Сумароков Александр Петрович
Элегии

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:


ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ

ВСѢХЪ

СОЧИНЕНIЙ

въ

СТИХАХЪ И ПРОЗѢ,

ПОКОЙНАГО

Дѣйствительнаго Статскаго Совѣтника, Ордена

Св. Анны Кавалера и Лейпцигскаго ученаго Собранія Члена,

АЛЕКСАНДРА ПЕТРОВИЧА

СУМАРОКОВА.

Собраны и изданы

Въ удовольствіе Любителей Россійской Учености

Николаемъ Новиковымъ,

Членомъ

Вольнаго Россійскаго Собранія при Императорскомъ

Московскомъ университетѣ.

Изданіе Второе.

Часть VIII.

Въ МОСКВѢ.

Въ Университетской Типографіи у И. Новикова,

1787 года.

OCR Бычков М.И.

http://az.lib.ru

  

ОГЛАВЛЕНІЕ.

  

ЕЛЕГIИ

  
   Престаньте вы глаза дражайшею прельщаться
   Судьба за что ты мнѣ даешь такую часть!
   На долго разлученъ съ тобою дарагая
   Уже меня ничто на свѣтѣ не прельщаетъ
   Не вижу я тебя и разлученъ судьбою
   На всѣ противности отверзлось сердце днесь
   Невѣрная! меня ты вѣчно погубила
   Престанешь ли моей докукой услаждаться!
   Ты только для тово любовь уничтожаешь
   Веселіе мое уходитъ отъ меня
  

ЕЛЕГІИ ЛЮБОВНЫЯ.

Противняе всево Елегіи притворство,

И хладно въ ней всегда безъ страсти стихотворство,

Колико мыслію въ нево ни углубись:

Коль хочешь то писать; такъ прежде ты влюбись.

  
                                 І.
  
             Престаньте вы глаза дражайшею прельщаться;
             Уже приходитъ часъ съ любезною прощаться.
             Готовьтеся теперь горчайши слезы лить.
             Драгія мысли васъ мнѣ должно удалить;
             Приходитъ вашъ конецъ въ нещастливой судьбинѣ
             Мнѣ будетъ тяжко все, о чемъ ни мышлю нынѣ
             Какъ буду разлученъ, на что тогда взгляну,
             Я всѣмъ тебя, я всѣмъ драгая вспомяну:
             Все будетъ за всегда тебя изображати,
             И горести мои всечасно умножати.
             Ты къ будущей тоскѣ, когда прейдетъ сей сонъ,
             Мнѣ нѣкогда уже умножила мой стонъ:
             Сказала мнѣ: какъ ты разстанешься со мною,
             И будешь полоненъ любезною иною,
             Я буду по тебѣ терзатися стѣня,
             А ты ее любя не вспомнишь про меня.
             Не плачь о томъ, не плачь, чтобъ былъ иною плѣненъ,
             Вздыхай, что нѣтъ меня! Хоть я и не премѣненъ
             Хотя не будетъ ужъ мннуты мнѣ такой,
             Въ которую бъ я могъ почувствовать покой.
             Отчаянье, тоска, и нестерпимо бремя,
             Отстаньте днесь отъ насъ хотя на мало время!
             Хоть на не многи дни, престаньте мучить насъ!
             Еще довольно ихъ останется для васъ.
             Нещастье не грози, разлукою такъ строго;
             Любовникамъ одна минута стоитъ много.
             Мѣста свидѣтели вздыханій, ахъ! Моихъ,
             Жилище красоты, гдѣ свѣтъ очей драгихъ,
             Питалъ мой алчный взоръ, гдѣ не было печали,
             И дни спокойныя себя въ весельи мчали!
             Прекрасныхъ рощей мнѣ, долинъ прирѣчныхъ горъ,
             Во вѣки не забыть: куда ни вскину взоръ,
             Ни гдѣ не возмогу я больше веселиться:
             И воды токомъ слезъ чрезъ городъ будутъ литься.
             Лишаюсь милыхъ губъ и поцѣлуевъ ихъ;
             И ахъ! Лишаюся я всѣхъ утѣхъ моихъ:
             Лишаюся, увы! Всево единымъ словомъ,
             Покроется ль земля своимъ нощнымъ покровомъ;
             Иль солнце жаркій лучъ на небо вознесетъ,
             Мнѣ все твердитъ одно, что ужъ любезной нѣтъ.
             Когда представишь ты меня передъ глазами,
             И взглянешь на мѣста омытыя слезами,
             Въ которыхъ я тебя узрю въ послѣдній разъ,
             Гдѣ ты упустишь мя любезная изъ глазъ,
             Вздохни воспомянувъ какъ мы съ тобой прощались;
             И вѣрность вѣчную хранити обѣщались;
             И къ услажденію сей горести моей,
             Ты вырони хотя слезъ каплю изъ очей!
             И естьли буду милъ тебѣ и по разлукѣ;
             Такъ помни, что и я вь такой же стражду мукѣ;
             Помоществуй и ты мнѣ бремя то нести!
             Прости дражайтая, въ послѣднія прости.
  
                                 II.
  
             Судьба за что ты мнѣ даешь такую часть!
             Куда ни обращусь, вездѣ, вездѣ напасть.
             Бывалъ ли кто когда въ такой несносной мукѣ,
             И столько безпокойствъ имѣль ли кто въ разлукѣ?
             Долины, и рѣка текуща возлѣ горъ,
             Престаньте возмущать меня, мрача мой взорь!
             Какъ слышу что струи журчатъ и воды льются,
             Въ округъ мя новыя смятенія віются.
             Во изумленіи услыша водный шумъ,
             Любезну привожу неволею на умь,
             Съ которою при сей водѣ знакомство стало,
             Гдѣ сердце до небесъ въ весельи возлетало,
             Гдѣ многажды мой жаръ былъ ею утушенъ:
             И плачу, что уже драгихъ тѣхъ дней лишенъ;
             На что ни погляжу, я всѣмъ воспоминаю,
             Что ужкъ любозной нѣтъ: а вспомня застонаю;
             Я индѣ съ нею былъ, или ее видалъ,
             Или, не зря ея, духъ мыслью услаждалъ:
             Въ который день не зрѣлъ, вчерашнимъ услаждался,
             И радостей своихъ на завтра дожидался,
             И столько во умѣ то время вобразилъ,
             Что ею всю мою я память заразилъ:
             И нѣтъ убѣжища во всемъ пространномъ градѣ,
             Въ несносной горести, къ малѣйшей мнѣ отрадѣ.
  
                                 III.
  
             На долго разлученъ съ тобою дарагая,
             Я плачу день и ночь, грустя, изнемогая.
             Минуты радостны возлюбленнѣйшихъ дней,
             Не выйдутъ ни когда изъ памяти моей.
             Моя кипяща кровь страсть люту умножаетъ:
             Что сердце чувствуетъ, то мысль изображаеть.
             Во изумленіи и въ жалости взгляну,
             Гдѣ ты осталася, въ прекрасну ту страну,
             Котору горы, лѣсъ, отъ глазъ моихъ скрываютъ,
             И гдѣ твои о мнѣ вздыханья пребываютъ,
             Мнѣ мнится въ пламени, что слышу голосъ твой,
             Въ плачевный день, когда разстался я съ тобой:
             Что ты любезная топя прелѣстны взгляды,
             Со мной прощаешься и плачеть безъ отрады.
             Мнѣ кажется тогда бунтующему кровь;
             Что въ истинну съ тобой прощаюся я вновь,
             Духъ томный чувствуетъ, прошедшей, точну муку.
             Какъ онъ терзаемъ былъ въ дѣйствительну разлуку,
             Горчайшей преданъ я, мучительной судьбѣ,
             Не вижу ни какой отрады я себѣ.
             Куда ни вскину я свои печальны взоры,
             Въ луга или въ лѣса, на холмы иль на горы,
             На шумныя ль валы, на тихія ль струи,
             На пышно ль зданіе, мнѣ всѣ мѣста сіи,
             Какъ громкой кажется плачевною трубою,
             Твердятъ: не видишь ты любезной предъ собою.
             Вездѣ стеню, вездѣ отъ горести своей:
             Такъ горлица лишась того, что мило ей,
             Не зная что начать, древъ вѣтви покидаетъ:
             Съ куста летитъ на кустъ, на всѣхъ кустахъ рыдаешъ.
             Когда моя тоска вѣкъ горькій прекратитъ,
             И смерть потерянно спокойство возвратитъ;
             Такъ знай любезная, что шествуя къ покою;
             И разлучаяся со жизнью и съ тоскою,
             Не смертью, но тобой, я душу возмущу;
             И съ именемъ твоимъ духъ томный испущу.
  
                                 IV.
  
             Уже меня ни что на свѣтѣ не прельщаетъ,
             На что не погляжу, мнѣ мысли все смущаетъ.
             Веселіе мое разсѣяно судьбой,
             Спокойство прежнее сокрылося съ тобой.
             Горячностью къ себѣ мою ты грусть исчисли,
             Когда предстану я въ твои, драгая, мысли,
             Воображай меня любезная въ глазахъ,
             Въ моей злой горести, въ стѣнаньи и слезахъ.
             Я только въ тѣ часы тебя позабываю,
             Когда всѣхъ думъ лишась безпамятенъ бываю:
             Лишъ можетъ сердце то мое изобразить,
             Какъ жестоко возмогъ твой взоръ ево пронзить
             Что я тебѣ теперь страдая ни вѣщаю,
             Все менѣе того, что въ сердцѣ ощущаю.
             Когда тебя хотя я въ мысли нареку,
             Въ минуту ону всѣ я скорби привлеку:
             Протедши радости на память возвратятся,
             И слезы изъ очей неволей покатятся.
             Когда скрывался лучъ отъ возмущонныхъ глазъ,
             Мой свѣтъ, какь я тебя въ послѣдній видѣлъ разъ,
             Какъ я въ послѣднія съ тобой поцѣловался!
             Казалося что мой духъ съ тѣломъ разставался.
             Мнѣ сталъ полдневиый свѣтъ по разлученьи мракъ,
             Во мнѣ вся стыла кровь, не двигался мой зракъ:
             А какъ разима грудь дыханье ощущала,
             Лишъ только то, что нѣтъ тебя со мной, вѣщала.
  
                                 V.
  
             Невижу я тебя и разлучонъ судьбою,
             Мѣстами, временемъ, на долго я съ тобою,
             Всечасно я глашу: мой рокъ тебя унесъ:
             Внимаютъ горы то, луга, потоки, лѣсъ,
             Которы отъ очей моихъ тебя скрываютъ;
             Но мысли никогда тебя не забываютъ.
             Я помню о тебѣ, всякъ день и всяку ночь,
             Отъ мыслей ты моихъ не удалилась прочь.
             Я все спокойствіе мое тобою рушу:
             Хотя тобя не зрю, люблю тебя какъ душу;
             Не столько мышлю я печася о себѣ,
             Колико думаю, драгая, о тебѣ;
             Заразовъ я твоихъ прелѣстняе не знаю,
             И всеминутно ихъ горя воспоминаю.
             Наполненъ разумъ мой приятностію сей:
             А щастіе мое во вѣрности твоей.
             Воспомнивъ я тебя, какъ видя восхищаюсь,
             И столько жъ какъ и зря, не зря тобой прельщаюсь.
             Ты видъ единственный желанья моево,
             Мнѣ нѣтъ тебя миляй на свѣтѣ ни чево,
             Мя больше распалить любовью не удобно;
             Не знаю, можно ли любить ково подобно.
  
                                 VI.
  
             На всѣ противности отверзлось сердце днесь,
             Мой разумъ омраченъ и огорченъ духъ весь!
             Я помощи себѣ не вижу ни отколѣ,
             Отъ всѣхъ сторонъ бѣды, и нѣть надежды болѣ.
             И сонъ, дражайшій сонъ, страдающихь покой,
             Отъ глазь моихъ бѣжить, гонимъ моей тоской.
             Дни красныя весны природу обновляютъ,
             И очи жителей земныхъ увеселяютъ:
             Не веселятся тѣмъ мои глаза одни:
             Мои всегда равны мучительныя дни;
             Судьба разлуки злой мной сильно обладаетъ;
             И ядъ моей крови всю внутренну съядаетъ.
  
                                 VII.
  
             Невѣрная! Моня ты вѣчно погубила:
             А мнѣ казалося, что ты меня любила.
             Какъ я тобой горѣлъ, ты въ самы тѣ часы,
             Ввѣряла отъ меня свои другимъ красы.
             Какъ я тобой, другой тобою такъ прельщался,
             И красотой твоей подобно насыщался.
             Легко ли мнѣ сіе на мысли привести!
             А въ мысли то вложивъ, возможно ль то снести!
             Повсеминутно то себѣ воображаю:
             Повсеминутно я и горесть умножаю.
             Другой тебѣ сталъ милъ: цѣлуетъ онъ тебя:
             Объемлешъ ты ево, взаимственно любя:
             Во восхищеніи ты мыслію летаешь,
             И въ изступленіи имъ нѣжася ты таешь,
             И во объятіи ево во всемъ слаба,
             Мнѣ бывъ владычицей, ему теперь раба.
             Достоинствъ онъ тоя со всѣмъ не примѣчаетъ,
             Которая ево пыланью отвѣчаетъ.
             Къ почтенію ты мнишь привесть ево во тщѣ,
             И уничтожиться ты скоро имъ еще.
             Забывъ и честь и стыдъ не правя мыслей толкомъ,
             За нимъ ты бѣгаешь, какъ агница за волкомъ,
             Забыла ты и страхъ, забыла и себя,
             И не достойнаго толь жарко ты любя,
             Отважилася съ нимъ и днями и ночами,
             Скрывать бесчестіе предъ зоркими очами.
             Бѣжишь туда таясь, не зря себѣ воспять:
             И возвратясь оттоль, бѣжить туда опять.
             Но вскорѣ ты ево, но вскорѣ не застанешь,
             И поздно обо мнѣ, измѣнница, вспомянешь,
             Дождешься отъ нево лютѣйшихъ самыхъ бѣдъ:
             Увидишь ты тогда: простылъ ево и слѣдъ.
             Не будешь видѣти ево передъ собою;
             А онъ довольствуясь невѣрная тобою,
             Раскажетъ о тебѣ что ты ево была,
             И что ево, любя, своей душой звала,
             Хоть онъ тебя своей любовницей не числилъ,
             И лишъ тушити жаръ тобой, онъ крови мыслилъ.
             Моимъ сокровищомъ, тобой тушилъ онъ жаръ:
             Какой я чувствую несносный мнѣ ударъ!
             Не упражняюся во суетныхъ я пѣняхъ:
             Тя зрѣли у нево сидящу на колѣняхъ,
             И обнажала ты свою безстыдно грудь.
             Прости невѣрная и вѣчно мя забудь:
             Забуди тѣ часы какъ я тобою таяль.
             О небо, никогда я етова не чаялъ!
  
                                 VIII.
  
             Престанеть ли моей докукой услаждатъся?
             Смогу ли я когда любви твоей дождаться?
             Я день и ночь горю, я мучуся любя,
             И гдѣ тебя не зрю, мнѣ скучно безъ тебя.
             Всегда зрю тѣнь твою и въ страсти осязаю:
             По всякой часъ тебя я въ мысли лобызаю.
             Со взоромъ мысль моя твоимъ сопряжена:
             Неисходимо ты мнѣ въ сердце вложена.
             Мнѣ твой прелѣстенъ видъ, прелѣстны разговоры,
             И все влечетъ мои къ тебѣ драгая взоры.
             Къ нещастію тебя, суровая, спознавъ,
             Лишился я тобой спокойства и забавъ.
             А сердца твоево смягчить не уповаю:
             Тревожусь и мятусь, грущу и унываю:
             Я время, мысли, умъ и все тобой гублю.
             Скажи драгая мнѣ: и я тебя люблю.
  
                                 IX.
  
             Ты только для тово любовь уничтожаешь,
             Что сладости ея себѣ не вображаешь;
             Вкуси любезная, вкуси любовну страсть!
             Престань употреблять во зло свою мнѣ власть!.
             Я часто думаю: коль это сердце строго,
             Что есть и безъ тебя красотъ на свѣтѣ много;
             Но весь разсудокъ сей поставлю суетой;
             Я плѣненъ на всегда твоею красотой.
             Тобою мысль моя единой возбудилась:
             И думается мнѣ, что ты одна родилась,
             Котора можетъ мысль мою къ себѣ привлечь,
             Прельстить мои глаза, и кровь мою зажечь.
             Кто любитъ мучася; такъ ето смерти зляе:
             А паче мучиму отъ той, кто всѣхъ миляе.
             Насыться зрѣніемъ мученья моево,
             Ищи погибели и смерти ты тово,
             Кто чувствуя твою неизреченну злобу,
             Въ тотъ часъ, во страшный часъ, когда идетъ ко гробу,
             Когда кончается сей жизни суета,
             И вѣчности предъ нимъ растворенны врата,
             Когда ужасный рокъ тоску ево сугубить,
             Еще тебя, еще немилосерду любитъ.
             Внемли жестокая, мой томный гласъ, внемли
             И по концѣ моемъ на мѣстѣ той земли,
             Гдѣ буду погребенъ, возри на гробный камень,
             И вспомнивъ какъ пылалъ во мнѣ тобою пламень
             Вздохни, вообразивъ какъ рокъ меня губиль
             И молвь: я помню то, что онъ меня любилъ.
  
                                 X.
  
             Веселіе мое уходитъ отъ меня:
             Я въ сердцѣ жаръ любви всегда къ тебѣ храня,
             Тебѣ противенъ сталъ; хотя того не знаю.
             За что тобою я и рвуся и стонаю.
             Или перемѣнивъ со всѣмъ ты прежній нравъ,
             Стараешься искать ужъ новыхъ днесь забавъ,
             Въ намѣреніи семъ имѣй себѣ успѣхи?
             Ищи жестокая, ищи другой утѣхи;
             Какъ я, другой тебѣ равно быть можетъ милъ;
             Но льзя ли, чтобъ и онъ какъ я тебя любилъ!
             Какъ новымъ жаромъ ты, забывъ мя, тлиться станешь;
             Не разъ, но многажды о мнѣ тогда вспомянешь,
             И будеть вображать не рѣдко тѣ часы,
             Какъ были въ области моей твои красы.
             Я знаю, что твой духъ меня не позабудетъ;
             Да только можетъ быть меня уже не будетъ.
             Воспоминаніе тебя хотя смутить;
             Но ужъ раскаянье меня не возвратитъ.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru