# Полевой К. А.: биографическая справка

Ксенофонт Алексеевич Полевой

ПОЛЕВОЙ Ксенофонт Алексеевич [20.7(1.8).1801, Иркутск -- 9.(21).4.1867, с. Тюкменево Вязем. у. Смоленской губ.], критик, журналист, мемуарист. Младший брат Н. А. Полевого. С 1813 семья живет в Курске; в 1815--16 П. помогает отцу в управлении винным откупом золотопромышленника Е.А. Кузнецова в Иркутске; с осени 1816 снова в Курске, участвует в организации и устройстве дел водочного завода отца. Занимался самообразованием; его единств, наставником был Н. Полевой, к-рый учил брата тому, "чему сам выучился в прошедшие два, три дня" (из автобиографии Н. Полевого, цит. по: Полевой. Мат-лы, с. 87). Зимой 1820-21 П. с отцом переезжают в Москву и открывают водочный завод. С детства П. был ближайшим другом и поверенным всех жизненных и лит. планов своего брата; он воспринимал его как человека большого таланта и учености. Под влиянием брата сам начинает заниматься литературой. Первая выявленная публ. -- (Письмо издателю "Лит. листков") ("Лит. листки", 1824, No 23/24; полемика с рец. А. А. Бестужева на "Рос. антологию" Дж. Бауринга). С 1825 П. -- ближайший сотрудник Н. Полевого по изд. ж-ла "Моск. телеграф", выполняет б.ч. черновые ред. работы, переводит, пишет рецензии (на соч. А. Е. Измайлова -- МТ, 1827, No 3; на нем. перевод Пушкин. "Бахчисарайского фонтана" А. Е. Вульферта -- там же), заметки для отдела библиографии и "Смеси". По словам самого П., областью его особых интересов были история, в частности военная, теория и история искусств. Почти все публ. П. в ж-ле в 1825--28 анонимны; ср. его позднейшее свидетельство: "...я принимал самое деятельное участие в редакции "Моск. телеграфа", хотя об этом знали только ближайшие к нам знакомые" (Полевой. Мат-лы, с. 176). В круглит, знакомых П. этих лет входят В. Ф. Одоевский, М.А. Максимович, С. Д. Полторацкий, дружеские отношения с к-рым сохранял всю жизнь. Весной 1828 впервые приезжает в Петербург. Устанавливает тесные контакты с Н. И. Гречем и Ф. В. Булгариным, общается с А. С. Пушкиным и А. С. Грибоедовым.

С 1829 П. наряду с Н. Полевым ведущий критик "Моск. телеграфа"; его доля участия в изд. журнала постепенно возрастает, с 1832 он негласно становится практически полноправным редактором (попытки Н. Полевого в 1832--33 сделать брата офиц. соредактором встретили противодействие в Гл. управлении цензуры). Вместе с тем высказывавшееся нек-рыми исследователями мнение, что в 1831--33 редакционная политика "Моск. телеграфа" в осн. определялась П., не может быть принято -- гл. программные статьи ж-ла в этот период написаны Н. Полевым. П. разделял общественно-полит, и лит. убеждения старшего брата, но уделял гораздо меньше внимания вопросам эстетики и широким историко-лит. построениям. Его статьи в массе своей посвящены текущим явлениям рус. лит-ры, в большинстве это применение к конкретному материалу отд. положений лит.-эстетич. концепции Н. Полевого. Так, в ст. ""Полтава", поэма Александра Пушкина" (МТ, 1829, No 10), первом значит, критич. выступлении П., творчество Пушкина рассматривается в свете идеи народности: по его мнению, до 1829 поэт развивался под знаком подражательности, свойств, всей рус. лит-ре, и только в "Полтаве" сбросил ее оковы, явив "совершенно новый род поэзии, извлекаемый из русского взгляда поэта на предметы" (Полевой Н. А., Полевой К. А., с. 379). "Полтава", по мнению П., -- первое произв. в рус. лит-ре, обладающее "самобытностью" и тем самым удовлетворяющее гл. "требованию" к совр. лит-ре. Критерии "самобытности" и "народности" стали основополагающими в последующих статьях и рецензиях П., помещенных в "Моск. телеграфе", -- "Стихотворения барона Дельвига" (1829, No 11), ""Черная немочь", повесть М. Погодина" (1829, No 15), ""Ермак", трагедия в пяти действиях, в стихах, соч. Алексея Хомякова" (1832, No 6). "Стихотворения Н. Языкова" (1833, No 6), "О новом направлении в рус. словесности" (1834, No 5) и др. Третье после "самобытности" и "народности" (и связанное с ними) необходимое качество писателя -- "современность"; любой поэт -- прежде всего "сын какой-нибудь земли и гражданин какого-нибудь века" и не может проникнуть в чувства и мысли др. народа и человека др. эпохи: "Русский, желающий быть греком, римлянином или итальянцем в лирич. поэзии, -- не поэт, ибо он идет вслед и подражает поэтам чужеземных народов, а подражатель не знает вдохновения" ("Стихотворения Н. Языкова" -- в кн.: Полевой Н.А., Полевой К. А., с. 456). Наряду с подражанием "чуждым писателям" П. отвергает и подражание "старинным рус. произведениям словесности", "ибо в сем последнем случае переменяется только предмет подражания: следствия одинаковы -- мы не будем самобытны" ("О новом направлении в рус. словесности" -- там же, с. 497, 500). Понимание же "народности" в изв. смысле близко пушкинскому кругу; в глазах П. она состоит вовсе не в выборе сюжетов из нац. истории или в изображении картин низкого, простонародного быта. Задача совр. писателя -- "вникая в дух своего народа, в его прежние и настоящие обычаи, нравы, поверья и ... элементы его природы", открыть в них "вопросы, важные для разрешения", представить события, "входящие более или менее в состав истории человечества" (из рец. на ""Черную немочь" Погодина" -- там же, с. 397, 393).

В оценке отдельных лит. явлений сказалось следование П. своим критич. схемам, он отверг, напр., идиллии и "подражания древним" А. А. Дельвига, выступил с резкой критикой стихотв. сказок Пушкина и В. А. Жуковского, увидев в них начало нового "ложного" направления в рус. лит-ре. Статья П. "Взгляд на два обозрения рус. словесности 1829 года, помещенные в "Деннице" и "Сев. цветах"" (МТ, 1830, No 2) стала одним из самых ярких выступлений "Моск. телеграфа" в полемике с т. н. лит. аристократией. Возражая И. В. Киреевскому и его периодизации рус. лит-ры (представл. соответственно Н.М. Карамзиным, Жуковским и Пушкиным), П. наметил свою схему рус. лит. развития, осн. акцент в к-рой перенесен на "среднее состояние" -- "демократические" слои, распространяющие образованность "в том отделе нашего общества, где она производит многозначащие, прочные успехи". Вслед за Н. Полевым критик утверждает, что "большой свет никогда не был рассадником дарований и, напротив, много раз убивал самые счастливые надежды" (Полевой Н. А., Полевой К. А., с. 402, 413). Социологич. предвзятость не исключала, однако, правомерности претензий П. "методологического, философского" порядка (Ю. В. Манн -- в кн.: Киреевский, с. 396): указание на несоизмеримость влияния на лит. процесс (к тому времени) Карамзина с влиянием Жуковского и Пушкина, "который доныне оставался образцом в одном своем (имеется в виду поэзия -- Е.Л.) роде" (МТ, 1830, No 2, с. 205). Антидворянским пафосом проникнута и характеристика лит-ры 18 в. в ст. ""Душенька"... Соч. И.Ф. Богдановича" (МТ, 1832, No 7, 8), более полно аргументированная в след. номерах "Телеграфа" -- ст. Н. Полевого "Соч. Державина".

После запрещения "Моск. телеграфа" в 1834 П. занимается переводами с франц. яз. (в т. ч. "Новая Греция в отношениях своих к древности" Э. Кине, М., 1835; "Записки Наполеона о походах Тюрення и Фридриха Великого", М., 1836; "Записки герцогини Абрантес...", т. 1--16, М., 1835--39; "Путешествие маршала Мармона, герцога Рагузского, в Венгрию, Трансильванию, Южную Россию...", т. 1--4, М., 1838--1840), а также книгоизданием (в т. ч. 6--8 частей "Рус. повестей и рассказов" А. А. Бестужева, М., 1834; 2-го изд. "Деяний Петра Великого" И. И. Голикова, т. 1--15, М., 1837--43; корректура "Деяний..." была предложена П. на выгодных условиях крайне нуждавшемуся в это время В. Г. Белинскому) и книжной торговлей (в 1836 моск. комиссионер по продаже Пушкин, ж-ла "Современник"). Ряд удачных операций обеспечивает ему прочное материальное положение. В дополнение к моек, книжной лавке открывает магазин в Петербурге. Впоследствии потерял часть состояния, пытаясь уладить запутанные финансовые дела брата. В 1836 П. издает кн. "Михаил Васильевич Ломоносов" (т. 1--2, М.) -- первый опыт беллетризованного жизнеописания в рус. лит-ре. По словам Белинского, откликнувшегося на выход книги почти восторженной рец., "это и не роман и не биография в точном смысле этих слов; но это дело и ума и фантазии, это поэтическая биография, принадлежащая и к науке и к искусству, -- род совершенно новый, оригинальный" (Белинский, 11, 194; хвалебная рец. Н. Полевого -- БдЧ, 1836, т. 16).

В 1843, на основе книги П., Ник. Полевой написал "драм. повесть" "Ломоносов, или Жизнь и поэзии", вызвавшую резко отрицат. отзыв Белинского: пьеса не обладает достоинствами лежащего в ее основе соч. (Белинский, VII. 13). Есть основания полагать, что отношение Белинского и к биографии Ломоносова П. не было безусловно положительным: см. многочисл. иронич. пометы на экземпляре критика (ЛН, т. 55, с. 485-88).

В дальнейшем биогр. жанр представлен у П. рядом историко-лит. портретов, печатавшихся в качестве вступит, статей к изданиям разных авторов -- И. И. Хемницера (в его кн.: Басни и сказки, 13-е изд., СПб., 1838), В. А. Вонлярлярского (в его кн.: Все сочинения, ч. 1,СПб., 1853). Наиб, значит. -- ст. "О жизни и соч. А. С. Грибоедова" (в его кн.: Горе от ума, 2-е изд., СПб., 1839), к-рая благодаря содержащимся в ней личным восп. П. стала одним из источников биографии Грибоедова.

После отъезда Н. Полевого в 1837 в Петербург П. занимает его место в ред. ж-ла "Живописное обозрение". В отличие от брата ему не была официально запрещена журналистская деятельность, однако все его попытки завести свое издание неизменно встречали противодействие со стороны мин. нар. просвещения С. С. Уварова. Осенью 1837 П. было отказано в покупке ж-ла "Моск. наблюдатель". В авг. 1841 по денежным расчетам с бр. Полевыми Л. Ф. Смирдин пытался передать П. на два года "Б-ку для чтения", в связи с чем тот планировал создание своего рола журнальной монополии (кроме "Б-ки для чтения" и "Живописного обозрения", в нее должны были входить "Репертуар рус. театра", хоз. ж-л "Эконом" и редактировавшийся Н. Полевым "Рус. вестник", см. письмо П. к С. Полторацкому от 22 авг. 1841 -- РНБ), но этот проект также не осуществился. П.. по-видимому, и не предполагал вернуться к активной критич. деятельности (так, библиографию и критику "Моск. наблюдателя" он собирался целиком передать в ведение Белинского). Издание журналов в эти голы он рассматривал как чисто коммерч. предприятие (ср. его признание: "...я не литератор" -- из письма Д. П. Иванова к Белинскому от 1 янв. 1840: ЛН, т. 57, с. 205).

В кон. 1830-х гг. книжная лавка П. на Тверской становится одним из лит. центров Москвы, на домашних вечерах у П. и его жены Елены Фёд. (урожд. фон Мец; в кон. 1850-х гг. начальницы Моск. Николаевского сирот. ин-та; в браке -- две дочери и сын Николай, офицер гвардии конной артиллерии) бывают Белинский, А. В. Кольцов, А. Д. Галахов, В. П. Боткин. Белинский перестал посещать П. еще до своего отъезда в Петербург и окт. 1839, свое расхождение с ним, "человеком умным, честным и благородным", критик объяснял тем, что тот "слишком любит своего брата", к-рого он, Белинский, теперь "ненавидит и презирает" (письмо к Д. Иванову от 21 февр. 1840 -- Белинский, XI, 461). Со своей стороны П. полностью изменил к нему свое отношение после его печатных выступлений с резкой критикой Н. Полевого. Вообще отношение демокр. критики к Н. Полевому сыграло не последнюю роль в том, что П. в 1840--50-е гг. оказался в противоположном лит. лагере (в то же время, по восп. Н.К. Полевого, был близок "со многими из выдающихся составителей Положения о крестьянах" и уничтожение крепостного права принял "с восторгом" -- ИВ, 1909, No 4, с. 58, 60).

В 1840-е гг. П. эпизодически сотрудничает в "Б-ке для чтения", после смерти брата заканчивает издававшуюся им "Историю Наполеона" (т. 1--5, СПб., 1844-48; П. написаны кн. 12, 14, более пол. кн. 15 и кн. 16, см. вступление П. к т. 5). Составленное им "Руководство для молодых людей, назначающих себя к торговым делам" (СПб., 1847; изд. анонимно, авторство раскрыто по автографу на экз. РНБ) стало первым на рус. яз. руководством к изучению торговли. Развивая тезис о "торговом сословии" как одной из "главнейших сил государственных", занимающем "важное место в обществ. быту" (с. 3), и доказывая необходимость его просвещения и образования, П. выступил прямым преемником сословных идей Н. А. Полевого.

В 1847 переезжает в Петербург (подолгу бывая в Москве), где наиб. близкой ему лит. фигурой становится Греч: составляет сб. "Юбилей пятидесятилетней лит. деятельности Н. И. Греча" (СПб., 1855). выступает на его стороне в полемике Греча с Галаховым и Ф. И. Буслаевым ("Споры о грамматике и языке" -- СП, 1857, 28 янв., 4, 5 марта, 30 мая: отд. отт. -- СПб., 1857; "Разбор книги: Опыт ист. грамматики рус. яз. ... Ф. Буслаева" -- СП, 1859, 24-25 сент., 17-18 дек.; отд. отт. -- СПб., 1859). По позднейшему отзыву Галахова, в статьях П. он "видел истого оруженосца Греча, вооруженного его доспехами и сражавшегося по образу и подобию своего рыцаря: те же узкие взгляды на грамматику, тс же обветшалые понятия о языке и словесности" (PC, 1879, No 2, с. 330).

Дружба с Гречем и сотрудничество в "Сев. пчеле" (Булгарина и Греча) навлекли на П., как некогда и на его старшего брата, обвинения в продажности, беспринципности, лит. приспособленчестве. С др. стороны, П. и сам решительно порывает с демокр. направлением в рус. лит-ре. "Белинский, Герцен и подобные им" для него теперь "герои не движения, а ломки, разрушения всего, созданного ист. событиями" ("Записки", с. 459). На смерть Белинского откликнулся некрологом, где сожалел о нем как о "даровании, угнетенном и погибшем под гнетом обстоятельств" (СПбВед, 1848, 5 июня).

Критико-библ. статьи П. в "С.-Петерб. ведомостях" и "Сев. пчеле" демонстрировали непонимание мн. явлений совр. лит-ры: он был убежденным противником натуральной школы: ему принадлежит единств. отрицат. отзыв о первой поставл. на сцене пьесе Л. H. Островского "Не в свои сани не садись" (СП, 1853, 11 июня) (ср. характеристику М.Н. Лонгинова: статьи П. "наполняются похвалами посредственным книгам и напалками на все живое и даровитое, появляющееся в лит-ре" -- МВед, 1859, 20 июня). В 1855 в реп. на собр. соч. Пушкина, изд. П. В. Анненковым, утверждал, что талант поэта пол влиянием "общества или писателей, которым невольно покорялся при слабости собственного характера", не мог быть "глубоким и могучим", выражался "только минутными вспышками, а не великими вдохновениями" (СП, 1855, 17 февр., 18 нояб.; возмущ. отклик: (И. И. Панаев) -- "Совр.", 1855, No 12).

Громким лит. скандалом стала рец. П. на начатое в 1859 изд. соч. Белинского (СП, 1859, 22 окт., 29 дек.). П. советовал не издавать больше его соч., поскольку из-за скептицизма, "духа отрицания" и отсутствия "христианских убеждений" Белинский "не сделал ничего, кроме зла, нашей литературе" и, напротив, "извратил понятия многих юношей" (22 окт.) (возмущ. отклики: Дудышкин С. С, Шипящие старички. -- ОЗ, 1859, No 11; Вейнберг П. И., Литераторы с замыслами. -- БдЧ, 1859, т. 158; эпиграммы Н. Ф. Щербины: "Он всех булгаринских идей / Живою стал апотеозой..." и "Фаддея нет... Но та ж "Пчела"..." -- Рус. эпиграмма).

В 1856-59 издает еженед. илл. ж-л "Живописная рус. библиотека" (по типу аналогичен "Живописному обозрению") с прил. "Совр. лит-ра" (с 1859), публикует статьи мемуарного характера ("Восп. о А. Ф. Смирдине" -- СП, 1857, 26 сент.; "Сатирик Воейков и совр. воспоминания о нем" -- "Живописная рус. библиотека", 1859, No 4, 5; и др.), работает над созданием "Записок о жизни и соч. Н. А. Полевого".

1-я ч. в сокр. редакции роздана подписчикам "Живописной рус. библиотеки" в 1859: отд. изд. -- СПб., 1860; мемуары не завершены, изложение доведено до янв. 1840; полн. изданы в 1888 сыном П. -- Н. К. Полевым, присоединившим к тексту письма Н. Полевого к брату за 1840-е гг.

Гл. целью "Записок" П. было реабилитировать брата, осужденного либеральной печатью 1840-- 1860-х гг. При этом он проявил себя талантливым мемуаристом. Созданный им апологетич. образ Н. Полевого (иногда с прямой проекцией на личность и творч. индивидуальность М. В. Ломоносова в написанной П. его биографии) вписан в широкий лит. контекст эпохи и журн. полемики; П. рассказывает о лит. вечерах Н. Полевого, на к-рых собирались "пишущие друзья и недруги" (с. 209), бывали Пушкин, П. А. Вяземский, Е. А. Баратынский, А. Мицкевич, о ред. собраниях и вырабатываемой на них лит. политике "Моск. телеграфа". Интересны его восприятие кружковой жизни Москвы, наблюдения над подробностями лит.-бытового поведения писателей, рассказ об их лит. репутациях, характерологии, чертах, напр., М. Т. Каченовского, А. И. Писарева, С. Е. Раича, В. А. Ушакова, Булгарина, Греча (журн. войне "Моск. телеграфа" с их изданиями в "Записках" уделено значит, место), Смирдина и др., включая Пушкина и Вяземского. Иногда суждения П. не лишены проницательности; так, не сумев понять поэзию Баратынского, он оценил его ум, потенциал "отличного критика" с "ясным умом и строгим вкусом" (с. 179), его личностную независимость: Баратынский "не был фанатиком ничьим, ни даже самого Пушкина", осыпавшего его похвалами; "в нашем обществе, где философские воззрения были тогда в величайшем ходу, он любил затрагивать самые трудные вопросы.., Притом он был большой мастер говорить, и беседа с ним была всегда приятна" (с. 179, 177). Несмотря на пристрастность и полемич. заостренность многих авт. оценок (по мнению К. Н. Бестужева-Рюмина, в мемуарах П. "тщетно" искать "правдивого изображения людей и обстоятельств. Они не тем интересны: они интересны тем, что переносят нас в самый жар полемики, кипевшей в 20-х и 30-х гг., передают нам взгляды одного из самых деятельных журналистов, какие только были в русской земле" -- "Библиограф", 1888, No 3, с. 118), "Записки" по праву остаются одним из важнейших источников для истории рус. лит-ры и журналистики первой пол. 19 в. и центр, произв. в творч. наследии П.

Др. произв.: "О лит. подлогах, псевдонимах, похищениях, кражах и обманах" (СПбВед, 1849, 7...19 апр., 18...24 нояб., 1850, 17--19 янв.; подпись К. П.; отд. отт. -- [СПб., 1850]), "Первая книга для чтения после азбуки" (СПб., 1852).

Изд.: Записки, СПб., 1888 (вкл. переписку с Н. Полевым; ук.); переизд. не полн. -- В кн.: Полевой. Мат-лы (ст. и комм. В. Н. Орлова); Москва в сер. 1840-х гг. -- В кн.: Очерки моск. жизни, М., 1962; Полевой Н.А., Полевой К.А., Лит. критика. Статьи и рецензии 1825-1842. Л., 1990 (ст. о К. А. Полевом и комм, к его статьям В. Г. Березиной); Грибоедов в восп. современников, М., 1980 (из ст. П. "О жизни и соч. А. С. Грибоедова" и ук.); Пушкин и восп., т. 2, 1998 (ук.); Пушкин в прижнзн. критике. 1820-1827, |кн. 11, СПб., 1996 (2-е изд., СПб., 2001; о переводах "Бахчисарайского фонтана" и по ук.); Пушкин в прижизн. критике. 1828--1830, [кн. 2], СПб., 2001 (о поэме "Полтава", "Взгляд на два обозрения..." и ук.; комм, в обоих томах Е, О. Ларионовой); Пушкин в прижизн. критике. 1831--1833, [кн. 3]. СПб., 2003 (о последней главе "Евгения Онегина", о "Ермаке" А. С. Хомякова и ук.).

Лит.: Пушкин (ук.); Белинский (ук.); Козмин Н.К., Очерки по истории рус. романтизма: Н.А. Полевой как выразитель лит. направлений современной ему эпохи, СПб., 1903; Березина В. Г., О двух рецензиях "Моск. телеграфа"... -- "Уч. зап. ЛГУ", 1955. т. 200. Сер. филол. наук, в. 25; ее же. Из ценз. истории ж-ла "Моск. телеграф". 1. Неизв. номер "Моск. телеграфа" за 1833 г. -- РЛ, 1982, No 4; Купреянова Е. Н., Ник. А. и Кс. А. Полевые. -- В кн.: История рус. критики, т. 1, М.--Л., 1958; Троицкий В. Ю., Образ М.В. Ломоносова в рус. лит-ре 30-х гг. XIX в. -- В кн.: Ломоносов и рус. лит-ра. М., 1987; Рус. эпиграмма (ук.); Песков А. М. (сост.). Летопись жизни и творчества Е.А. Боратынского, М., 1998 (ук.); Полевой Б. П., Братья Полевые как биографы замечат. людей, Иркутск, 1998: Гусакова О.Я., Н.А. Полевой в восп. Кс. Полевого. -- В кн.: Н. Г. Чернышевский. Иссл. и мат-лы, в, 13, Саратов. 1999; ЛН. т. 16/18, с. 750-52 и др.; т. 49-50. 55--57 (ук.). * Некролог: "Голос", 1867, 16 нояб. Попкова Н. А., "Моск. телеграф", издаваемый Ник. Полевым. Ук. содержания, 2-е изд., в. 1--3, Саратов. 1990; РБС; Брокгауз; ЛЭ; КЛЭ; БСЭ; Рус. писатели; Черейский; ИРДТ, т. 3-4; Муратова (1, в т.ч. письма; 3, ук.); Масанов.

Архивы: РГБ, ф. 178; ф. 233, к. 163. No 35 (список печатных работ П.); РНБ, ф. 603, No 168 (письма к С.Д. Полторацкому).


Е. О. Ларионова.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 5. М., "Большая Российская энциклопедия", 2007