# "Как богатеют на хуторах"

Алексей Васильевич Пешехонов

## "Какъ богатѣютъ на хуторахъ".


Получили мы и еще одинъ новый трудъ по аграрному вопросу: "Изданіе князя Абамелекъ-Лазарева.-- Какъ богатѣютъ на хуторахъ". Сочиненіе -- въ 3 частяхъ; всего, съ приложеніями, 54 страницы...

Издатель (а отчасти и авторъ) этого достопримѣчательнаго изслѣдованія -- одинъ изъ нашихъ милліонеровъ, даже архимилліонеръ, какъ говорятъ. Достаточно сказать, что ему принадлежитъ видная часть Урала, а кромѣ того его имѣнія расположены -- какъ скромно упоминаетъ онъ -- "въ разныхъ губерніяхъ". Помимо лѣсовъ и пашенъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ владѣетъ чугунноплавильными и желѣзодѣлательными заводами, соляными промыслами, каменноугольными копями, минеральными водами... Не мало находится въ его обладаніи и городскихъ имуществъ: въ Петербургѣ, напримѣръ, ему принадлежитъ цѣлый рядъ домовъ на лучшихъ улицахъ; его дворецъ въ Римѣ -- тоже величина довольно замѣтная... Словомъ, это -- очень крупная особа въ нашемъ народнохозяйственномъ мірѣ. Такой особѣ, казалось бы, впору успѣвать считать только собственные доходы. Но...

Не знаю, завистью-ль ее лукавый мучилъ,

Иль, можетъ быть, ей рыбный столъ наскучилъ,

-- но только вздумалъ князь Абамелекъ-Лазаревъ подсчитать и крестьянскіе прибытки. И вотъ сталъ онъ прикидывать:

"Въ самомъ началѣ своего царствованія, именно въ 1882 г., въ Бозѣ почившій Государь Александръ Третій уничтожилъ подушную подать, что составило облегченіе податей крестьянъ приблизительно въ 90 (девяносто) милліоновъ рублей.

"Нынѣ благополучно царствующій Государь Императоръ при своемъ воцареніи простилъ крестьянамъ продовольственныхъ ссудъ; 14 ноября 1894 года на сорокъ четыре (44) милліона рублей и 11 августа 1904 года пятьдесятъ одинъ (51) милліонъ рублей. Манифестами своими 11 августа 1904 года и 3 ноября 1905 годаГ государь простилъ крестьянамъ платимые ими въ годъ восемьдесятъ семь (87) милліоновъ рублей выкупныхъ платежей, и простилъ крестьянамъ ихъ выкупной долгъ, оставшійся на нихъ къ 1905 году, приблизительно въ (800) восемьсотъ милліоновъ рублей".

Чтобы не было ошибки, кн. Абамелекъ-Лазаревъ выписалъ всѣ эти милліоны не только цифрами, но и прописью {Надо однако сказать, что отъ ошибокъ онъ все-таки не уберегся. Напримѣръ, подушная подать никогда не достигала не только 90, но и 60 милл. рублей. Такимъ образомъ это "облегченіе", которое крестьяне получили при Александрѣ III, кн. Абамелекъ-Лазаревъ увеличилъ болѣе чѣмъ въ 1 1/2 раза, и при этомъ, конечно, совсѣмъ упустилъ изъ виду, что для государственныхъ крестьянъ отмѣна пазушной подати сопровождалась увеличеніемъ почти на ту же сумму ихъ оброчной подати, переименованной по этому случаю въ выкупные платежи. Не замѣтилъ князь-милліонеръ и того, что "прощеніе" -- сначала "выкупныхъ платежей", а потомъ еще и "выкупного долга"-- онъ записалъ дважды.}. А потомъ подвелъ итогъ:

"Ни одинъ изъ царствовавшихъ нашихъ Государей не сдѣлалъ столько для крестьянъ, какъ Государь Императоръ Николай Александровичъ"..

Противъ этого спорить, конечно, нельзя... Но одно сказать все-таки можно: крестьянскіе прибытки кн. Абамелекъ-Лазаревъ считалъ, какъ шталмейстеръ (таково его придворное званіе). Сами крестьяне подсчитали бы тѣ же статьи совсѣмъ иначе,-- не въ приходѣ, а въ расходѣ, и цифры у нихъ получились бы много крупнѣе, Въ самомъ дѣлѣ: прежде чѣмъ подушная подать была "уничтожена", они уплатили вѣдь подушныхъ сборовъ, считая только съ 1861 г. болѣе милліарда; и прежде, чѣмъ выкупной долгъ имъ былъ "прощенъ", они внесли выкупныхъ платежей 2 1/2 милліарда, а если подсчитать и оброки, какіе до выхода на выкупъ они платили вату же, землю казнѣ и помѣщикамъ, то весь ихъ расходъ на этотъ предметъ съ 1861 г. составитъ около 4 милліардовъ. Въ частности, бывшіе помѣщичьи крестьяне за отведенную имъ землю, которая во время освобожденія по рыночнымъ цѣнамъ стоила 643 милл. руб., уплатили около 2 милліардовъ. Такъ "обогащались" крестьяне...

Впрочемъ, и кн. Абамелекъ-Лазаревъ знаетъ, что отъ "всѣхъ вышеуказанныхъ щедротъ" они не очень обогатились, "Положеніе ихъ, несмотря на всѣ эти льготы и облегченія податей, мало. улучшалось", И со стороны князя это была только, присказка; подлинная же исторія крестьянскаго обогащенія начинается дольше.

Въ послѣдніе годы на крестьянство излитъ новый потокъ милостей. "Правительство не ограничилось лишь изданіемъ новыхъ законовъ, но пошло на огромныя денежныя затраты". "Началось исполинское дѣло землеустройства". "Теперь, при новыхъ законахъ и при щедрой денежной помощи казны, трудолюбивый и трезвый хозяинъ можетъ сдѣлаться самостоятельнымъ, "зажиточнымъ хуторяниномъ". И де тѣмъ еще можетъ сдѣлаться! Но объ этомъ дальше...

Князю Абамелекъ-Лазареву, по его словамъ, "пришлось уже видѣть отдѣльные неудачные опыты хуторского, разселенія, слышатъ о немъ отъ народа неблагопріятные отзывы". Но это, очевидно, мало его трогало. Когда же въ прошломъ году онъ посѣтилъ свое орловское имѣніе, расположенное около ст. Зміевка, то сразу воодушевился...

"Поразительны -- пишетъ онъ -- результаты, видѣнные мною... Хозяйство зміевскихъ хуторянъ стало ихъ обогащать... Таково было мое личное впечатлѣніе и я задался цѣлью провѣрить его и доказать все вышеизложенное неопровержимыми цифрами, почерпнутыми изъ данныхъ хозяйствъ хуторянъ".

Задумано -- сдѣлано. Поставивъ цѣль, кн. Абамелекъ-Лазаревъ поручилъ агроному Орловской землеустроительной комиссіи П. Н. Тарасенко произвести надлежащее изслѣдованіе. По данному ему "плану" г. Тарасенко составилъ "денежный и матеріальный отчетъ" по семи хуторамъ, "взятымъ наугадъ",-- по словамъ г. Абамелекъ-Лазарева. Изслѣдованіе не очень обширное, но зато самое обстоятельное и точное. "Каждый, кто не повѣритъ тому, что изложено далѣе, можетъ отправиться и разспросить поименованныхъ хуторянъ",-- предупреждаетъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ.

Но, можетъ быть, ѣхать и не понадобится... "Послушаемъ, что о нихъ пишетъ агрономъ Павелъ Николаевичъ Тарасенко"... Вотъ хуторянинъ Кулешовъ,-- его имя первымъ стоитъ въ "Оводѣ отчетовъ".. Воспроизведу изъ этой) "Свода" свѣдѣнія о бюджетѣ Кулешова съ буквальною точностью.

Надо сказать, что въ семьѣ Кулешова пять душъ; всѣхъ. ихъ надо прокормить, одѣть, обуть. И скотинка у него есть: лошадь, корова, овцы,-- ихъ тоже нужно просодержать. Наконецъ, и землю вѣдь нужно обсѣменить... Оставимъ даже въ сторонѣ 1910 годъ -- годъ переселенія; возьмемъ 1911 и 1912 годы со всѣми ихъ приходами. Если бы Кулешовъ оставался въ общинѣ, то при бюджетѣ въ 200 р. онъ, вѣроятно, жилъ бы впроголодь и, пожалуй, еще продалъ бы послѣднюю лошаденку, чтобы обернуться; а на хуторѣ -- у него больше 150 р. "осталось свободныхъ средствъ на улучшеніе хозяйства". Прямо поразиться вѣдь можно этою способностью хуторянъ къ обогащенію. Во всякомъ случаѣ, не мѣшаетъ къ ней присмотрѣться...

Въ 1911 году Кулешовъ оставилъ "на свои нужды" -- на "обсѣмененіе и продовольствіе":

Ржи 80 пуд. на 64 руб.

Картофеля 120 " 24 "

Гречи 20 " 12 "

Конопли 4 " 5 "

Итого, какъ сказано, на 105 руб. "Сыты будемъ!" -- очевидно, рѣшилъ онъ. Но потомъ резонно разсудилъ: зачѣмъ хуторянину ѣсть кашу, да еще съ масломъ? И въ слѣдующемъ году ни гречи, ни конопли "на свои нужды" онъ уже не оставилъ. Зато про савраску вспомнилъ и на ея долю оставилъ 60 пуд. клевера и 24 пуда овса. Возвращаясь послѣ этого съ работы онъ -- нужно думать -- говорилъ женѣ:

-- Ну и безъ щей поснѣдаю я, грѣшный.

Ты овсеца бы савраскѣ дала...

Въ слѣдующемъ году онъ, пожалуй, и дальше этотъ хорошо знакомый русскому крестьянину мотивъ вспомнилъ:

-- Ну и безъ хлѣба улягусь я, грѣшный.

Кинь подъ савраску соломки, жена!

Другихъ нуждъ, кромѣ "обсѣмененія и продовольствія", у Кулешова, очевидно, не было. Отъ остальныхъ потребностей онъ, нужно думать, отказался съ перваго же года хуторской жизни. Какъ и подобаетъ добропорядочному хуторянину, ни одного стакана водки на все отчетное время онъ не выпилъ. Но и Богу -- это, пожалуй, уже не хорошо -- ни одной свѣчки не поставилъ, даже на исповѣдь къ попу не ходилъ и къ себѣ образовъ не принималъ (на все это нужны вѣдь деньги). Никакихъ податей съ Кулешова почему-то не требовали. Спать онъ ложился, должно быть, съ солнцемъ, -- расхода на керосинъ у него г. Тарасенко не зарегистрировалъ, а свѣтецъ, чтобы лучину жечь, какъ намъ доподлинно извѣстно, еще его отцомъ былъ заброшенъ. На обувь и на одежду Кулешовъ, за все время хуторской жизни тоже не израсходовалъ ни копейки: нужно думать, старье донашивали или босикомъ и нагишомъ ходили: на хуторѣ вѣдь не стыдно, кто ихъ тамъ увидитъ! Даже дегтя, чтобы телѣгу смазать, даже соли, чтобы хлѣбъ посыпать, Кулешовъ не покупалъ. Отъ всего отказался... И только "свободныя средства на улучшеніе хозяйства" откладывалъ.

Интересно бы поговорить съ такимъ хуторяниномъ, разспросить, какъ онъ себя чувствуетъ... Но отправиться къ нему на хуторъ, хотя кн. Абамелекъ-Лазаревъ и приглашаетъ, я не рѣшаюсь. Не того я боюсь, что Кулешовская семья не вынесла такой жизни и вся уже повымерла, и даже не того, что она совсѣмъ одичала. Я опасаюсь другого. Какъ пріѣдешь, да начнешь разспрашивать:

-- Правда ли, что зимою вы вмѣстѣ съ солнцемъ спать ложитесь?

-- Неужели нагишомъ ходите?

-- Сказываютъ, что будто вы на немазанной телѣгъ ѣздите?

-- Слышно вотъ тоже, будто на соль денегъ жалѣете, безъ соли ѣдите?

Пожалуй, люди добрые глаза вылупятъ и на смѣхъ подымутъ, а то и хуже -- за сумасшедшаго примутъ.

Вѣроятно, Кулешовская семья какъ-нибудь перебивается на своемъ хуторѣ, нагишомъ не ходитъ и въ соли себѣ не отказываетъ]. Можетъ быть, даже недурно живетъ, такъ какъ, видимо, пользуется благорасположеніемъ землеустроителей. Послѣдніе на хуторѣ Кулешова даже ягодный питомникъ устроили, -- земляники ему насадили, смородины, малины... Можетъ быть, онъ даже чай съ малиновымъ вареньемъ пьетъ. Несомнѣнно одно: того, что написано про него въ изданіи кн. Абамелекъ-Лазарева, я не увижу.

Сразу вѣдь видно, что дѣло не въ Кулешовѣ, а въ Павлѣ Николаевичѣ Тарасенко, не въ хуторянинѣ, а въ изслѣдователѣ. Это онъ опредѣлялъ, сколько у Кулешова "осталось свободныхъ средствъ на улучшеніе хозяйства", это онъ упразднилъ у Кулешовской семьи чуть не всѣ потребности и оставилъ только одну страсть къ обогащенію. Надо сказать, что съ Кулешовыми онъ еще милостиво поступилъ. Другіе хуторяне, случалось, у него и безъ хлѣба жили,-- все богатѣли. Напримѣръ, у хуторянина Гаврилина посѣвы въ 1910 году были повреждены градомъ, и г. Тарасенко такой ему бюджетъ вывелъ:

На хуторѣ въ 11 дес. имѣетъ: 1910 годъ

прихода отъ урожая 208 р. 10 к.

прочихъ приходовъ 56 " -- "

Всего прихода 264 р. 10 к.

Изъ которыхъ суммъ:

оставлено на свои нужды 126 р. 10 к.

осталось свободныхъ на улучшеніе хозяйства 138 " -- "

А у Гаврилина, надо сказать, семья въ 14 душъ. И ничего, на 126 руб. всѣ прожили, даже меньше. "На свои нужды" г. Тарасенко оставилъ въ этомъ году Гаврилину:

Овса 42 пуд. на 23 р. 10 коп.

Вики 30 " " 30 " -- "

Виковаго сѣна 50 " " 15 " -- "

Картофеля 200 " " 40 " -- "

Гречи 30 " " 18 " -- "

Овесъ, вика, сѣно -- это для скота, конечно, а для людей -- картофель и греча. Такимъ образомъ содержаніе. въ теченіе цѣлаго года 14 душъ, если вѣрить изслѣдованію г. Тарасенко, обошлось въ 58 руб. Кашу, хотя и безъ масла, Гаврилинская семья ѣла, а ржаного хлѣба такъ цѣлый годъ и не видѣла. Надо сказать, что рожь у Гаврилина была начисто выбита градомъ. Ну, вотъ г. Тарасенко и разсудилъ: не покупать же ее, въ самомъ дѣлѣ? На сѣмена онѣ еще отпустилъ ссуду, но люди покупного хлѣба, по его наслѣдованію, такъ и не ѣли.

Вообще, собирая для кн. Абамелекъ-Лазарева "безспорныя цифры", г. Тарасенко держался такого правила: ничего для личныхъ своихъ потребностей хуторяне не, покупаютъ; если же они что продадутъ, то всѣ вырученныя деньги обязательно идутъ "на улучшеніе хозяйства". Поэтому онъ и упразднилъ почти всѣ крестьянскія потребности, Иначе вѣдь хуторяне и не богатѣли бы такъ быстро.

Были, повидимому, у г. Тарасенко, и еще правила, которыми онъ руководился, производя порученное ему изслѣдованіе, Напримѣръ: крестьянская свинья отъ "казеннаго хряка" приноситъ, не меньше, какъ десять поросятъ (у нѣкоторыхъ до 20), и какихъ поросятъ!-- всѣ, какъ одинъ, трехрублевые. Впрочемъ, нѣтъ правила безъ исключенія: у одного хуторянина всѣ поросята оказались, какъ одинъ, четырехрублевые. Было еще у г. Тарасенко такое правило; живя въ общинѣ, крестьяне ничего кромѣ ржи и овса не сѣютъ, такъ что даже картофель, напримѣръ, начинаютъ садить, только выселившись на хуторъ. У этого правила не оказалось даже исключенія. {Этимъ правиломъ г. Тарасенко руководился, сравнивая доходы хуторянъ съ тѣмъ, что они получили бы за тѣ же годы, живя въ общинѣ. Само собой понятно, что кромѣ доходовъ отъ ржи и овса (наименѣе доходнаго изъ всѣхъ яровыхъ растеній) они, оставаясь въ общинѣ, никакихъ другихъ приходовъ, по его отсчетамъ, не имѣли бы.}

Но обо всѣхъ этихъ правилахъ можно только догадываться. Главное же, кромѣ правилъ г. Тарасенко, собирая "безспорныя цифры", руководился, повидимому, еще и вдохновеніемъ, -- иначе трудно объяснить нѣкоторыя удивительныя вещи, которыя онъ зарегистрировалъ при изслѣдованіи. Напримѣръ, у вышеупомянутаго Кулешова въ 1911 году овса въ посѣвѣ совсѣмъ не было, а клеверъ по овсу въ этомъ году онъ все-таки ухитрился посѣять. И -- что удивительнѣе всего -- на слѣдующій годъ клеверъ у вето дѣйствительно въ паровомъ полѣ уродился...

Много ли вдохновенія внесъ г: Тарасенко въ собранныя имъ цифры,-- сказать трудно. Но что вдохновляться онъ можетъ,-- это несомнѣнно. Заканчивая описаніе Кудошовскаго хутора въ 5 дес., онъ воодушевился и началъ доказывать, что при большой семьѣ маленькій хуторъ гораздо лучше большого,

"Если хуторъ малъ, а семья велика, то на части; его земель надо завести культуру дорогихъ растеній; требующихъ затраты не капитала, но очень много труда; тогда при работѣ семьи (безъ наемныхъ рабочихъ) получается отъ малыхъ площадей огромный доходъ. Если недалеко желѣзная дорога, то, сажая смородину или землянику, можно получить до 50 коп. съ сажени, т. е. 1.200 р. чистаго дохода съ десятины"...

Птицеводство вотъ тоже очень выгодно (когда "куренка выпустить некуда"). "На пяти десятинахъ можно при правильной постановкѣ дѣла получать отъ птицеводства до пяти тысячъ рублей дохода, т. е. тысячу рублей съ десятины. Если же участки велики, то семья безъ наемнаго труда не можетъ обойтись"...

И тогда, очевидно, такого большого дохода ни за что не подучишь... Но у Кулешова участокъ маленькій, какъ разъ 5 десятинъ; желѣзная дорога недалеко, всего въ 2 верстахъ; "средствъ на улучшеніе хозяйства" онъ скопилъ уже немало и курами, нужно думать, обзавелся; во Всякомъ случаѣ смородина съ земляникой у него уже посажены... Къ сожалѣнію, они посажены въ 1912 году а на этомъ годѣ какъ разъ обрывается изслѣдованіе. Нужно думать, что въ нынѣшнемъ году Кулешовъ получитъ 5--6 тысячъ дохода,-- такъ вѣдь оно должно быть по правиламъ и вдохновенію...

Провѣрять распросами у хуторянъ такіе "правильные" и "вдохновенные". отчеты, конечно, незачѣмъ. Главное въ этихъ отчетахъ принадлежитъ не хуторянамъ, а агроному землеустроительной комиссіи. Впрочемъ, въ нихъ и князя Абамелекъ-Лазарева капля меду, повидимому, есть. Можетъ быть, даже не капля... Беру отчетъ, по хутору Шелепина за 1912 годъ.

Всего прихода 1.114 р.

Изъ которыхъ суммъ:

оставлено на свои нужды 245 р. 50 к.

осталось свободныхъ средствъ на улучшеніе хозяйства 868 " 50 "

Крестьянинъ, имѣющій 10 дес., въ одинъ годъ затратилъ на улучшеніе хозяйства 868 р. 50 к.! Имѣя передъ собою такіе "безспорныя цифры", каждый долженъ согласиться и съ общимъ выводомъ, къ которому пришелъ издатель: "За удовлетвореніемъ всѣхъ нуждъ хуторянъ чистый денежный остатокъ хуторянъ часто выше, чѣмъ валовой сборъ общинниковъ при трехпольѣ". Но мы уже знаемъ, что, поскольку дѣло касается "удовлетвореніи всѣхъ нуждъ хуторянъ", цифры г. Тарасенко никакъ нельзя считать безпорными. Не безспорны онѣ и по Шелевинскому хутору: какъ и Гаврилинъ, Шелепинъ будто бы прожилъ этотъ годъ безъ хлѣба,-- по тому, видяте ли, случаю, что рожь у него была побита градомъ, а потомъ и та, что онъ собралъ, была уничтожена пожаромъ. Прожилъ -- и живъ остался... При всемъ уваженіи къ г. Тарасовку повѣрить этому мы никакъ не можемъ. Но зато безспорна, конечно, цифра прихода: 1114 руб. съ 10 десятинъ въ годъ при градобитіи и пожарѣ! Не дурно!.. Какъ однако получилась Ста цифра? А вотъ какъ:

Прихода отъ урожая (въ томъ числѣ и ржи) 675 руб.

Сгорѣло (въ томъ числѣ и рожь) на 230 "

Прочихъ-приходовъ 209 "

Всего прихода 1.114 "

Это, я думаю, уже княжеская статистика! Не можетъ быть, чтобы агрономъ самъ до этого додумался: пожарные убытки причислить къ доходамъ. А кн. Абамедекъ-Лазаревъ, какъ мы видѣли, именно такъ крестьянскіе прибытки считаетъ,-- "какъ шталмейстеръ"... Такая ужъ у него система. Можетъ быть, и "планъ" для изслѣдованія онъ такой составилъ: ежели окажутся убытки отъ градобитія и пожара, то обращать ихъ на "улучшеніе хозяйства". Ну г. Тарасенко по этому плану и дѣйствовалъ...

Вотъ "какъ богатѣютъ на хуторахъ"!... "Мало того,-- пишетъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ: -- какъ уже представляются отдѣльные примѣры, хуторянинъ на свободные остатки денегъ (напримѣръ, отъ пожаровъ и градобитій? А. П.) можетъ увеличивать свой участокъ прикупкою земли, если рабочія силы семьи это позволяютъ. Если же, сверхъ сего, хуторянинъ пріобрѣтаетъ все больше и больше земли и употребляетъ все больше и больше наемнаго труда, то хуторянинъ изъ земледѣльца превратиться въ мелкаго землевладѣльца". А потомъ -- Богъ дастъ -- и въ крупнаго, даже въ архимилліонера, вродѣ кн. Абамелекъ-Лазарева.

Или не стоитъ? Вѣдь тогда по 1000 руб. съ десятины чистаго дохода ни за что не получишь...

Какъ бы то ни было, авось, мужички, для которыхъ, судя по стилю, предназначено изданіе кн. Абамелекъ-Лазарева, въ богатства, которыя ихъ ждутъ на хуторахъ, повѣрятъ и завидовать княжескимъ милліонамъ перестанутъ...


-----


А возможно вѣдь, что зміевскіе хуторяне дѣйствительно богатѣютъ... Ну, хотя бы потому, какъ объясняетъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ, "что дѣло землеустройства ведется тамъ помѣщиками -- хорошими хозяевами (что не всегда одно и то же), а дѣло улучшенія способовъ хозяйства агрономами, не сошедшими только что со школьной скамьи, а прошедшими трудное испытаніе долговременной частной службы на отвѣтственныхъ должностяхъ, въ хорошихъ экономіяхъ". Если не этотъ, то, быть можетъ, какой другой секретъ обогащенія крестьянъ найденъ. Получить надежныя свѣдѣнія объ этомъ мы были бы несказанно рады. Но, видно, подождать придется!...

Положиться на княжескія "безспорныя цифры" никакъ нельзя. Да и не дѣло архимилліонера, какъ я думаю, подсчитывать крестьянскія богатства, и напрасно онъ за это брался. Сидѣлъ бы себѣ и отрѣзывалъ купоны... Ну, а если купонное занятіе ему дѣйствительно наскучило, или патріотическій зудъ одолѣлъ, либо прославиться князь захотѣлъ, то имѣются вѣдь другія дѣла, для милліонерской души болѣе подходящія.

Есть такія дѣла и у кн. Абамелекъ-Лазарева. Учредилъ онъ, напримѣръ, "романовскій призъ",-- пообѣщалъ 10.000 рублей тому, кто слетаетъ въ одни сутки изъ Петербурга въ Москву и вернётся обратно,-- только условіе поставилъ, чтобы это былъ непремѣнно русскій (какъ патріотъ, князь поощрять иностранцевъ, конечно, не желаетъ). Возможно, что княжескія деньги такъ при князѣ и останутся. Но результаты уже имѣются. Два авіатора въ погонѣ за обѣщаннымъ призомъ уже сломали свои аппараты -- доставивъ тѣмъ самымъ немалое развлеченіе газетнымъ читателямъ (вѣроятно, и учредителю приза). Имя кн. Абамелекъ-Лазарева, можно сказать; не сходитъ съ газетныхъ столбцовъ, и слава ему такимъ образомъ обезпечена. Отечество тоже пользу получитъ,-- число подданныхъ русскаго царя, какъ слышно, увеличится: авіаторъ Габеръ-Влынскій, чтобы подучить право на оспариваніе "романовскаго приза", уже заявилъ желаніе перейти изъ австрійскаго подданства въ русское...

Вотъ это занятіе -- учрежденіе патріотическихъ призовъ -- для архимилліонера вполнѣ подходящее: не очень раззорительное, совсѣмъ не утомительное и вполнѣ душеспасительное...

А составлять и издавать статистическіе труды по аграрному вопросу -- дѣло сложное и трудное. И утруждать себя имъ кн. Абамелекъ-Лазареву, право, не стоило.

А. Пѣшехоновъ.


"Русское Богатство", No 7, 1913


## "Какъ богатѣютъ на хуторахъ".


Получили мы и еще одинъ новый трудъ по аграрному вопросу: "Изданіе князя Абамелекъ-Лазарева.-- Какъ богатѣютъ на хуторахъ". Сочиненіе -- въ 3 частяхъ; всего, съ приложеніями, 54 страницы...

Издатель (а отчасти и авторъ) этого достопримѣчательнаго изслѣдованія -- одинъ изъ нашихъ милліонеровъ, даже архимилліонеръ, какъ говорятъ. Достаточно сказать, что ему принадлежитъ видная часть Урала, а кромѣ того его имѣнія расположены -- какъ скромно упоминаетъ онъ -- "въ разныхъ губерніяхъ". Помимо лѣсовъ и пашенъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ владѣетъ чугунноплавильными и желѣзодѣлательными заводами, соляными промыслами, каменноугольными копями, минеральными водами... Не мало находится въ его обладаніи и городскихъ имуществъ: въ Петербургѣ, напримѣръ, ему принадлежитъ цѣлый рядъ домовъ на лучшихъ улицахъ; его дворецъ въ Римѣ -- тоже величина довольно замѣтная... Словомъ, это -- очень крупная особа въ нашемъ народнохозяйственномъ мірѣ. Такой особѣ, казалось бы, впору успѣвать считать только собственные доходы. Но...

Не знаю, завистью-ль ее лукавый мучилъ,

Иль, можетъ быть, ей рыбный столъ наскучилъ,

-- но только вздумалъ князь Абамелекъ-Лазаревъ подсчитать и крестьянскіе прибытки. И вотъ сталъ онъ прикидывать:

"Въ самомъ началѣ своего царствованія, именно въ 1882 г., въ Бозѣ почившій Государь Александръ Третій уничтожилъ подушную подать, что составило облегченіе податей крестьянъ приблизительно въ 90 (девяносто) милліоновъ рублей.

"Нынѣ благополучно царствующій Государь Императоръ при своемъ воцареніи простилъ крестьянамъ продовольственныхъ ссудъ; 14 ноября 1894 года на сорокъ четыре (44) милліона рублей и 11 августа 1904 года пятьдесятъ одинъ (51) милліонъ рублей. Манифестами своими 11 августа 1904 года и 3 ноября 1905 годаГ государь простилъ крестьянамъ платимые ими въ годъ восемьдесятъ семь (87) милліоновъ рублей выкупныхъ платежей, и простилъ крестьянамъ ихъ выкупной долгъ, оставшійся на нихъ къ 1905 году, приблизительно въ (800) восемьсотъ милліоновъ рублей".

Чтобы не было ошибки, кн. Абамелекъ-Лазаревъ выписалъ всѣ эти милліоны не только цифрами, но и прописью {Надо однако сказать, что отъ ошибокъ онъ все-таки не уберегся. Напримѣръ, подушная подать никогда не достигала не только 90, но и 60 милл. рублей. Такимъ образомъ это "облегченіе", которое крестьяне получили при Александрѣ III, кн. Абамелекъ-Лазаревъ увеличилъ болѣе чѣмъ въ 1 1/2 раза, и при этомъ, конечно, совсѣмъ упустилъ изъ виду, что для государственныхъ крестьянъ отмѣна пазушной подати сопровождалась увеличеніемъ почти на ту же сумму ихъ оброчной подати, переименованной по этому случаю въ выкупные платежи. Не замѣтилъ князь-милліонеръ и того, что "прощеніе" -- сначала "выкупныхъ платежей", а потомъ еще и "выкупного долга"-- онъ записалъ дважды.}. А потомъ подвелъ итогъ:

"Ни одинъ изъ царствовавшихъ нашихъ Государей не сдѣлалъ столько для крестьянъ, какъ Государь Императоръ Николай Александровичъ"..

Противъ этого спорить, конечно, нельзя... Но одно сказать все-таки можно: крестьянскіе прибытки кн. Абамелекъ-Лазаревъ считалъ, какъ шталмейстеръ (таково его придворное званіе). Сами крестьяне подсчитали бы тѣ же статьи совсѣмъ иначе,-- не въ приходѣ, а въ расходѣ, и цифры у нихъ получились бы много крупнѣе, Въ самомъ дѣлѣ: прежде чѣмъ подушная подать была "уничтожена", они уплатили вѣдь подушныхъ сборовъ, считая только съ 1861 г. болѣе милліарда; и прежде, чѣмъ выкупной долгъ имъ былъ "прощенъ", они внесли выкупныхъ платежей 2 1/2 милліарда, а если подсчитать и оброки, какіе до выхода на выкупъ они платили вату же, землю казнѣ и помѣщикамъ, то весь ихъ расходъ на этотъ предметъ съ 1861 г. составитъ около 4 милліардовъ. Въ частности, бывшіе помѣщичьи крестьяне за отведенную имъ землю, которая во время освобожденія по рыночнымъ цѣнамъ стоила 643 милл. руб., уплатили около 2 милліардовъ. Такъ "обогащались" крестьяне...

Впрочемъ, и кн. Абамелекъ-Лазаревъ знаетъ, что отъ "всѣхъ вышеуказанныхъ щедротъ" они не очень обогатились, "Положеніе ихъ, несмотря на всѣ эти льготы и облегченія податей, мало. улучшалось", И со стороны князя это была только, присказка; подлинная же исторія крестьянскаго обогащенія начинается дольше.

Въ послѣдніе годы на крестьянство излитъ новый потокъ милостей. "Правительство не ограничилось лишь изданіемъ новыхъ законовъ, но пошло на огромныя денежныя затраты". "Началось исполинское дѣло землеустройства". "Теперь, при новыхъ законахъ и при щедрой денежной помощи казны, трудолюбивый и трезвый хозяинъ можетъ сдѣлаться самостоятельнымъ, "зажиточнымъ хуторяниномъ". И де тѣмъ еще можетъ сдѣлаться! Но объ этомъ дальше...

Князю Абамелекъ-Лазареву, по его словамъ, "пришлось уже видѣть отдѣльные неудачные опыты хуторского, разселенія, слышатъ о немъ отъ народа неблагопріятные отзывы". Но это, очевидно, мало его трогало. Когда же въ прошломъ году онъ посѣтилъ свое орловское имѣніе, расположенное около ст. Зміевка, то сразу воодушевился...

"Поразительны -- пишетъ онъ -- результаты, видѣнные мною... Хозяйство зміевскихъ хуторянъ стало ихъ обогащать... Таково было мое личное впечатлѣніе и я задался цѣлью провѣрить его и доказать все вышеизложенное неопровержимыми цифрами, почерпнутыми изъ данныхъ хозяйствъ хуторянъ".

Задумано -- сдѣлано. Поставивъ цѣль, кн. Абамелекъ-Лазаревъ поручилъ агроному Орловской землеустроительной комиссіи П. Н. Тарасенко произвести надлежащее изслѣдованіе. По данному ему "плану" г. Тарасенко составилъ "денежный и матеріальный отчетъ" по семи хуторамъ, "взятымъ наугадъ",-- по словамъ г. Абамелекъ-Лазарева. Изслѣдованіе не очень обширное, но зато самое обстоятельное и точное. "Каждый, кто не повѣритъ тому, что изложено далѣе, можетъ отправиться и разспросить поименованныхъ хуторянъ",-- предупреждаетъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ.

Но, можетъ быть, ѣхать и не понадобится... "Послушаемъ, что о нихъ пишетъ агрономъ Павелъ Николаевичъ Тарасенко"... Вотъ хуторянинъ Кулешовъ,-- его имя первымъ стоитъ въ "Оводѣ отчетовъ".. Воспроизведу изъ этой) "Свода" свѣдѣнія о бюджетѣ Кулешова съ буквальною точностью.

Надо сказать, что въ семьѣ Кулешова пять душъ; всѣхъ. ихъ надо прокормить, одѣть, обуть. И скотинка у него есть: лошадь, корова, овцы,-- ихъ тоже нужно просодержать. Наконецъ, и землю вѣдь нужно обсѣменить... Оставимъ даже въ сторонѣ 1910 годъ -- годъ переселенія; возьмемъ 1911 и 1912 годы со всѣми ихъ приходами. Если бы Кулешовъ оставался въ общинѣ, то при бюджетѣ въ 200 р. онъ, вѣроятно, жилъ бы впроголодь и, пожалуй, еще продалъ бы послѣднюю лошаденку, чтобы обернуться; а на хуторѣ -- у него больше 150 р. "осталось свободныхъ средствъ на улучшеніе хозяйства". Прямо поразиться вѣдь можно этою способностью хуторянъ къ обогащенію. Во всякомъ случаѣ, не мѣшаетъ къ ней присмотрѣться...

Въ 1911 году Кулешовъ оставилъ "на свои нужды" -- на "обсѣмененіе и продовольствіе":

Ржи 80 пуд. на 64 руб.

Картофеля 120 " 24 "

Гречи 20 " 12 "

Конопли 4 " 5 "

Итого, какъ сказано, на 105 руб. "Сыты будемъ!" -- очевидно, рѣшилъ онъ. Но потомъ резонно разсудилъ: зачѣмъ хуторянину ѣсть кашу, да еще съ масломъ? И въ слѣдующемъ году ни гречи, ни конопли "на свои нужды" онъ уже не оставилъ. Зато про савраску вспомнилъ и на ея долю оставилъ 60 пуд. клевера и 24 пуда овса. Возвращаясь послѣ этого съ работы онъ -- нужно думать -- говорилъ женѣ:

-- Ну и безъ щей поснѣдаю я, грѣшный.

Ты овсеца бы савраскѣ дала...

Въ слѣдующемъ году онъ, пожалуй, и дальше этотъ хорошо знакомый русскому крестьянину мотивъ вспомнилъ:

-- Ну и безъ хлѣба улягусь я, грѣшный.

Кинь подъ савраску соломки, жена!

Другихъ нуждъ, кромѣ "обсѣмененія и продовольствія", у Кулешова, очевидно, не было. Отъ остальныхъ потребностей онъ, нужно думать, отказался съ перваго же года хуторской жизни. Какъ и подобаетъ добропорядочному хуторянину, ни одного стакана водки на все отчетное время онъ не выпилъ. Но и Богу -- это, пожалуй, уже не хорошо -- ни одной свѣчки не поставилъ, даже на исповѣдь къ попу не ходилъ и къ себѣ образовъ не принималъ (на все это нужны вѣдь деньги). Никакихъ податей съ Кулешова почему-то не требовали. Спать онъ ложился, должно быть, съ солнцемъ, -- расхода на керосинъ у него г. Тарасенко не зарегистрировалъ, а свѣтецъ, чтобы лучину жечь, какъ намъ доподлинно извѣстно, еще его отцомъ былъ заброшенъ. На обувь и на одежду Кулешовъ, за все время хуторской жизни тоже не израсходовалъ ни копейки: нужно думать, старье донашивали или босикомъ и нагишомъ ходили: на хуторѣ вѣдь не стыдно, кто ихъ тамъ увидитъ! Даже дегтя, чтобы телѣгу смазать, даже соли, чтобы хлѣбъ посыпать, Кулешовъ не покупалъ. Отъ всего отказался... И только "свободныя средства на улучшеніе хозяйства" откладывалъ.

Интересно бы поговорить съ такимъ хуторяниномъ, разспросить, какъ онъ себя чувствуетъ... Но отправиться къ нему на хуторъ, хотя кн. Абамелекъ-Лазаревъ и приглашаетъ, я не рѣшаюсь. Не того я боюсь, что Кулешовская семья не вынесла такой жизни и вся уже повымерла, и даже не того, что она совсѣмъ одичала. Я опасаюсь другого. Какъ пріѣдешь, да начнешь разспрашивать:

-- Правда ли, что зимою вы вмѣстѣ съ солнцемъ спать ложитесь?

-- Неужели нагишомъ ходите?

-- Сказываютъ, что будто вы на немазанной телѣгъ ѣздите?

-- Слышно вотъ тоже, будто на соль денегъ жалѣете, безъ соли ѣдите?

Пожалуй, люди добрые глаза вылупятъ и на смѣхъ подымутъ, а то и хуже -- за сумасшедшаго примутъ.

Вѣроятно, Кулешовская семья какъ-нибудь перебивается на своемъ хуторѣ, нагишомъ не ходитъ и въ соли себѣ не отказываетъ]. Можетъ быть, даже недурно живетъ, такъ какъ, видимо, пользуется благорасположеніемъ землеустроителей. Послѣдніе на хуторѣ Кулешова даже ягодный питомникъ устроили, -- земляники ему насадили, смородины, малины... Можетъ быть, онъ даже чай съ малиновымъ вареньемъ пьетъ. Несомнѣнно одно: того, что написано про него въ изданіи кн. Абамелекъ-Лазарева, я не увижу.

Сразу вѣдь видно, что дѣло не въ Кулешовѣ, а въ Павлѣ Николаевичѣ Тарасенко, не въ хуторянинѣ, а въ изслѣдователѣ. Это онъ опредѣлялъ, сколько у Кулешова "осталось свободныхъ средствъ на улучшеніе хозяйства", это онъ упразднилъ у Кулешовской семьи чуть не всѣ потребности и оставилъ только одну страсть къ обогащенію. Надо сказать, что съ Кулешовыми онъ еще милостиво поступилъ. Другіе хуторяне, случалось, у него и безъ хлѣба жили,-- все богатѣли. Напримѣръ, у хуторянина Гаврилина посѣвы въ 1910 году были повреждены градомъ, и г. Тарасенко такой ему бюджетъ вывелъ:

На хуторѣ въ 11 дес. имѣетъ: 1910 годъ

прихода отъ урожая 208 р. 10 к.

прочихъ приходовъ 56 " -- "

Всего прихода 264 р. 10 к.

Изъ которыхъ суммъ:

оставлено на свои нужды 126 р. 10 к.

осталось свободныхъ на улучшеніе хозяйства 138 " -- "

А у Гаврилина, надо сказать, семья въ 14 душъ. И ничего, на 126 руб. всѣ прожили, даже меньше. "На свои нужды" г. Тарасенко оставилъ въ этомъ году Гаврилину:

Овса 42 пуд. на 23 р. 10 коп.

Вики 30 " " 30 " -- "

Виковаго сѣна 50 " " 15 " -- "

Картофеля 200 " " 40 " -- "

Гречи 30 " " 18 " -- "

Овесъ, вика, сѣно -- это для скота, конечно, а для людей -- картофель и греча. Такимъ образомъ содержаніе. въ теченіе цѣлаго года 14 душъ, если вѣрить изслѣдованію г. Тарасенко, обошлось въ 58 руб. Кашу, хотя и безъ масла, Гаврилинская семья ѣла, а ржаного хлѣба такъ цѣлый годъ и не видѣла. Надо сказать, что рожь у Гаврилина была начисто выбита градомъ. Ну, вотъ г. Тарасенко и разсудилъ: не покупать же ее, въ самомъ дѣлѣ? На сѣмена онѣ еще отпустилъ ссуду, но люди покупного хлѣба, по его наслѣдованію, такъ и не ѣли.

Вообще, собирая для кн. Абамелекъ-Лазарева "безспорныя цифры", г. Тарасенко держался такого правила: ничего для личныхъ своихъ потребностей хуторяне не, покупаютъ; если же они что продадутъ, то всѣ вырученныя деньги обязательно идутъ "на улучшеніе хозяйства". Поэтому онъ и упразднилъ почти всѣ крестьянскія потребности, Иначе вѣдь хуторяне и не богатѣли бы такъ быстро.

Были, повидимому, у г. Тарасенко, и еще правила, которыми онъ руководился, производя порученное ему изслѣдованіе, Напримѣръ: крестьянская свинья отъ "казеннаго хряка" приноситъ, не меньше, какъ десять поросятъ (у нѣкоторыхъ до 20), и какихъ поросятъ!-- всѣ, какъ одинъ, трехрублевые. Впрочемъ, нѣтъ правила безъ исключенія: у одного хуторянина всѣ поросята оказались, какъ одинъ, четырехрублевые. Было еще у г. Тарасенко такое правило; живя въ общинѣ, крестьяне ничего кромѣ ржи и овса не сѣютъ, такъ что даже картофель, напримѣръ, начинаютъ садить, только выселившись на хуторъ. У этого правила не оказалось даже исключенія. {Этимъ правиломъ г. Тарасенко руководился, сравнивая доходы хуторянъ съ тѣмъ, что они получили бы за тѣ же годы, живя въ общинѣ. Само собой понятно, что кромѣ доходовъ отъ ржи и овса (наименѣе доходнаго изъ всѣхъ яровыхъ растеній) они, оставаясь въ общинѣ, никакихъ другихъ приходовъ, по его отсчетамъ, не имѣли бы.}

Но обо всѣхъ этихъ правилахъ можно только догадываться. Главное же, кромѣ правилъ г. Тарасенко, собирая "безспорныя цифры", руководился, повидимому, еще и вдохновеніемъ, -- иначе трудно объяснить нѣкоторыя удивительныя вещи, которыя онъ зарегистрировалъ при изслѣдованіи. Напримѣръ, у вышеупомянутаго Кулешова въ 1911 году овса въ посѣвѣ совсѣмъ не было, а клеверъ по овсу въ этомъ году онъ все-таки ухитрился посѣять. И -- что удивительнѣе всего -- на слѣдующій годъ клеверъ у вето дѣйствительно въ паровомъ полѣ уродился...

Много ли вдохновенія внесъ г: Тарасенко въ собранныя имъ цифры,-- сказать трудно. Но что вдохновляться онъ можетъ,-- это несомнѣнно. Заканчивая описаніе Кудошовскаго хутора въ 5 дес., онъ воодушевился и началъ доказывать, что при большой семьѣ маленькій хуторъ гораздо лучше большого,

"Если хуторъ малъ, а семья велика, то на части; его земель надо завести культуру дорогихъ растеній; требующихъ затраты не капитала, но очень много труда; тогда при работѣ семьи (безъ наемныхъ рабочихъ) получается отъ малыхъ площадей огромный доходъ. Если недалеко желѣзная дорога, то, сажая смородину или землянику, можно получить до 50 коп. съ сажени, т. е. 1.200 р. чистаго дохода съ десятины"...

Птицеводство вотъ тоже очень выгодно (когда "куренка выпустить некуда"). "На пяти десятинахъ можно при правильной постановкѣ дѣла получать отъ птицеводства до пяти тысячъ рублей дохода, т. е. тысячу рублей съ десятины. Если же участки велики, то семья безъ наемнаго труда не можетъ обойтись"...

И тогда, очевидно, такого большого дохода ни за что не подучишь... Но у Кулешова участокъ маленькій, какъ разъ 5 десятинъ; желѣзная дорога недалеко, всего въ 2 верстахъ; "средствъ на улучшеніе хозяйства" онъ скопилъ уже немало и курами, нужно думать, обзавелся; во Всякомъ случаѣ смородина съ земляникой у него уже посажены... Къ сожалѣнію, они посажены въ 1912 году а на этомъ годѣ какъ разъ обрывается изслѣдованіе. Нужно думать, что въ нынѣшнемъ году Кулешовъ получитъ 5--6 тысячъ дохода,-- такъ вѣдь оно должно быть по правиламъ и вдохновенію...

Провѣрять распросами у хуторянъ такіе "правильные" и "вдохновенные". отчеты, конечно, незачѣмъ. Главное въ этихъ отчетахъ принадлежитъ не хуторянамъ, а агроному землеустроительной комиссіи. Впрочемъ, въ нихъ и князя Абамелекъ-Лазарева капля меду, повидимому, есть. Можетъ быть, даже не капля... Беру отчетъ, по хутору Шелепина за 1912 годъ.

Всего прихода 1.114 р.

Изъ которыхъ суммъ:

оставлено на свои нужды 245 р. 50 к.

осталось свободныхъ средствъ на улучшеніе хозяйства 868 " 50 "

Крестьянинъ, имѣющій 10 дес., въ одинъ годъ затратилъ на улучшеніе хозяйства 868 р. 50 к.! Имѣя передъ собою такіе "безспорныя цифры", каждый долженъ согласиться и съ общимъ выводомъ, къ которому пришелъ издатель: "За удовлетвореніемъ всѣхъ нуждъ хуторянъ чистый денежный остатокъ хуторянъ часто выше, чѣмъ валовой сборъ общинниковъ при трехпольѣ". Но мы уже знаемъ, что, поскольку дѣло касается "удовлетвореніи всѣхъ нуждъ хуторянъ", цифры г. Тарасенко никакъ нельзя считать безпорными. Не безспорны онѣ и по Шелевинскому хутору: какъ и Гаврилинъ, Шелепинъ будто бы прожилъ этотъ годъ безъ хлѣба,-- по тому, видяте ли, случаю, что рожь у него была побита градомъ, а потомъ и та, что онъ собралъ, была уничтожена пожаромъ. Прожилъ -- и живъ остался... При всемъ уваженіи къ г. Тарасовку повѣрить этому мы никакъ не можемъ. Но зато безспорна, конечно, цифра прихода: 1114 руб. съ 10 десятинъ въ годъ при градобитіи и пожарѣ! Не дурно!.. Какъ однако получилась Ста цифра? А вотъ какъ:

Прихода отъ урожая (въ томъ числѣ и ржи) 675 руб.

Сгорѣло (въ томъ числѣ и рожь) на 230 "

Прочихъ-приходовъ 209 "

Всего прихода 1.114 "

Это, я думаю, уже княжеская статистика! Не можетъ быть, чтобы агрономъ самъ до этого додумался: пожарные убытки причислить къ доходамъ. А кн. Абамедекъ-Лазаревъ, какъ мы видѣли, именно такъ крестьянскіе прибытки считаетъ,-- "какъ шталмейстеръ"... Такая ужъ у него система. Можетъ быть, и "планъ" для изслѣдованія онъ такой составилъ: ежели окажутся убытки отъ градобитія и пожара, то обращать ихъ на "улучшеніе хозяйства". Ну г. Тарасенко по этому плану и дѣйствовалъ...

Вотъ "какъ богатѣютъ на хуторахъ"!... "Мало того,-- пишетъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ: -- какъ уже представляются отдѣльные примѣры, хуторянинъ на свободные остатки денегъ (напримѣръ, отъ пожаровъ и градобитій? А. П.) можетъ увеличивать свой участокъ прикупкою земли, если рабочія силы семьи это позволяютъ. Если же, сверхъ сего, хуторянинъ пріобрѣтаетъ все больше и больше земли и употребляетъ все больше и больше наемнаго труда, то хуторянинъ изъ земледѣльца превратиться въ мелкаго землевладѣльца". А потомъ -- Богъ дастъ -- и въ крупнаго, даже въ архимилліонера, вродѣ кн. Абамелекъ-Лазарева.

Или не стоитъ? Вѣдь тогда по 1000 руб. съ десятины чистаго дохода ни за что не получишь...

Какъ бы то ни было, авось, мужички, для которыхъ, судя по стилю, предназначено изданіе кн. Абамелекъ-Лазарева, въ богатства, которыя ихъ ждутъ на хуторахъ, повѣрятъ и завидовать княжескимъ милліонамъ перестанутъ...


-----


А возможно вѣдь, что зміевскіе хуторяне дѣйствительно богатѣютъ... Ну, хотя бы потому, какъ объясняетъ кн. Абамелекъ-Лазаревъ, "что дѣло землеустройства ведется тамъ помѣщиками -- хорошими хозяевами (что не всегда одно и то же), а дѣло улучшенія способовъ хозяйства агрономами, не сошедшими только что со школьной скамьи, а прошедшими трудное испытаніе долговременной частной службы на отвѣтственныхъ должностяхъ, въ хорошихъ экономіяхъ". Если не этотъ, то, быть можетъ, какой другой секретъ обогащенія крестьянъ найденъ. Получить надежныя свѣдѣнія объ этомъ мы были бы несказанно рады. Но, видно, подождать придется!...

Положиться на княжескія "безспорныя цифры" никакъ нельзя. Да и не дѣло архимилліонера, какъ я думаю, подсчитывать крестьянскія богатства, и напрасно онъ за это брался. Сидѣлъ бы себѣ и отрѣзывалъ купоны... Ну, а если купонное занятіе ему дѣйствительно наскучило, или патріотическій зудъ одолѣлъ, либо прославиться князь захотѣлъ, то имѣются вѣдь другія дѣла, для милліонерской души болѣе подходящія.

Есть такія дѣла и у кн. Абамелекъ-Лазарева. Учредилъ онъ, напримѣръ, "романовскій призъ",-- пообѣщалъ 10.000 рублей тому, кто слетаетъ въ одни сутки изъ Петербурга въ Москву и вернётся обратно,-- только условіе поставилъ, чтобы это былъ непремѣнно русскій (какъ патріотъ, князь поощрять иностранцевъ, конечно, не желаетъ). Возможно, что княжескія деньги такъ при князѣ и останутся. Но результаты уже имѣются. Два авіатора въ погонѣ за обѣщаннымъ призомъ уже сломали свои аппараты -- доставивъ тѣмъ самымъ немалое развлеченіе газетнымъ читателямъ (вѣроятно, и учредителю приза). Имя кн. Абамелекъ-Лазарева, можно сказать; не сходитъ съ газетныхъ столбцовъ, и слава ему такимъ образомъ обезпечена. Отечество тоже пользу получитъ,-- число подданныхъ русскаго царя, какъ слышно, увеличится: авіаторъ Габеръ-Влынскій, чтобы получить право на оспариваніе "романовскаго приза", уже заявилъ желаніе перейти изъ австрійскаго подданства въ русское...

Вотъ это занятіе -- учрежденіе патріотическихъ призовъ -- для архимилліонера вполнѣ подходящее: не очень раззорительное, совсѣмъ не утомительное и вполнѣ душеспасительное...

А составлять и издавать статистическіе труды по аграрному вопросу -- дѣло сложное и трудное. И утруждать себя имъ кн. Абамелекъ-Лазареву, право, не стоило.


А. Пѣшехоновъ.


"Русское Богатство", No 7, 1913