# Мысли из Попа, Английского Поэта

Александр Поуп

Мысли изъ Попа, Англійскаго Поэта.


http://az.lib.ru


Въ заговорахъ, крамолахъ, сектахъ и скопищахъ глупѣйшіе люди обыкновенно ревностнѣе всѣхъ дѣйствуютъ; ибо никакое животное, ниже пчела, столько не работаетъ, какъ невѣжда: сіи люди необходимо нужны для Политиковъ. Можетъ быть потому, что Государства походятъ на городскіе часы, гдѣ тяжесть помогаетъ дѣйствовать пружинамъ, болѣе полезнымъ, но малымъ.


Хотѣть тронуть народную толпу тонкою замысловатостію и остроуміемъ, значитъ то же, что бритвою рубить мраморъ.


Острой умъ и возвышенной умъ не столько полезны, какъ здравой смыслъ: кто сталъ бы носить при себѣ золото, не имѣя мѣлкой монеты, тому ежедневно встрѣчалось бы множество затрудненій.


Знанія то же что ртуть, которая, будучи въ рукахъ человѣка искуснаго, служитъ полезнѣйшимъ лѣкарствомъ, въ рукахъ не искуснаго -- опаснѣйшимъ ядомъ.


Многосложные планы правительства, имѣютъ сходство съ мастерскими произведеніями часоваго искуства; точность въ нихъ зависитъ отъ множества пружинъ и колесъ, подверженныхъ скорому разрушенію.


Тщеславіе въ человѣкѣ всегда бываетъ въ противуположномъ содержаніи съ разсудительностію: чѣмъ болѣе одного, тѣмъ менѣе другаго;


Скромность сама себя оказываетъ съ хорошей стороны, и не имѣетъ нужды въ похвалахъ. Смиренномудрый человѣкъ всегда наслаждается спокойствомъ и непринужденностію, напротивъ того тщеславный безпрестанно мучится, желая казаться тѣмъ, чѣмъ не есть въ самомъ дѣлѣ. Если я уменъ -- скромность служитъ тому доказательствомъ; если очень простъ -- она закрываетъ во мнѣ недостатокъ. Краска въ лицѣ развратной прелестницы иногда бываетъ причиною, что ее почитаютъ честною женщиною: такъ скромность не рѣдко выдаетъ глупца за умнаго.


Польза человѣка состоитъ не столько въ томъ, чтобы совсѣмъ не подлежать погрѣшностямъ, какъ въ умѣньи исправляться. Съ заблужденіемъ ума бываетъ тоже, что съ негодною травою, которую сожигая, удобряютъ землю, и дѣлаютъ ее плодороднѣе, нежели какою была бы она безъ вредныхъ растеній.


За чѣмъ краснѣться, признаваясь въ своемъ заблужденіи? это показываетъ, что вы сего дня стали умнѣе, нежели какимъ были вчера.


Предаваться гнѣву, значитъ наказывать себя за вину другаго.


Суевѣріе есть чахотка души.


Безбожникъ есть глупецъ, безразсудно презирающій религіею; но лицемѣръ хладнокровно издѣвается надъ святынею; для него легче упасть на колѣна, чѣмъ сдѣлать доброе дѣло. Такой человѣкъ походитъ на безстыднаго должника, которой ежедневно посѣщаетъ своего заимодавца, не заботясь о платежѣ денегъ.


Въ молодости мы неутомимо трудимся, желая стѳлько приобрѣсть, сколько достало бы для пріятной жизни въ старости; но дождавшись старыхъ лѣтъ, видимъ, что уже поздно жить такъ, какъ мы предполагали.


Человѣкъ, обладающій высокимъ талантомъ, безъ сомнѣнія способенъ отправлять обыкновенныя дѣла общественныя; но дѣла сіи не достойны, чтобъ онъ занимался ими. Гордой, красивой конь также способенъ носишь тягости, какъ и оселъ; однакожь его не употребляютъ на такое низкое дѣло.


Если благоразумно сомнѣваться во многомъ, то еще благоразумнѣе сомнѣваться, не заблуждается ли нашъ разумъ, принимаясь объяснять всѣ тайны.


Дурные критики, поносящіе дурныхъ писателей, походятъ на шарлатановъ, которые безпрестанно совѣтуютъ остерегаться отъ мнимыхъ лѣкарствъ, для того чтобы скорѣе продать свои.


Я не знаю ни одного человѣка, которой не могъ бы съ Христіянскою твердостію перенести несчастія своего ближняго {Ларошфуко сказалъ: "Мы всѣ имѣемъ довольно силы для перенесенія несчастій, терпимыхъ другими."}.


Люди точно столько же благодарны, сколько мстительны.


Разсѣянная жизнь есть счастіе для тѣхъ, которые не умѣютъ мыслить.


Большая часть стариковъ походитъ на древнія лѣтописи. Они разсказываютъ намъ подробности скучныхъ, но истинныхъ произшествій -- и болѣе ни къ чему не годятся.


Глазъ у критиковъ обыкновенно походитъ на микроскопъ, сдѣланный съ великимъ стараніемъ. Онъ открываетъ тончайшія жилки, самыя мѣлкія частицы; но не обнимаетъ всего предмета, не соединяетъ всѣхъ частей, и не даетъ видѣть гармоніи въ цѣломъ,


Женщина не можетъ ненавидѣть мущину, если онъ чувствуетъ къ ней любовь; но легко станется, что она возненавидитъ его, если мущина питаетъ въ сердцѣ своемъ только дружбу.


Люди вопіютъ противъ неблагодарности; какая несправедливость! надлежало бы кричать противъ гордости; всѣмъ извѣстно, что явная, умышленная неблагодарность есть удѣлъ гнусной души. Но оказывающій услугу обыкновенно думаетъ, что дѣлаетъ болѣе, нежели должно; а одолжаемый почти всегда увѣренъ, что для него дѣлаютъ менѣе, нежели сколько онъ заслуживаетъ -- вотъ гордость!


Душа никогда не бываетъ чище и яснѣе, какъ въ то время, когда открываетъ собственныя погрѣшности: такъ рѣчка показываетъ на днѣ своемъ тину, которой никто не видалъ бы, еслибъ вода не была чиста и прозрачна.


Хорошіе писатели обыкновенно платятъ страшную пеню за свою славу. Кто жь налагаетъ сію пеню? -- люди ничего незначущіе.


Шалость (folie) имѣетъ свои пріятности; она въ нѣкоторомъ смыслѣ есть соль земли: двѣ, три крупинки на языкѣ весьма вкусны; всыпьте въ ротъ пригоршню -- будетъ несносно!


Душа честнаго человѣка не боится злыхъ людей. Только упрекъ можетъ нарушить ея спокойствіе -- а ей упрекать себя не въ чемъ. Злоба и несправедливость иногда успѣваютъ въ своихъ предпріятіяхъ, но не иначе, какъ подлыя насѣкомыя, которыя больно ужаливъ, тутъ же умираютъ.


Всего лучше мстить завистникамъ подобно солнцу, которое отмщаетъ нетопырямъ ... яркостію блеска.


Попъ написалъ къ Гею: "пока не будешь ничьимъ слугою, до тѣхъ поръ можешь быть чьимъ-нибудь другомъ."


Женщины поступаютъ съ любовниками какъ съ картами: онѣ играютъ ими нѣсколько времени; выигравши бросаютъ; велятъ подать новыя: играя сими, часто лишаются того, что выиграли прежними.


Умъ у нѣкоторыхъ людей походитъ на потайной фонарь, которой обыкновенно свѣтитъ только тому, кто несетъ его въ рукахъ своихъ.


Малыя души тоже, что малыя бутылки съ узкимъ горломъ: чѣмъ менѣе въ нихъ напитку, тѣмъ болѣе бываетъ шуму, когда онъ выливается.


Человѣкъ, желающій переправиться на другой берегъ рѣки, видитъ вокругъ себя толпу лодочниковъ. Каждой предлагаетъ ему свои услуги; можно подумать, что всѣ они, забывъ о своихъ дѣлахъ о немъ одномъ помышляютъ. Но когда этотъ человѣкъ переплыветъ на другой берегъ; шумъ утихаетъ, никто не заботится о путешественникѣ. Не то же ли бываетъ съ Министромъ при вступленіи въ должность и при его увольненіи?


"Вѣстникъ Европы". Часть XXVI, No 8, 1806