# Заготовка

Александр Алексеевич Плещеев

## Александръ Плещеевъ


## Безъ ужасовъ


РАЗСКАЗЫ


Вступительная статья Петра Пильскаго


ИЗДАТЕЛЬСТВО "ЛИТЕРАТУРА"

РИГА, УЛ. СВОБОДЫ No 8 1928


## ЗАГОТОВКА


На стѣнѣ темной комнаты ясно обрисовывалась голова женщины, кивавшая Устрицыну.

Устрицынъ вскочилъ съ кровати. Капли холоднаго пота выступили у него на лбу.

Голова дѣлалась больше и больше.

На улицѣ завывалъ страшный вѣтеръ".

Кущенко, закончивъ этотъ разсказъ, положилъ перо и вытянулъ уставшую руку.

Иванъ Еремѣевичъ Кущенко литераторъ съ нѣкоторымъ именемъ, его знаютъ и читаютъ, но почему-то мало печатаютъ. Онъ вынужденъ цѣлый годъ пробиваться ничтожной работой и только въ концѣ года напоминаетъ о себѣ часто. Онъ сочиняетъ новогодніе и рождественскіе разсказы, приступая заблаговременно къ заготовленію ихъ.

Кущенко засѣлъ дома и пишетъ, пишетъ, почти никого не принимая. Однако пріятель его Василій Петровичъ проникъ въ его, такъ сказать, мастерскую и засталъ сочинителя у стола въ халатѣ. Онъ прихлебывалъ чай и отрывалъ листъ за листомъ исписанной бисернымъ почеркомъ бумаги.

-- Я, братъ, тебя не задержу, не бойся... Ты совсѣмъ скрылся отъ насъ, не видимъ тебя.

-- А вотъ посмотри... писемъ пятнадцать уже на столѣ. Изъ провинціи, и отъ здѣшнихъ издателей. Просятъ рождественскихъ и новогоднихъ разсказовъ!..

-- Да ужъ это твоя спеціальность... разныя привидѣнія.

-- Безъ привидѣній невозможно... Посмотри... готовы уже "Зеленая женщина", "Чортъ въ Гороховой", "Встрѣча Новаго Года".

-- Вѣдь у тебя, кажется, три года назадъ былъ разсказъ "Зеленая женщина!"

-- Нѣтъ... была "Голубая женщина", а это совсѣмъ новая вещь и другое настроеніе.

-- Помню еще твою же "Бѣлую женщину"!..

-- Да... да... "Бѣлая женщина", это юношеская вещь, давнишняя...

-- Разноцвѣтныя женщины! ты можешь подъ такимъ заглавіемъ издать современемъ книжку!

-- Изъ однихъ разсказовъ о нечистой силѣ можно бы томъ составить. Фантастическія вещи...

-- Фантазіи у тебя хоть отбавляй!

-- Сюжеты сами лѣзутъ... да вотъ вчера, легъ въ пятомъ часу утра. Слышу голосъ покойнаго дядюшки въ сосѣдней комнатѣ и кончено! Слышу, какъ онъ кашляетъ... у него бронхитъ былъ хроническій...

-- И что же?

-- А вотъ заканчиваю... "Неожиданный визитъ въ сочельникъ"... Выходитъ и страшно, и занимательно, и правдоподобно.

-- Нехорошо однако, что ты сидишь дома, не выходя по недѣлямъ на воздухъ,

-- Я гулялъ третьяго дня вечеромъ и встрѣтилъ Рагучина... Знаешь, милѣйшаго Павла Петровича... У него престранный случай въ семьѣ произошелъ, когда встрѣчали 1904-й годъ. Лопнуло зеркало...

-- И кто-нибудь умеръ?

-- Нѣтъ... въ этотъ моментъ племянникъ вывернулъ себѣ ногу. Разбитое зеркало, оказывается, не всегда влечетъ трагическую развязку...

-- И, конечно, ты облечешь этотъ фактъ въ надлежащую форму и опишешь?

-- Почти готовъ "Таинственный случай". Въ ноябрѣ и декабрѣ подобныя вещи буквально нарасхватъ...

-- Опять "Таинственный случай"...

-- Но изъ дѣйствительной жизни... Всѣ таинственные случаи, которые я описывалъ -- я большею частью сочинялъ, а тутъ, пожалуйте, фактъ налицо! Имена могу назвать.

Въ это время позвонили, и старуха нянька принесла гелеграмму. Иванъ Еремѣевичъ прочелъ ее вслухъ.

"Жду отъ васъ таинственнаго случая или привидѣній по примѣру прошлыхъ лѣтъ. Пятнадцать копѣекъ строка!" Проситъ одесскій издатель. Предложу ему "Рождественскую ночь на кладбищѣ"... Тутъ у меня разговариваютъ между собой блуждающіе огоньки... Симоволическая вещь, поэтичная и не безъ страшныхъ картинъ. Ну, а ты какъ поживаешь?

-- У меня все непріятности! Къ праздникамъ едва не лишился мѣста, жена моя не поладила съ женой инспектора нашего страхового общества и.. и конфликтъ!..

-- Наканунѣ праздниковъ? Изъ-за чего же?..

-- Изъ-за пустого... изъ-за сквернаго благотворительнаго спектакля... Каждой хотѣлось сыграть роль устроительницы, приписать себѣ всѣ заслуги... Спектакль не состоится! Что ты записалъ на клочкѣ?

-- Хлѣбъ! все хлѣбъ! скушаемъ.

-- Да что такое?

-- А вотъ прочтешь въ свое время. "Благотворители передъ праздниками", бытовой очеркъ съ характерными картинами... Бѣдняжки ждутъ не дождутся елки съ хлѣбомъ, а тутъ бабій капризъ и ничего... все лопается!..

-- Жена меня съѣстъ. Нельзя же все къ сроку!

-- Замаскирую, не бойся... Наложу другія краски, перенесу дѣйствіе въ Москву и ты увидишь... А чтобы женѣ не было обидно, я и тебя не забуду, ты у меня давно въ головѣ!

-- Да я-то при чемъ? Что ты еще выдумалъ!

-- У меня уже набросана твоя исторія съ Негодуевымъ, какъ онъ тебѣ подъ новый годъ отказалъ въ десяти рубляхъ, имѣя триста тысячъ годового дохода.

Негодуевъ отказывалъ мнѣ не разъ...

-- Да, но когда? А вотъ онъ прочтетъ, каналья, мой очеркъ "Новогодній пиръ" и увидитъ, какіе я нарисую контрасты.

Вѣдь это тоже смѣшно, что ты все слышанное за годъ превращаешь въ беллетристическія произведенія...

Что прикажешь дѣлать, если я существую на свѣтѣ, ѣмъ и пью благодаря зеленымъ женщинамъ, привидѣніямъ, чертямъ, разнымъ случаямъ. Они даютъ мнѣ возможность расплатиться съ мясниками, лавочниками, прачкой, хозяиномъ и остальными.

Опять звонокъ, и горничная принесла письмо, которое Иванъ Еремѣевичъ пробѣжалъ.

"Прошу что-нибудь позагадочнѣе и не очень печальное. Пришлите съ юморомъ и фантазіей. Не прочь взять двѣ штуки, въ цѣнѣ сойдемся". Вотъ оно что! и веселость, и юморъ, и фантазія, и умалчиваетъ о гонорарѣ! Нѣтъ, братъ, шалишь! Въ прошломъ году обѣщалъ по-царски наградить, а выдалъ по четыре копѣйки за строчку. Хочешь юмору, фантазіи, веселости -- пятиалтынный плати. На нашей улицѣ праздникъ. Поклонись.

-- Ты стиховъ не пишешь?

Только новогодніе и рождественскіе и притомъ длинные. Стихи давно приготовлены, нужно только почтовыхъ марокъ купить.

Еще телеграмму подали.

"Жду отъ васъ по обыкновенію что-нибудь волшебное, рублей на пятьдесятъ!" Это еще понятно волшебное на 50 рублей можно дать, и даже очень волшебное, У меня есть много волшебнаго...

-- Однако, спросъ большой.

-- Спеціализація, братъ... Я удивляюсь, почему мы всѣ не спеціализируемся... Ну, какъ доктора, что ли. Одинъ пишетъ праздничные разсказы, другой лирическіе стихи, третій восторженные. Со мной, по моей спеціальности, никто не въ силахъ конкурировать. Я тутъ силенъ... Геркулесъ!

Подали письмо.

Еще. "Не забудьте дѣтишекъ, что-нибудь фееричное для маленькихъ читателей". Дамъ, дамъ, потому что дѣтей люблю! Дамъ "Золотую елку"...

"Серебряная елка" имъ была уже напечатана два года назадъ.