Розанов Василий Васильевич
Война 1914 года и русское возрождение

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На улицах Петербурга
    Войны как великое воспитание
    Забытые и ныне оправданные
    Русское церковное воспитание и германские зверства
    Обращение Верховного Главнокомандующего о Польше и о Червонной Руси
    Судьба Польши и слово Верховного Главнокомандующего
    Немцы у себя и у нас
    Департаментские немцы
    Испорченный человек
    К разрушенію Реймского собора
    Из армии и возле армии

В. В. Розановъ

ВОЙНА 1914 ГОДА и РУССКОЕ ВОЗРОЖДЕНІЕ

ПЕТРОГРАДЪ
1915

   

СОДЕРЖАНІЕ.

   На улицахъ Петербурга
   Войны какъ великое воспитаніе
   Забытые и нынѣ оправданные
   Русское церковное воспитаніе и германскія звѣрства
   Обращеніе Верховнаго Главнокомандующаго о Польшѣ и о Червонной Руси
   Судьба Польши и слово Верховнаго Главнокомандующаго
   Нѣмцы у себя и у насъ
   Департаментскіе нѣмцы
   Испорченный человѣкъ
   Къ разрушенію Реймскаго собора
   Изъ арміи и возлѣ арміи
   

На улицахъ Петербурга

   Что-то неописуемое дѣлается вездѣ, что-то неописуемое чувствуется въ себѣ и вокругъ... Какой-то приливъ молодости. На улицахъ народъ моложе сталъ, въ поѣздахъ -- моложе... Все забыто, все отброшено, кромѣ единаго помысла о надвинувшейся почти внезапно войнѣ, и этотъ помыслъ слилъ огромныя массы русскихъ людей въ одного человѣка... Въ Петербургѣ ночью -- то особенное движеніе и то особенное настроеніе, разговоры, тонъ,-- то самое выраженіе лицъ, какое мы всѣ и по всѣмъ русскимъ городамъ знаемъ въ Пасхальную ночь.
   Вѣдь и Пасху мы называемъ "красною"; христосуемся краснымъ яичкомъ, окрашеннымъ въ этотъ именно цвѣтъ по символу искупительной крови... Дрожитъ напряженіемъ русская грудь и готовится вступить въ пасхальную "красную" годину историческихъ судебъ своихъ, дабы подвигомъ и неизбѣжною кровью купить спасеніе тѣхъ остатковъ братскихъ народовъ, одна половина которыхъ лежитъ мертвыми костями подъ тевтонскимъ и мадьярскимъ племенемъ, а за другую, еще живую половину нашихъ братьевъ, теперь пойдетъ послѣдній споръ и окончательная борьба. Въ русскомъ народѣ -- глубоко историческое чувство. Онъ сознаетъ громаду свою, мощь свою; онъ знаетъ, что мощь и громада эта "не напрасно лежатъ у Бога". И знаетъ также, что множество народовъ смотрятъ на эту громаду -- одни съ ревнованіемъ, ненавистью и опасеніемъ, другіе -- съ надеждою, какъ на покровъ и щитъ свой. И вотъ пришелъ годъ испытанія, "крѣпокъ" ли щитъ этотъ, надеженъ ли этотъ покровъ?
   Ни одной нигдѣ хвастливой фразы не приходится слышать. Всѣ инстинктивно чувствуютъ надвинувшуюся грозу, и знаютъ. что около грозы никакое праздное слово неумѣстно. А хвастливость -- праздное слово. Но слышится рѣшительно вездѣ одно великое, радующее слово: "будемъ всѣ какъ одинъ, забудемъ всѣ свои раздѣленія и всѣ домашнія былыя ссоры". И этотъ энтузіазмъ къ единству и радость о единствѣ входятъ большимъ стимуломъ въ народныя уличныя движенія и придаютъ имъ возвышенную нравственную окраску. По-истинѣ, можемъ сказать какъ въ пасхальный искупительный день -- "Да другъ друга обымемъ".
   Такъ мы обымемъ всѣ другъ друга передъ великою и страдальческою "нужею", какъ называютъ лѣтописи всякій народный трудъ, и терпѣніе, и страданіе. Мы входимъ въ историческую годину. Оттого-то мы всѣ и помолодѣли, и пріосанились, что теперь каждый день пойдетъ какъ историческій день, каждая недѣля пойдетъ какъ историческая недѣля, и всякій изъ насъ, рѣшительно всякій, -- большой и малый, старый и молодой, -- уже сейчасъ дѣлаетъ историческое дѣло вотъ этимъ самымъ энтузіазмомъ своимъ, готовностью выносить, терпѣть, нести жертвы для Отечества, ко4
   На улицахъ Петербурга
   торое во-истину становится сейчасъ престоломъ и алтаремъ. Намъ придется много терпѣть,-- но и счастливы, однако, мы, потому, что вѣдь рѣдкому поколѣнію выпадаетъ на долю пережить настоящую историческую эпоху.
   И вотъ бьются наши сердца тревогою, готовностью и героизмомъ. Теперь у всѣхъ погоны на плечахъ -- у крестьянина, у рабочаго, у чиновника, у купца; у многихъ эти погоны лягутъ на плечи и видимо, у другихъ -- они лягутъ невидимо, заставивъ вздыматься его грудь по-солдатскому, повоенному. Нынѣ мы всѣ воины, потому что наша Россія есть воинъ, а съ Россіею -- мы всѣ. Вотъ что подняло насъ... Ноги не стоятъ, а бѣгутъ. Всѣмъ куда-то хочется... Всѣ точно идутъ въ походъ; одни -- физически, другіе за ними -- мысленно, и вѣрою, и крестомъ.
   Великая минута, великій годъ. Много онъ унесетъ, но много и принесетъ. Теперь мы всѣ живемъ -- день за недѣлю, недѣлю -- за годъ. Души расширились, и тѣло не поспѣваетъ за душою, и отъ этого такъ торопится, спѣшитъ и трепещетъ. Оттого не сидится дома; оттого хочется выйти каждому на улицу и слиться съ волнами народными.
   Старый былинный Микула Селяниновичъ пробуждается,-- и около него будетъ много хлопотъ нѣмецкому гренадеру.
   
   17 іюля.
   

II

   Напоръ германскихъ племенъ на славянскія -- завершился: Германская имперія объявила войну Русской имперіи. Исполинъ пошелъ на исполина. За нашей спиной -- все славянство, которое мы защищаемъ грудью. Пруссія ведетъ за собой всѣхъ нѣмцевъ, -- и ведетъ ихъ къ разгрому не одной Россіи, но всего славянства. Это -- не простая война; не политическая война. Это борьба двухъ міровъ между собой.
   Да не будетъ малодушнаго между нами. Сейчасъ одна мысль: объ единствѣ, крѣпости духа, твердомъ стояніи передъ врагомъ. Будемъ всѣ какъ одинъ человѣкъ, будемъ какъ въ войну 12-го года. Это -- вторая "отечественная" война, это -- защита самыхъ основъ нашего отечества. Забывшаяся Германія видитъ, и всегда видѣла, главное ограниченіе своего могущества и необузданныхъ притязаній въ могуществѣ Россіи и силѣ духа ея арміи.
   Германія повторила въ объявленіи войны Россіи тотъ жестъ, какой сдѣлала Австрія въ отношеніи Сербіи передъ войной. Что это значитъ? Не хотѣла ли Германія выразить этимъ, что она смотритъ на Россію и уважаетъ Россію не болѣе и не иначе, чѣмъ Австрія -- маленькій славянскій народъ? Ближайшіе недѣли и мѣсяцы покажутъ, такъ ли всепоб&#