# Отчет В. Г. Богораза об исследованиях племени оленных чукоч

Владимир Германович Тан-Богораз

## Отчетъ В. Г. Богораза объ изслѣдованіяхъ племени оленныхъ чукочъ.


Краткій отчетъ г. В. Г. Богораза о его путешествіяхъ среди чукочъ, прочтенный г. Левинымъ въ зданіи музея, былъ выслушанъ публикой съ большимъ интересомъ и вниманіемъ. Въ началѣ доклада г. Левинъ объяснилъ, что для изслѣдованія чукочъ г. Богоразу пришлось совершенно отрѣшиться отъ культурныхъ условій и жить съ чукчами одной жизнью, дѣля ихъ горе и радости, и что только такимъ образомъ его изслѣдованія могли пріобрѣсти полноту, которая выгодно отличаетъ ихъ отъ всѣхъ предшествующихъ изслѣдованій этого малоизвѣстнаго племени.

Отмѣтимъ наиболѣе выдающіеся пункты отчета.

Въ началѣ отчета авторъ, описании хода своихъ работъ по изученію чукотскаго языка, сдѣлалъ характеристику самого языка, и между прочимъ указалъ на любопытный фактъ существованіи особыхъ системъ произношенія у мужчинъ и женщинъ.

Говоря о физическомъ типѣ чукочъ, авторъ указалъ на развѣтвленіе племени на приморскихъ и оленныхъ чукочъ и на сходство и различіе между ними. Сообщилъ также данныя о происхожденіи чукочъ изъ смѣшенія американскихъ и азіятскихъ племенныхъ элементовъ.

Основной чертой національнаго характера чукочъ, по словамъ автора, является неукротимость, прорывающаяся сквозь непрочныя связи семейно-родовыхъ отношеній, даже со стороны женщинъ противъ мужчинъ и дѣтей противъ родителей. Авторъ вспоминалъ ожесточенное сопротивленіе чукочъ въ прошломъ вѣкѣ при нападеніяхъ русскихъ, указывалъ также на нежеланіе ихъ переносить обиду, на постоянную готовность къ убійству и къ самоубійству.

Обряды и вѣрованія чукочъ имѣютъ семейно-родовой характеръ. Авторъ подробно останавливался на описаніи домашнихъ пенатовъ и святынь, упоминалъ о наслѣдственныхъ обрядовыхъ напѣвахъ, о помазаніи жертвенной кровью, причемъ каждая семья изображаетъ на лицахъ особые наслѣдственные знаки, наконецъ, указалъ на полное отчужденіе чукотскихъ семейно-родовыхъ группъ другъ отъ друга, доходящее до запрещенія общенія огнемъ подъ опасеніемъ оскверненія.

Авторъ указывалъ далѣе на первичную форму шаманства у чукочъ, при которой каждый глава семьи и даже вообще каждый человѣкъ является шаманомъ въ извѣстныхъ обрядовыхъ случаяхъ.

При описаніи шаманства въ болѣе спеціальномъ смыслѣ, особенный интересъ публики возбудило указаніе на "превращенныхъ" шамановъ, которые, по велѣнію духовъ отказываются отъ мужскаго пола и принимаютъ женскій, и наоборотъ. Превращеніе эти заходитъ такъ далеко, что превращенные мущины, напр., выходятъ замужъ и живутъ со своими мужьями modo Socrstis.

Говоря объ обширномъ сказочномъ мірѣ чукочъ, авторъ въ видѣ примѣра привелъ отрывокъ "сказки о Чесоточномъ шаманѣ", въ подстрочномъ переводѣ съ чукотскаго языка.

Общественная организація у чукочъ, отдаленныхъ отъ русскаго вліянія, отсутствуетъ. Власти, установленныя русскими у ближайшихъ чукочъ, совершенно ничтожны и имѣютъ такъ сказать "нарядный " характеръ тѣмъ болѣе, что во главѣ ихъ стоитъ такъ называемый "король". Вся ихъ функція состоитъ въ сборѣ ничтожнаго количества ясаку въ 247 р. Впрочемъ нѣкоторымъ "носовымъ" чукчамъ до сихъ поръ выдаются въ обмѣнъ за ясакъ казенные подарки, въ нѣсколько разъ превышающіе его стоимость. Чукчи вообще никогда не были покорены русскими и изъ послѣднихъ стычекъ съ ними въ прошломъ вѣкѣ вышли побѣдителями.

Далѣе авторъ коснулся значенія институтовъ кровавой мести и добровольной смерти стариковъ и больныхъ.

Оленеводство у чукочъ, несмотря ни значительное количественное развитіе, характеризуется низшей формой прирученія стадъ, напоминающей первоначальное "огораживаніе". Въ чукотскомъ домашнемъ быту сохранились употребленіе каменныхъ орудій. Жилище чукочъ устроено такъ своеобразно, что оно согрѣвается только животной теплотой обитателей. Чукчи питаются преимущественно и мясомъ, однако употребляютъ въ пищу цѣлый рядъ кореньевъ, травъ и листьевъ, также полупереваренное содержимое оленьего желудка, ѣдятъ также личинки оленьяго овода, выковыривая ихъ изъ оленьей спины и даже лѣтнія испражненія оленя

Наконецъ по вопросу о торговлѣ, авторъ указалъ на значеніе русской и американской торговли, на сношенія приморскихъ чукочъ съ островными эскимосами, на торговыя отношенія чукочъ къ ламутамъ и русскимъ порѣчанамъ и т. п.

Авторъ пояснилъ свои указанія описаніемъ многихъ бытовыхъ случаевъ и закончиль отчетъ описаніемъ столкновенія на Анюйской Ярмаркѣ 1895 г.

Въ заключеніе докладчикъ сказалъ, что отчетъ объ изслѣдованіи русскихъ порѣчанъ и ламутокъ составитъ предметъ особаго доклада.

Чтеніе сопровождалось туманными картинами съ фотографическихъ снимковъ автора и экспонированіемъ различныхъ предметовъ чукотскаго домашняго быта.


"Восточное Обозрѣніе", No 126, 1898