Платонов Андрей Платонович
Достоевский

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

Андрей Платонов.
Достоевский

Не одна душа у человека.

   Древнейшая идея человечества вылита Достоевским в чистые художественные формы с родной его душе целомудренностью и тревожной, смертельной страстью -- идея пола.
   Первою функцией жизни человека была не мысль, не сознание, а половая страсть -- стремление к продлению жизни, первая стычка со смертью, желание бессмертия и вечности.
   Мы живем в то время, когда пол пожирается мыслью. Страсть, темная и прекрасная, изгоняется из жизни сознанием. Философия пролетариата открыла это и помогает борьбе сознания с древним еще живым зверем. В этом заключается сущность революции духа, загорающейся в человечестве.
   Буржуазия произвела пролетариат. Пол родил сознание. Пол -- душа буржуазии. Сознание -- душа пролетариата.
   Буржуазия и пол сделали свое дело жизни -- их надо уничтожить. Пусть прошлое не висит кандалами на быстрых ногах вперед уходящего...
   Наша общая задача -- подавить в своей крови древние горячие голоса страсти, освободить себя и родить в себе новую душу -- пламенную победившую мысль. Пусть не женщина -- пол с своей красотою-обманом, а мысль будет невестою человеку. Ее целомудрие не разрушит наша любовь.
   Достоевский бился на грани мира пола и мира сознания. И то одно, то другое брало верх в его истомленной душе мученика.
   Мышкин -- Рогожин, вот две стихии, два центра, два мечущиеся дьявола сердца Достоевского. А Настасья Филипповна это слияние двух миров -- Мышкина и Рогожина -- в одно, самый опасный, смертельный, неустойчивый момент, висение над бездной на травинке.
   Настасья Филипповна -- сам Достоевский, ни живущий, ни мертвый, путающий смерть с жизнью, союзник то бога, то дьявола, пугающийся и раненый насмерть сомнением, падающий, ищущий Достоевский.
   Настасья Филипповна не жила, а искала жизнь и находила ее то в дьяволе -- Рогожине, то в боге -- Мышкине. Потому что душа ее -- дитя третьего, неведомого царства, где никто не царствует, где ничего нет, где свобода, пустота и вихри мертвых пустынь. Туда ведет провал в гранитной стене жизни. Это тот мир, откуда истекают все другие миры -- и Мышкин, и Рогожин. Этот путь давно пройден вселенной, и только Достоевский со своею душой -- Настасьей Филипповной -- отстал и бродит там один, зовет и молится.
   Достоевский поэтому ничтожнейший из существ, ибо бессилен родиться, выйти из состояния хаоса для жизни или смерти -- быть Мышкиным или Рогожиным. Он ни то ни се -- самый страшный и истинный сатана, противник себя, неуверенный дух.
   "Идиот" как пьеса выражает собою борьбу полов. Рогожин -- сама земля, ее черные мощные недра, вырвавшаяся еще бессознательная жизнь, и в своем полете к вечности уничтожающая и себя, и самую возможность вечности (Настасью Филипповну).
   Мышкин -- родной наш брат. Он вышел уже из власти пола и вошел в царство сознания. Только одно осталось у него от прежнего -- сожаление. Он еще не знает сущности жалости: она не в любви к хилому, а в борьбе, превращении хилого в сильного, постройке железных дворцов мощи на болотных зыбях бессилия. Жалость -- тление души. Борьба и ненависть -- ее огонь и взрыв.
   Князь Мышкин -- пролетарий: он рыцарь мысли, он знает много; в нем душа Христа -- царя сознания и врага тайны. Он не отвечает ударом на удар: он знает, что бить злых -- это бить детей. Прощение малым.
   Рогожин в исполнении т. Волкова должен бы быть еще грубее. Актер забыл, что Рогожин -- непроснувшееся, почти не живущее существо, что разница между ним, деревом, ветром -- небольшая.
   Мышкин не должен быть жалок: в недрах души его есть знание, что он -- великий дух. И в его жизни это должно прорываться и быть видимо (видела же это Настасья Филипповна). Мышкин -- царь у Достоевского, а этого никто не заметил в игре актера.
   Т. Мрозовская -- Настасья Филипповна позабыла, что она Мрозовская, и стала Настасьей Филипповной. Отрекшись от себя, она превратила "игру", театр в ожившую по воле артиста действительность.
   Она явила собой образ души Достоевского, погибающего духа сомнения и неуверенности, ищущего спасения в страдании, искупления -- в грехе и преступлении, идущего к жизни неизвестными людям путями.
   
   Впервые: газета "Воронежская коммуна", 1920. 17 июля.
   
   
   
   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru