# Сватанье

Константин Андреевич Тренёв

(Набросок с натуры)

## Константин Андреевич Тренев. Сватанье


(Набросок с натуры)


Прослужил Явтух Нечипоренко пять лет богу и государю в Колыванском полку и пришел $5 в свой родной хутор Козинку. А Козинку так занесло снегом, что только и видно, как дым из труб идет, да слышно, как собаки лают.

Вошел Явтух в улицу -- никого не видно. Прошел дальше. Вышло что-то из одного двора с ведрами на плечах да и ползет к колодцу, навстречу Явтуху. Смотрит на него Явтух и не может сказать, человек ли то ползет или баба: на ногах шаровары, а на голове платок. Подошел ближе, из-под платка борода видна: человек. Смотрит на него человек, а Явтух на человека смотрит.

Смотрел, смотрел, да как вскрикнет:

-- Тю, брат ты мой! Да ведь это же дядько Буряк! А я, признаться, думал, что это так себе, тетка какая-нибудь!

Узнал и дядько Буряк Явтуха и тоже радостно вскрикнул:

-- Тю! Да ведь это же Явтух и есть.

Поцеловались Буряк и Явтух и пошли к Буряку в хату. Тетка Бурячиха стала печь перепички да жарить сало, а дядько принес сороковку. Выпили все по чарке, только обнесли было трехлетнего Юхимка. Но Юхимок сейчас же затянул:

-- И мени, мамо, водочки.

Поднесли и Юхимке, только не полную чарку.

Послал Явтух и от себя за сороковкой. Выпили и ту, а Юхимок -- ну и забавное хлопья -- добрался до чарки, из которой пили, и вылизал ее языком.

За перепичками да за сороковками рассказали Явтуху все хуторские новости. Ивана-вора уже нет: хуторяне покрутили ему руки и ноги, а он взял да на другой день и умер. Роман Зима стал Библию читать, но с ума покамест еще не сошел, так полагают, что через год, пожалуй, должен сойти.

Словом, было рассказано все, что произошло важного в хуторе за последние пять лет.

Захотел потом Явтух пойти посмотреть на свою родную хату, которую он покидал одинокою, когда шел на службу. Пошли с Буряком. Подошли к хате, хотели войти, а двери нет, под снегом. Только и не занесло снегом единственное окно на улицу, только оно одно и выглядывает из-под снега. Но за такую нескромность у него давно выбиты стекла. Посмотрел на свою хату Явтух, послушал, как поет ветер в ее разбитом окне, и не мог разобрать, что выражает эта песня: тоску ли одиночества или радость свиданья.

Не разобрал Явтух песни ветра и перетолковал ее по-своему. Перетолковал, будто ветер спрашивает его, где он будет зиму зимовать. А перетолковавши так песню, задумался Явтух и не знал, что ответить на нее. Подумал было ответить: "в своей хате"-- так ветер, видно угадавши его мысли, сейчас же сердито запел, что не пустит его туда. А кроме хаты, что же еще есть у Явтуха? Казенная шинель? Но она так же греет, как и хата, потому что за долговременную службу награждена такими же отверстиями, как и разбитое окно хаты. Есть, правда, у него и деньги, да только половину их он уже истратил на распитую у Буряка сороковку.

Не справилась голова Явтуха с вопросом ветра. Спросил Явтух Буряка. И Буряк задумался. Стали думать в две головы. Думали, думали и надумали только одно: Буряк вспомнил, что Игнатенку работник нужен, а Явтух решил сейчас же сходить к Игнатенку и попроситься в работники.

Оказалось, действительно так. Работник точно нужен, да только чтобы не один, а с женой, с работницей. А где же Явтуху жену взять, когда он не женат! Пришел он к Буряку и стал говорить, что один он, действительно, может стараться, сколько требуется хозяину, а чтобы это, например, вдвоем, то он никак не может, потому что он один.

Опять стали думать. Подумавши, почесал Буряк за левым ухом да и говорит:

-- Разве уж такую штуку устроить: жениться тебе, чтобы было вас двое!

Явтух обрадовался находчивости дядька Буряка, и стали теперь думать, как бы это умудриться, чтобы жениться по этому случаю.

Конечно, для такого дела, как сватанье, нужно и человека в старосты найти подходящего, такого, чтобы умел слово сказать. Нужно попросить старостою Ивана Котенка. Оно, положим, и дядько Буряк тоже может слово сказать, только далеко ему до Котенка! Тот, например, когда приедет на мельницу и станет рассказывать мужикам, где находится конец света и что обозначает собою слово "кругообзор", то так расскажет, что ему за это без очереди всю муку смелют и еще мешки на воз навалят.

Котенко даже говорить может разными французскими словами, как паны. Например, когда он не согласен с тем, что вы ему говорите, то не скажет вам, что это не так, а посмотрит вниз, поднимет большой палец вверх и скажет:

-- Вот ты мне задал политику, а я теперь тебе критику.

И потом уже начинает говорить. Образованный человек! Порядок у него в доме тоже такой, какого нет ни у кого в хуторе. Когда вы, например, обедаете у него и, поевши борщ, сидите в ожидании каши, то уж кладите ложку вверх дном, как полагается по приличию, а не вниз. Иначе он так пристыдит вас за ваше невежество, что вы покраснеете, как перевернутая вами ложка. Жену свою он никогда не называет по-мужицки: Гапка. А всегда: жена моя Агафия. Чтобы уж точно было.

А если вам желательно, чтобы по вашей спине походила его вербовая палочка, которую он один месяц выбирал в роще, а другой вырезывал да украшал резьбой, если вам желательно откушать этой палочки, то встретьте его, когда он идет куда-нибудь по важному делу, и, вместо того чтобы, согласно его правилам, сказать: "где идете?", спросите: "куда идете, дядько?"

За это "кудыканье" он не пощадит ни вашей честности, ни образованности.

Одел Явтух новый кожух дядька Буряка, и пошли они к Котенку. Тот поздоровался с Явтухом и начал расспрашивать у него про военную службу: как и что. Высказал при этом и свои соображения касательно того, почему теперь всех служить заставляют: англичанка супротив нашей земли подымается и подбивает на это еще французского, американского и разных прочих королей. Буряк поопасался было по этому случаю, что, дескать, как бы в самом деле не напакостила чего каторжная баба, эта англичанка. Но Котенко успокоил его, объяснивши, что за нас теперь уже держат руку Китай и Померанская империя.

Поговоривши насчет политики, Буряк начал разъяснять, зачем они пришли. Так и так, мол, идем свататься, так нужно переднего человека, потому что, как гуси без гусачка впереди или, к примеру, стадо без барана, так и сваты без хорошего свата. Потому что все дело тут в хороших словах и лестном рассуждении.

Котенко подумал, согласился и затем стал объяснять присутствующим, что такое брак:

-- Брак есть великое дело. До такой степени великое, что всякий деликатный человек должен обязательно быть женатым. И который ежели человек не женат, такой человек не есть фундаментальный, а наоборот даже, как немец или идолопоклонник.

Объяснивши, что такое брак и почему, Котенко сказал:

-- Ну а теперь можно идти свататься.

Вышли сваты и жених из хаты, остановились среди улицы, и Котенко произнес;

-- Теперь, любезный мой сват, товарищ Грыцько Прохорович, и ты, молодой князь Явтух Микифорович, теперь мы, как, может, и вам известно, вышли из хаты. А по этому случаю я вам делаю запрос: куда будем идти, то есть в какую, например, хату, и также вообще, кого будет сватать, какую, приблизительно, девицу? Ответствуйте.

Буряк посмотрел на Явтуха, а Явтух на Буряка -- не знают.

-- Значит, не имеете на предмете? -- сказал Котенко.-- При таком поведении начнем мы с крайней хаты и таким примером будем идти по тем хатам, где состоит девка. В которой хате нашу хлеб-соль примут, там будет наша княгиня.

Одобрили Буряк и Явтух речь главного свата и пошли к первой хате.

Остановились перед дверью, и говорит Котенко:

-- Теперь я буду стучаться и ответа дожидать.

-- Значит, сигнал подавать,-- говорит Явтух.

-- По-военному это сигнал обозначается,-- поправляет его Котенко,-- а по-свадебному говорится: "предлог делать".

Постучался Котенко, а в хате спросили:

-- Кто там?

Котенко поправил шапку, перевязал пояс и отвечал:

-- Купцы из иностранной заграницы. Едем с знаменитым князем за дорогоценною покупкой. Проехали разные отечества и приехали в ваш город-палестину.

Впустили сватов в хату. Котенко начал объяснять, какая покупка требуется, и просил показать эту самую покупку.

-- Какая ж это покупка? -- спрашивают.

-- А покупка эта есть ваша девица, которая прозывается Мария.

-- А Марьи ж нашей нет,-- отвечают,-- в хате нет. На улице гуляет.

-- Видишь,-- сказал Котенко,-- что дело это не подходит, потому что нам скоро требуется. Идемте, купцы, дальше.

Подошли сваты с князем к другой хате, где жила Хивря с дочкой, и опять дядько Котенко стал в дверь предлог делать. За дверью спросили:

-- Кто там?

Котенко отвечал:

-- Купцы из иностранной заграницы. Едем с знаменитым князем за дорогоценною покупкою, проехали разные отечества...

Впустили в хату знаменитых купцов из-за границы, и Котенко продолжал:

-- Теперь мы вошли в вашу заграницу и, собственноручно обсмотревши ее, нашли то, что требуется для нашего знаменитого князя.

А Хивря посмотрела на Явтуха да и говорит:

-- Это ж тот самый знаменитый князь, что все хуторскую череду пас?

Неловко стало Явтуху от таких слов Хиври. Но Котенко поднял палец кверху и отвечал:

-- Это бывает, действительно, что князь и даже именитые короли для удовольствия одеваются в пастушескую одежду.

А Хивря опять посмотрела на Явтуха и опять говорит:

-- Значит, ваш князь тоже для удовольствия чужой кожух надел? -- Сказала и давай смеяться.

Дядько Котенко помолчал, пока она пересмеялась, и сказал:

-- Значит, теперь мы видим, что на нашу политику в этой хате отвечают критикой, а потому обратно берем свой хлеб назад и законным способом идем в другую хату. И с тем извиняйте -- до свидания.

Сваты с князем пошли из хаты, а Хивря сказала им вслед:

-- Не прогневайтесь, добрые люди, что в нашей хате ноги поморозили.

Пошли сваты к третьей хате, опять остановились у двери.

-- Теперь мы будем делать третий предлог,-- сказал Котенко и застучал в дверь. Опять пошел разговор о купцах и князе. Но тут уж, впустивши в хату сватов, не перебивали их, пока Котенко не довел речь до конца. Кончил он речь и говорит:

-- Теперь мы вам будем вопрос задавать, а вы нам будете обратно ответ возвращать, будет ли согласие на то, чтобы девица ваша, именуемая по-уличному Горпина, а по святцам Агрипиния, стала именитой княгиней?

Тут отец с матерью на дочку сослались, а дочка стала у печки и стала ее пальцем колупать -- согласна.

На другой день утром Явтух увидел, что у Горпины на левом глазу бельмо. Он почесал за ухом и спросил:

-- А другим глазом видишь?

Горпина ответила:

-- Вижу. Я и левым раньше видела.

-- Живет,-- сказал Явтух и пошел к Игнатенку наниматься вдвоем.

Через неделю дядько Котенко стоял на дворе у Игнатенка и говорил Явтуху:

-- Теперь ты, Явтух, как, может, и самому тебе известно, женат. Потому ты женат, что брак великое дело. И по такому случаю ты теперь уже деликатный человек своего отечества. Старайся.

Явтух снял шапку, низко поклонился и сказал:

-- Спасибо же вам, дядюшка, что за ваши хорошие слова стало нас двое. Дай вам бог здоровьячка.

<1902>


---------------------------------------------------------


Источник текста: Повести и рассказы / К. Тренев; Сост. и предисл. М. О. Чудаковой. -- Москва: Сов. Россия, 1977. -- 350 с.; 20 см.