Ростовская Мария Федоровна
Несколько случаев из жизни Суворова

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

НЕСКОЛЬКО СЛУЧАЕВ ИЗ ЖИЗНИ СУВОРОВА

I.

   Князь Александр Васильевич Суворов отличался чрезвычайною добротою. Он всегда подавал просящему и, не имея при себе никогда денег, часто занимал у присутствующих, но всегда это помнил и отдавал свой долг с благодарностью. Один раз летом ему вместе с другими гостями случилось обедать на даче у одной почтенной и добродетельной дамы. Во время стола вошел в залу нищий, которому было с лишком девяносто лет. Он обыкновенно в этот час приходил к хозяйке за подаянием. Увидя гостей, старик перепугался и хотел уйти, но Суворов вскочил со своего места, бросился за ним, воротил его в залу, посадил за стол и стал угощать его как гостя. Заняв червонец у одного из сидящих за обедом, он тут же предложил в пользу этого почти столетнего старика складчину. Русские щедры, деньги так со всех сторон и посыпались. Суворов, видя это, спросил: "Кто теперь счастливее: он ли, кому отдадут эти деньги, или мы все, которых Бог привел подкрепить его болезненную старость?"
   В другой раз случилось, что здоровый и, вероятно, ленивый мужик просил у него милостины. Суворов позвал своего слугу, велел принести топор и, отдавая его нищему, сказал: "На, брат, руби дрова -- и с голоду не умрешь".
   

II.

   Один из офицеров, служивших под начальством фельдмаршала Князя Суворова, хотя и честный, и достойный, но нажил себе много врагов по своей собственной вине. Александр Васильевич позвал его к себе и выражал сожаление, что он имеет одного главного и сильнейшего злодея, который ему вредит больше всех. Офицер начал спрашивать: "Уж не такой ли Н.Н.?" "Нет", -- сказал Суворов. "Не граф ли Б.?" "Нет", -- опять отвечал он. Наконец фельдмаршал с осторожностью, чтобы никто не подслушал, запер дверь на ключ, нагнулся ближе к офицеру и сказал ему шепотом: "Высунь язык -- вот  твой враг!"
   

III.

   Князь Багратион за столом у Суворова, который был тогда уже генералиссимусом, рассказывал, что один старый заслуженный солдат, редкого поведения, служивший в полку Князя Суворова-Италийского, принес ему пять червонцев со словами: "Эти деньги достались мне при разделе добычи с моими товарищами во время последнего похода. Моему отцу и матери, живущим в Нижегородской губернии, теперь слишком девяносто лет, это их достояние; сделайте милость, ваше сиятельство, прикажите отправить эти деньги к ним вместе с этой запиской", что и было тотчас исполнено. Суворов пришел в совершенный восторг от поступка солдата, приказал его к себе позвать, расцеловал его и сказал: "Спасибо тебе, христианин, что ты помнишь заповедь Божию: Чти отца твоего и матерь твою".
   Разговаривая с солдатом, и узнав, что он был вместе с ним во всех турецких и польских походах, Суворов захлопал в ладоши и воскликнул: "Давай мне за него дюжину рекрут -- нет мало! -- и сотни не возьму... Поздравляю тебя унтером". "Благодарю, ваше сиятельство, -- отвечал солдат. -- Я не грамотный, служил рядовым -- прикажите мне и умереть в рядах". Суворов, обратясь ко всем присутствующим, сказал с восхищением: "Где это услышишь?"
   

IV.

   Всем известно, какой был чудак Александр Васильевич:  даже и в армии, на походе, у него такие были выходки, что представить себе их невозможно, а поверить еще труднее. Например, он являлся перед солдатами в куртке или в отцовской заслуженной, изорванной шинели, и был всегда вполне доволен, если его никто не узнавал. Часто спал он вповалку солдатами и, проснувшись первый -- кричал петухом, и этим поднимал всех на ноги. Раз бежал он в куртке между рядами солдат и услышал, что его кто-то нагоняет -- это был сержант, присланный от генерала Дерфельда к главнокомандующему с бумагами. "Эй, старик! -- кричал сержант. -- Постой! Скажи, где стоит Суворов?" "Черт его знает", -- отвечал Суворов. "У меня от генерала к нему бумаги есть", -- воскликнул сержант. "Не отдавай, не отдавай: он теперь или мертвецки пьян, или горланит петухом", -- сказал с ужимками Суворов. При этих словах посланный, замахнувшись на него кулаком, крикнул: "Моли ты Бога, старичишка, за свою старость... Не хочу только руки марать... Как смеешь ты ругать отца и благодетеля?" Суворов -- давай Бог ноги. Через час он сидел у себя дома -- когда к нему вводят сержанта, который его тотчас узнал и, в страшном волнении, хотел броситься ему в ноги. Фельдмаршал его обнял и сказал: "Спасибо, брат, ты доказал на деле твою ко мне любовь -- и хотел поколотить меня за меня", и тут же из своих рук попотчевал его рюмкой водки.

"Семейные вечера", No 2, 1867

   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru