# Воспоминания И. Я. Гинцбурга о Тургеневе

Иван Сергеевич Тургенев

Тургеневский сборник. Материалы к полному собранию сочинений и писем И. С. Тургенева

Л., "НАУКА", 1967


## ВОСПОМИНАНИЯ И. Я. ГИНЦБУРГА О ТУРГЕНЕВЕ


Замечательный русский скульптор Илья Яковлевич Гинцбург (1859--1939), автор ряда статей по вопросам искусства, известен и как талантливый мемуарист; в литературном наследии Гинцбурга значительное место занимают воспоминания о его знаменитых современниках -- деятелях русской культуры.

И. Я. Гинцбург прожил долгую и богатую событиями жизнь. Круг людей, с которыми свела его судьба, чрезвычайно широк; к нему принадлежат писатели, художники, музыканты, ученые. В их числе -- Антокольский и Репин, Верещагин и К. Савицкий, Л. Толстой и Горький, Чайковский и Шаляпин, Менделеев и Павлов и многие другие.

Первые заметки мемуарного характера Гинцбург начал печатать в начале 900-х годов в журналах "Мир божий", "Современный мир" и др. (об Антокольском, Верещагине, Л. Толстом и т. д.). Затем они вошли в сборники "Из моей жизни" (СПб., 1908) и "Из прошлого" (Л., 1924).1

Публикуемые ниже воспоминания И. Я. Гинцбурга о Тургеневе (о встречах с ним Гинцбург бегло упоминает в своей автобиографической заметке "Как я стал скульптором") хранятся в рукописном отделе Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР.2


И. С. Чистова


1 Последнее издание воспоминаний И. Я. Гинцбурга: Скульптор Илья Гинцбург. Воспоминания. Статьи. Письма. Л., 1964.

2 ИРЛИ, p. I, on. 29, No 78.


## Мои встречи с И. С. Тургеневым


В первый раз я увидел И. С. Тургенева у Серовых в 1870-м году; жена композитора Валентина Семеновна Серова была дружна с моим учителем M. M. Антокольским, который часто бывал у нее и брал меня с собою; я всегда сидел в комнате "Антоши"1 (впоследствии известный живописец), который был мне ровесником. Раз у Серовых был вечер, собрались преимущественно музыканты; Серов играл свою только что законченную оперу "Рогнеда".2 Среди гостей был и И. С. Тургенев; он выделялся своей наружностью; в бархатной визитке, остриженный по-русски, с крупными чертами лица, он произвел на меня тогда большое впечатление*. Ближе познакомился я с ним в мастерской M. M. Антокольского, который тогда лепил статую Ивана Грозного, и я делал барельефы на троне царя по рисункам Солнцева. М<арк> М<атвеевич> представил меня И<вану> С<ергеевичу>; рассказал, как он привез меня недавно из Вильны, надеясь сделать m меня хорошего скульптора. И<ван> С<ергеевич> с интересом смотрел, как я работаю, и поласкал меня.3 Помню, что по окончании статуи И<ван> С<ергеевич> написал большую хвалебную статью, в которой И<ван> С<ергеевич> сообщал, что статуя И<вана> Гр<озного> -- первая и единственная скульптура в русском национальном духе, и потому эта статуя будет играть большую роль в развитии искусства.4 Статья И<вана> С<ергеевича> вместе со статьею В. В. Стасова первые распространили имя М<арка> М<атвеевича>, и с тех пор М<арк> М<атвеевич> стал известным не только в России, но и за границей. Только через 20 лет я опять стал встречаться с И. С. Тургеневым в мастерской М<арка> М<атвеевича> в Париже, куда И<ван> С<ергеевргч> часто захаживал, чтобы посмотреть работы М<арка> М<атвеевича>, которого он был большой поклонник. Подолгу, бывало, они говорят об искусстве, в особенности французском, которого И<ван> С<ергеевич>, как я тогда понял, он {Так в подлиннике.} был большой поклонник. Иногда я встречал И<вана> Сергеевича) в "Обществе Русских художников" (rue Tilsitte 12 {Так в подлиннике.}), в котором И<ван> С<ергеевич> состоял председателем.5 Талантливо он рассказывал фан<тастические> анекдоты. M. M. Антокольский тогда писал воспоминания и статьи об искусстве,6 и часто он мне диктовал, так как он сам, не получив никакого систематического образования, плохо писал. Меня всегда поражало, что М<арк> М<атвеевич>, будучи безграмотным, однако обладал прекрасным слогом и красиво излагал свои мысли. Раз я был свидетелем следующего разговора, который происходил между великим скульптором и великим писателем. Мой учитель спросил, получил ли И<ван> С<ергеевич> его письмо. -- "Получил, по, признаюсь, - с трудом прочел; Вы пишете так безграмотно, так неправильно, что надо обладать огромным терпением, чтобы разобрать то, что пишете; но разобравши, удивляешься, как красиво и умело Вы излагаете Ваши мысли; дай бог всякому русскому писателю так талантливо писать".7 То же самое я часто слышал от В. В. Стасова, когда он вместе со мною разбирал письма M. M. Антокольского. В прекрасном собрании писем M. M. Антокольского (изд. Суворина) 8 есть и письмо М<арка> М<атвеевича> к <Ивану> Сергеевичу> (по поводу евр<ейских> погромов), но И<ван> С<ергеевич> не ответил М<арку> М<атвеевичу> на это письмо, как и не ответил Л. Н. Толстой.9

Я присутствовал на похоронах И. С. Тургенева. Когда его тело привезли в Петербург, я был на вокзале (Варшавском) среди огромной толпы. Гроб понесли на руках ученые и писатели; выделялись профессора Военно-медицинской Академии, которые все были в парадной блестящей форме, и я видел, как любят И. С. Тургенева на его родине.10


Илья Гинцбург

1938


1 Так в детстве называли Валентина Александровича Серова, сына композитора.

2 Здесь Гинцбург не совсем точен: Серов закончил оперу "Рогнеда" не в 1870, а в 1865 г. В том же году было ее первое представление на сцене Мариинского театра. В письме к П. Виардо от 14, 15 (26, 27) февраля 1871 г. Тургенев упоминает о вечере у Серова; можно предположить, что это был тот вечер, где Гинцбург впервые увидел Тургенева, но не был ему представлен.

3 Об этом посещении мастерской M. M. Антокольского Тургенев писал П. Виардо 14 (26) февраля 1871 г.: "Днем я познакомился с молодым русским скульптором из Вильны, обладающим незаурядным талантом. Он изваял статую Ивана Грозного <...> Я нахожу эту статую несомненным шедевром исторического и психологического проникновения, великолепным по исполнению <...> Зовут его Антокольским; вот имя, которое не умрет" (Письма, т. IX, стр. 19, 363). Сам же Антокольский так вспоминает об этом эпизоде: "Наконец, дождался великого дня, когда бросил стек и сказал "довольно". В этот день первый, кто пришел в мастерскую, был И. С. Тургенев. Я сейчас узнал его по фотографической карточке, имевшейся у меня в альбоме <...> Я глазам своим не верил, что передо мною стоит, -- нет, вернее, что я стою перед Иваном Сергеевичем Тургеневым <...> "Ты знаешь, закричал я Репину, вбегая в его мастерскую и задыхаясь от волнения, -- кто у меня сейчас был? -- Иван Сергеевич Тургенев!!!"" (Антокольский, стр. 953).

4 В "С.-Петербургских ведомостях" за 1871 г. почти одновременно появились статьи В. В. Стасова и И. С. Тургенева об Антокольском: В. Стасов. Новая русская статуя. "С.-Петербургские ведомости", 1871, 13 февраля, No 44; И. С. Тургенев. Заметка. <О M. M. Антокольском>. Там же, 19 февраля, No 50.

5 Встречи Гинцбурга с Тургеневым в Париже (у Антокольского и на rue Tilsitt 18, где собрались члены "Общества взаимного вспоможения и благотворительности русских художников в Париже") относятся, вероятно, к 1877--1882 гг. (т. е. через 6--11, а не через 20 лет после его знакомства с писателем в Петербурге).

6 В это время Антокольский, по-видимому, работал над автобиографическими записками, которые были опубликованы в 1887 г. в "Вестнике Европы" (M. M. Антокольский. Из автобиографии. "Вестник Европы", 1887, т. 5, кн. 9--10).

7 Возможно, что об этом разговоре упоминает Антокольский в письме к В. В. Стасову от 9 января ст. ст. 1887 г.: "... по мнению даже И. С. Тургенева, "у меня не русский язык, но своеобразный и пахнет каким-то особенным букетом". Это он сам мне сказал. Что касается ошибок, то он сказал, что "необходимо поправлять их так, чтобы вы целиком остались", тем более, что и слог у меня хороший" (Антокольский, стр. 586).

8 Вероятно, Гинцбург имеет в виду собрание писем Антокольского в издании т-ва М. О. Вольф: Марк Матвеевич Антокольский, его жизнь, творения, письма и статьи. Под ред. В. В. Стасова. СПб.--М., 1905. -- Издание же писем А. С. Сувориным библиографами не зарегистрировано.

9 Тургенев ответил М. М. Антокольскому 1 (13) июля 1881 г. И сам Антокольский писал Гинцбургу в декабре 1889 г. о том, что им был получен ответ писателя на большое и подробное письмо, посвященное еврейскому вопросу (Антокольский, стр. 860). Вероятно, Гинцбург имел в виду отказ Тургенева выступить по этому поводу печатно (см. указанное выше письмо Тургенева к Антокольскому).

10 О похоронах Тургенева см. также: А. Ф. Кони. Похороны Тургенева. В. кн.: Тургеневский сборник под ред. А. Ф. Кони. Пб., 1921, стр. 37--85.