# Обозрение иностранной жизни

Николай Сергеевич Русанов

I. Экономика и политика Германии: стачка углекопов; характер партий в Империи.- II. Министерский кризис в Венгрии и конституционная проблема.- Из письма Джорджа Кеннана.

## Обозрѣніе иностранной жизни.


I. Экономика и политика Германіи: стачка углекоповъ; характеръ партій въ Имперіи.-- II. Министерскій кризисъ въ Венгріи и конституціонная проблема.-- Изъ письма Джорджа Кеннана.


I.


Вопросы войны и дипломатіи, столкновеній и переговоровъ не могутъ исчерпывать всю сложность современной политической жизни. Словно громадная гора, захватывающая большую часть горизонта, высится надъ всѣмъ міромъ общественныхъ задачъ гигантскій соціальный вопросъ, который, несмотря на внѣшнія диверсіи, властно заявляетъ о своемъ существованіи. Почти во всей Европѣ происходитъ въ настоящее время сильное броженіе рабочихъ массъ, достигающее особенной напряженности въ Великобританіи, но прокатывающееся волнами судорожнаго сотрясенія и на континентѣ. Такъ, 10 марта н. ст. громаднымъ большинствомъ представителей рабочихъ союзовъ на западѣ Германіи, въ рейнсковестфальскомъ каменноугольномъ бассейнѣ, вотирована забастовка, которая продолжается до сихъ поръ, нисколько не умаляясь въ своей силѣ и начиная возбуждать по симпатіи стачечное движеніе въ Бельгіи, Франціи и особенно Чехіи (гдѣ 21 марта произошло уже сильное столкновеніе между жандармами, и забастовщиками въ Залугѣ). И каждый день ея сказывается дефицитомъ въ 150 тысячъ тоннъ обыкновенно производимаго угля...

Чтобы составить себѣ понятіе о размѣрахъ германской стачки и ея значеніи, нужно вспомнить, что рурскій бассейнъ принадлежитъ къ числу самыхъ важныхъ каменноугольныхъ районовъ Германіи. На треугольномъ пространствѣ, обнимающемъ всего какихъ-нибудь 440 кв. кил., почва изрыта отверстіями безчисленныхъ шахта, и въ странѣ тѣснится населеніе горнорабочихъ, охватывающее не менѣе 360000 человѣкъ. Изъ этой-то огромной арміи, 230000 чел., т. е. почти 64%, сложили руки и поставили владѣльцамъ шахтъ ультиматумъ: или повышеніе заработной платы на 15%; или остановка въ дѣятельности гигантскаго муравейника. А каковы размѣры этой дѣятельности, видно изъ того, что въ истекшемъ году она дала болѣе 91 милл. тоннъ угля, 18 милл. тоннъ коксу и 4 милл. тоннъ брикетовъ, т. е. болѣе половины всего германскаго производства перваго продукта, болѣе 3/4 второго и 65% третьяго. А владѣльцы 24 копей рурскаго округа получили въ теченіе этого же года около 183 милл. марокъ прибыли. Не забудемъ, что рейнско-вестфальскій угольный синдикатъ, который стягиваетъ теперь въ своихъ рукахъ всѣ нити мѣстнаго производства, былъ основанъ въ 1893 г. съ акціонернымъ капиталомъ, не превышавшимъ 900000 марокъ. Уже сопоставленія этихъ двухъ цифръ достаточно для того, чтобы видѣть, въ какой степени выгодна угольная промышленность для собственниковъ шахтъ, и какъ эгоистичны эти властелины сотенъ тысячъ рабочихъ, не желающіе увеличить ни на пфенигъ мизерную плату, получаемую тѣми самыми Илотами капитала, которые обогащаютъ акціонеровъ.

Давленіемъ горькой необходимости и объясняется этотъ походъ людей труда противъ рыцарей эксплуатаціи, имѣющій цѣлью хоть до нѣкоторой степени пріобщить рабочихъ къ опьяняющему росту капитала и благосостоянія привилегированныхъ классовъ. Надо замѣтить, что изъ 360000 чел. всего рабочаго населенія округа членами синдикатовъ является менѣе половины, а именно 160000, изъ которыхъ 80000 входятъ въ составъ соціалистическихъ синдикатовъ, 20000 распредѣлены приблизительно поровну между нейтральными синдикатами Гиршъ-Дункера и польскими организаціями, а 60000 являются членами христіанскихъ синдикатовъ. Послѣдніе, кстати сказать, отказались принять участіе въ стачкѣ, но въ принципѣ и они признали законность требованій выставленныхъ-забастовщиками. И вотъ мы видимъ, что въ рурскомъ бассейнѣ работу прекратила армія трудящихся, далеко превышающая по своимъ размѣрамъ не только число соціалистическихъ членовъ синдикатовъ, но и общую цифру синдицированныхъ рабочихъ. На сцену, очевидно, выступаетъ и неорганизованный пролетаріатъ. Рядомъ съ увеличеніемъ заработной платы о которомъ мы упомянули выше, забастовщики требуютъ сокращенія рабочаго дня до восьми часовъ,-- включая время спуска въ шахту и выхода оттуда.-- съ дальнѣйшимъ сокращеніемъ до семи часовъ въ тѣхъ копяхъ, гдѣ температура поднимается выше 22о Реомюра, и до шести часовъ тамъ, гдѣ она достигаетъ 28о.

Какъ же повели себя по отношенію къ требованіямъ трудящихся капиталисты и правительство Германіи? Представители капитала согласились обсуждать условія мира, но, вѣрные своей обычной тактикѣ фабричныхъ самодержцевъ, отказались вступить въ переговоры съ синдикатами, а изъявили притязаніе имѣть дѣло съ функціонирующими, въ сущности, лишь на бумагѣ "рабочими комитетами", которые признаны германскимъ законодательствомъ, но которые до сихъ поръ третируются капиталистами съ такимъ же пренебреженіемъ, какъ и синдикаты. Два раза уже, въ 1906 и въ 1910 г., рабочіе, дѣйствительно пытались выдвинуть посредниками переговоровъ эти комитеты. И два раза имъ пришлось убѣдиться, что рѣшенія, на которыхъ останавливались упомянутыя рабочія организаціи вмѣстѣ съ капиталистами, нисколько не исполнялись послѣдними.

Бывшій соціалъ-демократическій депутатъ, а нынѣ одинъ изъ вожаковъ горнорабочихъ, Гюэ, предалъ гласности тотъ фактъ, что и со стороны представителей имперскаго правительства, кичащагося тѣмъ, что оно паритъ якобы превыше всякихъ партій и принимаетъ близко къ сердцу интересы всѣхъ слоевъ населенія, не было, однако, выражено никакого желанія принять мало-мальски дѣятельное участіе въ выработкѣ соглашенія между двумя враждующими лагерями. И въ то время, какъ по другую сторону Нѣмецкаго моря, на родинѣ манчестерства, правительство непобоялось заявить о своемъ твердомъ намѣреніи провести билль относительно минимума заработной платы (и палата единодушно приняла въ первомъ чтеніи, на засѣданіи 19 марта, этотъ законопроектъ), {Выступленіе Бальфура противъ билля во второмъ чтеніи (21 марта) вызывало въ нѣкоторыхъ кругахъ опасеніе министерскаго кризиса и новыхъ выборовъ. Теперь, однако, эти опасенія исчезли: билль во второмъ чтеніи принятъ.} въ феодально-монархической, Германіи, гдѣ сторонники современныхъ порядковъ любятъ прославлять отеческую патріархальность отношеній между династіей и народомъ, представители центральной власти, при первомъ же свиданіи съ делегатами рабочихъ, объяснили, что здѣсь не можетъ быть и рѣчи о какомъ-нибудь посредничествѣ, а лишь о собираніи свѣдѣній. Это имѣло мѣсто еще за недѣлю до 10 марта. А въ результатѣ, вожаки синдикатовъ, хотя и полагая, что моментъ для стачки былъ дурно выбранъ, должны были уступить порыву самихъ рабочихъ, представители которыхъ, собравшись въ Бернѣ, большинствомъ 507 голосовъ противъ 74 рѣшили немедленное прекращеніе работы.

Но если правительство не обнаружило иниціативы въ роли посредника, то оно проявило большой починъ, когда дѣло шло о томъ, чтобы запугать забастовщиковъ., Подъ тѣмъ предлогомъ, что стачечники производятъ насилія надъ желающими работать,-- (забастовщики, какъ всегда бываетъ въ такихъ случаяхъ, старались убѣждать штрейкбрехеровъ не портить начатаго дѣла) -- власти наводнили каменноугольный округъ сначала полиціей, а затѣмъ, подъ вліяніемъ запросовъ центра и реакціонеровъ въ ландтагѣ и въ рейхстагѣ, -- войсками: пѣхотой, кирасирами и гусарами. И, какъ слѣдствіе, въ Реклингаузенѣ, Брукгаузенѣ, Гамборнѣ, Гертенѣ и многихъ другихъ мѣстахъ горнаго района произошли стычки жандармовъ и полиціи съ рабочими. Съ десятокъ рабочихъ было тяжело ранено сабельными ударами, четверо убито, изъ которыхъ одинъ, 17-ти лѣтній подростокъ, былъ застрѣленъ жандармами, хотя и не принималъ никакого участія въ стачкѣ,-- что однако не. помѣшало мѣстнымъ властямъ преспокойно заявить, что такъ, молъ, ему и надо, ибо убитый еще мальчишкою совершилъ какую-то мелкую кражу, да и вообще принадлежитъ къ семьѣ, которая не пользуется хорошей репутаціей...

Такая расправа произвела на рабочихъ, впрочемъ, совершенно иное впечатлѣніе, чѣмъ на какое разсчитывали организаторы этихъ избіеній. Руководители христіанскихъ синдикатовъ, высказавшіеся противъ забастовки и обращавшіеся къ властямъ съ просьбою защитить желающихъ работать отъ "насилій" стачечниковъ, уже утратили часть вліянія на членовъ своихъ союзовъ; и, въ настоящее время, въ числѣ 230000 бастующихъ находится не одна тысяча католическихъ рабочихъ, которые примкнули къ стачкѣ при видѣ того, какъ расправляются съ ихъ товарищами но шахтѣ мѣстныя власти. За послѣдніе дни обнаруживается, какъ будто, нѣкоторое утомленіе среди рурскихъ углекоповъ въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ особенно сконцентрированы силы подавленія. Но зато стачечная волна перекатывается въ саарскія копи, а въ Саксоніи двѣ пятыхъ рабочихъ, занятыхъ въ шахтахъ, примкнули къ забастовкѣ {Телеграфъ принесъ извѣстіе, что конференція горнорабочихъ, состоявшаяся въ Бохумѣ 19 марта, постановила прекратить забастовку, считая, что она не достигаетъ цѣли. Подробностей рѣшенія еще нѣтъ. За продолженіе стачки вотировало изъ 577 делегатовъ 349, противъ продолженія всего 215. Но такъ какъ голоса за продолженіе не составили 3/4 всей цифры вотировавшихъ, то рѣшено стать на работы.}...

Смутно и тяжело, какъ видите, складываются обстоятельства на почвѣ Германіи въ области внутреннихъ вопросовъ. И можно очень скептически отнестись къ тѣмъ надеждамъ на обновленіе политики, которыя вызывались еще недавно у нѣкоторыхъ оптимистовъ результатами новыхъ выборовъ. Картина, представляемая новымъ рейхстагомъ, врядъ ли способна внушить безпристрастному наблюдателю особенно радужныя перспективы. Когда говорятъ о томъ, что черно-голубой блокъ сломленъ естественнымъ союзомъ лѣвыхъ партій "отъ Вассермана до Бебеля", то въ этомъ надо видѣть значительную степень самообольщенія со стороны умѣренныхъ и аккуратныхъ друзей "свободы и порядка". То, что въ данный моментъ происходитъ въ парламентѣ, врядъ ли оправдываетъ розовыя ожиданія либеральнаго бюргерства относительно "прогрессивной работоспособности" рейхстага. Прогрессисты съ большимъ удовольствіемъ распространяются, напр., о томъ знаменательномъ, по ихъ мнѣнію, фактѣ, что на окончательныхъ выборахъ президіума 9 марта президентомъ былъ выбранъ прогрессистъ Кемифъ, первымъ вице-президентомъ -- націоналъ-либералъ Пааше, а вторымъ -- прогрессистъ же Довэ. "Vossische Zeitung" не нахвалится тѣмъ обстоятельствомъ, что бюро парламента состоитъ теперь изъ лицъ, принадлежащихъ къ типичному бюргерству. "Въ первый разъ, съ тѣхъ поръ, какъ существуетъ рейхстагъ, всѣ члены президіума взяты изъ рядовъ бюргерскаго сословія. Игра случая? Но эта игра наглядно выражаетъ значеніе, которое должно выпадать въ настоящее время на долю буржуазіи: представитель дальнозоркихъ, творческихъ, пріобрѣтательныхъ круговъ (мы переводимъ по возможности ближе къ подлиннику патетическія фразы: "weitblickenden, schaffenden Erwerbskreise" и т. д. H. Р.), а рядомъ съ нимъ членъ ученаго сословія и, наконецъ, человѣкъ, который, выйдя изъ рядовъ чиновничества, стоитъ въ тѣсномъ соприкосновеніи съ экономической жизнью. Это именно и соотвѣтствуетъ тому развитію, которое совершилось въ обществѣ въ теченіе жизни послѣдняго поколѣнія" {"Vossische Zeitung", No 129 отъ 11 марта 1912, въ статьѣ "Nach der Wahl".}.

Однако, ликующая газета не можетъ совершенно затушевать того обстоятельства, что составъ настоящаго президіума, слагающагося изъ членовъ партій, занимающихъ по числу лишь третье и четвертое мѣсто въ парламентѣ послѣ соціалъ-демократовъ, центра (и даже консерваторовъ, взятыхъ вмѣстѣ), является въ сущности выраженіемъ не столько реальныхъ измѣненій, совершившихся въ послѣднее время, сколько парадоксальнаго политическаго положенія страны: самая сильная въ рейхстагѣ партія соціальной демократіи, не можетъ разсчитывать на соотвѣтствующее ея значенію мѣсто только потому, что не желаетъ исполнять "придворныхъ обязанностей",-- требуемыхъ не самой конституціей, а лишь обычаемъ, созданнымъ преимущественно правыми партіями, которыя до сихъ поръ занимали мѣсто въ президіумѣ. Вообще, характеръ нѣмецкихъ политическихъ партій, укладывающихся въ рамкахъ бюргерскаго строя, достаточно ясно показываетъ, что особеннаго прогресса въ области законодательства и отъ новаго парламента ждать нечего. Въ лагерѣ ревизіонистовъ, которые чрезвычайно желали бы приступить къ совмѣстной съ бюргерствомъ реформаторской дѣятельности, прорываются уже меланхолическія разсужденія по вопросу о возможности "Соціальной политики въ новомъ рейхстагѣ": "Можемъ ли мы теперь, когда перевѣсъ консервативно-ультрамонтанскаго блока въ рейхстагѣ ослабленъ, разсчитывать на значительный прогрессъ въ области охраняющаго рабочій классъ законодательства? Врядъ ли. Ибо именно въ этой области либерализмъ всѣхъ оттѣнковъ не обнаруживаетъ намѣренія помогать соціалъ-демократіи. Наоборотъ. Правое крыло націоналъ-либераловъ,-- поскольку можно основываться на опытѣ до настоящаго времени,-- будетъ бороться противъ всѣхъ мѣръ въ сферѣ охраны рабочаго класса, чтобы защищать властительную точку зрѣнія (Herrenstandpunkt) предпринимателей въ духѣ "Центральнаго союза нѣмецкихъ промышленниковъ". А между другими либералами у насъ не имѣется, соціалъ-политиковъ, такъ какъ Науманнъ и Поттгоффъ, которые могли изъявлять притязаніе на этотъ титулъ, не выбраны на сей разъ въ рейхстагъ. Такимъ образомъ усиленіе лѣвыхъ партій будетъ выражаться скорѣе въ чисто политическихъ вопросахъ, а въ области соціальной политики мы хорошо сдѣлаемъ, если не будемъ ожидать никакого переворота" {См. статью: Robert Schmidt, "Die Sozialpolitik im neuen Reichstag" въ "Sozialistische Monatshefte", 1912, No 3, стр. 155.}.

Вдумываясь подъ вліяніемъ послѣднихъ событій въ исторію партій въ Германіи, съ точки зрѣнія политическаго и соціальнаго прогресса, я считаю полезнымъ отмѣтить ихъ внутреннія черты, осуждающія ихъ на безсиліе въ смыслѣ живыхъ общественныхъ факторовъ, правильнаго развитія по пути свободы и демократіи. Меня навело на эту мысль изображеніе исторіи и сущности различныхъ нѣмецкихъ партій, данное на страницахъ довольно интересно задуманнаго въ Германіи "Руководства къ политикѣ", первые выпуски двухъ томовъ котораго только что вышли. Я рекомендую читателю эту работу, которая по своемъ окончаніи будетъ, повидимому, служить небезынтереснымъ справочнымъ пособіемъ для оцѣнки главнѣйшихъ вопросовъ современной политики. Она выходитъ подъ редакціей такихъ извѣстныхъ авторитетовъ, какъ Лабандъ, Ламирехгъ, Адольфъ Вагнеръ, Францъ Листъ и (недавно умершій) Георгъ Еллинекъ и др. Весь VII отдѣлъ этого руководства занятъ очеркомъ германскихъ политическихъ партій, характеристика каждой изъ которыхъ была поручена совершенно сознательно редакторами изданія представителю ея взглядовъ.

И вотъ перебирая эти очерки pro domo sua, мы можемъ безъ особаго труда придти къ заключенію, что во всѣхъ бюргерскихъ партіяхъ Германіи,-- понимая выраженія "бюргерскія" въ самомъ широкомъ смыслѣ, т. е. начиная отъ крайнихъ консерваторовъ и доходя до наиболѣе яркихъ либераловъ,-- скрывается внутренняя червоточина, мѣшающая имъ сыграть роль живой исторической силы при выработкѣ свободы и гражданственности въ Германіи.

Вотъ, что говоритъ, напр., консерваторъ Георгъ фонъ Беловъ о консервативной и имперской партіи. Поиздѣвавшись,-- и не безъ основанія,-- насчетъ неумѣнія либераловъ и демократовъ 48-го года захватить власть въ свои руки и гордо заявивъ, что въ этомъ отношеніи нѣмецкіе консерваторы оказались "политически болѣе способными" {Handbuch der Politik, т. II, вып. 1, стр. 3; Берлинъ-Лейпцигъ. 1912.} авторъ уже гораздо скромнѣе говоритъ о политическихъ идеалахъ и о практической работѣ своей излюбленной партіи. Здѣсь прежде всего поражаетъ крайній, если можно такъ выразиться, фетишизмъ консерваторовъ, разрѣшающій жизненные вопросы политическаго устройства и общественной организаціи съ точки зрѣнія абстрактнаго предпочтенія того или иного отвлеченнаго понятія. Консерваторы,-- говоритъ нашъ авторъ,-- "выступаютъ во имя "королевской власти божіей милостью": этой формулой выражается та мысль, что корона покоится не на переносѣ ея народомъ на голову властителя, а на собственномъ историческомъ правѣ династіи" (Ibid., стр. 6). Дальше авторъ объясняетъ, что консерваторы не только отвергаютъ "народный суверенитетъ", но и отбрасываютъ "парламентарное правленіе", потому, что "это не соотвѣтствуетъ существующимъ учрежденіямъ и несовмѣстимо съ сущностью нашихъ партій". Такимъ образомъ высшимъ оправданіемъ извѣстнаго явленія становится лишь тотъ фактъ, что оно есть.

Или далѣе. Почему консерваторы рѣшительно возстаютъ противъ "схематическаго распредѣленія мандатовъ въ рейхстагѣ по голому количеству населенія"? Да потому, что "рѣшенія, диктуемыя государственной необходимостью, могутъ осуществляться лишь при предположеніи настоящаго дѣленія по округамъ съ неравномѣрнымъ числомъ жителей", (стр. 7). Объясненіе безподобно! Мы видимъ верхъ политической мудрости въ государственномъ строѣ, какой удовлетворяетъ нашему сословному фетишизму. И мы считаемъ наиболѣе соотвѣтствующимъ способомъ избранія народныхъ представителей такую систему, которая даетъ намъ возможность проводить наши партійныя желанія подъ флагомъ "государственной необходимости".

Послушаемъ теперь Карла Бахема, адвоката и апологета центра. Сколько усилій употребляетъ онъ, чтобы затушевать клерикальный характеръ своей партіи и доказать, что именно въ центрѣ заключены возможности нормальнаго развитія германской жизни! И однако, что же выходитъ? Все время говоря о желаніи центра проводить принципъ равенства различныхъ вѣроисповѣданій и "религіозныхъ обществъ", онъ на самомъ дѣлѣ выдвигаетъ вѣроисповѣдное начало; и тотъ фактъ, что въ его партіи не оказалось въ концѣ концовъ ни одного не-католика, онъ съ комическимъ огорченіемъ приписываетъ тому обстоятельству, что этого упорно не хотѣли вѣрующіе другихъ толковъ... За то у Бахема вырывается характеристичное признаніе въ двуличности своей партіи, умѣло балансирующей между консерваторами и либералами, когда онъ говоритъ, что центръ осуществлялъ свою провиденціальную миссію, играя роль "честнаго маклера" между двумя борющимися лагерями бюргерства (стр. 24). Какъ видите, и на эту партію нельзя возлагать большихъ надеждъ въ смыслѣ прогресса свободы и гражданственности, ибо,-- это доказали событія послѣднихъ лѣтъ,-- она съ одинаковой легкостью способна ad majorem Dei gloriam, къ вящему торжеству клерикализма, вступать въ выборную коалицію съ соціалъ-демократами, какъ и предавать меньшую братію на растерзаніе реакціонерамъ и аграріямъ въ вопросѣ о налогѣ на наслѣдство {Только что подавшій въ отставку имперскій министръ финансовъ Вермутъ, повидимому, палъ жертвою общаго давленія консерваторовъ и центра на правительство, которое и на сей разъ намѣрено отказаться отъ налога на наслѣдство.}.

Очеркъ о націоналъ-либералахъ, написанный "самимъ" Вассерманомъ, является, быть можетъ жесточайшей ироніей надъ дѣйствіями и характеромъ этой партіи, настоящимъ историческимъ самопамфлетомъ умѣреннаго германскаго либерализма. Вожакъ нѣмецкихъ октябристовъ все время говоритъ о "развитіи" націоналъ-либеральной партіи, а когда дѣло доходитъ до конкретныхъ фактовъ, которые должны были бы подкрѣплять этотъ взглядъ, то оказывается, что, съ точки зрѣнія самаго же вожака, лишь 70-ые годы были періодомъ процвѣтанія партіи. Начиная съ 1880 г. націоналъ-либералы раздираются внутренней борьбой, превращаются въ партію, идущую на помочахъ у правительства, забѣгающую пѣтушкомъ впереди всѣхъ желаній желѣзнаго канцлера, съ піэтетомъ принимающую отъ него самые безпощадные пинки и въ концѣ концовъ уменьшающуюся съ 150 депутатовъ въ 1874 г. до 55 въ 1907 г., т. е. съ 40% до 14% всего состава рейхстага, между тѣмъ какъ число поданныхъ за нее голосовъ упало съ 36% до 15% (пройдя даже черезъ 11% въ 1893 г.). Это называется "развитіе націоналъ-либеральной партіи въ голосахъ избирателей и мандатахъ!" (стр. 31). На фасадѣ націоналъ-либеральной программы красуются громкія фразы: "Несокрушимая вѣрность императору и имперіи, властелину и отечеству. Отечество выше партіи. Всеобщее благо выше всѣхъ частныхъ интересовъ". А внутри самой программы: "поддержаніе нѣмецкой вооруженной силы, въ особенности же внушающаго почтеніе флота для защиты страны во имя заокеаническихъ нѣмецкихъ интересовъ. Дальновидное веденіе колоніальной политики. Защита германства (Deutschtum) противъ нападеній всякаго рода. Упорная защита нѣмецкихъ земляковъ въ пограничныхъ областяхъ противъ антинѣмецкихъ стремленій. Поддержаніе общественнаго порядка. Охрана національнаго труда. Удержаніе надлежащей таможенной политики. Поддержаніе необходимаго таможеннаго покровительства" и т. д. Что же это, какъ не преклоненіе передъ фетишемъ государственности, націонализма, военщины съ одной стороны, какъ не принесеніе въ жертву интересовъ трудящихся классовъ привилегированнымъ сословіямъ, питающимся "жирными говядами" таможеннаго покровительственнаго тарифа, съ другой?...

Перейдемъ, наконецъ, къ характеристикѣ лѣваго либерализма, который изображается такимъ компетентнымъ лицомъ, какъ Конрадъ Гауссманнъ. Этой нѣмецкой партіи, или, лучше сказать, этимъ различнымъ, не всегда уживавшимся между собою фракціямъ лѣваго либерализма нельзя собственно отказать въ желаніи ввести возможно больше права и свободы въ нѣмецкія учрежденія. Не говорила ли "нѣмецкая свободомыслящая партія" въ дни своего расцвѣта, когда она (въ 1884г.) заключала въ своихъ рядахъ сто членовъ, о "развитіи истинной конституціонной жизни путемъ прочно установленнаго сотрудничества правительства и народнаго представительства и легальной организаціи отвѣтственнаго имперскаго министерства" (стр. 38). Но этотъ ея политическій либерализмъ парализовался крайнимъ тяготѣніемъ къ манчестерской догмѣ въ лицѣ такого, казалось бы, идейнаго защитника гражданской свободы и противника милитаризма и неограниченной центральной власти, какъ Рихтеръ, который деспотически велъ за собой по этому пути своихъ приверженцевъ. Подъ его управленіемъ партія свободомыслящихъ въ теченіе долгихъ лѣтъ боролась противъ всякой дѣйствительно серьезной попытки охраненія труда отъ эксплуатаціи. Подъ предлогомъ сопротивленія государственному соціализму она вотировала и противъ закона о страхованіи рабочихъ. Да и въ смыслѣ общаго покровительства интересовъ труда она ухитрилась въ самой программѣ 1884 г. сдѣлать явное отступленіе отъ программы 1878 г. своего прежняго аватара, "нѣмецкой прогрессистской партіи", замѣнивъ прежнее болѣе или менѣе опредѣленное требованіе "дальнѣйшаго развитія законодательства, особенно мѣръ, клонящихся, къ защитѣ жизни и здоровья рабочихъ, женщинъ и дѣтей" гораздо болѣе двусмысленной формулой "заступничества (Eintreten) за всѣ стремленія рабочихъ классовъ, ведущія къ поднятію ихъ положенія (стр. 38). И лишь подъ вліяніемъ сближенія съ "нѣмецкой народной партіей" южной Германіи, которая объявила себя въ программѣ 1895 г. "партіей соціальныхъ и экономическихъ реформъ", выработалось въ рядахъ свободомыслящей партіи признаніе необходимости болѣе дѣятельнаго покровительства трудящихся массъ; пока, наконецъ, на засѣданіи 5 марта 1910 г. не создалась такъ называемая "прогрессистская народная партія", которая поставила, между прочимъ, въ программѣ своей цѣлью "способствовать политическому и соціальному прогрессу" и снова заговорила о "покровительствѣ рабочихъ и, въ сугубой мѣрѣ, подростковъ и женщинъ, равно какъ о "надзорѣ за промыслами, усиленномъ при помощи привлеченія къ нему рабочихъ мужского и женскаго попа" (стр. 42).

Не надо, кромѣ того, забывать, что эта партія прогрессистовъ еще недавно считала возможнымъ работать на почвѣ консервативно-либеральнаго блока, высиженнаго Бюловымъ на "готтентотскихъ" выборахъ 1907 г. и поддерживавшагося въ теченіе двухъ лѣтъ даже лѣвыми либералами, несмотря на преобладаніе консервативныхъ интересовъ въ этомъ ублюдочномъ союзѣ. Лишь грубо эгоистическая политика, въ области налоговой реформы, проводившаяся правой, которая слилась для этой цѣли съ центромъ, заставила прогрессистовъ отказаться отъ черезчуръ компрометирующей дружбы. Можно ли послѣ всего сказаннаго, -- и сказаннаго въ сущности самимъ же прогрессивнымъ авторомъ -- подписаться подъ его заключительными словами о значеніи партіи, къ которой онъ принадлежитъ: "Исторія и программа прогрессивной народной партіи показываютъ, что лѣвый либерализмъ и въ Германіи является выраженіемъ современнаго движенія впередъ и организаціей силъ, которыя находятъ соотвѣтствующее общественнымъ и государственнымъ интересамъ Германіи направленіе въ срединѣ между націоналъ-либеральнымъ и соціалъ-демократическимъ теченіями, и которыя при нормальномъ развитіи и по возстановленіи внутренняго и внѣшняго единства должны ожидать все возрастающаго вліянія на общественное мнѣніе" (стр. 43).

Такимъ образомъ, мы перебрали одна за другой всѣ бюргерскія партіи, претендующія на руководительство политикой Германіи, и не можемъ не придти къ заключенію, что до сихъ поръ ни одна изъ нихъ не являлась могущественнымъ факторомъ гражданскаго развитія, ни одна не даетъ и въ будущемъ друзьямъ свободы и прогресса прочной надежды на широкую творческую дѣятельность въ смыслѣ выработки гражданскаго самосознанія и демократическаго строя. Именно худосочіемъ нѣмецкихъ бюргерскихъ партій, отсутствіемъ у нихъ темперамента, слабостью иниціативы и объясняется историческая роль, возлагаемая на себя даже въ чисто буржуазномъ смыслѣ нѣмецкою соціалъ-демократіей, которая, выступая какъ классовая партія трудящихся, и притомъ, главнымъ образомъ, пролетаріевъ, тѣмъ не менѣе болѣе всѣхъ ихъ удовлетворяетъ требованіямъ принципіальной политической оппозиціи. Здѣсь разгадка значительной притягательности ея для всѣхъ дѣйствительно живыхъ элементовъ въ странѣ, которые могутъ идти подъ ея знамена не только вслѣдствіе сознанія полной солидарности съ развертываемымъ ею идеаломъ, но и подъ вліяніемъ энергичной защиты ею политической и гражданской свободы. "Политическая цѣль" соціалъ-демократіи,-- какъ говоритъ въ своемъ очеркѣ членъ партіи, Пауль Гиршъ,-- заключается въ требованіи "радикальной демократіи, т. е. демократіи безъ всякаго затушевыванія, и государственнаго устройства на основѣ республики" (стр. 54). И несомнѣнно, что сторонники "радикальной демократіи" и республики, даже не раздѣляя и общественныхъ идеаловъ нѣмецкой соціалъ-демократіи, должны пополнять ея ряды, особенно въ узловые моменты политической жизни въ родѣ выборовъ, и въ замѣтной степени усиливать ростъ этой партіи, производящей впечатлѣніе чуть ли не единственнаго истинно прогрессивнаго фактора въ современной Германіи.


II.


8 марта подало въ отставку венгерское министерство графа Кузна Хедервари. Это само по себѣ обыкновенное въ жизни парламентарныхъ странъ событіе вызываетъ, однако, въ данномъ случаѣ рядъ интересныхъ, и теоретическихъ и практическихъ, вопросовъ государственнаго права, словно бы его нарочно придумалъ профессоръ-казуистъ для ознакомленія своихъ слушателей съ функціонированіемъ современныхъ конституцій. Намъ представляется интереснымъ остановиться нѣсколько подробнѣе на обстоятельствахъ отставки Хедервари, такъ какъ она, дѣйствительно, затрагиваетъ серьезныя стороны современнаго публичнаго права.

Австро-венгерская монархія, такъ извѣстно, представляетъ собою типъ настоящаго дуалистическаго государства: Австрійская имперія и Венгерское королевство объединены не только "личной уніей", не только особой монарха, но и извѣстными общими учрежденіями, -- представительствомъ государства во-внѣ, военнымъ дѣломъ, нѣкоторыми общими расходами. Въ частности, переходя къ войску, по вопросу о которомъ венгерскій кабинетъ и подалъ въ отставку, должно сказать, что оно слагается: изъ общей имперской арміи въ количествѣ 294.523 солдатъ (въ 1911 г.) на мирномъ положеніи; и изъ спеціальныхъ для каждой страны резервовъ (въ Австріи они называются ландверомъ, въ Венгрія -- гонведшегомъ) и изъ спеціальныхъ же для каждой страны ополченій (ландштурма въ Австріи, непфёлькелеша въ Венгріи). Замѣтимъ мимоходомъ, что австрійскіе резервы достигаютъ 41.835 человѣкъ, венгерскіе 25.580 {Ср. "The Statesman's Year-book 1911"; Лондонъ, 1911, стр. 588--590 и "Almanach de Gotha 1911"; Гота, 1912, стр. 680--684.}.

На основаніи такъ называемаго "австро-венгерскаго соглашенія" 67 г., у венгерскаго парламента есть свои права, которыя ревниво соблюдаются мадьярами, несмотря на личныя большія симпатіи къ настоящему носителю короны. Въ примѣненіи къ арміи эти права состоятъ въ вотъ двухъ законовъ, а именно: общаго закона, который опредѣляетъ контингентъ рекрутовъ и имѣетъ силу въ теченіе извѣстнаго періода; и спеціальнаго закона, который разрѣшаетъ рекрутскій наборъ каждаго года. Какое значеніе имѣетъ этотъ параграфъ соглашенія въ глазахъ венгерцевъ, мы можемъ видѣть изъ слѣдующихъ заявленій, сдѣланныхъ въ моментъ кризиса графомъ Аппоньи, вице-президентомъ партіи Кошута, на столбцахъ парижскаго "Le Temps": "Это право представляетъ собою одну изъ величайшихъ силъ венгерскаго парламента для соблюденія столь труднаго въ Венгріи равновѣсія между властью короля и властью націи. Хорошо знаютъ, какъ сильно королевская власть преобладаетъ надъ властью народною въ современной игрѣ венгерскихъ учрежденій. Легко, поэтому, понять, до какой степени важно съ точки зрѣнія общественныхъ свободъ не допускать новыхъ перемѣщеній силы въ пользу королевской власти. Именно воодушевленные этимъ чувствомъ, авторы соглашенія 1867 г. и оставили неприкосновеннымъ правъ парламента голосовать рекрутированіе арміи, и сохраненіе этого права является однимъ изъ основныхъ элементовъ упомянутаго соглашенія въ его самомъ строгомъ и самомъ ортодоксальномъ толкованіи" {"Le Temps", No отъ 9 марта 1912.}.

Случилось, однако, такъ, что въ 1888 г. международныя обстоятельства сдѣлали для Австро-Венгріи необходимымъ увеличить силу нѣкоторыхъ корпусовъ, не прибѣгая къ мобилизаціи. Вотъ тогда-то въ обѣихъ частяхъ монархіи и былъ вотированъ законъ, дававшій право императору-королю удерживать или призывать на дѣйствительную службу самые послѣдніе резервы "въ случаѣ особенныхъ обстоятельствъ и пока онѣ длятся". Въ тотъ моментъ, когда этотъ законъ обсуждался въ венгерскомъ парламентѣ, никому изъ депутатовъ и въ голову не могло прійти, чтобы къ числу этихъ "особенныхъ обстоятельствъ" могъ быть отнесенъ фактъ отвергнутія парламентомъ контингента. И однако это какъ разъ и случилось во время произвольнаго хозяйничанья въ странѣ кабинета* Фейервари, который, прижатый къ стѣнѣ палатой во время великаго конституціоннаго конфликта 1905 г., отсрочилъ засѣданія парламента sine die (неопредѣленно) и воспользовался именно закономъ 1888 г., чтобы замѣнить число недостающихъ рекрутовъ чрезвычайнымъ призывомъ резервовъ.

Въ концѣ-концовъ правительству пришлось уступить энергичному и умѣлому сопротивленію венгерскихъ парламентаріевъ, которые отличаются, если хотите, всѣми недостатками цензовиковъ, но обладаютъ вмѣстѣ съ тѣмъ большой политической дальновидностью и упорствомъ при защитѣ своихъ привилегій. И передъ побѣдившей націей открылись два пути, санкціонирующіе исходъ борьбы: привлеченіе къ законной отвѣтственности кабинета Фейервари; или же изданіе новаго закона, или "аутентичное" толкованіе закона 1888 г., съ тѣмъ, чтобы опредѣлить ясно и точно, что ни отказъ парламента вотировать контингентъ, ни отсрочка палатъ королевскимъ указомъ не можетъ считаться въ числѣ "особенныхъ обстоятельствъ" и не можетъ давать права на чрезвычайный созывъ резервовъ. Лойялизмъ, уживающійся съ твердой защитой конституціи, позволилъ венгерцамъ, по соглашенію съ монархомъ, отказаться отъ обвиненія кабинета. Но тогда выдвинулась на первый планъ необходимость законодательнымъ актомъ точно опредѣлить смыслъ закона 1888 г.

Тѣмъ временемъ снова возникъ вопросъ о необходимости увеличенія военныхъ силъ двойственной монархіи и усиленія военнаго бюджета.; Въ результатѣ былъ выработанъ законопроектъ, который, въ видѣ вознагражденія за возлагаемыя на націю тяготы, сокращалъ срокъ службы съ трехъ до двухъ лѣтъ. Онъ-то и являлся предметомъ обсужденія въ теченіе послѣднихъ двухъ лѣтъ въ венгерскомъ парламентѣ. И именно онъ обладалъ свойствомъ вызывать пріемы самой отчаянной обструкціи противъ графа Кузна-Хедервари, кабинетъ котораго сталъ у власти 18 января 1910 г.

До сихъ поръ еще не забыты дикія сцены, разыгравшіяся въ венгерской палатѣ депутатовъ въ мартѣ 1910 г., когда, какъ выражается безстрастный лѣтописецъ "Историческаго календаря", "многіе депутаты обрабатывали (sic!) графа Кузна книгами, досками и т. д., такъ что лицо его было разбито въ кровь, между тѣмъ, какъ въ его голову неслись безпрерывно со всѣхъ сторонъ всевозмозможные метательные снаряды" {"Schulthess' Europäischer Geschichtskalender 1910"; Мюнхенъ, 1911, стр. 462.}. Рейхстагъ былъ распущенъ. Выборы 1 Іюня дали громадный перевѣсъ такъ называемой правительственной партіи, состоявшей теперь изъ 201 члена, тогда какъ группа Андраши получила 14 мандатовъ, умѣренно-радикальная партія Кошута -- 39, болѣе радикальная партія Госта -- 26 и клерикальная народная партія -- 7.

Несмотря на сравнительно незначительную цифру членовъ оппозиціи, ихъ сопротивленіе въ новомъ рейхстагѣ приняло формы обструкціи, ничѣмъ не уступавшей прежней и въ сущности питавшейся атмосферою сочувствія даже на скамьяхъ правительственной партіи, которая, и соглашаясь вести совмѣстную работу съ правительствомъ, тѣмъ не менѣе требовала отъ него извѣстныхъ гарантій и не могла ни на, минуту отказаться отъ сильно развитаго національнаго чувства, характеризующаго мадьяровъ. Два года длилась борьба. И, наконецъ, Хедервари удалось заручиться согласіемъ оппозиціи на принятіе законопроекта, но подъ тѣмъ условіемъ, что если не въ самый текстъ, то въ объясненія его будетъ внесено истолкованіе надлежащаго смысла закона. Рѣшено было даже придать этому истолкованію форму простого заявленія обѣихъ палатъ относительно исключенія изъ числа "особенныхъ обстоятельствъ" отверженія контингента парламентомъ или отсрочки его засѣданій. Было условлено вмѣстѣ съ тѣмъ, что палаты удовлетворятся присоединеніемъ правительства къ этой деклараціи, и такимъ образомъ будетъ пощажено самолюбіе монарха, который заявилъ при самомъ началѣ конфликта, что "если бы даже онъ хотѣлъ, онъ не можетъ согласиться на уменьшеніе прерогативъ короны, въ особенности въ военномъ дѣлѣ".

Францъ-Іосифъ принялъ такой компромиссъ, и законъ о двухлѣтней службѣ долженъ уже былъ пройти, какъ вдругъ въ дѣло вмѣшался наслѣдный принцъ, Францъ-Фердинандъ, отчаянный реакціонеръ и католикъ, который къ тому времени успѣлъ замѣстить общаго военнаго министра имперіи, "слабаго" генерала Шёнайха, генераломъ Ауффенбергомъ, отличающимся воинственными замашками и тяготѣніемъ къ произволу, и при содѣйствіи этого рыцаря милитаризма убѣдилъ престарѣлаго монарха во всей гибельности сдѣланной имъ уступки... Вѣна отвѣтила рѣшительнымъ отказомъ на законопроектъ, выработанный въ Будапештѣ. Но обстоятельства политической борьбы завели и венгерскія партіи, и венгерскій кабинетъ такъ далеко, что въ мадьярскомъ парламентѣ обнаружился одинъ общій порывъ національнаго конституціоннаго достоинства, и столь ненавистный еще годъ тому назадъ гр. Куэнъ-Хедервари былъ встрѣченъ теперь живѣйшимъ одобреніемъ всѣхъ партій.

Дѣло пошло еще дальше: выдающійся вожакъ правительственной партіи Тисса, громко заявилъ въ моментъ кризиса свое мнѣніе, рѣзко идущее противъ политики императора, или, лучше сказать, наслѣднаго принца: "Мы не можемъ допустить, чтобы венгерскій президентъ совѣта былъ какимъ-нибудь простымъ областнымъ губернаторомъ, а венгерскій парламентъ-простымъ мѣстнымъ сеймомъ, и чтобы глава нашего правительства долженъ былъ на каждомъ шагу спрашивать совѣта въ Вѣнѣ. Венгрія -- государство парламентарное и независимое. Она обладаетъ отвѣтственнымъ правительствомъ, и Вѣна жестоко ошибается, если думаетъ иначе". Куэну-Хедервари ничего другого не осталось, для сохраненія личнаго и политическаго достоинства, какъ подать въ отставку и покинуть, -- вѣроятно, ненадолго, -- арену съ ореоломъ венгерскаго патріота. Съ другой стороны, и партія эрцгерцога не могла довести своего тріумфа до конца, такъ какъ 10 марта и генералъ Ауффенбергъ принужденъ былъ подать въ отставку вслѣдствіе отказа Франца-Іосифа принять новую программу военнаго министра, имѣющую въ виду взятіе назадъ законопроекта о двухлѣтней службѣ и внесеніе временнаго военнаго закона при удержаніи трехлѣтняго срока. За этимъ шагомъ естественно должно было бы послѣдовать, по плану Ауффенберга проведеніе въ Австріи этого предложенія въ порядкѣ верховнаго управленія на основаніи пресловутой 14 ст. австрійской конституціи (кстати сказать, скопированной нашею конституціею въ ст. 87).

Печальнѣе всего въ этомъ дѣлѣ позиція австрійскихъ либераловъ, которые въ своей запальчивой борьбѣ противъ "мадьярскаго упрямства" требуютъ, чтобы и венгерцы подчинялись "дѣйствію упомянутой 14 ст., функціонированіе которой въ Австріи казалось, однако, до сего времени этимъ своеобразнымъ любителямъ свободы верхомъ несправедливости и произвола. Было бы, дѣйствительно, тяжелымъ ударомъ для австрійскаго либерализма, если бы цензовое представительство Венгріи учило политической стойкости и гражданскому мужеству австрійскихъ парламентаріевъ, избираемыхъ всеобщей подачей голосовъ.

Каковъ бы ни былъ, впрочемъ, исходъ этого любопытнаго парламентарнаго и національнаго конфликта, но онъ врядъ ли въ состояніи задержать надолго нормальное развитіе австро-венгерскихъ учрежденій. Пока что, этотъ кризисъ возбуждаетъ общественныя страсти, и соціалисты уже успѣли организовать въ Будапештѣ большой митингъ, на которомъ ораторы энергично требовали введенія всеобщей подачи голосовъ и въ Венгріи.


-----


Мнѣ передано, съ правомъ полнаго распоряженія, письмо Джорджа Кеннана къ одному изъ русскихъ друзей, и я считаю полезнымъ перевести возможно точнѣе къ подлиннику наиболѣе выдающіяся мѣста изъ этого письма.

"Обращеніе съ евреями въ Россіи и аггрессивная политика, преслѣдуемая вашимъ правительствомъ въ Персіи,-- пишетъ Кеннанъ -- произвели очень неблагопріятное впечатлѣніе въ Соединенныхъ Штатахъ. И въ этомъ году здѣсь прокидывается болѣе сильное антирусское теченіе, чѣмъ какое существовало за послѣднія десять лѣтъ. Когда я говорю "антирусское", я, конечно, разумѣю теченіе противъ русскаго правительства (anti-Rnssian-government). А чувства по отношенію къ самому русскому народу до сихъ поръ вполнѣ дружественныя. Ваши реакціонныя газеты думаютъ, повидимому, что наше заявленіе о намѣреніи покончить съ договоромъ 1832 г., въ видѣ протеста противъ фактическаго исключенія нашихъ еврейскихъ гражданъ изъ Русской имперіи, есть исключительно дѣло еврейской части нашего населенія. Но это совершенно не такъ. Всѣ классы американцевъ вели агитацію во имя отмѣны договора. И ораторы массовыхъ митинговъ, устраивавшихся во всѣхъ частяхъ страны, были выдающимися чистокровными американцами, а отнюдь не евреями. Въ самомъ Конгрессѣ врядъ ли есть евреи. И, однако, обѣ палаты были практически единодушны въ вопросѣ о прекращеніи трактата.

"Точно также и аггрессивная политика русскаго правительства въ Персіи привлекла здѣсь особенное вниманіе, потому что Шестеръ, главный казначей либеральной персидской администраціи, былъ американцемъ, уже выгодно отличившимся на Кубѣ и въ Филиппинахъ. И всѣ его сотрудники были также американцами. Когда оси были вытолкнуты, въ результатѣ русскаго ультиматума, поставленнаго персидскому правительству, то, конечно, это вызвало здѣсь чувства негодованія, которыя еще болѣе возрасли подъ вліяніемъ вѣстей о казняхъ въ Тавризѣ. Россія могла бы повѣсить тысячу человѣкъ на своей собственной территоріи -- и не возбудила бы этимъ здѣсь такого вниманія, какое было возбуждено тѣмъ, что она повѣсила два десятка людей въ Персіи. Впрочемъ, и Великобританія заслуживаетъ почти такого же порицанія, какъ и Россія. Она надѣялась, развязавъ Россіи руки въ Персіи, найти себѣ союзника противъ Германіи. Но она гораздо бы лучше сдѣлала, если бы заключила дружбу съ Германіей и совершенно бы выставила Россію изъ Персіи (keep Russia out of Persia altogether). Она раздражила свои магометанскія народности въ Азіи, и въ концѣ концовъ ей, можетъ быть, придется бороться съ Россіей за господство въ Персидскомъ заливѣ. Она долго и ожесточенно сопротивлялась русскому наступленію на Индію черезъ среднюю Азію, но наступленіе черезъ Персію много опаснѣе".

Письмо это показываетъ, между прочимъ, какъ извѣстныя стороны нашей внутренней и внѣшней политики успѣшно возбуждаютъ чувства антипатіи и тамъ, гдѣ до сихъ поръ не замѣчалось особой вражды... Политика, нельзя сказать, чтобы очень цѣлесообразная, особенно въ виду натянутаго международнаго положенія.


H. С. Русановъ.


"Русское Богатство", No 3, 1912