# Воспоминания о великой княгине Елене Павловне

Дмитрий Николаевич Свербеев

Свербеев Д.Н. Мои записки

М.: Наука, 2014. -- (Литературные памятники).


## ВОСПОМИНАНИЯ О ВЕЛИКОЙ КНЯГИНЕ ЕЛЕНЕ ПАВЛОВНЕ1


Солнышково 1873 6-ое июля.


Назад тому с месяц дошел до меня лестный отзыв на мои воспоминания о почившей недавно2 в.к. Елене Павловне, [с предложением их] присоединить к тем многим, которые собираются повсюду лицами более известными почившей, для составления со временем полной ее биографии. Такое приглашение сделано было мне лицом многоуважаемой мною, всецело преданной с молодых лет усопшей, которой отдала она всю свою жизнь. Я не мог не уступить ее желанию.

Возобновляя в угасающей моей памяти давно прошедшее время первой встречи с великой княгиней 35 лет тому назад и предполагая изложить здесь мои немногие и краткие отношения к ней, я считаю обязанностью предупредить моих читателей, что все то, что будет здесь рассказано, прямо относится лично ко мне и поэтому составит скорее отрывок из моих записок того времени, нежели сколько-нибудь слабое и поверхностное изображение высокого характера той, которая будет воспомянута мною. Не думаю, чтобы предполагаемый очерк мог быть рельефен и достоин своего предмета, как бы то ни было, -- слово дано, и сдержать его необходимо.

В 1837 году оканчивал я мое предводительство в Серпуховском уезде -- по избранию меня в это звание вследствие особенных своего рода обстоятельств, о которых будет еще, если успею, много рассказано. В этом 1837 году собрано было на юге России значительное число войск для больших маневров; на них присутствовал и ими управлял покойный император, и они, как видно, имели какое-то политическое значение, думаю так потому, что в незначительный городок Вознесенск Херсонской губ[ернии], место маневров, прибыла к их открытию царствующая императрица с вел. к. Марьей Николаевной3 и великая княгиня Елена Павловна, почти весь дипломатический корпус из Петербурга, иностранные принцы, и в числе их герцог Лейхтенбергский, сын Евгения Богарне4. Не знаю, почему государ[ыня] Александра Федоровна избрала путь в Вознесенск через Коломну на Рязань, а в.к. Елена Павловна почти одновременно через Серпухов на Тулу; возможно, потому выбраны были эти дороги, чтобы избежать затруднений в почтовых лошадях, а впрочем, если не ошибаюсь, не избрала ли императрица путь на Воронеж для поклонения новооткрытым мощам святителя Митрофана5. Москвой управлял в это время всеми глубокоуважаемый к[нязь] Д.В. Голицын; гражданским губернатором был Николай Андреевич Неболсин6, человек честный, добрый, весьма ограниченный, но изощрившийся в заискивании у великих сего мира -- под влиянием своей тетки Авдотьи Селиверстовны Неболсиной, урожд. Муромцовой7, которая играла значительную весьма роль в Москве и всего более хлопотала об успехах по службе любимого своего племянника; между ними так велика была дружба, что Михаил Федорович Орлов составил о них следующий каламбур:

Губернатор Неболсин

Никогда не был сын,

А всегда племянник...

С восторженным энтузиазмом, по выражению нового современного нам историка великих и богатых милостей, они, как видно, у нас не переводятся, взялся Неболсин за исправление и устройство путей и дорог царственным особам. В Коломне устроил он утонченный великолепный ночлег императрице, не щадя на то никаких трудов, ни издержек из собственного кармана. Проводив е[ё] в[еличество] до пределов вверенной ему губернии и воротясь в Москву, с живейшим усердием и снова, не без личных денежных пожертвований, начал он готовить такой же великолепный прием на ночлег в Серпухове для в.к. Елены Павловны. Сообщая об этом, он давал мне почувствовать, что нужно будет и мое содействие, какое именно -- я не понял, выразив одну готовность мою к этому приему явиться во время. Отъезд в.к. из Москвы назначен был на 15-ое августа; свита ее была немногочисленна: сопровождал ее брат принц Фридрих Вюртембергский8, еще очень молодой человек, фрейлина Анна Матвеевна Толстая, вышедшая потом за Голицына, мать нынешней константинопольской Игнатьевой9, гофмаршал генерал Вешняков10, примечательный во многих отношениях, сладкоречивый доктор Мандт11, скорее похожий на хитрого иезуита, чем на медика. В Серпухов приехал я для приема утром накануне, т.е. 14-го числа, думая поместиться по моему обыкновению в почтовой гостинице купца Воронова. Не желая впутываться в заботы о приеме, я хотя и слышал мельком и наконец полуофициально о переустройстве и украшении этой гостиницы, но все-таки надеялся найти для себя какой-нибудь уголок, но, напротив, нашел ее ни для кого недоступною. Не только все нумера вновь отделанные приготовлены были для высочайшего помещения, но и самая харчевня под ними была уничтожена, и мне едва удалось, и только по дружбе с городничим, найти себе комнату. Моя гостиница так преобразилась, что я едва узнал ее. Из Москвы Неболсин прислал великолепные зеркала, люстры, драпри, ковры и бронзы; по лестнице и в комнатах великой княгини расставлено было множество цветов и померанцевых деревьев; все было выкрашено и вымыто; хозяин трактира с мая месяца, по внушению высшего начальства, запер его, равно как и харчевню, от проезжающих и городских обывателей, а город отвел еще две квартиры для сопровождающих великую княгиню г. Неболсина и губернского предводителя графа Гудовича12. Еще недели за две исправник Рогозин почтительно докладывал мне, не угодно ли будет распорядиться перевозкой в гостиницу из соседних оранжерей Ек.Вл. Новосильцевой13 и Нащокина разных цветов и растений; на что я отвечал ему, что не имею ни малейшего права распоряжаться чужою собственностью. "Так позвольте по крайней мере это сделать мне", -- отвечает он. -- "Извольте, если вас послушаются".

Приехав за несколько часов до губернатора, принял я городничего с докладом, на этот раз почему-то особенно почтительным, о том, что требуются две служанки в помощь камер-фрау великой княгини. Я ответил: "Берите, где хотите, а у меня и при мне, как Вы сами это знаете, никаких служанок не имеется". Через полчаса последовал новый доклад того же городничего, что требуется для кого-то из свиты постельное белье и разные ночные принадлежности. "Сделайте мне великую милость, распоряжайтесь тут сами, как знаете, а я тут не при чем". Городничий пришел в ужас от моего равнодушия. Наконец является утомленный до изнеможения Неболсин; он уже осмотрел гостиницу, остался ею доволен, переговорил с головой пьянчугой Коншиным14 о приготовленной купеческим обществом иллюминации по губернаторскому внушению и, расположившись на своей квартире, пригласил меня к себе; тут нашел я его в совещании с приходским священником церкви Мироносиц15: последнему очень хотелось залучить великую княгиню на другой день к обедне в эту церковь под предлогом рождения в этот день одной из его дочерей. Губернатор обещал в утешение ему предложить в[еликой] к[нягине] остановиться против церкви при проезде для целования из его рук креста. Вечером, под праздник Успения, мы были с Неболсиным у всенощной: сколько для молитвы, столько и для обзора церкви и наблюдения за самим ее настоятелем, возможен ли еще он для представления. В самый день праздника Успения и ожидаемого приезда великой княгини мы опять с Неболсиным были у обедни у Мироносья и потом пошли на квартиру, отведенную для губернского предводителя Гудовича, где уже нашел я собравшихся по приглашению моему разных выборных от дворянства местных чиновников -- судью, исправника и прочих. Вместе с ними были тут и служащие от короны. Честный, добрый, приветливый и всегда веселый граф Андрей Иванович Гудович не замедлил приехать и всеми был встречен радушно. Он также подивился увиденному чертогу для приема, и мне трудно было уверить его, что чертог этот устроен без всякого с моей стороны содействия одним старанием и попечением губернатора. В одно время с ними приехали еще адъютант князя Д.В. Голицына и советник Московской дорожной комиссии Соловьев; князь Щербатов16, впоследствии губернатор, послан был от главного начальника губернии для почета великой княгини от его имени. Сам князь Голицын, как видно, не находил нужным провожать ее высочество лично. Он принадлежал к тем лучшим людям александровского времени, которые, начиная военное поприще с первых лет ранней молодости, с 15-16-го года отроду, честно служили государю и земле, до преклонных лет участвовали во многих войнах, отслужили Отечественную войну, побывали в Париже, переходили к мирным служебным занятиям, были всегда верны долгу и чести, но никогда не унижали себя изобретением разных средств и способов, чтобы выслуживаться по мелочам; как выразился о нем еще живой основатель московского Земледельческого общества Маслов: "Это были люди-материалы построения нашего старого русского общества", хотя сам г-н Маслов Стефан Алексеевич, а не фарисеевич, поступал и поступает на девятом десятке своей жизни совсем иначе. Сколько могу припомнить, Голицын едва ли провожал и самую императрицу до Коломны и, несмотря на всегдашнюю свою самодеятельность, пользовался, как весьма немногие, доверием и уважением Николая Павловича.

Приехавшие Гудович и Щербатов известили нас, что великая княгиня, отслушав торжественную по случаю храмового праздника обедню в Успенском соборе, после завтрака в своем дворце на Остоженке непременно выедет в Серпухов. Курьерские лошади давно уже выделены были для нее и для ее свиты в четырех местах -- от Подольска ехала она своим поездом по вновь устраиваемому шоссейному пути, где по полотну для нее уже отведенному, но еще не насыпанному, и по временно проложенным мостам. По этой дороге никого из проезжих еще не пускали, но мне как должностному лицу не один раз случалось уже ею пользоваться. Весь остаток дня до вечера наш Неболсин провел в тревожных ожиданиях, и мы с Гудовичем над ним исподтишка посмеивались. Его мучила забота о том, удастся ли заготовленная серпуховским обществом добровольно, наступя на горло, иллюминация, от которой, предвидя расходы и почитая ее ненужною, всячески долго открещивался голова Коншин; и в самом деле, в ней не было никакой надобности. Около семи часов, когда солнце еще не заходило, передовой фельдъегерь сказал нам, что великая княгиня, приближаясь к городу, за 2 версты вышла из экипажа и, идя пешком, беседует с инженерным путейским прапорщиком. Несчастный офицерик этот, только что вышедший из инженерного корпуса, более получаса подвергался полным расспросам ее высочества о новой шоссейной дороге, на которой он был поставлен самым младшим строителем и смотрителем.


## ПРИМЕЧАНИЯ


1 Этот мемуарный набросок о событиях 1837 г. в Серпухове публикуется по черновой рукописи Д.Н. Свербеева из РГАЛИ (ФС. Д. 15. Л. 1-8). Впервые он был опубликован в журнале "Подмосковный летописец" (2012. No 2. С. 73-77. Подг. публ.: М.В. Батшев, Т.В. Медведева).

2 ...о почившей недавно... -- великая княгиня Елена Павловна скончалась 9 января 1873 г.

3 ...царствующая императрица с вел[икой] к[няжной] Марьей Николаевной... -- Императрица Александра Федоровна и великая княжна Мария Николаевна (1819-1876), старшая дочь императора Николая I, в первом браке (1839-1852) супруга Максимилиана Лейхтенбергского, во втором (с 1854 г.) графа Григория Александровича Строганова.

4 ...герцог Лейхтенбергский, сын Евгения Богарне ... -- Максимилиан Богарне, герцог Лейхтенбргский (1817-1852), второй сын Евгения Богарне (1781-1824), пасынка Наполеона Бонапарта; будущий супруг вел. кнж. Марии Николаевны.

5 ...новооткрытым мощам святителя Митрофана... -- Митрофан (1623-1703), епископ Воронежский; в 1832 г. причислен к лику святых.

6 Небольсин (Неболсин) Николай Андреевич (1785-1846) -- камергер, московский гражданский губернатор (1829-1838).

7 Небольсина (урожд. Муромцева) Авдотья Сельверстовна -- Известная московская барыня. Современник писал о ее именинах: "Вероятно, весь город, по обыкновению, будет у ней. Нельзя не поздравить хромую, ласковую соседку, которая в такой связи со всеми боярами" (Жихарев С.П. Записки современника: Воспоминания старого театрала: В 2 т. Л., 1989. Т. 1. С. 55).

8 Фридрих Карл Август Вюртембергский (1808-1870) -- принц, отец Вильгельма II, короля Вюртемберга.

9 ...Анна Матвеевна Толстая, вышедшая потом за Голицына, мать нынешней константинопольской Игнатьевой... -- A.M. Толстая (1809-1897) была замужем за князем Леонидом Михайловичем Голицыным (1806-1860), их дочь, княжна Екатерина (1842-1917), была супругой Н.П. Игнатьева, посла в Константинополе (1864-1877).

10 Вешняков Иван Петрович (1791-1841) -- генерал-майор, гофмаршал двора великого князя Михаила Павловича.

11 Мандт Мартин (1800-1858) -- врач, с 1840 г. лейб-медик императора Николая I.

12 Гудович Андрей Иванович (1782-1867) -- участник наполеоновских войн, уволен в отставку в 1816 г. в чине генерал-майора. В 1832-1841 гг. московский предводитель дворянства

13 Новосильцева (урожд. гр. Орлова) Екатерина Владимировна (1770-1849) -- подмосковная помещица, управлявшая имением племянника В.П. Давыдова "Отрада".

14 Коншин Николай Максимович (1798-1853) -- купец, владелец текстильной фабрики; городской голова Серпухова.

15 ...церкви Мироносиц... -- Церковь Жен Мироносиц в Серпухове -- пятиглавая церковь в монастырской слободе Высоцкого монастыря. Построена в конце XVII в. Снесена в 1930-е годы.

16 Щербатов Николай Александрович (1800-1863) -- штабс-ротмистр, адъютант Д.В.Голицына; впоследствии московский гражданский губернатор (1857-1859); шурин Д.Н. Свербеева.