквозь уши пролетало, а мысль на ретивомъ оставалась; а то слово да слово, красиво и пестро, да не тепло: отъ него уму-разуму потѣхи нѣтъ! Пожалуй, намелю я вамъ словъ съ три короба, а сказки все-таки не будетъ. Языкъ-то безъ костей: торгуй словами, да и разуму-то могарычи плати. Ась?" Тутъ дядя Сафронъ крякнулъ вотъ этакъ -- "Гмъ!" и пошелъ, а я подслушалъ, да и маракую: "Сѣмъ-ка я запишу, да пошлю къ грамотнымъ: авось въ словахъ-то Сафрона какого толку добьются, и Казаку Луганскому вѣсть дойдетъ, что дядя Сафронъ баялъ". И послалъ я, кумушка Соломонида; не знаю, что скажутъ. Чай скажутъ "Ладно, брать Емеліянь! Какова литература, такова и критика".
   
   56) "Молва" 1835, No 10. Въ изд. Солдатенкова не вошла.
   57) "Молва" 1835, No 11. Цензур. разр. отъ 15 марта 1900.
   58) "Обозрѣніе Журнальныхъ Кабинетовъ" -- въ свое время очень извѣстное юмористическое обозрѣніе журналистики, растянувшееся на цѣлый годъ ("Моск. Вѣст." 1830, ч. 2, стр. 383--89; ч. 3, стр. 84--92, 181--187; ч. 4, стр. 310--323; ч. 5, стр. 209--221; ч. 6-ая, стр. 216--232). Статья представляетъ собою пародію на политическія отношенія европейскихъ кабинетовъ и излагаетъ журнальныя отношенія въ формѣ разныхъ трактатовъ, коалицій, дипломатическихъ конвенцій, наступательныхъ и оборонительныхъ союзовъ, и т. д. Главный выводъ изъ статьи (онъ и заставилъ Бѣлинскаго заявить, что ему чуждъ такой образъ дѣйствій) -- то, что всѣ журнальные приговоры и взгляды имѣютъ всегда какую-нибудь заднюю цѣль: или отомстить, или предупредить дурное отношеніе къ своему журналу и т. под. Остроуміе статьи довольно тяжеловѣсное. Подписана она иниціалами NN, которые Надеждинъ часто ставилъ подъ своими статьями, но въ дѣйствительности Надеждинъ принималъ въ ней только нѣкоторое участіе, а главнымъ, образомъ статья написана Погодинымъ, которому, кромѣ Надеждина, помогалъ тутъ еще пріятель его Томашевскій (см. Барсуковъ, Жизнь и труды Погодина, т. Ш, стр. 87, и Бестужевъ-Рю.мит, Характеристики, стр. 245).
   Ознакомленіе съ "Обозрѣніемъ Журнальныхъ Кабинетовъ" дало намъ еще нѣсколько мелкихъ черточекъ для нашего утвержденія, что "Литературныя Мечтанія", являясь въ общемъ необыкновенно яркимъ выраженіемъ индивидуальности Бѣлинскаго, въ частности представляетъ собою рядъ заимствованій -- вплоть до отдѣльныхъ выраженій. Такъ "предокончаніе" "Литер. Мечтаній" (т. І, стр. 367) начинается словами
   
   Берегъ! Берегъ!..
             Истертое выраженіе.
   
   На самомъ дѣлѣ это вовсе не "истертое выраженіе", а прямо начало послѣдней изъ статей, входящихъ въ составъ "Обозрѣнія". Заканчивая обозрѣніе журналовъ, Бѣлинскій восклицаетъ: "Гляжу на нихъ (журналы) съ грустною улыбкою и говорю:
   
   И все-то благо, все добро (т. І., стр. 378).
   
   Совершенно такая же фраза есть и въ "Обозріѣніи":
   "Не шутя же, по совѣсти, я всегда восклицаю и другихъ восклицать убѣждаю, смотря на наши журналы
   И все то благо, все добро" (Моск. Вѣст." 1830, ч. V, стр. 232).
   59) Чтобы понять смыслъ этого заявленія на столбцахъ "Молвы", нужно вспомнить безпощадность, съ которою, до сотрудничества Бѣлинскаго, журналъ Надеждина преслѣдовалъ Полевого. На стр. 427--28, 1-го тома, мы приводили образчики тѣхъ грозныхъ окриковъ въ недостаточномъ патріотизмѣ, которыми непрерывно донимали Полевого въ "Телескопѣ" и "Молвѣ". Но рядомъ съ этимъ шло столь же безпощадное и неутомимое преслѣдованіе Полевого по всякому удобному и неудобному случаю. Въ лучшемъ случаѣ Полевой обзывался "шарлатаномъ" (см. въ особенности примѣчаніе Надеждина къ ст. Востокова въ т. VI "Телескопа" за 1831 г., стр. 255--56). Но сплошь да рядомъ Надеждинъ не гнушался даже называть Полевого "московскимъ второй гильдіи купцомъ" и дѣлать постоянные намеки на его торговую запутанность, на его протестованные векселя и связанный съ этимъ неаккуратный выходъ книжекъ. Полевой вообще въ полномъ смыслѣ слова третировался въ "Телескопѣ" и "Молвѣ" en canaille.
   Такимъ образомъ появленіе чрезвычайно благосклонной рецензіи Бѣлинскаго въ органѣ главнаго врага Полевого (съ Булгаринымъ и Гречемъ Полевой началъ примиряться уже въ началѣ 30-хъ гг.) были явленіемъ совершенно экстраординарнымъ. Напирая на свою "независимость", Бѣлинскій прежде всего имѣлъ въ виду Надеждина, который, по свойственному ему безразличію, весьма легко сдался. Забывъ ожесточенную семилѣтнюю войну съ Полевымъ, съ которой онъ началъ свою литературную дѣятельность, Надеждинъ даже не воспротивился тому, чтобы Полевой, этотъ "шарлатанъ", "невѣжда" и дерзкій разрушитель литературныхъ и политическихъ традицій былъ приглашенъ Бѣлинскимъ къ участію въ "Телескопѣ" (См. примѣч. 131).
   60) Въ большой статьѣ Марлинскаго, посвященной "Клятвѣ при Гробѣ Господнемъ" ("Москов. Телеграфъ" 1833, ч. 52 и 53 и соч. т. 11) непонятны слѣдующія послѣ этого мѣста слова -- "по мнѣнію тѣхъ же самыхъ людей" и т. д. Марлинскій объ "Аббадонѣ" не писалъ, да вообще "Аббадону" въ 1835 г. не ругали (позднѣе -- въ 1841 г. на нее напала "Литер. Газета"). Объ ней появились только 2 рецензіи: Бѣлинскаго и Плаксина въ "Сынѣ Отеч." (1835 г., No 169), тоже очень благосклонная.
   61--62) Соотношеніе генія и таланта составляетъ одну изъ любимѣйшихъ темъ Бѣлинскаго, къ которой онъ возвращается много разъ. Стремленіе Бѣлинскаго поставить геніевъ внѣ обычныхъ условій развитія творческой психологіи можетъ быть принято только съ очень существенными оговорками, изъ которыхъ многія дѣлалъ впослѣдствіи самъ Бѣлинскій. Намъ придется еще вернуться къ этому предмету. См. прим. 233.
   Къ числу такихъ оговорокъ можетъ быть отнесено "угадываніе" новыхъ литературныхъ родовъ, будто бы составляющихъ привилегію геніевъ. Ни Шекспиръ, ни Мольеръ, ни Гёте не "угадывали" новыхъ литературныхъ родовъ и часто до простого совпаденія заимствовали у своихъ современниковъ и предшественниковъ. А какой-нибудь Клингеръ пишетъ трагедію "Sturm und Drang", которая открываетъ собою величайшій періодъ нѣмецкой литературы. Вальтеръ Скотть далеко не "изобрѣлъ" историческій романъ, а кромѣ того время показало, что современники слишкомъ увлекались, когда произвели его въ геніи.
   63) Съ этимъ никакъ нельзя согласиться. Типъ художника, "борющагося между влеченіемъ своего генія и обольщеніями жизни", принадлежитъ къ числу наиболѣе популярныхъ сюжетовъ нѣмецкой и отчасти французской литературы начала вѣка. Начиная съ "Вильгельма Мейстера" Гёте, типы художниковъ, весьма близко подходящихъ къ Рейхенбаху Полевого, разработаны въ "Franz Sternbald's Wanderungen" Тика, въ романахъ Новалиса и особенно Гофмана, который вообще является однимъ изъ главныхъ источниковъ "Аббадоны". Бѣлинскій мало еще зналъ въ то время Гофмапа и почти не зналъ Новалиса и Тика, которыхъ хорошо зналъ Полевой, и потому недостаточно оттѣнилъ элементы подражательности въ романѣ Полевого. Ср. статью объ "Аббадонѣ" Н. Козмина въ "Журн. Мин. Нар. Пр." 1899 г. No 4.
   64) Впослѣдствіи Бѣлинскій значительно холоднѣе (см. въ рецензіяхъ (1841 г.), относился какъ къ Элеонорѣ, такъ и ко всей вообще "Аббадонѣ" къ которой Полевой позднѣе прибавилъ эпилогъ. Въ немъ любовь отвергнутой Рейхенбахомъ Элеоноры превращается въ жгучую ненависть. Отмѣтимъ, кстати, небрежность, съ которою недавно переиздана "Аббадона" въ "Дешевой Библіотекѣ" Суворина -- взятъ только текстъ отдѣльныхъ изданій 1835 и 1840 г.,-- безъ "Эпилога Аббалоны", напеч. въ "Сынѣ Отеч." 1838 г. (No 7 и 9).
   65) "Молва" 1835, No 12. Ценз. разр. отъ 22 марта 1835.
   66) Военный историкъ Димитрій Петровичъ Бутурлинъ (1790--9 окт. 1849), авторъ фактическихъ сочиненій: "Военная исторія походовъ Россіи въ 18 столѣтіи" (Спб. 1819--23, 4 т.); "Исторія нашествія Императора Наполеона въ Россію въ 1812 году" (Спб. 1823--24, 2 ч.); "Картина войнъ Россіи съ Турціею" (2 ч. Спб. 1829); "Картина осенняго похода 1813 г. въ Германію" (Спб. 1830). Другія соч. Бутурлина вышли позже появленія рецензіи Бѣлинскаго.
   67) "Молва" 1835, No 12.
   68) Эта рецензія непосредственно не подписана, но ясно, что подпись подъ No 68 (стр. 8-4) относится и ко всѣмъ предыдущимъ рецензіямъ. Бѣлинскій всегда ставилъ такъ свою подпись подъ рядомъ рецензіи.
   69) Собраніе театральныхъ пьесъ (оригинальныхъ и переводныхъ), изданное Академіею Наукъ въ 1786--94 гг. въ 43 ч., по иниціативѣ кн. Дашковой.
   70) "Молва" 1835, No 12.
   71) Не останавливаясь предъ авторитетомъ Пушкина и Жуковскаго, Бѣлинскій преслѣдовалъ (до извѣстной степени преувеличенно строго) ихъ "народныя" сказки, потому что считалъ ихъ искаженіенъ дѣйствительно народнаго творчества. Ср. примѣч. 52 и 53.
   72) "Молва" 1835, No 12. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   73) Французскій драматургъ и писатель для юношества (1763 -- 1842). У насъ Бульи очень усердно переводили и Бѣлинскому могли быть извѣстны: "Безцѣнные примѣры для благовоспитапныхъ людей обоего пола и всякаго возраста" (V. 1815); "Золотые часы цвѣтущаго возраста" (М. 1815); "Совѣты моей дочери" (М. 1815); "Сказки дочери моей" (Спб. 1816); "Награда ученымъ мужамъ" (Спб. 1819); "Молодыя женщины" (М. 1823); "Матери семействъ" (М. 1825); "Новыя повѣсти" (Спб. 1826); "Повѣсти, посвященныя дѣтямъ Франціи" (М. 1826); "Другъ молодыхъ дѣвицъ" (Спб. 1831); "Повѣсти для моихъ маленькихъ пріятельницъ" (М. 1831); "Награда добродѣтели и благонравія" (Спб. 1835).
   74) "Молва" 1835 No 12. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   75) "Молва" 1835, No 13. Ценз. разр. отъ 29 марта 1835. Общій тонъ отношенія Бѣлинскаго къ старымъ писателямъ тутъ совершенно лишенъ исторической перспективы и научнаго спокойствія. Впослѣдствіи, въ статьяхъ о Пушкинѣ, Бѣлинскій съумѣлъ стать на историческую точку зрѣнія и безпристрастно отнестись къ писателямъ, которые для своего времени были дѣйствительно замѣчательнымъ явленіемъ. Но теперь, когда еще въ литературѣ были сильны старыя традиціи, когда старыхъ писателей ставили какъ образецъ для современности, Бѣлинскій не могъ къ нимъ относиться спокойно.
   76) Бѣлинскій и здѣсь и впослѣдствіи (въ статьяхъ о Пушкинѣ) черезчуръ строго относился къ Василію Майкову, въ которомъ ничего, кромѣ неблагопристойности не хотѣлъ видѣть. Болѣе внимательное изученіе Майкова выяснило, что при всей своей грубости онъ и въ "Елисеѣ", и особенно въ басняхъ весьма типично и правдиво отразилъ жизнь своего времени, что въ ту эпоху надутости и пренебреженія къ реальной дѣйствительности было заслугою не малою. См. изслѣдованіе Леонида Майкова въ его "Очеркахъ изъ исторіи русск. литературы" (Спб. 1889), перепечатанное въ "Русск. поэзіи" С. А. Венгерова.
   78) Свѣдѣніе невѣрное. Въ "Собраніе образцовыхъ русскихъ сочиненій и переводовъ въ стихахъ", изданное "Обществомъ любителей отечественной словесности" (6 ч. стиховъ и 6 ч. прозы. Спб. 1815--23), на ряду съ дѣйствительными корифеями, включались также Востоковъ, Волковъ, Родзянка, Вельяшевъ, Барановъ и т. п., четвертостепенные поэты, которыхъ и тогда никто не считалъ геніальными.
   78) Отношеніе Батюшкова къ М. Н. Муравьеву имѣетъ источникомъ чисто личное чувство благодарности и благоговѣнія, которое онъ питалъ къ памяти своего благороднаго воспитателя.
   79) Конечно, на ассигнаціи.
   80) "Молва" 1835, No 13. Объ Ушаковѣ см. т. I, стр. 387 и примѣч. 191 и т. II, стр. 353--62 и примѣч. 373 и 379.
   81) "Молва" 1835, No 13.
   82) Фамилія этого плохого романиста-этнографа не Калачниковъ, а Калашниковъ.
   83) Въ No 32 "Сѣв. Пчелы" за 1835 годъ, Ю. Д., разбирая и очень хваля "Ангарскіе пороги", между прочимъ писалъ: "Всякъ, кто былъ въ Сибири и знакомъ съ тѣми мѣстами, куда переноситъ насъ Г. Н. Щ., долженъ согласиться, несмотря на однообразный взглядъ и пристрастное мнѣніе сочинителя статьи, помѣщенной въ "Молвѣ", что онъ въ особенности отличается вѣрностью въ описаніи мѣстностей и въ изображеніи характеровъ жителей страны" и т. д.
   84) "Молва" 1835, No 14. Ценз. разр. отъ 5 апрѣля 1835. Въ изд.. Солдатенкова не вошло.
   85) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   86) Очевидно описка вмѣсто де-ла Моттъ Фуке.
   87--88) "Молва", 1835, 14. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   89) "Молва" 1835, No 15. Ценз. разр. отъ 12 апрѣля 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло, съ опущеніемъ примѣчаній.
   90) Это намѣреніе не было приведено въ исполненіе
   91) Намеки на статьи Шевырева, о которыхъ см. дальше статью "О критикѣ и литературныхъ мнѣніяхъ Москов. Наблюдателя".
   92) Тутъ уже почти взятъ надлежащій тонъ по отношенію къ Гоголю, но, все-таки, только въ ближайшей большой статьѣ (появившейся не въ. No 5, а въ NoNo 7 и 8 "Телескопа") Гоголь будетъ возведенъ въ надлежащій литературный рангъ.
   93) "Молва" 1835, No 16. Цензурн. разр. отъ 19 апрѣля 1835.
   94) Въ этомъ шутливомъ самопризнаніи констатирована одна изъ главнѣйшихъ особенностей всей литературной дѣятельности Бѣлинскаго, которая для него всегда была лѣтописью его собственнаго духа. Что его въ данный моментъ волновало, то онъ и спѣшилъ скорѣе вылить на бумагѣ при первомъ удобномъ и неудобномъ случаѣ. Эта-то "предурная привычка" и сообщала его писаніямъ такую удивительную цѣльность. Ср. наше предисловіе къ I т. (стр. VII).
   95) Мы хотѣли провѣрить отзывъ Бѣлинскаго, который вообще былъ крайне щепетиленъ по отношенію къ неблагопристойностямъ въ печати и даже отказывался цитировать Бенедиктовскую "Наѣздницу" (см. примѣч. 310). Но въ Публичной Библіотекѣ перваго изданія "Таинственнаго монаха" (кстати отмѣтимъ, что авторъ его -- извѣстный Рафаилъ Зотовъ) не оказалось, а въ. послѣдующихъ на указанномъ мѣстѣ ничего подходящаго нѣтъ.
   96) "Молва" 1835, No 16.
   97) Тамъ же. Обѣщанный разборъ, см. No 128 (стр. 241).
   98) "Молва" 1835, No 17. Ценз. разр. отъ 26 апр. 1835.
   99) Ср. т. II, стр. 72--73 и примѣч. 54.
   100) "Молва" 1835, No 17 и 18. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ примѣчаній Надеждина.
   101) Въ "Молвѣ" 1833 г. (NoNo 44, 45, 46, 47, 48, 50; отвѣтъ Шевыреву и др. No 56) появился рядъ "Писемъ въ Петербургъ", подписанный иниціалами П. Щ. о гастроляхъ четы Каратыгиныхъ въ Москвѣ. Статьи П. Щ. вызвали возраженія Шевырева и др. въ NoNo 52, 53, 54 и др. Ср. примѣч. 105.
   102) Выраженія Шевырева и въ полемикѣ съ П. Щ., и въ статьяхъ "Моск. Наблюдателя", о которыхъ см. примѣч. No 451 и дальнѣйшія.
   103) Кто такой П. Щ., о которомъ съ большимъ уваженіемъ Бѣлинскій говоритъ и позднѣе, въ статьяхъ о "Москов. Набл.", нельзя было доискаться. И это очень жаль, потому что исторіи русской театральной критики, весьма бѣдной именами серьезныхъ дѣятелей, слѣдовало бы отмѣтить имя этого талантливаго рецензента. Въ своихъ немногихъ, но блестяще написанныхъ статьяхъ П. Щ. проявилъ и хорошее образованіе, и прекрасный вкусъ. и цѣльное эстетическое міросозерцаніе.
   104) Запомнимте это опредѣленіе литературнаго ранга Гоголя. Оно намъ понадобится скоро для выясненія роли Бѣлинскаго въ исторіи литературной карьеры Гоголя. Ср. т. I, стр. 477 и примѣч. 199, т. II, примѣч. 257.
   105) Трудно понять, въ чемъ тутъ Бѣлинскій видѣлъ самостоятельность своего "мнѣнія". Мочаловъ, съ перваго выступленія на московскую сцену, имѣлъ своихъ восторженныхъ поклонниковъ и еще въ первый пріѣздъ Каратыгиныхъ въ Москву -- въ 1833 г., когда ихъ обаяніе было прямо огромно, П. Щ. писалъ: "публика раздѣлилась на партіи, ожесточенныя непримиримо другъ противъ друга. Одни превозносятъ Г. Каратыгина до небесъ, видятъ въ немъ необычайное чудо, приходятъ въ восторгъ отъ каждаго движенія, выходятъ изъ себя при каждомъ словѣ; другіе напротивъ возстаютъ противъ него съ неумолимою жестокостію, отрицаютъ въ немъ всякое сценическое достоинство, негодуютъ на каждый жестъ, оскорбляются каждымъ звукомъ... Говорю безъ преувеличенія. Я видѣлъ людей, которые не обинуясь провозглашали, что самъ Тальма нашелъ бы чему поучиться у русскаго артиста; зато слышалъ и другихъ, кои спрашивали громко, не будетъ ли играть Г. Каратыгинъ Отелло, дабы видѣть, кто лучше: онъ или Г. Мочаловъ меньшой, трагикъ Нижегородскаго театра". ("Молва" 1833 г., 47). Черезъ 2 мѣсяца послѣ гастролей Каратыгиныхъ въ Москвѣ, Мочаловъ гастролировалъ въ Петербургѣ и та же "Молва" устами "Любителя Театра" становится органомъ восторженныхъ похвалъ ему. Вообще Мочаловъ былъ по меньшей мѣрѣ равносильнымъ Каратыгину любимцемъ публики. Говорить, что параллель между этими артистами-соперниками, параллель, безпрерывно проводимая публикою на каждомъ представленіи, будетъ встрѣчена возгласомъ "fi, donc" -- было со стороны Бѣлинскаго преувеличеніемъ. Ср. о Мочаловѣ т. III, по поводу знаменитой статьи о немъ Бѣлинскаго 1838 г.
   106) Несмотря на нѣсколько риторическую форму восторговъ Бѣлинскаго, то, что онъ здѣсь говоритъ о своихъ чувствахъ, слѣдуетъ понимать буквально. Можно ли сомнѣваться въ томъ, что артистическая игра заставляла его "обмирать", когда даже въ простомъ разговорѣ Бѣлинскій, какъ писалъ Станкевичъ Невѣрову въ 1833 г. "способенъ вспыхнуть, прослезиться отъ всякой прекрасной мысли, отъ всякаго благороднаго подвига" (Переписка, стр. 93).
   107) "Отелло" давался въ 30-хъ годахъ въ переводѣ Вельяминова (Спб. 1808), который сдѣланъ не съ подлинника, а съ французской передѣлки Дюси. Шекспировскій "Отелло" появляется у насъ только въ 1836 г. въ переводѣ И. И. Панаева, который, впрочемъ, тоже очень неточенъ, потому что переведенъ съ французскаго перевода.
   108) Превосходнѣйшая параллель, ставшая ходячей. Этимъ значительно расширялся самый горизонтъ оцѣнки, раздвигались рамки явленія, оно входило въ составъ большого цѣлаго. Если еще къ Каратыгину и Марлинскому присоединить Брюлова, то получается цѣлая однородная полоса въ развитіи русскаго искусства. Слабую сторону параллели, какъ и по отношенію къ Марлинскому, составляетъ отрицаніе "природнаго" таланта Каратыгина. Вѣрнѣе опредѣлялъ Каратыгина Станкевичъ, который въ это же самое время (26 апр. 1835 г.) писалъ Невѣрову: "Каратыгинъ здѣсь! Душа моя, сердись, не сердись, а онъ сталъ вдвое хуже прежняго: гримасничаетъ, дѣлаетъ фарсы, реветъ; но -все-таки онъ съ рѣдкимъ талантомъ". (Переписка, стр. 132).
   109) Этою превосходною статьею, по высокому паѳосу и яркому выраженію благородной личности автора, приближающейся къ "Литератур. Мечтаніямъ", Бѣлинскій блестяще дебютируетъ на поприщѣ критики театральной. Какъ и въ "Лит. Мечт.", онъ не сказалъ тутъ ничего новаго въ отдѣльныхъ замѣчаніяхъ. Главная задача статьи -- выясненіе ходульности и приподнятости игры Каратыгиныхъ всецѣло составляетъ заслугу П. Щ., который въ 1833 г. своими нападками вызвалъ цѣлую бурю. Въ "Молву" посыпался рядъ возраженій: Шѣвырева,-- л.-- (П. Ф. Павловъ?) и др., такъ что Надеждинъ къ одному изъ возраженій долженъ былъ сдѣлать такое примѣчаніе: "Замѣчанія Г. П. Щ. на игру петербургскихъ артистовъ произвели такое движеніе между московскими литераторами, что редакція Молвы, по тѣснотѣ ристалища, не можетъ доставить возможности всѣмъ являющимся витязямъ броситься въ кипящую схватку" ("Молва" 1833 г. J6 57). Впрочемъ, и самому П. Щ. принадллжитъ только частное примѣненіе къ игрѣ Каратыгиныхъ общаго принципа естественности игры, который въ то время уже побѣдоносно вытѣснялъ ложно-классическія французскія традиціи. Какъ примѣръ того, что новыя требованія были уже тогда очень распространены, можно привести хотя бы уже упомянутые въ примѣч. No 105 отчеты "Любителя театра" о гастроляхъ Мочалова въ Петербургѣ. Мы здѣсь тоже находимъ рядъ весьма здравыхъ разсужденій о манерности "французской школы", ея неестественности, о томъ, что чувство и простота главное условіе сценическаго воздѣйствія и т. д. Приведенная въ 108-мъ примѣч. выдержка изъ "Переписки" Станкевича показываетъ также, что по существу ничего индивидуально-оригинальнаго Бѣлинскій не высказалъ. Но несравненное одушевленіе и сила проникновенія придали не новымъ мыслямъ глубокій интересъ. Черезъ 25 же лѣтъ, когда всякое воспоминаніе о статьяхъ П. Щ. и др. исчезло, а сочиненія Бѣлинскаго были изданы, его театральныя рецензіи послужили и продолжаютъ служить недосягаемымъ образцомъ высокаго отношенія къ тому роду критики, который, увы, такъ рѣдко подымается у насъ выше простыхъ отмѣтокъ. По воодушевленію и высотѣ тона къ театральнымъ рецензіямъ Бѣлинскаго подходятъ только театральные отчеты Аполлона Григорьева, но они, къ сожалѣнію, до сихъ поръ не собраны и затеряны въ такихъ изданіяхъ, какъ "Русск. Міръ", "Якорь" и т. п.
   110) "Молва" 1835, No 18. Ценз. разр. 3 мая 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   111) Татьяна Петровна Пассекъ, "Корчевская кузина" Герцена, въ которую онъ въ молодости былъ влюбленъ, урожденная Кучина, жена Вадима Пассека (см. выше примѣч. 54, р. 25 іюля 1810, ум. 24 марта 1889). Впослѣдствіи пріобрѣла извѣстность своими воспоминаніями о Герценѣ, Огаревѣ и др. ("Изъ дальнихъ лѣтъ" 3 т. Спб. 1878--1889. Первоначально печатались въ "Русск. Старинѣ"). Бѣлинскій не былъ тогда знакомъ съ Пассеками, а то, что книга печаталась "за глазами переводчицы" онъ могъ узнать изъ непосредственнаго источника -- типографіи Степанова, съ которой имѣлъ тогда безпрерывныя сношенія, какъ редакторъ Молвы".
   112) "Молва" 1835, No 18. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   113) См. выше примѣч. 14.
   114) "Молва" 1835, No 19. Ценз. разр. 10 мая 1835.
   115) Мы сами не могли доискаться, откуда взята эта цитата, а справки у лицъ, занимавшихся нашей исторіографіей, пока не привели къ опредѣленнымъ результатамъ.
   116) Эта формула находится въ извѣстной связи съ міросозерцаніемъ, которое самъ Бѣлинскій впослѣдствіи назвалъ въ своихъ письмахъ къ друзьямъ "абстрактными героизмомъ" и за которое такъ жестоко себя ругалъ. Однако, усматривать тутъ своего рода pendant къ формулѣ "Искусство для искусства" было бы ошибочно. Въ той формѣ, какъ Бѣлинскій понимаетъ "знаніе ради знанія", нѣтъ ни тѣни той кастовой надменности, того холоднаго индифферентизма, которымъ переполняются узкіе спеціалисты, ничего знать не хотящіе, кромѣ своей науки. Изъ общаго смысла статьи совершенно очевидно, что Бѣлинскій хлопочетъ только о томъ, чтобы въ основу науки положить не грубо-матеріалистическіе и мелко-практическіе житейскіе интересы, а идеальный интересъ къ познанію истины. По существу тутъ нѣтъ отвлеченія отъ жизни, какъ у дѣйствительныхъ жрецовъ формулы "знаніе ради знанія", а напротивъ того, все сводится къ пламенному желанію поднять уровень жизни, погрязшей въ мелкихъ интересахъ, одухотворить ее, наполнить "дыханіемъ жизни Божіей". Въ устахъ Бѣлинскаго "знаніе ради знанія" имѣетъ только одинъ смыслъ: учитесь и изслѣдуйте не потому, что это будетъ выгодно "спекуляціи и торговлѣ", а потому, что цѣль жизни мыслящаго человѣка -- познаніе "цѣли своего существооваія". Своею формулою Бѣлинскій прежде всего провозглашаетъ независимость научной мысля.
   117) Основное положеніе шеллингизма. Ср. т. I, стр. 318 и 417 (прим. 25-ое).
   118) Извѣстный геттингенскій профессоръ исторіи Арнольдъ-Германъ-Людвигъ Гееренъ или Геренъ, какъ его у насъ называли (Heeren, 1760--1842), былъ въ 30-хъ гг. чрезвычайно популяренъ въ Россіи и особенно въ москои, университетѣ, гдѣ имя его было у всѣхъ на устахъ, и у профессоровъ, и у студентовъ. Прямо "по Герену" читали и Надеждинъ, и Погодинъ. Послѣдній составилъ "Лекціи по Герену о политикѣ, связи и торговлѣ главныхъ народовъ древняго міра" (М. 1835--36) и издалъ Гереновское "Руководство къ познанію Древней политической исторіи" въ переводѣ своего слушателя, кандидата А. Каяндера (М. 1836). До того появилось въ переводѣ Ростислава Орлова Гереновское "Руководство къ исторіи политич. системы Европ. государствъ и колоній ихъ" (Спб. 1832--34, 3 ч.).
   119) Виднѣйшій изъ современныхъ.русскихъ "всеобщихъ" историковъ -- В. И. Герье, считаетъ исходнымъ пунктомъ послѣдняго періода римской и всемірной исторіи но Августа, а Пуническія войны. Вмѣстѣ съ тѣмъ, какъ и въ разсматриваемой рецензіи Бѣлинскаго, ученый историкъ дѣлаетъ сопоставленія на мотивъ: "посредствомъ завоеванія городъ Римъ становится міромъ (urbs-orbis)". ("Энциклоп. Слов." т. XXVI, стр. 757). Было бы чрезвычайно интересно узнать отъ людей, спеціально занимающихся исторіею русскаго изученія классическаго міра, въ какой степени Бѣлинскій, возставая противъ обычнаго дѣленія (компиляторъ Кайдановъ не свои же дѣленія устанавливалъ), имѣлъ право сказать "мнѣ кажется" и ему ли первому принадлежитъ сопоставленіе: "Римъ" и "міръ", которое, конечно, могло возникнуть только на русской фонетической почвѣ. Отвѣтъ на этотъ вопросъ представлялъ бы большой интересъ, какъ новое подкрѣпленіе подмѣченной еще кн. Одоевскимъ замѣчательной способности Бѣлинскаго самому додумываться, при небольшомъ количествѣ фактовъ, до важныхъ и цѣнныхъ выводовъ. "Бѣлинскій", говоритъ Одоевскій въ своихъ воспоминаніяхъ ("Русск. Архивъ" 1874, ч. I, стр. 339), "былъ одною изъ высшихъ философскихъ организацій, какія я когда-либо встрѣчалъ въ жизни. Мы съ нимъ спорили жестоко; но я не могъ не удивляться, какимъ образомъ онъ изъ поверхностнаго знанія принциповъ натуральной философіи развивалъ цѣлый органическій философическій міръ -- sui generis".
   120) Это мѣсто легко можно истолковать ложно, какъ нежеланіе вводить въ кругъ историческихъ изученій доисторическій бытъ. На самомъ дѣлѣ, если разсматривать рецензію Бѣлинскаго въ связи съ историческими взглядами всего его кружка, то становится яснымъ, что Бѣлинскій хотѣлъ только разграничить исторически-достовѣрное отъ неподлежащаго точному констатированію. Основатель критической исторіи древняго Рима, знаменитый Нибуръ, которымъ тогда бредилъ Полевой, кружокъ Станкевича и лучшіе научные кружки наши, оставляя въ сторонѣ эпоху римскихъ царей, какъ періодъ баснословный, начиналъ свою "Römische Geschichte" съ первыхъ записей фактовъ "общественной жизни".
   121) То же выраженіе научно-обобщенныхъ взглядовъ кружка, которымъ насмѣшливо поучаетъ Бѣлинскій Кайданова на всемъ протяженіи рецензіи. Имя Кайданова часто будетъ встрѣчаться у Бѣлинскаго какъ синонимъ устарѣлаго и младенческаго отношенія къ задачамъ исторіи и потому дадимъ о немъ нѣсколько свѣдѣній.
   Иванъ Козьмичъ Кайдановъ, род. видимо въ Малороссіи около 1780 г., происходилъ изъ духовнаго званія, до 1801 г. учился въ кіевской Духовной Академіи, былъ нѣкоторое время учителемъ переяславской семинаріи, затѣмъ поступилъ въ спб. педагогическій институтъ. Въ 1807 г., получивъ званіе старшаго учителя гимназіи, вмѣстѣ съ другими лучшими воспитанниками, былъ отправленъ въ Германію, гдѣ оставался съ 1808 до 1811 г., занимаясь, главнымъ образомъ подъ руководствомъ Геерена (см. примѣч. No 118) въ Геттингенѣ. По возвращеніи былъ назначенъ сначала адъюнктъ-профессоромъ, затѣмъ профессоромъ въ царскосельскій лицей, гдѣ преподавалъ до 1841 г. исторію, географію и статистику. Ум. въ 1843 г. Въ 1826 году былъ избранъ членомъ-корреспондентомъ Академіи Наукъ. Кайданову принадлежитъ рядъ имѣвшихъ огромное распространеніе учебниковъ: 1) "Основанія всеобщей политической исторіи". Ч. I. "Древняя исторія". Спб. 1814. 2) "Руководство къ изученію Всеобщей политич. исторіи". Спб. 1817--37. 6 изд. 3) "Хронологическая и синхронист. таблица". Спб. 1819--1821. 3 листа. 4) "Краткое начертаніе Всемірной исторіи". Сиб. 1822--1854. 16 изд. 5) "Начертаніе исторіи государства Россійскаго". Спб. 1829--34. 4 изд. 6) "Извлеченіе изъ рукой, лекцій, преподан. воспит. Импер. царскосельскаго лицея". Спб. 1832. 8°.-- Тоже. Кн. 2-я, въ коей содержится: Излож. исторіи открытія Америки и морского пути въ Восточную Индію, и излож. исторіи реформ, въ зап. церкви и происх. Голландской республики. Спб. 1839. 8°. 7) "Краткое изложеніе дипломатіи Росс. Двора, со времени восш. на Всероссійскій престолъ дома Романовыхъ до конъ Императора Александра I". 2 ч. Спб. 1833. 8°. 8) "Краткое начертаніе Россійск. исторіи". Спб. 1834--47. 7 изд. 9) "Учебная книга Всеобщей исторіи. Древняя исторія". Спб. 1834--44. 5 изд. 10) Тоже. "Исторія среднихъ вѣковъ". Спб. 1837--43. 3 изд. 11) Тоже. "Исторія 3 послѣднихъ вѣковъ и первой половины XIX в. Спб. 1841--43 2 изд. 12) "Обзоръ Всеобщей исторіи, или указ. на главнѣйшія событія, случившіяся въ свѣтѣ отъ сотворенія міра до нашихъ временъ". Спб. 1836. 16°. Нѣсколько небольшихъ статей Кайдановъ помѣстилъ въ "Сынѣ Отеч.": "Освобожденіе Швеціи отъ тиранства Христіана II, короля датскаго" (1812, No 10); "Крестовые походы" (1819, No 47); "О войнѣ 1812 г." (1833). Слава учебниковъ Кайданова была такъ велика, что ихъ перевели на нѣмецкій. французскій, румынскій и польскій яз.: "Kurzer Abriss der russischen Geschichte". Uebersetzt von C. Fr. Storch. Mitau. 1839; "Krotki rys historyi powszechney". Przetlumaczyl Franc. Zatorski. Wilno. 1832. 6 изд.-- Варшава. 1850; "Rys historyi powszechney", переводъ Бентковскаго, Варшава, 1825--28 и Рогальскаго 3 изд. 1825--46; "Précis de Phistoire de Russie", переводъ J. Languen. Спб. 1842 и 2 изд. Ib. 1845. Румын. перев. Асаки "Начертанія ист. гос. рос." по указанію Геннади напеч. въ "Ешій" (?) въ 1832 г., но въ каталогѣ отдѣленія Russica Публичной Библіотеки, которая собираетъ самомалѣйшую брошюру о Россіи и всѣ переводы русскихъ авторовъ, румынскихъ переводовъ Кайданова не указано.
   Учебники Кайданова и историческіе взгляды его, представлявшіе въ 1810-хъ и даже 1820-хъ гг. извѣстный прогрессъ въ сравненіи съ старыми учебниками Екатерининскихъ временъ, еще державшихся въ школьномъ преподаваніи, въ 1830-хъ казались устарѣлыми не одному только кипѣвшему новизною Бѣлинскому. Кайданова вышучивалъ уже раньше его "Московскій Телеграфъ". Мало одобрительно относился къ нему и Погодинъ. Вывшій его ученикъ по Лицею -- декабристъ Кюхельбекеръ писалъ въ своемъ дневникѣ подъ 28 окт. 1833 года:
   "Добраго нашего И. К. Кайданова историческій слогъ ни на что не похожъ. Изъ его всемірной исторіи помѣщенъ въ "Сынѣ Отечества" отрывокъ, въ которомъ онъ описываетъ войну 1812 года: тутъ при имени. каждаго русскаго генерала нѣсколько риторическихъ эпитетовъ и приложеній,-- тотъ нашъ Децій, тотъ Фабій, а тотъ Эпаминондъ, другой безтрепетный герой, готовый всѣмъ жертвовать славѣ, третій мудрый, прозорливый вождь; словомъ, ни одинъ не пропущенъ безъ подобающей ему чести. Не такъ пишутъ исторію" ("Русск. Стар." 1883, т. 39, стр. 125). Другой ученикъ -- болѣе поздней эпохи (1832--38) -- А. Н. Яхонтовъ пишетъ въ своихъ "Воспоминаніяхъ царскосельскаго лицеиста": "Профессоръ Иванъ Кузьмичъ Кайдаповъ въ ту пору былъ уже старикомъ и жилъ своею старой (?) репутаціей. Ученикъ Герена, онъ издалъ свой учебникъ, теперь давно забытый, при составленіи котораго широко пользовался исторіею Ансильона, и ограничивался чтеніемъ своей книжки, вставляя иногда свои краткія объясненія. Все это выходило сухо и скучно, вслѣдствіе чего мы занимались этимъ предметомъ вяло и неохотно. Весь курсъ всеобщей исторіи оканчивался у насъ воцареніемъ Людовика XVI: о первой французской революціи мы отъ Кайданова не слышали ни единаго слова!" ("Русск. Стар." 1888, т. 60, стр. 113).
   Ср. Селезневъ, Очеркъ ист. царскольск. Лицея, Ровинскаго, Словарь гравированныхъ портретовъ, и другіе словари. Отзывы объ учебникахъ Кайданова: О "Руковод. къ познанію всеобщ, политич. исторіи". 1) А. Измайловъ, въ "Сынѣ Отечества" 1817, No 33. 2) Тамъ же, 1821, No 38. 3) "Сѣв. Пчела" 1826, No 105. 4) "Сынъ Отеч." 1827, No 76. 5) М П. Погодинъ, въ "Моск. Вѣстн." 1827. ч. 6, стр. 49 -- 71. 6) "Сѣв. Пчела" 1831, No 119. 7) Савельеву, въ "Маякѣ" 1840, ч. 6, гл. 4, стр. 51--78. О "Краткомъ начертаніи всеобщей исторіи". 1) Булгаринъ, въ "Сѣв. Арх." 1823, No 5. 2) "Сѣв. Пчела" 1827, No 76. 3) "Отеч. Зап." 1840, т. VIII, отд. VI, 25; 1843, т. 30, отд. VI, 9; 1844, т. 33, отд. VI, 86. 4) Е. Кемницъ, въ "Учителѣ" 1863, No 11--12, т. 3, стр. 601--602. О "Начертаніи исторіи государства Россійскаго". 1) "Моск. Телегр." 1829, т. 30, стр. 226--238. 2) "Сѣв. Пчела" 1829, No 136. 3) "Атеней" 1830, ч. 1, стр. 108--109. 4) Н. Погодинъ, въ "Москов. Вѣстн." 1830, ч. 2, стр. 348--355. 5) "Кармаи, кн. для любителей русской старины на 1830 г.", стр. 273--274. Объ "Извлеченіи изъ рукописныхъ историч. лекцій". 1) "Моск. Телеграфъ" 1832, No 2, 249. 2) "Отеч. Зап." 1839, т. IV, отд. VII, стр. 34. О "Краткомъ изложеніи диплом. Россійск. Двора, со вступленіемъ на престолъ дома Романовыхъ". "Сѣв. Пчела " 1833, No 52. Объ "Учебной книгѣ всеобщей исторіи". 1) "Сынъ Отеч.", ч. 184, стр. 495. 2) "Литерат. прибавл." 1838, No44. 3) "Библ. для Чтенія" 1837, т. 23, отд. VI, стр. 18. 4) Тамъ же, 1838, т. 27, отд. VI, стр. 33. 5) "Отеч. Зап." 1847, т. 18, отд. VI, стр. 26. 6) Тамъ же, 1842, т. 21, отд. VI, стр. 64. 7) Тамъ же, 1843, т. 28, отд. VI, стр. 9.
   122) Жюльенъ-Луи Жоффруа (1743--1814) -- знаменитый французскій театральный критикъ, создавшій этотъ родъ журнальной литературы въ фельетонахъ "Journal des Debats". Человѣкъ наглый и продажный, онъ вообще выдавался своею рѣзкостью и грубостью. Низкопоклонный шовинистъ, онъ нападалъ на все отступавшее отъ традиціи и въ томъ числѣ на все иностранное. Бѣлинскій, конечно, могъ его знать только по наслышкѣ. Хотя фельетоны Жоффруа и вышли въ 1819 и 1820 г. въ 6 т. подъ заглавіемъ "Cours de littérature dramatique", но Бѣлинскому они едва ли были извѣстны, потому что больше онъ о Жоффруа не говоритъ нигдѣ.
   123) "Молва" 1835, No 19. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   124) Тамъ же.
   125) Покамѣстъ отношеніе къ журналу Шевырева довольно почтительное. Вскорѣ закипитъ ожесточенный бой.
   126) "Молва" 1835, No 20. Цензурн. разр. отъ 17 мая 1835 г.
   127) Въ "Фантастическихъ путешествіяхъ" барона Брамбеуса.
   128) 1835 г., т. VIII, отд. VI, стр. 52--55, насмѣшливый отзывъ Сенковскаго какъ о самой книгѣ, такъ и о переводѣ, относительно котораго злой рецензентъ, между прочимъ, говоритъ: "не беремся рѣшить, какому вѣку онъ принадлежишь: вѣроятно, Корсунской эпохѣ искусства Русскаго слова".
   129) Василій Николаевичъ Берхъ (18 мая 1781--21 дек. 1834) -- трудолюбивый, но совершенно лишенный высшихъ взглядовъ на задачи исторіи историкъ русскаго флота и царей изъ дома Романовыхъ, но спеціальности гидрографъ. Важнѣйшія изъ отдѣльно изданныхъ имъ сочиненій: "Древнія государственныя грамоты, наказныя памяти и челобитныя". 6 ч. Спб. 1821; "Хронологическая исторія всѣхъ путешествій въ сѣверныя полярныя страны". 2 ч. Спб. 1821--23; "Хронологическая исторія открытія Алеутскихъ острововъ". Спб. 1823; "Первое морское путешествіе россіянъ". Спб. 1823; "Собраніе писемъ Императора Петра I", 4 ч. Спб. 1829--30; "Жизнеописанія первыхъ россійскихъ адмираловъ или опытъ исторіи россійскаго флота". 4 ч. Спб. 1831--36; "Царствованіе царя Алексѣя Михайловича". 2 ч. Спб. 1831; "Царствованіе царя Михаила Ѳедоровича". 2 ч. Спб. 1832; "Царствованіе царя Ѳедора Алексѣевича". 2 ч. Спб. 1834. Перечень остальныхъ многочисленныхъ работъ Верха см. въ III-мъ томѣ нашего "Критико-біографйч. словаря". (Ст. М. Н. Мазаева).
   Александръ Ивановичъ Вейдемейеръ (1789 -- 11 марта 1852) принадлежитъ къ тому же типу собирателей груды фактовъ, Бѣлинскому могли быть извѣстны изъ его сочиненій: "Обзоръ главнѣйшихъ происшествій въ Россіи съ кончины Петра Великаго до вступленія на престолъ Елизаветы Петровны" (Спб. 1831, 1832 и 1835 и 2 ч.) и "Царствованіе Елизаветы Петровны" (Спб. 1834 и 1835, 2 ч.). Въ своемъ, вполнѣ правильномъ, отношеніи къ Верху и Вейдемейеру Бѣлинскій повторялъ Полевого (его статьи о Верхѣ въ "Московскомъ Телеграфѣ" 1831, ч. 37 и 1833, о Вейдемейерѣ: "Московский Телеграфъ" 1831, ч. 42; 1834, ч. 55). Ср. "Критикобіогр. Словарь" т. V ст. В. Ѳ. Боцяновскаго.
   130) Въ т. VIII "Библ. д. Чт." 1835 г. Сенковскій, въ общемъ относясь къ изданію Полевого какъ къ предпріятію "важному и похвальному", вмѣстѣ съ тѣмъ находилъ, что "только меньшая часть помѣщеннаго въ І-мъ томѣ заслуживаетъ этой чести" (отд. V, стр. 18).
   131) Отношеніе къ Полевому продолжаетъ быть (см. прим. 59) чрезвычайно благожелательнымъ. Когда писалась эта рецензія, уже состоялось приглашеніе Полевого въ "Телескопъ" и "Молву". Какъ только Бѣлинскій взялся въ апрѣлѣ 1835 г. за редактированіе "Телескопа" (см. примѣч. No 355), они написалъ Полевому слѣдующее письмо:
   "М. Г. Николай Алексѣевичъ! Я принимаюсь за изданіе журнала, принимаюсь не изъ корыстныхъ видовъ, не изъ дѣтскаго тщеславія, но вмѣстѣ, съ тѣмъ и не по сознанію въ своихъ силахъ и въ своемъ назначеніи, а изъ увѣренности, что теперь всякій можетъ сдѣлать что-нибудь, если имѣетъ хоть искру способности и добра... Какъ бы то ни было, но мнѣ было бы пріятно имѣть читателемъ того человѣка, который съ такимъ благороднымъ и безпримѣрнымъ самоотверженіемъ старался водрузить на родной землѣ хоругвь вѣка, который воспиталъ своимъ журналомъ нѣсколько юныхъ поколѣній и сдѣлался вѣчнымъ образцомъ журналиста... Да, мнѣ пріятно и лестно думать, что вы будете иногда, въ рѣдкіе часы вашего досуга, перелистывать книгу, мною составленную, хотя, можетъ быть, для васъ это будетъ ни пріятно и ни лестно... Но ваше вниманіе ко всякому благородному порыву, ваше расположеніе и ласковость къ молодымъ людямъ, сколько-нибудь принимающимъ участіе въ дѣлахъ книжнаго міра, ваша снисходительность къ слабости силъ при честныхъ намѣреніяхъ, въ чемъ я имѣлъ удовольствіе увѣриться собственнымъ опытомъ, заставляютъ меня надѣяться, что вы не откажетесь принять моего приношенія. Николаю Ивановичу (Надеждину) было очень пріятно исполнить мое желаніе" (Пыпинъ, т. I, стр. 144).
   132) "Молва" 1835, No 21. Ценз. разр. отъ 23 мая 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   133) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ стиховъ изъ "Дитяти поэзіи" и сопоставленія со стихами "Въ понедѣльникъ я влюбился" и т. д.
   134) Бездарное подражаніе "Кавказскому плѣннику" -- "Киргизскій плѣнникъ. Повѣсть въ стихахъ Н. Муравьева". М. 1828.
   135) "Молва" 1835, No 22. Ценз. разр. отъ 31 мая 1835.
   136) Стихи Державина
   137) Въ повѣсти Масальскаго "Донъ-Кихотъ" ("Библіот. д. Чт." 1834. т. VII) помѣщикъ Левкоевъ, начитавшись новѣйшихъ нѣмецкихъ философовъ, прямо впадаетъ въ болѣзнь, извѣстную подъ именемъ мономаніи. Онъ обо всемъ могъ говорить связно и основательно, но едва рѣчь, даже слегка и мимоходомъ, касалась философіи, какъ въ головѣ его возставалъ хаосъ, въ которомъ всѣ отвлеченныя выраженія новѣйшихъ философовъ -- дуализмъ, идеализмъ, идеотизмъ, трансцендентализмъ, макрокозлъ, микрокозмъ, потенцъ, индивидуальность, реальность, объективность, субъективность и прочая, безпорядочно летали и кружили, какъ хлопья снѣга во время сильной вьюги". Левкоевъ все время говоритъ жаргономъ шеллинговской философіи о связи съ "всеобщей жизнью" и т. п. и его за это собираются посадить въ сумасшедшій домъ. Другая попытка "Библ. д. Чтенія" убить русскихъ послѣдователей нѣмецкой философіи -- есть, очевидно, повѣсть "Піюша, о которой см. дальше, стр. 357--362.
   138--40) Рядъ шутливо-выраженныхъ, но до дна души проникшихъ основъ идеалистическаго міросозерцанія кружка. Не хотѣлось унижаться до серьезнаго разговора съ такимъ представителемъ пошлости, какъ Брамбеусъ, не хотѣлось говорить съ нимъ о томъ, что составляло святыню, и Бѣлинскій отдѣлывается насмѣшками. Но по существу предъ нами вся программа періода если и "абстрактнаго", то все же истиннаго "героизма", когда почти въ каждомъ письмѣ Станкевича говорилось о "подвигѣ жизни" и цитировалось Шиллеровское "Resignation", съ его отказомъ отъ наслажденія или, по выраженію Бѣлинскаго, "объяденія земными благами". "Надобно или дѣлать добро, или приготовлять себя къ дѣланію добра, совершенствовать себя въ нравственномъ отношеніи, и потомъ, чтобы добрыя намѣренія не остались безъ плода, совершенствовать себя въ умственномъ отношеніи". Такую программу ставилъ себѣ Станкевичъ и терзался, что недостаточно дѣлалъ для ея осуществленія (Переписка, 89). Богатый, молодой, красивый, обаятельный другъ и вдохновитель Бѣлинскаго считалъ малодушіемъ даже мечты о благахъ "животной жизни", о личномъ счастіи. "Я не молюсь о своемъ счастіи", писалъ Станкевичъ въ тѣ же годы и даже мѣсяцы (письмо отъ 6 авг. 1835); "съ меня довольно быть человѣкомъ. Я говорю: Господи! буди въ сердцѣ моемъ и дай мнѣ совершить подвигъ на землѣ; и если слезящій взоръ обратится къ нему съ другою, невольною молитвою, я говорю,-- но да будетъ, не якоже азъ хощу, но якожо ты хощеши. Когда же вся тяжесть пожертвованій безъ вознагражденія представляется мнѣ, я прибавлю: Господи! если возможно, да мимо идетъ чаша сія!" (Переписка, стр. 144).
   141) Марія Коттенъ (1772--1807), въ свое время знаменитая французская романистка. Бѣлинскій къ ней относился несправедливо, ставя на одну доску съ манерной и афектированной г-жей Жанлисъ и нѣсколькими строками дальше причисляя ее къ "литературной сволочи". Г-жа Коттенъ, положивъ въ основу своихъ произведеній исторію собственнаго, весьма благороднаго сердца и собственныхъ несчастій, дѣйствительно много говорила о самоотреченіи, но въ этомъ не было ничего ханжескаго и святошескаго. Произведенія Коттенъ или какъ ни называли у насъ Коттенъ, усердно переводились въ началѣ вѣка на русск. яз. и несомнѣнно хорошо были извѣстны Бѣлинскому: "Взятіе Іерихона" (Спб. 1805); "Амелія Мансфельдъ" (М. 1810 и 1817); "Елисавета Л." (М. 1810 и позднѣе 4 изд.); "Мальвина" (М. 1816--18); "Матильда" -- самый знаменитый романъ Коттенъ (3 изд. М. 1806--1821); "Наталья Беллозонъ" (М. 1817). Одинъ изъ разсказовъ Коттенъ "Елизавета Л." (Лупалова) далъ тему знаменитому разсказу Ксавье де-Мэстра "Параша Сибирячка", въ свою очередь обработанному въ извѣстной драмѣ Полевого. Пушкинъ тоже называетъ г-жу Коттенъ "чопорной" и "приторной" (Рецензія о Лобановѣ), но все же не такъ безжалостенъ и не отсылаетъ ея произведенія въ лакейскую, какъ Бѣлинскій (см. дальше, стр. 508).
   142) Въ то время это слово, теперь въ печати почти не употребляемое, не было еще такою рѣзкостью и у Бѣлинскаго оно встрѣчается нѣсколько разъ.
   143) "Молва" 1835, No 22. Въ изд. Солдатенкова не вошла.
   144) "Молва" 1835, No 23. Ценз. разр. отъ 7 іюня 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Водевили Александра Ивановича Булгакова (1815-- 1836) пользовались большою извѣстностью. Ср. о немъ: В. Григорьевъ и П. Савельевъ въ "Спб. Вѣд." 1837 г., No 8; Вольфъ, Хроника Петерб. театровъ; А. Э. (Экземплярскій) въ "Энц. Сл." Брокгауза-Ефрона.
   145) "Молва" 1835, No 23. Въ изд. Солдатенкова вошло въ сокращенномъ видѣ.
   146) Тамъ же.
   147) Слишкомъ поэтъ. Домыслы Вельтмана имѣютъ очень мало научнаго значенія.
   148) Въ изд. Солдатенкова и др. слово "Скептиковъ" напечатано безъ кавычекъ и не курсивомъ и ни прописною буквою, благодаря чему фраза совершенно потеряла свой смыслъ. Подъ "Скептиками" тутъ разумѣется такъ называемая "Скептическая школа" русской исторіографіи и тогда эта строчка становится очень интересной для характеристики способности Бѣлинскаго всецѣло отдаваться всякому новому настроенію. Меньше года тому назадъ Бѣлинскій, отдаваясь настроенію своихъ товарищей-историковъ (ср. т. I, стр. 380), горячо защищалъ всю совокупность ученія "Скептиковъ" и даже одни догадки и предположенія главы школы Каченовскаго давалъ какъ фактъ, безъ всякихъ оговорокъ (см. т. I, стр. 429, примѣч. 38). Но теперь, какъ это видно изъ дальнѣйшаго примѣчанія No 158, скептическое направленіе ужи ни владѣло всецѣло умами ближайшихъ друзей Бѣлинскаго и вотъ онъ, не имѣя претензій на самостоятельность въ области историческихъ разысканій, тоже отъ него отходитъ и уже ловитъ всякій "новый и сильный фактъ противъ Скептиковъ".
   149) "Молва" 1835, No 23. Въ изд. Солдатенкова ни вошло.
   150) Тамъ же.
   151) Михаилъ Евстафіевичъ Лобановъ (род. 8 ноября 1787, ум. 5 іюня 1846), посредственнѣйшій одописецъ, драматургъ и плохой переводчикъ Расиновскихъ трагедій, пользовавшійся, однако, извѣстностью и даже попавшій въ члены Россійской Академіи, а передъ смертью (1845) въ ординарные академики Академіи Наукъ (при почти полномъ отсутствіи историко-литер. трудовъ). Учился въ спб. іезуитскомъ пансіонѣ и педагогич. институтѣ, послѣ чего преподавалъ русск. словесность въ домѣ гр. Строгоновыхъ. Въ 1810 поступилъ на службу по духов. вѣдомству, съ 1813 по 1841 служилъ въ Публич. Библіотекѣ. Былъ друженъ съ Гнѣдичемъ, Оленинымъ, отчасти Батюшковынъ. Онъ привыкъ къ хорошему отношенію къ себѣ критиковъ изъ пріятелей (Гнѣдичъ, Сомовъ, Воейковъ); дурно къ нему относившійся Пушкинъ высказывался о немъ только въ частной перепискѣ. Неудивительно, что отзывъ Бѣлинскаго страшно взбѣсилъ самолюбиваго драматурга, настолько не сознававшаго своего ничтожества, что онъ рѣшался конкурировать съ Пушкинскимъ "Борисомъ". Въ рѣчи "Мнѣніе о духѣ Словесности, какъ иностранной, такъ и отечественной", произнесенной въ собраніи Россійской Академіи 18 янв. 1836 г. (напечатана позднѣе въ "Трудахъ" Россййской Акад. 1840 г., ч. III) онъ изступленно накинулся на "нелѣпыя, гнусныя и чудовищныя явленія" въ современной журналистикѣ, которыя ведутъ къ тому, что распространяются "пагубныя и разрушительныя мысли, о которыхъ читатель до тѣхъ поръ не имѣлъ ни малѣйшаго понятія и которыя насильственно влагаютъ въ душу его зародышъ безправія, безвѣрія и слѣдовательно будущихъ заблужденій или преступленій..." Весь этотъ грозный окрикъ относился исключительно къ Бѣлинскому, потому что остальная журналистика состояла: изъ болѣе чѣмъ благонамѣренной "Библ. для Чтенія", вѣчно нападавшей на французскую литературу, въ которой Лобановъ видѣлъ главный источникъ зла; изъ "Сына Отеч.", изд. Гречемъ, изъ "Сѣв. Пчелы", изъ "Москов. Наблюдателя" Шевырева и Погодина. "Москов. Телеграфа" уже не было, а бывшій его редакторъ уже заключилъ тогда союзъ съ Булгаринымъ и Гречемъ. Насколько же упреки въ "безвѣріи" и т. п. могутъ быть примѣнимы къ Бѣлинскому 1834--3б гг., читатель и самъ можетъ судить. Черезъ нѣсколько строкъ Лобановъ выдаетъ себя головою, когда приходится болѣе детально говорить о журнальныхъ ужасахъ: "Останавливаясь на духѣ и направленіи нашей Словесности, всякій благомыслящій видитъ: въ теоріяхъ наукъ -- сбивчивость, непроницаемую тьму и хаосъ несвязныхъ мыслей; въ приговорахъ литературныхъ -- совершенную безотчетность, безсовѣстность, наглость и даже буйство..." Вотъ въ этомъ-то "буйствѣ" и "наглости" рецензентовъ, т.-е. все того же Бѣлинскаго, и лежалъ источникъ гнѣва вышученнаго академика. И гнѣвъ этотъ былъ такъ безмѣренъ, что не довольствовался просто обличеніемъ въ "безвѣріи", хотя по тѣмъ временамъ, да еще исходя изъ стѣнъ академіи, такое обвиненіе само по себѣ было средствомъ достаточно сильнымъ. Какъ истинно-бездарный человѣкъ, Лобановъ былъ лишенъ такта и въ той же рѣчи предлагалъ Академіи ни больше ни меньше какъ заняться дополнительнымъ цеизyрированіемъ книгъ!
   "По множеству сочиняемыхъ нынѣ безнравственныхъ книгъ", вопіялъ Лобановъ, "цензурѣ предстоитъ непреодолимый трудъ проникнуть всѣ ухищренія пишущихъ. Не легко разрушить превратность мнѣній въ словесности и обуздать дерзость языка, если онъ, движимый злонамѣренностію, будетъ провозглашать нелѣпое и даже вредное. Кто-жъ долженъ содѣйствовать въ семъ трудномъ подвигѣ? Каждый добросовѣстный русскій писатель, каждый просвѣщенный отецъ семейства, а всего болѣе академія, для сего самаго учрежденная. Она, движимая любовію къ государю и отечеству, имѣетъ право, на ней лежитъ долгъ неослабно обнаруживать, поражать и разрушать зло, гдѣ бы оно ни встрѣтилось на поприщѣ словесности".
   Дикая выходка Лобанова встрѣтила достойный отпоръ въ Пушкинѣ, который въ III-ей кн. "Современника" за 1836 г. помѣстилъ статью "Мнѣніе М. Е. Лобанова о духѣ Словесности, какъ иностранной, такъ и отечественной". По общедоступности сочиненій Пушкина не останавливаемся на возраженіяхъ его, который сводятся къ тому, что нападки Лобанова совершенно не имѣютъ подъ собою фактической почвы ("кто сіи дерзкіе, злонамѣренные писатели, ухищряющіеся ниспровергать законы, на коихъ основано благоденствіе общества?") и лишаютъ русскую литературу дарованной ей "законной свободы мысли".
   Ср. о Лобановѣ, кромѣ словарей Брокгауза, Геннади, Ровинскаго и др.: О переводѣ "Ифигеніи" ГнѣДичъ, Письмо о переводѣ и представленіи трагедіи "Ифигенія въ Авлидѣ. Спб. 1815. Объ "Одѣ россійскому воинству": Пожарскій, въ "Демокритѣ" 1815, 4. О перев. трагед. Расина "Федра".
   1) О. Сомовъ, "Сынъ Отеч." 1823, 46. 2) С. А(ксаковъ), "Вѣстн. Евр." 1824, 1. (Письмо въ ред.). Объ "Элегіи на кончину Софіи Дмитріевны Нарышкиной"*: "Сынъ Отеч." 1824, 31. О трагедіи "Борись Годуновъ":
   1) "Молва". 1835, No 23. 2) Ф. Булгаринъ, въ "Сѣв. Пчелѣ". 1835, No 64. О статьѣ "Мнѣніе о духѣ словесности" 1) А. С. Пушкинъ, "Современникъ", 1836, т. II, 94 и Сочиненія. 2) "Отеч. Записки", 1846. т. XIV отд. VI, 35. (Отзывъ Бѣлинскаго). О "Жизни и сочиненіяхъ И. А. Крылова": 1) "Отеч. Зап." 1847, No 3, т. 51, отд. 6, стр. 1--8. 2) "Современникъ". 1847, т: I, отд. III, стр. 124. Разнаго рода свѣдѣнія о Лобановѣ:
   1) Араповъ, Лѣтопись русск. театра. 2) Тихоновъ, Ник. Ив. Гнѣдичъ. Спб. 1884. 3) Вигель, Воспоминанія. 4) Сухомлиновъ, Ист. росс. акад. 5) Пушкинъ, письма. 6) Батюшковъ, Примѣч. къ его соч. т. III. (ст. В. И. Саитова). 7) П. А. Плетневъ, Иванъ Андреевичъ Крыловъ. Соч., т. 2. 8) В. Майковъ, Критич. опыты. 435--444. 9) "Починъ", Сборн. общ. люб. росс. слов., т. I, стр. 211. 10) С--въ, въ "Нов. Зрит." 1820. (Письмо къ сочин. замѣч. на тр. Танкредъ, пер. съ фр. Н. И. Гнѣдичемъ). 11) "Жур. Мин. Нар. Просв." 1846, ч. 50, 6, стр. 40 (Некрологъ). 12) "Сѣв. Пчела". 1846. 127. (Некрологъ). 13) А. О. Круглый. "Ист. Вѣстн." 1880, 8, стр. 664--709, "Лобановъ и его отноіи. къ Гнѣдичу и Загоскину". 14) "Русск. Стар." 1883, 39 (Іюль), стр. 23. (Письма Батюшкова къ Гнѣдичу"). 15) "Ист. Вѣсти." 1896, No 6, стр. 253 (Смѣсь). 17) "Моск. Вѣд." 1896, No 152. Отдѣльно изданный произведенія Лобанова: 1) Элегія при гробѣ Князя Смоленскаго. Спб. безъ года. 8°. 2) Ода Россійскому воинству. Спб. 1813, 8°. 13 стр. 3) Ода на прибытіе Императора Александра (въ Спб.), Іюля 13 дня 1814. Спб. 1814, 4°. 4) Элегія на кончину Софіи Дмитріевны Нарышкиной. Сиб. 1824, 8°, 6 стр. 5) Ифигенія въ Авлидѣ, трагедія Расина. Спб. 1815. 6) Хоръ при открытіи Бюста въ Имп. Публ. Библіотекѣ. Спб. 1816. 7) Федра, трагедія Расина, въ пяти д., перев. М. Лобанова. 1823. 8° Переводъ посвященъ Имп. Елизаветѣ Алексѣевнѣ. 8) Борисъ Годуновъ. Трагедія въ 3 д. Спб. 1835, 8°. 9) Жизнь и сочиненія И. А. Крылова. Спб. 1847. Въ Журналахъ помѣщены: Отрывки изъ Ифигеніи, тр. Расина. "Чтенія въ Бес. л. р. слов." 1813, 13. Ожиданіе вѣстника изъ Парижа. "Сынъ Отеч." 1814, 16. Пѣсня: Ѣздилъ Русской, бѣлой царь... "Сынъ Отеч." 1814, 27. Ода на прибытіе Им. Александра. "Сынъ Отеч." 1814, 35. Элегія. "Е Отеч." 1814, 41. Посланіе къ друзьямъ. "С. Отеч." 1815, 1. Посланіе къ рус. писателямъ "Е Отеч." 1816. 2. Пѣснь на взятіе Парижа. "С. Отеч." 1816. 13. Элегія при гробѣ кн. Смоленскаго. "С. Отеч." 1816, 15. Смерть Ипполита "Поляр. Звѣзда". 1823. Отрывокъ изъ Федры, тр. Расина. "Журн. Изящ. Иск." 1823, 1. Тоже. "Соч. въ пр. и ст." 1824, 4. Мнѣніе о духѣ словесности, какъ иностр., такъ и отечеств. "Труд. Росс. Акад." т. III, 1840. Къ портрету побѣдителя. "С. Отеч." 1842, No 10, III, 1. Біографія Н. И. Гнѣдича. "Тамъ же". 1842, No 11, I. 1. Біографія Крылова. "Тамъ-же: 1847, No 1. Черты изъ жизни Екатерины П. "Древ. и Нов. Россія". 1879, No 1 и 2.
   152) "Молва" 1835, No 24--26. Ценз. разр. отъ 30 іюля 1835. Т. м. ф. ъ.-- псевдонимъ К. А. Тимофеева, о которомъ см. т. I, стр. 414, прим. 4 и въ дальнѣйшихъ томахъ.
   153) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   154) Тамъ же. Отношеніе Бѣлинскаго къ Броневскому черезчуръ строгое, и явно вызвано вліяніемъ Полевого, который полемизировалъ съ Броневскимъ. Простымъ компиляторомъ Карамзина Броневскаго, все же, нельзя назвать, потому что въ распоряженіи его была масса историческихъ матеріаловъ, никѣмъ до него не использованныхъ (см. Иконникова, Русск. Исторіографія). Еще менѣе можно назвать Броневскаго компиляторомъ Полевого. Полевой превосходилъ Броневского талантомъ и способностью къ обобщеніямъ и вообще широтою взглядовъ, но собственно фактически! матеріалъ, которымъ Полевой пользовался, никогда не отличался ни новизною, ни обиліемъ.
   Тонъ отношенія къ Броневскому тоже черезчуръ пренебрежителенъ. Своими "Записками морского офицера" онъ все-таки занялъ извѣстное мѣсто въ литературѣ. Его занесъ въ свой "Опытъ истор. русск литературы", Гречъ, а Марлинскій, сравнительно, посвятилъ ему очень много мѣста въ своемъ небольшомъ "Взглядѣ на русск. словесность": "Броневскій, авторъ записокъ морского офицера, изобразилъ, будто въ панорамѣ, берега Средиземнаго моря. Онъ привлекаешь вниманіе разнообразіемъ предметовъ, слогомъ цвѣтущимъ, быстротою разсказа о водныхъ и земныхъ сраженіяхъ и пылкостью, съ которой передаетъ намъ геройскіе подвиги непріятелей, друзей и сыновъ Россіи. Онъ счастливо избѣгъ недостатка множества путешественниковъ, утомляющихъ подробностями. Онъ занимателенъ всѣмъ и нигдѣ не скученъ; ж"аль только, что языкъ его неправиленъ" (т. XI, стр. 237, 38).
   Впрочемъ, задѣтый замѣчаніями Броневскаго о "Исторіи Пугачевскаго бунта", Пушкинъ тоже довольно зло отозвался о Броневскомъ и приблизительно въ томъ же тонѣ, какъ Бѣлинскій. Но и онъ, однако, прямо заявляетъ, что возражаетъ въ виду того, что узналъ, что безыменная статья объ его трудѣ написана Броневскимъ, т.-е., значить, человѣкомъ съизвѣстнымъ литературнымъ положеніемъ.
   Довольно характернымъ является въ разсматриваемой рецензіи преклоненіе предъ Шиллеромъ-историкомъ. Съ точки зрѣнія исторіографіи нашихъ дней странно видѣть идеалъ историческаго сочиненія въ "Исторіи отпаденія Нидерландовъ", которая относится къ той эпохѣ, когда исторія столько же была наукою, сколько одною изъ областей художественнаго творчества. Но въ тридцатыхъ годахъ слава Шиллера-историка, по крайней мѣрѣ у насъ, была еще очень велика. (Ср., напр., письмо харьков. профессора Цыха къ Погодину у Барсукова, Жизнь и труды Погодина, т. II, стр. 195). Бѣлинскому, не читавшему по-нѣмецки, "Исторія отпаденія Нидерландовъ" тогда еще цѣликомъ не переведенная на русск. яз., могла быть извѣстна только по двумъ отрывкамъ, напеч. въ "Сынѣ Отеч." 1812 г., ч. I ("Вступленіе въ исторію освобожденія Соединенныхъ Нидерландовъ") и "Москов. Телегр." 1833 г. (ч. XLIX, No 4 и ч. L, No 5 и 6 -- Осада Антверпена, подъ предводительствомъ принца Пармскаго въ 1584 и 1585 годахъ"). Всего вѣроятнѣе, что Шиллеръ-историкъ былъ извѣстенъ Бѣлинскому со словъ Станкевича, который писалъ Невѣрову въ концѣ 1833 года: "Каченовскій еще не давалъ намъ темъ, но я непремѣнно намѣренъ писать что-нибудь о Новгородѣ или его торговлѣ. Описаніе торговли и отношенія Голландскихъ городовъ въ Шиллеровой исторіи "Отпаденія Нидерландовъ" увлекло меня" и т. д. (Переписка, стр. 73).
   Владиміръ Богдановичъ Броневскій, только что тогда умершій (р. 1784, ум. 7 апр. 1835), учился въ морскомъ корпусѣ, принималъ участіе, подъ командой Сенявина, въ Средиземной кампаніи 1805--1810 гг. Позднѣе служилъ въ черноморскомъ флотѣ, съ 1819--28 былъ инспекторомъ тульскаго дворянскаго училища, съ 1828 по 32 -- помощникомъ директора Пажескаго Корпуса. Во время пребыванія въ Тулѣ собирался издавать "Тульскія Вѣдомости", но ему отказали въ разрѣшеніи. Онъ былъ членомъ Россійской Академіи. Написалъ Броневскій не мало: 1) "Записки морского офицера, въ продолж. кампаніи на Средиземномъ морѣ, подъ начальствомъ вице-адмирала Дмитрія Николаевича Сенявина, отъ 1805 по 1810 годъ". 4 ч. Спб. 1818-- 1819. 8°. Изд. 2. Спб. 1836--1837. 8° 4 ч. 2) "Обозрѣніе южнаго берега Тавриды въ 1815 году". Тула. 1822. 8°. Эта книга переведена на нѣмец. и польскій языки: "Blicke auf die südliche Küste Tauriens im Jahre 1815. Aus dem russ. übersetzt von I. H. Neuenkirchen. St. Petersburg. 1825. 8°. "Podroz do Tayryki:" Tlumaczyl z rossyyskiego. M. B. Wilno. 1828. 8°. 3) "Письма морского офицера, служащія дополн. къ запискамъ морск. офицера". М. 1825. 8°. 2 ч. 4) "Путешествіе отъ Тріеста до С.-Петербурга въ 1810 году". М. 1828. II. 2 ч. 5) Въ книгѣ "Картина войны Россіи съ Турціею въ царств. Имп. Николая І-го. Съ присовокупл. подроб. опис. битвы Наваринской. Съ картою театра войны Россіи съ Турціей и съ планомъ битвы Наваринской", составленной Булгаринымъ и Броневскимъ (Спб. 1830. 8°), послѣднему принадлежитъ опис. Наваринской битвы, б) "Исторія Донского войска, описаніе Донской земли и Кавказ. Минер. водъ". 4 ч. Спб. 1834. Отрывки изъ этихъ сочиненій и другія однородныя статьи печатались въ "Благонамѣренвомъ" 1818 г. (No 2, 7, 8, 9), 1819 (ч. V и VI), 1821 "No 9, 13), 1822 г. (No 7 и 49), 1823 (No 2), 1824 (No 3, 7, 17, 18); "Соревнователѣ Просвѣщенія" 1824 г. (No 11), 1825 г. (No 3, 4); "Вѣстн. Евр." 1818 г. (No 14, 16), "Журналѣ древ. и новой словесности" 1818 (No" 2); "Русск. Вѣст." 1818 (No 21), "Сынѣ Отеч." 1818 (No 12, 49, 52, 25, 37, 41, 42, 44, 27, 29, 30, 31) 1819 (No 4, 5, 6, 19, 20, 22), 1821 (No 8, 23), 1822 г. (No 9, 10), 1833 (No 12 -- 14), 1834 г. (No 18--19); "Сѣв. Архивѣ" 1826 г. (No 6). Многое, напр. разборъ "Исторіи Пугач. бунта" Пушкина въ "С. Отеч." 1835 г. (январь), Броневскій помѣщалъ анонимно. Броневскій, кромѣ того, перевелъ "Манеринга" Вальтеръ-Скотта (М. 1824). Ср. о немъ, кромѣ Словарей Старчевскаго, Геннади, Брокгауза и др.: "Рус. Инвалидъ"" 1822 г., No 5, стр. 20; "С. Отеч." 1818, ч. 50, No 49 и 50; С. К., въ "Моск. Вѣд." 1835, No 32 и 45; "Русск. Имп." 1835, No 91, стр. 364; С. К. (Крашенинниковъ) "Тамъ-же", No 117--119; "Сѣв. Пчела". 1835, No 81. "Спб. Вѣд." 1835, No 82, стр. 327; Венгеровъ, Русс. Книги; Пыпинъ "Ист. русск. этногр."; Сухомлиновъ, Изслѣд. и статьи I, 451--52; Соколовъ, Русск. Мор. Вибліотека, стр. 145--146, 156; Андреевъ, Прогулка по Тулѣ, "Москвитянинъ" 1843, т. I, No 2, стр. 599; Сухомлиновъ, Ист. Росс. Академіи, VII, стр. 319--20. Отзывы о его книгахъ: О ст. "Рыцарскіе обычаи донскихъ казаковъ": "Сынъ Отеч." 1833, No 49--50. О "Запискахъ морского офицера": 1) А. Измайловъ, "Благонамѣр." 1818, 10. 2) "Тамъ же". 1818, ч. IV, стр. 109. 3) "Благонамѣр." 1819, 2. 4) "Сынъ Отеч." 1819, No 3. 5" "Русск. Вѣстн." 1819, No 5. 6) "Тамъ же". 1819, No 13--14. 7) "Сынъ Отеч." 1820, 48 -- 50, зам. В. 8) М. "Сѣв. Пчела". 1837, No 296. Объ "Обозрѣніи южнаго берега Тавриды": --въ, "Благонамѣр." 1822, No 37. О "Путешествіи по южному берегу Тавриды": Булгаринъ, "Сѣв. Арх." 1823. Объ изд. перев. соч. В. Скотта: "Маннерингъ или астрологъ": "Лит. Листки". 1824, NoNo 19--20. О "Письмахъ морского офицера": "Отеч. Зап." 1826, ч. XXVI, стр. 279. Объ "Исторіи Донского Войска" (кромѣ Бѣлинскаго) "Библ. для Чтенія", 1834, т. VII, отд. V, стр. 1-- 34; "Сѣв. Пчела". 1834, No 237, No 270 и 27І (Антикритика автора). "Литерат. Прибавл." 1834, No 97; "С. Отеч." 1833 г. и 1834 г.; т. 44-ый. О его разборѣ "Исторіи Пугачевскаго бунта" Пушкина: "Современникъ". 1836, т. III, стр. 109 и соч. Пушкина. Отвѣты Бродовскаго разнымъ критикамъ: Отвѣтъ Полевому, "О. Отеч." 1829, No 7; Отвѣтъ на письмо Новочеркасскаго жителя. "С. Отеч." 1833, No 49 -- 50; Отвѣтъ на письмо Скаллозуба, Донскаго Старшины, "С. Отеч." 1833, No 51--52.
   155) Въ "Москов. Телегр." 1827, No 5 ("Завоеваніе Азова").
   156) "Молва" 1835, No 24--26.
   157) Взъѣвшись на 18 вѣкъ, Бѣлинскій ужъ не упуститъ ни одного случая, удобнаго и неудобнаго, чтобы не задѣть его. Ср. I, 358, 438; II, стр. 154--56, прим. 39, 170 и др.
   158) "Молва" 1835, Д 27--30. Ценз. разр. отъ І4 авг. 1835. Подъ псевдонимомъ Е. Эврипидина помѣстилъ въ "Молвѣ" и "Телескопѣ" рядъ пародій Константинъ Аксaковъ, въ то время одинъ изъ ближайшихъ друзей Бѣлинскаго. Бѣлинскій, замѣщавшій уѣхавшаго за границу Надеждина, почти всѣ ихъ снабдилъ шутливыми примѣчаніями. Пародія Аксаковa представляетъ интересъ для исторіи нѣкоторыхъ взглядовъ Бѣлинскаго (ср. выше примѣч. І48).
   Мотивы, послужившіе къ написанію драматической шутки изложены авторомъ въ предисловіи:
   "Въ тридцатыхъ годахъ русскую исторію преподавалъ въ московскомъ университетѣ М. Т. Каченовскій, имя котораго навсегда останется въ лѣтописяхъ русской исторической науки. Студенты были увлечены скептическимъ его взглядомъ Молодость любитъ критическое направленіе и охотно сомнѣвается. Повидимому, это противорѣчитъ стремленію вѣрить,-- стремленію, которое составляетъ отличительную черту молодости, но здѣсь противорѣчіе только видимое, ибо самое сомнѣніе молодость часто принимаетъ на вѣру. Въ такомъ, очень нерѣдко одностороннемъ, влеченіи къ скептицизму лежитъ часто прекрасная основа: все испытать, все провѣрить своимъ умомъ, ничего не принимать безъ труда и ради авторитета.
   Увлекаясь тогда, вмѣстѣ съ другими, скептическими мнѣніями профессора, я увидѣлъ потомъ ихъ ошибочность. Тогда, подъ вліяніемъ этого скептицизма, написалъ я, съ одобренія товарищей, эту пародію, въ которой преувеличилъ до крайности мнѣнія противниковъ, представивъ Олега государемъ эпохи развитой и просвѣщенной. Вмѣстѣ съ тѣмъ это была пародія и на стихотворныя идеализаціи исторіи въ появлявшихся тогда нѣкоторыхъ патріотическихъ драмахъ, и вообще на звучность стиховъ, иными принимаемыми еще и теперь за поэзію".
   Общій тонъ пародіи виденъ хотя бы изъ разговора между Олегомъ и волхвомъ. Волхвъ приходитъ къ князю и въ ужасѣ разсказываетъ, какой ему приснился странный и дивный сонъ
   
   На сѣверѣ, между лѣсовъ дремучихъ,
   Возникнетъ нѣкогда великій градъ,
   Владыко царствъ, исполненъ силъ могучихъ.
   Правительственной мудростью богатъ.
   Воздвигнется въ немъ зданіе науки,
   Ему названья въ русскомъ словѣ нѣтъ.
   И въ этомъ зданьи нѣкогда ученый
   Торжественно всѣ дивныя твои
   Дѣла постыднымъ омрачитъ сомнѣньемъ
   И, наконецъ, отвергнетъ вовсе ихъ.
   Онъ скажетъ и доводами докажетъ.
   Что не было, Олегъ, тебя совсѣмъ;
   Что это вымыслъ, ложное преданье;
   Что ты народа басня, что ты миѳъ.
   Олегъ, въ бѣшенствѣ и съ ужасомъ. Я миѳъ?
   
                       Волхвъ.
   
   Отчаянье твое понятно.
   Погибнетъ все, когда отвергнутъ даже
   Существованье самое твое.
   
                       Олегъ.
   
   Я миѳъ?
   
                       Волхвъ.
   
   Спокойся, князь! Еще есть средство...
   
                       Олегъ, не слушая.
   
   Какъ, варвары? Я миѳъ? Но сердце бьется
   Такъ пламенно въ груди моей! Но кровь
   Такъ горячо бѣжитъ по этимъ жаламъ?...
   Но этимъ грознымъ уступаютъ силанъ
   Всѣ козни, всѣ усилія враговъ!...
   Нелѣпость! вздоръ! О еслибъ тольки могъ я,
   Ученому злодѣю моему
   Я-бъ доказалъ свое существованье и т. д.
   
   И вотъ, чтобы доказать будущему скептику ученому, что онъ не миѳъ, Олегъ рѣшается предпринять походъ на Константинополь, прибить къ вратамъ его свой щитъ и вообще оставить прочный слѣдъ въ аналахъ писанной исторіи.
   Кромѣ этого основного мотива, въ пародіи есть и побочные эпизоды, какъ, напр., внезапно завязавшійся романъ между греческою царевной и однимъ дулѣбомъ изъ войска Олегова, такой же романъ между кіевлянкой Людмилой и кіевляниномъ Всеславомъ, который погибаетъ въ поединкѣ съ варяжскимъ скальдомъ Ингелотомъ и, наконецъ, третій романъ между тою же греческою царевною, которая прельстила дулѣба, и самимъ Олегомъ. Соль всѣхъ этихъ эпизодовъ заключается въ ихъ книжномъ, напыщенномъ языкѣ, не: мыслимомъ, конечно, въ устахъ первобытныхъ сыновъ X вѣка.
   159) "Молва" 1835 г., No 27--30.
   160) Переводъ статьи изъ "Revue des deux Mondes" объ Александрѣ Дюма, съ нападками на него за разрушеніе брака, проповѣдь развода и "апотеозъ прелюбодѣянія" (стр. 252).
   161) Ср. II, 96 и примѣч. 94, 305.
   162) Брадаманта -- героиня поэмы Аріоста "Неистовый Орландъ", совершаетъ подвиги наравнѣ съ рыцарями-мужчинами.
   163) О связи съ шеллингизномъ этого взгляда на жизнь какъ на подвигъ, который съ первыхъ шаговъ Бѣлинскаго красной нитью проходитъ чрезъ всѣ его писанія см. т. I., примѣч. 23, 25, 28 и т. II. примѣч. 138--140.
   164) Ср. т. I, стр. 332 и 431, примѣч. 50. Бѣлинскій очень часто возвращается къ однинъ и тѣмъ же не только мыслямъ, но и выраженіямъ и сравненіямъ.
   165) По справкѣ съ этою статьею оказалось, что тутъ опечатка. Не Феликсъ Фенъ, а Феликсъ Неффъ, швейцарскій пасторъ (1798--1828), съ безпримѣрнымъ самоотверженіемъ отдавшій себя улучшенію быта самыхъ глухихъ горныхъ деревень Швейцаріи. Въ указанномъ XX т. "Телескопа" напечатана біографія этого святого человѣка, раннею смертью заплатившаго за свою непомѣрную работу на пользу ближняго.
   166--167) На стр. 126 отнесены къ "сволочи" г-жи Коттенъ и Жанлисъ, тутъ люди бездарные обозваны "подлыми". Таковъ уже всегда въ своихъ увлеченіяхъ "неистовый Виссаріонъ". Бся вообще эта небольшая рецензія принадлежишь къ интереснѣйшимъ изъ маленькихъ по объему статей Бѣлинскаго перваго періода. Ставши послѣ "Литер. Мечт." присяжнымъ рецензентомъ "Молвы", Бѣлинскій пишетъ часто по десятку отзывовъ въ недѣлю о книгахъ, въ большинствѣ случаевъ совершенно ничтожныхъ. Но сколько страсти вносить онъ въ разборъ каждой дрянной книжонки, какъ бы ничтожна она ни была! По поводу какого-нибудь лубочнаго пѣсенника Гурьянова онъ съ величайшимъ одушевленіемъ говорить о своей "непремѣнной обязанности" "преслѣдовать литературнымъ судомъ" шарлатанство и бездарность, по поводу какой-нибудь вздорнѣйшей "Ночи на Рождество" Баранова онъ горячится но меньше, чѣмъ по поводу величайшихъ произведеній всемірной литературы. Таковы уже основныя свойства этой цѣльной натуры, духовное богатство которой неисчерпаемо и бьетъ фонтаномъ какъ бы мимоходно ея не коснуться. Викторъ Гюго гдѣ-то сказалъ, что Маренго маленькая деревушка, но при ней произошло великое сраженіе. Для Бѣлинскаго все превращается въ литературный Маренго, при которыхъ благодаря своей страсти къ "отступленіямъ", онъ даетъ генеральнѣйшія сраженія. Ботъ и теперь ничтожный романъ невѣдомой г-жи Монборнъ даетъ ему поводъ отразиться какъ "солнцу въ малой каплѣ воды" существеннѣйшими сторонами своей духовной личности. Рецензія прежде всего интересна какъ выраженіе взглядовъ Бѣлинскаго на женщину въ эпоху, когда онъ смотрѣлъ на нее глазами нѣмецкой поэзіи и въ частности Шиллера. Если бы клеветники, такъ старавшіеся испортить юбилей 1898 года, получше бы знали Бѣлинскаго, какой эффектъ могли бы они произвести цитатами изъ рецензіи о Монборнъ. До такихъ геркулесовыхъ столбовъ только одинъ Бѣлинскій и способенъ былъ доходить. Никакіе Гречи и Булгарины не доходили до того, чтобы объявить эмансипированныхъ женщинъ достойными непечатнаго эпитета. Но именно эта-то неслыханная рѣзкость вѣчно-единой, вѣчно-вѣрной своей необузданно-восторженной и не знающей средины натуры и дала возможность Бѣлинскому чрезъ нѣсколько лѣтъ выступить съ діаметрально-противоположными взглядами и буквально молиться на ту самую Жоржъ Зандъ, которую онъ теперь называлъ непотребной женщиной. Не трудно, въ самомъ дѣлѣ, понять психологический путь, по которому шло измѣненіе его взглядовъ въ данномъ случаѣ. Будь у него обычная практическая точка зрѣнія на женщину, какъ на хозяйку, или порнографическая, какъ на самку -- ему трудно было бы вдругъ начать думать по другому. Но въ высказанной имъ въ рецензіи о Монборнъ точкѣ зрѣнія ничего подобнаго нѣтъ. Тутъ нѣтъ и тѣни порнографическаго элемента, столь свойственнаго большинству разсужденій о "дамахъ", нѣтъ подмигиванія и подхихикиванія и вмѣстѣ съ тѣмъ полное отсутствіе узко-практической точки зрѣнія. Въ основу разсужденій Бѣлинскаго положено стремленіе "выразить достоинство человѣческое, проявить въ себѣ идею Божества", совершить "подвигъ жизни" и женщинѣ тутъ отведено самое почетное мѣсто -- "возбуждать въ мужчинѣ энергію души, пылъ благородныхъ страстей, поддерживать чувства долга и стремленіе къ высокому и великому". Словомъ, точка зрѣнія безконечно идеальная и оттого-то великому идеалисту было такъ легко измѣнить свое отношеніе, разъ позднѣе дѣятельность Жоржъ Зандъ представилась ему съ точки зрѣнія другого, столь же великаго идеала -- свободы человѣческой личности. Трудно практику стать идеалистомъ и идеалисту практикомъ, потому что тутъ разница органическая, а замѣнить одинъ идеалъ другимъ, столь же возвышеннымъ -- для этого достаточно только сознать свою ошибку.
   Но и тогда, когда Бѣлинскій буквально молился на Жоржъ Зандъ и теперь онъ одинаково строго смотрѣлъ на бракъ. Въ эпоху своего жоржъ-зандизма Бѣлинскій защищалъ только свободу чувства, но никакъ не свободу чувственности, а теперь не находилъ достаточно рѣзкихъ словъ для брака, въ основу котораго положены разныя практическія соображенія. Сущность брака для Бѣлинскаго и теперь не обрядъ, а любовь.
   167) Взглядъ на женщину, здѣсь и далѣе высказанный, можетъ быть названъ Шиллеровскимъ по преимуществу. Щиллеръ былъ кумиромъ Станкевича и Бѣлинскаго. Вся послѣдующая страница рецензіи о Монборнъ какъ бы представляетъ комментарій къ "Пѣснѣ о колоколѣ", съ ея воспѣваніемъ великой роли женщины въ нѣдрахъ семьи.
   168) "Молва" 1835, No 27--30. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ почти всѣхъ цитатъ и нѣкоторыхъ фразъ, связанныхъ съ этими цитатами.
   169) Мы всюду соблюдаемъ орѳографію подлинника, но подчасъ она рѣшительно сбиваетъ съ толку своею непослѣдовательностью. То у Бѣлинскаго "грѣза", то "греза", то "сказка", то "скаска", то "этѣхъ", то, какъ здѣсь, "этихъ" и т. д. Относительно "этихъ" и "этѣхъ", впрочемъ, можно сказать, что, какъ и въ другихъ книгахъ того времени, "эти" почти всегда ставятся у Бѣлинскаго при именахъ мужескаго рода, а "этѣ" -- при именахъ женскаго рода.
   170) "Молва" 1835, No 27--30. Опять рядъ выходокъ противъ 18 вѣка. На пространствѣ листа сколько разъ уже воевалъ Бѣлинскій съ 18 в. Если обратить вниманіе, что всѣ эти разы въ сущности являются однимъ разомъ, потому что всѣ рецензіи помѣщаются въ одномъ и томъ же соединенномъ No 27--30 "Молвы", то происхожденіе выходокъ становится весьма яснымъ. Волнуемый негодованіемъ противъ 18 вѣка, Бѣлинскій садится писать рецензіи. Сами по себѣ пустѣйшія книжки, о которыхъ онъ пишетъ, не заслуживаютъ и двухъ строкъ. Но Бѣлинскому надо излить все, что накопилось у него въ душѣ и неудержимо рвется наружу и вотъ разборъ дрянного романа г-жи Монборнъ превращается въ цѣлый манифестъ по женскому вопросу, по поводу Поль-де-Кока бичуется 18 вѣкъ и т. д.
   171) Ср. для характеристики міросозерцанія Бѣлинскаго какъ моралиста т. I, стр. 319--20 и соотвѣтствующія примѣч.
   172) Тутъ уже съ полною очевидностью выясняется о какомъ "18 вѣкѣ" говоритъ Бѣлинскій. О томъ, который не вмѣшивался "не въ свои дѣла", который равнодушно относился къ "злу, угнетенію", "неправосудію", который, какъ его безпрерывно въ этомъ уличаетъ Бѣлинскій, только думалъ о личномъ наслажденіи. Это не тотъ 18 вѣкъ, который дорогъ и лучшей полосѣ 19 вѣка и скоро сталъ безконечно дорогъ самому Бѣлинскому.
   173) Объ отношеніи Бѣлинскаго къ Поль-де-Коку см. т. I, стр. 151--54. Нельзя не отмѣтить, что бичеваніе Поль-де-Кока было отчасти самобичеваніемъ недавняго его переводчика. Но всего менѣе останавливался Бѣлинскій предъ самобичеваніемъ.
   174) Мало пристала эта кличка къ Поль-де-Коку. Но вѣдь рецензія помѣщена все въ томъ же No 27--30, гдѣ сенъ-симонизму было задано по поводу романа г-жи Монборнъ. Рецензентъ еще весь кипитъ негодованіемъ противъ "сенъ-симонизма" и надо его пристраивать гдѣ только можно, хотя бы даже по поводу Поль-де-Кока.
   175) "Молва" 1835, No 27--30.
   176) Въ тѣ времена, когда самые выдающіеся изъ писателей такъ гнались за тѣмъ, чтобы казаться исключительно свѣтскими и, слѣдовательно, обезпеченными людьми, неоднократныя печатныя заявленія Бѣлинскаго о своей бѣдности являются весьма знаменательною психологическою чертою.
   177) "Молва" 1835, No 27--30. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   178) Намѣреніе не было приведено въ исполненіе. Бѣлинскій подробно писалъ о Лажечниковѣ позднѣе -- въ "Москов. Наблюдателѣ".
   179) "Молва" 1835, No 27--30. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   Намѣреніе подробнѣе говорить о Квиткѣ-Основьяненко не было приведено въ исполненіе ни въ "Телескопѣ", ни позднѣе. Исько Матыренко -- псевдонимъ знаменитаго слависта Бодянскаго, товарища Бѣлинскаго по университету и довольно усерднаго сотрудника "Телескопа".
   180) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   181) И это намѣреніе въ исполненіе не было приведено, какъ не было исполнено и выраженное дальше въ этой же рецензіи желаніе обстоятельно поговорить о преподаваніи словесности.
   Рядъ обѣщаній поговорить "обстоятельнѣе" показываетъ, съ какимъ жаромъ взялся Бѣлинскій за веденіе "Телескопа" и "Молвы", предоставленное ему Надеждинымъ (см. прим. No 355).
   182) Еще гимназистомъ пензенской гимназіи Бѣлинскій преподавалъ русск. яз. въ низшихъ классахъ той же гимназіи (См. въ воспоминаніяхъ его ученика Буслаева, который будутъ приведены въ XII т. настоящаго изданія). Въ Москвѣ онъ давилъ уроки въ домѣ кн. Волконскаго, кн. Черкаскаго, М. П--скаго (ср. прим. 427), Кавелина и др. Педагогическіе пріемы у него дѣйствительно были своеобразные. Онъ стремился не столько къ тому, чтобы начинять голову ученика фактическими свѣдѣніями, сколько къ тому, чтобы давать ему общее развитіе и научить самостоятельно мыслить. Подробности будутъ даны въ разныхъ воспоминаніяхъ о Бѣлинскомъ, въ XII т.
   183-- 184) "Молва" 1835, No 27--30. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   185) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ конца (теперь о переводѣ.....)
   186) "Молва" 1835, No 31 -- 34. Ценз. разр. отъ 31 авг. 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ конца (Всю эту повѣсть.... ).
   Авторъ "Наслѣдницы" -- кажется Петръ Панкратьевичъ, сынъ довольно талантливаго поэта Панкратія Платоновича Сумарокова (1763--1814), почти безвинно запутавшагося въ поддѣлку фальшивыхъ ассигнацій и за это попавшаго въ Сибирь, гдѣ онъ издавалъ "Иртышъ, превращающійся въ Ипокрену". Петръ Сумарковъ родился, видимо, въ Сибири въ 1800 г. ("Сборникъ Импер. Истор. Общ.", т. 62, стр. 312). Другихъ біограф. датъ о немъ нѣтъ. Кромѣ "Наслѣдницы" издалъ: "Повѣсти и разсказы" 4 ч. (М. 1833--37). Нѣсколько стихотвореній его было помѣщено въ "Моск. Телеграфѣ" (1826, No 6, 7), въ альманахѣ Максимовича "Денница" (1831 г.), въ "Полярной Звѣздѣ"; повѣсть "Выигрышъ и проигрышъ" въ "Отеч. Зап." 1841 г.. т. 19. Ср. Отзывы о его "Повѣстяхъ и разсказахъ": "Библ. д. Чт." 1837, т. 23; "Моск. Телегр." 1834, No 2; "Литер. Приб. къ Русск. Имп." 1837, No 48; "Сѣв. Пчела" 1834, No 48 и 1837, 223. Эти отзывы въ общемъ тоже дружелюбно относятся къ автору.
   187) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова вошло съ незначительными опущеніями.
   188) Въ дополненіе къ тому, что сказано нами въ т. I (стр. 155), это мѣсто показываетъ, что у Бѣлинскаго съ самаго начала его литературной дѣятельности была привычка слѣдить за иностранными журналами.
   189) Опредѣленіе Бульвера замѣчательно вѣрно и говоритъ о тонкомъ эстетическомъ чутьѣ. Бѣлинскій не поддался огромной репутаціи Бульвера и поставилъ его на надлежащее мѣсто. Дальнѣйшая дѣятельность Бульвера вполнѣ подтвердила скептическое отношеніе Бѣлинскаго: онъ написалъ множество романовъ, довольно замѣчательныхъ, но о геніальности ихъ уже никто и рѣчи не заводилъ.
   190) "Молва 1835, No 31--34. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   191) Тамъ же. Въ изданіе Солдатенкова вошло съ опущеніемъ отзыва о переводѣ. Ср. о Поль-де-Кокѣ выше примѣч. NoNo 173--174. По обыкновенно, 18 вѣкъ тутъ является синонимомъ распущенности.
   192) Это безсмертное въ исторіи литературной безвкусицы приравниваніе Гоголя 1Іоль-де-Коку, пущенное Брамбеусомъ, нашло себѣ усердный подголосокъ въ Булгаринѣ, который, впрочемъ, въ статьяхъ, вызванныхъ смертью Гоголя, гордился тѣмъ, что это онъ первый проницательно усмотрѣлъ въ Гоголѣ Поль-де-Коковскіе элементы ("Сѣв. Пчела" 1852 г., No 99).
   193) "Молва" 1835 г., No 31--34. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ нѣкоторыхъ цитируемыхъ стихотвореній.
   194) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Врачъ-путешественникъ но Сибири Францъ Іосифовичъ (Михайловичъ) Бѣлявскій, также Белявскій (въ 1824 кончилъ курсъ, служилъ нѣкоторое время въ Сибири, въ 1828 поселился въ Москвѣ, гдѣ умеръ 22 дек. 1859), очень можетъ быть былъ лично извѣстенъ Бѣлинскому: онъ принималъ нѣкоторое участіе въ "Телескопѣ" (статья "Поѣздка въ Березовъ" въ XIII т. "Телескопа" за 1833 г.). Это не помѣшало, правда, появиться въ "Телескопѣ" 1834 г. (т. XXI) весьма насмѣшливому разбору его книги "Описаніе Минеральныхъ водъ", подписанному, въ pendant Надоумкѣ, псевдонимомъ Докторъ Правдодумко. Но на этотъ разборъ въ "Телескопѣ" же (т. XXIII) была помѣщена весьма рѣзкая отповѣдь, подписанная псевдонимомъ Докторъ Вразумко. Учено-литературные труды Бѣлявскаго:
   1) Поѣздка къ Ледовитому морю М. 1833. 8°. 2) Описаніе минеральныхъ водъ естеств. и искусственныхъ. 2 части. М. 1834. Съ портр. и табл. 3) Карманный гомеопатич. лечебникъ, съ подроб. излож. симптомовъ болѣзней, поименов. по алфав. на фр., лат. и русск. яз. м. 1835. 12°. 4) Вѣрный способъ леченія женск. и дѣтск. болѣзней по методѣ Ганнемана, составл. для чадолюбив. матерей, изъ нов. гомеопат. соч. и практ. наблюд. М. 1836. 12°. 5) О гальвано-магнитномъ леченіи болѣзней, излечиваемыхъ посред. гальваномагнитныхъ токовъ. М. 1846. 8°. 6) О гальвано-магнитномъ леченіи болѣзни посред. гидро-электр. токовъ. М. 1847. 8°. а) Продолженіе къ монографіи объ электро-магнитномъ леченіи. И отдѣлъ. М. 1853. 8°. б) Гальванизмъ въ примѣненіи къ медицин. практикѣ. Ill отдѣлъ монографіи, съ 7 политип. М. 1859. Ср. о немъ: Геннади, въ "Библіогр. Зап." 1859 г., т. Ill, No 4. и его же "Словарь"; Змѣевъ, Врачи-писатели; Венгеровъ, Русск. книги. Отзывы о его сочиненіяхъ: О "Поѣздкѣ по Ледовитому морю": 1) "Молва". 1833, No 85. 2) Вл-ръ, Б--шевъ, "Сѣв. Пчела". 1833, Jа 157. 3) И. Ю., "Тамъ же", 1833, NoNo 174--175. 4) "Журн. Мин. Вн. Дѣлъ". 1832 г., X, отд. III, стр. 30 -- 44. 5) Мартесъ, въ "Сынѣ Отеч." 1834 г., No 28. Объ "Описаніи минеральныхъ водъ", 1) "Библ. для Чтенія" 1834, т. VII, отд. V, стр. 35. 2) А. Н., "Сѣв. Пчела". 1834, No 130. 3) Д-ръ Правдодумко, "Телескопъ". 1834, т. XXI, 523 -- б52, 592 -- 609. 4) Д-ръ Вразумко, "Тамъ же", 1834, т. XXIII, стр. 346--364. О "Карманномъ гомеопат. лечебникѣ": А. Н., "Сѣв. Пчела", 1835, NoNo 181 и 182. О "Гальвано-магнитномъ леченіи": 1) "Отеч. Зап." 1847, т. XL, отд. VI. стр. 30. 2) "Другъ Здравія". 1847, No 20. 3) Д-ръ Ш--скій, "Записки по части врач. науки". 1848, No 2, отд. 2, стр. 246--248. 4) А. Савельевъ, "Сѣв. Обозр." 1848, No 2, т. II, отд. V, стр. 1--19.
   195) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   196) Тамъ же. Въ имѣніи Слободка, принадлежавшемъ знаменитому своею бездарностью метроману графу Дмитрію Ивановичу Хвостову (р. 19 іюля 1757, ум. 22 окт. 1835) протекала рѣчка Кубра. Хвостовъ воспѣлъ ее въ своихъ стихахъ и льстецы-прихлебатели, совершенно безсовѣстно эксплуатировавшіе писательское тщеславіе Хвостова, страшно восхищались этими стихами и стали его звать "пѣвцомъ Кубры". Хвостову чрезвычайно понравилось такое титулованіе и онъ самъ тоже началъ называть себя не иначе какъ "пѣвцомъ Кубры". Когда Полевой разъ зацѣпилъ его мимоходомъ, не на шутку возмнившій о себѣ Хвостовъ подалъ докладную записку попечителю моск. университета, которая была озаглавлена такъ: "Его Превосходительству А. А. Писареву отъ пѣвца Кубры графа Хвостова, съ жалобою на журналиста-пасквилянта Полевого". Самъ скупавшій свои сочиненія, чтобы потомъ хвастать, что его стихи отлично идутъ, Хвостовъ посылалъ также въ разныя изданія хвалебныя о себѣ статейки и стихи и между прочимъ послалъ въ казанскій журналъ ""Заволжскій Муравей" стихи: "Къ безсмертному пѣвцу Кубры". Хвостовъ, щедро оплачивавшій малѣйшую хвалу либо своею протекціею, либо прямо деньгами, имѣлъ льстецовъ и въ печати. Въ ряду ихъ особенно выдавался еще болѣе бездарный, чѣмъ Хвостовъ, сантиментальный поэтъ кн. П. И. Шаликовъ, издатель "Дамскаго Журнала" (1768--1852). Онъ столько тянулъ съ Хвостова денегъ за свои неприлично-льстивые отзывы, что его даже исключили за это изъ "Общества любителей росс. словесности". Ср. Колбасинъ, Пѣвецъ Кубры, во "Времени" 1862, No 6, стр. 161, 164--165 и др. Изъ болѣе позднихъ статей о Хвостовѣ отмѣтимъ ст. П. О. Морозова въ "Русск. Ст." 1892 г., т. 74 и 75 (писана впрочемъ, въ 1876 г.).
   197) "Молва" 1835, No 35. Въ изданіе Солдатенкова вошла съ опущеніемъ нѣкоторыхъ цитатъ и примѣчаній.
   198) Въ типографіи Николая Степанова печатались "Телескопъ" и "Молва". Здѣсь же чрезъ годъ была напечатана грамматика Бѣлинскаго. Въ 1838 г. Степановъ становится изд. "Москов. Наблюдателя" редакціи Бѣлинскаго.
   199) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не пошло. "П... прожужжитъ" очевидно -- Пчела (Сѣверная) прожужжитъ.
   200) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   201) "Молва" 1835, 36. Ценз. разр. отъ 13 сент. 1835 г. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ конца (намъ обѣщана и т. д.).
   202) Подобно Шевыреву, Погодинъ вскорѣ станетъ предметомъ постоянныхъ насмѣшекъ Бѣлинскаго. Но покамѣстъ онъ не имѣлъ еще никакихъ основаній дурно къ нему относиться. Въ университетѣ Погодинъ тогда еще принадлежалъ къ молодымъ профессорамъ, внесшимъ новый научный духъ въ преподаваніе; въ литературѣ онъ примыкалъ къ лучшимъ кружкамъ шеллингистовъ, органомъ которыхъ былъ его замѣчательный журналъ "Московск. Вѣстникъ". Квасного патріотизма и угодливости въ Погодинѣ было тогда меньше, чѣмъ въ Надеждинѣ, да и Бѣлинскій по общественно-политическимъ взглядамъ своимъ былъ въ 1835 г. совсѣмъ иной.
   203) Подъ псевдонимомъ Сергѣй Скромненко писалъ товарищъ Бѣлинскаго по университету и кружку Станкевича талантливый, рано умершій историкъ Сергѣй Михайловичъ Строевъ (1815--21 мая 1840). Ученикъ Каченовскаго, Строевъ съ жаромъ усвоилъ себѣ ученіе московскаго профессора о недостовѣрности тѣхъ свѣдѣній о древней русской исторіи, который мы имѣемъ, слишкомъ довѣряясь Нестору и другимъ лѣтописцамъ. Строевъ -- самый видный изъ "скептиковъ", если не считать главу школы Каченовскаго, который, однако, былъ мало продуктивенъ. Онъ вступилъ въ ожесточенную борьбу съ Погодинымъ, который въ 1835 былъ переведенъ съ каѳедры всеобщей исторіи на каѳедру русской, получивъ при этомъ оффиціальное порученіе защищать русскую старину отъ "навѣтовъ скептиковъ". Полемику переѣхавшій по окончаніи курса въ Петербургъ Строевъ велъ грубовато и съ нѣкоторою недобросовѣстностію. Нельзя, конечно, придавать особеннаго значенія тому, что Погодинъ, прочитавши направленную противъ него книгу Строева: "О недостовѣрности русск. исторіи", заносилъ въ дневникъ: "прочелъ Строева. Показываетъ дарованіе, но какъ подло". (Барсуковъ, т. 4, 220), но и Станкевичъ писалъ Невѣрову: "Строевъ, наконецъ, развилъ свои способности въ Петербургѣ: изо всей своей братіи {Строевыхъ было много братьевъ, изъ которыхъ, кромѣ него, подвизались на учено-литературномъ поприщѣ извѣстный археографъ Павелъ Строевъ (1796--1876) и переводчикъ и журналистъ Владиміръ Строевъ (1812--1862). Людьми съ университетскимъ образованіемъ и способностями были также братья Строевыхъ -- Николай и Михаилъ. См. у Барсукова въ "Жизни Погодина" и въ его біографіи Павла Строева.} онъ одинъ былъ честный, хотя и несовѣстливый и не слишкомъ умный малый. Теперь его выходки противъ Погодина неблагородны. Прекрасно вывести на чистую воду ошибки ученаго, но что ты скажешь объ этомъ: ему стали замѣчать его ошибки, и онъ отвѣчаетъ, что это ловушки... Какъ благородно! Если онъ сдѣлалъ ошибки безъ намѣренія и не хочетъ сознаться въ нихъ,-- это безсовѣстно; если онъ въ самомъ дѣлѣ затѣялъ ловушку -- какая уловка!" Строевъ въ это время видимо уже началъ расходиться съ старыми товарищами. Вслѣдъ за сейчасъ цитированными словами, Станкевичъ прибавляетъ: "И этотъ человѣкъ говоритъ, что критики Бѣлинскаго пахнутъ кабакомъ! Я не одобряю слишкомъ полемическаго тона у Бѣлинскаго; но это душа добрая, энергическая, умъ свѣтлый, за которымъ ему не угоняться" (Переписка, стр. 141).
   Въ Петербургѣ Сергѣй Строевъ, при помощи брата своего Павла, попалъ въ Археографическую Коммиссію, а въ 1837 году онъ былъ посланъ за границу съ порученіемъ привести въ извѣстность русскіе и славянскіе памятники въ разныхъ европейскихъ архивахъ. Въ теченіе 16 мѣсяцевъ Строевъ изучилъ архивы Гамбурга, Реймса, Парижа, Берлина, Дрездена, Праги, Вѣны, Зальцбурга, Инспрука, Мюнхена, Швейцаріи, Мангейма, Франкфурта, Вольфенбютеля и Кенигсберга. Вернувшись, онъ приступилъ къ описанію своихъ находокъ, но въ печати своего труда ему увидѣть не удалось. Онъ умеръ въ Москвѣ отъ злѣйшей чахотка 21 мая 1840, наканунѣ получивъ извѣстіе, что трудъ его (представленный въ рукописи) получилъ полную Демидовскую премію
   Въ отдѣльномъ изданіи Строевъ напечаталъ: 1) "О недостовѣрности древней исторіи и ложности мнѣнія, касательно древности русскихъ лѣтописей". Спб. 1834. 8°. 2) "Критическій взглядъ на статью подъ заглавіемъ: Скандинавскія Саги".М. 1834. 8°. 3) "О мнимой древности, первобытномъ состояніи и источникахъ нашихъ лѣтописей." Спб. 1835. 8°. 4) "Библіотека полезныхъ свѣдѣній о Россіи, Часть 1-я". Спб. 1836. 8°. 5) Описаніе памятниковъ Славяно-Русской литературы, хранящ. въ публичн. библіот. Германіи и Франціи. Съ снимк. изъ рукоп. М. 1841. 8°. 6) "Акты историч. собр. и изд. Археогр. комм. подъ ред. С. Строева, прот. Григоровича и М. Коркунова. Т. I--III. Спб. 1841. 4°. Тоже, Т. IV--V. Спб. 1842. 4°. Указатель къ нимъ Спб. 1843.
   Установить то, что Строевъ помѣщалъ въ журналахъ не легко, потому что онъ не все подписывалъ. Такъ безъ надписи напечатана интересная студенческая работа его 1) "О пользѣ изученія Россійской исторіи въ связи съ Всеобщею" ("Телескопъ", 1834 г., т. 30).
   Подписанныя именемъ или псевдонимомъ статьи: 2) О недостовѣрности древней исторіи ("Сынъ Отеч." 1834. No 49--50). 3) "Кто писалъ нынѣ, намъ извѣстныя лѣтописи" (Тамъ же. 1835, No 3). 4) "О первобытномъ видѣ и источникахъ нынѣ намъ извѣстныхъ лѣтописей" (Тамъ же. 1835. No 11). 5) "Послѣдній отвѣтъ защитнику г. Погодина (Тамъ же, ч. 176, стр. 248). 6) Рецензіи на "Акты, собранные Археогр. Комиссіей" (Тамъ же 1837, ч. 183 и 184). 7) "Отчего у насъ нѣтъ критики" (Тамъ же, 1840, III, стр. 539). 8) "Королевская парижская школа для чтенія хартій" ("Журн. М. Нар. Просв." Ч. XVII). 9) Извлеченіе изъ Сарторія "О торговлѣ нѣмецкихъ купцовъ съ Россіею до конца XIV вѣка" (Тамъ же, ч. XXII). 10) "Первоначальное образованіе и распространенна нѣмецк. двора въ Новгородѣ" (Тамъ же. Ч. XVII, переводъ). Въ "Сынѣ Отеч." 1829 г. (ч. 129, стр. 38--49) есть статейка -- 11) "Статистическія свѣдѣнія о Владимірскомъ намѣстничествѣ въ 1792, 93 и 97 г. (Извлеченія изъ отчетовъ Влад. Каз. палаты)", подписанный С. Строевъ, Если это Сергѣй Строевъ, то ему было тогда 14 лѣтъ. Въ "Сѣв. Пчелѣ" Скромненко помѣщалъ много рецензій и небольшихъ замѣтокъ, а въ "Журн. М. Нац. Просв.", кромѣ названнаго, разнаго рода замѣтки, отчеты и рецензій: 12) Лѣтопись Нестора, перев. на французскій языкъ, Л. Пари (рец., Ч. VI, стр. 466. 13) О просвѣщеніи во Франціи. Ч. VII, стр. 130. 14) Обозрѣніе русскихъ газетъ и журналовъ по части статистики, этнографіи и Русской исторіи. Ч. XI--XII. 15) Извѣстіе о Реймскомъ евангеліи. Ч. XVI, стр. 413. 16) Славянскія рукописи въ Парижской королевской библіотекѣ. Тамъ же, стр. 411, 640. 17) Письма о памятникахъ Славяно-Русской литературы, хранящихся въ Берлинской королевской библіотекѣ. Ч. XVIII, стр. 559. 18)
   О матеріалахъ для исторіи сѣверо-европейскихъ государствъ, хранящихся въ Кёнигсбергскомъ тайномъ архивѣ. Ч. XX, стр. 372. 19) О Славяно-Русскихъ письменныхъ памятникахъ, осмотрѣнныхъ въ Германіи. Тамъ же, стр. 391. 20) Славянское евангеліе, на которомъ присягали короли французскіе при своемъ коронованіи. Ч. XXI. II, стр. 70. 21) Русскій историческій сборникъ (рец.). Ч. XXII, VI, стр. 10. 22) Акты юридическіе, изд. археограф, коммисс. (рец,). Ч. XXI и XXII, VI, стр. 33, 86.. 23) Царствованіе Петра II, соч. К. Арсеньева (рец.). Ч. XXV, VI, стр. 44. 24) Недѣля въ Вольфенбюттелѣ. Лит. приб. къ "Журн. М. Нар. Просв." 1840, стр. 54.
   Ср. о немъ: 1) "С. Отеч." 1840, IV, стр. 545. 2) "Моск. Вѣдом." 1840. No 45 (Некрологъ). 3) "Спб. Вѣд." 1840. No 118, стр. 535--536. (Тоже). 4) "Москвинянинъ". 1841, ч. 1, No 1. 5) А. А. Котляревскій. Сочиненія, т. 4, стр. 251, 269. 6) Н. Барсуковъ, Жизнь и труды М. П. Погодина. IX, 110; XII, 211--212. 7) Бурцевъ, Опис. рѣд. русс. книгъ. Ч. III, 575. 8) Милюковъ, Главныя теченія р. ист. мысли. 9) Барсуковъ. П. М. Строевъ. 10) Иконниковъ. Скептическая школа. 11) Кто же, Русск. Исторіографія. 12) "Сынъ Отеч." Ч. 176, стр. 183.
   Отзывы о статьяхъ его и книгахъ: объ "О нeдоcmoвѣрности древн. Русск. исторіи": "Библ. для Чтенія". 1835. VIII, отд. VI, стр. 51. О "Критич. взглядѣ на статью Скандинав. Саги": "Телескопъ": 1831, т. 20, стр. 198. Объ "О мнимой древности, первоб. сост. и источн. нашихъ лѣтоп.": "Библ. для Чтенія". 1835, X, отд. VI, 20. О "Библіот. полезныхъ свѣд. о Россіи", кромѣ Бѣлинскаго: "Сѣв. Пчела". 1835. No 268. Объ "Опис. памятниковъ славяно-русск. литературы": 1) М. Погодинъ "Москвитянивъ". 1841, ч. 3, No 6, стр. 490--498. 2) П. Полевой, "Русск. Вѣсти." 1842, т. 5, стр. 71--72. 3) "Библ. для Чтенія". 1841, т. 47, отд. VI, стр. 21. 4) Бердниковъ, въ "Журн. М. Н. Просв." 1844, т. XLII, No 5. 5) IX Присужд. Демидов. наградъ. Объ "Актахъ Арх. Эксп." "Сынъ Отеч." ч. 183, стр. 465; ч. 184, стр. 74.
   204) Придирки довольно мелочныя и даже неосновательныя.
   205) Обѣщаніе, не приведенное въ исполненіе.
   206) Конечно, иронія. Погодинъ крайне пристрастно и придирчиво относился къ Полевому.
   207) "Молва" 1835, No 36. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   208) Чрезвычайно хвалебную рецензію Бѣлинскаго о 3-ьей ч. смотри стр. 440--46.
   209) "Телескопъ" 1835, т. 26 (No 7 и 8). Цензурн. разр отъ 1 и 21 сент. 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ нѣкоторыхъ цитатъ и съ исправленною орѳографіею, что не только лишаетъ статью значенія какъ памятника языка, но и приводитъ подчасъ къ извращенію авторскихъ намѣреній. Такъ Бѣлинскій пишетъ "гуморъ", а редакція или корректоръ Солдатенковскаго изданія передѣлываетъ въ юморъ и получился несоотвѣтствующій авторскимъ намѣреніямъ смыслъ (ср. т. I, стр. 373 и примѣч. 149; т. II, пр. 252 и 254). Неточность воспроизведенія примѣчанія на стр. 234 привела къ полной безсмыслицѣ. Въ Солдатенковскомъ и другихъ изданіяхъ примѣчаніе заканчивается такъ:
   "Зачѣмъ же обогащать педантовъ новымъ примѣромъ высокаго въ выраженіи".
   Смыслъ этихъ словъ нѣтъ никакой возможности понять. Что значитъ "высокаго въ выраженіи?" Но дѣло объясняется очень просто, если воспроизводить точно и подчеркнуть слова "высокаго въ выраженіи": тогда становится яснымъ, что "высокое въ выраженіи" есть терминъ, именно терминъ піитикъ недавняго прошлаго.
   210) Обь Иванчинѣ-Писаревѣ см. т. I, стр. 433, прим. 69.
   211) См. прим. 7.
   212) Здѣсь Бѣлинскій вполнѣ вѣрно и съ полнымъ соблюденіемъ исторической перспективы относится къ сантиментализму, къ которому исключительно полемически и слишкомъ современно отнесся въ "Литер. Мечт.". Ср. т. I, стр. 349 и 435, примѣч. 82.
   213) На теоретическихъ взглядахъ Бѣлинскаго въ области поэтики мы остановимся детальнѣе въ примѣчаніяхъ къ ненапечатанной при жизни его статьѣ объ искусствѣ.
   214) Очевидно, русская передѣлка греческаго слова χαρισ -- ласка, милость.
   215) Какъ всякая характеристика, желающая охватить огромный промежутокъ времени и непремѣнно усмотрѣть единство тамъ, гдѣ ого, можетъ быть, и нѣтъ -- однотонная характеристика греческой поэзіи, здѣсь сдѣланная, далеко не соотвѣтствуетъ дѣйствительности. Гомеръ всего менѣе выбрасываетъ изъ круга своего творчества "обыкновенное, повседневное, домашнее" и является величайшимъ реалистомъ всемірной поэзіи, а уже о греческой комедіи и говорить нечего -- ее и переводить-то цѣликомъ на ново-европейскіе языки зазорно. Характеристика Бѣлинскаго гораздо больше подходитъ къ ложно-классической поэзіи.
   216) Включеніе "Энеиды" въ число "заблужденій талантовъ" весьма интересно для разрѣшенія вопроса о связи воззрѣній Бѣлинскаго и его мнимаго учителя -- редактора "Телескопа". Въ какомъ коренномъ противорѣчіи находится это съ преклоненіемъ предъ древнею литературою во всемъ ея объемѣ, которымъ проникнуты статьи Надеждина! Включеніе въ то же число "заблужденій талантовъ" "Освобожденнаго Іерусалима", "Потеряннаго Рая" и "Мессіады" тоже является эмансипированіемъ Бѣлинскаго отъ университетскихъ взглядовъ на эти произведенія. И Надеждинъ, и Шевыревъ не иначе какъ съ величайшимъ почтеніемъ о нихъ говорили и содѣйствовали даже появленію эпопей Тасса въ русскомъ переводѣ: Надеждинъ, какъ редакторъ, давая у себя мѣсто переводамъ Раича и Шевырева, а Шевыревъ -- самъ переводя и даже стараясь ввести въ русскій языкъ Тассовскую октаву (см. т. II, стр. 478--82 и 514--515).
   217) Этотъ взглядъ на Некспщіа Бѣлинскій уже высказалъ въ "Литер. Мечт.", но здѣсь онъ обоснованъ гораздо глубже. Тутъ значеніе его выводится не изъ того, что онъ "холоденъ", а изъ того, что высшій принципъ творчества -- истина.
   218) Обычное въ то время, и у Бѣлинскаго въ особенности, преувеличеніе "генія" Вальтеръ-Скотта.
   219) Ср. дальше примѣчаніе 242.
   220) Никогда не забываетъ Бѣлинскій выставленный имъ уже въ "Литер. Мечт." лозунгъ -- "гордись, гордись своимъ высокимъ назначеніемъ, человѣкъ", и безконечно варьируетъ его на разные лады и съ упоеніемъ его повторяетъ. Это и дѣлаетъ его настоящимъ пророкомъ идеи личности на Руси и того самоуваженія, которое въ такой же степени является характернымъ для новой русской общественной мысли, въ какой самоуничиженіе характерно для русскаго человѣка 18 вѣка и начала 19-го. Люди прежнихъ поколѣній съ особеннымъ усердіемъ говорили о своемъ ничтожествѣ, о томъ, что они черви: когда ихъ одолѣвали земныя побужденія -- о своемъ ничтожествѣ предъ сильными міра сего, въ моменты душевнаго просвѣтленія и освобожденія отъ преклоненія предъ благами земными -- о своемъ ничтожествѣ предъ Богомъ и вѣчностью. Но Бѣлинскій всегда гордо носилъ голову и всегда съ упоеніемъ говорилъ о роли и назначеніи человѣка, всегда цѣнилъ въ себѣ Бога и забывалъ червя. Это-то и настраивало его такъ побѣдно и наполняло душу его чувствомъ восторга, и поселяло въ немъ убѣжденіе, что начинается новая, свѣтлая полоса въ русской литературѣ.
   221) Это говорилось въ журналѣ Надеждина-Надоумки, который изображеніе въ литературѣ "грязныхъ пятенъ" считалъ оскорбленіемъ "народной нашей чести". Ср. т. I, стр. 429, прим. 40 и др. мѣста о Надеждинѣ.
   222) Полный переводъ "Дзядовъ" на русск. яз. появляется въ 60-хъ гг. и позднѣе. Но одна изъ лучшихъ частей поэмы -- вторая, появилась въ 1829 г. въ очень хорошемъ переводѣ Вронченки (Въ "Невскомъ Альманахѣ" 1829 г.).
   223) Петръ Ивановичъ Макаровъ (1765--1804), артиллерійскій полковникъ, соорудникъ "Вѣстн. Евр." и редакторъ "Москов. Курьера". О немъ будетъ сказано подробнѣе по поводу весьма ему сочувственной характеристики въ статьяхъ Бѣлинскаго о Пушкинѣ.
   224) Изъ ряда эпитетовъ, здѣсь употребленныхъ Бѣлинскимъ, къ знаменитой въ свое время французской романисткѣ и писательницѣ для дѣтей, графинѣ Жанлисъ (1746--1830), больше всего подходитъ эпитетъ "лицемѣрной богомолки". Мы не станемъ останавливаться на подробностяхъ ея жизни и литературной дѣятельности, потому что ихъ можно найти въ такомъ общедоступномъ изданіи, какъ "Энц. Словарь" Брокгауза и Ефрона (ст. А. И. Кирпичникова). Но мы приведемъ списокъ русскихъ переводовъ произведеній г-жи Жанлись и тогда станетъ понятнымъ, почему Бѣлинскій такъ яростно на нее всегда накидывался. Произведенія Жанлисъ переводили у насъ въ такихъ небывалыхъ размѣрахъ, что они какъ бы превратились въ домашняго, внутренняго врага здраваго вкуса. Больше сорока лѣтъ подъ рядъ переводили эту жеманницу, при чемъ первымъ переводчикомъ былъ самъ Карамзинъ (въ "Дѣтскомъ Чтеніи" 1787 г.). Вотъ хронологическій списокъ отдѣльно изданныхъ переводовъ Жанлисъ, большинство которыхъ, вѣроятно было прочитано Бѣлинскимъ: 1) Голубокъ, въ 1 д. Перев. съ фр. Сергѣй Тишевскій. Спб. 1789 г. 8°. 2) Зелія или искренность, въ 5 д. М. 1789. 8°. 3) Дворецъ правды. М. 1791. 8°. 4) Новое дѣтское училище или опытъ нравств. воспит. обоего пола и всякаго состоянія юношества, 3 части. Спб. 1792. 12°. Тоже, изд. подъ названіемъ: Аделія и Федоръ, или письма о воспитаніи. М. 1794. 12°. Тоже, другой перев. ч. I. Тамбовъ. 1791. 8°. 5) Добрая мать, ком. въ 3 я Перев. Е. Б. (Елисавета Баскакова) М. 1796. 12°. 6) Слѣпая въ Спа, въ 1 д. Пер. съ фр. Е. Т. М. 1797. 12°. 7) Іосифъ, узнанный братьями своими. Пер. Матневъ, М. 1799. 12°. 8) Безразсудные обѣты, или ослѣпленіе. 3 части. М. 1802. 12°. Тоже. Изд. 2-е. 4 части. Орелъ. 1820. 12°. 9) Аделаида, или торжество любви. Пер. Иринархъ Нелидовъ. Спб. 1803. 12°. 10) Матери соперницы, или клевета. Пер. Петръ Домогацкій. 6 ч. М. 1803--1805. 12°. 2-ое изд. 8 ч. М. 1816.12°. 11) Двѣ славы, нов. нравоучит. повѣсть М., 1804. 12°. Изд. 2-е. М. 1812. 8°. 12) Ида, истинная повѣсть. Спб. 1805.12°. 13) Герцогиня де ла-Вальеръ. Перев. А. Ч. 2 ч. съ тремя портрет. М. 1804--1805. 12°. Тоже. Пер. Андрея Чеботарева. Изд. 2-е. 4 ч. М. 1815. Тоже. Перев. Кн. Петръ Шаликовъ. 4 ч. М. 1815--16. 12°. 14) Новыя повѣсти, изд. Иванъ де-лаКроа Ч. I. Митава 1805. 8°. 15) Религія есть единств. основ. щастія и истинной философіи. Пер. Владиміръ Болховитиновъ. 2 ч. М. 1805. 8°. 16) Госпожа Ментенонъ, 4 части. М. 1806. 12°. Тоже. Нов. изд. 4 части. Орелъ. 1825. 12°. 17) Богомолка, М. 1806. 12°. Тоже. Изд. 2-е. М. 1816. 12°. 18) Альфонсина, или материнская нѣжность. 6 част. М. 1806--1807. 12°. Тоже. Изд. 2-е. 6 част. М. 1815. 12°. 19) Артуръ и Софронія, или любовь и тайна. Пер. Яковъ Лизогубъ. Спб. 1807. 12°. 20) Рыцари Лебедя, или дворъ Карла Великаго. Пер. Кошанскаго. 6 ч. М. 1807--1808. 8°. Тоже. Нов. перев. съ фр. 8 ч. М. 1821. 12°. 21) Графъ Коркъ, или великій человѣкъ. 2 ч. М. 1807. 16°. 22) Вездѣ есть добрые вельможи. М. 1807. 12°. 23) Сенклеръ, или жертва наукъ и худож., пов. съ фр. Спб. 1807. 8°. Тоже, другой перев. М. 1808. 12°. 24) Духъ, или изображ. характ. прав. и мыслей, выбр. изъ всѣхъ ея соч. 2 ч. М. 1808. 8°. 25) Остроумный мысли и пріятные анекдоты, подъ именемъ: записокъ Фелиціи Л***. Съ фр. 2 ч. М. 1808.12°. Тоже, подъ названіемъ: Воспоминаніе Фелиціи Л***. М. 1809. 16°. 26--27) Осада Ла-Рошели, или нещастія и совѣсть. Пер. А. И. М. 2 ч. М. 1808. 12°. Тоже подъ заглавіемъ -- Геройство семнадцатил. знатной дѣвицы, или оклевет. невинность. Пер. съ фр. Иванъ Кобрановъ. 3 ч. М. 1808--1809. 12°. Тоже. Изд. 2 н. 4 ч. Орелъ. 1816. 12°. Тоже. Изд. 3-е. 4 ч. М. 1816--1817. 16°. 28) Велисарій. Съ фр. 2 ч. М. 1808. 8°. Тоже. Изд. 2-е. М. 1821. 12°. Тоже. Перев. Сенатора Захарова. 2 ч. Спб. 1808. 12°. 29) Маленькій ла-Брюіеръ, или карт. юнош. нравовъ сего вѣка. Перев. Платонъ Рудамаевъ. Спб. 1808. 8°. 30) Размышленія. Съ фр. Д. Б. М. 1808. 12°. 31) Награжденное гостепріимство, въ 1 д. Пер. Иванъ Раевскій. М. 1808. 16°. 32) Ручная книга для путешествующихъ... на Англ., Нѣм., Ит., Фр. и Росс. яз. М. 1808. 8°. Изд. 4-е, испр. и умнож. Лейпцигъ. 1814. 12°. 33) Молодой дикой, или опасн. стремленіе пери. страстей. 2 ч. М. 1808--1809. 12°. 34--35) Альфонсъ, или сынъ любви. 3 ч. М. 1809. 8°. Тоже подъ заглавіемъ -- Альфонсъ или побочный сынъ. Ч. I.--II. Спб. 1809. 8°. 36) Дельфина, или приключенія графа М***... 2 ч. М. 1809. 12°. 37) Эльмира и Вольнисъ, или возвр. во Францію фам. эмигрантовъ. Пер. Степанъ Смирновъ. Спб. 1810. 12°. Тоже. Другой перев. Спб. 1810. 38) Маленькіе эмигранты, или переп. дѣтей... Пер. I. С. 2 ч. М. 1811. 12°. 39) Цвѣты, или артисты. Съ фр. В. Ч... въ. М. 1811. 12°. 40) Екатерина Бурбонъ и Міаргарита де-Валуа. 2 ч. М. 1815--1816. 41) Дѣвтца де-ла-Файетъ, или вѣкъ Лудовика XIII. 4 ч. М. 1815-- 1816. 12°. 42) Повѣсти. Перев. Н. Карамзинъ. Изд. 2-е. 2 ч. М. 1816. 8°. (Первого изд., кажется, не было и 2-мъ это изд. считалось потому, что повѣсти уже были напечатаны въ журналѣ, именно въ "Дѣт. Чт." 1787 г. 43) Новый способъ наставл. малолѣт. дѣтей. 2 ч. Орелъ. 1816. 12°. 44) Іоанна Французская, ист. новость. 2 ч. М. 1816. 12°. 45) Исторія Генриха Великаго. Пер. Кн. Петръ Шаликовъ. 3 ч. М. 1816--1817. 8°. 46) Плацидъ, или долина Ваттюсковъ. 4 ч. М. 1817--1818. 12°. 47) Отборныя статьи изъ жури. для юнош. 2 ч. Спб. 1817--1818. 8°. 48) Новыя повѣсти. Пер. Кн. Петръ Шаликовъ. 2 ч. М. 1818. 12°. 49) Гортензія, или жертва ром. и путеш. М. 1820. 12°. 50) Повѣсти изъ соч. г-на Буфлера и г-жи Жанлисъ. Спб. 1820. 12°. 51) Знатные не по породѣ, или добродѣтель во всякомъ званіи найти можно, G ч. М. 1822. 12°. 52) Петраркъ и Лаура. Пер. А. В. 2 ч. М. 1822. 18°. 53) Шесть нравственныхъ новостей. м. 1824. 8°. 54) Елизавета Баварская, историч. отрывокъ. Орелъ, 1826. 12°. 55) Альфонсъ и Далинда, или волшебство искусства и природы, нрав. пов. 1830. 12°. 56) Разсказы для дѣтей. Пер. С. Леонтьевой. Спб. 1871. 16°. (Дѣт. Библіот. изд. Гольдшмидта). 225) "Добренькій" французскій писатель Жанъ-Пьеръ Клорисъ-де-Флоріанъ (6 марта 1755--13 сѣнт. 1794), авторъ сантиментально-добродѣтельныхъ театральныхъ пьесъ, приторно-слащавыхъ пастушескихъ романовъ и довольно хорошихъ, простыхъ и естественныхъ басенъ, былъ у насъ популяренъ въ менѣе г-жи Жанлисъ. И его ревностнѣйшимъ образомъ переводили и читали: въ считая 5іножъства мелкихъ произведеній въ журналахъ прошлаго вѣка и начала нынѣшняго, вышли отдѣльнымъ изданіемъ: 1) Нума Помпилій, второй царь Римскій. Пер. Григорій Шиповскій. 2 ч. Спб. 1788. Тоже. Нов. изд. Спб. 1799. 8°. 2) Шесть новостей. Спб. 1788. 8°. 3) Эстелла, пастуш. повѣсть. Пер. Александръ Козловъ. Спб. 1789. 8°. Тоже. Пер. М. К. М. 1 789. 8°. 4) Новости: Греческая, Испан., Португ., Франц. и Нѣм. Пер. Николай Яценковъ. 2 ч. М. 1789. 8°. 5) Новыя повѣсти, пер. П. Безакъ. Спб. 1790. 6) Галатея, пастушеская повѣсть. Пер. Алексѣй Печенѣговъ. М. 1790. 8°. Тоже Пер. А. Ханенко. Спб. 1799. 12°. 7) Новыя новости. Спб. 1793. 8°. 8) Гонзалвъ Кордуанскій, или возвращ. Гренада. Пер. Григорій Шиповскій. 3 ч. Спб. 1793. 8°. Тоже. Изд. 2-е. Спб. 1818. 8°. 9) Леокадія, Гишпанская повѣсть. Съ фр. Саб. 1794. 8°. 10) Флоpiановы повѣсти. Изд. Вышеславцовъ. 2 ч. II. 1798--1800. 12°. 11) Добрый сынъ, въ 3 д. Пер. Павелъ Ивановъ. Спб. 1800. 12°. 12) Добрая мать, въ 1 д. Пер. Кн. И. В. М. 1801. 12°. 13) Санкъ, португальская повѣсть. Съ фр. М. 1801. 14) Обманутый плутъ, или награжд. простодушіе. М. 1802. 12°. 15) Вильгельмъ Тѣль, или освобожд. Швейцарія. Съ ист. карт. и съ присовок. пов. соч. сего автора, подъ назв.: Розальба. Спцил. пов. М. 1802 и 1817. 8°. 16) Донъ-Кихотъ ла-Манхскій, соч. Серванта. Пер. съ фр. Флорранова перевода, Василій Жуковскій. 6 ч. М. 1805. 16°. Тоже. Изд. 2-е. 6 ч. М. 1815. 17) Эліезеръ и Нефтали. Съ карт. М. 1805. 8°. Тоже, подъ заглав. Эліезеръ и Нефталимъ, въ 4-хъ пѣсняхъ. Пер. А. и Я. Бабиковы. Спб. 1808. 18) Валерія, изъ соч. Флоріана. Пер. С. Мамонтовъ. Спб. 1819. 16°. 19) Батмепди, изъ соч. Флоріана. Пер. Н. Мамонтовъ. Спб. 1819. 16°. 20) Театръ. Пер. Козьма Барановъ. 2 ч. М. 1821. 12°.
   226) Владиміръ Васильевичъ Измайловъ (5 мая 1773--4 апр. 1830), одинъ изъ наиболѣе видныхъ представителей сантиментальной школы. Происходилъ изъ стараго дворянскаго рода, родился и умеръ въ Москвѣ. Учился въ моск. унив. гимназіи, служилъ въ гвардіи, которую оставилъ съ чиномъ премьеръ-маіора. Онъ быль страстный поклонникъ идей Руссо въ его воззрѣніяхъ на природу и воспитаніе и одно время даже завелъ пансіонъ, въ которомъ хотѣлъ приложить на практикѣ теоріи "Эмиля". Пансіонъ, однакоже, просуществовалъ недолго, хотя пользовался хорошею репутаціею. Человѣкъ непрактичный, Измайловъ разстроилъ свое состояніе и умеръ въ бѣдности. Послѣдніе годы жизни этотъ поклонникъ Руссо и чувствительнѣйшій писатель поступилъ въ цензора. Но, по свидѣтельству Ксенофонта Полевого, "дѣйствовалъ честно и благонамѣренно; мы (Николай и Ксенофонтъ Полевые) отдохнули, когда онъ сталъ цензуровать "Москов. Телеграфъ" послѣ Аксакова" ("Записки" Кс. Полевого, стр. 233). Когда въ 1828 г. раздраженный нападками "Моск. Телеграфа" Каченовскій подалъ въ моск. цензурный комитетъ отвратительную жалобу на цензора Сергѣя Глинку за то, что онъ даетъ слишкомъ много воли "купцу" Полевому, Измайловъ, оставшись въ меньшинствѣ, весьма благородно защищалъ право свободной литературной критики (см. его особое мнѣніе у Барсукова, Жизнь и труды Погодина, т. II, стр. 272--74). Литературная дѣятельность Владиміра Измайлова вся сложилась изъ подражанія Карамзину и Руссо. Наиболѣе извѣстное изъ его произведеній -- "Путешествіе въ полуденную Россію", написанное въ тонѣ "Писемъ русск. путешественника", но почти лишенное фактическаго содержанія и все состоящее изъ описаній сантиментальныхъ чувствованіи автора, вызванныхъ созерцаніемъ красотъ природы. Изъ повѣстей его болѣе замѣтная -- "Ростовское Озеро", воспѣвающая жизнь поселянъ на лонѣ природы. Современники очень цѣнили Измайлова какъ переводчика. Совсѣмъ умолчавъ о скучныхъ повѣстяхъ его и другихъ оригинальныхъ произведеніяхъ, Малинскій пишетъ о его усердной переводческой дѣятельности (одни мелкіе переводы составили 6 ч.): "Слогъ переводовъ Вл. Измайлова цвѣтистъ и правиленъ, подобно переводному слогу Каченовскаго. Оба они утвердили своими игривыми переводами знакомство нашей публики съ иноземными писателями". Измайловъ былъ извѣстенъ и какъ журналистъ. Въ 1804 г. онъ издавалъ интересный педагогическій журналъ "Патріотъ", въ 1814 -- "Вѣстн. Европы", въ 1815 -- "Россійскій Музеумъ, или Журналъ Европейскихъ Новостей", въ 1827 издалъ альманахъ "Литературный Музеумъ". Въ своемъ "Парнасскомъ Адресъ-Календарѣ" (1816) Воейковъ даетъ такую характеристику: "В. В. Измайловъ, дѣйствительный явный Галломанъ, чувствительный писатель 1-го класса, помѣщенъ на ваканцію Ж. Ж. Руссо, при рескриптѣ, въ которомъ сказано: на "безрыбьи и ракъ рыба"! пользуется привилегіею выпускать въ Благовѣщенье изъ клѣтокъ чижиковъ и завѣдуетъ департаментомъ истерикъ".
   Отдѣльно изданные сочиненія и переводы В. В. Измайлова: 1) Вечеръ, или семейственная прогулка. М. 1796. 12°. 2) Путешествіе во Полуденную Россію, въ письмахъ, ч. I. М. 1800. 12°. Тоже. Изд. 2-е. 4 ч. М. 1802. 12°. Тоже. Изд. 3-е. М. 1805. 12°. Нѣмецк. пер. Рихтера Лейпцигъ. 1804. 8°. 3) Стихи Его Имп. Велич. Александру Первому, при восшествіи на престолъ М. 1801. 4°. 4) Атала, или любовь двухъ дикихъ въ пустынѣ. Соч. Г. Шатобріана, перев. съ фр. М. 1802. 16°. 5) Молодой философъ. М. 1802. 8°. 6) Картина политич. и историч. Европы въ концѣ XVIII вѣка. Соч. Сегюра. Пер. съ фр. М. 1802--1803. 8°. Тоже, 1805 и 1807. 7) Стихотворная рѣчь о независимости ученаго мужа, соч. г. Жильваайе, пер. съ фр. М. 1806. 8°. 8) Дипломатич. переписка, служащ. къ картинкѣ Европы г. Сегюра. Пер. съ фр. М. 1808. 8°. 9) Руссовы письма о ботаникѣ, съ доп. его Ботанич. словаря, съ объясн. трехъ лучш. методъ Турнефорта, Линнея и Жусьи, и съ ботанич. часами, изобр. безсмертн. Линнеемъ. М. 1810. 12°. 10) Переводы въ прозѣ. 6 частей. М. 1819--1820. 12°. 11) Молодая Индіянка, въ 1 д., въ стих. Соч. Шамфора. М. 1821. 8°.
   Журнальныя статьи: Въ "Пріят. и полезн. препровожд. врем." 1794: Чувства мои надъ гробомъ доброй Маріи, ч. II, 101. Платокъ, ч. II, 126. Отрывки изъ новаго Йорика, ч. II, 363. Добрый крестьянинъ, ч. IV, 6. Ростовское озеро, ч. V, 15; ч. VI, 291. Минутное блаженство, ч. VI, 81. Щастливые супруги, пдиллія, ч. VII, 8. Чувство любви, изъ Сенъ-Пьера, ч. VII, 18. Эпитафія маленькому павлину, ч. VII, 143. Отрокъ, мужъ и время, изъ де-Монтанкло, ч. VIII, 21. Пріятности брака, ч. VIII, 38. Стих., ч. VII, 111. Въ "Аонидахъ" (рядъ стихотвореній): 1796, кн. I, стр. 120, 158, 180, 192; ч. II, 299. Кн. III, 41, 150, 155, 159, 183. Въ "Вѣстникѣ Европы": Молодой философъ, пов. 1803, No 5 и 6. Письмо къ издателю, 1806, 17. Надгробное слово соч. I. Левандою (кр.). 1810. 16. Фенелоново замѣчаніе о древн. историкахъ 1813. 1 и 2. Любой, и неизв. путешествіе во внутренность Африки (изъ ин. журн.) 1813. 1 и 2. Завѣщаніе холостого старика. Съ нѣм. 1813. 3--4. Аристидъ и Катонъ Утическій. Параллель, (Изъ Лакретелля). 1813. 3--4. Представл. отъ алфав. литеръ къ араб. цифрамъ. Съ нѣм. 1813. 3--4. Слабости великаго человѣка или анекдоты о Лихтенбергѣ. 1813. 3--4. Авторъ и книгопродавецъ. 1813. 5--6. Удовольствіе. Сказка. Съ фр. 1813. 5--6. Судъ о Вольтерѣ (Шатобріанъ). 1813. 5--6. Изслѣдованіе о розѣ. 1813. 5--6. Шиллеровы мысли о томъ, что низко и неблагородно въ изящн. искусствахъ. 1813. 5--6. Объ искусствѣ плавать и летать по воздуху, (Изъ Esprit des Journaux) 1813. 7--8. Случай, какихъ немного. (Соч. Шмитъ). 1813. 9--10. Сельское заведеніе въ Гофвилѣ (съ фр.). 1813, ч. 67. Развалины Москвы. 1813. 9--10. Объ истинныхъ удовольств. въ жизни. (Изъ Ривароля). 1813. 11--12. О подражаніи, выраженіи и соч. въ живописи. Съ фр. 1813. 11--12 и 14. Любовь и дружба. Разговоръ. (Изъ ин. журн.). 1813. 15. О Пелоріѣ. 1813. 16. Характеры. Подраж. Вовенаргу. 1813. 16. Нѣчто о модѣ. (Изъ ин. журн.). 1813. 16. Пиренейскіе пастыри. (Изъ Жанлисъ). 1813. 17. Къ читателямъ Вѣстника отъ изд. 1814. 1. Объ школѣ, или свѣтъ и уединеніе, пов. (подп. В. И.). 1814. 2, 3 и 4. О нов. кн.: Исторія медиц. въ Россіи, соч. В. М. Рихтеромъ. М. 1813. (Кр.). 1814. 5. Сироты въ Малороссіи, или цвѣты: Иванъ да Марья. Нов. 1814. 7 и 8. Противорѣчія, или гордость ума и слабость сердца, пов. (подп. В. И.). 1814. 10. Естеств. наука въ ея нравств. отнош. или пріятность и польза Ботаники. 1814. 11. О жизни и соч. Подшивалова. 1814. 13. Религія и философія. (Русск. соч.). 1814. 17. Московск. бродяга (подп.-- ъ -- ). 1818. 2. Рядъ стихотвореній: 1803, 2, 7;. 1807, 21, 23; 1808, 18; 1809, 23; 1813, 1 и 2, 11 -- 12, 13; 1810, 9. Въ "Патріотѣ": Введеніе. 1804. 1. Увѣдомленіе. 1804. 2. Химическій романъ (подп. Патріотъ). 1804. 3. О русск. старин. воспитаніи (подп. В. И.). 1804. 4. О чертѣ Россійск. Исторіи, приведенной въ Декадѣ. 1804. 6. Къ читателямъ Патріота. 1804. 12. Стихотворенія: 1804. 2, 3, 12. Въ "Другѣ Просвѣщенія": Письмо къ издателямъ. 1805. 9. Въ "Моск. Зрит.": 1806. 5. Въ "Русск. Вѣстникѣ": Стихи: 1808. 7. Въ "Аглаѣ": Стихотворенія: 1808. 7, 8; 1810. 2, 5. Въ "Р. Музеумѣ": Къ тѣни, взывавшей съ того свѣта. 1815. 2. Невидимка, или таинств. женщина. Пов. 1815. 7. Въ "Сынѣ Отеч.": Московск. бродяга (подп.-- ъ -- ). 1818. 23. Въ "Трудахъ Люб. Рос. Слов. при М. У.": 1817. 9. (Стихи); Взглядъ на истинное достоинство писателя. 1818. 10. Въ "Поляр. Звѣздѣ": 1824. (Стихи). Въ нов. Лит.": День Рождества. (Изъ Вашингтона Ирвинга). 1825. 6. Въ "Моск. Телеграфѣ": О ботанич. номенклатурѣ на русск. яз. 1827, ч. XVIII, No 24, стр. 266. Въ "Литерат. Музеумѣ" 1827 г.: Русск. Наблюдатель въ XIX в. Краткое обозр. 1826 г. Въ "Русск. Архивѣ": 1869. 603. (Стихи Гречу). Не знаемъ, гдѣ была напеч. статья Измайлова "Новѣйшая Журнальная Критика" (см. "Моск. Тел."1829, No 1. 107). Измайловъ писалъ мемуары (Барсуковъ, Жизнь Погодина, т. VIII, стр. 238), но они не изданы.
   Ср. объ В. В. Измайловѣ:
   1) Евгеній, Свѣтскіе писатели. 2) Стареевскій, Спр. энц. словарь. 3) Геннади, Словарь. 4) Березинъ, Энц. словарь. 5) Брокгаузъ-Ефронъ, Энц. словарь (ст. А. Лященко). 6) "Сѣв. Вѣсти." 1805, 8, стр. 94--95. 7) "Вѣстн. Евр." 1806, 14, стр. 111--20. 8) "Другъ Просв." 1806, 10. 9) Н. И. П. (Иванчикъ-Писаревъ) "Литерат. Газета", 1830, т. II, 66, стр. 242--244. 10) М. Макаровъ, "Дамск. жури." 1830, ч. 30, No 20, стр. 90--92. (Некрологъ). 11) "Спб. Вѣдом." 1830, No 54, стр. 363. (Некрологъ). 12) Н. Иванчинъ-Писаревъ, Отеч. галлерея. М. 1832, ч. I, стр. 166--175. 13) К. Б. (Кoнcmантинъ Бороздинъ), Опытъ историч. род. Измайловыхъ. Спб. 1841. 8°. 14) "Москвитянинъ" 1844, ч. IV, No 7, стр. 49 (въ ст.: "Поэму говорить о смерти поэта"). 15) М. А. Дмитріевъ, Мелочи, стр. 96, 100--102, 190, 101, 108, 222 и въ "Москвитянинѣ", 1854, т. I, стр. 200, отд. I. 16) Воейковъ, "Русск. Архивъ" 1866, в. 5, стр. 762--63. ("Парнасск. адр.-календ."), 17) Карамзинъ, Тамъ же, 1869. 599--603 (Письма къ нему). 18) Тамъ же. 1880, 3, 462 -- 464. (Письма къ А. С. Пушкину). 19) К. А. Полевой, "Ист. Вѣстн." 1887, 6, 508--539 ("Записки") и въ отдѣльномъ изд. 20) Анучинъ, "Русск. Мысль" 1891, 8, 68--70. ("Столѣтіе писемъ русск. путешеств."). 21) Н. Барсуковъ, Жизнь и труды М. П. Погодина, И, 142, 272, 274; VIII, 238; IX, 395; XI, 349. 22) "Остафьевскій Архивъ", т. I. 23) Сергѣй Глинка, Записки. 24) Письма Карамзина къ Дмитріеву. Спб. 1866. 25) Письма къ Измайлову Ѳ. И. Глинки и др. въ "Моск. Обозр." 1877 г. 26) Гречъ, Опытъ. 27) Вигель. Записки. М. 1891, ч. 3, стр. 139. 28) "Р. Имп." 1830, No 124. 29) Марлинскій, Взглядъ на русск. словесность. 30) Галаховъ, Истор. Хрестоматія.
   Отзывы: О "Молодомъ философѣ": "Моск. Мерк." 1802, I, 210. 2) Тамъ же. 1803, No 3 ("Мнѣніе"). О журналѣ "Патріотъ": 1) Сѣв. Вѣсти." 1802, II, 136. 2) "Журн. Росс. Слов." 1802. I, 54. О "Путеш. въ полуденную Россію": "Вѣстн. Евр." 1806, 1. О "Переводахъ въ прозѣ": 1) А. Измайловъ: "Благонамѣр." 1819, 7. 2) "Русск. Вѣстн." 1819, 13. О ст. "Русск. Наблюдатель въ XIX в.": "Моск. Вѣстн." 1827, ч. III, No 11, стр. 278. О ст. "Краткое обозр. 1826 г." "Моск. Вѣстн.", ч. III, No 11, стр. 274. О журн. "Литерат. Музеумъ": 1) "Моск. Телеграфъ", 1827, No 12. 2) Погодинъ, въ "Моск. Вѣстн." 1827. О ст. "Новая журн. критика": "Моск. Телегр." 1829, No 1, стр. 107.
   227) Въ "Литер. Мечт." См. т. I, стр. 347--77 и наши примѣчанія тамъ же, стр. 443--44. Изъ оговорки Бѣлинскаго, что онъ повторяетъ свое мнѣніе "по собственномъ размышленіи и по соображеніи съ общимъ мнѣніемъ" видно, что новый взглядъ на Марлинскаго обратилъ на себя большое вниманіе, вызвалъ толки и упреки, но многихъ привлекъ своею вѣрностью.
   228) Рѣчь объ "Иванѣ Выжигинѣ" Булгарина.
   229) Ср. т. I, стр. 373, пр. 149 и т. II, пр. 209.
   230--31) Значительно-преувеличенныя похвалы Одоевскому, къ которому намъ еще придется вернуться, интересны съ біографической точки зрѣнія. Какъ мы уже много разъ указывали, къ числу важнѣйшихъ вліяній на Бѣлинскаго и предшествующихъ его дѣятельности настроеній слѣдуетъ на первомъ мѣстѣ поставить московскій шеллингизмъ конца 20-хъ годовъ, наиболѣе рельефно представленный въ лицѣ Одоевскаго. Мистическіе порывы къ добру, страстное искавіе правды, желаніе постичь смыслъ жизни, искреннее презрѣніе ко всему пошлому и мелкому -- вотъ та органическая связь, которая роднитъ Бѣлинскаго и Одоевскаго, та общая почва, на которой могло развиться душевное вліяніе, которое одно только и устанавливаетъ преемственность поколѣній.
   232) Псевдонимы Одоевскаго.
   233) Совсѣмъ теперь исчезнувшія изъ литературной памяти "простонародный" повѣсти Погодина для своего времени были чрезвычайно замѣчательнымъ явленіемъ. Весьма благосклонно отнесшійся къ нимъ Бѣлинскій, собственно говоря, даже недостаточно оттѣнилъ ихъ исключительное положеніе въ ряду приподнятыхъ повѣстей конца 20-хъ и начала 30-хъ годовъ. Это былъ совсѣмъ новый міръ, до того никѣмъ еще не разработанный. Типъ свахи, прославленный Гоголевской "Женитьбой", Погодинъ первый вывелъ во всей его бытовой яркости. Столь же нова была вся остальная бытовая обстановка повѣстей Погодина. Въ общемъ позднѣйшаго читателя, свидѣтеля славы Островскаго, какъ Колумба "темнаго царства", повѣсти Погодина изъ купеческаго быта прямо поражаютъ своимъ здоровымъ, жизненнымъ реализмомъ и тою колоритностью, которая 20 лѣтъ спустя, когда появились комедіи Островскаго, показались "новымъ словомъ". Истиннымъ-то Колумбомъ "темнаго царства", какъ оказывается, былъ этотъ историкъ, о беллетристической дѣятельности котораго огромное большинство читающей публики и не слыхало никогда. Талантъ второстепенный, Погодинъ и самъ какъ-то не придалъ значенія своей піонерской работѣ и вскорѣ отсталъ отъ "простонародныхъ" сюжетовъ, чего бы, конечно, не сдѣлалъ талантъ первостепенный, который тѣмъ и отличается отъ таланта второстепеннаго, что всецѣло проникается тѣмъ или другимъ настроеніемъ и всего себя посвящаетъ ему, благодаря чему и привлекаетъ къ нему всеобщее вниманіе. Какъ это всегда бываетъ и въ исторіи мысли, и въ исторіи искусства, второстепенный талантъ тутъ первый ступилъ на новый путь, первый приподнялъ уголокъ завѣсы, за которой скрывался новый міръ, а уже потомъ пришелъ талантъ большой, завершилъ начатое и подготовленное талантомъ маленькимъ и забралъ себѣ всю славу открытія.
   Бѣлинскій своимъ постояннымъ утвержденіемъ, что геніи открываютъ новые горизонты, особенно содѣйствовалъ утвержденію этого взгляда, какъ намъ кажется совершенно не подтверждаемаго исторіею литературы вообще и русской въ частности. На самомъ дѣлѣ геніи и крупные таланты только эффектно и для всѣхъ наглядно завершаютъ то, что до нихъ незамѣтно для себя и для другихъ дѣлали дарованія второстепенный. Было бы неумѣстно подробнѣе здѣсь остановиться на развитіи нашей мысли. Но, начавъ съ Погодина, не преминемъ въ дальнѣйшихъ примѣчаніяхъ отмѣчать въ каждомъ конкретномъ случаѣ еще рядъ примѣровъ піонерской работы второстепенныхъ талантовъ, и совокупность ихъ явится комментаріемъ къ чрезмѣрному поклоненію Бѣлинскаго предъ оригинальностью геніевъ. Ср. примѣч. 61--62.
   234) Это предсказаніе совсѣмъ не оправдалось. См. прим. 64. Къ повѣстямъ Полевого мы еще вернемся.
   235) Къ повѣстямъ Павлова, имѣвшимъ въ свое время очень большой успѣхъ и надѣлавшихъ большой цензурный переполохъ (см. ниже), Бѣлинскій отнесся довольно сдержанно, и дальнѣйшая карьера Павлова показала, что онъ былъ правъ. Изъ Павлова серьезнаго беллетриста не вышло. Къ общему очерку дѣятельности Николая Филипповича Павлова (1805--64) мы еще вернемся, а пока отмѣтимъ для характеристики общественно-политическаго міросозерцанія Бѣлинскаго въ срединѣ 30-хъ годовъ, что онъ и не замѣтилъ и не отмѣтилъ тѣ общественно-политическіе выводы, которые, какъ теперь кажется, сами напрашивались по прочтеніи повѣстей Павлова. Даже самая безобидная изъ трехъ повѣстей -- "Аукціонъ", по существу есть злая сатира на свѣтскую пустоту и легкомысліе, но что касается "Именинъ" и "Ятагана", то вполнѣ понимаешь тотъ переполохъ, который они должны были произвести въ извѣстномъ освѣщеніи. Герой "Именинъ" -- не "музыкантъ-плебей", какъ его дальше называетъ Бѣлинскій (стр. 210), а даровитый крѣпостной съ блестящими музыкальными способностями. Благодаря этимъ способностямъ, онъ получаетъ порядочное воспитаніе, самостоятельно живетъ въ Москвѣ, вращается въ свѣтскомъ обществѣ, гдѣ не знаютъ о его происхожденіи и завязываетъ тѣсную дружбу съ однимъ богатымъ молодымъ человѣкомъ. Тотъ увозитъ его въ свою деревню и тутъ у крѣпостного виртуоза завязывается романъ съ единственною дочерью богатой помѣщицы, институткой. Кромѣ институтки, съ нимъ обращаются довольно пренебрежительно, даже и не подозрѣвая, кто онъ такой, а просто потому, что онъ "музыкантъ", слѣдовательно, не ровня остальнымъ членамъ общества, настоящимъ господамъ. Разговоръ за званымъ обѣдомъ въ домѣ любимой дѣвушки раскрываетъ ему весь ужасъ его положенія:
   
   "Мирно обѣдалъ я, вдали отъ хозяйки, на унизительномъ краю стола; и по, какой то, особенной смѣтливости слугъ, каждое блюдо подавали мнѣ послѣднему, отъ чего и случилось, что изъ множества раковъ мнѣ достался одинъ, а спаржу, салатъ и клубничный пирогъ я видѣлъ только въ почтительномъ разстояніи. Но этѣ маловажныя обстоятельства не въ силахъ были раздражить моей щекотливости. Для нея готовилось другое истязаніе получше, подѣйствительнѣе. Недалеко отъ меня сидѣлъ, какой то, господинъ съ молчаніемъ на устахъ, съ уныніемъ на лицѣ, худощавый и по виду пречувствительный. Подъ конецъ уже обѣда развязался его языкъ, и онъ началъ съ кѣмъ-то разговаривать черезъ столъ. Я не обращалъ туда никакого вниманія, завоеванный моимъ сосѣдомъ, какъ вдругъ мое сердце забилось, лице вспыхнуло и глаза остановились, прикованные къ этому худощавому чувствительному человѣку. Чуткой слухъ мой поймалъ его слова:
   -- "А я сегодня обработалъ славное дѣло: продалъ двухъ музыкантовъ, по тысячѣ рублей штуку".--
   Сосѣдъ мой замѣтилъ мнѣ на ухо:
   -- "Тотчасъ видно не музыканта! Я ни за одного изъ своихъ и по двѣ не возьму".--
   "Вы понимаете, что я чувствовалъ, чего мнѣ хотѣлось, но не то было время. Теперь я не посовѣтовалъ бы такъ распространяться при мнѣ про домашнія дѣла своего оркестра, а тогда я могъ только покраснѣть, задрожать и съ тоскою глубокаго оскорбленія взглянуть на другой конецъ стола, туда, на милую Александрину, какъ будто за тѣмъ, чтобъ въ ея добрыхъ, человѣколюбивыхъ чертахъ найти защиту отъ обиды, чтобъ утѣшиться, чтобъ помириться съ людьми, увидѣвъ на ея благородномъ лицѣ: она не скажетъ этого, она не продастъ музыканта! Да, это было такъ".
   Александрина дѣйствительно совсѣмъ иначе относится къ "музыканту", платитъ ему взаимностью и даетъ ему клятву, что кромѣ него не выйдетъ ни за кого замужъ. Но тутъ "музыкантъ" считаетъ своею обязанностью объявить кто онъ:
   "Знаете ли, на кого смотрите? Знаете ли, кто стоитъ предъ вами? Знаете ли, кому Вы поклялись?.. Я крѣпостной человѣкъ".
   "Я выговорилъ смѣло и оробѣлъ: я вдругъ почувствовалъ, что нѣтъ болѣе равенства между нами, и выпустилъ ея руку.
   Не такъ быстро свалился я съ лошади, когда персидская сабля разнесла мнѣ черепъ, какъ поблѣднѣла моя Александрина и упала ко мнѣ на руку. Нѣжное твореніе!.. Отъ одного слова не устояла на ногахъ! Мнѣ нужно было только назвать себя, чтобъ испугать самую горячую любовь... повѣрите ли? я безъ жалости взглянулъ сперва на ея закатавшіеся глаза, на ея помертвѣлое лицо... Какое-то глубокое презрѣніе къ женской слабости охолодило мое сердце. Я сказалъ слово, но я былъ тотъ же... Кудажъ дѣвались краснорѣчивые взгляды, алыя щеки, эта жизнь первой весны, этотъ яркой цвѣтъ красоты и юности?.. обморокъ обидѣлъ и меня и любовь".
   Но худшее было впереди, когда "музыкантъ" вернулся къ своему пріятелю, у котораго гостилъ:
   "Что съ тобою? ты разстроенъ? ты вѣрно знаешь?" сказалъ мнѣ Владиміръ Семеновичъ, когда я вошелъ къ нему въ комнату.
   -- "Что такое? Ничего не знаю" отвѣчалъ я.
   -- "Я сей часъ отъ твоего барина", продолжалъ Владиміръ Семеновичъ; "я предлагалъ ему наконецъ за тебя 10 тысячъ рублей. Онъ говоритъ, что теперь съ радостію бы взялъ, но не можетъ, а не можетъ потому, что, какъ я узналъ, деревня, и ты самъ, проиграны. Только не отчаивайся: я думаю, мы найдемъ средства сладить съ твоимъ новымъ господиномъ, хоть, сказываютъ, онъ человѣкъ тяжелый. Куда же ты"?..
   -- "Пойду въ свою комнату спать"...
   -- "Я вышелъ, я шелъ, не знаю куда; вся кровь вступила мнѣ въ голову;
   вѣчность страданій умѣстилась въ одну ночь; по настоящему, я откупился тогда отъ нихъ на цѣдую жизнь и въ здѣшнемъ и въ будущемъ мірѣ!.. Какіе-то странные образы летали передъ моими глазами; кто-то нашептывалъ мнѣ на ухо про смерть, про мщеніе... То казалось, что я вижу свадебный ужинъ, за которымъ сидитъ Александрина съ женихомъ, а я стою у нихъ за стуломъ, съ тарелкой и женихъ приказываетъ мнѣ: "Ветрушка, подай воды!" То казалось... (тутъ офицеръ засмѣялся, но его губы затряслись, точно отъ судороги гнѣва), что я вижу моего бывшаго барина... за столомъ, на которомъ лежатъ кучи золота и карты... блѣднаго... разстроеннаго... онъ держится за пятерку и кричитъ: "бейте, идетъ остальное, и Петрушка вашъ... Я его ни за какія деньги не хотѣлъ отпускать на волю, но такъ и быть, бейте"... и пятерка падаетъ направо."
   "Эти отвратительныя привидѣнія носились передо мною по широкой Волгѣ, она бунтовала подъ моими ногами... Я помню, что я стоялъ на ея крутомъ берегу, я смотрѣлъ въ бездну, я мѣрилъ разстояніе между жизнію и смертію... Я помню, что я очутился въ спальнѣ моего барина... Лампада теплилась передъ образами, и первые лучи утренней зари прокрадывались сквозь закрытые ставни. У меня въ рукѣ была бритва. Я смѣло подошелъ къ кровати, съ отвагой убійцы отдернулъ занавѣсъ, но... я говорю правду... рука моя опустилась прежде, чѣмъ я увидѣлъ, что въ постели никого не было. Да, у меня не достало бы силы на такое дѣло. Все, однакожъ, я долженъ благодарить Провидѣніе, что онъ не ночевалъ дома: онъ проигрывалъ послѣднее и -- проигралъ. Жаль, что мы теперь не встрѣтимся съ нимъ! Вѣрно онъ предчувствовалъ, что на землѣ негдѣ ему спрятаться отъ меня, и спрятался на три аршина въ землю. Богъ ему судья!.. онъ сдѣлалъ лучше, что поставилъ меня на карту".
   
   Чтобы положить конецъ своему невыносимому положенію, разсказчикъ -- герой повѣсти, бѣжалъ куда глаза глядятъ. Какъ безпаспортнаго бродягу, его поймали, онъ объявилъ себя непомнящимъ родства и его сдали въ солдаты. Это было для него величайшимъ блаженствомъ. "Никому жизнь солдата не представлялась въ такихъ очаровательныхъ краскахъ! Я дышалъ свободно, я смотрѣлъ смѣло, меня уже не пугала барская прихоть; я сдѣлался слугою не людей, но смерти!" Какъ солдатъ, разсказчикъ выдвинулся блестящею храбростью въ персидскомъ походѣ и былъ произведенъ въ офицеры.
   Таковъ остовъ этой замѣчательной повѣсти. Но можно ли получить хотя какое бы то ни было представленіе о ней по пересказу Бѣлинскаго? Цензурныя препятствія тутъ ни при чемъ, потому что стороною, намекомъ, многоточіями ничего не стоило дать понять въ чемъ дѣло, если бы самъ критикъ иначе отнесся къ повѣсти.
   Не даетъ отзывъ Бѣлинскаго точнаго представленія и объ "Ятаганѣ". Здѣсь героемъ разсказа является молодой корнетъ, разжалованный за дуэль. И онъ и его полковникъ влюблены въ красавицу-княжну, но полковникъ настолько слѣпъ, что не замѣчаетъ взаимныхъ чувствъ корнета-солдата и княжны и даже дѣлаетъ его повѣреннымъ своихъ намѣреній жениться на княжнѣ. Пока онъ ничего не подозрѣваетъ, полковникъ обращается съ разжалованнымъ хорошо, но когда узнаетъ правду, начинаетъ его притѣснять, доводитъ до нарушенія дисциплины и его подвергаютъ тѣлесному наказанію. Корнетъ не выноситъ оскорбленія и ятаганомъ закалываетъ полковника. Повѣсть заканчивается тѣмъ, что полковника съ музыкой и барабаннымъ боемъ торжественно хоронятъ, а на другой день убійцу его тоже съ барабаннымъ боемъ прогоняютъ сквозь строй.
   Если присмотрѣться къ отзывамъ другихъ критиковъ, то становится яснымъ, что игнорированіе общественной стороны повѣстей Павлова было выраженіемъ цѣлой полосы литературной жизни, совершенно индифферентной къ такого рода вопросамъ. Объ отзывѣ Шевырева, который даже увидѣлъ тутъ какой-то апоѳозъ свѣтской жизни, см. дальше въ статьѣ "О критикѣ и литер. мнѣніяхъ Москов. Наблюдателя" (т. II, стр. 467--70). Но поистинѣ поразителенъ отзывъ Сенковскаго. Слегка посмѣявшись надъ "отличіями, оказываемыми крѣпостному генію", онъ затѣмъ дѣлаетъ такой общій отзывъ: "Г. Павловъ будетъ писать хорошо. Но мы должны сказать ему тутъ же непріятную истину: въ этихъ повѣстяхъ нѣтъ никакой идеи. Что онѣ доказываютъ? Ничего. И ничего потому, что это частные случаи, обстоятельства исключительныя, изъятыя изъ общей, повсемѣстной жизни, которыя прилагаются только къ тѣмъ, кто въ нихъ находился. Надобно, чтобы (произведеніе) выражало какую-нибудь прикладную идею, ведущую къ полезному умозаключенне и примѣняющуюся ко всякому лицу. Кромѣ общей идеи, въ повѣсти могли-бъ еще быть мысли. На мысли не споткнешься въ нихъ" ("Биб. д. Чт." т. IX, отд. VI, стр. 8).
   Читающая публика оказалась куда чутче критиковъ и проницательнѣе цензуры, которая совершенно безпрепятственно пропустила книжку. Пошли толки и разговоры, которые приняли такіе размѣры, что гр. Уваровъ (цензура была тогда въ вѣдѣніи мин. нар. пр.) увидѣлъ себя вынужденнымъ доложить объ нихъ Государю. "Государь Императоръ, прочитавъ книгу со вниманіемъ и отмѣтивъ въ ней неприличныя мѣста, нашелъ, что третья статья ("Ятаганъ"), по всему содержанію, смыслу и цѣли, не должна бы быть пропущена цензурою". Государь, вмѣстѣ съ тѣмъ, согласился съ мнѣніемъ Уварова, который находилъ, "что по смыслу цензурнаго устава, трудно обвинить автора или цензора, и что запрещеніе книги могло бы только содѣйствовать ея извѣстности". Кончилось тѣмъ, что начальнику моск. цензуры, попечителю Голохвастову, былъ объявленъ выговоръ, а цензуровавшему книгу Снегиреву строгій выговоръ. "Сообщая объ этомъ начальству московскаго учебнаго округа, мин. нар. пр. просило обратить вниманіе цензурнаго комитета на самый эпиграфъ книги: "домашнія дѣла" {}, а также и на виньетку, представляющую чудовище, поражаемое кинжаломъ рукою невидимая". Виньетку приказано было отобрать у типографщика Степанова и "пріобщить къ числу запрещенныхъ". Вмѣстѣ съ тѣмъ послѣдовало запрещеніе перепечатывать книгу Павлова" (Сухомлиновъ, Изслѣдованія и статьи, т. II, стр. 454--55).
   236) Ср. далѣе въ статьяхъ о "Моск. Наблюдателѣ".
   237) Пріемъ, употребленный здѣсь Бѣлинскимъ, т.-е. обзоръ исторіи русской повѣсти, сдѣланный для того, чтобы подойти къ Гоголю -- не былъ совершенною новостью въ нашей критической литературѣ. Бѣлинскій шелъ тутъ преимущественно по стонамъ Полевого, который справедливо гордился тѣмъ, что первый въ нашей критикѣ сталъ приводить писателя въ связь съ общимъ ходомъ литературы. Но Бѣлинскій пошелъ значительно дальше своего предшественника тѣмъ, что всегда чрезвычайно широко раздвигалъ непосредственныя рамки своихъ разборовъ, быстро переходя на общіе вопросы и вводя каждое литературное явленіе въ цѣлую историческую цѣпь аналогичныхъ явленій. Этимъ, между прочимъ, объясняется то, что Бѣлинскій "повторяется", что въ его статьяхъ множество разъ говорятся однѣ и тѣ же вещи о ходѣ русской литературы. Онъ не могъ этого избѣгнуть какъ потому, что всякое литературное явленіе онъ старался объяснять органически, такъ и потому, что идея исторической преемственности въ ходѣ русской литературы еще была очень мало популярна въ то время. Настоящей исторіи литературы еще не было, были только сборники литературныхъ фактовъ, въ родѣ "Опыта исторіи русской литературы" Греча, справедливо названной Бѣлинскимъ "литературнымъ Адресъ-Календаремъ". Первымъ въ самомъ дѣлѣ историческимъ освѣщеніемъ хода русской литературы были "Литер. Мечт.", первымъ очеркомъ новой русской повѣсти -- статья о Гоголѣ.
   238) Въ этомъ мѣстѣ точно что-то оборвано или недосказано, или просто пропущено. Слѣдующую фразу (посмотримъ, нѣтъ ли...) слѣдовало бы начать съ красной строки и, кромѣ того, въ ней пропущено существительное послѣ словъ "между нашими".
   239) Ср. объ этомъ опредѣленіи, навсегда опредѣлившемъ значеніе Гоголя, примѣч. 257.
   240) Черезъ полгода, однако, Бѣлинскій самъ будетъ съ увѣренностью утверждать, что законы творчества "теперь найдены" (см. т. II, стр. 456).
   241) Съ теоріей творчества, здѣсь развиваемой Бѣлинскимъ, намъ еще придется имѣть дѣло при общемъ обзорѣ эстетическихъ взглядовъ Бѣлинскаго.
   242) Формулу "гдѣ жизнь, тамъ и поэзія" Бѣлинскій уже разъ назвалъ "аксіомой" (т. II, стр. 55). Если, однако, мы не ошибаемся, то эта "аксіома" въ этой своей формѣ была неособенно давняго происхожденія. По крайней мѣрѣ первый тезисъ латинской диссертаціи Надеждина гласилъ: "Ubi vita, ibi poesis". Правда, отсюда еще не слѣдуетъ, что тезисъ представлялъ собою что-нибудь дѣйствительно новое. На самомъ дѣлѣ тутъ не "тезисъ", а посылка, цитированіе. Надеждинъ только повторилъ то, что
   2) Въ дѣйствительности эпиграфъ латинскій: Domestica facta, уже твердо установилось въ хорошо извѣстной ему нѣмецкой литературѣ, величайшій представитель которой -- Гете далъ знаменитую формулу поэтическаго творчества:

Greift nur hinein in das volle Menschenleben.

   Но, все-таки, въ русской литературѣ опредѣленность Надеждинской формулировки, кажется, была новостью.
   Было бы, однако, большою ошибкою прибавить это наше указаніе къ. числу фактовъ, устанавливающихъ преемственность и связь между Надеждинымъ и Бѣлинскимъ. Тезисъ диссертаціи находится въ такомъ вопіющемъ противорѣчіи съ ея содержаніемъ, что надо диву даваться, какъ изъ вѣрнаго положенія можно придти Богъ вѣсть къ какимъ выводамъ. И изъ примѣчаній нашихъ и изъ приложенныхъ статей Надеждина читатель уже хорошо знаетъ; что Надеждинъ былъ злой гонитель "жизни" въ литературѣ, что онъ требовалъ отъ писателей, чтобы они "очищали" жизнь, брали изъ нея только свѣтлое и возвышенное. Такимъ- образомъ общность между Надеждинымъ и Бѣлинскимъ исключительно формальная. То, что у Надеждина было пустой и противорѣчащей всей его дѣятельности вывѣской, у Бѣлинскаго проникло въ самую глубину его сознанія и дало литературные идеалы, діаметрально противоположные тѣмъ, которые защитилъ Надеждинъ.
   243) См. примѣч. 257.
   244) Эту пьесу Бѣлинскій, вѣроятно, зналъ только по пересказу, литературному или устному. Въ русскомъ переводѣ "Тимонъ Аѳинскій" появляется въ 1846 г. ("Новоселье" 1846 г. т. Щ, вольные очерки изъ драматической повѣсти Шекспира "Тимонъ Аѳинскій", Н. Полевого).
   245) Объ этой повѣсти см. дальше -- 11, стр. 357--62
   246) Въ отмѣчаемой мимоходной характеристикѣ весьма замѣтно сказалось общее индифферентное и даже полупренебрежительное отношеніе къ народу въ непосредственномъ смыслѣ этого слова, которое составляетъ отличительную черту первой половины дѣятельнссти Бѣлинскаго. Сосредоточивъ пока свой органически въ немъ сидѣвшій демократизмъ на борьбѣ съ свѣтскостью и аристократизмомъ въ литературѣ (см. дальше статьи о "Моск. Наблюдателѣ") и на возвеличеніи понятія о человѣческомъ достоинствѣ, Бѣлинскій 30-хъ гг. не чувствовалъ тѣхъ спеціальныхъ симпатій къ мужику, которымъ запечатлѣнъ конецъ его дѣятельности. Дальше мы еще не разъ будемъ имѣть случай отмѣчать такое же полупренебpежительное отношеніе Бѣлинскаго къ мужику (ср. т. I, стр. 384 и пр. 180; т. II, стр. 402, и пр. 378 и 405). И это, помимо того, что даетъ важный матеріалъ для исторіи выработки миросозерцанія Бѣлинскаго, еще лишній разъ доказываетъ, что "Дмитрій Калининъ" создался не на почвѣ народническаго протеста, а явился результатомъ простого, ничѣмъ теоретически не обоснованнаго чувства возмѣщенія, насиліемъ и жестокостью.
   247) Ошибка, повторенная и дальше. Наде -- Филемонъ.
   248) Неправильная орѳографія имени Аѳанасій идетъ чрезъ всю статью.
   249) Главное достоинство превосходныхъ, формулировокъ идеи народности въ литературѣ, которыя Бѣлинскій даетъ и здѣсь и въ "Литер. Мечт." (т. I, стр. 383--84) всего менѣе заключается въ ихъ теоретической новизнѣ. Теоретически эти мысли составляли уже общее мѣсто. Вотъ что, напр., говорилъ "О народности въ изящныхъ искусствахъ и преимущественно въ словесности" одинъ изъ банальнѣйшихъ "словесниковъ" того времени,-- В. Т. Плаксинъ, въ одномъ изъ банальнѣйшихъ журналовъ -- "Сынѣ Отеч." Греча и Булгарина, говорилъ даже нѣсколькими мѣсяцами раньше появленія разсматриваемой статьи Бѣлинскаго ("Сынъ Отеч." 1835 г., январь):
   
   "Ежели каждый человѣкъ въ произведеніяхъ своихъ вообще, и преимущественно въ словесныхъ, выражаетъ свой образъ мыслей, свой характеръ; то, безъ сомнѣнія, оставляя на сихъ произведеніяхъ слѣды собственныхъ свойствъ, сообщаетъ имъ и тѣ черты, коими онъ сходствуетъ съ своими соотчичами или, такъ сказать, сонародниками. И чѣмъ выше талантъ, тѣмъ болѣе, тѣмъ яснѣе отражаются въ немъ самомъ и въ произведеніяхъ его народныя мнѣнія, вѣрованія, свойства, права и обычаи; такъ что геній, созданный на службу отечеству, проявляетъ въ себѣ всѣ его добродѣтели и причуды, какъ гладкая поверхность водъ морскихъ изображаетъ звѣздоносный ликъ небесъ съ бурными тучами. Итакъ совокупность изящныхъ, и особенно словесныхъ произведеній народа изображаетъ его характеръ, а историческій ходъ ихъ представляетъ картину образованія и измѣненій народнаго духа или характера" (стр. 19).
   Надеждинъ, въ январѣ 1836 г. помѣстившій въ "Телескопѣ" статью "Европеизмъ и Народность", тоже весьма правильно опредѣлялъ народность, какъ "совокупность всѣхъ свойствъ, наружныхъ и внутреннихъ, физическихъ и духовныхъ, умственныхъ и нравственныхъ" ("Телескопъ" 1836, т. 31, стр. 256).
   Но только одинъ Бѣлинскій съумѣлъ сдѣлать изъ вѣрныхъ посылокъ вѣрное примѣненіе къ конкретнылъ фактамъ литературной дѣйствительности. Плаксинъ, когда дѣло дошло до перечисленія "народныхъ" произведеній даль такой списокъ: "Пѣвецъ во станѣ русскихъ воиновъ, Вадимъ, Свѣтлана, Борисъ Годуновъ, Русланъ и Людмила, Царь-Саганъ, Россія и Баторій (драма бар. Розена), Клятва при Гробѣ Господамъ, Наѣзды (Марлинскаго), Лейтенантъ Бѣлозоръ (его же), Испытаніе (его же), Поѣздка въ Германію (Греча), Конекъ-Горбунокъ". Большая половина этого списка рѣшительно не выдерживаетъ критерія истинной народности: "Пѣвецъ во станѣ русск. воиновъ" написанъ въ ложно-классическомъ стилѣ, "Вадимъ" -- въ стилѣ нѣмецко-романтическомъ, "Царь-Салтанъ" и "Конекъ-Горбунокъ" слишкомъ нарядны, повѣсти Малинскаго слишкомъ вычурны. Ничтожная "Поѣздка въ Германію" и бездарнѣйшая драма Розена указана, о Гоголѣ же ни полслова. Вотъ какъ расходится теорія и практика, когда нѣтъ внутренняго чутья.
   Статья Надеждина во многихъ отношеніяхъ весьма замѣчательна и содержитъ рядъ блестящихъ и вѣрныхъ мыслей. Останавливаться на ней не стоитъ, потому что лучшія тѣста ея имѣютъ чисто-научный интересъ (по исторіи образованія русскаго языка и его связи съ церковно-славянскимъ и другими славянскими языками). Отмѣтимъ только, что по свойственному ему отсутствію чувства мѣры и такта, Надеждинъ, начавъ съ очень широкаго и просвѣщеннаго взгляда на законъ взаимодѣйствія различныхъ культуръ другъ на друга, затѣмъ пропѣлъ такой охотнорядскій гимнъ русскому кулаку, что даже скромный Лажечниковъ краснѣлъ за эту дикую выходку (см. т. I, стр. 429). А подъ конецъ статьи весь вопросъ о народности въ литературѣ былъ сведенъ къ чисто-политической программѣ, выставленной такъ называемой теоріей "оффиціальной народности":
   "Въ основаніе нашему просвѣщенію положены православіе, самодержавіе и народность. Эти три понятія можно сократить въ одно, относительно литературы. Будь только наша словесность народною: она будетъ православна и самодержавна".
   Съ такимъ мѣриломъ литературной критикѣ нечего было дѣлать, потому что исполненная патріотическихъ возгласовъ бездарная драма барона Розена его выдерживала лучше повѣстей Гоголя, и случая-то не имѣвшаго выказать въ какомъ-нибудь "Миргородѣ" свою несомнѣнную преданность самодержавію и православно. Такимъ-то образомъ сильный умъ Надеждина, изойдя изъ вполнѣ вѣрнаго положенія, забрелъ Вогъ вѣсть куда и вмѣсто литературной, формулы далъ формулу чисто-политическую.
   Безвкусица Плаксина и отклоненіе въ сторону Надеждина выясняютъ намъ заслугу Бѣлинскаго въ данномъ случаѣ. Какъ и всегда, сила Бѣлинскаго не въ томъ, что онъ додумался самъ до новыхъ и вѣрныхъ положеній, а въ томъ, что онъ глубоко и всецѣло ими проникался и съ помощью своего удивительнаго чутья умѣлъ вѣрно примѣнить теоретическое мѣрило къ практическому опредѣленію литературныхъ достоинствъ. Поэтому онъ не отвлекался отъ ясно поставленной и опредѣленно-намѣченной цѣли и содѣйствовалъ установленію правильныхъ критеріевъ, раздавалъ патенты на геніальность и народность не Розенамъ и Кукольникамъ, а Гоголямъ и Кольцовымъ.
   250) Знаменитыя фразы и восклицанія изъ разныхъ псевдоклассическихъ драмъ:

Qu'il mourut -- восклицаніе Горація въ трагедіи Корнеля того же названія.
Julie.
Que vouliez-vous qu'il fit contre trois.
Le viel Horace.
Qu'il mourût.

   Moi,-- восклицаніе Медеи въ трагедіи Корнеля того же названія.
   
             . . . . . . . . . . . . ..Moi.
   Moi, dis-je, et c'est assez.
   
   Ахъ, Я Эдипъ -- восклицаніе Эдипа въ трагедіи Озерова "Эдипъ въ Аѳинахъ" (Дѣйствіе II, явл. 1-ое).
   251) Ср. тѣ же мысли въ "Литер. Мечт." (т. I, стр. 321--22) и указанныя въ примѣчаніяхъ къ нимъ противорѣчія. Въ то же противорѣчіе впадаетъ Бѣлинскій и здѣсь, потому что верховнымъ принципомъ, въ концѣ концовъ, для него, все-таки остается "благодѣтельное вліяніе на нравы".
   252) Это цитата изъ повѣсти кн. Одоевскаго "Насмѣшка Мертвеца". Повѣсть не стоитъ тѣхъ необычайныхъ похвалъ, которыя ей здѣсь расточаются: "гуморъ" ея не особенно "грозный" и не "кусаетъ до крови". Но въ русской литературѣ еще не свистнулъ тогда настоящій "бичъ, свитый изъ шипящихъ змѣй", не было ни "Ревизора", ни "Мертвыхъ душъ", и довольно банальныя насмѣшки Одоевскаго надъ большимъ свѣтомъ выростали для непривычнаго глаза въ нѣчто гораздо болѣе значительное, чѣмъ онѣ были въ дѣйствительности.
   253) "Сонъ въ лѣтнюю ночь" могъ быть извѣстенъ Бѣлинскому только по разсказамъ пріятелей или по какому-нибудь изложенію въ журнальной статьѣ. Въ руск. переводѣ пьеса является только въ 1841 г. (Переводъ Росковшенко въ "Библ. д. Чт." 1841 г.).
   254) Тутъ Бѣлинскій впервые употребляетъ выраженіе "юмористическій" и именно такъ, что его нельзя смѣшать съ "гуморомъ". Ср. т. I, стр. 443, прим. 149.
   255) Изъ рецензіи Шевырева на "Миргородъ" въ "Моск. Наблюдателѣ" 1835 г. (Ч. I, отд. V, стр. 410).
   256) "Слышу" прославлялъ Шевыревъ въ сейчасъ указанной рецензіи. Въ Поль-де-Коки Гоголя пожаловалъ Сенковскій ("Библ. д. Чт." т. III, отд. V, стр. 31--32, разборъ "Новоселья"). О выраженіяхъ Qu'il mourût и др. см. прим. 250. "Я Россъ" -- слова Рослава, героя трагедіи Княжнина того же названія:
   
   Въ Зафирѣ я княжну враговъ россійскихъ зрю,
   И еслибъ днесь ея и было сердце вольно,
   Чтобъ пламень погасить, я Россъ, сего довольно.
   
   257) Тутъ Бѣлинскій доходитъ до той высоты своихъ похвалъ Гоголю, которая опредѣляетъ и историческое положеніе прославленнаго имъ писателя и его собственное положеніе, какъ перваго человѣка, безъ всякаго колебанія властною рукою возведшаго Гоголя на царственное мѣсто. По прекрасному выраженію Аполлона Григорьева, "имя Бѣлинскаго, какъ плющъ, обросло четыре поэтическихъ вѣнца, четыре великихъ и славныхъ имени -- Пушкина, Грибоѣдова, Гоголя, Лермонтова,-- сплелось съ ними такъ, что, говоря о нихъ, какъ объ источникахъ современнаго литературнаго движенія,-- постоянно бываешь поставленъ въ необходимость говорить и о немъ" (Соч., I, стр. 233).
   Но ни относительно кого изъ названныхъ Григорьевымъ великихъ именъ роль великаго истолкователя ихъ не была такъ рѣшительна, какъ относительно Гоголя. Пониманіе значенія Гоголя началось только со статьи Бѣлинскаго о немъ. Читая здѣсь такъ просто выраженную мысль "комическое одушевленіе Гоголя всегда побѣждается глубокимъ чувствомъ грусти и унынія", "Гоголь есть поэтъ жизни дѣйствительной" и всѣ остальныя, столь "банальныя" и "элементарныя" теперь опредѣленія таланта Гоголя, испытываешь приблизительно то же впечатлѣніе, какъ читая въ лѣтописи нѣсколько строкъ сказаній о важнѣйшихъ событіяхъ нашей исторіи. Какъ тамъ эти нѣсколько строкъ даютъ основу всему тому, что въ теченіе длиннаго ряда поколѣній заучивается и варьируется на разнообразнѣйшіе лады, такъ и здѣсь въ нѣсколькихъ строкахъ даются опредѣленія, ставшія затѣмъ достояніемъ всѣхъ школьниковъ. Кто изъ насъ не употреблялъ еще въ гимназическихъ сочиненіяхъ фразъ о томъ, что юморъ Гоголя всегда перемѣшанъ съ грустью, что онъ поэтъ жизни дѣйствительной и т. д. Но вѣдь всѣ эти, теперь ставшія банальнѣйшими истинами, опредѣленія въ моментъ своего появленія были совершеннѣйшею новостью. Не будемъ здѣсь говорить о критикахъ въ родѣ Булгарина, который, вторя Сенковскому, даже послѣ смерти Гоголя съ послѣдовательностью, достойною лучшей участи, утверждалъ, что Гоголь есть русскій Поль-де-Кокъ, плохо къ тому владѣвшій русскимъ языкомъ. Что Булгаринъ? Полевой, проницательный Полевой, тоже одинъ изъ отцевъ русский критики, когда появились "Вечера на хуторѣ близъ Диканьки", совѣтовалъ автору брать примѣръ съ Марлинскаго! "Посмотрите-ка на одного сказочника, который написалъ повѣсть: Лейтенантъ Бѣлозоръ! Вотъ художникъ!". Какъ тутъ при всемъ уваженіи къ историческимъ заслугамъ Полевого не вспомнить Крыловское
   
   А жаль, что незнакомъ
   Ты съ нашимъ пѣтухомъ.
   
   А чѣмъ дальше шла дѣятельность Гоголя, тѣмъ Полевой, какъ увидимъ позднѣе, все больше и больше ее не понималъ. Умница Сенковскій давалъ отзывъ объ отдѣльномъ изданіи "Повѣсти о томъ, какъ поссорился Иванъ Ивановичъ съ Ив. Никифоровичемъ", который былъ не особенно многословенъ, но зато рѣшителенъ: "Мы всегда были того мнѣнія, что повѣсть очень грязна". Вотъ и весь отзывъ. (По поводу же перваго появленія повѣсти въ "Новосельи" онъ и сравнилъ автора съ Поль-де-Кокомъ. Си. прим. 256). И это былъ законодатель вкуса огромной публики "Биб. д. Чт.". О той же повѣсти рецензентъ "Сѣв. Пч." говорилъ: "зачѣмъ показывать намъ эти рубища, эти грязныя лохмотья, какъ бы ни были они искусно представлены? Зачѣмъ рисовать непріятную картину задняго двора жизни и человѣчества, безъ всякой видимой цѣли?" Цѣли нѣтъ у Гоголя! Не увидѣлъ, значитъ, рецензентъ у Гоголя тѣхъ незримыхъ слезъ сквозь видимый смѣхъ, которыя Бѣлинскій усмотрѣлъ въ Гоголѣ раньше, чѣмъ Гоголь самъ такъ формулировалъ свое творчество.
   И сопоставляя то, что эта знаменитая формула вылилась у Гоголя только въ 1840 г. (въ 7-й главѣ "Мертвыхъ душъ"), т.-е. цѣлыхъ 5 лѣтъ спустя послѣ отзыва Бѣлинскаго, сущность котораго заключается именно въ томъ, что Бѣлинскій усмотрѣлъ серьезность задачъ, тоску и уныніе тамъ, гдѣ вся публика и самые благосклонные цѣнители видѣли только забавные анекдоты, можно поставить вопросъ такъ: типичный представитель творчества безсознательнаго,-- творчества, великаго тѣмъ, что оно отражало жизнь во всей ея полнотѣ, Гоголь и самъ не понималъ всѣхъ тѣхъ сторонъ, которыя лежали въ немъ скрыто и были разъяснены только геніальною прозорливостью Бѣлинскаго.
   Близко знавшій Гоголя Анненковъ прямо говоритъ въ біографіи Станкевича:
   
   "Неизвѣстно, что сталось бы съ Гоголемъ, впечатлительнымъ до крайности, если бы Москва раздѣлила сомнѣнія и холодность петербургской публики, но здѣсь онъ встрѣтилъ участіе, поднявшее, какъ нашъ хорошо извѣстно, нравственную бодрость его и сообщившее ему увѣренность въ своихъ силахъ. Послѣдняя все болѣе и болѣе росла съ тѣхъ поръ... Нѣтъ сомнѣнія, что Бѣлинскій первый положилъ твердый камень въ основаніе всей послѣдующей его извѣстности, начавъ первый объяснять смыслъ и значеніе его произведеній. Можно думать, что Бѣлинскій уяснялъ самому Гоголю его призваніе и открылъ ему глаза на самого себя. Для этого есть нѣсколько доказательствъ несомнѣннаго, историческаго характера!"
   
   Анненковъ не приводитъ этихъ доказательствъ и потому представятъ извѣстный интересъ наши доказательства, что предъ нами не простая гипотеза.
   Мы сейчасъ приведемъ отзывы двухъ людей, чрезвычайно близкихъ къ Гоголю, знавшихъ его не только по писаніямъ, но по тѣсному личному общенію. Они имѣли возможность узнать его душевный складъ не только по произведеніямъ, но и изъ личнаго наблюденія, изъ интимныхъ разговоровъ, изъ того, что онъ съ ними дѣлился своими планами и намѣреніями. Совершенно, значитъ, очевидно, что будь ему самому ясна его тоска, онъ бы не имѣлъ ни возможности, ни охоты скрывать ее отъ ближайшихъ людей. И тѣмъ больше, значитъ, славы Бѣлинскому, лично не звавшему еще тогда Гоголя и только чуткимъ сердцемъ изъ произведеній писателя понявшему то, что составляетъ основу его творческихъ настроеній. Одинъ изъ отзывовъ, о которыхъ мы теперь говоримъ, принадлежитъ Шевыреву, "гоголефилу", какъ онъ себя называлъ впослѣдствіи, и человѣку, убѣжденному, что онъ много сдѣлалъ для установленія репутаціи Гоголя. И въ самомъ дѣлѣ, въ первой своей рецензіи о повѣстяхъ Гоголя ("Моск. Наблюд." 1835 г., No 1) Шевыревъ употребляетъ эпитеты не шуточные. Статья начинается съ вопроса: "Кто изъ русскихъ читателей не знаетъ теперь о знаменитой ссорѣ Ивана Ивановича съ Ив. Никифоровичемъ?" Весь отзывъ вообще преисполненъ похвалъ, рецензентъ, разобравъ "Тараса Бульбу" считаетъ возможнымъ "поздравить нашу словесность съ такимъ созданіемъ, которое обличаетъ талантъ многосторонній, рѣшительный и кисть широкую и смѣлую въ повѣствователѣ". Но все же и въ этомъ очень благосклонномъ, отношеніи чувствуется что-то явно-покровительственное и нѣтъ и намека на великое значеніе Гоголя, на то, что онъ открываетъ собою новую эпоху: въ исторіи русской литературы. А главное. Шевыревъ даже приблизительно не чувствуетъ незримыхъ слезъ сквозь видимый міру смѣхъ.
   Какъ опредѣляетъ онъ сущность комизма Гоголя: "Мы не знаемъ гдѣ это, въ какомъ углу Малороссіи, въ Миргородѣ или въ Диканькѣ, авторъ этихъ хохотливыхъ вечеровъ открылъ кладъ до сихъ поръ до такой степени не, виданный въ нашей литературѣ: это кладъ простодушнаго, искренняго, ни у кого незанятаго и неистощимаго смѣха. Я думаю, что онъ нашелъ его въ Малороссіи, что онъ откупорилъ этотъ веселый духъ изъ завѣтной кубышки какого-нибудь малороссіянина, потому что въ литературѣ русской, и простонародной и образованной, мы не находимъ преданія о такой простодушной веселости". Затѣмъ идетъ рядъ разсужденій о томъ, что составляетъ сущность смѣшного въ искусствѣ и постоянное увѣреніе, что смѣхъ Гоголя "неистощимый''' и простодушный". Такимъ образомъ этотъ закадычный пріятель Гоголя и ученый эстетикъ былъ на сто верстъ далекъ отъ истиннаго пониманія Гоголя. Одинъ только "недоучившійся студентъ" Бѣлинскій, у котораго не было еще въ распоряженіи ни "Ревизора", ни "Мертвыхъ душъ", который могъ опереться только на одну авторскую фразу въ концѣ "Ссоры Ивана Ивановича съ Иваномъ Никифоровичемъ" ("Скучно, господа, жить на этомъ свѣтѣ"), понялъ сокровенный смыслъ творчества Гоголя, понялъ, что въ этомъ мнимо-простодушномъ смѣхѣ кроется червь глубочайшей тоски.
   При всемъ своемъ педантствѣ, Шевыревъ былъ однимъ изъ виднѣйшихъ дѣятелей журналистики, и какъ критикъ двумя головами стоялъ выше Булгариныхъ, Гречей и Сенковскихъ. Хоть не вполнѣ вѣрно, но все же онъ до извѣстной степени понималъ Гоголя, наконецъ считался его истолкователемъ и ходатаемъ предъ публикою. Слѣдовательно, публика прислушивалась къ его, голосу и не будь противодѣйствія Бѣлинскаго, такъ и осталась бы при мнѣніи, что Гоголь веселый, забавный увеселитель.
   Во всей критической литературѣ о первомъ періодѣ дѣятельности Гоголя есть только одинъ отзывъ, который въ одной фразѣ отчасти, но совсѣмъ съ другой стороны, подходитъ къ основной мысли статьи Бѣлинскаго. Этотъ отзывъ принадлежитъ Пушкину, который былъ не только великимъ поэтомъ, но и человѣкомъ замѣчательнѣйшаго литературнаго вкуса. Такимъ образомъ, если бы даже и было такъ, что во всей литературѣ вѣрно поняли Гоголя только Пушкинъ, да Бѣлинскій, то и это было бы очень характерно. Но на самомъ дѣлѣ и самый отзывъ на годъ позже появился, чѣмъ отзывъ Бѣлинскаго (въ "Современникѣ" 1836), и не имѣетъ въ себѣ и десятой доли выразительности и рѣшительности Бѣлинскаго. А вѣдь въ критикѣ рѣшительность, властность приговора -- главное условіе воздѣйствія на читателя. Вотъ этотъ отзывъ Пушкина. Какъ далекъ общій тонъ его отъ восторженнаго дифирамба Бѣлинскаго и какъ онъ, все-таки, центръ тяжести смѣха Гоголя видитъ въ его простодушности:
   
   "Читатели наши, конечно, помнятъ впечатлѣніе, произведенное надъ ними появленіемъ "Вечеровъ на хуторѣ": всѣ обрадовались этому живому описанію племени ноющаго и пляшущаго, этимъ свѣжимъ картинамъ Малороссійской природы, этой веселости, простодушной и вмѣстѣ лукавой. Какъ изумились мы Русской книгѣ, которая заставляла насъ смѣяться, мы, не смѣявшіеся со временъ Фонвизина! Мы такъ были благодарны молодому автору, что охотно простили ему неровность его слога, безсвязность и неправдоподобіе нѣкоторыхъ разсказовъ, представя сіи недостатки на поживу критики. Авторъ оправдалъ таковое снисхожденіе. Онъ ст. тѣхъ поръ непрестанно развивался и совершенствовался. Онъ издалъ Арабески, гдѣ находится его Невскій Проспекта, самое полное изъ его произведеній. Вслѣдъ за тѣмъ явился Миргородъ, гдѣ съ жадностію всѣ прочли и Старосвѣтскихъ помѣщиковъ, эту шутливую, трогательную идиллію, которая заставляетъ васъ смѣяться сквозь слезы грусти и умиленія, и Тараса Бульбу, коего начало достойно Вальтеръ-Скотта. Г. Гоголь идетъ еще впередъ. Желаемъ и надѣемся имѣть часто случай говорить о немъ въ нашемъ журналѣ".
   
   Въ этомъ отзывѣ первый моментъ своимъ неопредѣленнымъ сходствомъ поражаетъ слухъ фраза, что Гоголь заставляетъ "смѣяться сквозь слезы". Но вѣдь это, однако, совсѣмъ не то, что "незримыя слезы", кроющіяся за "видимымъ смѣхомъ", и совсѣмъ не то, что утвержденіе Бѣлинскаго: "оригинальность у г. Гоголя состоитъ въ комическомъ одушевленіи, всегда побѣждаемомъ чувствомъ глубокой грусти". Не говоря уже о томъ, что Пушкинъ говоритъ только о "Старосвѣтскихъ помѣщикахъ", онъ вѣдь къ ней подходитъ, какъ къ трогательной и умилительной повѣсти, тѣлъ не менѣе заставляющей васъ смѣяться. По Пушкину, способность Гоголя смѣшить такъ велика, что даже въ грустной по задачѣ повѣсти вы смѣетесь сквозь слезы. Слѣдовательно, по Пушкину, въ Гоголѣ смѣхъ всегда побѣждаетъ слезы; между тѣмъ какъ по Бѣлинскому совсѣмъ наоборотъ -- грусть побѣждаетъ всегда въ Гоголѣ смѣхъ. Пониманіе діаметрально-противоположное. ..
   Вся дальнѣйшая дѣятельность Гоголя показала, что правъ былъ Бѣлигскій, а не Пушкинъ. Историческое значеніе Гоголя въ томъ, что смѣхъ его былъ горькій, а не простодушный. А историческое значеніе Бѣлинскаго, слѣдовательно, въ томъ, что онъ первый и единственный, который это растолковалъ русской публикѣ.
   Чтобы покончить съ ролью Бѣлинскаго какъ перваго человѣка, понявшаго одновременно и великое значеніе таланта Гоголя, и безграничную горечь его мнимо-веселаго смѣха, намъ остается еще опредѣлить соотношеніе статьи съ мнѣніемъ о Гоголѣ кружка Станкевича.
   Соотношеніе это безусловно очень велико. Гоголь былъ истиннымъ любимцемъ всего кружка:
   
   "Станкевичъ и весь кругъ его", сообщаетъ Анненковъ, "поняли съ перваго раза смѣхъ, производимый созданіями Гоголя, весьма серьезно, почти такъ, какъ понималъ его впослѣдствіи самъ авторъ. Что касается до поэзіи, то людямъ, искушеннымъ въ этомъ дѣлѣ, легко было угадать ея оттѣнокъ на лицахъ и описаніяхъ Гоголевской фантазіи. Станкевичъ, смѣтливый отъ природы, уже не могъ никогда вспоминать нѣкоторыхъ подробностей въ его картинахъ безъ того, чтобъ не потерять совершенно хладнокровія. Такое дѣйствіе производило на него, напримѣръ, воспоминаніе о жидѣ (въ Тарасѣ Бульбѣ), который, снявъ верхнюю одежду, сталъ вдругъ похожъ на цыпленка. Да и въ первое знакомство съ Гоголемъ одно предчувствіе юмористическаго элемента, которымъ такъ обильны его творенія, повергало Станкевича въ припадокъ неудержимаго смѣха. При первомъ чтеніи повѣсти Гоголя: "Коляска", на которое собрались нѣкоторые друзья Станкевича, едва произнесены были слова, открывающія повѣсть и еще не заключающія въ себѣ ничего особеннаго, раздался общій дружный хохотъ съ трудомъ побѣжденный".
   Такъ встрѣчали молодые люди будущаго знаменитаго писателя нашего, угадывая въ его веселости и въ смѣхѣ, имъ порождаемомъ, первые симптомы литературной возмужалости, вмѣстѣ съ признаками пробуждающагося народнаго сознанія" (Біографія при "Перепискѣ" Станкевича, стр. 77--78).
   
   Слова Анненкова и разсказъ о чтеніи "Коляски" вполнѣ подтверждаются тѣмъ, что сообщалъ въ своихъ воспоминаніяхъ виднѣйшій послѣ Станкевича, и Бѣлинскаго членъ кружка -- Константинъ Аксаковъ.
   
   "Въ тѣ годы только что появлялись творенія Гоголя, дышащія новою небывалою художественностью, какъ дѣйствовали они тогда на все юношество, и въ особенности на кружокъ Станкевича! Во время нашего студентства вышло Новоселье, альманахъ; тамъ была повѣсть Гоголя: "О томъ какъ поссорился Иванъ Ивановичъ съ Иваномъ Никифоровичемъ". Помню я то впечатлѣніе, какое она произвела.
   Что можетъ равняться радостному сильному чувству художественнаго откровенія? Какъ освѣжало, ободряло оно души всѣхъ! Какъ само постепенное появленіе изданій геніальнаго художника оживляло, двигало общество! Радъ я, что испыталъ и видѣлъ все это. Станкевичъ цѣнилъ очень вѣрно и топко художественность Гоголя, особенно въ бездѣлицахъ!-- Вскорѣ послѣ выхода его и моего изъ университета Станкевичъ досталъ какъ-то въ рукописи Коляску Гоголя, вскорѣ потомъ напечатанную въ Современникѣ. У Станкевича былъ я и Бѣлинскій; мы приготовились слушать, заранѣе уже полyые удовольствія. Станкевичъ прочелъ первыя строки; "Городокъ Б. очень повеселѣлъ съ тѣхъ поръ, какъ началъ въ немъ стоять кавалерійскій полкъ"... и вдругъ нами овладѣлъ смѣхъ, смѣхъ несказанный; всѣ мы трое смѣялись, и долго смѣхъ не унимался. Мы смѣялись не отъ чего-нибудь забавнаго или смѣшного, но отъ того внутренняго веселья и радостнаго чувства, которымъ преисполнились мы, держа въ рукахъ и готовясь читать Гоголя.-- Наконецъ смѣхъ нашъ прекратился и мы прочли съ величайшимъ удовольствіемъ этотъ маленькій отрывокъ, въ которомъ, какъ и въ другихъ созданіяхъ Гоголя -- и полнота, и совершенство искусства" ("День" 18б2, No 40, стр. 4).
   
   Такимъ образомъ, въ общемъ, увлеченіе Бѣлинскаго Гоголемъ не составляясъ личной его заслуги. И все же онъ былъ безусловно оригиналенъ въ самой существенной части своего приговора -- въ признаніи Гоголя главою современной литературы. Тутъ онъ былъ оригиналенъ не только по отношенію къ Станкевичу и другимъ членамъ кружка, но, если можно такъ выразиться, по отношенію къ самому себѣ, къ самымъ недавнимъ собственнымъ взглядамъ своимъ. Сознаніе великаго значенія Гоголя какъ бы пришло къ нему полубезсознательно, въ моментъ геніальнаго критическаго наитія. Взглянемте въ самомъ дѣлѣ на постепенный ростъ его восторженнаго отношенія къ Гоголю. Въ "Литер. Мечтаніяхъ", въ той части ихъ, которая появилась въ декабрѣ 1834 г., Бѣлинскій посвящаетъ Гоголю не больше 5 строкъ и не больше чѣмъ довольно благожелательныхъ:
   
   "Г. Гоголь, такъ мило прикинувшійся пасечникомъ, принадлежитъ къ числу необыкновенныхъ талантовъ. Кому неизвѣстны его Вечера на хуторѣ близъ Диканьки? Сколько въ нихъ остроумія, веселости и народности? Дай Богъ, чтобы онъ вполнѣ оправдалъ поданныя имъ о себѣ надежды" (т. I, 390).
   
   Вотъ и весь отзывъ. Какъ мы уже замѣтили своевременно, слово, необыкновенный талантъ" здѣсь не нужно понимать въ современномъ употребленіи. На языкѣ того времени оно соотвѣтствовало нашему скромному, незаурядный". И весь тонъ отзыва этому вполнѣ соотвѣтствуетъ. Гоголь еще только "подаетъ надежды", ему посвящено 5 строкъ, въ то время какъ не только Марлинскому посвящены страницы, но даже "удивительной повѣсти" Ушакова "Кирігизъ-Кайсакъ" удѣлено больше вниманія. Но вотъ проходитъ всего 3 мѣсяца, появляется "Миргородъ" и въ предварительной замѣткѣ (см. II, стр. 94--95) взятъ почти надлежащій тонъ. Бѣлинскій имѣетъ уже въ своемъ распоряженіи весь тотъ литературный матеріалъ, который заставитъ его возвести Гоголя въ надлежащій литературный рангъ, но онъ еще не вдумался въ него всецѣло, не провелъ его чрезъ все то напряженіе чувства, на которое онъ способенъ въ моменты высшаго подъема своего критическаго чутья и потому еще не достигъ вершинъ своей вдохновенной прозорливости. Мало того, чрезъ недѣлю онъ прямо заявляетъ "я пока еще не вижу генія въ г. Гоголѣ" (II, 101). Приступая, наконецъ, къ самой статьѣ, о которой теперь рѣчь, Бѣлинскій разгорается только постепенно. Въ началѣ ея еще никакъ нельзя догадаться, что онъ подъ конецъ возьметъ такой высокій тонъ, поставитъ Гоголя во главѣ всей современной литературы, возведетъ въ рангъ генія, замѣщая имъ "мѣсго, оставленное Пушкинымъ". Это пришло само собою, въ моментъ высшаго напряженія энтузіазма, въ минуту полной дѣятельности великаго сердца.
   258) Все въ той же уже указанной (прим. 255) рецензіи Шевырева (стр. 403).
   259) Ср. прим. 242.
   260) "Молва" 1835, No 38, ценз. разр. 29 сент. 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ примѣровъ дурного перевода.
   261) Ср. прим. 488.
   262) Совсѣмъ теперь забытый ирландскій поэтъ и романистъ Чарльзъ Робертъ Матюренъ (1782--1825) пользовался въ эпоху романтизма огромнымъ успѣхомъ, благодаря своей любви къ изображенію страшныхъ преступленій, къ ужасамъ всякаго рода, привидѣніямъ и всему сверхчувственному. Его романъ "Мельмотъ-Скиталецъ" читался у насъ съ захватывающимъ интересомъ и заглавіе его долго было даже чѣмъ-то въ родѣ нарицательнаго слова для обозначенія непосѣдливыхъ, все куда-то рвущихся людей. Въ русск. переводѣ, кромѣ названныхъ здѣсь "Альбигойцевъ" имѣются: "Мельмотъ-Скиталецъ" (Спб. 1833) и "Исповѣдь Англичанина, употреблявшаго опіумъ" (Спб. 1834). Въ европейской литературѣ еще большею извѣстностью, чѣмъ "Мельмотъ-Скиталецъ", пользовалась мрачная драма "Бертрамъ".
   263) Правильнѣе Льюисъ (Lewis), англ. писатель (1773--1818), прославившійся своимъ мрачно-фантастическимъ романомъ "Монахъ" ("Monk", отчего его даже одно время называли, въ отличіе отъ другихъ Льюисовъ -- Monk-Lewis). По-русски Льюисъ переведенъ не былъ и Бѣлинскій съ нимъ былъ знакомъ либо по французскимъ переводамъ, либо по статьямъ объ англійской литературѣ.
   264) "Молва" 1835, No 38. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   265) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   266) "Телескопъ" 1835, No 9. Ценз. разр. отъ 1 октября 1835. Въ изданіе Солдатенкова вошло съ опущеніемъ конца цитируемаго тріолета Карамзина, что до извѣстной степени скрашиваетъ несправедливую аналогію, которую Бѣлинскій здѣсь проводить.
   267) Происхожденіе народной поэзіи Бѣлинскій, какъ и всѣ его современники, представлялъ себя гораздо проще, чѣмъ смотритъ на него позднѣйшее изученіе предмета.
   268) Компанія довольно странная. Когда владычествовалъ Тредьяковскій? Въ отзывѣ о Ронсарѣ, котораго Бѣлинскій, почти навѣрное можно сказать, зналъ только по наслышкѣ, сказались отголоски очень стараго теченія, и именно пренебреженія, съ которымъ отнесся къ Ронсару Буало въ своемъ "Art poétique". Романтическая школа ставила Ронсара очень высоко за его лирическія стихотворенія.
   269) Эта оцѣнка Баратынскаго не принадлежитъ къ блестящимъ страницамъ критическаго формуляра Бѣлинскаго. Мы еще вернемся къ ней по поводу позднѣйшей большой статьи Бѣлинскаго о Баратынскомъ.
   270) Восторги "Венеціанскою ночью" Козлова настолько же преувеличены, насколько Баратынскій несправедливо униженъ. Красота "Венеціанской ночи" крайне условна и вся ея "роскошь" и "таинственность" сводится къ весьма банальнымъ описаніямъ Италіи, лишеннымъ колорита дѣйствительности и сводящимся къ частому употребленію словъ "мирты", "октавы Тасса", "Брента", "гондола", и т. д. Бѣлинскій вспомнилъ о ней вѣроятно потому, что "Моск. Набл.", приложивъ къ I кн. романсъ Глинки на слова "Венеціан. ночи", перепечаталъ (изъ "Поляр. Звѣзды" 1825) и все стихотвореніе.
   271) Въ этомъ детальномъ перечисленіи хорошихъ стихотвореній Бѣлинскій, столь несправедливый въ общей оцѣнкѣ Баратынскаго, снова вполнѣ на высотѣ своего тонкаго вкуса. Онъ указываетъ именно все то, что дѣйствительно хорошо у Баратынскаго.
   272) О противорѣчіяхъ, между требованіемъ "современности" съ одной стороны и проповѣдью самодовлѣющаго искусства съ другой, см. т. I, стр. 362--63; 424, пр. 30; 426, пр. 36; 432, пр. 62; 439, пр. 118; 441, пр. 141.
   273) Очевидно, намекъ на разсказы о томъ, что даже экскременты Далай-Ламы имѣютъ цѣнность для вѣрующихъ тибетцевъ.
   274) "Молва" 1835, No 39. Ценз. разр. отъ 5 окт. 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ цитаты изъ романа.
   275) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. В. В. В.-- псевдонимъ одного изъ братьевъ Строевыхъ -- Владиміра Михайловича. Ср. примѣч. 203.
   276--79) "Молва" 1835, No 40. Ценз. разр. отъ 12 окт. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошли.
   280--81) "Молва" 1835, J6 41. Ценз. разр. отъ 19 окт. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошли.
   282) Гречъ по происхожденію былъ нѣмецъ.
   283) "Молва" 1835, No 41. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   284) Взгляды, подробнѣе развитые въ рецензіи на грамматику Калайдовича (выше стр. 28--42) и позднѣе въ собственной грамматикѣ.
   285) "Молва" 1835, No 41.
   286) Тамъ же. Отношеніе Бѣлинскаго къ Гуслистому, повидимому, очень несправедливо, если судить по слѣдующему заявленію, напечатанному въ "Нов. Вр." и другихъ газетахъ 1898 г. (см. "Книжный Вѣстн." 1898 г. No 27) петербургскимъ педагогомъ В. П. Геннингомъ:
   
   "Въ 1823 г. учитель Алексѣй Гуслистый напечаталъ "Россійскій букварь для обученія дѣтей грамотѣ по новѣйшему способу, не заставляя ихъ заучивать ни одного склада".
   Въ этомъ "Букварѣ" авторъ, первый изъ русскихъ педагоговъ, совершенно самостоятельно, не зная трудовъ Стефани, указалъ на звуковой способъ обученія грамотѣ и вѣрно опредѣлилъ его сущность. "Чтобы умѣть читать, надо умѣть вѣрно выговаривать звуки и правильно сливать ихъ одинъ съ другимъ".
   
   Біографическихъ свѣдѣній о Гуслистомъ не сохранилось. Можетъ быть, при посредствѣ вашей уважаемой газеты, кто нибудь изъ имѣющихъ какія-либо достовѣрныя свѣдѣнія о жизни и дѣятельности А. Гуслистаго соблаговолитъ доставить ихъ въ С.-Петербурга по слѣдующему адресу: Вас. остр., 9 линія, д. 46, гимназія д-ра Видемана, преподавателю В. П. Геннингу, собирающему матеріалы для біографіи А. Гуслистаго. Жаль и обидно будетъ, если вовсе порастетъ память о русскомъ Стефани".
   
   Біографическихъ свѣдѣній о Гуслистомъ дѣйствительно нѣтъ. Изъ отзывовъ о его трудахъ ложно указать: о "Двухъ способахъ) обучатъ дѣтей": "Моск. Телеграфъ". 1828. No 14. 287--97. О "Способа обучать Дѣтей читатъ по-русски": "Моск. Телегр." 1831. A3 14. 255. О "Краткой системѣ Россійск. Граммат.": 1) "Современникъ" 1838, т. 12, стр. 57. 2) "Библіот. для Чтенія" 1839, т. 32, отд. VI, 20. 3) "Сынъ Отеч." 1839, XII, отд. IV, стр. 143-- 146.
   Гуслистый издалъ слѣдующія руководства: 1) Два способа обучатъ дѣтей (и возрастныхъ) чтенію въ 40 часовъ на какомъ угодно изъ европ. діалектовъ, по преимущ. пис. для Россійск. грамматы СПБ. 1828--1829. 8°. 2) Россійскій букварь для обученія дѣтей грамотѣ по общепринятому способу не заставляя ихъ заучивать ни одного склада. Изд. 2-е, испр. и полнѣе объясн. въ трехъ част. съ 4-мя грав. и иллюстр. картинк. СПБ. 1830. 8°. Г. Геннингъ выше указываетъ 1-ое изданіе 1823 г. Его нѣтъ въ Публичной Библіотекѣ и оно не указано въ современныхъ каталогахъ. Тоже другое изд., подъ назв.: Способъ обучатъ дѣтей по Русски безъ заучиванія складовъ въ самое короткое время (въ 30 час., или уроковъ); и писать по диктовкѣ (въ 50 ч., или уроковъ), гдѣ и прилож. и обыкнов. способъ обуч. чтенію, заставляя заучивать склады. Изд. 2-е. СПБ. 1831. 8°. Тоже. Изд. 2-е. М. 1833. 8°. 3) Прописей Россійскихъ полнѣйшее собраніе, которое, кромѣ образцовъ трехъ почерковъ или Росс. Англ. Франц. и Готич. заключ., въ себѣ и объясн. какъ при обуч. чистопис. вмѣстѣ обучать легчайшій. способ, и диктовкѣ въ самое короткое время (не болѣе двухъ мѣс. со дня начатія чтеніемъ). СПБ. 1831. 2°. 4) Подарокъ матерямъ, или искусство пособлять однолѣтнему малюткѣ правильно и въ скоромъ времени говорить, а двухлѣтняго учить читать по слуху. М. 1832. 12°. 5) Отвѣтъ критикамъ, разсуждающ. при моемъ объявленіи: Краткая система Росс. Грамматики, заключ. въ себѣ многія нов. правила и критич. разборъ другихъ граммат. и проч., по которой обучаясь, легко можно изучить и грамматику употребит. иностр. языковъ, какъ то Франц. Латинск. и Нѣмецк. М. 1835. 8°. 6) Краткая система россійской грамматики, излож. по урокамъ съ вопросами, отвѣтами и задачами. М. 1838. 8°.
   287) "Молва" 1835, No 42. Ценз. разр. 25 окт. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Ср. отзывъ о Библіотекѣ Ротгана выше, стр. 237-- 40.
   288--291) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошли.
   292) "Молва" 1835, No 43. Ценз. разр. 2 ноября 1835. Обычное восторженное отношеніе къ Вальтеръ-Скотту. Ср. прим. 61--62.
   293) Одинъ изъ псевдонимовъ Сенковскаго-Брамбеуса.
   294) Ср. примѣч: 324 и 392.
   295) Ссылка на настоящее примѣч., по недосмотру, опущена въ текстѣ. Ее слѣдовало бы поставить на 267 стр., при заглавіи статьи No 145 -- "Московск. Новости". Статейка помѣщена въ "Молвѣ" 1836 г. No 44. Ценз, разр. отъ 9 ноября 1835. Въ изд. Солдатенкова вошла съ опущеніемъ конца, это значительно измѣнило тонъ рецензіи. См. прим. 297.
   296) Бѣлинскій подробнѣе говорилъ о смѣшныхъ, сантиментально-добродѣтельныхъ романахъ Извѣковой въ 1843 г. по поводу сочиненій Зинаиды Р--вой. Надъ плохими романами Извѣковой потѣшались еще современники. Такъ въ "Дневникѣ Студента" (Е П. Жихарева) подъ 18 апр. 1805 находимъ такую запись:
   
   "Не сочинять же мнѣ для тебя романовъ въ родѣ толстаго романа толстѣйшей барышни Извѣковой, за который недавно бѣдняга проглотила такую злую и обидную, хотя и не совсѣмъ острую, эпиграмму
   
   Извѣковой романъ съ Извѣковой и сходенъ,
   Онъ такъ же, какъ она, дороденъ,
   И такъ же ни къ чему негоденъ.
   
   Безжалостно высмѣялъ Извѣкову Батюшковъ въ своемъ "Видѣвіи за берегахъ Леты", гдѣ она фигурируетъ вмѣстѣ съ сочинительницей драмы "Густавъ Ваза" Титовой:
   
   Потомъ за нею обѣ дамы,
   На дамъ живыя эпиграммы и т. д.
   
   Однако, еще въ 1836 г. академикъ Д. И. Языковъ въ статейкѣ объ Извѣковой въ "Энц. Лексиконѣ" Плюшара (т. V, стр. 189, подъ Бедряга) увѣряетъ, что ея "сочиненія, написанныя до вступленія въ супружество, заслужили вниманіе отечественной словесности". Съ именемъ Извѣковой появились слѣдующія "сочиненія":
   1) Стихи на побѣды, одержанный росс. войскомъ надъ турками, подъ предв. графа Каменскаго. Спб. (1806?). 4°. 2) Эмилія, или печальныя слѣдствія безразсудной любви. М. 1806. 4 части. 3) Стихи къ русскимъ героямъ. 1806. 4) Альфонсъ и Флорестина, или счастливый оборотъ, драма въ 4 д. М. 1807. 12°. 5) Милена, или рѣдкій примѣръ великодушія. Спб. 1809. 16°. 6) Торжествующая добродѣтель надъ коварствомъ и злобою. 3 ч. Спб. 1809. 24°.
   По свидѣтельству Языкова, "между ея бумагами найдено нѣсколько сочиненій въ стихахъ и прозѣ, которыя до сихъ поръ остаются въ рукописи". Видимо, первый или первые романы Извѣковой изданы безъ ея имени, иначе какъ же объяснить эпиграмму, написанную Жихаревымъ въ 1805, между тѣмъ какъ первый романъ съ ея именемъ вышелъ въ 1806. Но указанію Языкова, Марья Евграфовна Извѣкова родилась въ дворянской семьѣ Зубцов. у. Твер. губ., 12 февр. 1794 г., но это явная ошибка (повторена и всѣми другими словарями) -- не въ 11 же лѣтъ она стала сочинять романы. Въ 1811 г. вышла замужъ за дѣйств. ст. сов. Ѳ. Н. Бедрягу, послѣ чего "совершенно посвятила себя домашнимъ обязанностямъ и только для отдохновенія принималась за перо". Ум. 15 янв. 1830 г. въ С.-Петербургѣ.
   Ср. о ней: 1) Голицынъ, Словарь писательницъ. 2) Геннадіи, Словарь. 3) Плюшаръ, Энц. Лексиконъ, 5, стр. 159. 4) Толль, Наст. Словарь, 2, 250. 5) Руссовъ, Словарь писательницъ, стр. 25. 6) Брокгаузъ-Ефронъ, Энц. Словарь. 7) Бѣлинскій, Сочиненія, въ изд. Солдатенкова, VII, 158--159. 8) Dupré de St-Maur, Anthologie russe, 1823 г. pg. XXV. 9) Макаровъ, въ "Дамск. Журналѣ" 1830, ч. 32, No 51. 10) "Молва" 1857, стр. 356 и 403. 11) К. Н. Батюшковъ, Сочиненія, подъ ред. Л. Н. Майкова и В. И. Саитова, т. I и III. 12) Жихаревъ, Записки.
   297) Полуироническая въ началѣ защита свѣтскости и модности чѣмъ ближе къ концу, тѣмъ становится все страннѣе и страннѣе. Статейка въ общемъ производитъ почти тягостное впечатлѣніе. Можно было высмѣять людей, съ чрезмѣрнымъ азартомъ нападающихъ на воды, думая, что не вѣсть какія высокія чувства обнаруживаютъ, по зачѣмъ же было серьезно рекламировать модный журналъ и приглашать на него подписываться? Защиту модъ см. также дальше (стр. 427--429).
   299) "Молва" 1835, No 44. Въ изд. Солдатенкова не вошло. См. дальше стр. 307--315.
   300) Тамъ же.
   301) "Богатоновъ" и "Добрый малый" -- комедіи Загоскина. "Ссора двухъ сосѣдовъ" -- очевидно не совсѣмъ точное заглавіе комедіи кн. Шаховскаго "Ссора или два сосѣда".
   302) "Телескопъ" 1835, т. XXVII, ценз. разр; отъ 24 ноября 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ значительнѣйшей части цитатъ.
   303) О нападкахъ "Сѣв. Пчелы" "Журнал. замѣтку" (стр. 297--306).
   304) Когда въ 1833 г. появилась драма Кукольника "Торквато Тассо" Сенковскій-Брамбеусъ писалъ по поводу ея: "Для меня нѣтъ образцовъ въ словесности: все образецъ, что превосходно, и я такъ же громко восклицаю "великій Кукольникъ" передъ его видѣніемъ Тасса и кончиною Лукреціи, какъ восклицаю "великій Байронъ" передъ многими мѣстами твореній Байрона" ("Библ. для Чтенія" 1834, т. I, отд. V, стр. 37 и соч. т. 8, стр. 24--25). Въ этомъ обыкновенно усматривается только проявленіе безвкусицы, которая мирно уживалась въ Сенковскомъ рядомъ съ крупнымъ умомъ и несомнѣннымъ талантомъ. Намъ, признаться, въ отзывѣ о Кукольникѣ чудится не столько безвкусица, сколько тонкая насмѣшка, потому что одновременно съ провозглашеніемъ Кукольника "великимъ", онъ ставилъ ему въ примѣръ "гибкость и величавую красу языка" автора драмы "Россія и Баторій", совершенно уже бездарнаго барона Розена. У Сенковскаго была вообще манера дурачить и онъ даже ученыя рѣчи произносилъ, которыя по существу были издѣвательствомъ надъ легковѣріемъ слушателей. Но какъ бы то ни было, чрезъ нѣкоторое время, когда его стали донимать за преувеличенныя похвалы Кукольнику, Сенковскій въ приведенныхъ Бѣлинскимъ словахъ преспокойно объявилъ, что это съ его стороны была шутка.
   305) Ср. примѣч. No 94.
   306) Отголоски общаго дурного отношенія Бѣлинскаго къ дѣятельности Пушкина въ тридцатыхъ годахъ. Ср. то же отношеніе въ "Литер. Мечт." т. I, стр. 364; т. II, пр. 419.
   307--308) Трилунный -- псевдонимъ поэта "Библ. для Чтенія" Дмитрія Юрьевича Струйскаго (1806--3 янв. 1856); Дмитріевъ, Михаилъ Александровичъ (23 мая 1796--3 сент. 1866). О нихъ еще будемъ имѣть поводъ говорить.
   309) Рѣчь, вѣроятно, объ отзывѣ друга Станкевича Невѣрова въ "Журн. М. Нар. Пр." 1836, ч. 9.
   310) Бѣлинскій всегда былъ чрезвычайно щепетиленъ по части неблагопристойностей въ печати и какъ здѣсь, такъ и позднѣе упорно отказывался цитировать "Наѣздницу". Стихотвореніе дѣйствительно, можно сказать безъ всякой pruderie, неприличное, однакоже, не такое, чтобы и цитировать его нельзя. Приведемъ его для характеристики щепетильности Бѣлинскаго:
   
   Люблю я Матильду, когда амазонкой
   Она воцарится надъ дамскимъ сѣдломъ
   И дергаетъ поводъ упрямой рученкой
   И дѣйствуетъ буйно визгливымъ хлыстомъ.
   Довольна усѣстомъ красивымъ и плотнымъ,
   Алеей съ конца пролетая въ конецъ,
   Она -- властелинка надъ статнымъ животнымъ.
   И тяжко подъ нею храпитъ жеребецъ,
   Скрежещетъ объ сталь сокрушительнымъ зубомъ,
   И млечная пѣна свивается клубомъ,
   И шея крутится упорнымъ кольцомъ,--
   Подъ дѣвою дѣвственникъ топчется, пляшетъ,
   И мордой мотаетъ, и гривою машетъ,
   И ноги, какъ нехотя, мечетъ потомъ,
   И скупо идетъ прихотливою рысью,--
   И въ рѣзвыхъ подскокахъ на знойномъ сѣдлѣ,
   Любуясь сама своей тяжкою рысью,
   Наѣздница въ пыльной рисуется мглѣ:
   На губкахъ пунцовыхъ улыбка играетъ,
   А ножка-малютка вся въ стремя впилась.
   Матильда въ галопъ скакуна поднимаетъ
   И зыблется, хитро на немъ взбочась,
   И носится вихремъ, пока въ утомленіи
   На каріе глазки не ляжетъ туманъ...
   Матильда спрыгнула въ роскошномъ волненіи
   И кинулась бурно на мягкій диванъ.
   
   Грубость, именно грубость и непристойность, а не "страстность", чѣмъ она многимъ тогда казалась, этой игры нечистаго воображенія, этого сопоставленія дѣвственницы и жеребца, этихъ усѣстовъ, этого знойнаго сѣдла и т. д. дѣйствительно изъ ряда вонъ выходитъ.
   311) Осмѣяніе и, можно сказать, уничтоженіе Бенедиктова составляетъ одну изъ наиболѣе блестящихъ страницъ въ литературномъ формулярѣ Бѣлинскаго. На ряду съ Кукольникомъ и Марлинскимъ, Бенедиктовъ былъ для Бѣлинскаго олицетвореніемъ той литературной пошлости и приподнятости, борьбу съ которой онъ поставилъ главною задачею своей дѣятельности. Онъ повелъ атаку съ необыкновенною стремительностью и одинъ во всей журналистикѣ, ко всеобщему удивленію и возмущенію, вступилъ въ борьбу съ репутаціею, которая начинала принимать небывалые размѣры. "Появленіе стихотвореній Бенедиктова", говорить Панаевъ въ своихъ воспоминаніяхъ, "произвело страшный шумъ и гвалтъ. Петербургскіе чиновники, профессоръ московскаго университета Шевыревъ и большинство петербургскихъ литераторовъ, начиная съ Жуковскаго, пришли въ совершенный экстазъ. Жуковскій, говорятъ, бѣгалъ съ ними по царскосельскому саду, пораженный новымъ явленіемъ. И только одинъ Пушкинъ остался хладнокровенъ. Прочитавъ Бенедиктова, на вопросы, какого онъ мнѣнія о новомъ поэтѣ, онъ отвѣчалъ, что у него есть превосходное сравненіе неба съ опрокинутой чашей". Изъ столицъ восторгъ не замедлилъ перейти въ провинцію. "Не одинъ Петербургъ, вся читающая Россія упивалась стихами Бенедиктова", свидѣтельствуетъ Я. П. Полонскій. "Онъ былъ въ модѣ -- учителя гимназій въ классахъ читали стихи его ученикамъ своимъ, дѣвицы ихъ переписывали, пріѣзжіе изъ Петербурга молодые франты хвастались, что имъ удалось заучить наизусть только что написанные и еще нигдѣ не напечатанные стихи Бенедиктова. И эти восторги происходили именно въ то время, когда публика съ каждымъ годомъ холодѣла къ высокохудожественнымъ произведеніямъ Пушкина, находила, что онъ исписался, утратилъ звучность, измѣнилъ рифмѣ и все чаще и чаще пишетъ бѣлыми стихами" (предисловіе къ соч. Бенедиктова изд. 1883--84 г.).
   Но краснорѣчивѣйшимъ выраженіемъ огромнаго успѣха первой книжки "Стихотвореній Владиміра Бенедиктова", выпущенной имъ въ 1835 г., можетъ служить то, что къ концу года ее больше не было въ продажѣ. "Ослѣпленная блескомъ и гармоніей бенедиктовскаго стиха", свидѣтельствуетъ Гербель, "публика, восторгъ которой не зналъ предѣловъ, буквально утопала въ морѣ звуковъ и раскупала книжку нарасхватъ, такъ что въ самомъ непродолжительномъ времени понадобилось новое изданіе, которое и вышло въ началѣ слѣдующаго года". ("Русск. поэты"). Черезъ три года, въ 1838 году, когда вышла вторая книжка стихотвореній Бенедиктова, имя его еще пользовалось такимъ обаяніемъ, что она разошлась въ количествѣ 3000 экземпляровъ -- цифра для того времени совершенно небывалая. Съ такою быстротою не расходились Пушкинъ и Лермонтовъ.
   Но этотъ успѣхъ былъ послѣднимъ. Для того, чтобы разошлись дальнѣйшія изданія, потребовался уже длинный рядъ лѣтъ. Реакція начинала сказываться, чадъ первыхъ восторговъ проходилъ, и хотя Шевыревъ (см. дальше статью о "Моск. Наблюдателѣ") и другіе панегиристы Бенедиктова и произносили всуе, рядомъ съ его именемъ, имена Пушкина и Жуковскаго, находя его вполнѣ достойнымъ фигурировать въ такомъ сообществѣ, но все-таки отпоръ, данный Бѣлинскимъ, уже начиналъ оказывать свое дѣйствіе. Въ продолженіе всей своей критической дѣятельности Бѣлинскій никогда не упускалъ случая такъ или иначе задѣть Бенедиктова и мало-по-малу онъ побѣждалъ ложный вкусъ публики. Когда въ 1835 г., среди общаго хора похвалъ новоявленному генію, раздались укоризны Бѣлинскаго въ "Телескопѣ", онѣ были встрѣчены общимъ негодованіемъ. Сердились даже свои -- Невѣровъ, напр. (ср. Переписку Станкевича, стр. 201), сердился молодой Тургеневъ (ср. его воспоминанія о Бѣлинскомъ). Но къ началу сороковыхъ годовъ хвалители уже говорили куда скромнѣе, а Бѣлинскій, напротивъ того, все властнѣе и властнѣе и даже безъ тѣхъ смягчающихъ оговорокъ, какъ въ первомъ своемъ отзывѣ.
   Въ печати Бѣлинскій былъ первый критикъ, выступившій противъ Бенедиктова. Но если обратиться къ внутренней жизни кружка, давшаго Бѣлинскому лучшія его настроенія и мысли, то, какъ и всегда, окажется, что Бѣлинскому тутъ принадлежитъ, главнымъ образомъ, сила чувства и страстность задора. 10 ноября 1835 г., значитъ за двѣ недѣли до того, какъ статья о Бенедиктовѣ была доставлена въ цензуру (а писалъ Бѣлинскій статьи всегда въ послѣднюю минуту) Станкевичъ писалъ Невѣрову:
   
   "Бенедиктова я читалъ и не соглашусь съ тобою. Онъ не поэтъ, или пока заглушаетъ въ себѣ поэзію. Изъ всѣхъ его стихотвореній мнѣ нравятся два: "Полярная звѣзда" и "Два видѣнія". Во всѣхъ другихъ однѣ блестки, мишура. Увлекая тремя, четырьмя счастливыми стихами, онъ вдругъ холодитъ тебя какимъ-нибудь вычурнымъ словомъ, которое онъ считаетъ за прелесть! Что не стихъ, то фигура; ходули безпрестанныя. Чувство выражается просто. Ни въ одномъ стихотвореніи Пушкина нѣтъ вычурнаго слова, необыкновеннаго размѣра,-- а онъ поэтъ. Бенедиктовъ блеститъ яркими, холодными фразами, звучными, но безсмысленными или натянутыми стихами. Наборъ словъ самыхъ звучныхъ, образовъ самыхъ яркихъ, сравненій самыхъ странныхъ -- души нѣтъ". (Переписка, стр. 156).
   
   Тутъ вся сущность статьи Бѣлинскаго, но безъ несравненнаго блеска его воодушевленія и безъ его рѣзкости, которая въ данномъ случаѣ сыграла главную роль, потому что надо было вышибать клинъ клинонъ и яркости прославленія противопоставить яркость отрицанія. Какъ всегда, значеніе отзыва не въ томъ, что Бѣлинскій былъ оригиналенъ въ своихъ мысляхъ и вкусахъ, а въ томъ, что онъ ринулся на борьбу съ ложными мыслями и ложнымъ вкусомъ со всею стремительностью своей боевой натуры. Ср. прим. 333.
   312) "Молва" 1835, No 45, ценз. разр. 16 ноября 1835. Эта небольшая рецензія составляетъ еще одну яркую иллюстрацію къ тому, что сказано нами въ примѣч. 166--167. "Кровь кипитъ" у Бѣлинскаго даже по поводу плохого учебника географіи.
   313) Бѣлинскій былъ совершенно правъ, нападая на то, что компиляторъ обратился къ такому устарѣвшему источнику. Но самъ по себѣ Иванъ Андреевичъ Геймъ (1758 -- 16 окт. 1821) былъ не только "статскимъ совѣтникомъ и кавалеромъ". Уроженецъ Нижней Саксоніи, Геймъ получилъ хорошее образованіе въ Геттингенскомъ университетѣ, въ 1779 поѣхалъ въ Россію гувернеромъ дѣтей А. А. Лопухина, асъ 1781 опредѣлился на службу въ моск. унив., сначала лекторомъ нѣмецк. яз. и суббибліотекаремъ, а затѣмъ профессоромъ исторіи и статистики. Много разъ былъ деканомъ и четыре трехлѣтія (по выбору профессоровъ) -- ректоромъ. Для своего времени Геймъ, державшійся въ главномъ предметѣ своихъ занятій и сочиненій -- географіи и статистикѣ методовъ и пріемовъ, установленныхъ Ахенвалемъ и Шлецеромъ, стоялъ вполнѣ на высотѣ научныхъ требованій. По-русски Геймъ напечаталъ:
   1) "Начертаніе всеобщаго землеописанія". М. 1811. 8°. 2) "Статистика соединенныхъ Великобританскаго и Ирландскаго государствъ". М. 1811. 3) "Первоначальныя основанія новѣйшаго всеобщаго землеописанія" М. 1813. 4) "Начертаніе всеобщаго землеописанія по новѣйшему раздѣленію государствъ и земель". 2 ч. (М. 1817 и 1819). 5) "Опытъ начертанія статистики главнѣйшихъ государствъ по нынѣшнему ихъ состоянію", ч. 1. М. 1821. По-нѣмецки Геймъ изд. въ 1789 г. въ Геттингенѣ огромный "Versuch einer vollständigen geographisch-topographischen Encyclopaedie des russischen Reiches nach alphabetischer Ordnung" (больше 1000 стр.). Популярность Гейма какъ географа была такъ велика, что составленная "по Гейму" книжка, уже при Бѣлинскомъ имѣвшая 9 изд., держалась потомъ еще двадцать лѣтъ -- 17-ое изд. вышло въ 1859 году!
   Кромѣ географіи, Геймъ очень много сдѣлалъ въ области практической лингвистики, издавъ рядъ словарей и пособій для изученія иностранцами русскаго языка и русскими иностранныхъ (списокъ ихъ см. въ словарѣ Геннадu). Въ 1811 г. Геймъ издавалъ "Moscowitische Zeitung".
   
   Ср. о немъ: 1) Евгеній, Словарь свѣт. писателей. 2) Снегиревъ-Евгеній, Словарь. 3) Геннади, Словарь. 4) Вернадскій, въ "Словарѣ проф. Моск. унив." 5) Березинъ, Энц. Словарь, (6) Брокгаузъ-Ефронъ, Энц. Словарь. 7) Querard, France litt. IV. 8) "Отчетъ Моск. унив." за 1821--1822 гг. 9) "Энц. лексиконъ", т. XIII. 10) "Отеч. Зап." 1821, ч. VIII, стр. 266--209. 11) "Сынъ Отеч." 1821, No 45, стр. 228--231. 12) "Моск. Вѣд." 1822, No 55. 13) Вестъ, Истор. обзоръ учебниковъ географіи. Отзывы: О "Франц. и россійск. словарѣ": "Русск. Вѣстн." 1809, No 7. О "Полн. россійск.-франц.-нѣмецк. словарѣ": "Московск. Вѣд " 1827, No 4, стр. 335. О "Начертаніи всеобщ. землеописанія": 1) "Сынъ Отеч." 1818, No 10. 2) Тамъ же, 1820, No 7. Объ "Опытѣ начертанія статистики", "Вѣстн. Евр." 1830, No 6, стр. 92. О "Краткой географіи", кротѣ Бѣлинскаго: 1) "Московск. Тел." 1831, No 16, стр. 518. 2) "Библіот. для Чтеніа" 1843, т. XLIII, отд. VI, стр. 21.
   314) "Молва" 1835, No 45. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   315) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. У Бѣлинскаго невѣрно приведены иниціалы и фамилія автора. Книжку сочинилъ довольно извѣстный впослѣдствіи финансистъ и политико-экономъ Юлій Андреевичъ Гагемейстеръ (1806--1878). Рецензія, съ которою полемизируетъ здѣсь Бѣлинскій, появилась въ "Библ. для Чтенія" 1835, No 12, отд. VI, стр. 7--8316) "Молва" 1835, No 45. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Это предувѣдомленіе о помѣщенной выше статьѣ (Je 149) мы помѣстили, однако, послѣ. потому что хотя оно и появилось въ свѣтъ раньше -- 16 ноября, но было написано послѣ того какъ большая статья Бенедиктова (ценз. разр. 24 ноября), была сдана въ печать.
   317) "Молва" 1835, No 46--47. Ценз. разр. 30 ноября 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ конца (спрашиваемъ, захочетъ ли и т. д.).. Бѣлинскій здѣсь проницательно опредѣлилъ сущность духовной физіономіи Зеленецкаго, который въ теченіе всей своей дальнѣйшей 25-лѣтней литературной дѣятельности остался такимъ же человѣкомъ добрыхъ намѣреній по преимуществу. Относительно говоря, Зеленецкій вѣрно хранилъ завѣты молодости и отразилъ въ своихъ книгахъ и статьяхъ тотъ умственный подъемъ, которымъ характеризуется внутренняя жизнь московскаго студенчества начала 30-хъ годовъ. (См. т. I, стр. 419--20). Однокурсникъ Станкевича, Строева, Красова, Ефремова, Бодянскаго, Зеленецкій на всю жизнь сохранилъ "уваженіе къ высокимъ человѣческимъ предметамъ" и "любовь къ мыслительности", слѣдилъ за современностью, живо интересовался литературно-философскимъ движеніемъ 40-хъ годовъ. Но таланта у него было мало, взгляды его были лишены опредѣленности и неудивительно, что и критика къ нему всегда относилась холодно и неопредѣленно. Мы видѣли, какъ къ нему отнесся Бѣлинскій; приблизительно такъ же къ нему въ концѣ 40-хъ годовъ отнесся представитель слѣдующаго поколѣнія Валеріанъ Майковъ. Но столь же холодно отзывался о немъ и представитель старыхъ литературныхъ понятій -- Плетневъ, и только Сенковскій видѣлъ въ немъ человѣка новыхъ, ненавистныхъ ему философскихъ стремленій и потому вышучивалъ его.
   Константинъ Петровичъ Зеленецкій, р. въ 1812 г., въ 1834 г. кончилъ курсъ словеснаго факультета моск, ун., гдѣ затѣмъ въ 1838 г. получилъ степень магистра русск. словесности. Съ 1837 до самой смерти -- 12 апр. 1858 г. былъ профессоромъ русск. словесности въ одесскомъ Ришельевскомъ лицеѣ; съ 1837--56 былъ цензоромъ.
   Отдѣльнымъ изданіемъ напечаталъ: 1) Опытъ изслѣдованія нѣкоторыхъ, теоретическихъ вопросовъ. 2 книжки. М. 1835--1836. 8°. 2) Четыре повѣсти. М. 1857. 12°. 3) Изслѣдованіе значенія, построенія и развитія слова человѣч. и прилож. сего изслѣд. къ языку Русскому. Разсужденіе. М. 1837. 8°. 4) Объ изяществѣ въ древнемъ и новомъ мірѣ. ("Годичный Актъ Ришельев. Лицея". 1838 г.). Одесса. 1838. 4°. 5) Система и содержаніе философскаго языкоученія, въ приложеніи къ языку Русскому. Сиб. 1841. 8°. 6) Біографія Михаила. Трофимовича Каченовскаго. (Изъ "Зап. Одесск. Общ. Ист. и Древн."). Одесса. 1844. 8°. 7) О началѣ и образователяхъ языка Церковно-Славянскаго. Рѣчь. (Изъ "Годичн. Акта Ришельев. Лицея". 1844 года). (1844). 4°. 8) Изслѣдованіе о риторикѣ въ ея наукообразномъ содержаніи и въ отношеніяхъ, какія имѣетъ она къ общей теоріи слова и къ логикѣ. Од. 1846. 8°. 9) О языкѣ церковно-славянскомъ, его началѣ, образователяхъ и историч. судьбахъ. Од. 1846. 4°. 10) Объ. особенностяхъ русск. яз и объ отнош. его къ яз. западпо-европейскимъ. Изъ "Годичн. Акта Ришельев. Лицея" 1848). Од. 1848. 4°. 11) Теорія поэзіи. Од. 1848. 8°. 12) Общая риторика. Од. 1819. 8°. 13) Лекція о главн. эпохахъ въ исторіи поэзіи. Од. 1849. 14) Исторія русск. литер. для учащихся. Од. 1849. 8°. 15) Курсъ русской словесности для учащихся. 1. Общая риторика. 2. Частная риторика. 3. Шишка. Од. 1849. 16) Піитика. Од. 1849. 8°. 17) Частная риторика. Од. 1849. 8°. 18) Исторія Красной площади. М. 1851. 19) Объ идеальной основѣ, свойствахъ и видахъ изящества. Рѣчь. (Изъ "Годичнаго акта Ришельев. Лицея". 1851.). Од. 1851. 4°. 20) Теорія словесности. Курсъ гимназическій. 4 ч. Спб. 1852--54. 21) Болгаринъ Николай Степановичъ Балаузовъ. (Изъ "Одесск. Вѣсти." 1853, No 78). 8°. 22) Введеніе въ общую филологію. Од. 1853. 8°. 23) О художественно-націон. значеніи произвед. Пушкина. Рѣчь. (См. "Годичн. актъ Ришельев. Лицея, 1854 и "Жури. Мин. Нар. Просв." 1855 3. ч. LXXXV, стр. 213--246). Од. 1854. 4°. 24) Записки о бомбардированій Одессы 10-го апр. 1854 г. Од. 1855. 8°. 25) О русскомъ языкѣ въ Новороссійскомъ Краѣ. Од. 1855. 26) О русской литературѣ въ эпоху преобразованія по отнош. къ обществу. соврем. этой эпохѣ. ("Торжеств. актъ Ришельев. Лицея". 1856--57", 41 стр.). Од. 1857.8°.
   Въ 1848 г. Зеленецкій издалъ альманахъ "Альціона. Учено-Литерат. Сборникъ". Вып. 1-й. Одесса. Изъ Журнальныхъ статей, не выходившихъ отдѣльными оттисками, намъ извѣстны: 1) Жизнь и дѣятельность Бларамберга. "Зап. Од. Общ. Ист. и Древн." 1849. 2) Кавказскія минеральныя воды. "Москвитянинъ" 1853, ч. II, No 6, отд. VII, стр. 41. 3) Свѣдѣнія о пребыв. Пушкина въ Кишиневѣ и Одессѣ и примѣч. къ опис. Одессы, помѣщ. въ Евг. Онѣгинѣ. Тамъ-же, 1854, т. III, отд. V, стр. 1. 4) Записки на пути по Херсонской губ. "Вѣстн. Имп. Русск Географ. Общ." 1857, ч. XXI, кн. 6, отд. II, стр. 200--277. 5) Cв. Дмитрій Ростовскій, князь Кантемиръ, Ломоносовъ и Карамзинъ. 6) Введеніе въ словесность. "Жури. М. Нар., Пр.", ч. XVIII. 7) Объ особенностяхъ языка Русскаго, объ отношеніи его къ языкамъ Занадно-Европейскимъ. Тамъ-же, ч. 73. Разнаго рода замѣтки Зеленецкій помѣщалъ въ "Одес. Вѣстн.". и "Новор. Календарь". Ср. о немъ 1) Михневичъ. Ист. обзоръ Ришельевск. Лицея. Одесса. 1857, стр. 87. 2) "Торж. актъ Риш. Лицея", 1858, стр. 21--23. (Некролопь). 3) "Изв. И. Арх. Общ." 1859, вып. 5. 4) "Од. Вѣстн." 1859. NoNo 41 и 42. (Крат. некр. и о погреб. его). 5) "Библіогр. Зап." 1859. No 20. (Списокъ произв.). 6) Н. Барсуковъ, Жизнь и труды М. П. Погодина. 7) В. Майковъ, Крит. опыты, стр. 487--493. 8) Шевыревъ, Исторія Моск. унив., стр. 572, 73. 9) Словари Геннади, Толя, Березина, Брокгауза-Ефрона. Ср. также въ наст. изданіи т. I, стр. 417, прим. 23. Отзывы о его литературныхъ трудахъ: Объ "Опытъ изслѣдов. нѣкот. теоретич. вопросовъ", кромѣ Бѣлинскаго: 2) "Библ. для Чтенія" 1835, X, отд. VI, стр. 21. 3) Тамъ-же, 1836, т. 16, отд. VI, стр. 30. О "Четырехъ повѣстяхъ". 1) "Библ. для Чтенія" 1837, кн. 22, отд. VI, стр. 47. 2) "Литерат. Приб." 1837, No 21. Объ Изслѣд. значенія, постр. и разв. слова человѣч: 1) "Библ. для Чтенія" 1837, т. 22, отд. VI, стр. 58. 2) "Сынъ Отеч." 1848, т. 5, кн. 9, отд. VI, стр. 3. О "Объ изяществѣ въ древнемъ и нов. мірѣ": 1) "Современникъ" 1839, т. 15, стр. 58--59. 2). "Отеч. Зап." 1839, т. III, отд. VII, стр. 52. 3) П. А. Плетневъ, соч. II. Мелкіе крит. разборы, стр. 278, 279. О "Оистемѣ и содерж. философ. языкоученіи:" 1) "Отеч. Зап." 1841, т. XV, отд. VII, стр. 52. 2) "Маякъ" 1841, ч. XV, стр. 91. Объ "Изслѣдов. о риторикѣ": 1) "Журн. Мин. Нар. Просв." 1846, т. 52, отд. 6, стр. 149--151, 2) "Отеч. Зап." 1846. No 12, т. 49, отд. 6, стр. 81--85. 3) "Современникъ". 1846, т. 44, стр. 104--107. 4) "Од. Вѣстн." 1846. No 92. 5) "Библ. для чтенія", т. 80, отд. VI, стр. 38. 6) П. А. Плетневъ, Соч. II. Мелкіе крит. разборы, стр. 552--554. Объ "О языкѣ церковно-славянск. его началѣ, образов. и историч. судьбахъ": 1) "Журн. Мин. Нар. Просвѣщ." 1846, т. 52, отд. 6, стр. 99--103. 2) "Современникъ" 1846, т. 42, стр. 354--356. 3) "Од. Вѣстн." 1346, No 38. 4) "Отеч. Зап." 1846, т. 49, отд. VI, стр. 27. Объ "Объ особенностяхъ русск. яз. и объ отнош. его къ яз. зап.-европ:. 1) "Отеч. Зап." 1848. No 10, т. 60. отд. 6, стр. 65--72. 2) "Современникъ" 1848, т. XI, отд. III, стр. 61. О сборникѣ "Альціона": 1) "Москвитянинъ" 1849, No 1, стр. 37. 2) Сынъ Отеч.", 1847, кн. 1, отд. 6, стр. 55--57; 1848, т. 5, кн. 9, отд. 6, стр. 1--3. 3) "Отеч. Зап." 1848, т. 60, отд. 6, стр. 7. 4) "Современникъ" 1848, т. XI, отд. III, стр. 61. Объ "Общей риторикѣ": "Сынъ Отеч." 1850, т. 2, кн. 4, отд. 6, стр. 1. Объ "Ист. русск. литературы": 1) "Библіот. для чтенія" 1849, т. 96, отд. 6, стр. 33--35. 2) "Москвитянинъ" 1849, No 14, кн. 2, стр. 30; 1851, т. 8, кн. 2, стр. 526. 3) "Современникъ" 1849, No 10, т. 17, отд. 3, стр. 105--106. 4) "Сынъ Отеч." 1850, т. 2, кн. 4, отд. 6, стр. 1--16. 5) "Од. Вѣстн." 1849, No 69 и 70. 6) "Сѣв. Пчела* 1849, No 186. 7) "Отеч. Зап." 1849, т. 66, 6, стр. 1. О "Піитикѣ": "Сынъ Отеч." 1850, т. 2, кн. 4, отд. 6, стр. 1--16. О ст. "Св. Димитрій Ростовскій, князь Кантемиръ, Ломоносовъ и Карамзинъ": "Библ. для Чтенія", т. 106, отд. VI, стр. 53. О соч. "Частная риторика": "Сынъ Отеч. 1850, т. 2, кн. 4, отд. 6, стр. 1--16. О ст. "Жизнь и ученая дѣят. Бларамберга": "Современникъ" 1849, т. XII, отд. III, стр. 127. Объ "Исторіи Красной площади*: 1) "Отеч. Зап." 1851, No 12, т. 79, отд. 6, стр. 50--51. 2) "Москвитянинъ" 1851, No 19 и 20, кн. 1 и 2, стр. 598-- 600. О "Объ идеальной основѣ, свойствахъ и видахъ изящества". 1) "Отеч. Зап.", 1851, No 11, т. 79, отд. 6, стр. 18-23. "Москвитянинъ" 1851, No 21, кн. 1, стр. 179--183. 3) "Сынъ Отеч." 1851, кн. 9, т. 5, стр. 5--9. О "Теоріи словесности": "Отеч. Зап." 1851 No 7, т. 77, отд. 6 и 1852, No 2, т. 80, отд. 6, стр. 81-82. О "Запискахъ, о бомбард. Одессы 10-го апр. 1854 г.": 1) "Отеч. Зап." 1855, No 4, т. 99, отд. VI, стр. 65. 2) "Спб. Вѣдом." 1855. No 88. Объ "Орусек. яз. въ Новоросс. краѣ": 1) "Од. Вѣстн." 1856, No 13. и 21. 2) "Моск. Вѣдом." 1856, No 45. О соч. "О русск. литерат. въ эпоху преобризов. по отнош. къ общ. соврем. этой эпохѣ": 1) "Одесск. Вѣстн." 1857, No 193. 2) "Современникъ" 1857, т. СXVI, No 12, отд. IV, стр. 33--42. 3) "Русск. Имп." 1857, No 275.
   318--321) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошли.
   322) Тамъ же.
   323) Выступленіе Бѣлинскаго на литературное поприще не прошло незамѣченнымъ. Онъ тотчасъ пріобрѣлъ себѣ горячихъ поклонниковъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ нажилъ и ожесточенныхъ враговъ. Однако, какъ тѣ, такъ и другіе, въ печати не выступали и статейка Булгарина была первымъ, сколько-нибудь крупнымъ, нападеніемъ. Оттого-то Бѣлинскій такъ быстро на нее и отозвался.
   324) Больше полугода тянулись въ "Сѣв. Пчелѣ" Булгаринскія "Путевыя записки въ поѣздку изъ Дерпта въ Бѣлоруссію весною 1835 года", дѣйствительно очень скучныя. "Прекурьезныя вещи", которыя Бѣлинскій собирался выловить изъ нихъ, вѣроятно заключались бы въ подчеркиваніи общаго пошлаго тона "Записокъ". Чего-нибудь особенно-выдающагося изъ обычно-пошлаго пошиба Булгарина мы въ нихъ не нашли.
   Вражда Булгарина противъ "Библ. д. Чт." выражалась главнымъ образомъ въ помѣщеніи разныхъ протестовъ обиженныхъ рецензіями и другими выходками Сенковскаго авторовъ: Кукольника (NoNo 159--161), Глаголева (NoNo 183--186), А. С. (No 224), И. Ертова (No 229). Причина этой размолвки недавнихъ друзей была самая простая: поссорились между собою издатели "Энцикл. Словаря" Плюшаръ и издатель "Библ. д. Чт." Смирдинъ, отъ которыхъ въ различной степени зависѣла почтенная троица заправилъ петербургской журналистики. Кромѣ того, между Гречемъ и Сенковскимъ вышли "контры" изъ-за вліянія на щедраго и податливаго Смирдина. Кончилось тѣмъ, что Гречъ оставилъ "Библіотеку", гдѣ только-что былъ объявленъ главнымъ редакторомъ, и сталъ главнымъ редакторомъ "Энцикл. Лексикона", а главнымъ редакторомъ "Библіотеки" былъ объявленъ Сенковскій. Булгаринъ, конечно, взялъ сторону своего соиздателя. Ср. прим. 392.
   325) Статейка Булгарина, посколько она касается Бѣлинскаго, приведена здѣсь почти цѣликомъ.
   326) Какъ Булгаринъ, такъ и Бѣлинскій, перепечатывая это указаніе, впали въ грубую фактическую ошибку. Цитируемое место рецензіи Сенковскаго ни въ какомъ случаѣ не можетъ считаться возраженіемъ на "Литератур. Мечтанія" по той простой причинѣ, что "Литер. Мечт." стали печататься въ "Молвѣ" въ сентябрѣ 1834 года, а цитируемое мѣсто взято изъ рецензіи на "Мазепу" Булгарина, появившуюся во II т. "Библ. для Чтенія" 8 мѣсяцами раньше -- въ январѣ 1834 г. Ознакомленіе съ сейчасъ названной рецензіей дало намъ еще одно цѣнное указаніе для подтвержденія того, что мы сказали по поводу "Литер. Мечт.", какъ статьи, всего менѣе интересной съ точки зрѣнія новизны. Въ прим. 9 къ "Лит. Мечт." (т. I, стр. 4і4--
   416) мы показали, что одну изъ центральныхъ мыслей статей -- "у насъ нѣтъ литературы", отнюдь нельзя назвать собственною "фантазіею" Бѣлинскаго. Въ ряду приведенныхъ тамъ доказательствъ первое мѣсто и совершенно рѣшающее должно занять начало статьи Сенковскаго о "Мазепѣ":
   
   Критика?... Вы ожидаете отъ меня Критики?... Извините: у насъ нѣтъ Критики! Такъ утверждаютъ многіе изъ насъ, многіе изъ нашихъ собратій. Не далѣе какъ въ началѣ января, одни изъ насъ кричали, что въ прошломъ году не вышло у насъ ни одной книги; другіе, что у насъ не стоить заниматься Словесностью, ибо она не представляетъ труженикамъ своимъ ни какихъ существенныхъ выгодъ; третьи, что у насъ нѣтъ единства въ Словесности; четвертые, что у насъ нѣтъ литературнаго міра; пятые, что у насъ нѣтъ Критики; шестые, что у насъ нѣтъ -- нѣтъ даже Литературы!... И такъ, вотъ до чего мы дожили!
   У насъ нѣтъ Литературы! Что же такое значатъ 12,000 званій Русскихъ книгъ въ каталогѣ нашей книжной торговли? Это вѣрно 12,000 Голландскихъ сельдей! Мы такъ вѣжливы къ другимъ народамъ, что говоримъ и пишемъ всякой день: Литература Санскритская, Литература Испанская, Скандинавская, Турецкая, Персидская, Татарская, -- даже Литература Монгольская, хотя она состоитъ вся изъ одной исторической книги и ста восьми книжекъ Ганджура; мы притомъ такъ образованы и учены, что говоримъ и пишемъ это очень правильно, но голосу всей Европы; все это мы говоримъ и пишемъ,-- а когда взглянемъ на наши 12,000 сочиненій, то съ униженіемъ, со стыдомъ, потупя глаза и покраснѣвъ, какъ раки въ кастрюлѣ, произносимъ у насъ нѣтъ Литературы!... И это говорятъ Русскіе Русскимъ же? И это говорятъ въ глаза народу, у котораго были Ломоносовъ, Державинъ, Озеровъ, Крюковской, фонъ-Визинъ, Карамзинъ и Грибоѣдовъ,-- у котораго теперь есть Крыловъ, Жуковскій, Пушкинъ, Марлинскій, Булгаринъ, Загоскинъ, не считая другихъ по двадцати пяти уважительнымъ причинамъ? Воля ваша, а вы очевидно издѣваетесь надъ нами, беззащитными читателями, или -- не хотите понять значенія слова "Литература". Но если вы дѣйствительно тому вѣрите, если вы не-шутя пришли въ эту степень сплина, я скажу вамъ весьма простое средство мигомъ исправить дѣло: сдѣлайтесь Монголами!... У васъ будетъ Исторія почтеннаго Ламы Сананъ-Сецена и Ганджуръ въ 108 прекрасныхъ книжкахъ -- и на другой день вся ученая Европа скажетъ, что у васъ есть Литература.
   
   Съ кѣмъ тутъ спорилъ Сенковскій, и самъ то не разъ подчеркивавшій бѣдность нашей литературы, сказать трудно. Просто съ общимъ мѣстомъ.
   327) Не въ бровь, а въ глазъ Булгарину, который принималъ участіе въ качествѣ польскаго легіонера въ походѣ Наполеона въ Испанію. Весьма знаменательно, что уже теперь, когда Бѣлинскій былъ политически не менѣе благонамѣренъ, чѣмъ "Сѣв. Нчела", Булгаринъ не останавливается передъ произнесеніемъ такихъ словъ, какъ "измѣна" и "ренегатъ".
   238) Перефразировка послѣднихъ стиховъ извѣстной, ходившей по рукамъ эпиграммы, написанной, вѣроятно, Пушкинымъ и Баратыискимъ
   
   Двойной присягою играя,
   Полякъ въ двойную цѣль попалъ:
   Онъ Польшу спасъ отъ негодяя
   И русскихъ братствомъ запятналъ.
   
   329) См. о немъ въ слѣдующихъ томахъ -- въ рецензіяхъ 1839 г. о "Георгѣ Милордѣ Аглицкомъ".
   330) Къ Николаю Гавриловичу Курганову (1725--1790) въ то время было принято относиться только насмѣшливо, хотя его "Письмовникъ" нѣкогда сыгралъ крупную роль въ исторіи русскаго просвѣщенія, пріохотивъ къ чтенію людей, до того никогда и книгу въ руки не бравшихъ. См. о немъ въ дальнѣйшихъ томахъ (подъ 1845 г. по поводу "Сельскаго Чтенія").
   331) См. о немъ въ рецензіяхъ 1839 г.
   332) Для читателя, однако, было совершенно ясно, что Пси, хваставшій, что его "издѣлій", и расходится "по четыре тысячи экземпляровъ", конечно -- не кто иной какъ Булгаринъ. Бѣлинскій упорно называетъ автора рецензіи "г. Пси", но въ дѣйствительности статейка подписана: Кcu.
   333) "Телескопъ" т. XXVII. Цензур. разр. отъ 4 дек. 1835. Въ изд. Солдатенкова, конечно, не вошло. У васъ это примѣчаніе не совсѣмъ точно озаглавлено. Надо было сказать: Примѣчаніе къ стихотвореніямъ К. Эврипидина, "Воспоминаніе" и "Скала". Объ Эврииидинѣ си. примѣчаніе 158. Приводимъ стихотворенія, какъ очень интересный и важный pendant къ статьѣ Бѣлинскаго о Бенедиктовѣ. Если сравнить второе изъ этихъ стихотвореній "Скала" съ приведеннымъ въ статьѣ Бѣлинскаго стихотвореніемъ "Утесъ" (см. выше, стр. 282), то становится совершенно яснымъ, что мы имѣемъ тутъ дѣло съ талантливой и очень тонкой пародіей. Можно смѣло поручиться, что безъ примѣчанія Бѣлинскаго никто бы и не замѣтилъ тонкой ироніи. Нашелся бы, быть можетъ, и новый Шевыревъ, который призналъ бы Эврипидина восходящимъ свѣтиломъ. Помѣчены стихотворенія ноябрь 1835, а статья Бѣлинскаго о Бенедиктовѣ цензурована 24 ноября 1835. Если затѣмъ присоединить сюда письмо Станкевича отъ 10 ноября 1835 г. (оно цитировано въ примѣч. 311-мъ), то предъ нами обрисовывается цѣлый эпизодъ изъ жизни кружка: всѣ члены его были одинаково взволнованы успѣхомъ стиховъ Бенедиктова, вмѣстѣ обсуждали эту безвкусицу и затѣмъ каждый по-своему выразилъ волновавшія его чувства: Станкевичъ, чуравшійся журнальной работы, ограничился письмомъ къ другу, Аксаковъ, въ то время переживавшій шаловливый періодъ жизни -- далъ пародію, а Бѣлинскій ринулся въ литературную битву, отразивъ, конечно, въ содержаніи статьи достояніе всего кружка, но въ стремительности нападенія -- только собственную силу чувства.
   Вотъ стихотворѣнія Эврипидина:
   
                       Воспоминаніе.
   
   Кто отдастъ мнѣ молодость, время незабвенное,
             Время наслажденія?--
   Ты, Воспоминаніе, чувство драгоцѣнное,
             Чувство утѣшенія!
   Я стою задумчивый: ты лучемъ живительнымъ
             Гонишь мракъ минувшаго --
   И картины тянутся призракомъ плѣнительнымъ
             Счастія мѣлькнувшаго!
   Время ихъ окутало сумрачною дымкою,
             Многое скрывается...
   Горесть въ душу бѣдную входить невидимкою,
             Сердце надрывается!
   Это слезы радости, это слезы сладкія
             Милаго свиданія:
   Отъ скупаго времени я хожу украдкою
             Въ міръ Воспоминанія;
   У Сатурна стараго, тамъ оно, игривое,
             Крадеть дни минувшіе,
   И страдальцу видятся времена счастливыя,
             Радости уснувшія.
   Снова вижу дѣву я въ тишинѣ торжественной,
             Въ дымкѣ фантастической!
   Снова слышу голосъ я дѣвы той божественной,
             Голосъ мелодическій!
   И стремлюся радостно я къ мѣтѣ таинственной,
             По пути страданія:
   Вѣрный другъ идетъ со мной, спутникъ мой единственный --
             Ты, Воспоминаніе...
                                                                                             К. Эврипидинъ.
   Ноябрь. 1835.
   
                                 Скала.
   
             Скала наклонилась надъ бездной морской
             И въ воды отважно глядится;
             На ней, недовольный долинъ красотой,
             Орелъ бурнокрылый гнѣздится.
             Ее обвиваетъ волнистая мгла,
             И, въ сизомъ покровѣ тумана,
             Стоитъ, чуть видна, вѣковая скала,
             Какъ призракъ бойца-великана.
             Печально вылъ вѣтеръ, и мраки легли
             На землю густымъ покрываломъ,
             Неслись на скалу и взлетали валы --
             Скала имъ въ отвѣтъ напѣвала:
   "Бейся, море, со мной, мой старинный злодѣй,
             Высылай своихъ ратниковъ шумныхъ!
   Ихъ напоръ встрѣчу я твердой грудью моей,
             И назадъ отобью ихъ безумныхъ!
   Не прокатится валъ но моимъ раменамъ,
             Не омоетъ высокой вершины --
   Я стою -- не боюсь: и на зло временамъ
             И на зло твоей злобѣ старинной.
   День придетъ, можетъ быть, такъ угодно судьбѣ,
             На послѣднюю битву я стану,
   И паду я въ борьбѣ, но паденьемъ тебѣ
             Нанесу я смертельную рану:
   Глубоко, глубоко: до песчанаго дна
             Не засыплешь своими песками!
   Широко, широко: не сольется она,
             Не замоешь своими волнами!"
   Насталъ грозный часъ и двѣ тучи сошлись,
   И надулося гнѣвное море,
   И воздухъ и воды и огнь собрались,
   И горе противнику, горе!
   Скала уперлась и готова на бой --
   Небесный палитъ ее пламень,
   Съ чела ея льется потокъ дождевой
   И волны взбѣгаютъ на камень!
   Но буря сильнѣе, сильнѣе, и вотъ,
   Дитя первобытной природы,
   Скала заскрыпѣла, качнулась впередъ,
   И рухнула въ бурныя воды!
   Ударъ былъ ужасенъ, и въ пыль раздробясь,
   Все море на воздухъ взлетѣло;
   На днѣ его гордо скала улеглась,
   Любуясь на славное дѣло;
   Но море, вошедши въ предѣлы свои,
   Волненіе бури смирило,
   Собрало опить голубыя струи
   И въ цѣльное зеркало слило.
   И солнце взошло на лазоревый сводъ
   И, міръ озаряя лучами,
   На чистой и гладкой поверхности водъ,
   Глядѣлось опять съ небесами.
                                                     К. Эврипидинъ.
   Ноябрь. 1835.
   
   331) "Телескопъ" 1835, т. XXVII. Цензура, разр. отъ 4 дек. 1835. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ цитатъ.
   335) Поэтъ-крестьянинъ Ѳедоръ Викторовичъ Слѣпушкинъ (1763-- 1848). О немъ см. дальше въ рецензіяхъ 1840 г.
   336) Цитата приведена такъ, что можно ее счесть за стихи Кольцова. На самомъ дѣлѣ стихи взяты изъ романса Лажечникова "Сладко пѣлъ душа-соловушко". Ср. т. I, стр. 446--47. Прим. 195.
   337) Въ литературной и личной жизни Кольцова Бѣлинскій сыгралъ огромную роль. Но объ этомъ удобнѣе поговорить въ связи съ знаменитой статьею Бѣлинскаго о Кольцовѣ, относящейся къ 1846 г.
   338) "Молва" 1835, No 48--49. Ценз. разр. отъ 20 дек. 1835. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   339) Рѣчь, должно быть, объ Adrien de liontludt, издавшемъ въ 1715 г. "Comédie des proverbes". (Querard, La Frange littéraire, т. VI).
   340) "Молва" 1835, No 48--49. Холминъ -- дѣйствующее лицо "провинціальныхъ очерковъ" Загоскина "Три жениха", только-что появившихся въ "Библ. д. Чт." (1835 г. т. X) и еще свѣжихъ въ памяти. Сурскій -- герой Загоскинскаго романа "Рославлева".
   341--42) Повѣсть Погодина. См. примѣчаніе 233.
   343) Знаменитый разсказъ воспитателя Ипполита -- Терамена въ 5 дѣйствіи Расиновской "Федры" о смерти Ипполита. Начинается словами -- А peine nous sortions des portes de Trezène.
   344) Изъ извѣстной въ свое время комедіи Загоскина me "Г. Богатоновъ или провинціалъ въ столицѣ" (Спб. 1817).
   345) "Молва" 1835. No 50. Ценз. разр. отъ 26 дек. 1835.
   346) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   347) "Молва" 1835 г., No 51 -- 52. Ценз. разр. отъ 1 марта 1836.
   348) Въ т. XIII за 1835, статья начиналась такъ:
   "Московская шутка? Это что за новость? Москва начинаетъ шутить? Г. Кони ошибается: милостивый государь, Москва.-- мы говоримъ о Москвѣ пишущей и печатающей,-- никогда не шутитъ; Москва ругается. Прошу не нарушать ея литературныхъ правъ и преимуществъ. Это такъ вѣрно, что если кому въ Петербургѣ прійдетъ охота ругаться, онъ долженъ послать свою статью въ Москву и ругаться оттуда".
   349) "Молва" 1835, No 51 -- 52. Въ изд. Солдатенкова не вошла.
   350) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Кличка "Славянофилъ" въ 30-хъ гг. еще не имѣла того смысла, который она получила въ 40-хъ годахъ. Это терминъ начальныхъ лѣтъ 19-го столѣтія, когда "Славянофилами" называли приверженцевъ Шишкова, противниковъ Карамзина и "новаго слога" его.
   351--53) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Къ Борису Ѳедорову намъ еще придется вернуться.
   355) Въ маѣ 1835 г. Надеждинъ вторично уѣхалъ за границу и передалъ веденіе "Телескопа" и "Молвы" Бѣлинскому.
   Это было вполнѣ естественно. Со вступленіемъ Бѣлинскаго въ число сотрудниковъ, онъ и количественно и качественно становится душою журнала и больше всего содѣйствовалъ тому, что "Телескопъ", но вѣрному замѣчанію Анненкова, "изъ эклектическаго, поверхностнаго и какъ-то беззаботно-умнаго журнала превратился въ критическій журналъ, съ эстетическимъ характеромъ, съ ясною и строгою цѣлью -- опредѣлить отношенія литературныхъ дѣятелей къ поэзіи, мысли, обществу и нравственности" (біографія Станкевича, при "Перепискѣ", стр. 104). Надеждинъ отлично понималъ, какой интересъ придавалъ его хирѣвшему журналу притокъ новой, живой силы, и далъ Бѣлинскому полный просторъ высказываться какъ ему угодно. Въ литературныхъ сферахъ быстро замѣтили переворотъ во внутренней жизни журнала и, какъ мы уже знаемъ изъ "Журнальной замѣтки" (стр. 297--306), полемика съ "Телескопомъ" сосредоточилась на борьбѣ съ "безбородыми Гегелями и Шеллингами". Вотъ почему нѣтъ особенно замѣтной разницы въ общемъ направленіи между "Телескопомъ" первой половины 1835 года, когда Бѣлинскій былъ только виднѣйшимъ сотрудникомъ, и второй половины, когда онъ становится, кромѣ того, редакторомъ журнала. Больше всего эта разница выразилась въ томъ, что вынужденнымъ образомъ усилилось сотрудничество Бѣлинскаго, такъ какъ ему пришлось почти на одномъ себѣ вынести отсутствіе статей. Первоначально предполагалось, что всѣ "безбородые Гегели и Шеллинги" будутъ вести журналъ. 22 апрѣля 1835 г. Станкевичъ писалъ Невѣрову: "Надеждинъ, отъѣзжая за границу, отдаетъ намъ "Телескопъ"; постараемся изъ него сдѣлать полезный журналъ, хотя для иногороднихъ. По крайней мѣрѣ, будетъ отпоръ Библіотекѣ и страннымъ критикамъ Шевырева" (Переписка, 133). Какъ это, однако, часто бываетъ въ артельныхъ редакціяхъ, весьма скоро тяжесть веденія вся легла на Бѣлинскаго. Уже 1 іюня Станкевичъ сообщаетъ Невѣрову нѣчто иное: "Надеждинъ передаетъ свой "Телескопъ" Бѣлинскому; съ 7 No онъ поступитъ въ его распоряженіе, а мы понемногу всѣ станемъ ему помогать. За это берутся и еще нѣкоторыя особы. Разумѣется, что я не стану тратить времени на "Телескопъ". Но каждое воскресеніе мнѣ остается два-три часа свободныхъ, въ которые я могу заняться для него; кромѣ того, мы всегда будемъ обществомъ совѣщаться о журналѣ (стр. 135). Черезъ 2 недѣли мы узнаемъ, что Станкевичъ въ "Телескопѣ" принимаетъ "не самое дѣятельное участіе" (стр. 141). Нѣсколько переводныхъ статеекъ онъ, впрочемъ, далъ, изъ которыхъ самая интересная -- Вильма о Гегелѣ, появилась уже по возвращеніи Надеждина (въ NoNo 13--15 за 1835 г.).
   А вскорѣ Станкевичъ исчезаетъ въ деревню и участіе его въ журналѣ сводится къ тому, что онъ разстраиваетъ Бѣлинскаго такими соболѣзнованіями: "Душевно жалѣю, что тебѣ позволили издавать "Телескопъ": одна "Молва" завалитъ тебя дѣломъ" (Пыпинъ, I, стр. 144). Изъ другихъ членовъ кружка Аксаковъ -- Эврипидинъ и Красовъ давали стихи, но этого, конечно, было мало для наполненія журнала. Приглашенный Бѣлинскимъ Полевой (см. прим. 131) былъ очень растроганъ тѣмъ, что Бѣлинскій "потрепалъ лавры старика", (Пыпинъ, I, 145) и обѣщалъ свое сотрудничество, но ничего не далъ. Ему, съ его огромной семьей и огромными долгами, надо было устроиться при большомъ дѣлѣ, и притомъ хозяиномъ, а не сотрудникомъ. Связей съ другими литературными кругами у Бѣлинскаго не было, а такъ какъ къ тому же денегъ для привлеченія сотрудниковъ Надеждинъ не оставилъ, то все и свелось къ дѣятельнѣйшему сотрудничеству самого Бѣлинскаго. Въ "Телескопѣ" онъ за полгода своего редакторства помѣстилъ четыре статьи: "О русской повѣсти и повѣстяхъ Гоголя", "О стихотвореніяхъ г. Баратынскаго", "Стихотворенія Владиміра Бенедиктова", "Стихотворенія Кольцова", а "Молва" почти исключительно состояла изъ его отзывовъ. Неудивительно, что при такой массѣ дѣла Бѣлинскій, къ тому же совершенно неопытный въ чисто-технической сторонѣ журнальнаго издательства, не успѣвалъ во-время выпускать NoNo журнала. За полгода (съ іюня по декабрь) ему слѣдовало бы издать 12 NoNo "Телескопа" (выходившаго еженедѣльными выпусками), а въ дѣйствительности онъ выпустилъ только 6 (съ 7--12). Невыпущенные въ срокъ NoNo 1835-го г. были доданы Надеждинымъ въ срединѣ и концѣ 1836 г. предъ самымъ запрещеніемъ журнала. "Молва" менѣе, но все-таки запаздывала и выходила иной разъ по 4 NoNo заразъ. Послѣдній No за 1835 г. цензурованъ 1 марта 1836 г.
   Въ вышедшихъ подъ редакціей Бѣлинскаго NoNo 7--12 "Телескопа" за 1835 г. помѣщены слѣдующія статьи:
   No 7: 1) Объ изящныхъ искусствахъ и современной драмѣ (Изъ В. Гюго), стр. 307--341. 2) Пѣснь Налы изъ Махабгараты, стр. 342--346. 3) Домикъ въ долинѣ (Просперо Дино), стр. 347 -- 388. 4) Къ***. В. Красовъ, стр. 389-- 390. 5) Пѣсня. Его-же, стр. 390--391. 6) О русской повѣсти и повѣстяхъ Г. Гоголя. (Арабески и Миргородъ), стр. 392--417. 7) Чаттертонъ, драма Альфреда де-Виньи, стр. 418-440. 8) Американцы верхней Калифорніи. Ф. Врангель, стр. 441--456. 9) Смѣсь, стр. 457--461. No 8: 1) Лютеръ на вормскомъ сеймѣ. (Минье, переводъ, кажется, Станкевича), стр. 462--494. 2) Великая тайна. А. Кольцовъ, стр. 495-496. 3) Молитва. В. Красовъ. 4) Три стихотворенія. Его же, стр. 497--499. 5) Домикъ въ долинѣ (оконч.), стр. 500--533. 6) Къ***. В. Красовъ, стр. 534--535. 7) О русской повѣсти и повѣстяхъ Г. Гоголя (оконч.) В. Бѣлинскій, стр. 536--603. 8) О торговомъ снош. народовъ с.-з. Америки между собою и съ чукчами. Ф. Врангель, стр. 604--613. 9) Смѣсь, стр. 614--624. No 9--12 (т. XXVII):
   Науки. Политическое состояніе Закавказскаго края въ исходѣ XVII вѣка, или что сдѣлало Русское правительство для этого края со времени присовокупленія Грузинскаго царства (Ореста Евецкаго), стр. 241. О новѣйшей религіозной живописи Нѣмцевъ, стр. 419.
   Изящная словесность. Ничего (стих. А. Бапилова), стр. 184. До Гетманщины (стих. Л. Якубовича), стр. 433. Къ Зевесу (Его-же), стр. 434. Воспоминаніе (стих. К. Эврипидина), стр. 465. Скала (Его-же) стр. 467. французскіе проповѣдипки въ нынѣшній постъ. (Ф. Шаля), стр. 34. Дѣвушка съ золотыми глазами, повѣсть Бальзака. Третій и послѣдній эпизодъ въ Исторіи Тринадцати, стр. 68, 188, 327. Двѣ пѣсни изъ поэмы Тетера: Фриттіофъ, стр. 345.
   Критика. О характерѣ народныхъ пѣсенъ у Славянъ Задунайскихъ. Ю. Венелина, стр. 1, 143, 275. О стихотвореніяхъ Г. Баратынскаго (В. Бѣлинскаго), стр. 123. Стихотворенія Владиміра Бенедиктова (Его-же), стр. 573. Стихотворенія Кольцова (Его-же), стр. 470. Взглядъ на рецензіи Г. Булгарина, помѣщенныя въ 175, 176, 177, 193 и 194 NoNo Сѣверной Пчелы на текущій годъ (Фр. Крузе), стр. 504. Донъ-Жуанъ Австрійскій или Призваніе. Драма въ 5 дѣйствіяхъ въ прозѣ. Казимира Делавинь (Ст. Жюль-Жанэна), стр. 383, 484.
   Смѣсь. (Разныя извѣстія).
   Кромѣ статей Бѣлинскаго, тутъ ровно нечего читать. Еще менѣе интересна, внѣ подавляющаго количества рецензій Бѣлинскаго, "Молва" второй половины 1835 года. Нѣсколько стихотвореній Эврипидина, Туманскаго, какихъ-то Троешилова, Волкова, М. Ст...вича, С. С--каго, Н. , нѣсколько случайныхъ корреспонденціи изъ провинціи, нѣсколько научныхъ замѣтокъ румына Хиждеу, рядъ мелкихъ переводныхъ разсказцевъ и статей и одна оригинальная повѣстушка какого-то Ив. Полевиста (кажется, псевдонимъ) -- вотъ и все содержаніе листка.
   356) "Молва" 1835, No 37. Ценз. разр. между 13 и 29 сент. 1835 г. Эта рецензія по недосмотру попала не туда, куда ее въ хронологическомъ порядкѣ слѣдовало помѣстить. Въ изданіе Солдатенкова не вошла.
   357) "Телескопъ" 1836 г., т. XXXI, стр. 155--71, 341--52, 472 93 и 630--64. Цензурн. разрѣш. отъ 2 янв., 22 февр., 5 марта и 17 марта 1836 г. Въ изд. Солдатенкова вошло съ небольшими опущеніями. См. примѣчаніе 355-ое.
   358) Мы не могли догадаться о чемъ тутъ рѣчь и серьезно ли говорится объ одномъ изъ "знаменитѣйшихъ нашихъ писателей". Неужели это намека на "Графа Нулина"?
   359) Объ этомъ невѣрномъ пониманіи эпитета "образцовый писатель" см. примѣч. 78.
   360) Мерзляковъ по преимуществу критиковалъ Хераскова (въ "Амфіонѣ" 1815) съ точки зрѣнія ложно-классической теоріи эпопеи.
   361) Въ "Литерат. Мечтаніяхъ".
   362) Къ числу самыхъ яркихъ проявленій великаго сердца въ Бѣлинскомъ принадлежитъ его способность къ самобичеванію и сознанію своихъ ошибокъ. Ему, не знавшему никакихъ компромиссовъ тамъ, гдѣ онъ былъ убѣжденъ въ вѣрности своихъ взглядовъ, вмѣстѣ съ тѣмъ былъ совершенно чуждъ тотъ, ложный стыдъ, который заставляетъ менѣе сильныхъ духомъ людей упорствовать въ отстаиваніи разъ принятой позиціи. Съ этой чертой намъ предстоитъ еще много разъ встрѣчаться, въ особенности во второй половинѣ дѣятельности Бѣлинскаго, когда она ему помогла выкарабкаться изъ той тины, въ которой онъ завязъ, благодаря теоріи "разумной дѣйствительности".
   363) Очень интересное указаніе для исторіи знаменитыхъ статей о Пушкинѣ. Онѣ появились только въ 1844 году, но задуманы и "уже писались" девятью годами раньше.
   364) Повтореніе мыслей, высказанныхъ въ началѣ "Литеръ Мечт.".
   365) Повтореніе оттуда же насмѣшекъ надъ обозрѣвателями (главнымъ образомъ надъ Марлинскинъ). Статья вообще является повтореніемъ большинства мотивовъ "Литер. Мечт.".
   366) Александръ I и его указъ о чиновникахъ 6 авг. 1809 г.
   367) "Сѣв. Пчела" частенько стала нападать въ 1835 г. на "Библ. д. Чт.". Ср. примѣч. 324 и 392.
   368) Псевдонимъ Сенковскаго.
   369) Для исторіи установленія русской орѳографіи будетъ не безынтересно отмѣтить по поводу употребленія здѣсь и дальше слова эти, что встрѣчавшееся въ предыдущихъ статьяхъ употребленіе при именахъ женскаго рода мѣстоименія этѣ, начиная съ 1836 г. исчезаете въ "Телескопѣ".
   370) Бѣлинскій тутъ очень придирчивъ. Большая часть сотрудниковъ, привлеченныхъ "Библіотекой для Чтенія", пользовались несомнѣнною литературною извѣстностью. Вотъ этотъ списокъ:
   К. И. Арсеньевъ. Е. А. Баратынскій. Баронъ Брамбеусъ. Ѳ. В. Булгаринъ. А. Ѳ. Воейковъ. Кн. Л. А. Вяземскій. Ѳ. Н. Глинка. Н. И. Гречъ. В. И. Григоровичъ. Д. В. Давыдовъ. И. И. Давыдовъ. В. А. Жуковскій. М. Н. Загоскинъ. И. Т. Калашниковъ. М. Т. Качеповскій. И. В. Кирѣевскій. Казакъ Луганскій. И. И. Козловъ. И. А. Крыловъ. Н. В. Кукольникъ. М. Е. Лобановъ. А. М. Максимовичъ. А. П. Аіаксимоничъ. Марлинскій. К. П. Масальскій. А. И. Михайловскій-Данилѣвскій. А. С. Норовъ. Кн. В. Ѳ. Одоевскій. А. Н. Очкинъ. B. И. Панаевъ. П. А. Плетневъ. М. П. Погодинъ. А. Погорѣльскій. Н. А. Долевой. А. С. Пушкинъ. С. Е. Раичъ. А. Г. Ротчевъ. Рудый-Панько. П. П. Синньинъ. О. И. Сенковскій. И. Н. Скобелевъ. И. М. Снигиревъ. Н. Г. Устряловъ. В. А. Ушаковъ. Б. М. Федоровъ. Гр. Д. И. Хвостовъ. А. С. Хомяковъ. Кн. А. А. Шаховскій. С. П. Шевыревъ. А. В. Шидловскій. А. С. Шишковъ. В. Н. Щастный. Д. И. Языковъ. Н. М. Языковъ. П. Л. Яковлевъ. И. М. Ястребцевъ. Г. М. Яценковъ, и другіе.
   
   Изъ 57 именъ, здѣсь названныхъ, мало извѣстными можно здѣсь назвать не болѣе 5--6: Очкина, Шидловскаго, Щастнаго, Ястребцова, Яценкова. А затѣмъ тутъ были налицо всѣ литературный знаменитости эпохи.
   371) Заимствуемъ это объявленіе изъ No 177 "Сѣв. Пчелы" за 1833 г. Оно представляетъ также интересъ для того, что сказало въ "Литер. Мечтаніяхъ" о "Смирдинскомъ періодѣ" и Смирдинѣ (т. I, стр. 390).
   Съ 1834 года будетъ издаваться въ С.-Петербургѣ, книгопродавцемъ Александромъ Смирдинымъ,

Библіотека для Чтенія,

   Журналъ Словесности, Наукъ, Художествъ, Промышленности, Новостей и Модъ, составляемый изъ литературныхъ и ученыхъ трудовъ лучшихъ Русскихъ, Писателей.
   Долговременный опытъ и наблюденіе хода книжной торговли удостовѣряютъ, что главными причинами непрочности существованія большей части Литературныхъ Журналовъ было съ одной стороны изданіе оныхъ отдѣльными лицами, основывавшими свои расчеты болѣе на личномъ трудолюбiи, нежели на правильно устроенномъ содѣйствіи постоянныхъ и извѣстныхъ въ ученомъ свѣтѣ сотрудниковъ, а съ другой, можетъ быть, недостатокъ денежныхъ средствъ, столь необходимыхъ для исправности изданія и для пріобрѣтенія матеріаловъ.
   Посему многія повременныя изданія, сначала быстро возвысившіяся на степень извѣстности, потомъ столь же быстро склонялись къ упадку; наконецъ Издатели оныхъ нашлись въ совершенной невозможности удовлетворять принятымъ на себя обязанностямъ подписки, что равномѣрно вредило и Словесности, и пользамъ читателей. Нерѣдко, чтобы оживить ихъ существованіе и разбудить любопытство публики, прибѣгали къ самому крайнему средству, къ рѣзкости сужденій, даже къ войнѣ съ цѣлымъ литературнымъ міромъ. Истина, приличіе, развитіе оныхъ талантовъ, вкусъ читателей и успѣхи просвѣщенія, страдали отъ сего въ равной степени.
   Побуждаясь чувствомъ усердія къ пользамъ отечественной Словесности, я рѣшился употребить весьма значительный капиталъ на то, чтобы, при содѣйствіи большаго числа Русскихъ Писателей, пользующихся славою и извѣстностію на поприщѣ Словесности, Наукъ и Художествъ, основать повременное изданіе, которое, но своему внутреннему достоинству, но важности содержанія и благородному тону, не уступало бы лучшимъ иностраннымъ Журналамъ сего рода, а на будущее время могло бы остаться памятникомъ настоящаго періода Русской Словесности и того покровительства, коего Августѣйшій Монархъ ее удостоиваетъ.
   Слѣдующая программа, уже удостоенная одобренія Высшаго Начальства, даете подробное понятіе о разнообразіи плана сего изданія, и о приспосoблeнiи его къ потребностямъ и вкусу читателей всякаго рода.
   Журналъ, подъ названіемъ: Библіотека для Чтенія, съ 1-го января 1834 года будетъ выходить ежемѣсячно, книжками.
   Каждая книжка заключаете въ себѣ около 18 печатныхъ листовъ. Двѣ книжки составятъ одинъ томъ, съ особымъ къ нему заглавнымъ листомъ и оглавленіемъ. Въ концѣ каждаго года будетъ ко всѣмъ шести томамъ прилагаемъ общій алфавитный, аналитическій указатель предметовъ и собственныхъ именъ.
   Въ семъ Журналѣ участвуютъ почти всѣ извѣстные своими дарованіями и произведеніями въ стихахъ и прозѣ Русскіе Писатели.
   Литературная и ученая редакція, выборъ статей и составь ежемѣсячныхъ книжекъ поручены опытнымъ по этой части Литераторамъ.
   Журналъ Библіотека для Чтенія, имѣющій предметомъ одну лишь общую пользу читателей, остается совершенно чуждымъ всякаго духа партій, и не принадлежитъ ни къ какой исключительно литературной кастѣ. Всѣ благонамѣренныя и прилично изложенныя мнѣнія найдутъ въ немъ открытое для себя поприще.
   Для соблюденія достоинства, приличнаго изданію, поочередно украшаемому всѣми извѣстнѣйшими въ Словесности нашей именами, Библіотека д.тя Чтенія не входитъ въ споры ни съ какими иными Журналами, и не отвѣчаетъ ни на какія выходки и критики.
   Для изданія употребится хорошая бумага и красивый шрифтъ.
   372) Не будущій другъ Бѣлинскаго -- Иванъ Ивановичъ Панаевъ, о которомъ еще будемъ имѣть случай много говоритъ, а дядя его Владиміръ Ивановичъ Панаевъ (1792--1859), авторъ идиллій и повѣстей въ стилѣ бѣдной Лизы.
   373) Окончательно исчезнувшій изъ литературной памяти Ушаковъ совсѣмъ не заслуживаетъ такого радикальнаго забвенія. То, что сказалъ Бѣлинскій въ "Литер. Мечт." о главномъ его произведеніи: "Киртзъ-Кайсакъ былъ явленіемъ удивительнымъ и неожиданнымъ", остается вѣрнымъ и до сихъ поръ. Именно явленіемъ "неожиданнымъ". Когда мы, заинтригованные отзывомъ Бѣлинскаго, познакомились съ "Киргизъ-Кайсикомъ" и перенеслись въ настроеніе читателя эпохи его появленія, то не могли не бытъ крайне удивлены какъ содержаніемъ повѣсти, такъ и пополненіемъ. Повѣсть вышла въ 1830 г., когда послѣдніе остатки сантиментализма уступали побѣдоносному напору романтизма, когда Марлинскій ослѣпилъ всѣхъ блескомъ своей вычурности, а Гоголь и Пушкинъ-новеллистъ еще не выступали. У Ушакова еще не было образцовъ здороваго реализма, а между тѣмъ повѣсть написана замѣчательно просто, безъ всякихъ вычуръ и вмѣстѣ съ тѣмъ, какъ вполнѣ вѣрно говоритъ Бѣлинскій, "съ глубокимъ чувствомъ".
   Но всего болѣе "неожиданное" впечатлѣніе производите "Киргизъ-Кайсакъ" общественною стороною своей основной идеи. Трагическій узелъ разыгрывающейся въ ней драмы въ томъ, что князь древнѣйшаго рода не хочетъ отдать свою дочь замужъ за любимаго ею офицера Славина послѣ того, какъ онъ узналъ, что этотъ офицеръ не дѣйствительный, а только пріемный сынъ одного мелкаго чиновника и что на самомъ дѣлѣ Славинъ незаконнорожденный сынъ крѣпостной киргизки и казака. Перенесясь въ настроеніе 1830-го года, можно ли особенно негодовать на родовитаго князя, не желающаго породниться съ гулящей крѣпостной киргизкой? А между тѣмъ авторъ честитъ его всяческими поносящими кличками, громитъ его спесь, выставляетъ совершеннымъ ничтожествомъ, между тѣмъ какъ сынъ крѣпостной -- идеалъ благородства и утонченной душевной организаціи. Въ общемъ, какъ чрезвычайно яркій протестъ противъ сословныхъ предразсудковъ, "Киргизъ-Кайсакъ" занимаете совершенно одинокое мѣсто въ произведеніяхъ не только 30-хъ, но и 40-хъ годовъ.
   Сочетаніе литературныхъ и идейныхъ достоинствъ привело къ тому, что повѣсть произвела очень сильное впечатлѣніе, и автора ея прямо причисляли къ корифеямъ беллетристики. Еще въ 1849 году Мизко, сотрудникъ "Отеч. Зап." эпохи Бѣлинскаго, въ своей извѣстной книгѣ "Столѣтіе русск. литературы" (Одесса 1849) писалъ объ Ушаковѣ:
   
   "Киргизъ-Кайсакъ" Ушакова, при появленіи своемъ, былъ по достоинству лучшимъ романомъ: впрочемъ, познаніе сердца человѣческаго и удачная характеристика общественныхъ нравовъ, соединенная съ поэтической идееи созданія, состоящею въ противоположности отношеній героя и героини въ общественномъ быту, дѣлаютъ этотъ романъ достойнымъ занять почетное мѣсто въ нашей литературѣ" (стр. 317--18).
   
   Представитель младшаго поколѣнія 40-хъ годовъ Валеріанъ Майковъ, разбирая въ 1846 г. "Исторію русск. литературы" Аскоченскаго, гдѣ Ушаковъ и Погодинъ причислены къ лучшимъ нашимъ новеллистамъ, совершенно несправедливо (см. выше прим. 233) ставитъ негодующій восклицательный знакъ при имени Погодина, но противъ Ушакова не протестуетъ.
   Все, что дальше писалъ Ушаковъ, не идетъ ни въ какое сравненіе съ "Киргизъ-Кайсакомъ". "Котъ-Бурмосѣка" -- скучная аллегорія, "Досуги Инвалида" написаны бойко и живо, но какъ-то мелки, переполнены смѣшными нападками на женщинъ и сбиваются на анекдоты, а юмористическіе его разсказы, въ родѣ "Піюши", о которой сейчасъ Бѣлинскій пиведетъ рѣчь, ниже всякой критики. Этимъ изступленнымъ пасквилемъ Ушаковъ отомстилъ Бѣлинскому, за то, что онъ въ своей рецензіи на "Досуги Инвалида" (см. выше, стр. 90 -- 91) констатировалъ паденіе и опошленіе таланта, недавно подававшаго надежды.
   Біографическія свѣдѣнія о Васильѣ Аполлоновичѣ Ушаковѣ весьма скудны и ихъ приходится устанавливать сопоставленіемъ разныхъ отрывочныхъ данныхъ. Онъ родился въ старой дворянской семьѣ въ 1788 или 89 году, учился въ Пажескомъ Корпусѣ, въ 1811 году выпущенъ изъ камеръ-пажей въ прапорщики лейбъ-гвардіи Литовскаго полка, въ рядахъ котораго былъ раненъ подъ Бородинымъ. Но онъ затѣмъ оправился и принималъ участіе въ заграничномъ походѣ 1813--14 годовъ. Раны, однако, давали себя чувствовать и Ушаковъ въ 1819 г. вышелъ въ отставку штабсъ-капитаномъ и поселился въ Москвѣ. Съ конца 20-хъ годовъ онъ особенно близко сошелся съ Полевымъ. Тѣмъ удивительнѣе, конечно, дико-извращенное изображеніе въ "Піюшѣ" Бѣлинскаго, который тоже очень близокъ былъ съ Полевымъ, всегда высоко ставившемъ его какъ нравственную личность. Но дѣло въ томъ, что сближеніе Бѣлинскаго и Полевого произошло въ срединѣ 1835 года, а "Піюша" уже въ іюнѣ того же 1835 года появилась въ "Библіотекѣ для Чтенія". Ушаковъ былъ человѣкъ образованный, много читалъ на иностранныхъ языкахъ и особенно интересовался теоріею сценическаго искусства, которое внимательно изучалъ во время пребыванія за границею. Онъ былъ лично знакомъ со многими европейскими сценическими дѣятелями. Воспоминанія объ Ушаковѣ рисуютъ его какъ человѣка очень прямого и до грубости правдиваго. Съ этимъ не особенно вяжется месть Бѣлинскому за рецензію о "Досугахъ Инвалида". Но на что только не способно оскорбленное литературное самолюбіе?Впрочемъ, въ оправданіе Ушакова можно сказать, что о Бѣлинскомъ въ средѣ его литературныхъ враговъ ходили самые дикіе слухи.
   Ушаковъ умеръ въ концѣ марта 1838 г., отъ послѣдствій неудачной ампутаціи ноги, къ которой надо было прибѣгнуть вслѣдствіе того, что Ушаковъ гомеопатическимъ лѣченіемъ запустилъ свои раны.
   Въ отдѣльномъ изданіи изъ написаннаго Ушаковымъ появилось: 1) Киргизъ-Кайсакъ. Повѣсть. М. 1830, 2 части. Тоже. Изд. 2-е, 2 ч. М. 1835. Дереводъ на нѣм. яз.: Der Kirgis-Kaissak. Erzählung von W. Uschakow. Aus dem Russ. übers. v. C. Goldhammer. Leipzig. 1831. 2) Котъ Бурмосѣко, любимецъ Халифа Аль-Мамума. Вост. пов., изд. Б. Ушаковымъ. М. 1831. 3) Досуги Инвалида. 3 ч., заключ. въ себѣ повѣсти: 1) Матушка мадамъ, 2) Марихенъ, 3) Поручикъ любимецъ. М. 1832--1835. 4) Послѣдній изъ князей Корсунскихъ. (Библіот. ром., пов. и путеш., изд. Н. Н. Улитинымъ, т. VI). М. 1837. 5) Были и повѣсти, 2 части, 1838.
   Въ журналахъ напечатано: 1) Отвѣтъ кн. Б. Ѳ. Одоевскому. "Сынъ Отеч." 1825, 21. 2) Признанія франц. журналиста. "Сѣв. Арх." 1826, No 12--13. 3) Путешествіе по трактирамъ. Тамъ же, 1826, No 16. 4) Любитель театра, Тамъ же, 1827, No 3, 174. 5) Образованность и ученость. Тамъ же, 1827. No 3. 6) Вечеръ у литераторовъ. Тамъ же, 1827, No 6. 7) Святки. Тамъ же, 1827, No 7. 8) Солдата. Тамъ же, 1828, No 3. 9) Русскій Театръ. "Московск. Телеграфъ", 1829, No 9, стр. 140; No 10, стр. 268; No 11--24; No 15, стр. 357; No 16, стр. 500 (о "Недорослѣ"). 10) Киргизъ-Кайсакъ, первая глаза изъ романа. Тамъ же, 1829, No 13, стр. 35 -- 2 я глаза, въ No 14, стр. 165. 11) Рец. на "Вильгельма Теля" Шиллера. Тамъ же, 1829, No 20, 488. 12) Рец. на "Крымскіе сонеты" Мицкевича. Тамъ же, 1829, No 23, 336. 13) Разборъ "Димитрія Самозванца" Булгарина. Тамъ же, 1830, No 6, стр. 193. 14) Польск. литература. Тамъ же, 1830, No 9--10. 15) Губернскій городъ. (VIII глаза изъ ром. Двадцать шестое число). "Полярная Звѣзда" 1832 (Альманахъ). 16) Письмо къ Булгарину о музыкантахъ, "Сынъ Отеч." 1832, No 13. 17) Іона Ѳаддеевичъ. Ром. Тамъ же, 1832, No 49. 18) Сельцо Дятлово. "Библ. для Чтенія" 1834, IV, отд. 1, стр. 125. 19) Громъ Божій. Тамъ же, 1835, VIII, отд. 1, стр. 161. 20) Піюша, каррикатура. Тамъ же, 1835, XI, отд. 1. 21) Баронъ Войденлобъ. Тамъ же, 1836, XIX, стр. 152. 22) Бѣдная Серафима. Тамъ же. 1836, XVII, отд. 1. 23) Густавъ Гацфельдъ. Повѣсть, "Отеч. Зап." 1839, т. VII, отд. III, стр. 5. 24) Преміеръ-Маіоръ. "Новоселье" 1845 (1846). 25) Хамово отродье. Картинка русск. быта. "Сто русск. литераторовъ", т. III, 1845.
   Въ некрологѣ Ушакова въ "Литер. Приб. къ Русск. Инвалиду" 1838 г. сказано: "Ушаковъ оставилъ по себѣ романъ, который, по независящимъ отъ него обстоятельствамъ, не могъ быть издавъ въ свѣтъ".
   Ср. объ Ушаковѣ: 1) "Сынъ Отеч." 1825, прибавл. ("Возраж. на ст., помѣщ. въ 13 и 14 кн. "Моск. Телегр."). 2) Н. Полевой, "Моск. Телегр." 1825, 14. (Г-ну Ушакову). 3) "Журн. Мин. Народи. Просвѣщ." 1838, ч. 19, No 9, стр. 732--741 (Некрологъ). 4) "Литерат. Приб. къ Русск. Инвалиду" 1838, No 17, стр. 337--338. (Некрологъ). 5) "Отеч. Зап." 1845, т. 42, отд. V. 6) "Сто русск. литерат.", т. III, 1845. (Портр). 7) Бѣлинскій, Сочиненія. 8) Вольфъ, Хроника спб. театровъ, ч. I и II. 9) "Русск. Стар." 1878, No 9, стр. 352--368 ("О Царѣ Горохѣ"). 10) К. А. Полевой, "Ист. Вѣстн." 1887, апр., 28--30, іюнь, 564--565. ("Записки") и въ отд. изд. "Записокъ". СПБ. 1888, стр. 137--139, 231, 267--269, 270--271. 11) В. Майкову Крит. опыты, стр. 417. 12) Н. Барсукова, Жизнь и труды М. П. Погодина, VIII, 49, XII, 277. 13) Словари Старчевскаго, Березина, Ровинскаго, Граната. 14) Фрейманъ, Пажи, стр. 169 и 842.
   Отзывы: о "Киріизъ-Кайсакѣ": 1) "Гирлянда" 1831, стр. 17--21 (ст. В. Б--ва). 2) "Литерат. Газета" 1831, т. 3, No 5, стр. 42. 3) "Моск. Телегр." 1831, ч. 37, стр. 257--259. 4) Гречъ, въ "Сѣв. Нчелѣ" 1831, No 15. 5) Н. Ю., Тамъ же, 1832, No 272--276. 6) "С'ѣв. Меркурій", 1831, No 12 и 26. 7) "Телескопъ", 1831, ч. 1, отд. 8, стр. 383--392. 8) Тамъ же, 1834, т. 24, стр. 449. 9) "Библіот. для Чтенія" 1835, XI, отд. VI, стр. 4. О "Котѣ Бурмосѣкѣ": 1) "Гирлянда" 1831, ч. 2, No 28 и 29. 2) "Телескопъ" 1831, ч. 4, отд. 7, стр. 387--38S. 3) К. Т., въ "Сѣв. Меркурій" 1831, No 39.4) "Моск. Телегр." 1831, No 13, стр. 106. О "Досугахъ Инвалида", кромѣ Бѣлинскаго: 1) "Моск. Телегр." 1832, ч. 45, No 12, стр. 542--549. 2) Н. Ю., въ "Сѣв. Пчелѣ" 1832, No 250 и 251. 3) "Библіот. для Чтенія" 1835, X, отд. VI, стр. 10. О "Преміеръ-Маіорѣ", "Телескопъ" 1834, т. 21, стр. 350. Объ пов. "Марихенъ": "Телескопъ" 1836, ч. 31, стр. 475. О нов. "Піюша" "Телескопъ", 1836, ч. 31, стр. 481. О пов. "Сельцо-Дятлово": В. К. Кюхельбекеръ, въ "Русск. Стар." 1884, т. 41, февр., стр. 340. ("Дневникъ"). О ром. "Послѣдній изъ кн. Корсунскихъ": 1) "Библ. для Чтенія" 1837, XXI, отд. VI, стр. 12. 2 "Литерат. Прибавл." 1837, No 11. О "Хамовомъ Отродьѣ": "Москвитянинъ" 1845, ч. V, отд. 1, No 9, стр. 116.
   374) Рѣчь, конечно, идетъ объ извѣстномъ баснописцѣ Александрѣ Ефимовичѣ Измайловѣ, за свой реализмъ прозванномъ "писателемъ не для дамъ"; но не совсѣмъ понятно, почему Бѣлинскій называетъ его "Г. Измайловымъ". Измайловъ уже тогда былъ покойникъ (ум. 1831).
   375--77) См. примѣч. 249.
   378) Ср. примѣч. 246.
   379) Бѣлинскій тутъ съ крайнимъ добродушіемъ отнесся къ грубой каррикатурѣ Ушакова, которая являлась прямымъ пасквилемъ на него. Конечно, онъ не служилъ въ военной службѣ, какъ Кривошеинъ, не соблазнялъ чужихъ женъ и т. д., но его звали Виссаріонъ, его "выгнали" изъ университета, онъ толковалъ "о непреложныхъ законахъ изящнаго", онъ "судилъ и рядилъ о Фихте и Гегелѣ", онъ давалъ уроки, онъ получилъ деньги "изъ московскихъ журналовъ за трансцендентальную и верхоглядную критику, то-есть за то, что людьми порядочными называется бранью въ печати", онъ "хорошія книги" "цѣнилъ ниже поношенныхъ лаптей" и т. д. Кромѣ него, никто изъ сотрудниковъ "Телескопа" (а вѣдь только о немъ и могла идти рѣчь, потому что всего-то на всего въ Москвѣ былъ только еще одинъ журналъ -- тяжеловѣсный, профессорскій и бонтонно-свѣтскій "Москов. Наблюдатель" Шевырева и Погодина) въ 1835 г. но пользовался никакою извѣстностью даже въ литературныхъ кружкахъ и, конечно, только его и могъ имѣть въ виду разсвирѣпѣвшій Ушаковъ.
   380) "Воспоминанія о Сиріи", появившіяся съ подписью Осипъ Морозовъ, дѣйствительно принадлежатъ Сенковскому и вошли въ I т. его сочиненій.
   381) Принадлежатъ Сенковскому.
   382) См. выше "Журнальную замѣтку" (стр. 297--306).
   383) Очевидно, въ дѣла политическія. Бѣлинскій въ то время относился безусловно отрицательно ко всякимъ революціоннымъ попыткамъ.
   384) См. дальше No 177 (стр. 384--97).
   385) Не совсѣмъ точно сказано. Кукольникъ отстаивалъ себя только противъ упрековъ въ искаженіи турецкихъ названій и турецкой исторіи и доказывалъ, что онъ, не будучи оріенталистомъ, все-таки пользовался достовѣрными источниками ("Сѣв. Пчела" 1835 г., No 159--161).
   386--87) Въ первыхъ книжкахъ "Сына Отеч." за 1836 г. появились три статьи о "Русской Критикѣ въ 1835 году", подписанный В. В. В.-- псевдонимомъ Владиміра Строева. Въ нихъ собственно не мало доставалось Сенковскому за то, что онъ злоупотребляетъ своимъ остроуміемъ и дѣлаетъ "бѣлое чернымъ, а черное бѣлымъ". Основными свойствами критики "Библ. д. Чт." Строевъ считаетъ: "зависть къ чужому успѣху и открытое пристрастіе", но вмѣстѣ съ тѣмъ онъ страшно расшаркивается передъ умомъ, ученостью и остроуміемъ Сенковскаго въ тѣхъ самыхъ выраженіяхъ, который цитированы Бѣлинскимъ (См. "Сынъ От." 1836, ч. CLXXV, стр. 52). Въ этихъ статьяхъ были и вылазки противъ "Молвы" и "Телескопа", которые "для пользы современнаго просвѣщенія съ особеннымъ усердіемъ и прилежаніемъ занимались порицаніемъ мертвыхъ и бранью живыхъ". Бѣлинскій не названъ, но, конечно, рѣчь о немъ, потому что прямо сказано: "Быть не можетъ, чтобы издатель (Надеждинъ) согласился на напечатаніе большей части статей, помѣщенныхъ въ его журналѣ, еслибъ не находился въ чужихъ краяхъ" (Ibid., стр. 253). Этими выходками Строевъ отомстилъ за презрительный отзывъ о немъ Бѣлинскаго (см. выше, стр. 250--51). О Строевѣ см. примѣч. 203 и въ дальнѣйшихъ томахъ.
   388) Статьи съ подписью "сообщено" встрѣчаются во всѣхъ журналахъ 20-хъ и 30-хъ годовъ, не исключая "Молвы" и "Телескопа". Грѣхъ "С. Пчелы" былъ не въ толъ, что она помѣщала "сообщенныя" статьи, а въ томъ, что она помѣщала ихъ не безкорыстно...
   389) Усиленныя нападки "С. Пч." на "Библ. д. Чт." идутъ чрезъ весь 1835 г. Поссорились недавніе друзья изъ-за своихъ издателей. См. примѣч. 324 и 392.
   390) Въ 1835 г. вышла анонимная книжка "Авторскій вечеръ. Странный случай съ моимъ дядею". Спб. 1835. 12°. 174 стр. Книжка направлена противъ недобросовѣстности критики барона Брамбеуса, хотя онъ прямо въ ней и не названъ. Сенковскій прищелкнулъ книжку отзывомъ въ 16 строкъ ("Библ. для Что.", т. XIV, отд. VI, стр. 11). Тогда разобиженный авторъ раскрылъ свой анонимъ и въ "Письмѣ къ издателямъ Сына Отечества" (ч. CLXXVI, стр. 39--50), подписанномъ -- Павелъ Крутеневъ, Симбирскъ, 3-го февр. 1836 -- донельзя беззубо и бездарно отвѣчалъ Сенковскону. Здѣсь онъ, между прочимъ, обѣщаетъ въ скоромъ времени издать "уже не книжку, а книгу", подъ заглавіемъ Оракулъ, которая "обнаружитъ всѣ достоинства Брамбеуса". Но книга эта не вышла и имя Павла Крутенева больше въ литературѣ не встрѣчается.
   391) "Литер. Прибавленія къ Русск. Имп." въ слѣдующемъ, 1837 году, съ переходомъ къ Краевскому, значительно оживилисъ. Но въ 1836 г., послѣднемъ году редакторства Воейкова, они влачили самое жалкое существованіе, безъ подписчиковъ и сотрудниковъ.
   392) Въ литературныхъ кружкахъ было достаточно извѣстно, что грызня между Сепковскимъ съ одной стороны и Булгаринымъ и Гречемъ съ другой была основана на томъ, что каждый изъ нихъ хотѣлъ эксплуатировать исключительно въ свою пользу довѣрчивость и искреннее уваженіе къ литературѣ Смирдина. Ср. примѣч. 389.
   393) Все тѣ же Сепковскій, Гречъ и Булгаринъ, пожалуй, еще Воейковъ. Больше журналистовъ и не было въ 1835 г. въ Петербургѣ. "Обороты большіе" дѣлали редакторы "Библ. д. Чт." и "С. Пчелы". Къ "мелкимъ оборотамъ" долженъ былъ прибѣгнуть "Сынъ Отеч.", который шелъ плохо. Дальнѣйшія насмѣшки надъ возрожденіемъ относятся къ "Сыну Отечеству", который съ появленіемъ "Вибл. д. Что." сталъ подтягиваться и между прочимъ изъ еженедѣльнаго изданія, много посвящавшаго мѣста чисто-фактическимъ извѣстіямъ политическаго свойства, превратился въ двухнедѣльный журналъ, старавшійся развить у себя отдѣлы литературный и критическій.
   394) До 1830 г. центромъ журналистики была "Москва", гдѣ издавались значительнѣйшіе журналы того времени: "Москов. Телеграфъ", "Вѣстн. Европы", "Москов. Вѣстникъ", "Атеней".
   395) Въ "Моск. Наблюд." принимали участіе: Пушкинъ, Баратынскій, Языковъ, Хомяковъ, Гоголь, Павловъ, Шевыревъ, Одоевскій, Даль, Вельтманъ, Андросовъ, Погодинъ, Мельгуновъ, Срезневскій, Полевой, Кирѣевскій и др.
   396) Воззрѣніе Шиллера. Намъ придется еще вернуться къ нему при анализѣ эстетическихъ взглядовъ Бѣлинскаго.
   397) Эта огромная цифра объясняется, конечно, не занимательностью изданія, почти лишеннаго литературно-общественнаго характера (газету арендовалъ тогда ничтожный кн. Шаликовъ), а тѣмъ, что къ "Моск. Вѣд." прилагались казенныя объявленія и подписка на нихъ была обязательна для всѣхъ казенныхъ учрежденій.
   398) "Своя Семья" -- дѣйствительно уродливая, огромная стихотворная "повѣсть" Н. Прокоповича. ("Моск. Набл." 1835 г., т. II, стр. 5--33). "Грязной", всегда очень строгій къ нескромноегямъ въ печати, Бѣлинскій (ср. примѣч. 310), очевидно, назвалъ бездарную повѣсть Прокоповича за слѣдующую сцену (колдунья, подговоренная золовкой, "испортила" молодую жену купеческаго сына):
   
   Сна лишенный и покою,
   На стенанья и на крикъ,
   Съ перепуганной семьею
   Прибѣжалъ отецъ-старикъ.
   Отворяютъ дверь свѣтлицы,
   Тамъ Иванъ полу-нагой.
   Ай!-- и бросились стрѣлой
   Прочь стыдливыя сестрицы...
   А мужчины всѣ вошли,
   Надивиться не могли.
   Передъ ними молодая
   Съ перекривленнымъ лицомъ,
   Горько, жалобно рыдая,
   На полу свилась кольцомъ.
   И кричитъ она и проситъ,
   Вся въ жару, въ пылу, въ огнѣ...
   "Мужа, мужа дайте мнѣ!"
   Ваня къ ней -- она поносить
   Ваню бранью площадной:
   "Гдѣ тебѣ, такой сякой!..
   Дайте мужа молодого;
   Чортъ ли въ этомъ старикѣ?"
   Тутъ Иванъ отца родного
   Отозвалъ, и въ уголкѣ
   Что-то съ горькими слезами
   Долго на ухо шепталъ...
   И отецъ, какъ услыхалъ,
   То обоими руками
   Буйну голову схватилъ
   Чуть объ стѣну не разбилъ.
   
   399) "Молва" 1836, No 1. Ценз. разр. отъ 2 января 1836 г. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   400) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ многихъ цитатъ.
   401) Обычное невѣрное цитированіе (Ср. примѣч. 33). Надо
   
   Отмѣнно-длинный, длинный, длинный
   Нравоучительный и чинный. (Графъ Нулинъ).
   
   402) Придирки неосновательныя: Загодя -- превосходный провинціализмъ, вошедшій во всеобщее употребленіе, Докапо -- очевидно, опечатка вмѣсто дакапо -- музык. терминъ (da capo -- сначала).
   403) Въ "Библ. для Что." (т. XII, отд. V, стр. 1--18) Сенковскій, съ обычнымъ своимъ отсутствіемъ чувства мѣры, процитировавъ одно мѣсто изъ "Постоялаго двора", говоритъ: "Это послѣднее мѣсто, о супружеской любви, превосходно. Мы не читали ничего лучшаго ни на какомъ языкѣ. И подобныхъ мѣстъ въ "Постояломъ дворѣ" -- множество" (стр. 10). Надо думать, что въ этомъ нелѣпомъ преувеличеніи и кроется причина того, что. Бѣлинскій въ своей огромной, но, нельзя не сознаться, крайне неинтересной рецензіи отнесся черезчуръ придирчиво къ произведенію, которое заслуживало лучшаго отношенія. "Постоялый дворъ" написалъ Александръ Петровичъ Степановъ (1781--25 ноября 1837); произведеніе это имѣетъ свое мѣсто въ исторіи русской беллетристики. Мы еще къ нему вернемся.
   404) "Молва" 1836 г., No 1. Къ взглядамъ Бѣлинскаго на народную поэзію намъ еще придется вернуться.
   405) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова рецензія вошла съ опущеніемъ всей второй половины (со словъ: но читатели должны уже имѣть и т. д.), любопытной по горячности, съ которой Бѣлинскій отстаиваетъ интересы Полевого. Ср. примѣч. 59. Начало рецензіи, при всей своей бѣглости, чрезвычайно интересно какъ матеріалъ для изученія отношенія лучшихъ круговъ. интеллигенціи 30-хъ гг. къ народу: рѣчь точно идетъ о папуасахъ, которыхъ еще надо научить "первоначальнымъ человѣческимъ идеямъ" и которымъ за глаза довольно одной азбуки. Однакоже, обязанность просвѣщать этихъ папуасовъ уже поставлена. Ср. прим. 246.
   406) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   407) Кажется, Бѣлинскій тутъ ошибся. Изъ журналовъ, кронѣ "Молвы", о "Библ. полезныхъ свѣдѣній" появилась рецензія только въ "Библ. д. Чт.", но она неблагопріятна. Зато очень подходитъ то, что здѣсь сказано къ отзыву "Сѣв. Пчелы" въ Д? 268 за 1835 годъ:
   Хотя ни въ заглавіи, ни въ предисловіи къ этой книгѣ не выставлено имени ея автора, который скромно называетъ себя издателемъ, но эта скромность и достоинство самой книги даютъ намъ право догадываться, что она принадлежите одному молодому ученому, пламенному защитнику покой исторической школы, въ короткое время показавшему и критическій свѣтлый взглядъ "вой на науку, и свѣдѣнія свои.
   По этой характеристикѣ, въ связи съ тѣмъ, что слово скромность здѣсь подчеркнуто, нетрудно было догадаться, что книга принадлежитъ Скромненко -- Сергѣю Строеву. Бѣлинскій, конечно, отлично зналъ о новомъ трудѣ своего недавняго пріятеля и фраза "намъ неизвѣстенъ огромный авторитетъ" и т. д. есть только полемическій пріемъ. О дурныхъ отношеніяхъ между кружкомъ Станкевича и всего больше Бѣлинскаго, установившихся съ конца 1835 г., см. прим. 203 и 386--87.
   408) "Молва" 1836, No 2. Ценз. разр. 22 февр. 1836. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ цитатъ.
   409) Шумъ этотъ, главнымъ образомъ, надѣлалъ Сенковскій. Странное обозначеніе на обложкѣ перевода "издалъ А. Пушкинъ" дало ему поводъ написать одну изъ тѣхъ мефистофелевскихъ рецензій, на которыя онъ былъ такой мастеръ. Онъ не то притворился, что дубовый переводъ ему все-таки кажется Пушкинскимъ, не то выругалъ Пушкина за то, что поэтъ "далъ на прокатъ свое имя" какому-то "бѣдному литератору, для того, чтобы лучше покупали книгу" ("Библ. для Что.", т. XIV, отд. VI, стр. 33--34). Въ результатѣ публика была совершенно сбита съ толку. Взбѣшенный Пушкинъ заявилъ, что "Вастолу" перевелъ "гражданинъ и литераторъ заслуженный", но что послѣ посыпавшихся на книгу оскорбленій онъ "не можетъ рѣшиться наименовать настоящаго переводчика". Такое объясненіе не могло особенно содѣйствовать разъясненію путаницы и вотъ почему Бѣлинскій такъ старается непосредственнымъ разборомъ бездарнаго перевода показать, что Пушкинъ тутъ только очень снисходительный "издатель". Имя дѣйствительнаго переводчика выяснилось только въ 1888 г. изъ замѣтки въ "Кіев. Старинѣ" (No 1--3). Какъ эта замѣтка, такъ и позднѣйшія разысканія Б. Л. Модзалевскаго показываютъ, что "Вастолу" перевелъ плодовитый, но бездарный поэтъ и переводчикъ Ефимъ Петровичъ Люценко (12 окт. 1776 -- 26 дек. 1854), лицейскій учитель Пушкина, попавшій, благодаря извѣстной россійской "слабости", въ затруднительное положеніе. Повидимому, Пушкинъ въ самомъ дѣлѣ "издалъ" переводъ, т.-е. напечаталъ на свой счетъ, а выручку предоставилъ Люценко. Ср. Б. Л. Модзалевскій, Пушкинъ и Ефимъ Петровичъ Люценко. Спб. 1898. 8°. 16 стр. (Оттискъ изъ "Русск. Старины").
   410) "Молва" 1836 г., No 2. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   411) Біографическихъ свѣдѣній объ этой печальной "извѣстности" никакихъ нѣтъ. Добылъ онъ свою "извѣстность" альманахомъ "Феноменъ", изд. совмѣстно съ П. Соболевымъ (М. 1832) и книжкой "Умершіе колдуны или явленіе мертвецовъ. Сельская баллада". (М. 1832. 12°). На основаніи иниціаловъ (А. М. Пуговишниковъ), выставленныхъ за обложкѣ "Умершихъ колдуновъ", можно предположить, что онъ сынъ московскаго купца Михаила Пуговишникова, издавшаго въ 1811 г., совмѣстно съ носков. протоіереемъ Іоанномъ Михайловичемъ Кондорскимъ, книгу: "Нравственный пластырь для называющихся старообрядцевъ, или доброжелательное посланіе отъ нѣкоего ревнителя ко благочестію Св. Грекороссійскія Церкви Христовы, къ наставнику Ѳеодосіевскаго согласія при воззрѣніи на послѣдняя, то-есть: 1-е на приближающійся часъ смертный, 2-ое на будущій страшный судъ и 3-е на неумытное дѣлъ нашихъ мздовоздаяніе, соч. П. Іоанна Кондорскаго и Москов. купца Михаила Пуговишникова". 2 ч. М. 1811.
   412) "Молва" 1836, No 2. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ, большинства цитатъ.
   413) Бѣлинскій тутъ впалъ въ непонятную эстетическую ошибку. "Заблудившійся Амуръ" не есть оригинальное стихотвореніе Ломоносова, а представляетъ собою переводъ извѣстнѣйшаго стихотворенія Анакреона, которое, кромѣ Ломоносова, переводили изъ поэтовъ 18 вѣка Сумароковъ, Львовъ и Державинъ. Оно въ собраніе стихотвореній Ломоносова такъ даже и вносится подъ заглавіемъ "Изъ Анакреона" (Ломоносовъ ему не далъ заглавія и помѣстилъ его какъ иллюстрацію къ одному изъ положеній своей "Риторики") Мы назвали ошибку Бѣлинскаго эстетической, потому что стихотвореніе замѣчательно мило по наивности пріемовъ. Сравнивая переводы Ломоносова съ позднѣйшимъ, очень удачнымъ и легкимъ переводомъ Державина, можно, конечно, сдѣлать замѣчанія относительно языка перевода Ломоносова, но это не касается содержанія стихотворенія, будто бы созданнаго "умомъ", а не "чувствомъ". Ср. соч. Ломоносова, изд. подъ ред. М. И. Сухомлинова, т. I, и соч. Державина, подъ ред. Грота, т. П.
   414) Николай Ѳедоровичъ Грамматикъ (13 ноября 1786 -- 17 янв. 1827) тяжеловѣсный поэтъ и филологъ, переводчикъ "Слова о полку Игоревѣ" и "Суда Любуши". Мы еще къ нему вернемся.
   415) Очевидный пропускъ слова -- сносной, удовлетворительной или чего-нибудь въ этомъ родѣ.
   416) О Кульманъ см. подробнѣе по поводу статьи 1843 г. о Зенеидѣ Р-вой.
   417) О Тимофеевѣ см. по поводу разбора Стихотвореній М. Демидова (1842).
   418) "Молва" 1836, No 3. Ценз. разр. 5 марта 1836. Въ изд. Солдатевкова вошло съ опущеніемъ цитатъ.
   419) Начиная съ "Литер. Мечт.", Бѣлинскій упорно твердитъ объ упадкѣ таланта Пушкина. Его за это не разъ называли и до сихъ поръ продолжаютъ называть плохимъ діагностомъ. И въ самомъ дѣлѣ, въ 1835--36 гг. Пушкинъ напечаталъ: "Пѣсни западныхъ Славянъ", "Сказку о Рыбакѣ и Рыбкѣ", "Скупого Рыцаря", "Капитанскую дочку"; тотчасъ послѣ его смерти въ 1837 обнародованы: "Мѣдный всадникъ", "Русалка", "Арапъ Петра Великаго"; въ 1839 г. "Каменный гость" -- списокъ убійственный, который могъ бы навсегда ухлопать репутацію Бѣлинскаго какъ эстетическаго судью, если бы тутъ все дѣло не сводилось къ оптической абераціи: напечатаны всѣ перечисленныя произведенія послѣ того, какъ Бѣлинскій конcтатировaлъ упадокъ таланта Пушкина, по начаты и написаны они всѣ не позже 1833 г. А 1835 и 36 годы ничего не прибавили къ наслѣдству Пушкина.
   420) Выходитъ какъ будто, что Бѣлинскій не зналъ, что "Воевода" и "Будрысъ" переведены изъ Мицкевича. При первомъ появленіи въ свѣтъ этихъ стихотвореній не было указано, что они заимствованы изъ писателя, имя котораго неудобно было тогда называть. Они были напечатаны въ 3-ьемъ томѣ "Библ. для Что." 1834 г. подъ заглавіями: "Будрысъ и его Сыновья. Литовская баллада" и "Воевода. Польская баллада". Даже въ Анненковскомъ изд. 1855 года еще нѣтъ имени Мицкевича.
   421) Не совсѣмъ понятно. При чемъ тутъ "gloria"?
   422) "Молва" 1836. No 3. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ цитаты.
   424) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Чуха -- то же, что чепуха, чушь.
   425) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Бѣлинскій всегда относился къ Сильвію Пелико иронически. Ср. стр. 511.
   426) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова, не вошло.
   427) "Молва" 1836. No 4. Ценз. разр. отъ 17 марта 1836. Въ изд. Солдатенкова напечатана съ значительными сокращеніями цитаты. Рецензія эта связана съ любопытнымъ эпизодомъ изъ жизни Бѣлинскаго, разсказаннымъ (невидимому, не безъ извѣстныхъ прикрасъ) въ воспоминаніяхъ о немъ Лажечникова:
   
   "Пріѣхавъ однажды въ первыхъ тридцатыхъ годахъ изъ Твери въ Москву, я хотѣлъ посѣтить Бѣлинскаго и узнать его домашнее житье-бытье. Онъ квартировалъ въ бель-этажѣ (слово было подчеркнуто въ его адресѣ), въ какомъ-то переулкѣ между Трубой и Петровкой.
   Красивъ же былъ его бель-этажъ! Внизу жили и работали кузнецы. Пробраться къ нему надо было по грязной лѣстницѣ; рядомъ съ его каморкой была прачечная, изъ которой безпрестанно неслись къ нему испаренія мокраго бѣлья и вонючаго мыла. Каково было дышать этимъ воздухомъ, особенно ему, съ слабой грудью! Каково было слышать за дверьми упоительную бесѣду прачекъ и подъ собой стукотню отъ молотовъ русскихъ циклоповъ если не подземныхъ, то подпольныхъ! Не говорю о бѣднѣйшей обстановкѣ его комнаты, не запертой (хотя я не засталъ хозяина дома), потому что въ ней нечего было украсть. Прислуги никакой; онъ ѣлъ, вѣроятно, то, что ѣ.ли его сосѣдки. Сердце мое облилось кровью... я спѣшилъ бѣжать отъ смрада испареній, обхватившихъ меня и пропитавшихъ въ нѣсколько минутъ мое платье; скорѣй, скорѣй на чистый воздухъ, чтобы хоть нѣсколько облегчить грудь отъ всего, что я видѣлъ, что я прочувствовалъ въ этомъ убогомъ жилищѣ литератора, заявившаго Россіи уже свое имя!
   Между разными средствами, которыя мы отыскивали съ Бѣлинскимъ, чтобы вывести его изъ этого ужаснаго положенія, придуманъ былъ одинъ и одобренъ нами: идти ему въ домашніе секретари къ одному богатому аристократу. страшному охотнику писать и печататься. Онъ извѣстенъ въ литературѣ подъ именемъ, помнится, Прутикова. Обязанности секретаря состояли также, какъ и прачекъ, въ томъ, чтобы чистить, штопать и выглаживать черное литературное бѣлье его превосходительства. Зато столъ, квартира, прислуга въ богатомъ домѣ и небольшое жалованье, чего же лучше! Дѣло было легко уладить. Прутиковъ не разъ обращался ко мнѣ съ просьбою, по дружбѣ, взглянуть на его творенія и, если мнѣ не въ тягость, поправить кое-гдѣ грамматическія и другія погрѣшности Но когда догадался, что это занятіе не но мнѣ, сталъ уже просить меня пріискать ему въ помощники падежнаго студента. Подъ этотъ случай попался Бѣлинскій.
   Вскорѣ онъ водворенъ въ аристократическомъ домѣ, пользуется но только чистымъ, но даже ароматическимъ воздухомъ, имѣетъ прислугу, которая летаетъ по его мановенію, имѣетъ хорошій столъ, отличныя вина, слушаетъ музыку разныхъ европейскихъ знаменитостей (одна дочь его пр-за музыкантша), располагаете огромной библіотекой, будто собственной, однимъ словомъ -- катается, какъ сыръ въ маслѣ. Но вскорѣ заходятъ тучи надъ этой блаженной жизнью. Оказывается, что за нее надо подчасъ жертвовать своими убѣжденіями, собственною рукой писать имъ приговоры, дѣйствовать противъ совѣсти. И вотъ, въ одно прекрасное утро Бѣлинскій исчезаетъ изъ дома, начиненнаго всѣми житейскими благами, исчезаетъ съ своимъ добромъ, завязаннымъ въ носовой платокъ, и съ сокровищемъ, которое онъ носитъ въ груди своей. Его превосходительству оставлена записка съ извиненіемъ нижеподписавшагося покорнаго слуги, что онъ не сроденъ къ должности домашняго секретаря. Шаги его направлены къ такой же убогой квартиркѣ, въ какой онъ жилъ прежде. Голова его высоко поднята, глаза его смѣло смотрятъ въ небо: ни разу они, также какъ и сердце, не обратились назадъ къ великолѣпнымъ палатамъ, имъ оставленнымъ. Онъ чувствуетъ, что исполнилъ долгъ свой.
   
   А. Н. Пыпинъ, приведя разсказъ Лажечникова, прибавляетъ къ нему, что имя "почтеннаго старичка" -- А. М. П--скій, что онъ былъ "человѣкъ стараго вѣка, но своему времени хорошо свѣтски образованъ, безъ малѣйшаго таланта и даже безъ хорошаго знанія русскаго языка, во одержимый страстью печататься". Однако, часть "Провинціальныхъ бредней" нашла себѣ пріютъ въ "Новомъ Живописцѣ", составлявшемъ приложеніе къ "Московск. Телеграфу" 1830: Кн. II -- статьи: І) 1-ое апрѣля, 2) Фехтованіе, 3) Экипажи, 4) Приличіе. Кн. VIII: 5) Обѣдъ. Въ "Атенеѣ" 1828 г. Прутиковъ помѣстилъ: 1) "Кузины" въ No 3, и "Планъ новѣйшаго романа: "Барбатонъ и Аврора", въ А 22. О "Провинц. бредняхъ" писалъ также Сѣнковскій ("Библ. для Чт." т. XV). Онъ ихъ тоже жестоко вышутилъ.
   428) Это слово употреблено здѣсь, конечно, такъ, какъ его употреблялъ Надеждинъ въ "Сонмищѣ Нигилистовъ" (см. т. I), т.-е. какъ синонимъ пустоты.
   429) У Боккачіо нѣтъ такой сказки. Сообщаемъ это послѣ справки у переводчика и первокласснаго знатока Боккачіо -- Александра Николаевича Веселовскаго.
   430) Какъ это часто бываетъ съ Бѣлинскимъ (ср. примѣч. 166--167), малѣйшій предлогъ, ничтожная книженк.а даетъ ему поводъ выступить съ цѣлымъ манифестомъ о своемъ міросозерцаніи, о 18 вѣкѣ, о роскоши и т. д. Съ защитою моды Бѣлинскій здѣсь выступаетъ уже второй разъ (ср. прим. 297).
   431) "Молва" 1836 г., No 4. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ части стиховъ.
   432) Склаважъ (испорченное франц. слово esclavage) -- теперь уже неупотребляемое названіе дамской брильянтовой парюры въ видѣ цѣпи.
   433) Очень уже пренебрежительное отношеніе къ писателю, котораго никакъ нельзя поставить на одну доску съ какимъ-нибудь безграмотнымъ сочинителемъ "Прекрасной Астраханки". Французскій романистъ и дѣтскій писатель Франсуа-Гильоміъ Дюкре-Дюмѣниль (1761--1814) пользовался огромною извѣстностью по всей Европѣ. Въ его "моральныхъ" романахъ, въ которыхъ добродѣтель неизмѣнно награждается, а порокъ наказывается, есть, все-таки, проблески таланта и настоящей фантазіи. Бѣлинскому онъ былъ ненавистенъ, потому что его пошло-моральные романы и повѣсти пользовались чрезмѣрною популярностью у насъ и переводились въ несмѣтномъ количествѣ. Вотъ списокъ этихъ переводовъ:
   1) Лолотта и Фанфанъ или приключенія двухъ младенцевъ, оставленныхъ на обитаемомъ островѣ. Пер. Ѳ. Розановымъ. 4 части. М. 1791. 8°.-- Изд. 2-е, М. 1793, 8°.-- Изд. 3-е, М- 1795, 8°.-- Изд. 1-ѣ. М. 1804. 12°. 2) Алексисъ, или домикъ въ лѣсу. Пер. съ фр. Алексѣй Печенѣговъ. М. 1794. 8° -- Изд. 2-ѣ. М. 1800, 8°.-- Изд. 3-е. М. 1804. 12°. 3) Яшенька и Жеоржетина, или приключенія двухъ младенцевъ, обитавшихъ на горѣ. 4 части. М. 1796. 8°.-- Изд. 2-е, 4 ч. М. 1804. 8°. 4) Вечернія бесѣды въ хижинѣ, или наставленія престарѣлаго отца. Пер. съ фр. Савва Крыловъ. 4 части. М. 1798--1799. 12°.-- Изд. 2-е, 4 ч. М. 1807, 12".-- Тоже, Харьковъ. 1819--1820. 12°. 5) Викторъ, или дитя въ лѣсу. Съ фр. перев. Ѳедоръ Загорскій и Филиппъ Горличь. 4 части. М. 1799--1800, 12°.-- Изд. 2-е, М. 1801, 12°.-- Изд. 3-е (а на титулѣ 2-е). 6 частей. Орелъ. 1821, 12°. 6) Катинька, или найденное дитя, истинное происшествіе Съ фр. перев. Константинъ Кириченко-Остромоевъ. 4 части. М. 1802, 8°. -- Изд. 2-е. Орелъ. 1820. 12°. 7) Вечера моей бабушки, новыя волшебныя сказки, въ пользу малыхъ дѣтей. Съ фр. 2 части. М. 18)2 -- 1803. 12°.-- Тоже, подъ назв.; Вечера моей бабушки. М. 1803. 12°. 8) Целина, или дитя тайны. Съ фр. перев. Филиппъ Горличъ. 6 частей. М. 1802--1803, 12°.-- Изд. 2-е. М. 1807. 3 части, 12°. 9) Поль, или оставленная аренда. 12 кипжекъ, или 4 части. М. 1802--1803.12°. Тоже книга вышла подъ заглавіемъ; Леонъ или таинственное дитя. Съ фр. 4 части. М. 1802--1805. 12°. 10) Юлія, или исторія человѣческаго сердца. Съ фр. 4 части. М. 1803. 12°. 11) Пальмиръ и Вольмепиль, маленькіе сироты, или деревушка при берегахъ Дюрансы. Съ фр., 8 книжекъ. М. 1805, 12°.-- Изд. 2-е, М. 1819. 12°. 8 частей. 12) Мишель, или отеческій домъ. Съ фр. перев. Степанъ Смирновъ. 4 части. М. 1807. 8°. 13) Елмонда, или дочь гостинницы. Съ фр. 5 частей въ 10 книжкахъ. М. 1808-- 1809. 12°.-- Изд. 2-е, 10 ч. М. 1816--1817. 12°. 14) Мальчикъ наигрывающій разныя штуки колокольчиками. Съ фр. 4 части. М. 1810. 12°. 15) Таинственная сирота, или развалины на берегу рѣки Темзы. 4 части. Съ фр. М. 1817. 12°. (Тоже что "Полъ" и "Леонъ"). 16) Эмиліо, или вечера моего отца. 4 тома. М. 1819--1821. 12°. 17) Источникъ Святыя Екатерины, или отцомъ проданный сынъ. Съ фр. 8 частей. -VV. 1820. 12°. 18) Аравитскій замокъ, или Нарциза, дитя нещастія. Съ фр. перев. М.....ъ В...лй. 4 части. Орелъ. 1827. 8°.
   Кромѣ того, появились въ журналахъ. 1) Любовь и честность. Повѣсть. "Вѣстн. Европы" 1804, ч. 13, стр. 175. 2) Часы. Повѣсть. Тамъ же, 1804, ч. 14, стр. 259. 3) Нещастный вечеръ. Нов. Тамъ же, 1804, ч. 14, стр. 290. 4) Добрая служанка. Нов. Тамъ же, 1804, ч. 16, стр. 17.
   434) "Молва" 1836 г. А 4. О Вернерѣ см. т. I, стр. 441, примѣч. 145, "Прародительница" Грильпарцера могла быть извѣстна Бѣлинскому потому, что она была поставлена въ 1829 въ переводѣ Ободовскаго.
   435) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   436) "Молва" 1836 г., No 5. Цензурн. разр. 21 марта 1836 г. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Книгопродавецъ, о которомъ съ такою нѣжностью здѣсь говоритъ Бѣлинскій, несмотря на вражду къ "Библ. для Чтенія" -- Смирдинъ.
   437) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   438) Тамъ же. Отношеніе къ Полевому продолжаетъ быть чрезвычайно благожелательнымъ. Ср. прим. 59 и 405.
   439) Обычная скромность. Ср. т. I. стр. 416, прим. 21.
   440) Четвертая часть "Русской Исторіи" совсѣмъ не появлялась. Несмотря на то, что Бѣлинскій здѣсь уклонился отъ какихъ бы то ни было притязаній на научную авторитетность своего мнѣнія, его взглядъ на Іоанна имѣетъ свое мѣсто въ исторіи отношенія русской пауки къ Грозному. Н. К. Михайловскій, написавшій цѣлое изслѣдованіе объ "Иванѣ Грозномъ въ русской литературѣ", разсмотрѣвъ мнѣнія Щербатова, Карамзина, Погодина и Нолевого (въ его "Исторіи русскаго народа") говоритъ:
   
   "До сихъ поръ мы видѣли людей, или въ недоумѣніи останавливающихся передъ Иваномъ IV, какъ передъ неразрѣшимо!! загадкой, или пытающихся такъ или иначе разрѣшить эту загадку, но, во всякомъ случаѣ, возмущенныхъ въ своемъ непосредственномъ чувствѣ кровавыми ужасами Іоаннова царствованія. Признавая огромное историческое значеніе за нѣкоторыми эпизодами этого царствованія, они съ колебаніями или даже совсѣмъ не распространяютъ своего почтительнаго удивленія на самую личность Грознаго. Первымъ, кто рѣшился совсѣмъ отвлечься отъ непосредственнаго чувства и создать нѣкоторый апотеозъ Грозному, былъ совсѣмъ не историкъ и притомъ, страннымъ образомъ, именно человѣкъ страстнаго чувства, человѣкъ, который не только говорилъ, но и писалъ и жилъ, "упорствуя, волнуясь и спѣша",-- какъ выразился про него Некрасовъ,-- "неистовый Виссаріонъ", какъ его называли друзья, словомъ -- Бѣлинскій. "Русская исторія для первоначальнаго чтенія" Полевого вызвала въ 1836 году рецензію знамепитаго критика, въ которой читаемъ: "есть два рода людей" и т. д. (см. по нашему изд. II, 442, 8 строкъ до словъ: "Ботъ, четырехлѣтнее дитя"). Остановившись на эпизодѣ болѣзни Грознаго, Бѣлинскій продолжаетъ: "Трепещите, буйные крамольные бояре!" и т. д. (стр: 443--44, до 20 строки на 444 стр., до словъ: и силу ума высокаго).
   Мнѣ неизвѣстна "Русская исторія для первоначальнаго чтенія", но если планъ ея не очень отдаляется отъ плана "Исторія русскаго народа" того же автора, то можно удивляться, что Бѣлинскій не замѣтилъ вышеприведенныхъ особенностей взгляда Полевого на Грознаго. Очевидно, во всякомъ случаѣ, что Бѣлинскій не приложилъ большихъ стараній къ изученію Грознаго и его эпохи и, съ свойственною ему пылкостью, увлекшись собственною фантазіей, нарисовалъ портретъ Грознаго "нѣтовыми цвѣтами но пустому полю", какъ говоритъ кто-то у Островскаго. Мудрено, конечно, думать, чтобы эта пламенная лирика въ прозѣ оказала какое-нибудь вліяніе на отношенія русской литературы къ Грозному царю. Но все-таки именно съ этихъ поръ мы встрѣчаемъ рядъ величаній Грознаго.
   Началось съ Кавелина, именно съ его замѣчательной статьи "Взглядъ на юридическій бытъ древней Россіи" (1846 г.). Между прочимъ, если не ошибаюсь, Кавелинъ первый провелъ параллель между Грознымъ и Петромъ I, каковая параллель потомъ часто повторялась, повторяется и теперь. (Михайловскій, Соч. т. ТІ, изд. 1897, стр. 145--146).
   
   Н. К. Михайловскій полагаетъ, что устанавливать связь между "лирикой въ прозѣ" Бѣлинскаго и позднѣйшими восхваленіями Грознаго мудрено. Но если, однако, изъ сейчасъ причеденнаго взять свѣдѣнія, что "величаніе" Грознаго началось съ Кавелина, то связь устанавливается самая простая и естественная. Почти въ то самое время, когда писалась рецензія, Бѣлинскій былъ учителемъ юнаго Кавелина. Какъ мы узнаемъ впослѣдствіи изъ воспоминаній Кавелина, самыя занятія шли не очень регулярно. Но учитель постоянно бесѣдовалъ съ даровитымъ ученикомъ о многомъ, что его волновало и "мудрено" ли предположить, что онъ ему передалъ и свой взглядъ на Грознаго. Черезъ 10 лѣтъ, когда Кавелинъ выступилъ на учено-литературное поприще, между нимъ и Бѣлинскимъ осталось то же соотношеніе: Бѣлинскій былъ главаремъ цѣлаго движенія, а Кавелинъ продолжалъ къ нему относиться съ величайшимъ благоговѣніемъ.
   441) "Молва" 1836, No 5. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Полемика въ концѣ противъ "нѣкоторыхъ", прославляющихъ Турцію, относится, конечно, къ Сенковскому, всегда рисовавшему восточную жизнь въ розовомъ свѣтѣ.
   442--443) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   444) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова вошло съ опущеніемъ конца. Позднѣе Бѣлинскій не удостаивалъ такихъ похвалъ совсѣмъ ихъ не заслуживавшаго Бурнашева. О немъ и о взглядахъ Бѣлинскаго на дѣтское чтеніе еще будетъ рѣчь.
   445) "Молва" 1836, No 6. Ценз. разр. 17 апр. 1836.
   446) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Этотъ отзывъ является какъ бы продолженіемъ отзыва, помѣщеннаго выше (т. II, стр. 401--403, No 179).
   447) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Колкости въ началѣ относятся къ Кони.
   448) Тамг же. Въ изд. Солдатенкова не вошло. Въ этой вдвойнѣ дружеской рецензіи (издавалъ Надеждинъ, переводили товарищи по "Телескопу") Бѣлинскій, все-таки, остался безпристрастнымъ, отмѣтивъ и слабыя стороны.
   440) Тамъ же. Въ изд. Солдатенкова не вошло.
   450) "Телескопъ" 1836 г., т. 32, No 5 и 6.
   Ценз. разр. отъ 21 марта и 17 апр. Въ изд. Солдатенкова напечатано съ небольшими пропусками въ 5 мѣстахъ.
   451) Фраза чрезвычайно характерная. Для Бѣлинскаго никогда не было сомнѣній относительно того, чѣмъ онъ въ данный моментъ увлекался. Онъ переживалъ теперь эстетическій моментъ своей духовной жизни и твердо убѣжденъ, что "законы творчества уже найдены". Не очень-то ихъ нашли и понынѣ. Ср. т. I, стр. 429, пр. 38.
   452) Обычное выдаваніе себя головою. Ср. т. I, 416, up. 21.
   453) Все это разсужденіе о задачахъ русской критики является программою собственной дѣятельности Бѣлинскаго, сила которой именно въ ея ясности и опредѣленности. "Чистое умозріѣніе", при всей его любви къ философіи, всегда было ему чуждо, его всегда интересовало только немедленное приложеніе "умозрѣнія" къ разрѣшенію ближайшихъ насущныхъ вопросовъ духовной жизни.
   454) Тонъ отношенія къ Шевыреву все еще остается такимъ же почтительнымъ, какъ въ "Литер. Мечтаніяхъ". Ср. т. I, стр. 441, пр. 142.
   455) Бѣлинскій вторично (ср. т. I, стр. 448, пр. 202) невѣрно цитируетъ этотъ замѣчательный стихъ.
   456) Ср. т. I, стр. 344 и слѣд.
   457) Карлъ Солтеръ (1780--1819) -- нѣмецкій эстетикъ, профессоръ въ Берлинѣ, романтикъ и шеллингіанѣцъ. У насъ онъ былъ въ большой чести въ москов. университетскихъ кружкахъ, откуда о немъ и дошли слухи до Бѣлинскаго. Одинъ изъ видныхъ профессоровъ новаго типа И. И. Давыдовъ, замѣтивъ даровитость поступившаго въ 1836 г. въ московск. университетъ Иринарха Введенскаго, далъ ему переводить "Эстетику" Сольгера, но изъ. этого ничего не вышло. (Барсуковъ, Жизнь Погодина, т. V, стр. 26).
   458) Ср. рецензію о Монборнъ (II, 142--149 и прим. 166--67).
   459) То, что говоритъ здѣсь Бѣлинскій о Гоголѣ, не прибавляетъ ничего существенно новаго къ тому, что онъ гораздо ярче и съ гораздо большей страстью сказалъ въ спеціальной статьѣ о Гоголѣ. (И. 186--236). Но читателю будетъ интересно слѣдить за изложеніемъ статьи Шевырева и убѣдиться въ томъ, какъ далекъ былъ этотъ называвшій себя "гоголефиломъ" критикъ отъ истиннаго пониманія Гоголя, отъ котораго требовалъ "безвредной безсмыслицы". Ср. II, пр. 257.
   460) Французское поясненіе приведено неудачно. Слѣдовало сказать -- causerie.
   461) "Народность" тутъ, конечно, употреблено внѣсто теперешняго -- "популярность".
   462) Обстоятельность, съ которою говоритъ Бѣлинскій о Жаненѣ несомнѣнно указываетъ, что этотъ писатель хорошо былъ ему знакомъ и не только по переводамъ, вѣчислѣ которыхъ былъ и его собственный (1, 175--177). Бѣлинскій много говоритъ о его фельетонахъ, а на русскій яз. переводились главнымъ образомъ романы Жанена.
   463) Этотъ "какой-то журналистъ" не кто иной, какъ Надеждинъ, помѣстившій въ т. 3-мъ и 6-мъ "Телескопа" за 1831 годъ седьмую пѣснь Шевыревскаго перевода "Освобожденнаго Іерусалима". Первому отрывку предшествовалъ тотъ самый проектъ просодической реформы ("О возможности ввести итальянскую октаву въ русское стихосложеніе", "Телескопъ" т. III, стр. 263--299 и 466--491), которую здѣсь навсегда такъ безжалостно убилъ Бѣлинскій.
   464) Не могли доискаться о комъ рѣчь.
   465) Этимъ злымъ насмѣшкамъ надъ курьезною затѣей Шевырева предшествовала небольшая замѣтка "Просодическая реформа", которая но ошибкѣ помѣщена нами не въ надлежащемъ мѣстѣ (II, 456).
   466) Бенедиктова Шевыревъ и поставилъ во главѣ "новаго періода". Ознакомленіе съ восторгами Шевырева еще разъ убѣдитъ читателя, съ какою большою эстетическою опасностью Бѣлинскій боролся въ своей статьѣ о Бенедиктовѣ (II, 274--290), и какъ необходимо было противопоставить этимъ восторгамъ не менѣе сильное отрицаніе. См. II, прим. 577.
   467) См. И, 310.
   468) Кажется, одна изъ фигуръ Бальзака.
   469) Въ русскомъ переводѣ "Стелло" появилось дважды. См. стр. 447, No 198. Кромѣ того отрывки изъ него печатались въ "Сѣв. Пчелѣ" 1835 г.
   470) Жильберъ -- извѣстный французскій поэтъ-сатирикъ (1751--80). Въ двадцатыхъ годахъ и позднѣе упорно держалась пущенная Шарлемъ Нодье легенда, что онъ умеръ отъ нужды и передъ смертью обращался къ родителямъ съ укоризнами, приводимыми здѣсь Бѣлинскимъ со словъ Альфреда-де-Виньи. Въ дѣйствительности, злой но отношенію къ своимъ врагамъ, но льстивый предъ сильными міра сего, Жильберъ былъ человѣкъ, хорошо обезпеченный разными пенсіями и подачками. Онъ велъ свѣтскій образъ жизни и во время прогулки верхомъ въ Булонскомъ лѣсу упалъ съ лошади и черезъ 2 недѣли умеръ отъ послѣдствій ушиба. Передъ смертью онъ написалъ приводимое нами дальше стихотвореніе, первая строчка котораго получила огромную извѣстность (перешла и въ русскій языкъ: "мнѣ нѣтъ мѣста на пиру жизни") и подала поводъ думать, что ранняя смерть 29-лѣтняго Жильбера явилась слѣдствіемъ нужды. Изъ обращенія же къ воспоминаніямъ дѣтства легенда создала проклятія тѣмъ, которые его оторвали отъ плуга и сельскихъ занятій:
   
   Au banquet de la vie infortuné convive,
   J'apparus un jour, et je meurs;
   Je meurs, et sur la tombe où lentement j'arrive Nul ne viendra verser des pleurs.
   Salut! champs que j'aimais, et vous, douce verdure,
   Et vous, riant exil de bois!
   Ciel, pavilion de l'homme, admirable nature,
   Salut pour la derniere fois! и т. д.
   
   471) Понятіе о литературной собственности было еще тогда вновѣ. Вотъ почему можно было считать проявленіемъ Гетевской практичности и умѣнія устраивать свои дѣла то, что онъ сдѣлался "монополистомъ своихъ произведеній". Въ Россіи право литературной собственности устанавливается только съ 1828.
   472) Какой-нибудь парижскій магазинъ предметовъ роскоши?
   473) Эти свѣдѣнія о цѣнахъ проѣзда Бѣлинскому, очевидно, сообщили либо только-что вернувшійся изъ-за границы Надеждинъ, либо, всего вѣроятнѣе, Василій Боткинъ, тоже тогда только-что пріѣхавшій изъ поѣздки за границу.
   474) Участникъ разорившейся въ 1826 издательской фирмы Банантейна и Кэмпбелля, Вальтеръ Скоттъ принялъ на себя погашеніе обязательствъ въ милліонъ рублей и, чтобы покрыть этотъ гигантскій долгъ, сталъ работать съ лихорадочнымъ напряженіемъ, изготовляя по печатному листу въ день. Въ ряду этихъ подневольныхъ, большею частью слабыхъ, произведеній мало чистой беллетристики, и главное мѣсто занимаетъ 9-томная, мало-критическая "Исторія Наполеона". О ней-то, очевидно, и говоритъ Бѣлинскій.
   475) Рѣчь о рецензіяхъ П. Щ. См. примѣч. 101, 103, 105.
   476) Подробнѣе объ отношеніи Бѣлинскаго къ Хомякову см. по поводу ст. "Русская Литература въ 1844 году".
   477) О Николаѣ Александровичѣ Мельгуновѣ, большомъ пріятелѣ Станкевича, еще будетъ сказано.
   478) Ср. примѣч. 249.
   479) Рѣчь о полемической брошюрѣ историка Степана Васильевича Руссова (ум. 1842). "Разборъ статьи, напечатанной въ "Сынѣ Отечества" на 1835 годъ въ No 37, 38, 89, -- О мнѣніяхъ касательно Руси" (Спб. 1836. 8°. 96 стр.).
   480) Статья, начало которой, безъ подписи автора, помѣщено въ V томѣ "Моск. Наблюд." закончилась только черезъ 1 1/2 года, въ XII томѣ, гдѣ подъ нею стоитъ подпись И Ефимовичъ. Свѣдѣній о личности этого писателя, на котораго Бѣлинскій возлагалъ извѣстныя надежды, нѣтъ. Но, видимо, онъ сошелся впослѣдствіи съ кружкомъ Бѣлинскаго; въ "Моск. Набл.", когда журналъ перешелъ къ Бѣлинскому и его друзьямъ, есть разборъ "Руковод. къ логикѣ", подписанный И. Ефимовичь ("М. Набл.", 1839 г., т. I). Въ томъ же году въ "Литер. Приб. къ Русск. Имп." (1839, No 16) появилась его статейка "Гете и Шиллеръ или превращеніе растеній и философія Канта". Статейка совсѣмъ небольшая, но написана не безъ одушевленія.
   481) Ср. примѣч. 116.
   482) Псевдонимъ Михаила Николаевича Макарова (1789--1847), автора многочисленныхъ статей историко-литературнаго характера, пеимѣющихъ серьезнаго значенія и вращающихся больше въ области анекдотовъ.
   483) Ср. примѣч. 166--67.
   484) "Князь Скопинъ Шуйскій",-- написанъ фрейлиной Олимпіадой Петровной Шишкиной (1 іюля 1791--11 мая 1854). Мы еще къ ней вернемся по поводу рецензіи Бѣлинскаго на ея "Прокопія Ляпунова" (1845).
   485) Ср. II, примѣч. 166 -- 67.
   486) Сказано больше для красоты слога: "Камердинера" у Бѣлинскаго никогда не было, хотя вообще его матеріальныя обстоятельства были въ то время довольно удовлетворительны. Отношеніе къ г-жѣ Коттенъ (см. прим. 141) тоже черезчуръ строгое. "Матильда" лучшій романъ Коттенъ.
   487) Еще несравненно болѣе несправедливо, чѣмъ къ г-жѣ Коттенъ, относится Бѣлинскій къ миссъ Эджевортъ, одной изъ самыхъ извѣстныхъ женщинъ-писательницъ (1763--1849). Ея литературная физіономія далеко не ограничивается тою пошлою "свѣтскостью", съ которою воюетъ Бѣлинскій. Въ извѣстной чопорности, манерности, условности она несомнѣнно повинна и Бѣлинскій былъ правъ, когда хотѣлъ парализовать ея вліяніе. Но Эджевортъ посвятила себя не только изображенію свѣтской жизни, къ наиболѣе пошлымъ сторонамъ которой она, сказать кстати, относится тоже весьма отрицательно. Миссъ Эджевортъ одна изъ первыхъ ввела въ свои произведенія народный (ирландскій) элементъ и Вальтеръ Скоттъ, въ апогеѣ своей славы, прямо заявлялъ, что подъ ея вліяніемъ у него явилось желаніе ввести въ литературу бытъ и преданія своей родины. Миссъ Эджевортъ писала также очень много для дѣтей. Правда, писала въ обычномъ тогда морализующемъ стилѣ. Та дѣтская книжка ея, которая могла быть извѣстна Бѣлинскому въ русскомъ переводѣ, называлась: "Дѣти съ ихъ характерами, повѣсти, могущія возбудить въ юныхъ читателяхъ желаніе добродѣтелей и открыть въ сердцахъ ихъ сокрытые недостатки" (2 ч. М. 1827). Однако, авторъ, очевидно, умѣлъ находить доступъ къ лучшимъ сторонамъ дѣтской души. Когда въ 1847 г. въ Ирландіи свирѣпствовалъ голодъ, бостонскіе школьники въ нѣсколько недѣль по собственной иниціативѣ собрали 150 тоннъ муки и много рису и отправили ихъ по такому адресу: "Миссъ Эджевортъ для ея бѣдныхъ."
   488) Цитата изъ "Бала" кн. Одоевскаго.
   489) См. прим. 409.
   490) См. т. II, стр. 421--422.
   491) Мало-по-малу разгораясь, статья чѣмъ ближе къ концу, тѣмъ становится все лучше и сильнѣе. Въ началѣ идутъ довольно мелкія придирки, но какъ только Бѣлинскій перешелъ къ войнѣ со свѣтскостью въ литературѣ -- статья получила историческое значеніе, какъ необыкновенно мѣткій ударъ въ начинавшую принимать опасные размѣры литературную язву. Въ примыкающихъ къ этой статьѣ замѣткахъ о "Современникѣ" (см. т. III) Бѣлинскій съ пламеннымъ напоромъ продолжаетъ войну со свѣтскостью и ведетъ ее съ несомнѣннымъ успѣхомъ. На это есть прямыя свидѣтельства. Тотчасъ послѣ появленія разсматриваемой нами статьи Станкевичъ писалъ Бѣлинскому (30 мая 183(3): "Братъ писалъ мнѣ, что ты послѣднею статьею о "Москов. Наблюдателѣ" рѣшительно убилъ Сергѣя Петровича (Шевырева) а что онъ самъ отъ себя отрекается... въ часъ добрый" (Переписка, 175). Въ борьбѣ Бѣлинскаго съ литературною свѣтскостью характернымъ является то, что она отнюдь не была слѣдствіемъ какой-нибудь радикальной теоріи, отнюдь не вытекала изъ демократическихъ тенденцій, которыя тогда еще были совершенно чужды Бѣлинскому. Мы знаемъ, что онъ въ это время даже защищалъ моды и роскошь (см. II, 428 и прим. 430). Борьба со свѣтскостью была для него теперь борьбою съ отсутствіемъ истиннаго чувства, съ отсутствіемъ идеальныхъ стремленій. Мы тутъ имѣемъ дѣло съ эпозодомъ эпохи "абстрактнаго героизма", съ удовлетвореніемъ безотчетныхъ порывовъ къ высокому, съ презрѣніемъ къ пошлости и мелочности.
   Какъ статья "О критикѣ и литерат. мнѣніяхъ Москов. Наблюдателя", такъ и предшествующій ей отчетъ "Ничто о ничемъ" являются первыми серьезными вылазками противъ Шевырева, въ исторіи литературной репутаціи котораго Бѣлинскій сыгралъ такую роковую роль. Главные эпизоды войны Бѣлинскаго съ Шевыревымъ еще впереди и относятся къ сороковымъ годамъ. Шевыревъ во многихъ отношеніяхъ былъ противникъ весьма замѣчательный. Ни карьеристомъ, ни человѣкомъ себѣ на умѣ, какъ его главнаго соратника по теоріи смиренномудрія -- Погодина его нельзя было назвать. Интересы духовные въ немъ преобладали. Образованіе онъ имѣлъ хорошее, спеціальныхъ знаній у него тоже было много, какъ по исторіи всеобщей, такъ и по исторіи русской литературы, и нѣкоторыя его работы не утратили интереса до сихъ поръ. Какъ профессоръ, онъ, во всякомъ случаѣ, будилъ мысль стремленіемъ къ широкимъ обобщеніямъ и желаніемъ создать опредѣленное міросозерцаніе. Вотъ почему въ началѣ и срединѣ тридцатыхъ годовъ онъ пользовался симпатіями лучшей части студенчества, на ряду съ Павловымъ и Надеждинымъ, и былъ представителемъ новаго теченія университетскаго преподаванія (ср. I, стр. 419). Но уже черезъ нѣсколько лѣтъ вся его дѣятельность приняла совсѣмъ иное направленіе. Педантизмъ взялъ вверхъ надъ возбужденностью первыхъ лѣтъ профессорства. И такъ какъ живого, внутренняго чувства у Шевырева не было, то онъ всегда терялъ чувство мѣры, но терялъ его не въ порывѣ страстнаго увлеченія, а именно какъ педантъ, потому что искусственно взбадривалъ себя. Въ его хватаніяхъ черезъ край никогда не чувствовалось глубокой вѣры, а всегда явственно проступала напыщенная надутость. Это онъ, главнымъ образомъ, довелъ теорію "сниренія", какъ главной исторической черты русскаго народа до тѣхъ предѣловъ, гдѣ она является полнымъ искаженіемъ реальныхъ очертаній дѣйствительной исторической жизни. Это онъ, главнымъ образомъ, а не славянофилы, какъ обыкновенно думаютъ, провозглашалъ, что "Западъ сгнилъ". Не было у него также непосредственнаго, живого пониманія искусства и, за исключеніемъ обусловленнаго личною пріязнью "гоголефильства", его литературныя сужденія въ значительной долѣ своей несостоятельны и пошлы. Воображая себя глубокимъ цѣнителемъ всѣхъ родовъ искусства и литературы, Шевыревъ на самомъ дѣлѣ былъ лишенъ эстетическаго вкуса и наговорилъ много такого, что прямо стало образчикомъ педантической напыщенности и безвкусицы. Добродушія, отчасти примирявшаго съ Погодинымъ, у него не было и тѣни. Шевыревъ былъ злой самолюбецъ, никогда не прощавшій, если его задѣвали, и всегда вносившій во всякую полемику самое тяжелое раздраженіе. Отъ него нельзя было отдѣлаться однимъ вышучиваніемъ и пародированіемъ, какъ это дѣлалось по отношенію къ Погодину, надо было вести съ нимъ споръ серьезно. И такъ какъ онъ, защищая свое міросозерцаніе, ничѣмъ не былъ стѣсненъ и имѣлъ полную возможность выдвинуть весь свой запасъ аргументовъ и нападокъ. между тѣмъ какъ противники вынуждены были еле-еле намѣчать свои доводы въ самыхъ общихъ и неясныхъ очертаніяхъ, то и они, въ свою очередь, не могли не быть раздражены. Все это сдѣлало Шевырева предметомъ страстныхъ нападокъ Бѣлявскаго и его друзей. Изъ всѣхъ представителей теоріи, оффиціальной народности" только съ нимъ однимъ и стоило спорить: Булгаринъ былъ слишкомъ омерзителенъ, Гречъ слишкомъ мелокъ, Сенковскій въ сороковыхъ годахъ уже выдохся, Погодинъ былъ забавенъ по преимуществу и только борьба съ Шевыревымъ и доставляла наслажденіе побѣды. Волѣе детально намъ придется еще говорить о Шевыревѣ въ примѣчаніяхъ къ дальнѣйшимъ томамъ.
   492) Эту замѣтку, напечатанную въ XXVII томѣ "Телескопа" (No 9) за 1835 г. (ценз. разр. отъ 1 октября 1835) слѣдовало бы помѣстить раньше. Выходка, видимо, является отголоскомъ настроѣнія всего кружка: въ письмѣ къ Невѣрову отъ 28 сент. Станкевичъ пишетъ:
   "Какъ тебѣ нравится NoNo 7 и 8 "Телескопа", изданные Бѣлинскимъ? Замѣть въ послѣднемъ прекрасную статью: "Лютеръ на Вормскомъ сеймѣ". 9-й готовится. Въ немъ осмѣлились пошутить надъ Шевыревымъ, который съ важностью говоритъ о реформѣ въ русской просодіи и хочетъ ввести итальянскую.... Не говоря уже о нелѣпости этой мысли, подумай, какъ не стыдно въ нашъ вѣкъ, богатый человѣческими интересами, думать о перемѣнахъ въ просодіи? Талантъ самъ создаетъ ее" (Переписка, 149).
   

Акварельный портретъ Бѣлинскаго, приложенный ко II тому.

   Въ краскахъ этотъ портретъ дается здѣсь въ первый разъ. Но онъ уже разъ былъ воспроизведенъ безъ красокъ въ "Истор. Вѣстникѣ" 1881 года (No 10), гдѣ даны слѣдующія свѣдѣнія:
   Оригиналъ портрета Бѣлинскаго, прилагаемаго къ настоящей книжкѣ "Историч. Вѣстн.", обязательно доставленъ намъ Павломъ Густавовичемъ Моравекомъ при слѣдующемъ сообщеніи:
   "Посылаемый мною вамъ портретъ В. Г. Бѣлинскаго составляетъ большую рѣдкость. Онъ достался мнѣ отъ покойнаго дяди моего князя П. Д. Козловскаго, бывшаго въ 1837--1838 гг. инспекторомъ Межевого института въ Москвѣ, директоромъ котораго былъ въ то время С. Т. Аксаковъ. Какъ и когда дядя мой познакомился съ Бѣлинскимъ, мнѣ неизвѣстно, но онъ говорилъ мнѣ, что въ концѣ тридцатыхъ годовъ Бѣлинскій часто бывалъ у него до самаго отъѣзда своего въ Петербургъ въ 1839 году.
   Въ это время и былъ написанъ, по желанію дяди, портретъ съ Бѣлинскаго однимъ изъ воспитанниковъ Межевого института, отличавшимся умѣньемъ рисовать съ натуры. По словамъ дяди, портретъ былъ очень похожъ".
   Получивъ отъ г. Моравека портретъ, о которомъ идетъ рѣчь, мы показывали его А. А. Краевскому, какъ лицу, близко знавшему Бѣлинскаго, начиная съ 1839 года. Г. Краевскій не только удостовѣрилъ намъ сходство портрета, но прибавилъ, что въ немъ схвачены черты Бѣлинскаго гораздо вѣрнѣе, нежели во всѣхъ извѣстныхъ до сего времени портретахъ и бюстахъ его.
   Воспроизводя съ этого портрета точную копію, считаемъ необходимымъ сказать, что оригиналъ сдѣланъ акварелью и очень полинялъ отъ времени, но тѣмъ не менѣе обличаетъ искусную руку. Ред.
   Съ своей стороны прибавимъ, что князь Козловскій былъ дѣйствительно очень друженъ съ Бѣлинскимъ. Въ письмѣ къ брату (іюнь 1838 г.) Бѣлинскій, сообщая о своемъ поступленіи учителемъ въ Константиновскій Межевой институтъ, между прочимъ говоритъ: "Инспекторъ, князь Козловскій, по дружбѣ своей ко мнѣ, уступилъ мнѣ лучшую половину своей квартиры". (Русск. Ст." 1876 г., т. XV, стр. 343).
   Пользуемся случаемъ принести искреннюю благодарность Павлу Густавовичу Моравеку (нынѣ инспектору Спб. Екатерининской женской гимназіи). Онъ съ полною готовностью отдалъ въ наше распоряженіе принадлежащій ему драгоцѣнный unicum для тѣхъ довольно сложныхъ операцій, которыя потребовало красочное воспроизведеніе

0x01 graphic

   

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru