Романов Пантелеймон Сергеевич
Гайка

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:


   Пантелеймон Романов. Гайка
  
   Издание: Пантелеймон Романов; Избранные произведения.
   Изд-во "Художественная литература", Москва, 1988.
   OCR и вычитка: Александр Белоусенко (belousenko@yahoo.com), 20 августа 2002.
  
  

ГАЙКА

  
   На вокзальной платформе, заваленной узлами, мешками и прочей пассажирской рухлядью, сидел и лежал народ, дожидавшийся поезда.
   -- Когда поезд придет? -- спросил, войдя на платформу, рабочий с сундуком и чайником через плечо.
   -- А черт его знает,-- неопределенно отвечал малый в картузе, к которому он обратился.
   -- Вот дьявола-то...-- сказал раздраженно рабочий, оглядываясь по сторонам.
   -- Мы, батюшка, третий денечек тут сидим,-- проговорила старушка в туфлях и шерстяных чулках,-- балакали вчера, что должен быть поезд беспременно, знающий человек говорил, да вот, знать, не угадал.
   -- Придет, бог даст...-- сказал сидящий рядом с ней на мешках лохматый мужичок в накинутой на плечи без рукавов шубенке.
   Рабочий, не слушая, смотрел по сторонам.
   -- А это какой поезд?
   -- Это в другую сторону, батюшка, третий звонок давно пробил, да гайку, говорят, какую-то на паровозе потеряли.
   -- Чего стоим? -- кричали из окон стоявшего поезда пассажиры.
   -- Гайку не найдут никак...
   -- Растерялись, на весь поезд одна гайка... голь несчастная.
   -- Ехать не едет, а вылезть по своему делу боишься -- уйдет,-- говорила растрепанная женщина в расстегнутой кофте, с нечесаными волосами, выглядывая на обе стороны из вагона.-- Звонки-то еще будут? -- спросила она у проходившего толстого кондуктора.
   -- Сколько ж тебе звонков еще надо, пробило три, ну, и сиди, жди.
   -- Им и трех мало...-- сказал какой-то веселый мужичок в лапотках, с ножичком на поясе, свертывавший папироску.
  -- Голубчики, идет!..-- закричал как зарезанный малый в картузе и бросился в вокзал за вещами.
   Вся платформа зашевелилась.
   -- У меня как сердце чуяло, что придет,-- сказала старушка в туфлях, торопливо собирая свой мешок.-- Как-то теперь, господь даст, сядем.
   -- На каком пути остановится? -- кричали разные голоса.
   -- На втором пути, за этим поездом,-- спокойно сказал толстый кондуктор, махнув рукой в сторону второго пути.
   Все озадаченно остановились перед загородившим дорогу поездом.
   -- Вот этот тут черт застрял еще на дороге... Скоро ли тронетесь-то, окаянные! Стоят поперек дороги, и неизвестно что, не то в обход иттить, не то ждать.
   -- Сейчас уедут, им только гайку найтить,-- сказал, подмигнув, веселый мужичок.
   Вдали засвистел паровоз. Пассажиры вдруг, точно спасаясь от кого-то, бросились к своим мешкам и сундукам рассыпной толпой в обход и под колеса стоявшего на пути поезда, потерявшего гайку.
   -- Куда вы, оглашенные, под поезд лезете! -- кричали на них из окон.-- Трогаемся сейчас, подавим всех.
   -- А вы что тут распространились на самой дороге? Зимовать, что ли, собрались?
   Лохматый мужичок необычайно проворно пролез по головам ломившихся на площадках людей и сел на краю крыши, спустив вниз ноги в лапотках.
   -- Что на голову становишься! -- сказал, поглядев на него с усилием вверх, рабочий, который ухватился рукой за железную скобку через плечи других и висел на ней.
   -- Пройтить негде было, батюшка,-- сказал мужичок и, увидев барахтавшуюся внизу в общей свалке старушку, закричал:
   -- Эй, тетка, тетка, на тебе, хватайся за подпояску. Держись, тащить буду. Ну, вот...
   -- Эй, кто там опять?! Тьфу! Что за дьяволы, сказано -- не лазить по головам! -- закричал вне себя рабочий, когда старуха покрыла его голову своей юбкой.
   Малый в картузе тоже вскочил на крышу и, стоя у края, кричал:
   -- Выше господ залезли!
   Старушка, отдышавшись, устроилась около трубы.
   -- Ну, вот, и слава тебе господи, сели. Только с непривычки дюже высоко.
   -- Обтерпишься...
   Пришедший поезд дал свисток и дернул один раз, потом другой, потом медленно попятился назад. Все затаили дыхание.
   -- Только бы с места взял.
   -- Самое главное... а там разойдется, бог даст,-- говорили на крышах.
   Наконец паровоз часто запекал, медленно тронулся, шипя на обе стороны паром, выпускаемым из паровоза низко по земле, и увозя вагоны, платформы, груженные лесом и облепленные народом.
   Малый в картузе стоял посредине крыши и кричал на поезд:
   -- Пошел, пошел, разгоняй, разорви его утробу!
   -- А ездить как будто похуже стало,-- сказал лохматый мужичок,-- взбираться дюже трудно.
   -- Зато спокоен...
   -- Про это никто не говорит.
   Висевший внизу на площадках народ недоброжелательно поглядывал на крыши.
   -- И прежде были господа, и теперь господа,-- сказал какой-то мужичок, посмотрев снизу на сидевшего на крыше солдата с револьвером.
   -- Расселись там на хороших местах-то,-- сказала злобно какая-то баба с молочным жбаном, прилипшая внизу к дверной скобке.
   Вдруг поезд, тяжело поднимавшийся на подъем, неожиданно рванул вперед и остановился.
   -- Ой, мать честная,-- раздалось с крыши,-- вот было чебурахнул-то!
   -- Держись, время такое...
   -- Что стал? Ай потеряли что?
   -- Должно, силы нету.
   -- Вот и опять станция,-- сказал веселый мужичок.-- Тут бы по всей линии трактиров настроить, в самый раз было бы.
   -- Что же вы, дьяволы, сидите! -- закричал шедший от паровоза кондуктор,-- видите, машина не берет, не можете слезть?..
   -- И так вывезет!..-- крикнул, стоя на крыше, малый в картузе.
   -- "И так вывезет"... что ты на лошадь, что ли, засел, болван не понимающий. Слезай к чертовой матери!
   -- Под горку идет хорошо, а вот как навзволок, так мука с ним одна.
   Все сошли на насыпь. Поезд постоял с минуту на месте, подергался судорожно и пошел назад...
   -- Матушки! Куда ж это он?
   -- За картошкой поехал... гайку не потеряй!..-- крикнул вслед машинисту веселый мужичок.
   -- Ежели спешить некуда, еще ничего,-- можно и подождать.
   -- Да, подождать. Хорошо вам на крыше-то,-- злобно сказала баба с жбаном,-- а тут все молоко розлили, да еще проквасишь его, покуда довезешь.
   -- А ты пешком иди, баба молодая, чего машину зря мучаешь,-- сказал веселый мужичок.
   -- Только вот оскаляться и умеете...
   -- Пошел!..-- крикнул кто-то.
   Несколько человек бросились наперерез к поезду и с озверелым видом, работая локтями, стали пробиваться на крышу.
   -- Ах, дьяволы, опять самые хорошие места займут.
   -- Садись, не зевай! Черт вас побери, окаянные. Разинули рты! -- крикнул кондуктор.
   -- А мы думали -- остановится.
   -- Останавливайся для вас, а потом опять сначала разгоняй. Вот бестолочь-то окаянная, ну, никак к порядку не приучишь. Весь свет обойди, другого такого народу не найдешь.
   Старушку затерли, и она, потеряв туфлю, успела только повиснуть на подножке. Лохматый мужичок, опять раньше других вскарабкавшийся на крышу, увидев старушку внизу, крикнул ей:
   -- Висишь, тетка?
   -- Вишу, батюшка, слава богу.
   И она о плечо поправила съехавший на глаза платок, так как обе руки ее были заняты держанием за скобку...
   Поезд пошел, прибавляя ходу. А сзади бежали, спотыкаясь, с мешками, и испуганно махали руками те, кто не успел на ходу прицепиться.
   -- Догоняй, догоняй, тетка! -- кричал малый в картузе, держась за трубу, как за мачту.-- Ах ты, мать честная, вот так подвезли тетеньку!
   Какой-то человек в бабьей кофте посмотрел на оставшихся и сказал:
   -- Ну, беда теперь с плохими ногами.
   -- Тут и с хорошими голову потеряешь.
   -- Вот как народу поскидает побольше, все, может, лучше пойдет.
   -- И то как будто расходиться стал.
   -- Разойдется... Тут под горку.
   Все замолчали и, оглядывая свои мешки, стали прочнее усаживаться.
   -- ...Не тяни за плечо...-- раздался голос снизу, где висели, как виноград, люди на подножках.
   -- Потерпишь, что же мне, оторваться, что ли...-- сказал другой голос.
   -- О, господи батюшка, того и гляди, руки оборвутся. А тут этот домовой разогнался.. Куда его леший так понес? Холера проклятая!
   -- На кульерском едем!
   Поезд, шедший под уклон, все прибавлял ходу и наконец так разошелся, что поднял за собой целый ураган крутившихся в воздухе бумажек и пыли.
   Вагоны дребезжали и ныряли из стороны в сторону.
   Разговоры на крышах прекратились. Пассажиры притихли и, как гонщики, плотнее надвинув шапки и сощурив глаза, смотрели вперед.
   -- Куда его нечистые разнесли!
   -- Эй, куда ты так расскакался! Головы, что ли, сломить всем хочешь! -- кричали с крыш машинисту.
   -- "Расскакался",-- передразнил с тормоза угрюмо кондуктор, стоявший, как в метель, с поднятым от пыли воротником шинели.-- Что ж он изделает, когда тормоза не действуют? Не понимает ни черта, а тоже глотку дерет.
   -- А тут какого-то черта догадало еще крышу полукруглую сделать. Ухватиться не за что.
   -- Что ж они не могли хоть какие-нибудь держалочки устроить?
   -- Нешто они об публике думают!..
   Впереди показался полустанок. Кондуктор схватился было за тормоз, покрутил несколько времени, потом плюнул и махнул рукой. Поезд пролетел мимо платформы. Стоявшие плотной стеной на платформе люди сначала удивленно смотрели, потом стали испуганно махать руками и кричать:
   -- Стойте, стой! Куда же вы? Нас-то захватите!
   -- Никак не могим, гайка на отделку развинтилась! -- крикнул веселый мужичок. А малый в картузе, подняв вверх руку, точно у него был кнут и он скакал на лошади, кричал во все горло:
  -- Шпарь, шпарь его! Вот как распатронили!
   Поезд, далеко прокативший за полустанок, наконец остановился.
   -- Ну, нет, это уж бог с ним, с этим удобством,-- сказал человек в бабьей кофте, лежавший на животе около трубы, обхватив ее обеими руками: -- лучше уж внизу тесноту потерпеть да живым остаться. А то сейчас чуть-чуть не стряхнуло.
   -- Да, на крыше хуже,-- сказал лохматый мужичок, протирая обеими руками глаза и сплевывая.-- Пыль очень, и сердце с непривычки заходится.
   -- У вас там, у чертей, наверху заходится, а вы попробовали бы тут пошли, повисели,-- раздался снизу озлобленный голос бабы с молочным жбаном.-- А то расселись там, как господа.
   -- Ну, вы, что же там ждете? -- К подъезду, что ли, прикажете подавать! -- крикнул кондуктор на пассажиров, озадаченно стоявших на платформе полустанка. Те, схватив свои мешки, испуганно бросились к поезду.
   -- Вот окаянный народ-то, каждому объясняй да еще по шее толкай, а чтоб самим к порядку привыкать, этого -- умрешь, не добьешься.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Как сделать пол дома своими руками.
Рейтинг@Mail.ru