Попов Нил Александрович
Вторичное правление Милоша Обреновича

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   

Вторичное правленіе Милоша Обреновича.

(1859--1860).

II *)
Открытіе засѣданій одбора Свято-Андреевской скупштины,-- Обсужденіе вопроса о бѣдственномъ состояніи сельскаго населенія и обремененіи народа большими долгами.-- Рѣчь Владиміра Якшича объ экономическомъ положеніи Сербіи.-- Рѣчи Дмитрія Матича, Милована Янковича и протоіерея Милутина Ванича о причинахъ народнаго оскудѣнія.-- Пренія объ учрежденіи кредитныхъ установленій и о мѣрахъ противъ ростовщиковъ.-- Предложеніе державному Совѣту поспѣшить исполненіемъ постановленій, принятыхъ Свято-Андреевскою скупштиною.-- Общій обзоръ предложеній, принятыхъ одборомъ относительно внутреннихъ дѣлъ.-- Предположенія, касавшіяся внѣшнихъ и военныхъ дѣлъ.-- Закрытіе одбора,-- Недовольные дѣйствіями одбора.-- Газетная полемика противъ святоандреевцевъ.-- Программа либеральной партіи.-- Дукатовская лига и главные члены ея.-- Борьба партій по поводу выбора депутатовъ на Мало-Госпожинскую скуппітину.-- Правительственный циркуляръ 1 августа.-- Письмо Милоша отъ 17 августа къ попечителю внутреннихъ дѣлъ.-- Опасенія иностранныхъ консуловъ въ виду предстоявшей скупштины.-- Дѣятельность Мало-Госпожинской скупштины.-- Законъ о престолонаслѣдіи и назначеніе князя Михаила верховнымъ начальникомъ войска.-- Измѣненія въ законѣ о скупштинахъ.-- Другіе вопросы политическаго характера.-- Пересмотръ государственнаго устава особою коммиссіей отъ Совѣта.-- Проектъ новаго устава.-- Натянутыя отношенія Милоша къ бѣлградскому пашѣ и нѣкоторымъ изъ иностранныхъ консуловъ.-- Смуты среди чиновнаго сословія.-- Правительственный циркуляръ 15 ноября.

*) См. апрѣль, стр. 1--38.

   Чѣмъ ближе подвигалось время созванія новой скупштины, тѣмъ сильнѣе пробуждались въ образованныхъ слояхъ сербскаго общества конституціонные инстинкты, съ такою силою проявившіеся во время переворота, низвергшаго Карагеоргіевича и возвратившаго Обреновичей. Но конституціонное движеніе еще было слишкомъ молодо въ Сербіи и неудивительно, что встрѣтило на пути своемъ множество препятствій.
   Впрочемъ, ранѣе созванія Мало-Госпожинской скупштины должны были происходить совѣщанія Одбора или Комитета прежней скупштины {Такъ называемый Комитетъ Свято-Андреевской скупштины имѣлъ 23 засѣданія съ 1 по 29 іюля. Онъ состоялъ изъ 41 члена, т. е. въ немъ засѣдали по два депутата отъ каждаго округа и отъ бѣлградской общины, одинъ депутатъ отъ администраціи, два отъ судебнаго вѣдомства и два отъ духовнаго сословія. Предсѣдатель и секретари были избраны не изъ членовъ Комитета: первымъ былъ членъ земскаго или государственнаго совѣта Андрія Стаменковичъ, вторыми -- секретарь совѣта Панта Іовановичъ и секретарь попечительства финансовъ Владиміръ Іовановичъ. Только помощникъ предсѣдателя былъ выбранъ изъ членовъ Комитета, именно депутатъ отъ администраціи, начальникъ Валевскаго округа Аксентіе Сретьковичъ. Протоколы 23 засѣданій Комитета напечатаны въ правительственной газетѣ Сербскаго княжества за 1859 г. съ No 77 по 85.}. Ихъ открылъ 2-го іюля самъ князь въ присутствіи попечителей. Указавъ въ своей рѣчи на то, что Свято-Андреевская скупштина не могла окончить всѣхъ дѣлъ, Милошъ предлагалъ Комитету обсудить ихъ и въ особенности поручалъ заботу о всеобщей бѣдности въ странѣ, которая доказывалась: тѣснотою частной и общественной жизни, застоемъ торговли, упадкомъ ремеслъ и всѣхъ отраслей народной промышленности, а всего болѣе распространеніемъ тяжкихъ долговъ, лежавшихъ не только на отдѣльныхъ домахъ и семействахъ, но даже на цѣлыхъ селахъ и общинахъ. Комитетъ отвѣчалъ князю, что ему извѣстно бѣдственное состояніе народа и что виновникомъ его было прежнее правительство: въ теченіе 16 лѣтъ оно пренебрегало развитіемъ производительныхъ силъ страны и разстроило государственные финансы. Еще Свято-Андреевская скушитина постановила пересмотрѣть государственные приходы и расходы, начиная съ 1842 г., и, такимъ образомъ, провѣрить дѣйствія предшествовавшаго правительства. Приступая къ обсужденію дѣлъ, Комитетъ рѣшилъ приглашать въ свои засѣданія спеціалистовъ по разнымъ отраслямъ управленія и народнаго хозяйства съ совѣщательнымъ голосомъ, а подробно изложенные протоколы своихъ засѣданій печатать въ оффиціальной газетѣ. Пересмотрѣвъ акты Свято-Андреевской скупштины, Комитетъ нашелъ, что дѣла, оставшіяся послѣ нея неисполненными, троякаго свойства. Къ первому отдѣлу онъ отнесъ такія постановленія скупштины, которыя еще не были приведены въ исполненіе со времени ея закрытія, хотя послѣ того и прошло уже четыре мѣсяца. Рѣшено было составить выписку такихъ постановленій и просить правительство объ исполненіи ихъ, дабы слѣдующая народная скупштина не имѣла повода дѣлать запросовъ о томъ попечителямъ. Ко второму отдѣлу отнесены были такія дѣла, которыя хотя и были на предварительномъ обсужденіи разныхъ коммиссій Святожндреевской скупштины, но на разсмотрѣніи самой скупштины не были. Рѣшено было, составивъ списокъ такимъ дѣламъ, пересмотрѣть мнѣнія прежнихъ коммиссій о нихъ и, если встрѣтится надобность въ томъ, прибавить собственныя замѣчанія, и въ такомъ видѣ предложить эти дѣла на обсужденіе слѣдующей скупштины. Къ третьему отдѣлу отнесены были такія народныя желанія, которыя были только заявлены во время Свято-Андреевской скупштины, но не разсматривались ни ею самою, ни ея коммиссіями.
   Въ ожиданіи того, пока будутъ составлены выписки изъ актовъ скупштины о всѣхъ вышепомянутыхъ дѣлахъ, Комитетъ приступилъ къ изслѣдованію причинъ, вызвавшихъ непомѣрное возрастаніе долговъ въ народѣ, въ особенности же въ сельскомъ населеніи. Изъ сельчанъ, составляющихъ 9/ю всего населенія Сербіи, самая незначительная доля пользовалась нѣкотораго рода довольствомъ. Остальные жили въ плетеныхъ землянкахъ, питались постною пищею, одѣвались, едва прикрывая свою наготу, не имѣли никакихъ сколько-нибудь сносныхъ хозяйственныхъ построекъ; плоды ихъ хозяйства всѣ шли на домашнія потребности. Рѣдко, что они могли продать изъ того, еще менѣе покупали на сторонѣ необходимые имъ предметы. Все это указывало на крайній недостатокъ капиталовъ въ рукахъ сельскаго населенія. Тоже самое замѣчалось и въ городахъ, гдѣ число бѣдныхъ далеко превышало число зажиточныхъ. Въ бѣдственномъ положеніи представились членамъ Комитета и самыя общественныя учрежденія, которыя могли бы содѣйствовать нравственному и матеріальному благосостоянію народа. Пути сообщенія были въ дурномъ состояніи; сплавъ по внутреннимъ рѣкамъ ничѣмъ не обезпеченъ, никакихъ каналовъ, никакихъ преградъ наводненіямъ, никакихъ мѣръ для осушки болотъ; число больницъ, вспомогательныхъ фондовъ, церквей, школъ, читаленъ и т. п. ничтожно; всюду чувствовалась скудость капиталовъ. Въ большинствѣ случаевъ долги заключались по крайней нуждѣ и проценты были страшно высоки. Высота процентовъ прежде всего объяснялась тѣмъ, что запросъ на капиталъ превышалъ предложеніе. Но, съ другой стороны, проценты были высоки и потому еще, что кредиторъ не могъ быть увѣренъ, что капиталъ возвратится къ нему сполна: при упадкѣ торговли, промышленности и ремеслъ трудно было ожидать, чтобы должникъ точно исполнилъ свои обязанности, а потому личный кредитъ не имѣлъ почти никакого значенія. Кромѣ того, неудовлетворительность и медленность гражданскаго и уголовнаго судопроизводства не обезпечивали правъ кредиторовъ, хотя и сопровождались большими судебными издержками. Вмѣстѣ съ тѣмъ Комитетъ призналъ, что большинство должниковъ тратитъ занятые капиталы непроизводительно. Изъ всего сказаннаго Комитетъ вывелъ такое заключеніе: для спасенія народа отъ опасностей, которыми можетъ угрожать возрастаніе долговъ, необходимо принять мѣры противъ недостатка въ капиталахъ, устранить причины, создавшія высокіе проценты, предупредить непроизводительную трату капитала и открыть возможность для вѣрнаго помѣщенія ихъ въ выгодныя предпріятія. Чтобы сдѣлать капиталы болѣе производительными признано было необходимымъ устранить прежде всего всѣ препятствія, которыя окружали тогда въ Сербіи всякій трудъ. Провозъ всякихъ сельскихъ произведеній требовалъ большихъ издержекъ за неимѣніемъ удовлетворительныхъ путей и средствъ передвиженія. Ремесла и промышленность не развивались также вслѣдствіе неумѣнья приняться за дѣло, малаго ученья мастерствамъ и совершеннаго отсутствія машиннаго производства. Къ числу причинъ, усиливавшихъ недостатокъ въ капиталахъ, отнесены были раздробленность и чрезполосность поземельной собственности, неудовлетворительность законовъ, обезпечивавшихъ успѣхи земледѣлія, ремеслъ и торговли, наконецъ, безпрерывныя сплетни и интриги правительственныхъ партій. А мѣры для устраненія вышепоказанныхъ причинъ зависѣли отъ правительственной дѣятельности. Противъ высокихъ процентовъ признано было неудобнымъ дѣйствовать посредствомъ устрашающаго законодательства, и судебное преслѣдованіе въ этомъ случаѣ предложено было направить только противъ обмана и мошенничества. Но указано было на необходимость основать въ Сербіи кредитныя учрежденія и издать законъ о кредитѣ. Что же касается предупрежденія непроизводительной растраты капиталовъ, то она, по мнѣнію членовъ Комитета, могла быть отчасти устранена правительственными мѣрами, направленными къ развитію земледѣлія, скотоводства, лѣсоводства, горнаго дѣла, ремеслъ и торговли. Но для болѣе подробнаго обсужденія всѣхъ этихъ дѣлъ рѣшено было пригласить въ засѣданіе Комитета спеціалистовъ по части политической экономіи и финансоваго права, какими считались тогда: Владиміръ Якшичъ, Милованъ Янковичъ, Дмитрій Матичъ и Ефремъ Груичъ. Три дня было дано спеціалистамъ на приготовленіе ихъ мнѣній по вопросамъ, которые были затронуты Комитетомъ, и слѣдовавшія за тѣмъ два засѣданія, въ понедѣльникъ 7 и во вторникъ 8 іюля, были самыми интересными изъ всей дѣятельности Комитета. Призванныя къ совѣщаніямъ лица условились между собою относительно главныхъ основаній для своихъ докладовъ. Говорили въ Комитетѣ Якшичъ, Матичъ и Янковичъ.
   Основатель правительственной статистики въ Сербіи, Якшичъ представилъ членамъ Комитета экономическое положеніе Сербіи какъ въ то время, такъ и въ предшествовавшіе годы. Онъ говорилъ, что земля, на которой живутъ подданные сербскаго княжества, по своей производительности и географическому положенію, имѣетъ такія преимущества, какими не можетъ похвалиться ни единый край въ Европѣ, который бы простирался, подобно Сербіи, на 1000 кв. миль. Но число всѣхъ обитателей княжества не велико: въ 1834 году ихъ было 674,000, въ 1846 г.-- 910,000, а въ 1856 г.-- 1.030,000. Стало быть, увеличеніе населенія въ промежутокъ между первыми двумя годами превышало 20,000 въ годъ, а въ промежутокъ между двумя послѣдними годами равнялось только 12,000 въ годъ на тысячу кв. миль. Такъ какъ населеніе есть главный источникъ финансовой и военной силы всякаго государства, то Якшичъ счелъ нужнымъ представить членамъ Комитета сравненіе Сербіи, по части увеличенія населенія, съ Австріей, Пруссіей и Бельгіей. По его расчету за предшествовавшія десять лѣтъ, на каждую тысячу кв. миль ежегодно возрастало населеніе: въ Австріи на 18,700 человѣкъ, въ Пруссіи на 22,600, а въ Бельгіи на 35,800. Онъ объяснялъ такую разницу, главнымъ образомъ, тѣмъ, что въ Сербіи на милліонъ жителей приходилось людей, состоявшихъ въ возрастѣ отъ 21 до 60 лѣтъ, только до 400,000, между тѣмъ какъ въ помянутыхъ странахъ число лицъ этого возраста доходило до 500,000. Кромѣ того, названныя Якшичемъ страны имѣли еще и то преимущество предъ Сербіей въ вопросѣ о народонаселеніи, что между ихъ жителями на каждый милліонъ считалось мужчинъ отъ 21 до 25 лѣтъ 45,000 и между ними только 2,500 женатыхъ,-- таково было въ этихъ странахъ населеніе, способное къ военной службѣ; между тѣмъ какъ въ цѣлой Сербіи не насчитывалось и 10,000 неженатыхъ мужчинъ указаннаго возраста, т.-е. такихъ, которые могли бы оставить свои жилища безъ ущерба народному хозяйству. Далѣе, по мнѣнію Якшича, въ Сербіи съ каждымъ годомъ увеличивалось число малолѣтнихъ вслѣдствіе значительнаго возрастанія бракосочетаній; а преобладаніе дѣтей въ семьяхъ надъ взрослыми должно было увеличить трудъ послѣднихъ. Въ то же время, по его расчету, государственные доходы Сербіи увеличились за 25 лѣтъ лишь пропорціонально возрастанію ея населенія, съ 938,000 талеровъ на 1.414,000, между тѣмъ, какъ въ Австріи за то же время общая сумма доходовъ удвоилась. Государственная касса Сербіи въ 1838 году, т.-е. во время введенія перваго устава, располагала фондомъ въ 1.200,000 талеровъ при меньшемъ числѣ жителей, а въ 1858 г. только въ 702,000 талеровъ при несравненно большемъ числѣ жителей; ибо статьи, требовавшія государственныхъ расходовъ, возрастали въ Сербіи быстрѣе, чѣмъ ея населеніе. И такъ, говорилъ Якшичъ: "цифрами доказана наша политическая слабость во всякаго рода населеніи и его правоспособности по возрасту, по готовности къ военной службѣ, равно какъ и по финансовымъ средствамъ. Наши сельчане, проникнутые предразсудками своихъ предковъ, жившихъ во времена варварскія, не сдѣлали никакихъ успѣховъ въ хозяйствѣ сравнительно съ тѣмъ положеніемъ, въ какомъ они находились за 20 лѣтъ предъ симъ; этотъ застой отражается на ихъ одѣяніи, на домашней утвари, на жилищахъ и всѣхъ постройкахъ, равно какъ и на скотѣ. Гдѣ у насъ кони хорошей породы, гдѣ сытый скотъ, гдѣ тонкорунныя овцы, какими богаты западные народы, которымъ за одну голову ихъ скота мы должны были бы дать по три изъ нашихъ стадъ, чтобы уравновѣсить цѣнность между ихъ способностью къ работѣ и получаемыми отъ нихъ сырыми произведеніями? Число нашихъ туземныхъ рукодѣльцевъ, кромѣ портныхъ, ничтожно; они большею частію истратились на техническое образованіе въ другихъ странахъ, а потомъ, собравъ съ насъ большіе барыши или, что еще хуже, пробывъ недолго въ нашей землѣ и продавши свое право, но не оставивъ своего знанія, возвращаются домой съ своимъ имуществомъ, а мы остаемся попрежнему жить сохой и плугомъ, не возвышая чрезъ то нашихъ духовныхъ силъ. Торговля наша также двигается медленно и вмѣсто того, чтобы развить свою дѣятельность путемъ свободнаго обмѣна, находитъ въ немъ виновника своей гибели. Только при помощи привилегій и монополій, клонящихся къ ущербу первоначальнаго производства и обработки, ищетъ она своего обогащенія, противъ чего возстаютъ теперь уже всѣ разумные граждане. Судоходства у насъ почти нѣтъ; а изъ ремеслъ и искусствъ мы ничего не знаемъ."
   Далѣе Якшичъ доказывалъ, что вообще въ имущественномъ отношеніи жители сербскаго княжества не только бѣднѣе другихъ народовъ, но и стали бѣднѣе противъ прежняго времени. Такъ, по его расчету выходило, что имущество каждой семьи могло быть оцѣнено въ 1857 году въ 9,183 ока кукурузы, а въ 1858 г. только въ 5,557, т.-е. упало на 30%. Весь вывозъ изъ Сербіи товаровъ, отпускавшихся за-границу, въ 1858 г. былъ ниже противъ вывоза 1841 г. на 36%. Точно также упалъ ввозъ предметовъ постоянной потребности: такъ напр., различныхъ матеріаловъ для одѣяній покупалось изъ Австріи въ 1858 г. не болѣе, чѣмъ и въ 1843 г. Тонкаго сукна только 2/3 прежняго количества, а обычнаго въ народѣ головнаго убора, фесокъ, только четвертая часть, и такого паденія нельзя было объяснить усиленіемъ домашняго производства, ибо его не было. Но предметовъ потребленія не столь необходимыхъ, а удовлетворяющихъ уже нѣкоторымъ излишествамъ, покупалось гораздо болѣе, именно: кофе втрое, а сахару и табаку вчетверо противъ прежняго. Но эти расходы не были еще признакомъ роскоши. Было зло несравненно большее -- необыкновенное развитіе въ народѣ сутяжничества. Такъ новыхъ исковъ, начатыхъ въ судахъ первой инстанціи, въ 1857 г. считалось въ восемь разъ болѣе, чѣмъ исковъ, возникшихъ въ тѣхъ же судахъ въ 1841 году; а судебныхъ издержекъ на милліонъ жителей приходилось въ 1841 г. только 70,000 талеровъ, между тѣмъ, какъ въ 1857 они уже дошли до 170,000 талеровъ. "Кто не признаетъ, спрашивалъ Якшичъ, что было бы полезнѣе, вмѣсто употребленія лишнихъ 100,000 на сутяжничество, обратить ихъ на народное просвѣщеніе, на сооруженіе путей, на содержаніе войска или просто на покупку одежды и фесокъ?! А чтобы кто либо изъ васъ не подумалъ, что другіе народы такіе же сутяжники, укажу на французовъ, у которыхъ на милліонъ жителей только 8,600 исковъ, а у Бельгійцевъ лишь 2,570, хотя у насъ, имѣющихъ ихъ 26,320, и нѣтъ тѣхъ разнообразныхъ поводовъ къ тяжбамъ, какія имѣются у этихъ промышленныхъ, торговыхъ и морскихъ народовъ. Но кромѣ судовъ первой инстанціи, мы таскаемся, и притомъ съ величайшей охотой, по мировымъ судамъ, которые въ 1853 г. разсмотрѣли 43,600 дѣлъ, а въ 1858 уже 68,200, хотя во Франціи примирительные суды имѣютъ въ годъ не болѣе 12,700 дѣлъ, а въ Бельгіи только 3,380 на милліонъ жителей. А сколько еще мелкихъ тяжебъ у насъ, которыя разсматриваются сельскими властями. "Убогій человѣкъ -- готовая ложь",-- говоритъ наша старая пословица; и дѣйствительно, въ нашемъ народѣ возрастаютъ годъ отъ году ссоры, кражи, убійства и другія преступленія. Въ 1853 г. у насъ подвергнуты различнымъ наказаніямъ 26,161 человѣкъ за преступленія и проступки всякаго рода, а въ 1858 г. уже 40,330 человѣкъ; между тѣмъ, какъ во Франціи на милліонъ жителей приходится 17,782 наказанія, а въ Бельгіи 12,250, хотя тамъ подвергаютъ наказанію за самое малѣйшее поврежденіе чести, а у насъ ни кому бы и на умъ не пришло жаловаться на то. На содержаніе полицейскихъ властей наше правительство должно издерживать теперь на 100,000 талеровъ болѣе, равно какъ и на содержаніе судовъ, чѣмъ за двадцать лѣтъ предъ симъ.""Наконецъ, Якшичъ постарался доказать своимъ слушателямъ, что народное обнищаніе, наклонность къ сутяжничеству и преступленіямъ отразились и на народной нравственности. Количество монастырей и церквей возрасло въ несравненно меньшей пропорціи, чѣмъ населеніе страны, а число церковнослужителей даже безусловно уменьшилось и было незначительно по сравненію съ другими странами; за то дѣтей, рожденныхъ внѣ брака, въ 1837 было 43, а въ 1857 уже 151; браковъ въ 1838 г. разведено было только 7, а въ 1858 уже 34.
   "Братья Сербы! говорилъ Якшичъ въ заключеніе. Изъ всего сказаннаго вы видѣли, въ какихъ черныхъ краскахъ представляется наше общественное развитіе. Но мы еще должны припомнить, что наши дѣды почти всецѣло работали на своихъ немилостивыхъ владѣтелей, иновѣрцевъ; во время народной борьбы, съ 1804 по 1815 г., мы трудились для боевыхъ цѣлей; съ тѣхъ поръ до 1830 г. плоды нашего труда шли вполовину на турецкихъ спахій, вполовину на себя; съ 1830 до 1842 г. (время перваго княженія Милоша и его сына) мы трудились въ полномъ смыслѣ для самихъ себя, и это было дѣйствительно золотое время въ нашей исторіи; съ 1842 г. до послѣднихъ дней (время правленія Карагеоргіевича), вмѣсто того, чтобы успѣвать матеріально и морально, мы впадаемъ все въ большія и большія бѣдствія, коимъ и конца не видно. Кто же виноватъ въ томъ? Конечно, не народъ, а его ненародное правительство. Оно приписывало себѣ славу, когда граждане были счастливы; такъ зачѣмъ же они не обвиняютъ его, впавъ въ бѣдствіе? Его развращающія дѣйствія отразились на народномъ характерѣ. Что такое въ концѣ концовъ всѣ указанные мною недостатки? Ничто иное, какъ послѣдствія скрытной, междоусобной борьбы, которая насъ снова привела бы къ той политической пропасти, изъ которой мы вышли только благодаря милосердію единаго изъ братьевъ нашихъ. Не будемъ же много обвинять иностранцевъ въ нашихъ бѣдствіяхъ, не будемъ и возлагать большихъ надеждъ на ихъ помощь. Въ предѣлахъ нашего прекраснаго отечества поищемъ источниковъ для нашего общественнаго развитія и, конечно, найдемъ ихъ въ изобильномъ количествѣ. Но кто изведетъ ихъ намъ изъ мрака къ свѣту? Земское правительство; ему должны мы жаловаться на бѣдствія, у него требовать изцѣленія отъ нихъ, да не впадемъ въ еще большіе грѣхи! Оно должно устроить наше народное хозяйство такъ, чтобы подорванное благосостояніе возстановилось, разлученные примирились, грѣшники покаялись, лучи просвѣщенія пали на нашу землю, а правительство окрѣпло войскомъ и финансами ко славѣ нашего народа, на радость нашихъ друзей и горе злыхъ непріятелей!"
   Затѣмъ говорилъ Дм. Матичъ. Онъ сперва доказывалъ безполезность законодательныхъ мѣръ, направленныхъ противъ ростовщиковъ и лихоимцевъ: преслѣдуемое зло отыщетъ тогда для себя новые пути и еще болѣе увеличится. Но необходимо ввести перемѣны въ гражданское судопроизводство, отличающееся медленностію и дороговизною. Уже правительство имѣетъ въ виду ввести публичное судоговореніе, которое, конечно, много облегчитъ рѣшеніе гражданскихъ исковъ. Кромѣ того, въ Сербіи не было торговаго устава, составляющаго насущную потребность не только для контроля надъ торговыми дѣлами, но и для успѣха ихъ. Кромѣ того Матичъ указалъ на пользу, которую можетъ принести Сербіи открытіе въ ней кредитныхъ учрежденій. Послѣднюю мысль подробнѣе развивалъ Милованъ Янковичъ. Онъ подробно излагалъ предъ Комитетомъ значеніе и устройство сберегательныхъ и ссудныхъ кассъ, банковыхъ конторъ и кредитныхъ обществъ, страхованій противъ пожаровъ, наводненій, града, моровыхъ болѣзней и т. п., и заключилъ свою рѣчь указаніемъ на необходимость преобразовать самое управленіе народнымъ хозяйствомъ, которое зависѣло отъ попечительства внутреннихъ дѣлъ и лишь въ день созванія Комитета передано было въ попечительство финансовъ. Рѣчи приглашенныхъ Комитетомъ спеціалистовъ заняли все засѣданіе 6 іюля.
   На слѣдующій день уже одинъ изъ членовъ Комитета, смедеревскій протоіерей Милутинъ Баничъ, оцѣнивая мѣры, предложенныя спеціалистами, коснулся практической стороны дѣла. Признавъ, что кредитныя учрежденія, о которыхъ говорилъ Янковичъ, суть единственныя средства къ поднятію матеріальнаго благосостоянія въ Сербіи, онъ замѣтилъ, что открытіе ихъ потребуетъ извѣстнаго времени, а до тѣхъ поръ надо подумать о другихъ мѣрахъ. Разбирая причины, вслѣдствіе которыхъ развелось въ Сербіи столько неоплатныхъ должниковъ, Баничъ раздѣлилъ ихъ на слѣдующіе разряды. Были люди, впавшіе въ долги по причинѣ лѣности, пьянства, скитанія по харчевнямъ и небреженія о хозяйствѣ. Были такіе, которые, отойдя отъ своего хозяина, сами завели торговлю, отчасти при помощи займа, и будучи неопытны въ торговомъ дѣлѣ, а иногда начавъ его въ тяжелый годъ, обнищали въ нѣсколько мѣсяцевъ. Были и обѣднѣвшіе отъ какихъ либо физическихъ несчастій, предупредить которыя не было возможности; но большинство неоплатныхъ должниковъ стали такими все-таки по собственной винѣ. "Я, братья,-- говорилъ смедеревскій протоіерей,-- живу съ народомъ; мнѣ нельзя сказать, что я не знаю и не вижу, что и какъ дѣлаетъ народъ нашъ. Бывало, молодые люди вѣнчались въ такихъ одеждахъ, которыя сработаны были ихъ собственными руками, бывало, и пріятели ходили другъ къ другу въ гости въ такихъ же платьяхъ. Тогда не было не только неоплатныхъ, но и вообще должниковъ. Но съ тѣхъ поръ, какъ завелись шелковыя и бумажныя матеріи и роскошь въ одеждахъ, сталъ народъ нашъ мало-по-малу должать, и вотъ до чего дошелъ теперь. Я самъ былъ не разъ очевидцемъ тому, какъ сельская свадьба обходилась во 100 дукатовъ; только за одѣяніе молодой платилось 40 дукатовъ. Если бы всѣ эти вещи приготовлялись въ нашей землѣ, то еще куда бы ни шло: издержки на лишніе и роскошные предметы оставались бы въ нашемъ отечествѣ; но бѣда въ томъ, что всѣ эти товары приходятъ къ намъ изъ чужихъ земель, которымъ мы и платимъ за то наличными деньгами. Но есть и другія причины скудости въ нашемъ народѣ. Вы знаете, что по селамъ часто встрѣчаются и такіе люди, которымъ не хватаетъ хлѣба для домашняго хозяйства уже къ Свѣтлому Воскресенью, а многимъ и къ Великому посту. Стало быть, они заработали менѣе, чѣмъ нужно было для дома, и еще менѣе, чѣмъ нужно было для продажи и посѣва. Гдѣ же причина, что не всякій можетъ столько напахать и заготовить, сколько ему нужно для собственнаго употребленія? На это отвѣчу вопросомъ: зачѣмъ нашъ народъ празднуетъ девять четверговъ отъ Пасхи до Спасова дня, когда самое лучшее время для сельскихъ работъ, и оканчиваетъ запашку послѣ Троицына дня, а иные и въ Петровъ постъ, когда наступаютъ уже сильныя жары? Зачѣмъ нашъ народъ празднуетъ бѣлую недѣлю предъ Великимъ постомъ, бѣлую недѣлю послѣ Свѣтлаго Воскресенья и бѣлую недѣлю послѣ Троицына дня и зачѣмъ празднуетъ многіе такіе дни, которые святая церковь не предписываетъ праздновать? Стало быть, мы не только проводимъ время въ бездѣліи, но и нарушаемъ церковный уставъ. Братья, дня по четыре и по цѣлой недѣлѣ гніютъ на землѣ скошенныя пшеница и сѣно; но вотъ прошли праздники, хочешь на другой день приняться за работу, глядишь -- дождь ударилъ. Одинъ день могъ сдѣлать насъ сытыми на цѣлый годъ, одинъ же день можетъ быть и причиной голода. Зачѣмъ же было пировать по цѣлымъ днямъ, въ противность церковнымъ правиламъ? Вотъ одна изъ причинъ скудости у нашихъ сельчанъ. Оставить ли такихъ должниковъ безъ помощи? Пусть выпутываются изъ бѣды какъ могутъ! Но чувства человѣчности и христіанская обязанность заставляютъ насъ помочь и грѣшнику, извлечь его изъ пропасти и направить на истинный путь. И такъ, нѣтъ болѣе вѣрнаго средства помочь впавшимъ въ большіе долги, какъ учредить, присодѣйствіи правительства и его фондовъ, банкъ, издать обстоятельные законы о кредитѣ и торговлѣ; по ограничить взиманіе процентовъ едва ли возможно, ибо всякій -- и заимодавецъ, и должникъ -- вольны въ своемъ имуществѣ."
   Послѣ долгихъ преній о томъ же самомъ вопросѣ, Комитетъ пришелъ къ единогласному заключенію, что единственное средство возстановить экономическое благосостояніе въ странѣ заключается въ распространеніи легкаго, дешеваго и вѣрнаго кредита, а также въ удовлетворительныхъ законахъ о кредитѣ. А потому рѣшено было предложить слѣдующей скупштинѣ, чтобы она настаивала предъ правительствомъ на преобразованіи всего управленія народнымъ хозяйствомъ. Преобразованіе это предположено было начать съ устройства кредитнаго учрежденія, которое бы опиралось на правительственные фонды и капиталы. Но такъ какъ изъ государственныхъ фондовъ деньги раздавались взаймы, то предоставить кредитному учрежденію выпускать облигаціи, которыми уплачивались бы долги частныхъ лицъ ихъ заимодавцамъ. Иначе говоря, предлагалось произвести выкупъ всѣхъ частныхъ долговъ при помощи правительственнаго банка и обратить частныхъ должниковъ въ заемщиковъ этого самаго банка. Облигаціи должны были имѣть стоимость денегъ, и правительство должно было принимать и выдавать ихъ наравнѣ съ металлическими деньгами. Что касается преобразованія всего экономическаго управленія въ странѣ, то предложено было, чтобы въ кругъ его входили заботы: объ умноженіи народнаго капитала, о полномъ обезпеченіи личнаго и имущественнаго права, о защитѣ частныхъ интересовъ сербскихъ подданныхъ въ другихъ земляхъ, о собираніи ежедневныхъ свѣдѣній относительно состоянія, въ коемъ находятся ремесла, промышленность и торговля въ Сербіи, о надлежащемъ управленіи государственною кассою, о введеніи справедливыхъ податей и правильной раскладкѣ ихъ, о составленіи законовъ, обезпечивающихъ развитіе земледѣлія, лѣсоводства, горнаго дѣла, фабрикъ и заводовъ, объ учрежденіи кредитныхъ и страховыхъ обществъ, улучшеніи внутреннихъ путей сообщенія и открытіи спеціальныхъ школъ по части народнаго хозяйства. Такими предположеніями не закончилось обсужденіе вопроса, на который указалъ Комитету самъ. Милошъ.
   Въ девятомъ засѣданіи депутаты, смедеревскій Мато Поповичъ, бѣлградскій живко Карабиберовичъ и крагуевацкій Тодоръ Туцаковичъ, находя, что предложенныя мѣры недостаточны для того, чтобы устранить совершенно увеличеніе долговъ въ народѣ на будущее время, предложили слѣдующее: 12% считать законнымъ ростомъ, строго наказывать поступающихъ противно тому: долговые документы должны быть удостовѣряемы и подтверждаемы примирительнымъ судомъ; никто изъ сербскихъ жителей не можетъ обременять долгами имущество или землю, стоющія менѣе 40 дукатовъ, только излишекъ имѣнія сверхъ этой стоимости можетъ быть закладываемъ или продаваемъ за долгъ; обременительныя для народа обязательства, вынужденныя ростовщиками, не должны быть признаваемы по суду, и въ такихъ случаяхъ довѣритель и заемщикъ должны улаживаться, какъ знаютъ. Заемъ можетъ состоять, какъ изъ денегъ, такъ и изъ вещей, но при этомъ строго воспрещается показывать въ долговыхъ обязательствахъ высшую противъ дѣйствительной сумму займа;
   Вторичное правленіе Милоша Обреновича. 13 что касается расписокъ, даваемыхъ содержателямъ харчевенъ и постоялыхъ дворовъ, то онѣ могутъ быть выдаваемы на сумму не свыше пяти грошей (35 копѣекъ), въ противномъ же случаѣ не должны быть признаваемы на судѣ. Къ этому предсѣдатель рудницкаго окружна