# Рафалович С. Л.: биографическая справка

Сергей Львович Рафалович

РАФАЛОВИЧ Сергей Львович (Зеликович) [4(16).8.1875*, Одесса -- 15.11.1944, Бро, деп. Орн. Франция], поэт, прозаик, драматург, театр. критик. Из бурж. евр. семьи; отец, Лев Анисимович, финансист, потомств. поч. гражданин; мать. Ел. Як., урожд. Полякова, дочь крупного банкира. Раннее детство провел в Одессе. В 1884 семья переехала в Петербург. Учился во 2-й петерб. г-зии (1885--93), по окончании к-рой поступил на ист.-филол. ф-т Петерб. ун-та, где специализировался на романских языках, занимался у А. Н. Веселовского. Одновременно прослушал три курса на юридич. ф-те. В марте 1897 задерживался полицией за участие в студенч. беспорядках. После окончания ун-та (1897) пробыл два семестра вольнослушателем в Сорбонне. В 1897--1906 служил в Мин-ве просвещения, Гос. контроле, откуда перешел в Мин-во финансов, в 1909--17 состоял при Агентстве мин-ва в Париже, возглавляемом А. Г. Рафаловичем (см. о нем: Брокгауз); женился на его дочери Ал-дре Артуровне; родств. связи между семьями Р. и его жены не установлены. К 1916 имел чин коллеж. советника.

Стихи писал с детства, первое стих. опубл. в 1893 в "Бирж. вед.", в 1894 выпустил первый сб. "Стихотворения" (СПб.; отзыв: <С. А. Венгеров> -- "Новости", 1894. 28 мая); впоследствии считал его незрелым и не включал ни в один из перечней своих книг. В 1900 в Париже издан произв., написанные им на франц. яз., -- книгу "Poèmes" и драму "L'uneei l'autre" (в том же году поставлена в парижском Théâtre de la Воdirnere). В дальнейшем до 1917 печатался в ж. "Вопросы жизни", "Рус. мысль", "Золотое руно", "Аполлон", "Дневники писателей", "Новая илл.", "Красные зори", "Огонек", "Звезда", "Мир божий", "Новое дело", "Отечество", "Детский мир", газ. "Рус. слово", "Петерб. газ.", "Петрогр. газ.", разл. сб-ках и альм. В 1901-1902 посещал в Петербурге "пятницы" К. К. Случевского, общался с В. Я. Брюсовым, Н.М. Минским, О. Н. Чюминой, признаваясь в автобиогр. 1906, что изв. роль в его творчестве "сыграло знакомство, а затем и близость с теми, кого у нас принято называть устарелыми кличками "символистов" и "декадентов"" (ИРЛИ, ф. 377). Следы влияния поэтов этого круга, выразившиеся в позе разочарования и усталости (стих. "Мертвый город", "Отцветшее", "Отжившее"), в духе возвышенного философствования, склонности к умозрительным аллегориям характерны для второго сб. стихов "Весенние ключи" (СПб., 1901.); в сб-к вошли также переводы (из Ф. Коппе, Ж. Ришпена, из трубадуров) и драм, поэма в стихах "Чужое чувство", анализировавшая психологию адюльтера. В 1902 вышла пьеса "Храм Мельпомены" (СПб.; пост. в дек. 1901 в Новом т-ре Л. Б. Яворской), посв. закулисной жизни театра. Критика, отметив "простоту и ясность действия... сжатого около основной фабулы", сетовала на банальность сюжета, отсутствие бытового элемента: "Порой положительно трудно отрешиться от мысли, что это не переводная пьеса" ("Звезда", 1902, No 1, с. 14--15; см. также: "Новое дело", 1902, No 10). Эта характеристика в осн. отразила особенность и последующих пьес Р., в к-рых бытовой фон, отнесенность действия к стране и эпохе имеют второстеп. значение, главное для автора -- психол. и этич. эксперимент над героями, опровергающий привычные мотивировки, суждения, правила. В психол. драме "Красота" (СПб., 1904; пост. в Новом т-ре; переизд. в сб. Р. "Театр. Пять пьес", СПб., 1914) доминирует мысль о том, что сила женской красоты выше исповедуемых героем моральных добродетелей. Пьеса "Отвергнутый Дон-Жуан. Драм. трилогия в стихах" (СПб., 1907) привлекла внимание критики нетрадиц. трактовкой образа Дон Жуана, поочередно отвергнутого тремя женщинами (добродетельной женой, монахиней и блудницей). Сущность коллизии пьесы видели в том, что человек "по трагическому закону раздвоенности" поставлен перед выбором между "свободной страстью" и "свободным подчинением заповеди" (предисл. З. А. Венгеровой, с. 12; аналогичная трактовка: М. Г. -- ВЕ, 1907, No 9). А. А. Блок считал пьесу скучной, рабским подражанием Брюсову (V, 180-81), А. Г. Горнфельд видел в ней "насквозь рациональное сочинительство" и "лит. снобизм" (РБ, 1907, No 12, с. 178; др. рец.: Эллис -- "Перевал", 1907, No 10; газ. "Товарищ", 1907, 16 марта). Резонерствуют о любви и герои более поздней пьесы "Марфа и Мария" (СПб., 1914, на правах рукописи), интерпретирующей на совр. сюжете евангел. притчу. В пьесе "Река идет" (СПб., 1906; пост. 1905 в Передвижном т-ре имела успех) ставились проблемы соотношения личного и обществ. блага, а образ разлившейся реки, сметающей все на своем пути, ассоциировался с рев. событиями.

Изломы человеч. психологии, превратности любви -- тема книги рассказов и драм, этюдов "Противоречия" (СПб., 1903) и сб. рассказов "Женские письма" (СПб., 1906).

Критика упрекала автора "Противоречий" в отсутствии непосредств. чувства, позерстве: "Он все боится, как бы его адюльтеры не показались кому-нибудь банальными: не мудрено, что ему приходится делать их хоть противоестественными" (<А. Г. Горнфельд> -- РБ, 1904, No 3, с. 20), за традиц. формы выражения новых чувств, отмечая, однако, что Р. исполнен "трепета современности" и обладает "технической выучкой" (В.Я. Брюсов -- "Весы", 19U4, No 5, с. 54; др. peu.: Ю-н <Н. Н. Вентцель> -- РМ, 1904, No 3). Удачно используя прием стилизации в кн. "Женские письма", Р. создал серию маленьких женских исповедей о любви, многоликости ее проявлений (любовь -- роковая страсть или нежное влечение, причина преступления или подвиг самопожертвования); критика выделяла рассказы "Насилие" и "Убийца", написанные "смелыми и яркими штрихами" (Ор -- "Перевал", 1906, No 2, с. 67).

Завершением экспериментов Р. в прозе стала кн. "На весах справедливости. (Комментарий к роману)" (СПб., 1909), в изв. степени предвосхитившая поэтику "нового романа", по характеристике Р. -- "скучнейший из когда-либо написанных романов без интриги, без тезы, без событий" (письмо Л.Н. Вилькиной, июль 1907 -- ИРЛИ, ф. 39, No 907, л. 1).

Цепь логич., филос. религ., этич. рассуждений-комментарисн по поводу одной житейской драмы призвана доказать мысль, что "безусловность принципов несогласима со справедливостью" (с. 23). Автор стремится приблизиться к "тайне пола" (к-рая "может быть только прозревасма, а не разгадана", с. 68). видя в ней отражение "тайны бытия", размышляет о соотношении религ. чувства и веры, признаваясь, что "в беспочвенной шаткости <его> веры, отвергшей все вероучения... странно переплетались и сочетались обрывки разных учений и различных представлений о различных богах" (с. 253-54).

Сб. стих. "Светлые песни" (СПб., 1905), включивший также драм. сцену "Ватто" и пер. из П. Верлена, М. Метерлинка, А. Жиро, показал приверженность Р. к новейшим поэтич. течениям, интерес к проблемам бессознательного ("Небрежной рукой прихотливого виртуоза рассеяна целая энциклопедия утонченнейшего модернизма", -- писал Е. А. Ляцкий, ВЕ, 1905, No 5, с. 352), но также излишнюю рассудочность и резонерство: "Автор разбирается в противоречивых сцеплениях навязчивых мыслей с мефистофельским равнодушием" (А. А. Курсинский -- ЗР, 1906, No 1, с. 142; ср. также: Поярков Н., Поэты наших дней, М., 1907, с. 128). Брюсов назвал музу Р. "трезвой, умеренной и рассудительной", отметив, что в его поэзии "нет порывов, нет прозрений" ["Весы", 1905, No 12, с. 77; то же: Брюсов (2), с. 167--68]. Блок в письме к Р. похвалил его стих. "На могиле" за услышанную в нем "ноту печальной тишины" (ЛН, т. 92, кн. 4, с. 552), но позднее, отдав должное искусности стихов Р., указал на отсутствие душевной жертвенности у автора (Блок, V, 278). Своеобразие сб. "Spéculum Animae" с илл. С. Ю. Судейкина, Б. И. Анисфельда, М. В. Добужинского, А. Яковлева, СВ. Чехонина (СПб., 1911; 2-е изд. без илл. под назв. "Зеркало души", СПб., 1914) состояло в том, что каждое стих, в аллегории, форме изображало страсти и эмоц. состояния. Замысел автора "пересмотреть самые существенные свойства человеческой души" вызвал похвалу Брюсова (РМ, 1912, No 7, с. 20); критик "Утра России" сопоставлял книгу Р. с "Характерами" Ж. Лабрюйера (H. M. -- 1912, 21 янв.).

На сб. "Стихотворения" (СПб., 1913) откликнулся В. П. Полонский, отметивший влияние Ф. Сологуба (особенно в цикле "Метаморфозы"), холодную рассудочность, четкий, сухой стих, назвав удачными, свободными от лит. заимствований стихи о городе ("Нов. жизнь", 1914, No 3). На книгу был наложен арест С.-Петерб. к-том по делам печати, усмотревшим в стих. "Внушение". "Кольцо любви" эротич. настроение и непристойные подробности, а в стих. "Памяти Толстого" обнаружившим поношение правосл. церкви -- Толстой у Р. "от мертвой церкви отлучен" (РГИА, ф. 776, оп. 10, д. 1138, 1913 г.). Из трех поэтич. сб-ков 1916 -- "Стихотворения", "Триолеты" (оба -- П.), "Стихи России" (Париж) -- наиб, интерес представляет последний, в к-ром отчетливо звучат реминисценции из М. Ю. Лермонтова и Ф. И. Тютчева, Петроград предстает как внутренне чуждый России город, не выражающий сущности рус. души (положит, отзыв: С. М. Городецкий -- "Кавк. слово", 1918, 2 нояб.).

С 1904 Р. сотрудничал как театр. и худож. критик в ж. "Весы", разделяя его лит. позицию ("...мне бесконечно нравится отчетливый характер журнала, резкий, боевой" -- письмо Брюсову 1904, ЛН, т. 85, с. 276). Вел отдел театр. рецензий в "Бирж. вед.", публиковал теоретич. статьи о театре -- "Разговор об актере" (ТиИ, 1904, No 46-48), "Эволюция театра" (в сб.: Театр. Книга о новом театре, СПб., 1908). Выступал и как спортивный журналист (сотрудничал в ж. "Спорт"), увлекался теннисом. Несмотря на близость к представителям рус. символизма, декларировал свою сознательную "надпартийность", "ни жизненно, ни литературно ни под чьим влиянием не был, никогда ни к каким партиям или кружкам тесно не примыкал" (Автобиогр. 1918 -- ИРЛИ, ф. 377).

В 1918 со второй женой, Саломеей Ник. Андрониковой (1888--1982), знаменитой петерб. красавицей, подругой А. А. Ахматовой, О. Э. Мандельштама, М. И. Цветаевой, Р. приехал в Баку, откуда в окт. перебрался в Тифлис, здесь вошел в Цех поэтов, стал его руководителем после отъезда Городецкого в 1919. В основанном им изд-ве "Кавк. посредник" вышли в 1919 его кн.: "Райские ясли. Чудо" (две поэмы), поэмы "Семи Церквам", "Симон Волхв" (2-е изд., Париж, 1926), "Горящий круг", сб-ки "Слова медвяные", "Цветки алые", трагедия "Марк Антоний" (2-е изд., Б., 1923), комедия "Бабье лето". Мн. стихи этого периода исполнены ощущения трагизма человеч. истории, библ. пророчеств ("Семи светильникам вселенной / Семь ангелов сурово предстоят, / И над землей, пустынной и смятенной / Отверсты язвы и сочится яд" -- из поэмы "Семи Церквам"). Р. редактировал ж. "Орион" (совм. с Городецким, 1919, No 1--9), сотрудничал в ж. "Куранты", "Ars", "Иск-во", газ. "Нов. день", альм. "Акме". Из статей тифлис. периода следует отметить "Крученых и двенадцать" ("Орион", 1919, No 1), в к-рой он сопоставляет поэму Блока "Двенадцать", выразившую разрушительную стихию революции, с разрушением слова футуристами-заумниками, "Последнее обнажение" ("Орион", 1919, No 6), посв. генезису футуризма, "Молодая поэзия" ("Куранты", 1919, No 3--4), где прослеживаются пути развития совр. поэзии, и "Анна Ахматова" ("Ars", 1919, No 1), показывающую эволюцию творчества поэта от "Вечера" до "Белой стаи". Р. интересуют проблемы смены и взаимодействия разл. направлений и стилей. Так, в ст. "Последнее обнажение" он указывает на связь между символизмом и футуризмом, сопоставляя звукоподражат. опыты К. Д. Бальмонта и С. Малларме с заумью И. М. Зданевича. Хотя лит. симпатии Р. принадлежат поэтам символистской и акмеистич. ориентации, он признает право футуристов на формальный эксперимент, ставя, однако, под сомнение перспективность этого направления.

После советизации Грузии Р. был пред. Союза рус. писателей в Грузии, переводил груз, поэтов Г. Робакидзе, П. Яшвили, Т. Табидзе, А. Абашели, Н. Мицишвили. В 1921 на вечере памяти Блока сделал доклад о его творчестве (частично опубл. в газ. "Фигаро", 1921, 25 дек.). В 1922 в Тифлисе была опубл. поэма Р. "Золотая скорбь" (рец.: А. Чачиков -- "Изв.", Батум, 1922, 18 мая). В этом же году уехал в Париж, где позднее женился на Мелите Тадиевне Чолокашвили (1895--1985), держательнице знаменитого лит. салона в Тифлисе. В эмиграции печатал стихи в газ. "Возрождение", опубл. сб. поэм "Горящий круг" (Б., 1923), сб-ки стихов "Зга" (Б., 1923; рец.: А. Бахрах -- "Дни", Б., 1923, 27 мая), "Август" (Б., 1924; рец.: Е. Зноско-Боровский -- "Воля России", Прага, 1924, No 16--17; К. В. (Мочульский) -- "Звено", Париж, 1924, 19 мая) и "Терпкие будни" (Париж, 1926; рец.: В. Сирин (В. В. Набоков) -- "Руль", Б., 1927, 19 янв.; Л. Львов -- РМ, 1927, No I; К. В. Мочульский -- "Звено", 1927, 30 янв.). Поэзия Р. эмигрантского периода, обретя глубину и естественность настоящего лирич. переживания, отразила горечь скитальческой жизни ("Так повелось, что стали нам жилищем / Кабак и постоялый двор / Не люди мы, а пыль, и на кладбище / Нас вынесут как сор" -- из сб. "Зга").

Лит.: Брюсов В. Я., Собр. соч., т. 6, М., 1975, с. 508, 623, 639; Робакидзе Г., Фалестра. -- ж. "Каріули мцерлоба", 1928, No 4 (на груз. яз.); Гаспаров М. Л., Рус. стих нач. XX в. в комментариях, М., 2001 (ук.); ЛН, т. 70, с. 570-71; т. 87, с. 673. 678; т. 90, кн. 2, с. 104. * Некролог: "Рус. патриот", 1944. No 18. Брокгауз (доп.); Гранат; Филлер; Владиславлев; Владиславлев И. В., Лит-ра великого десятилетия (1917-1927), т. 1, М.-- Л., 1928; Тарасенков--Турчинский. Альм. и сб-ки (1, 2); Фостер; Алексеев: ЛЭ рус. зарубежья, т. I; Рус. масонство: Лит. объединения. 1890-1917.

Архивы: ИРЛИ, ф. 377; ф. 163, оп. 2. No 424 (письмо В. П. Буренину, 1902); ф. 39, No 320 (письмо H. M. Минскому, 1904), No 907 (68 писем Л. Н. Вилькиной); ф. 45, оп. 3, Nо 658 (письма А. Н. Веселовскому, 1897-99); ф. 474, No 227 (письма К. А. Эрбергу); Альбом "пятниц" К. К. Случевского 1899-1903 (автографы-подписи Р., л. 62, 77, 78); РНБ, ф. 124, No 35-86 (письма С. К. Маковскому, 1910-11); ГАРФ, ф. 102, ДЗ, 1904 г., д. 747 (мат-лы ДП) [справка Е.Б, Тимофеевой]; ЦГИА СПб, ф. 14, оп. 3? д. 30407 (ун-тское дело, в т. ч. л. 6 -- м. с.) [справка H. М. Букштынович|.


Т. Л. Никольская.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 5. М., "Большая Российская энциклопедия", 2007