Щербатова Ольга Александровна
В стране вулканов

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Путевые заметки на Яве 1893 года.

[]

Княгиня О. А. Щербатова

В стране вулканов.
Путевые заметки на Яве 1893 года

Санкт-Петербург
Типография Эдуарда Гоппе
1897

[]

Глава I

   Малайский архипелаг, в состав которого входит Ява, -- цель нашего путешествия, находится всецело вне района стран, посещаемых большинством туристов; вследствие чего он до сих пор сравнительно малоизвестен, и весьма немногие отдают себе ясный отчет и о громадном пространстве, занимаемом этим архипелагом, и о богатстве его флоры, своеобразии его жителей, их нравов, обычаев и проч. Между тем Малайский архипелаг, по своему объему, равняется некоторым материкам, а многие из его островов, каждый в отдельности, больше Франции или Австрии.
   "Расположенная на экваторе и омываемая теплыми водами тропических океанов, эта часть мира имеет более равномерно жаркий и сырой климат, чем какая-либо другая часть земного шара, и изобилует натуральными произведениями, неизвестными в иных странах. Богатейшие плоды и драгоценнейшие пряности природны ей. Она производит гигантские цветы Rafflesia, великие зелено-крылатые Ornithoptera (царица между породами бабочек), человекообразных оранг-утангов и роскошных райских птиц. Она населена своеобразной и интересной расой людей -- малайцами, не встречающимися нигде за пределами этого архипелага, названного поэтому Малайским".
   Уоллес, по данным, основанным большею частию на распределении животного царства, считает входящим в состав Малайского архипелага: Малайский полуостров, Филиппинские острова на севере, Никобарские на западе и Соломонские на востоке. Все большие острова, включенные в эти пределы, соединенные между собою неисчислимыми мелкими островками, так что, по-видимому, ни один из них не изолирован от других. Все имеют ровный и очень схожий между собою климат и все покрыты роскошной лесной растительностью, производя, таким образом, впечатление одного неразделенного целого, все части которого тесно связаны между собою.
   Тот же автор первый доказал, что Малайский архипелаг, по причинам, изложенным ниже, может быть разделен на две почти равные по пространству части, явственно рознящиеся друг от друга в естественных произведениях и действительно принадлежащие двум различным первобытным подразделениям земли. В состав одной, названной Индо-Малайской, входят: Малайский полуостров, Суматра, Ява, Борнео, Филиппинские острова и междулежащие мелкие островки; в состав другой -- Целебес, Новая Гвинея, Ломбок, Тимор и проч. острова. Подразделение это основывается на различии в глубине окружающих морей и на контрастах: геологических, растительных, естественных произведений и человеческих рас.
   Различие в глубине морей. -- Еще в 1846 году г-ном Виндзор-Ерлом было указано на то, что чрезвычайно мелкое море соединяет большие острова Суматру, Яву и Борнео с азиатским материком, с которым они в общих чертах сходятся и по естественным произведениям. За пределами этих островов начинаются океанские бездны, простирающиеся до берегов Австралии. Подобные же морские пропасти окружают всю Австро-Малайскую часть архипелага и только между Новою Гвинеей и Австралиею простирается более мелкое море; эта же часть характеризуется присутствием мешконосных пород животных.
   Геологические контрасты. -- Один из главных вулканических поясов земного шара проходит через весь архипелаг, производя разительные контрасты в пейзажах вулканических и невулканических островов. Изогнутая линия, отмеченная десятками действующих и сотнями потухших вулканов, ясно выделяется на всем протяжении островов Суматры, Явы, Банды, Амбойны, Батчиана, Тидора и Джилоло до острова Морти. Здесь происходит легкий, но наглядный перерыв, приблизительно в 200 миль к западу, откуда на севере Целебеса, вулканический пояс возобновляется и тянется до северной оконечности Филиппинских островов. От крайнего восточного изгиба этого пояса на островах Банда простирается на 1000 миль невулканическая область, после которой в Новой Гвинее другой вулканический пояс берет свое начало и проходит через Новую Британию, Новую Ирландию и Соломонские острова до восточных пределов архипелага.
   На всем пространстве, занимаемом вышесказанным рядом огнедышащих гор, землетрясения самое обычное явление: легкие сотрясения повторяются в промежутке нескольких недель или месяцев, а более сильные, действующие опустошительно на целые селения и нередко сопровождаемые человеческими жертвами, случаются почти ежегодно в той или другой части архипелага. Извержения же вулканов до того часты и страшны своими последствиями, что рассказы о них наполнили бы целую книгу.
   По всей этой громадной линии вулканов заметны, более или менее осязательно, следы повышения и оседания земли. Цепь островов к югу от Суматры, часть южного прибрежья Явы, острова к востоку от нее, часть Тимора, Молуккских островов и др. состоят в значительной степени из приподнятых коралловых скал одинакового происхождения с теми, которые образуются и теперь в соседних морях. Уоллес говорит, что во многих местах, где он делал наблюдения над поверхностью каменных гряд, свежий вид раковин всегда поражал его, так как по их наружности можно было бы заключить, что они выступили из-под воды лишь за несколько лет назад. В действительности, весьма вероятно, что эти образования состоялись в течение последних столетий.
   Соединенная длина вулканических поясов приблизительно в 90 градусов или около четверти всего диаметра земного шара; ширина же их около 50 миль, но на расстоянии двухсот миль, в каждую сторону от них, заметно их действие, проявляющееся приподнятыми недавно коралловыми скалами и также недавно осевшими рифами. В самом центре или фокусе наибольшего изгиба вулканического пояса находится остров Борнео, на котором не найдены до сих пор никакие признаки современной вулканической деятельности и где землетрясения, столь характеристичные для окружающих стран, вовсе неизвестны. Остров Новая Гвинея, Малайский полуостров и Целебес, за исключением северной его оконечности, находятся тоже вне района вулканических проявлений.
   Ввиду всего вышесказанного, как справедливо замечает Уоллес, было бы естественно подразделить архипелаг на вулканические и невулканические страны и можно было бы ожидать, что подобное подразделение соответствовало бы некоторым различиям в характере растительности и фауны. Оно действительно так, но только в весьма ограниченных размерах, так как, несмотря на громадное развитие подземных огненных сил, нагромоздившее цепи гор в десять или двенадцать тысяч футов вышины, расторгнувшее материки и воздвигнувшее острова из океана, оно обладает всеми свойствами недавнего действия, не успевшего еще изгладить следы более древнего распределения воды и суши.
   Растительные контрасты. -- Вполне естественно, что расположенные непосредственно на экваторе и окруженные обширными океанами различные острова архипелага почти всегда покрыты от уровня моря до вершин высочайших гор богатой лесной растительностью. Это общее правило. Единственное исключение составляют остров Тимор и окружающие его мелкие островки, которые не имеют вовсе таких лесов, какие существуют на других островах. На Тиморе преобладают столь типичные для Австралии экалиптусы, а также сандальные деревья, акации и, в меньшем количестве, другие разновидности; все они хотя и разбросанные повсюду более или менее густо, численностью своею не достигают размеров лесов.
   Различие в видах органической жизни. -- Чтобы понять всю важность этого разряда фактов и его отношений к прежнему распределению воды и суши, необходимо ознакомиться с выводами, к которым пришли геологи и естествоиспытатели в других частях света. Всеми признано теперь, что, во-первых, нынешнее распределение живых существ на земном шаре является, главным образом, результатом последнего ряда происшедших в нем изменений. Во-вторых, из геологии мы узнаем, что поверхность земли и распределение воды и суши повсюду медленно изменяется даже и в настоящее время; та же наука учит нас и тому, что органические виды, населяющие эту поверхность, одинаково подвергались постепенным переменам в продолжение всех известных нам периодов. Было бы излишне говорить что-либо о том, как те или другие перемены произошли; касательно этого вопроса могут быть разногласия, но все мнения сходятся в том, что с самых ранних геологических эпох и до нынешнего дня подобные изменения действительно происходили и до сих пор происходят. Итак, если считать эти два положения доказанными, то к ним может быть непосредственно отнесена большая часть теперешних особенностей и аномалий распределения видов растительного и животного царства.
   Англия отделена от материка весьма мелким морем и, с незначительными исключениями, все ее четвероногие, птицы, насекомые и растения встречаются и в Европе. Корсика и Сардиния, отделенные от Италии гораздо более глубоким морем, рознятся с последней очень существенно в органических формах. Между Кубой и Юкатаном морской канал еще глубже и шире и различия между ними несравненно разительнее, так что многие растения и животные Кубы свойственны только ей. Отделенный от Африки глубоким проливом в триста миль ширины Мадагаскар отличается совершенно своеобразными чертами, несомненно указывающими на глубокую древность, в которую он был отторжен от материка, и заставляющими даже сомневаться в возможности абсолютного когда-либо соединения этой страны.
   Большинство натуралистов допускает теперь, что эти факты могут быть объяснены лишь большим или меньшим временем, истекшим после возникновения островов из океана или после отделения их от ближайшей земли, причем указанием в том или другом случае служит вообще (хотя не всегда) глубина промежуточного моря.
   Возвращаясь к Малайскому архипелагу, мы находим, что все значительное пространство моря, отделяющее Суматру, Борнео и Яву друг от друга и от Малакки и Сиама, настолько мелко, что суда могут стать на якорь в любой части его, так как оно редко превышает тридцать шесть саженей глубины. Если поэтому эти острова были разъединены один от другого и от материка оседанием межлежащих пространств земли, то мы ввиду небольшой глубины, на которую осела земля, заключаем, что расторжение произошло сравнительно недавно. Следует также заметить, что в гигантской цепи вулканов Суматры и Явы мы находим достаточно причин для объяснения такого оседания -- громадное количество выбрасываемых ими веществ весьма вероятно разрушает основы окружающей местности.
   Но изучение естественной истории этих стран снабжает нас наиболее вескими доказательствами того, что эти обширные острова должны были когда-то входить в состав материка и могли быть отделены только в весьма недавнюю геологическую эпоху. Слон и тапир Суматры и Борнео, носорог Суматры и родственные ему виды носорогов на Яве, дикий скот Борнео и порода скота, так долго считавшаяся свойственной только Яве, как известно теперь, населяют ту или другую часть Южной Азии. Ни одно из этих крупных животных не могло никоим образом перейти через морские проливы, разделяющие в настоящее время эти страны, и их присутствие явно указывает на то, что должно было существовать сообщение по суше до возникновения их в той или другой местности. Из меньших млекопитающихся значительная часть одинаково имеется как и на каждом острове архипелага, так и на материке Азии. Птицы и насекомые подтверждают вышеприведенное мнение, так как всякое семейство и почти каждый род находимые на каком-либо острове, имеют представителей своих и на Азиатском материке. Птицы служат лучшим признаком для определения правильности распределения согласно известным естественным законам; хотя на первый взгляд кажется, что водные границы, удерживающие четвероногих, не должны были бы представлять препятствий для птиц, но на деле выходит не так и, исключая водяных перелетных пород, местонахождение остальных так же строго ограничивается проливами и рукавами морей, как и четвероногих. Из островов, о которых мы говорим, наиболее убедительный пример Явы, отличающейся тем, что она обладает многими птицами, никогда не переходящими на Суматру, хотя их разделяет пролив, имеющий лишь пятнадцать миль ширины и по которому разбросаны другие мелкие островки.
   Общий результат, к которому мы таким образом приходим, тот, что острова Ява, Суматра и Борнео схожи по своим естественным произведениям со смежными частями материка почти настолько же, насколько это возможно для отдельных частей столь большого материка, как Азия, даже если бы они не были отделены от него морем. Это близкое сходство в связи с фактом, что морское пространство, их отделяющее, обладает такой равномерной и незначительной глубиной и, наконец, существование обширной цепи вулканов, которые, выкинув огромное количество подземных веществ и создав обширное плоскогорье и высокие горные хребты, дают нам истинную причину одновременного оседания почвы, -- все указывает, несомненно, на то, что в весьма недавнюю геологическую эпоху Азиатский материк простирался далеко за теперешние свои пределы к юго-востоку, включая о-ва Яву, Борнео и Суматру и доходя, вероятно, до нынешней линии 86-саженной глубины моря.
   Переходя затем к остальной части архипелага, мы увидим, что все острова на восток от Целебеса и Ломбока имеют столь же сходства с Австралией и Новою Гвинеею, сколько западные с Азиею. Всем известно, что фауна и флора Австралии отличаются от азиатских более, чем таковые же которой-либо из четырех главных частей света между собою. Фауна Австралии оригинальна: она не имеет ни обезьян, ни кошек, ни тигров, волков, медведей или гиен, а также оленей или антилоп, овец и рогатого скота, ни слонов, лошадей, белок или кроликов, словом, ни одного из тех знакомых типов четвероногих, которые встречаются во всех остальных частях света. Взамен этих она обладает только мешконосными породами животных -- кенгуру и опоссумами. Птицы ее почти столь же своеобразны. Вместо существующих во все мире дятлов и фазанов, которых у нее нет, ей природны какатуи, щетковатые индейки, медовые кукушки, щеткоязычные лори, вовсе неизвестные в каких бы то ни было других странах. Все эти разительные особенности присущи и островам, входящим в состав Австро-Малайского подразделения архипелага.
   Большой контраст между двумя подразделениями архипелага нигде так резко не сказывается, как при переходе с о-ва Бали на о-в Ломбок. В Бали есть дрозды, дятлы и иволги; переходя же в Ломбок, последних более не видно и их заменяют какатуи, медовые кукушки, щетковатые индейки и др. Пролив здесь всего в пятнадцать миль ширины; причем глубина его у Бали в сорок две сажени, а у берегов Ломбока в восемьдесят пять саженей: таким образом в два часа времени можно перейти от одного великого подразделения земли к другому, разнящегося своей животной жизнею настолько же, насколько Европа разнится от Америки.
   Вышеприведенные факты убеждают нас в том, что все острова на восток от Явы и Борнео, исключая, может быть, Целебеса, по происхождению своему суть составные части прежнего Австралийского или Тихоокеанского материка, хотя весьма сомнительно, чтобы они когда-либо были соединены с ним. Этот материк, по всем вероятностям, был раздроблен не только раньше, чем западные острова отделились от Азии, но должно быть раньше даже, чем крайняя юго-восточная часть Азии выдвинулась из-под вод океана, так как известно, что большая часть Явы и Борнео сравнительно недавней геологической формации.
   Различие человеческих рас. -- Малайский архипелаг населен двумя вполне различными типами человеческой расы, разнящимися между собою как в физическом, так и в умственном и нравственном отношениях. Один из них -- малайский населяет Индо-Малайское подразделение архипелага, другой -- папуанский -- Австро-Малайское. Проводя линию раздела географического распределения этих рас, мы находим, что она близко соответствует той, которая разделяет и распределение видов органической жизни.
   Уоллес полагает, что все народы различных островов могут быть причислены или к малайцам или к папуанцам, двум видам человечества, не имеющим между собою ни малейшего сходства. Далее он приходит к тому заключению, что малайцы принадлежат к азиатским расам и безусловно континентального происхождения, тогда как папуанские расы совершенно особенного происхождения, с несуществующего в настоящее время материка.
   Протяжение архипелага и островов. -- Малайский архипелаг имеет более 4000 миль в длину, т. е. с востока на запад и, приблизительно 1300 в ширину, т. е. с севера на юг. Он занимает пространство, равное всей Европе от ее крайнего западного предела и простираясь за ее восточные границы далеко внутрь средней Азии. В состав его входят три острова, каждый больше Великобритании, а в одном из них, -- Борнео -- не только уместились бы легко все Великобританские острова, но они были бы кроме того окружены еще широкой полосой лесов.

Пространство и население Малайского архипелага

Владения

Пространство в кв. милях

Население

Голландские

727 340

31 000 000

Английские

166 030

971 000

Испанские

124 130

7 000 000

Немецкие

72 000

110 000

Португальские

6300

300 000

Итого

1 105 800

39 381 000

Голландские владения

Острова

Поверхность в кв. милях

Население

Ява и Мадура

54 000

24 950 589

Суматра

149 560

2 925 000

Целебес и мелкие островки

75 750

1 500 000

Новая Гвинея

148 000

238 000

Борнео

203 714

1 088 252

Молуккские о-ва, Банда и др.

42 500

321 168

Бали, Ломбок и др.

93 816

976 991

Итого

727 340

31 000 000

  

Глава II

ЯВА

   С какой бы стороны мы ни рассматривали ее, Ява, бесспорно, наиболее интересный и наиживописнейший из всех тропических островов земного шара; несомненно также, что она самый плодородный, самый производительный и самый населенный. Расположенная между 105°10' и 114°34' восточной долготы и между 5°52' и 8°46' южной широты, она простирается от Сундского пролива на 1008 верст к востоку до пролива Бали, имея от 80 до 180 верст ширины; таким образом, хотя по величине только четвертый остров архипелага, она площадью своею превышает Англию. Все это пространство разнообразится великолепными горными и лесными пейзажами.
   Береговые линии Явы, омываемые с севера Яванским морем, а с юга Индийским океаном, несмотря на большое их протяжение -- в 2100 верст длины, страдают полным отсутствием натуральных портов, за исключением Сурабайского, защищенного островом Мадура. Две горные цепи тянутся во всю длину острова, то приближаясь друг к другу и даже соприкасаясь, то снова расходясь, многочисленные же отроги их спускаются постепенными уступами к берегам. Оба хребта густо усеяны сорока шестью, приблизительно, вулканами, имеющими от 6000 до 12000 футов вышины. Ни одна страна в мире не может сравниться с Явой по количеству вулканов; некоторые из них находятся постоянно в действии, а многие проявляют от времени до времени все феномены, свойственные подземным огневым силам. Весь остров, за исключением морского побережья, состоит, таким образом, из гористой местности [По исследованиям Юнгхуна средняя вышина Явы -- 1640 футов над уровнем моря], всюду пересеченной живописными долинами, орошаемыми потоками и ручьями и, по большей части, покрытыми чудной тропической растительностью. Любопытную особенность Явы составляет отсутствие озер, встречающихся в небольшом количестве и незначительных размерах только в провинции Черибона. Геологическое очертание острова, т. е. большая рельефность средней части его представляя всюду водам свободный сток к морю, не благоприятствует образованию озер и бассейнов.
   Самая высокая гора Явы -- вулкан Семеру, имеющий 12238 футов вышины; самый же обширный кратер, называемый Дасар, вулкана Тенггер; окружность его в 23 версты. Следующие по высоте вулканы: Сумбинг --10935 футов, Арджуна -- 10925 футов, Раун -- 10915 футов, Лаву -- 10666 футов и пр. пр.
   "Хотя пространство вулканических земель Явы во многом уступает ее наносным наслоениям, но она обязана своим сорока шести главным вулканам с второстепенными меньшими конусами, осадкам лавы и наслоению золы тому своеобразному очертанию, которое составляет одну из главных ее красот: приближаясь к ее берегам, взоры невольно притягиваются этими величественными горами, грациозные облики которых возвышаются над лесами равнин, то освещенные лучами солнца, то точно занавесью задернутые легкими облаками".
   Геологические исследования доказали, что в весьма недавнюю эпоху Ява была разделена на несколько островов. Соединению этих островов в один всего более способствовали своими потоками и в особенности своими извержениями вулканы, действие которых всего заметнее с северной стороны, где море сравнительно мельче. Ява и по сих пор продолжает постепенно возвышаться над уровнем моря; во многих местах коралловые рифы выдвинулись из-под воды на 8, 12 и даже 21 аршин.
   Северный склон Явы отличается от южного преобладанием наносных наслоений, образующих местами обширные низины. Вследствие этого системы рек, впадающих в Яванское море, больших размеров и воднее, чем реки, направляющиеся в Индийский океан, ни одна из которых не судоходна. Впрочем и реки южного ската доступны судам только там, где, пролегая по низменным местностям, они были канализированы. Большинство чи и кали (яванское и сунданийское название рек) постоянно засоряются илистыми наносами; вообще благодаря их быстрому течению и их меняющемуся по времени года характеру, они более полезны для орошения, чем для судоходства. От широкого применения оросительного искусства и богатого свойства вулканической и наносной почвы получаются, главным образом, на Яве те великолепные урожаи, которые дают ей возможность прокармливать более половины населения всего архипелага.
   Главная река Явы -- Соло, имеющая около 469 верст длины; вторая по значению называется в верхней ее части Брантас, а в нижней -- Калимас; европейцами же она прозвана река Сурабая. Протяжение Читарума, у устьев которой расположена Батавия,--в 230 верст.
   Резюмируя все вышесказанное, относительно физической географии Явы, очертание последней представляется в следующем виде: северный ее берег низменный, во многих местах даже болотистый, поросший мангровыми деревьями и различными кустами; южный же, наоборот, состоит почти всецело из ряда скал и утесов, возвышающихся на значительную вышину отвесно над водой. Внутри страны громадные горы тянутся продольно через весь остров; другие, менее высокие и бесчисленные кряжи пригорков разветвляются по всем направлениям, способствуя образованию плоскогорий и долин различных размеров и вышин.
   Во всех странах, лежащих на экваторе, где господствует вечное лето, времена года подразделяются не на жаркие и холодные, а на сырые и сухие. На Яве в зависимости от периодических ветров дожди и хорошая погода наступают с неизменной правильностью. Сырое время продолжается от октября до марта, когда дуют западные ветры; сухое же -- остальные шесть месяцев, когда преобладает безоблачный восточный муссон. Самые сильные дожди бывают в декабре и январе, а самая сухая погода в июле и августе; причем последние два месяца отличаются наиболее жаркими днями и холодными ночами. Погода становится всего более непостоянной перед окончанием одного сезона и началом другого; но эти перемены не сопровождаются теми ураганами и бурями, какие случаются так часто в Вест-Индии.
   Таким образом, главная характеристика климата Явы не столько его жара, сколько его равномерность; во время сырого сезона дождь редко льет целые сутки, а многие дни проходят вовсе без него; утра, по большей части, бывают ясные, и хотя иногда дождь длится беспрерывно несколько дней подряд, но без присущего периодическим дождям Индии свойства постоянства и силы. Сухой сезон также не характеризуется чрезмерной засухой, подобно той, которая составляет отличительную черту жаркого времени года Индии. Даже в июле и августе нередко перепадают дожди, освежающие воздух, так что природа круглый год сохраняет свежесть своей зелени. Средняя годовая температура в Батавии по утрам и вечерам колеблется между 17° и 19° R., доходя в полдень до 26° R. В горах же, где европейцы преимущественно живут, средняя температура в 15°--17° R., опускаясь иногда до 11° R., а на вершине Синдоро случается, что термометр показывает несколько градусов ниже нуля.
   Среднее количество осадков за год по наблюдениям, произведенным в течении восьми лет ста метеорологическими станциями