# Свирский А. И.: биографическая справка

Алексей Иванович Свирский

СВИРСКИЙ Алексей Иванович [наст. имя и фам. Шимон-Довид Вигдорос; псевд.: А. И. Донской, Плетка, А. Ростовский, Ал. Чернооков и др.; 26.9(8.10).1865, Петербург (Житомир?) -- 6.2.1942, Москва; похоронен на Введенском кладб.], прозаик, драматург. Родился в бедной евр. семье. Отец -- кровельщик на табачной фабрике; мать работала прислугой (из-за нищеты до трех лет кормила С. грудью). После развода родителей пятилетний

С. и его старшая сестра уехали с отцом на его родину -- в г. Свенцяны Вилен. губ. Спустя нек-рое время по просьбе умирающей матери дети приехали к ней в Житомир, после ее смерти остались у тетки, в бедной семье. Жестоко избитый за шалость мужем тетки, С. бежал из дома и прибился к беспризорным детям (мотив бегства от приемных родителей повторяется во многих произв. С). С 12 лет около полутора десятилетий бродяжничал. Исходил всю Россию, побывал в Персии и Константинополе, работал грузчиком в портах на Волге и на Чёрном море, шахтером в Донбассе, обрабатывал виноградники и табачные плантации в Крыму, на Кавказе и в Бессарабии, собирал хлопок в Туркестане, в Сибири грудился на кирпичном заводе и на железной дороге, был рыболовом и плотовщиком. Окружавшие С. "бродяги, промысловые нищие, воры, мелкие авантюристы, проститутки, босяки всякого рода и вида" (Автобиогр. -- ПСС, т. I, с. 23) впоследствии станут гл. героями его произв. С. побывал более чем в 30 тюрьмах; иногда он сам заявлял в полиц. участок об отсутствии паспорта, чтобы в тюрьме пережить зиму. В 23 года в петерб. тюрьме "произошло величайшее событие" жизни С. -- он "научился грамоте при помощи старшего надзирателя" (Автобиогр. -- ИМЛИ, л, ф., оп. 1, No 18).

В 1891, гонимый холерой, С. уходит из Бухары и попадает в Ростов-на-Дону, где знакомится с портным, давшим ему приют и пропитание. В его доме С. начинает писать стихи (в подражание А. В. Кольцову) и сценки, к-рые портной осенью 1892 вместе с заказанными брюками относит к редактору газ. "Ростовские-на-Дону известия" Н. И. Розенштерну (Пиквику), поместившему их в своей газете: "Народный защитник. (Сценка)" (19 окт.), стих. "Памяти А. В. Кольцова" (20 окт.), "Осенняя мелодия" ("Отойди, не мучь, мысль печальная..." -- 14 нояб.). Там же, а также в газ. "Приазов. край" в 1892--93 печатаются репортажи и очерки С. о босяцкой жизни, из к-рых складываются кн. "Ростовские трущобы" (Р. н/Д., 1893), "В стенах тюрьмы" (Р. н/Д., 1894; рец.: РБ, 1894, No 11), "По тюрьмам и вертепам" (М., 1895; рец.: РМ, 1895, No 7; А. Скабичевский -- "Новости и биржевая газ.", 1895, 17, 24 авг.), "Смех и горе. Картинки ростовской жизни" (Р. н/Д., 1896). Тогда же С. знакомится с Тат. Ал. Ростовцевой, работницей табачной фабрики, к-рая становится его женой; по его словам, только ей он "обязан тем, что вышел на писательскую дорогу" (Автобиогр. -- ПСС, т. 1, с. 24).

Переехав в Петербург в 1896, С. стал сотрудничать в ряде столичных газет ("Новости и биржевая газ."; "Новая газета", в нояб. -- дек. 1906 был ее издателем; "Петерб. листок"; "Правда божия") и ж-лов ("Всходы"; "Жизнь"; "Рус. богатство"; "Новый ж-л для всех"; "Рубикон", в 1914 -- редактор).

Постепенно овладев формой короткого очерка и рассказа, С. издает сб. "Погибшие люди" (СПб., 1898; т. 1 -- "Мир трущобный", т. 2 -- "Мир тюрем", т. 3 -- "Мир нищих и пропойц"). Осн. пафос С. заключался в обращении через свои очерки к образованному классу, к-рый, по его мнению, должен помочь не успевшим еше окончательно опуститься. За подобные призывы С. доставалось от критиков марксистского толка, считавших, что босяцкий мир надо не поднимать, а использовать в будущих социальных битвах. Тюремные очерки С, рисующие нравы уголовного мира, неписаные законы тюрьмы (использованы арестант, фольклор, воровское арго), опираются не только на личный подростковый опыт автора, но также отмечены сильнейшим влиянием "Записок из Мертвого дома" Ф. М. Достоевского, прочитанных им в юности. Пытаясь подняться над бытописательством дна, С. ищет в падших душах проявление человеческого: напр., в рассказе "Зверь" (сб. "Рассказы", т. 2, СПб., 1910) палач Кандыба, ненавидимый арестантами (человек-зверь), привязывается к четырехлетнему мальчику, оказавшемуся в тюрьме вместе с отцом ("Кандыба тяжело дышал, обливаясь потом, и скалил зубы, а Ванька подпрыгивал на плечах и сиял от восторга").

В рец. (H. Г<усев> -- "Жизнь", 1899, No 4, с. 318) указывалось, что "Погибшие люди", н отличие от рассказов про "босяков" и "лохмотников" М. Горького, остались почти не замеченными критикой (др. рец.: РБ, 1898. No 6), что объясняется разницей и форме повествования ("рассказы Горького -- ...художе ственные произведения, а очерки Свирского -- ряд картин, снятых им с натуры"), а также разл. отношением авторов к своим героям: Горький "любовно относится к своим лохмотникам", а С. -- с плохо скрываемой "гадливостью". На первые сб-ки С. обратил внимание критик-народник А. М. Скабичевский (ст. "Кто из них прав?" -- "Новости и биржевая газ.", 1902, 11 июня), также сопоставлявший близкие по тематике произв. С. и Горького (подобное сравнение см. также в ст.: Глинский В., Обществ, язвы и борьба с ними. -- ИВ, 1898, No 11; Анжаров, Критич. заметки. -- "Север", 1901, No 3) и определивший С. как писателя натуралистич. направления, к-рый еще мало задумывается над формой, но хорошо знает жизнь дна.

В 1900 в ж. "Жизнь" (No 8, 9) С. опубл. пов. "Преступник", в к-рой варьируется автобиогр. мотив: юноша, растущий в доме у приемных родителей, из-за их охлаждения к нему связывается с дурными людьми и в конце концов становится каторжником. Критика, упрекая С. в психол. неточности, отмечала, что "автор в несколько скачков превращает благонравного мальчика в распутного юношу" (<А. СпасоКукотский> -- РБ, 1905, No 8, с. 57), обращала внимание на то, что С. гораздо лучше удаются рассказы из тюремного быта (РМ, 1902, No 6; БВед, 1902, 20 марта).

Горький, заведовавший худож. советом "Жизни", по свидетельству С. отнесся к повести доброжелательно, хотя и нашел нек-рые недостатки. Однако след. его рассказ Горький переписал по-своему, что вызвало недовольство автора и его уход из ж-ла. Спустя много лет отзвук конфликта выплеснулся на страницы печати. С. откликнулся на 60-летие писателя статьей о встречах с ним ("Встречи" -- "Красная Новь", 1928, No 3), Горький в письмах в "Известия" (8 апр., 3 июля) внес коррективы, в частности заявив, что никогда никаких рукописей этого не очень почитаемого им автора не исправлял. Обиженный С. отвечал, что может представить рукопись с горьковскими пометами ("Изв.", 3 июля; см. также: ЛН, т. 70, с. 100).

Тема писательских конфликтов, противоречий между "большими" и "маленькими" литераторами нашла отражение в повести-памфлете "Из дневника знаменитого писателя" ("Рассказы", т. 3, СПб.. 1910) -- о знаменитом писателе, к-рого публика быстро забывает ("остроумная и довольно злая карикатура-шарж на современные литературные нравы" -- Е. А. Колтоновская, ВЕ. 1911, No 4. с. 339; др. рец.: "Юж. край", 1911, 10 февр.).

Автобиогр. основу имела наиб. популярная пов. С. "Рыжик. Приключения маленького бродяги" (ч. 1-2, СПб., 1901; 3-е изд., ч. 1-3, СПб., 11904|; рец.: "Русь", 1904, 22 дек.) -- история мальчика-приемыша, убежавшего из родной деревни. Он проходит через множество испытаний (живет среди нищих, в ночлежках, обучается в школе настоящих воров), чтобы в конце концов осознать гибельность бродяжничества (его друг фокусник Полфунта перед смертью проклинает босяцкую жизнь: "...мы около жизни ходили, а в середине не были... Бродяги не нужны миру") и найти свою дорогу. Повесть, в к-рой удачно соединились реа-листич. картины, романтизиров. герои и мелодраматич. ситуации, выдержала более 30 изд. и переводилась на мн. языки; в 1960 была создана одноим. экранизация (реж. И. Фрэз, сценарист М. Львовский). Тематически к "Рыжику" примыкают рассказы о беспризорных детях (сб-ки "На родине", СПб., 1902; "Дети улицы", СПб., 1909).

Под впечатлением от еврейских погромов 1900-х гг. С. создает серию очерков о еврейской бедноте, мире отверженных: сб. "Вечные странники" (СПб., |1905]; рец.: БВед, утр. в., 1905, 23 июля), "Еврейские рассказы" (т. 1, СПб., 1909; в рец. Б. А. Садовского акцентировалось влияние на автора Шолома Аша, отмечалось, что язык рассказов "сер и бесцветен" -- "Весы", 1909, No 2, с. 84), "В черте" (СПб., [1914]). Критикой также отмечалось, что еврейские рассказы расцвечены свежим юмором и легко читаются, что "трагические и комические старания маленького местечкового населения хорошо поняты и искренно рассказаны" (Р. Н. -- "Речь", 1909, 16 февр.).

В 1900-е гг. С. пробует себя в драматургии. Пьеса "Тюрьма. Сцена из арестантской жизни" (М., 1906) была в 1906 поставлена на сцене т-ра Лит.-худож. об-ва, а затем обошла мн. провинц. театры. Несмотря на общую положит. реакцию критики (1906: Смоленский <А. А. Измайлов> -- БВед, веч. в., 16 янв.; там же, 23 янв.; Зигфрид <Э. А. Старк> -- СПбВед, 17 янв.; "Слово", 17 янв.; Имп. <Б. И. Бентовин> -- ТиИ, No 3), в рецензиях отмечалось, что автор, блестяще владея материалом, все-таки создал не пьесу, а сцены, где нет т. н. духовной сущности, отсутствуют завязка, развязка и конфликт; ср. мотивацию Вл. И. Немировича-Данченко, отказавшегося ставить пьесу: "Для тех... требований, какие мы предъявляем теперь, она слишком эскизна" (Ежегодник МХТ, т. 1, М.-Л., 1950, с. 481). Имела успех драма С. "Белый ангел" (СПб., 1908; Петерб. т-р М.Т. Строева, 1908), рассказывающая о жизни бурж. семьи и рев. событиях 1905. По свидетельству

рецензентов, "несмотря на примитивность, угловатую неуклюжесть диалогов и фотографическую пресность, пьеса временами волновала" (С. Горный -- "Последние новости", 1908, 24 окт.), публика сочувственно принимала "бледные намеки", растроганно отзывалась "на то, что... недосказано" (Л. Вас<илевск>ий -- "Речь", 1908, 27 окт.). В 1908 в Александрии, т-ре шла пьеса "На покое" (СПб., 1908; совм. с А. И. Куприным, по мотивам его одноим. рассказа), имевшая "средний успех, несмотря на литературные достоинства и первоклассный состав исполнителей" (Ходотов, с. 222; рец., 1908: "Петерб. газ.", 14 янв.; БВед, веч. в., 18 янв., 9 февр.; Ю. Беляев -- НВ, 10 февр.; Л. Вас<илевск>ий -- "Речь", 10 февр.; А. Кугель -- ТиИ, No 7; и др.). С. обращался и к комедийному жанру: "Дьявол" (М., 1907; пост.: Новый Василеостровский т-р, 1907), "Заратустра села Будникова" (СПб., 1908) и др.

Первое чтение мн. пьес С. проходило на квартире актера Александрии, т-ра H. H. Ходотова, близкого друга С. с к-рым они занимали соседние квартиры (Коломенская ул.. 42). Здесь собиралась петерб. лит.-театральная богема. По восп. Ходотова, "отличительной чертой Свирского была способность отдавать всего себя общему веселью. Всегда мятежный, вольный, он чувствовал себя, как рыба в воде, когда вокруг него бурлила, шумела, пенилась жизнь... Он мог разорить себя и семью до последней полушки, но только бы не уйти от компании" (Ходотов, с. 222; видимо, с этим связана неизменная покаянная интонация С. в его письмах к жене -- РГАЛИ, ф. 1153, оп. 2, No 4). С. в гостиной Ходотова славился и как "неисчерпаемый источник тюремных песен" (Ходотов, с. 222), к-рые в его исполнении вместе с рассказами С. любил слушать Куприн (см.: письма Куприна к С, 1901-08 -- РГАЛИ, ф. 1153, оп. 3, No 2). 9 янв. 1905, в день Кровавого воскресенья, квартиры Ходотова и С. превратились в амбулаторный пункт, куда привозились раненые, здесь же в 1905 собирались забастовочные комитеты.

Произв. С., посв. пролетариату, -- пов. "Записки рабочего" (СПб., 1906), "Черные люди. Повесть из жизни русских углекопов" (СПб.-- М, [1908]) -- носили агитац. характер (запрещались цензурой), идеологич. установка в них уже очевидно преобладала над беллетристич. началом.

В 1913--15 С. подолгу жил с семьей в Куоккале, часто бывал в доме И. Е. Репина. Отдыхавшим на курорте писателям заказывал мат-лы для ж. "Рубикон". В альманахе, выходившем в виде бесплатного прил. к "Рубикону", печатал рассказы и повести Скитальца, Ю. Л. Слёзкина, стих. С. М. Городецкого, А. С. Рославлева и др.

В годы 1-й мировой войны С. активно сотрудничает в "Бирж. вед.", помещая заметки о воен. событиях и гор. жизни (1914, 10 сент. ... 1915, 18 марта). В 1916 издает сб. рассказов "На костре" (Собр. соч., т. 6, М.; др. тома не вышли); рецензируя его,

B. Ф. Переверзев подводит итог всему дорев. творчеству С: "Выступивши в начале своей карьеры интересным бытописателем социального дна... он исчерпал весь запас своих наблюдений, рассказал все, что видел. Ему уже давно не о чем говорить, и пишет он только по инерции, бесцветно перефразируя избитые темы и также бесцветно откликаясь на злобы дня" (СМ, 1916, No 1, с. 182).

В 1919 вступил в РКП(б). В возрасте 53 лет ушел добровольцем в Красную Армию, служил нач. театрально-клубного отд., занимался организацией худож. самодеятельности среди солдат. В 1920 в качестве делегата от 3-й армии Сев.-Зап. фронта участвовал в пленуме Петросовета, проходившем в Таврич. дворце, где выступал наряду с Горьким и Г. Уэллсом. Возвратившись с фронта, жил в Москве (с 1922). Чл. лит. объединения пролет, писателей "Кузница", чл. правления Всерос. союза писателей. Будучи комендантом "Дома Герцена", распределял жилплощадь между писателями.

В 1928-38 С. писал автобиогр. кн. "История моей жизни" (М., 1940; вступ. ст. О. Резника; частично вобрала ранние автобиогр. произв.), по жанру тяготеющую к роману воспитания. Наиб. яркими местами неровного в целом повествования явились картины еврейского погрома, портреты петерб. журналистов, писателей и артистов, в т.ч. Скабичевского, Вас. И. Немировича-Данченко, О. К. Нотовича. Во время войны оставался в Москве, наблюдая всеобщее бегство из города, говорил, что "машина, называемая правительством, потерпела крах" (Тимофеев Л. И., Дневник воен. лет. -- "Знамя", 2002, No 6, с. 169).

Изд.: Рассказы, т. 1-5, СПб., 1909-14; ПСС, т. 1-10, М.-Л., 1928-30 (вступ. ст. И. Кубикова); История моей жизни, М.. 1947; Рыжик, М.. 1990; Ростовские трущобы. -- "Дон", 1991, No 4, 5. 7. 8; Казенный дом. Тюрьмы, надзиратели, арестанты (расизм). М., 2002.

Лит.: Абрамова В., Обзор сочинений C. -- "Что и как читать детям", 1913/14, No 2; Смирнов-Кутачевский. Мастер очерка. -- "Красная новь", 1924, No 11; Машбиц-Веров И., Творчество С. -- "На лит. посту". 1926, No 2; Алтаев А., Памятные встречи. М.-Л., 1946, с. 288-90; Ходотов H. H., Близкое -- далекое; Л.-М., 1962 (ук.): Либединский Ю. H., Незабвенный создатель "Рыжика". -- В его кн.; Воспитание души. Поездка в Крым. Современники. М., 1969; Свешникова Р.Ф., "Этакая-то правда и простота...". (О пов. С. "Рыжик"), -- "Дет. лит-ра", 1969, No 12; Лит. процесс и журналистика (I; ук.); Рус. лит-ра (I, 2); Фонякова H. H., Куприн в Петербурге -- Ленинграде, Л., 1986, с. 71, 118, 120, 158; Пильский П., Остроумие и смех. -- "Балт. архив", в. 4, Рига, 1999, с. 304-05; ЛН, т. 95 (ук.). * Некролог: "Лит-ра и иск-во". 1942, 8 февр. Гранат, т. 11; ЛЭ; КЛЭ; БСЭ; Альм, и сб-ки (1, 2); Богомолов Н.А., Мат-лы к библ. рус. лит.-худож. альманахов и сб-ков. 1900-1937, т. 1, М., 1994; ИРДТ, т. 7; Рус. прозаики; Мацуев; Писатели совр. эпохи (1); Рус. писатели. XX в. Биобибл. словарь, ч. 2, М., 1998; Рус. писатели 20 в.; Лит. объединения. 1890-1917; Муратова (2); Масанов.

Архивы: РГАЛИ, ф. 1153 (см. также: ЦГАЛИ СССР. Путеводитель. Лит-ра, [в. 2|, М., 1963; ук.); ИМЛИ, ф. 78; ГЛМ, ф. 165.


Н. А. Громова.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 5. М., "Большая Российская энциклопедия", 2007