Толстой Лев Николаевич
Отрицает Иисуса как Искупителя

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 4.87*10  Ваша оценка:


Толстой Л.Н. отрицает Иисуса как Искупителя.

В январе 1871 года Толстой отправил Фету письмо: "Как я счастлив,.. что писать дребедени многословной вроде "Войны" я больше никогда не стану" Толстой Л.Н. ПСС. т.61, стр.247.

6.12.1908 года Толстой записал в дневнике: "Люди, любят меня за те пустяки - "Война и мир" и т.п., которые им кажутся очень важными" Толстой Л.Н. ПСС. т.56, стр.162.

Летом 1909 года один из посетителей Ясной Поляны выражал свой восторг и благодарность за создание "Войны и мира" и "Анны Карениной". Толстой ответил: "Это все равно, что к Эдисону кто-нибудь пришел и сказал бы: "Я очень уважаю вас за то, что вы хорошо танцуете мазурку".

Я приписываю значение совсем другим своим книгам (религиозным!!)"

Гусев Н.Н. Два года с Л.Н.Толстым, М., 1973. с.273.

   "Новый лжеучитель, граф Лев Толстой... проповедует, с ревностью фанатика, ниспровержение всех догматов Православной Церкви и самой сущности веры христианской... отрицает Иисуса Христа как Искупителя, пострадавшего нас ради человеков и нашего ради спасения
   отрицает Иисуса Христа как Спасителя мира..."

Определение Святейшего Синода от 20-22 февраля 1901 года.

Смотри: http://az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_0498.shtml

Толстой Лев Николаевич

Исследование догматического богословия

Смотри: http://az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_0150.shtml

Прислал толстовец Пиотровский Ю.Г. 14.4.2005.

  
   Издание: Л. Н. Толстой, Полное собрание сочинений в 90 томах, академическое юбилейное издание, том 23, произведения 1879-1884, стр. 103-123.

N123-131,143-163

  
  
  
      ї 123. "Состав отдела 1-го о боге спасителем". Центральный догмат этой части есть догмат искупления. На догмате этом зиждется всё учение этой части. Догмат состоит в том, что вследствие мнимого падения Адама его потомки впали в смерть настоящую и духовную, разум их был затемнен, и они потеряли образ божий. Для спасения людей от этого мнимого падения предлагается необходимость искупления - платы богу за грех Адама. Эта плата, по учению церкви, совершается посредством вочеловечения бога, сошествия его на землю, его страданий и смерти. Христос бог сходит на землю и своей смертью спасает людей от греха и смерти.
   Но так как спасение это только воображаемое, так как в действительности люди после искупления остаются точно такими же, каков был Адам, каковы они были после Адама, каковы они были при Христе, во время Христа и после Христа, каковы были и суть люди всегда, так как в действительности всё такой же грех, та же удобопреклонность к злу, те же муки рождения, та же необходимость труда для пропитания себя, та же смерть, свойственные людям, то и всё это учение второй части не есть уже учение о вере, а чистое баснословие.
   Вследствие этого учение этой второй части имеет особенный характер. В этой второй части резко проявляются те начальные отступления от здравого смысла, которые сделаны были в изложении догматов первой части о боге, о человеке, о зле. Очевидно, учение первой части зиждется на вере во вторую, и вторая не вытекает из первой, как это хочет представить богословие, а наоборот, вера в баснословие второй части служит основой всех отступлений от здравого смысла в первой части.
      Вот это учение:
      ї 124. "Необходимость божественной помощи для восстановления человека при возможности к тому со стороны человека".
      Три великие зла совершил Адам: 1) оскорбил бога грехом, 2) заразил грехом всё свое существо, 3) погубил свою природу и испортил природу внешнюю.
     
      Следовательно, чтобы спасти человека от всех этих зол, чтобы воссоединить его с богом и соделать снова бляженным, надлежало: а) удовлетворить за грешника бесконечной правде божией, оскорбленной его грехопадением, -- не потому, чтобы бог искал мщения, но потому, что никакое свойство божие не может быть лишено свойственного ему действия: без выполнения этого условия человек навсегда остался бы пред правосудием божиим "чадом гнева" (Еф. 2, 3), "чадом проклятия" (Гая. 3, 10), и примирение, воссоединение бога с человеком не могло бы даже начаться...
      Кто же мог выполнить все означенные условия? Никто, кроме единого бога (стр. 11).
     
      ї 125. "Средство, избранное богом для восстановления или искупления человека, и значение этого средства".
     
      Бог нашел для восстановления человека такое средство, в котором "милость и истина его сретостеся, правда и мир облобызастася" (Пс. 84, 11), в котором появились совершенства его в высшей степени и в полном согласии. Средство это состоит в следующем:
      Второе лицо пресвятой троицы, единородный сын божий добровольно восхотел соделаться человеком, принять на себя все грехи человеческие, претерпеть за них всё, что определила праведная воля божия, и таким образом удовлетворить за нас вечной правде, изгладить наши грехи, уничтожить самые последствия их в нас и в природе внешней, т. е. воссоздать мир (стр. 15).
     
      Следуют подтверждения свящ. писания и св. отцов.
      ї 126. "Участие всех лиц пресвятой троицы в деле искупления, и почему воплотился для сего именно сын?"
      Впрочем, хотя для искупления нашего избрано было, как наилучшее средство, воплощение сына божия, но в этом великом деле принимали участие и отец, в святый дух (стр. 19).
      Доказывается свящ. писанием.
      ї 127. "Побуждение к делу искупления а цель пришествия на землю сына божия".
      Причина, по которой бог искупил нас, есть его любовь.
      Цель его - наше спасение.
      Доказывается писанием.
      ї 128. "Вечное предопределение искупления, и потому не скоро пришел на землю искупитель".
      Искупление было предопределено от века. Бог, несмотря на свою благость, предвидел падение человека и все его страдания. Не тотчас же бог искупил нас потому, что 1) чтобы люди почувствовали свое падение и желали искупления.
     
      2) Надлежало, чтобы зараза греха, глубоко проникшая природу человеческую, мало-помалу вышла вся наружу (стр. 28).
     
      Для этого нужно было миллиардам людей впасть в грех и нечестие.
     
      3) Надлежало предварить людей о пришествии на землю такого чрезвычайного посланника божия, каков искупитель (стр. 28).
     
      В продолжение 5500 лет надо было преобразованиями приготовлять к этому человечество.
      4) Надо было человечеству очищаться святыми мужами Ветхого Завета (стр. 29).
     
      ї 129. "Приготовление богом рода человеческого к принятию искупителя и вера в него во все времена".
     
      Приготовления рода человеческого были: 1) пророчества, например, как семя жены сотрет главу змия, и т. п.
     
      Со времени этого "первоевангелия" о мессия, возвещенного еще в раю, и установления жертв, указывавших на его страдания и смерть, спасительная вера в господа Иисуса уже непрерывно существовала в человеческом роде. По этой вере Адам нарек имя жене своей: "жизнь" (Быт.3, 20), хотя и слышал приговор судии: "земля еси и в землю отъидеши" (--19); по этой вере Ева нарекла своего первенца Каина: "стяжах человека богом" (Быт. 4, 1); по этой, без сомнения, вере ипостасная премудрость божия, как свидетельствует премудрый и как исповедует св. церковь, "первозданного отца миру единого созданного сохрани, и изведе его от греха его" (Прем. 10, 1): ибо "несть иного имени под небесем, данного в человецех, о нем же подобает спастися нам" (Деян. 4, 12), кроме имени Иисус-Христова (стр. 30 и 31)
     
      2) Кроме пророчеств, необходимы были преобразования:
     
      Преобразования. Здесь бесконечная благость, нисходя к немощи человека, облекала высокие свои обетования и пророчества о мессии в чувственные образы, чтобы тем сильнее напечатлеть их в памяти народа и всегда представлять их как бы пред его глазами. К числу таких преобразований относились:
      а) Некоторые происшествия и обстоятельства из жизни частных лиц, например: приношение Исаака в жертву, указывавшее на крестную смерть и воскресение мессии (Иоан. 8, 56); священство Мелхиседека, прообразовавшее вечное священство Христово (Евр. 5, 6, 7); могущество и величие царствования Давидова и Соломонова, прообразовавшее могущество и славу царства Христова (2 Цар. 7, 13, 14; Иер. 33, 14--18); пребывание пророка Ионы во чреве китове три дня и три нощи, знаменовавшее трехдневное пребывание мессии в сердце земли (Мат. 12, 40).
      б) Происшествия и обстоятельства из жизни всего народа иудейского, особенно во дни Моисея (1 Кор. 10, 11; Рим. 10, 4), каковы: исшествие израильтян из Египта, агнец пасхальный, бывший образом мессии во многих отношениях (Исх. 12, 46; снес. Иоан. 19, 36; 1 Кор, 5, 7), переход чрез Чермное море, манна, вода из камня, медный змий, прообразовавший мессию, распятого на кресте и спасающего верующих в него от вечной смерти (Иоан. 3, 14).
      в) Весь закон обрядовый, данный богом чрез Моисея, и прообразовавший своими многочисленными жертвоприношениями, очищениями, окроплениями, празднествами, священством события новозаветные; "сень бо имый закон грядущих благ", свидетельствует св. апостол, "а не самый образ вещей" (Евр. 10, 1; снес. Кол. 2, 17). К числу наиболее поучительных установлений этого закона относились: а) обрезание всех детей мужского пола, знаменовавшее внутреннее обрезание и оправдание верою в грядущего мессию, имевшего родиться без мужа (Рим. 2, 28, 29; 4, 11), и б) вхождение первосвященника в святое святых однажды в год для кропления кровию на очистилище: это священнодействие служило прообразом единой очистительной жертвы за грехи мира, которую имел принести мессия, а вместе и вознесение его на небо (Евр. 9, 12, 24) (стр. 33 и 34).
     
      И еще:
     
      3) Закон не только обрядовый, но и нравственный, и гражданский. Апостол называет вообще закон "пестуном во Христе" (Гал. 3, 24). И действительно, закон обрядовый вел ко Христу, как уже замечено, тем, что прообразовал события новозаветные и своими жертвами указывал иудеям на жертву Христову (Евр. 10, 1). Закон нравственный -- тем, что своими высокими и подробными предписаниями, которых иудеи вследствие первородного греха не в состоянии были исполнить, ясно обнаружил пред ними их греховность: "законом бо познание греха" (Рим. 3, 20), приводил их в Сознание своего бессилия и возбуждал в них сильнейшее желание искупителя, -- что с такою силою исповедывал св. Павел, евреин от еврей, соделавшийся христианином: "Вемы, яко закон духовен есть, аз же плотян есть, продан под грех... Не еже бо хощу доброе, сие творю, но еже ненавижу злое, сие содеваю. Аще ли еже не хощу, сие творю, хвалю закон, яко добр. Ныне же не к тому, аз сие содеваю, но живый во мне грех... Окаянен аз человек: кто мя избавит от тела смерти сея? -- Благодарю бога моего Иисус Христом господем нашим" (Рим. 7, 14, 17, 24, 25). Наконец закон гражданский вел ко Христу тем, что, угрожая за нарушение почти каждой нравственной заповеди смертию (Исх. 21, 15; 23--25; 31, 14; 22, 16--17; Втор. 13, 5--10; 15, 16; 17, 2--5; 19, 16--21; 21, 18--21; 27, 16 и др.), и таким образом держа иудеев постоянно в страхе "под игом работы" (Гал. 5, 1), заставляя их еще пламеннее желать, чтобы скорее пришел на землю избавитель, и "закон духа жизни о Христе Иисусе свободил их от закона греховного и смерти" (Рим. 8, 2) (стр. 34 и 35).
     
      ї 130. "Нравственное приложение догмата" то, что 1) научимся смирению, 2) возлюбим бога и друг друга и 3) будем благоговеть перед премудростию божиею.
      Догмат искупления будет изложен в подробности далее, и там будут рассмотрены те доказательства, на которых основывает его церковь, теперь же скажу вообще о том значении, которое может иметь этот догмат для людей мыслящих. Опровергать этот догмат бесполезно. Догмат этот отрицает сам себя, так как он не утверждает что-нибудь о таинственном и непостижимом для нас, как утверждалось о свойствах, лицах бога, но он утверждает что-то о нас самих, людях, о том, что более всего известно нам, и утверждает, очевидно, противное действительности. Можно было опровергать доводами здравого смысла доказательства того, что бог дух имеет 14 свойств и т. п., так как свойства бога нам неизвестны, но нет нужды опровергать законами здравого смысла доказательств того, что вочеловечением и смертью Иисуса Христа род человеческий искуплен, т. е. избавлен от преклонности к греху, затемненности ума, мук родов, смерти телесной и духовной и от неплодородности земли. В этом случае не нужно даже показывать, что нет ничего того, что этим утверждается, -- это все и так знают. Мы все знаем очень хорошо, что этого ничего нет, что люди злы, умирают, не знают истины, женщины мучаются при родах, и мужчины в поте лица добывают хлеб. Доказывать несправедливость этого учения было бы то же самое, что доказывать, что неправ тот, кто утверждает, что у меня четыре ноги. Утверждения человека о том, что у меня четыре ноги, только могут заставить меня искать тот повод, который побудил человека утверждать то, что заведомо несправедливо. То же самое и по отношению догмата искупления. То, что после мнимого искупления Иисусом Христом никакой перемены в состоянии людей не произошло, всем очевидно. Какой же повод имеет церковь утверждать противное? Вот вопрос, который невольно представляется.
      Догмат построен на прародительском грехе. Но самый догмат о прародительском грехе, как мы видели, есть перенесение вопроса о добре и зле из области, доступной внутреннему опыту каждого человека, в область баснословия.
      Самая таинственная основа жизни человека -- внутренняя борьба между добром и злом, сознание его свободы и зависимости от бога -- исключается учением об искуплении из сознания человека и переносится в баснословную историю. Говорится: 7200 лет тому назад был сотворен богом свободный Адам, т. е. человек, и человек этот пал по своей свободе, и за то бог казнил его и казнил его потомство. Казнь состояла в том, что казненные были поставлены в то самое положение по отношению к выбору между добром и злом, в котором находился человек до казни. Так что всё это учение, ничего не объясняя по существенному вопросу о свободе человека, только наклепывает на бога несвойственную его благости и правосудию несправедливость: казнить потомков за грех чужой. Если бы учение о падении что-нибудь объясняло, то понятен бы был разумный повод, который побудил перенести вопрос из внутреннего сознания в область басни; но объяснения нет никакого по вопросу о свободе человека, и поэтому повод к этому вымыслу должен быть другой. Повод к этому мы находим только теперь в догмате искупления. Церковь утверждает, что Христос искупил людей от зла и смерти. Если он искупил их от зла и смерти, то является вопрос: откуда ваялось зло и смерть людей? И вот изобретается догмат грехопадения. Христос бог спас людей от зла и смерти. Люди суть творения того же благого бога. Как могли прийти зло и смерть к людям? На этот вопрос отвечает миф грехопадения. Адам, злоупотребив своей свободой, сделал зло и пал, и пало его потомство и лишилось бессмертия, знания бога и жизни без труда. Пришел Христос и возвратил человечеству всё, что оно потеряло. Человечество стало не болеющим, не трудящимся, не делающим злого и не умирающим. В этом воображаемом состоянии, искупления человечество уже освобождено от греха, страданий, труда и смерти, если только оно верит в искупление. И этому-то учит церковь, и в этом состоит повод вымысла искупления и основанного на нем грехопадения.
      Невольно, по случаю этого догмата искупления и предшествующего догмата о промысле бога представляются общие обоим и всему тому, что изложено в первой части богословия, соображения.
      Искупил ли меня бог, или не искупил и как искупил? промышляет ли бог о мире и обо мне, или не промышляет и как он промышляет? троица ли он и какие его свойства? Какое мне до этого дело? Мне ясно, что я не пойму целей, и средств, и мыслей, и существа бога. Если он - троица, если он промышляет, если он искупил нас, тем лучше для меня. И промышление, и искупление - это его дело. А у меня есть мое дело. Вот это-то мне нужно знать и в этом не ошибиться. Не подумать, что он промышляет обо мне, где бы мне надо самому промышлять, не подумать, что он искупил, где мне надо самому искупить. Если бы я видел даже, что всё, что мне говорит богословие, разумно, ясно и доказано, я бы и тогда не интересовался этим. Бог делает свое дело, которое я, очевидно, никогда понять не буду в силах, а мне надо делать свое. Мне особенно важны и дороги указания моего дела, в богословии же я постоянно вижу, как дело это мое всё уменьшается и уменьшается и в догмате искупления даже сводится, на ничто. (Пропуск N131-132)
  
     
  
  
  
  

ГЛАВА XII

      Следующее место, как оно называется в богословии, "член 11-ой", особенно важно, несмотря на то, что оно в середине изложения называется только членом вторым из главы второй, второй части: "о боге спасителе в особенном отношении его к роду человеческому". (Вообще всё деление богословия на части, отделы, главы, члены, параграфы, на 1, 2, 3..., на а, б и т. д. До такой степени сложно и произвольно и не на чем не основано, что запомнить все эти деления нет никакой возможности и надо постоянно справляться или выучить всё наизусть.)
      Место это особенно важно потому, что здесь, в этом месте, ключ всех противоречий. Тут заключено коренное внутреннее противоречие, из которого вытекла вся путаница остальных частей. Здесь, в этом месте, сделана подстановка своего церковного учения, вместо учения Христа, и сделана так, чтобы нельзя было сразу разобрать эту подстановку, а чтобы казалось, что к учению Христа, ясному и очевидному для всех, только присоединены некоторые откровенные церковью истины, не только не нарушающие учения Христа, но только еще более возвеличивающие Христа и его учение.
      Противоречие, которое здесь незаметно вносится в учение и которое потом будет предметом разъяснения в отделе о благодати, состоит в том, что Христос бог, сойдя на землю к людям, совсем падшим, спас их своею смертью и вместе с тем дал им закон, следуя которому, они могут спастись. Противоречие состоит в том, что если люди погибли и бог сжалился над ними и послал своего сына (он же и бог) на землю, чтобы умереть за людей и вывести их из того положения, в котором они были до этого искупления, то положение это должно измениться. Но вместе с тем утверждается, что бог при этом дал еще закон людям (закон веры и дел), не следуя которому, люди погибают точно так же, как они погибали до искупления. Так что выходит то, что если следование закону есть условие спасения, то спасение людей смертью Христа излишне или вовсе не нужно. Если же спасение смертью Христа действительно, то следование закону бесполезно, и сам закон излишен. Необходимо избрать одно из двух. И церковное учение в действительности избирает последнее, т. е. признает действительность искупления; но, признавая это, оно не смеет сделать последнего необходимого вывода, что закон излишен, -- не смеет потому, что закон этот дорог и важен для всякого человека -- и потому только на словах признает этот закон (и то очень неопределенно), всё же рассуждение ведет так, чтобы доказать действительность искупления и потому ненужность закона. Закон Христа в этом изложении есть что-то совершенно излишнее, не вытекающее из сущности дела, не связанного ничем с ходом рассуждения и потому само собой отпадающее. Это видно по способу выражения даже, например, заглавия: "О совершении господом нашего спасения или о таинстве искупления", и по разделению главы, в которой учение нравственное занимает только одну маленькую половину трех видов спасения, и по самому количеству страниц, посвященных этому предмету.
      "Член II. О совершении господом Иисусом Христом нашего спасения, или о таинстве искуплениям (стр. 117).
      ї 143. "Каким образом господь Иисус совершил наше спасение?" Спасение наше Христос совершил, как Христос. Христос значит помазанник. Помазанниками были пророки, первосвященники и цари. Из этого богословие делает тот вывод, что Христос был пророк, первосвященник и царь. И на этом основании спасение Христом, служение его людям разделяется на три отдела -- на пророческое, первосвященнпческое и царское. Почему делается такое, по меньшей мере странное, деление: почему Христос называется таким несвойственным ему именем царя, которое не только бог Христос, но и всякий нравственный человек не захочет принять, на это нет никакого другого ответа, как то, что так написано в прежних катехизисах.
      Сначала идет: "О пророческом служении Иисуса Христа".
      ї 144. "Понятие о пророческом служении Иисуса Христа и истина сего служения" (стр. 118). То, что Христос был пророк, доказывается свящ. писанием.
      ї 145. "Как совершил господь Иисус свое пророческое служение и сущность его проповеди" (стр. 121). Пророческое служение, по богословию, состоит из двух частей: закона веры и деятельности. Для спасения людей Христос дал закон веры и деятельности. Закон веры состоит в вере в бога творца, в троицу, в падение Адама, в вочеловечение и в искупление. Закон деятельности -- в самоотвержении и в том, чтобы любить бога и ближнего.
      Следующий ї 146: о том, что "Иисус Христос преподал закон новый, совершеннейший, взамен закона Моисеева" (стр. 125). В этом параграфе излагается отличие закона Христа от закона Моисея, опять преимущественно по отношению веры. По отношению же деятельности сказано только на полустраничке о том, что требования закона евангельского выше закона Моисеева, но ничего не сказано о том, в какой мере исполнение этих требований обязательно для спасения, и какие они собственно. По соображению же с требованиями, заявляемыми тут, и с исполнением их в действительности, очевидно, что закон евангельской деятельности не признается обязательным для спасения. Сказано, что законом Христа требуется: перенесение, прощение обид, любовь к врагам, самоотвержение, смирение, целомудрие, не только телесное, но и духовное. Очевидно, что если таковы требования закона деятельности Христа для спасения, то не только не будет спасен род человеческий, но не был и не будет спасен один из миллиона. Очевидно, что это сказано только для того, чтобы не умолчать о нравственном учении Христа, но что учение не имеет места и не нужно богословию.
      ї 147. "Иисус Христос преподал закон для всех людей и на все времена" (стр. 130). Всё это доказывается текстами из писаний, т. е. не указаниями на то, что другого закона быть не может, а словами из писания, которые утверждают, что это закон - для всех и на все времена, подразумевая под законом только закон веры.
      ї 148. "Иисус Христос преподал закон единый спасительный а, следовательно, необходимый для достижения жизни вечной" (стр. 132). В этом параграфе доказывается то, что закон этот дает жизнь вечную, тоже не разъяснением смысла закона нравственного, а тем, что это утверждается в писании и св. отцами, и опять подразумевается только закон веры. И этим кончается учение о пророческом служении Иисуса Христа.
      Далее идет то, что самое существенное для церкви: "II. О первосвященническом служении, Иисуса Христа", т. е. об искуплении (стр. 133).
      ї 149. "Связь с предыдущим, понятие о первосвященническом служении Иисуса Христа, истина сего служения и превосходством". Тут сказано, что:
     
      Как пророк, Христос-спаситель только возвестил нам о спасении, но еще не совершил самого спасения: просветил наш разум светом истинного боговедения, засвидетельствовал о себе, что он есть истинный мессия, пришедший на землю "взыскати и спасти погибших" (Матф. 18, 11); объяснил и то, каким образом он спасет нас, каким образом мы можем усвоить себе его заслуги, и указал нам прямой путь к животу вечному. Но самым делом он спас нас от греха и от всех следствий греха, самым делом заслужил для нас живот вечный чрез служение свое первосвященническое (стр. 133 и 134).
     
      Здесь прямо высказано то, в чем самая сущность учения о спасении. Пророческое служение, в которое включены требования закона деятельности, было только "возвещение", спасение же было в жертве, в его смерти. Христос, кроме того, что дал нам спасительный закон веры и деятельности, спас нас "самым делом". '
     
      Это служение нашего спасителя состояло в том, что он... принес самого себя в умилостивительную жертву за грехи мира и таким образом примирил нас с богом, избавил нас от греха и его следствий, приобрел нам вечные блага (стр. 134).
      Спасение происходит от того расчета между божеством, который совершился независимо от нас. Почему выходит то, что Христос -- первосвященник, тогда как первосвященник приносит жертвы, а Христос сам жертва, излагается дальше:
     
      Истину первосвященнического служения нашего спасителя -- а) провозгласил еще в Ветхом Завете сам бог устами пророка Давида, говоря к мессии: "ты, иерей, во век, по чину Мелхиседекову" (Пс. 109, 4); б) засвидетельствовал Христос-спаситель, относя к себе этот пророчественный псалом, в котором назвал он "вечным иереем по чину Мелхиседекову" (Матф. 22, 44; Марк. 12, 36; Лук. 20, 42), в) наконец, с подробностию раскрыл св. апостол Павел в послании к евреям. Здесь он -
      1) Ясно и многократно называет Иисуса Христа первосвященником, святителем, архиереем. Например: "Христос не себе прослави быти первосвященника, но глаголавый к нему: сын мой еси ты, аз днесь родих тя: якоже и инде глаголет: ты еси священник во век. по чину Мелхиседекову" (Евр. 5, 5, 6); "разумейте посланника и святителя исповедания нашего Иисуса Христа" (3, 1); "имуще убо архиерея велика прошедшего небеса, Иисуса сына божия, да держимся исповедания" (4, 14, 16).
      2) Объясняет, почему он назван первосвященником "по чину Мелхиседекову". Это -- а) потому, что Мелхиседек был не только священник бога высшего, но вместе и царь салимский, -- царь правды и мира, и таким необыкновенным сочетанием двух высоких служений прообразовал Христа, необыкновенного первосвященника-царя (Евр. 7,2); б) потому, что Мелхиседек (так как в св. писании не упоминается ни о роде его, ни о начале и конце жизни, ни о предшественнике и преемнике) представлял собою образ Христа, сына божия, который пребывает священник выну (--3);
      в) наконец потому, что, прияв десятину от самого Авраама и благословив его, Мелхиседек священник, в лице Авраама, благословил и всех, находившихся в чреслех его, сынов леввиных, священников ветхозаветных, и от всех их приял десятину, а как без всякого прекословия, меньшее от большего благословляется, то и предъизобразил собою священство Христово, превосходнейшее священства левитского ветхозаветного (--4--10), (стр. 134 и 135).
     
      Понятно? В этой части замечательно уже не только совершенное равнодушие писателя к тому, имеют ли какой-нибудь смысл слова, но прямо как будто желание собрать такие слова, которые не могут иметь никакого смысла. Если можно придать какой-нибудь смысл этой главе, то он тот, что Христос принес себя в жертву богу за людей, и что тот, кто писал послание для выражения мысли о том, что Христос -- искупитель за грехи, неловко выбрал неясное сравнение с Мелхиседеком, и церковь, принимая все послания Павла и приписываемые ему за писания св. духа, привязалась к слову "первосвященник", ничего не объясняющему и только путающему. Мысль та, что Христос принес себя в жертву за людей.
      Для разъяснения приводятся слова Григория Богослова, Епифания и др.
     
      Св. Григорий Богослов: "Он был жертва, но и архиерей; жрец, но и бог; принес в дар богу кровь, но очистил весь мир; вознесен на крест, но ко кресту пригвоздил грех"; "он -- Мелхиседек (Евр. 7, 3), как рожденный без матери по естеству высшему нашего, и без отца -- по естеству нашему, как не имеющий родословия по горнему рождению, ибо сказано: род его кто исповесть? (Ис. 53, 8); как царь Салима, то есть мира, как царь правды, как приемлющий десятину от патриархов, которые мужественно подвизались против лукавых сил". Св. Епифаний: "Он называется архиереем, -- потому что в теле своем принес самого себя в жертв у отцу за род человеческий, сам священник, сам и жертва. Он принес себя, священно- действуя за весь мир"; и в другом месте: "Он принес в жертву самого себя, чтобы чрез принесение совершеннейшей и живой жертвы за весь мир упразднить жертвоприношение ветхозаветное, сам жертва, сам жертвоприношение, сам жертвенник, сам бог, сам человек, сам царь, сам первосвященник, сам овца, сам агнец, соделавшийся всем ради нас. Подобным же образом рассуждали и другие учители церкви (стр. 136).
      ї 150. "Как совершил господь Иисус свое первосвященническое служение?... Состояние его истощаная".
      Первосвященническое служение состояло в том, что 1) люди пали гордостью и непослушанием; он был смиренен и послушен; и 2) так как люди сделались достойными гнева божия, то Христос принял на себя весь гнев божии (страдал и умер), "сделался клятвой". Выразить то, что разумеется под этим, невозможно. Надо читать весь параграф, как он написан.
     
      Как первосвященник, он, действительно, заклал себя на древе крестном в умилостивительную жертву богу за грехи мира и искупил нас своею честною кровию (1 Петр. 1, 19), так что его воплощение и вся земная жизнь служили только приготовлением и как бы постепенным восхождением его к этому великому жертвоприношению. А потому-то и в слове божием, и в учении церкви (Правосл. испов., ч. 1, отв. на вопр. 47) представляется--
     
      ї 151. "В особенности смерть Иисуса Христа, как искупительная за нас жертва" (стр. 140).
      Смерть его есть главная искупительная жертва за нас. Богу жертвует бог. Искупает долг у благого бога - бог. Смерть и страдания бога? Всё это внутренние противоречия. Противоречия в каждом предложении, и эти-то предложения противоречиво соединяются между собою. Опять говорю, что я говорил при догмате троицы. Я не то что не верю, но я не знаю, чему верить. Я могу верить или не верить тому, что завтра явится на небе город или вырастет трава до солнца, но не могу верить или не верить тому, что завтра будет нынче, или что три будет один и все-таки три. Или что один бог разделился на два и все-таки один, или что благой бог казнит самого себя и искупляет пред самим собой. Я просто вижу, что тот, кто говорит, не умеет или не имеет, что сказать мне. Связи разумной нет, единственная внешняя связь - это сноски с писанием. Они только дают хоть какое-нибудь объяснение не того, что говорится, а того, почему такие ужасные бессмыслицы могут говориться.
      Как во многих предшествовавших местах, выписки из писания показывают, что утверждение этих бессмыслиц происходит не произвольно, но вытекает, как при истории древа познания добра и зла, из ложного, большей частью просто грубого понимания слов писания. Здесь, например, в подтверждение того, что смерть Христа бога искупила род человеческий, приводятся следующие места из Евангелия. Из беседы с Никодимом:
     
      "Тако подобает вознестися сыну человеческому, да всяк, веруяй в онь, не погибнет, но имать живот вечный" (Иоан. 3, 14, 16) (стр. 140).
     
      Сказано: "вознестися сыну человеческому". Каким образом это может значить искупление богом рода человеческого? Тот, кто прочтет всю беседу с Никодимом ясно поймет, что ничего подобного это не могло значить. Это значит то, что значат самые слова: сыну человеческому (разумея поз сыном человеческим себя самого, как человека, или вообще человека), сыну человеческому следует быть возвышену так же как змии медный Моисея. Каким путем мысли можно придти к тому, чтобы видеть в этом крестную смерть или, еще удивительнее, искупление?
      Следующее место, приводимое в доказательство, есть Иоанна 1, 29, где Иоанн говорит:
     
      "Се агнец божий, вземляй грехи мира" (стр. 141).
     
      Перевести это место из греческого нельзя иначе, как: агнец, отнимающий, снимающий грехи мира. И это место переводится - "берущий", да еще в новых переводах прибавляется: "на себя". И этот подлог приводится в доказательство.
     
      "Сын человеческий не прииде, да послужат ему, но послужити в дати душу свою избавление за многих" (Матф. 20, 28) (стр. 141).
     
      Как может этот стих значить что-нибудь другое, как то, что человек, он сам или вообще человек должен отдавать свою жизнь за людей, за братьев.
     
      "Пастырь добрый душу свою полагает за овцы" (Иоан. 10, 11)--"аз семь пастырь добрый" (--14), и "душу мою полагаю за овцы" (--15) (стр. 141).
     
      Пастух жертвует собой за стадо, так и я. Как вытекает из того искупление?
      Когда у него требуют знамения, подобного манне, он говорит:
      "Аз есмь хлеб животный, иже сшедый с небесе: аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки; и хлеб, егоже аз дам, плоть моя есть, юже аз дам за живот мира" (Иоан. 6, 51) (стр. 141).
      Продолжая сравнение, он говорит, что он есть единый хлеб, которым должен питаться человек. И этот хлеб, т. е. его пример и учение, он подтвердит, отдав свою плоть за жизнь мира.
      Как из этого вытекает искупление?
      "Сие есть тело мое, еже за вы ломимое" (Лук. 22, 19), и, преподавая потом чашу, изрек: "сия есть кровь моя нового завета, яже за многие изливаема во оставление грехов" (Матф. 26, 28) (стр. 141).
      Прощаясь с учениками с чашей вина и хлебом в руках, он говорит им, что последний раз ужинает с ними и скоро умрет.- Вспоминайте же меня за вином и хлебом. При вине вспоминайте кровь мою, которая прольется для того, чтобы вы жили без греха; при хлебе - о теле, которое отдаю за вас. Где тут искупление? Умрет, прольет кровь, пострадает за народ - есть самое простое, обычное выражение. Крестьяне всегда говорят про мучеников и подвижников: "они за нас молятся, трудятся и страдают". И выражение это ничего иного не значит, как то, что праведники оправдывают перед богом неправедных и порочных людей. Мало этого: из Евангелия Иоанна в доказательство приводится следующее рассуждение писателя Евангелия на слова Каиафы:
     
      "Сего же о себе не рече: но архиерей сый лету тому, прорече, яко хотяше Иисус умрети за люди; и не токмо за люди, но да и чада божия рассточенная соберет во едино" (Иоан. 51, 52) (стр. 142).
     
      Видно, уже нет в Евангелии никаких указаний, не только что доказательств искупления, когда такие слова приводятся в доказательство. Каиафа предсказывает искупление и вслед за тем казнит Христа.
      Вот всё, что из Евангелия приведено в доказательство искупления Иисусом Христом рода человеческого.
      За этим следуют доказательства из Апокалипсиса и из посланий апостолов, т. е. из тех книг, которые собрала и исправила церковь тогда, когда уже она исповедывала догмат искупления. Но даже и в этих книгах, в посланиях апостолов, не видно еще утверждения догмата, а попадаются только изредка неясные выражения, которыми переполнены все послания, такие, которые можно грубо перетолковать в смысле догмата, как это и сделали последующие так называемые отцы церкви и то не первых веков. Стоит прочесть историю церкви, чтобы убедиться, что первые христиане не имели об этом догмате ни малейшего понятия.
      Так, например:
     
      Апостол Петр заповедует христианам: "со страхом жития вашего время жительствуйте, ведяще, яко неистленным сребром пли златом избавистеся от суетного вашего жития, отцы преданного, но честною кровию яко агнца непорочна и пречиста Христа" (1 Петр. 1, 17--19) (стр. 142).
     
      Петр говорит, что исправиться можно только верою в учение, запечатленное его смертью, невинного, как агнца. И это принимается за утверждение догмата искупления.
     
      "Зане и Христос пострада по нас, нам оставль образ да последуем стопам его... иже грехи наша сам вознесе на теле своем на древо, да, от грех избывше, правдою поживем: его же язвою исцелесте" (1 Петр. 2, 21, 24). "Зане и Христос единою о гресех наших пострада, праведник ва неправедники, да приведет ны богови" (3, 18) (стр. 142).
     
      Жестокая смерть Христа должна заставить нас исцелить себя от грехов и прийти к богу. Сказано сжато, метафорически, как народ говорит, что мученики за нас трудились. И это считается доказательством.
      Павел:
     
      "Предах бо вам исперва, еще и приях, яко Христос умре грех наших ради, по писанием" (1 Кор. 15, 3); "Христос возлюбил есть нас, и предаде себе за ны приношение и жертву богу в вошо благоухания" (Еф. 5, 2).
     
      Любовь к нам Христа привела его к позорной смерти. Это тоже считается утверждением догмата.
     
      "Иже предан бысть за прегрешения ваша, и воста за оправдание наше" (Рим. 4, 25) (стр. 142).
     
      Говорится о воскресении, как о чуде, и сказано о том, что предан вследствие грехов наших.
     
      "Егоже предположи бог очищение верою и крови его, в явление правды своея, за отпущение прежде бывших грехов" (Рим. 3, 25) (стр. 142).
     
      Опять запутанная фраза, как все изречения Павла, означающие тоже, что смерть праведника избавила людей от их прежних ошибок. И всё это считается доказательством. Главным же доказательством считаются толкования позднейших отцов церкви, т. е. тех самых людей, которые выдумали догмат искупления.
     
      а) Св. Варнава: "будем веровать, что сын божий не мог пострадать как только за нас...; за наши грехи восхотел он принесть в жертву сосуд духа"; б) св. Климент римский: "будем взирать на господа Иисуса Христа, которого кровь дана за нас...; будем взирать внимательно на кровь Христа и рассуждать, как многоценна кровь его пред богом, когда, быв пролита для нашего спасения, всему миру приобрела благодать покаяния"; в) Игнатий Богоносец: "Христос умер за вас, чтобы, веруя в смерть его, вы спаслись от смерти"; г) св. Поликарп: "он претерпел за грехи наши самую смерть...; всё претерпел за нас, чтобы нам жить в нем" (стр. 143).
      Или еще другое:
      "Если кто из наших, не по любви к спорам, но по желанию узнать истину, спросит: "почему господь претерпел не другую какую-либо смерть, а крестную?" Тот пусть ведает, что сия именно, а не иная какая-либо смерть могла быть спасительною для нас и ее-то претерпел господь для нашего спасения. Ибо если он пришел для того, чтобы самому на себе повесть бывшую на нас клятву, то каким бы иным образом соделался он клятвою, если бы не новее смерти, бывшей под клятвою? А такая смерть и есть крестная: ибо написано: "проклят всяк, висяй на древе" (Гал. 3, 13). Во-вторых, если смерть господа есть искупление всех, если ею разрушается средостение преграды и совершается призвание языков (Еф 2, 14), то каким бы образом он призвал нас к отцу, если бы не распялен на кресте? Ибо только на кресте можно умереть с распростертыми руками. Итак, вот почему надлежало господу претерпеть крестную смерть, и на кресте распростерть свои руки, чтобы одною рукою привлечь к себе древний народ, другою -- язычников и таким образом обоих их соединить в себе самом. Об этом и сам он предсказал, когда хотел показать, какою смертию имел искупить всех: "аще вознесен буду, вся привлеку к себе" (Иоан. 12, 32). И еще: враг рода нашего -- диавол, ниспадши с неба блуждает здесь по воздушной области, владычествует над подобными ему по непокорности демонами и посредством их то обольщает призраками тех, которые вдаются в обман его, то старается всячески сделать какое-либо препятствие тем, которые устремляются горе, так говорит нам апостол Павел, называя его "князем власти воздушные, действуюшим ныне в сынех противления" (Еф. 2, 2). Посему господь пришел зля того, чтобы низложить диавола, очистить от него воздух и открыть нам свободный путь к небесам, как сказал апостол, "чрез завесу", т. е. сплоть свою" (Евр. 10, 21); а сие сделать он мог не иначе, как токмо чрез смерть. Но чрез какую же другую смерть, как не чрез такую, которая бы совершилась на воздухе, т. е. на кресте? Ибо только распинаемый на кресте умирает на воздухе. Итак, не без причины господь претерпел крестную смерть: быв вознесен на крест, он очистил воздух от козней диавола (стр. 144 и 145).
     
      Искупление есть, как говорит церковь, основной догмат, на котором зиждется всё учение. Где же он выражен? В Евангелиях, т. е. в словах самого Иисуса Христа, пришедшего спасти людей, и в словах евангелистов, записавших слова Христа, об этом догмате нет и помина. Церковь утверждает, что догмат этот выражен Христом в словах: "надо вознести сына человеческого", в подложных словах: "агнец, берущий на себя грех мира", в словах: "сын человеческий пришел служить", еще в словах: "я пастух хороший, жизни не жалею за своих овец", еще в словах, когда он, ломая хлеб, сказал: "это тело мое, за вас ломимое", и в том, что сказал Каиафа. Это очевидная неправда, но по учению церкви, всё это выражено яснее в посланиях, т. е. толкованиях на слова Христа, и еще яснее в толкованиях отцов. Но искупление есть основной догмат нашего спасения. Как же этот основной догмат нашего спасения Христос, пришедший спасти пас, не сказал яснее, а предоставил всё это толкованиям Павла, неизвестного автора послания к евреям, Епифания и других? Если этот догмат не только так важен, что от веры в него зависит всё наше спасение, но если он просто нужен людям, и Христос сошел на землю из любви к людям, то он должен был сказать его хоть один раз ясно и просто. А то он и не намекнул на него.
      И всё, что я могу узнать об этой великой, нужной для моего спасения истине, я должен черпать из писаний о Христе разных лиц и из толкований каких-то отцов, которые, очевидно, не понимали сами, что они говорили.
      Вот что говорится далее, вот во что я должен верить, и вот что хотел сказать всем людям, но не сказал Христос:
      ї 152. "Подробнейшее изображение в слове божием нашего искупления смертию Иисуса Христа" (стр. 145).
      1) Христос очистил пас; 2) искупил нас; 3) примирил нас с богом; 4) освободил нас от рабства греху: 5) установил новый завет с богом; 6) усыновил нас богу; 7) дал нам средства быть святыми; 8) приобрел нам жизнь вечную. Оказывается, что 8 выгод нам дал Христос своей жертвой, но выгоды эти -- все воображаемые, и никто их никогда не видал и не увидит. Вроде того фокусника, который мотал бесконечные волоса богородицы, никому но видимые. Мы все после Христа стали чистые, святые, не рабы грехов, вечные и т. д. Так уверяют отцы, и я должен верить в этом случае не тому, что они мне говорят о невидимом, но обо мне самом, несмотря на то, что я отлично знаю, что это всё неправда. И как всегда, то, чего нет и быть не может, разъясняется весьма просто. О законе нравственном Христа -- на одной страничке, так, между делом, а об естествах, об исхождении духа и теперь об искуплении конца нет речам, -- о том, чего не было и не может быть.
      Кажется, всё уже сказано. Но нет. Теперь идет речь о --
      ї 153. "Раскрытии самого способа нашего искупления смертию Иисуса Христа".
     
      Вся тайна нашего искупления смертию Иисуса Христа состоит в том, что он, взамен нас, уплатил своею кровию долг и вполне удовлетворил правде божией за наши грехи, которого мы сами уплатить были не в состоянии; иначе-- взамен нас исполнил и потерпел всё, что только требовалось для отпущения наших грехов. Возможность вообще такого заменения одного лица другим пред судом правды божией, такой уплаты нравственного долга одним лицом вместо другого или других необходимо должна быть признана здравым смыслом: а) когда на эту замену есть воля божия и согласие самого верховного законодателя и судии; б) когда лицо, принявшее на себя уплатить долг вместо других неоплатных должников, само не состоит пред богом в таком же долгу; в) когда оно добровольно решается: исполнять все требования долга, какие только предложит судия, и г) когда, наконец, действительно принесет такую плату, которая бы вполне удовлетворила за долг. Все эти условия, которые мы заимствовали с примера нашего спасителя и только обобщили, совершенно выполнены в его великом подвиге ради нас. И --
      1) Господь Иисус потерпел за нас страдания и смерть по воле и с соизволения своего отца, нашего верховного судии. Для того он, сын божий, и приходил на землю, чтобы "творить не свою волю, но волю пославшего его отца" (Иоан. 6, 38); том только и занимался в продолжение всей своей земной жизни, чтобы "исполнить волю отца" (Иоан. 4, 34) (стр. 148--149).
     
      Я выписываю это как образец той невольно кощунственной формы речи, которая усваивается писателем, когда предмет его речи кощунственный. Что это за долг и за уплата, что за суд такой? Что за выражение: бог только тем и занимался!
      Итак, 1) Христос пострадал по послушанию отцу: 2) он был безгрешен; 3) он добровольно понес страдания; 4) плата за долг Христом превышает долг, и остается излишек -- сдача.
      Всё это я не выдумываю. Разобрано даже, кому поступает уплата долга:
     
      Св. Григорий... рассуждает так: "Кому и для чего пролита сия излиянная за нас -- кровь великая и преславная бога и архиерея и жертвы? Мы были во власти лукавого, проданные под грех и сластолюбием купившие себе повреждение. А если цена искупления дается не иному кому, как содержащему во власти, спрашиваю: кому и по какой причине принесена такая цена? Если лукавому; то как сие оскорбительно! Разбойник получает цену искупления, получает не только от бога, но самого бога, за свое мучительство берет такую безмерную плату, что за нее справедливо было пощадить нас! А если отцу: то, во-первых, каким образом? Не у него мы были в плену. А во-вторых, по какой причине кровь единородного приятна отцу, который не приняли Исаака, приносимого отцом, но заменил жертвоприношение, вместо словесной жертвы, дав овна? Или из сего видно, что приемлет отец, не потому что требовал или имел нужду, но по домостроительству и потому, что человеку нужно было освятиться человечеством бога, чтобы он сам избавил нас, преодолев мучителя силою, и возвел нас к себе чрез сына посредствующего и всё устрояющего в честь отца, которому оказывается он во всем покорствующим (слово на пасху, в Тв. св. отц., IV, 175--177) (стр. 154--155, вын. 373).
     
      Далее.
      ї 154. "Обширность искупительных действий смерти Христовой" (стр. 155).
      Жертва Христа не только искупила грех, но остался излишек. Излишек этот 1) для всех; 2) простирается на все грехи; а) искупает первородный грех, б) всякий грех, в) от всех прежних грехов, г) от всех грехов будущих.
     
      Эту истину единодушно проповедовали и учители церкви, например: а) св. Иоанн Златоуст: "что дарованные (Иисусом Христом) блага мной численнее истребленных зол, и истреблен не один первородный грех, в и все прочие грехи; это сказал апостол словами: "дар же от многих прегрешений в оправдание" (Рим. 5, 16), и далее: "благодатию истреблен не один первородный грех, но и все прочие грехи: даже не только истреблен! Грехи, но и дарована нам праведность; и Христос не только исправил все то, что повреждено Адамом, но всё сие восстановил в большей мере : в высшей степени"; б) Иларий: "он (Христос) искупил всех людей от все: их беззаконий" (стр. 158).
      Иисус Христос ходатайствует о нас вот как:
      Так и "ходатаи имамы" Иисуса (1 Иоанн. 2, 1) не в том смысле, что унижается пред отцом и рабски припадает: да будет далека от нас така подлинно рабская и недостойная духа мысль! Несвойственно и отцу себе требовать, и сыну терпеть сие, да и несправедливо думать так о боге"
      Бл. Фоофилакт болгарский: "некоторые под изречением: "ходатайстве вать о нас" понимали то, что Иисус Христос имеет на себе тело (а не отложил его, как пустословят манихеи): это самое и есть ходатайство и предстательство его пред отцом. Ибо, взирая па сие, отец воспоминает о той любви к человекам, ради которой сын его принял тело, и склоняете;
      к милосердию и милости" (стр. 159).
     
      4) "На весь мир" простирается искупление. Мир ангелов прежде был отделен, а теперь люди с ним соединяются. Природа была проклята, земля не рожала. Теперь уже этого проклятого нет. Так что искупление простирается на всё, только не на дьяволов, потому что дьяволы очень ожесточились. Некоторые христиане полагали, что и дьяволы искуплены:
     
      Мнение древних гностиков, маркионитов и оригенистов, распростиравших действия искупления на самих ангелов падших, опровергали учители церкви и торжественно осудила вся церковь на пятом вселенском соборе (стр. 161).
     
      Всё это подтверждено свящ. писанием и составляет часть догмата.
      ї 155. "Следствие крестных заслуг, Иисуса Христа по отношению к нему самому: состояние его прославления" (стр. 161).
      Христос в награду за то, что он сошел в мир, прославлен.
      ї 156. "Отношение первосвященнического служения Иисуса Христа к его служению пророческому".
      Хотя главнейшею целию первосвященнического служения Иисуса Христа, т. е. всего его истощания и в особенности крестной смерти, было совершить наше искупление, но, вместе с тем, он прошел всё это истощание и для других целей (стр. 163).
     
      Главная цель есть искупление, но кроме того были вот какие цели: 1) показать пример своей жизнью для нас; 2) разуверить евреев в пришествии мессии во славе; 3) чтобы упразднить закон Моисеев; 4) наконец он умер, чтобы явно засвидетельствовать истину, что он -- бог, т. е. то самое, что он постоянно отрицал.
      За этим следует глава о царском служении Христа.
      Вся эта глава удивительна тем, что она не имеет никакого основания в священном каноническом писании, а вся основана на апокрифическом сказании, не имеет никакого человеческого смысла и, что важнее всего, представляется для всякого свежего человека совершенно излишней. Только изучая подробно богословие, можно догадаться, зачем она нужна. Цель этой главы одна: разрешить противоречие о том, что все люди погибли до Христа, а вместе с тем мы почитаем ветхозаветных святых. Как с ними быть? И вот берется апокрифическое сказание о сошествии Христа во ад, и вопрос решается, и является царское служение Христа.
      "III. О царском служении Иисуса Христа". ї 157. "Связь с предыдущим, понятие о царском служении Иисуса Христа и истина сего служения".
     
      Истина царского служения нашего спасителя весьма ясно засвидетельствована в слове божием.
      1) Он родился, царем и облеченным властию. "Отроча родиcя нам", взывает пророк Исайя, "сын и дадеся нам, егоже начальство бысть на раме его: и парицается имя его велика совета ангел, чуден, советник, бог крепкий, властелин, князь мира, отец будущего века... И велие начальство его, и мира его несть предела на престоле Давидове, и на царстве его, исправити е, и заступити его в суде и правде, от ныне и до века" (Ис. 9, 6, 7; снес. Лук. 1, 32, 33; Матф. 2, 2).
      2) Он был царем и имел царскую власть во дни своего уничижения. Ибо сам усвоил себе тогда имя царя, как видно из обвинения, взведенного на него иудеями (Матф. 27, 11, 37; Марк. 15, 1, 31), и как, действительно, он подтвердил то пред Пилатом (Иоанн. 18, 37). Усвоял себе и власть царя, как показывают слова молитвы его ко отцу: "Отче, приидо час: прослави сына твоего, да и сын твой прославит тя. Якоже дал еси аму власть всякие плоти, да всяко, еже дал еси ему, даст им живот вечный" (Иоан. 17, 1, 2). Самим делом показал себя царем, когда входил во Иерусалим, соотвtтственно древнему пророчеству: "радуйся зело, дщи сионя, проповедуй дщи иерусалимля: се царь твой грядет тебе праведен и спасали, той кроток, и всед на подъяремника и жребца юна" (Зах. 9, 9; снес. Иоан. 12, 15;
      Матф. 21, 5), и когда принимал торжественные приветствия от народа:
      "осанна сыну Давидову, благословен грядый во имя господне, царь израилев" (Матф. 21, 9; Иоан. 12, 13).
      3) Наконец, во всей славе и могуществе он явился царем в состоянии своего прославления, когда уже сказал ученикам: "дадеся ми всяка власть на небеси и на земли" (Матф. 28, 18), и когда бог, действительно, посадил его "одесную себе на небесных, превыше всякого начальства, и власти, и силы, и господства, и всякого имене, именуемого не точию в веце сем, но и во грядущем: и вся покори под нозе его" (Еф. 1, 21, 22) (стр. 165--166).
     
      Вот доказательства того царского чина, который церковь приписывает ему, тому, который говорил: что велико перед людьми, то мерзость перед богом.
      ї 158. "В каких действиях выразилось царское служение Иисуса Христа?" Оно выразилось в его чудесах. Перечисляются все: и Кана Галилейская, и Лазарь, и изгнание бесов.
     
      Таким образом, и во дни истощания нашего спасителя, когда он совершал преимущественно свое служение пророческое и служение первосвященническое, чудеса его показывали ужо, что он есть вместе и царь вселенной, победитель ада и смерти (стр. 169).
     
      ї 159. "Нисшествие Иисуса Христа во ад и победа над адом". Еще царское действие -- сошествие Христа во ад и победа над ним.
     
      1. Учение о том, что господь Иисус действительно сходил во ад душею своею и божеством в то время, как тало его находилось во гробе, и сходил именно с целию проповедать там о спасении --
      1) Есть учение апостольское (стр. 170).
     
      Следуют доказательства. Но не все согласны о том, что делал Христос в аду. Одни говорят, что он всех извел, другие --что только праведников.
     
      Св. Епифаний: "Божество Христа вместе с душою его сходило во ад, чтобы извести во спасение тех, которые прежде скончались, именно святых патриархов".
      Св. Кассиан: "Проникши во ад, Христос сиянием своей славы рассеял непроницаемый мрак тартара, разрушил медные врата, сокрушил железные вереи, и святых пленников, содержавшихся в непроницаемом мраке адском, из плена возвел с собою на небеса".
      Св. Григорий Великий: "Гнев божий, по отношению к душам праведников, прошел с пришествием нашего искупителя: ибо их освободил из темниц ада ходатай бога и человеков, когда сам нисходил туда, и возвел к радостям райским".
      Должно присовокупить, что если некоторые из древних иногда выражали мысль, будто Христос извел из ада не одних ветхозаветных праведников, а многих других или даже всех пленников адовых, то выражали ее только в виде гадания, предположения, мнения частного (стр. 174).
     
      За этим следует воскресение и вознесение Христа.
      ї 160. "Воскресение Иисуса Христа и победа над смертию".
     
      Как ад разрушил Христос собственно своим нисшествием во ад, хотя в прежде являл свою царственную власть над силами ада: так и смерть победил... своим воскресением от смерти (стр. 175).
     
      ї 161. "Вознесение Иисуса Христа на небеса а отверзтие для всех верующих в него царства небесного".
     
      До пришествия на землю сына божия небо было как бы заключено для земнородных, и хотя "в дому отца" небесного "обители многи суть" (Иоан. 14, 2, 3), в них, однакож, не обреталось места для грешных потомков Адама: самые праведники ветхозаветные по смерти сходили душами своими во ад (Быт. 37, 35). Но после того, как явился плоти господь наш и примирил бога с человеками, небо с землею; после того, как своем нисшествием во ад освободил оттуда ветхозаветных праведников, ж воскресши из мертвых, "начаток умершим бысть", -- он, наконец, торжественно вознесся на небеса с воспринятым им естеством человеческим, и таким образом, отверз для всех людей свободный вход в царство небесное (стр. 177).
     
      Доказательство этого и выражение символа, которое надо понимать в точном смысле: восшедшего на небеса (в теле) и сидящего (в теле) направо от отца.
      ї 162. "Окончится ли царское служение Иисуса Христа?" (стр. 178). Царство Христа кончится тогда, когда будет суд, все воскреснут, тогда Христос передаст царство отцу, говорят дни,
     
      но евангелист Лука (1, 34) и Соломон (Прем. 3, 4 --8) разумеая первоначальную власть, в которой, имея непрерывное от века и до века участие, сын никогда не получал царства от отца и никогда не будет передавать его отцу (стр. 179).
     
      Так что является объяснение царского достоинства Христа. Слова о царстве небесном дают церкви мысль о царском достоинстве Христа. Царское достоинство считается церковью чем-то очень хорошим, и она придает его Христу, тому, который блажил нищих, им проповедывал и сам говорил, что последние будут первыми.
      ї 163. "Нравственное приложение догмата о таинстве искуплениям (стр. 179). Приложение догмата, казалось бы, одно: Христос сверх расчета заслужил. Заслуги эти спасли нас от всех грехов настоящих, прошедших и будущих, так надо твердо верить в это, и спасен. Так и говорят церкви реформатские, и так и живут большинство членов православной церкви. Но для приличия в числе уроков сказано и то, чтобы следовать учению Христа: 1) надо верить и так жить; 2) ходить в обновлении жизни; 3) дорожить законом; 4) благодарить за жертву; 5) креститься рукою; 6) свято жить; 7) не бояться страданий; 8) молиться ему; 9) не бояться дьявола; 10) надеяться, что мы воскреснем; 11) надеяться на царство небесное.
      Является Христос, приносит с собою радостную весть блаженства для людей. Учение его - смирение, покорность воле божьей, любовь. Христа мучают и казнят. До смерти он продолжает быть верен своему учению. Его смерть утверждает его учение. Учение его усвоивается его учениками, они проповедуют его и говорят, что он равный богу по своим добродетелям и что он смертью своей доказал истинность учения. Учение же его спасительно для людей. Толпа пристает к новому учению, Ей говорят, что это божественный человек, и он смертью своей дал нам спасительный закон. Толпа из всего учения более всего понимает то, что он божественный, стало быть - бог, и что смерть его дала нам спасенье. Грубое понимание делается достоянием толпы, уродуется, и всё учение отступает назад, а на первое место становится божество и спасительность смерти. Всё дело, чтобы верить в этого нового бога и в то, что он спас нас. Надо верить и молиться. Это противоречит самому учению, но есть люди - учители, которые берутся примирить и разъяснить. И учители примиряют, разъясняют. Оказывается, что он богочеловек, что он второе лицо троицы, что был на нас грех и проклятие - он искупил, и всё учение сводится к вере в это искупление, а само учение остается ни при чем и заменяется верою. Верить надо в Христа-бога и в искупление, и в этом одном спасение. Об учении же Христа, так как его нельзя откинуть, только упоминается; говорится, что, между прочим, Христос учил самоотвержению и любви и что не мешает и даже хорошо следовать его учению. Но как следовать, почему следовать - об этом не говорится, так как в сущности оно не нужно для спасения, и спасение достигается помимо его - первосвященническим и царским служением Христа, т. е. Самым фактом искупления.
      Опять то же, как при прародительском грехе и обоготворении Христа. Учение об искуплении - очевидно, грубо, словесно понятая истинная мысль - возводится в учение, и запрещается понимать не так, не в тех самых словах, как понимает церковь. Я могу, с некоторым усилием, вспоминая свое детство и некоторых слабоумных людей, представить себе, что такое узкое понимание значения Христа может быть одно доступно. Но за что же мне не позволять думать, как я думаю: что
   Христос спас нас тем, что открыл закон, дающий спасение следующему ему, и искупил нас тем, что крестной смертью запечатлел, истинность своего учения. Ведь мое включает церковное и не только ничего не разрушает, но выставляет первым, важнейшим делом усилие, то, которым берется теперь царство небесное, по словам Христа; и не то, что отвергает, а только менее приписывает важности тем рассуждениям о целях и средствах бога, о которых я ничего не могу знать и тем меньше их понимаю, чем больше мне о них толкуют. Не лучше ли мне верить только в то, что бог наверно сделал для меня лучшее, и мне надо сделать тоже всё то лучшее, которое я могу? Если я так буду делать, не рассуждая о том, в чем было и какое искупление, то ведь, каково бы оно ни было, оно не уйдет от меня. А что, как я, понадеясь на искупление Христа, пренебрегу тем, что я должен делать для своего искупления?

Прислал толстовец Пиотровский Ю.Г. 14.4.2005.

  
      -- Работы Пиотровского Ю.Г. в рунете в хронологическом порядке:
  
      -- "Об анафеме Толстого". http://az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_0498.shtml (от 27.7.2001)
  
      -- "Различие в понимании категории Христа-Мессии в Христианстве и других мировых религиях - как важнейшее препятствие межрелигиозного диалога и построения мира. Критика позиции Христианства." Статья размещена на атеистическом и исламском сайте.
   http://ateism.ru/articles/piotrov.htm (от 24.11.2003)
   http://islaminfo.ru/cgi-bin/analitic/analitic_d.php?r=12&id=537 (от 2.12.2003)
  
      -- "Иисус как лжепророк, палестинский Хрущёв"
   http://www.ateist.ru/1hrushev.htm (от 20.2.2004)
  
      -- "Иисус - Христос или Лжехристос? Неохристианство".
   Статья размещена на еврейском сайте:
   http://www.jewniverse.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=300 (от 1.3.2004)
  
      -- Русская Православная Церковь: проклятие верующего Л. Н. Толстого и восхваление атеистов Сталина, Ленина.
   http://ateism.ru/articles/piotrovsky02.htm (июнь 2004.)
  
      -- Русская Православная Церковь обязана своим возрождением в 1943 г. Гитлеру, фашизму, войне.
   http://ateism.ru/articles/piotrovsky03.htm (июнь 2004)
  
      -- "Иисус - Христос или Лжехристос? Неохристианство" - дополненный и расширенный вариант.
   http://www.abc-globe.com/piotrovski.htm (от 24.9.2004)
  
      -- Являются ли Евангелия Новым Заветом? Понятие "Нового Завета" в христианстве и других мировых религиях.
   http://www.jewniverse.ru/modules.php?name=News&file=print&sid=767 (от 13.3.2005)
  
      -- Выставку "Осторожно религия!" осудили. Когда состоится суд над иудеями, мусульманами, атеистами и др. за оскорбление религиозных чувств?
   http://www.ateist.ru/4vystav.htm (апрель 2005 г.)

Оценка: 4.87*10  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru