# Шиитство

Агафангел Ефимович Крымский

Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.

Шиитство или шиизм -- после суннизма наиболее распространенная ветвь мусульманства, которая, впрочем, сектантски религиозный характер приняла только постепенно, а первоначально была просто одной из четырех политических партий, существовавших во времена Омейядов. Правительственную и господствующую партию составляли сторонники Омейядов, признававшие, что имамат (верховенство в халифате) по праву принадлежит Омейядам; против этого спорили, каждая в свою пользу, мединская партия (сподвижники пророка и антихалиф ибн-Зобейр), хариджиты (требовавшие имамата избирательного) и шииты, стоявшие за то, чтобы имамат, или халифские права, наследственно сохранялись в династии самого пророка Мухаммеда, т. е. в роду Али. Следовательно, принадлежать к Ш. означало сперва быть приверженцем Алидов, и понятие "Ш." не вызывало ни в ком мысли о неправоверии или уклонении от догматов общепринятого, официального мусульманства. Такие случаи, как (при Османе) провозглашение Али -- египетским обращенным евреем Абдаллахом ибн-Сабой -- живым воплощением Божества, были на первых порах исключительными. Слово "Ш." (mî'a) по-арабски значит "дружина", "пособники"; среди новейших ориенталистов существует, впрочем, наклонность выводить название Ш. от предполагаемого греч. слова σχὶα [Того же корня, что σχιζω -- раскалываю, σχισμα -- раскол].

В настоящее время Ш. исповедуется лишь в очень немногих местах помимо Персии (так, среди арабов Йемена со II в. ислама до наших времен держится Ш. толка зейдитского); главным же образом это -- религия Персии, где ее исповедуют и иранцы, и фанатичные иранские тюрки, а также религия персов русского Закавказья и английской (бывшей великомогольской) Индии; в Индии живет также глава радикальной шиитской секты исмаилитов, имеющей много тайных последователей среди горных таджиков русской Средней Азии и племени хезаре и некоторых других в Афганистане (где официальное господство имеет суннизм).

Склоняться к Ш. персы стали с I же века хиджры, пользуясь им как средством протеста против существующего арабского (тогда омейядского) правительства, да и вообще против арабской нации победителей. Еще шииты-персы, собравшиеся вокруг Мохтâра (685--687) для борьбы против Омейядов и Зобейритов, воспользовались предлогом мести убийцам Хосейна (Гусейна), чтобы, при взятии столицы Ирака Куфы, истребить множество арабов. Массовый прилив персидского элемента в ряды Ш. начался, собственно, после поражения Мохтâра, когда шииты, подобно Зобейритам и отчасти хариджитам, были усмирены деятельным омейядским халифом Абдальмаликом и вытеснены из Месопотамии на чисто персидскую почву, в Хорасан. Здесь, на далекой окраине, усвоенное местными персами Ш. (т. е. приверженность к Алидам) прониклось у многих из них в течение второй половины царствования династии Омейядов разными воззрениями доисламской религии Ирана (учением о воплощении Божества в человеке, о грядущем Мессии -- махди и т. п.). Спорадически высказанная уже раньше боговоплотительная ересь Абдаллаха ибн-Сабы, имамопоклонная ересь Кайсâна и др., до тех пор в западной половине халифата находившие очень мало последователей, здесь, среди массы хорасанских шиитов, развились в целые секты, с множеством адептов. Тем не менее даже в Хорасане не все еще шииты приняли тогда вместо политической окраски религиозную персидско-еретическую. В остальных частях халифата Ш. и подавно оставалось еще течением не специально-персидским, а политическим общеарабским или, вернее, общехалифатским, и такого своего характера оно не могло окончательно потерять до тех пор, пока продолжал существовать арабский халифат. Историю Ш. в I в. хиджры, при Омейядах, и неожиданное официальное его возвышение при святоше Омаре II (717--720) -- см. Омейяды. Из числа первых (могущественных) халифов аббасидских некоторые относились к Ш. очень благосклонно, особенно известный друг персов аль-Мамун (813--833), а среди населения персидских провинций халифата Ш. все больше и больше делалось любимым вероисповеданием, причем по-прежнему вырабатывало из себя и при Аббасидах разнообразные ветви -- и политические, и религиозные. Политические разветвления появлялись вследствие разногласия между шиитами по поводу того, кто из самих Алидов наиболее имеет прав на имамат; преобладающая часть шиитов признавала такое право за прямым потомством Али по Хосейну с уклонением имамских прав, после 7-го потомка, в сторону младшей линии (а так как эта цепь потомков прекратилась, около 873 г., на 12-м имаме, то такие шииты, составляющие и теперь огромное большинство и чтящие память 12 имамов, называются "двунадесятники", "иснаашариййе"); другие стояли за принадлежность имамата потомству старшего сына Али -- Хасана; третьи находили, что в потомстве Хосейна 7-м имамом должен считаться не младший брат и преемниками не его дети, а старший, Исмаил, со своими детьми (отсюда имя этих шиитов -- "исмаилиты") и т. д. По отношению к воззрениям собственно-религиозным одни тогдашние шииты (например, зейдиты) оставались довольно близкими к суннитам; другие, менее умеренные, не ограничивались признанием исключительных прав Али на халифат и воззрением на трех первых халифов, как на узурпаторов, но отвергали вместе с тем и ту общемусульманскую сунну, которая возводилась ко временам и к авторитету первых трех халифов и содержалась в сборнике Малика и других уважаемых всеми мусульманами хранителей преданий; у некоторых же, наиболее крайних ("голâт"), продолжали еще больше, чем при Омейядах, прививаться к мусульманству разные вольнодумные и еретические зороастрийские и индо-персидские догматы. Такие, особенно радикальные, шииты организовали на своих иранских окраинах даже восстания против Аббасидов, как это сделал хорасанский чудотворец Моканна (убит в 779 г.) при Махоие и азербайджанец Бабек (казнен в 837 г.) при Мамуне и Мотасыме. В течение IX века, когда в халифате происходил распад, в некоторых его пунктах достигли политической власти и потомки Али: сперва одна ветвь, еще в конце VIII века, утвердилась среди берберов в северной Африке, в Марокко (идрисиды, 788--985); потом другая ветвь, давно уже укрывавшаяся в прикаспийских провинциях, основала там и политическое княжество (табаристанские Алиды, 864--928, в Гиляне и Дейлеме -- еще дольше); третья ветвь Алидов, ставшая во главе шиитов зейдитского толка, приобрела власть в Йемене (имамы-рассиды и их потомки, 893--1872). Между тем шиитская ветвь исмаилитов (см.), до тех пор ничем не выделявшаяся и мало чем (кроме вопроса об Исмаиле) отличавшаяся от обыкновенных "двунадесятников", получила (около 864) новую, хитрую и радикальную организацию и быстро сделалась могущественной политической силой в Передней Азии (карматы, см.); при ее содействии в начале X в. был основан шиитский фатимидский халифат, который к 969 г. стал простираться от Атлантического океана до Сирии и (991) Евфрата. Багдад (с 945 г.), вместе с его бессильным аббасидским суннитским халифом, находился в то время в руках султанов-буидов, которым принадлежала и западная половина Персии и которые явно исповедовали Ш.; по соизволению одного из буидов, на дверях багдадских мечетей в 961 г. начертано было проклятие против обидчиков Али; там же в Багдаде слезно и торжественно, ради демонстрации против суннитов, стали справлять во время месяца мохаррема годовщину страстей дома Али. Таким образом, между X--XI вв. Ш. имело официальный перевес в значительной части мусульманского мира, кроме восточной половины Ирана, где Махмуд Газневидский подвергал его гонению, и Кордовского халифата, где сохранял свои права суннизм. Около середины XI века водворением тюрков-сельджуков было восстановлено торжество суннизма в Азии, а в 1169 г. Салах-эд-Дином был ниспровергнут ненавистный для багдадских халифов египетский халифат фатимидский и отменено в нем Ш.; но и Салах-эд-Дин не мог ничего поделать против новой исмаилитской секты ассасинов, которая возникла при Сельджукидах, утвердилась на Каспийском море и в Сирии и Ливане и достигла таинственного, сказочного могущества. Монголы, совершившие нашествие с Хулагу-ханом, сокрушили и разорили крепости ассасинов (1256). Для обыкновенного, нерадикального Ш. владычество терпимых монголов оказалось, однако, благоприятным; к началу XIV в. хулагиды обратились в ислам, и через несколько лет хулагид Олцзайту (иначе Мохаммед Xoäâ-бендé, 1304--1316) принял Ш. в качестве государственного персидского исповедания, первый из государей всей Персии (буиды владели только ее частью). После Олцзайту, когда Иран распался вследствие междоусобий, Ш. было оттеснено удельными правительствами на задний план; только с воцарением династии Сефевидов (1499), возводившей свой род к одному из 12 имамов, оно окончательно было объявлено государственным исповеданием вновь восстановленной персидской державы и остается таким до наших дней. Официально принято было Ш. "двунадесятников", а не исмаилитов, которые с тех пор хранят свою веру в тайне. О Ш. при Сефевидах -- см. Персия.

Наступившая при Сефевидах бюрократизация Ш. и постоянная борьба Персии с соседними тюрками-суннитами (османами и узбеками) обратила официальное Ш. в клерикальную и нетерпимую религию, чуждую прежнего вольнодумства; однако искренне предан этому новому Ш. только иранизованный тюркский элемент, а значительное количество природных персов находит душевное успокоение в суфизме (см.) и бабизме (см.), кое-кто в исмаилитстве; жители же Курдистана, Луристана, Кирмана и др. мест северо-западной Персии считаются шиитами только внешне, а на самом деле обычно принадлежат к тайной секте "ахл-и хакк" или "людей истины" (происхождения, вероятно, радикально-исмаилитского и не без влияния ереси Абдаллаха ибн-Сабы), которая верует в периодические воплощения Божества и известна у правоверных шиитов под именем "Алиилахи", т. е. "обоготворителей Али", -- название это, однако, неправильно, потому что Али у "людей истины" есть не более чем одно из прежних воплощений Бога, смененное дальнейшими воплощениями. Боготворителями Али скорее можно назвать обыкновенных шиитов, по крайней мере, народную массу; да и все шииты вообще ставят Али очень высоко, выше самого Мохаммеда, и считают посещение могил 12 имамов за такой же хадж, как и путешествие в Мекку. Ненависть к памяти первых трех халифов, особенно Омара, внедрена в шиитов с невероятной силой и исступленно проявляется в страстное десятодневие ("ашура") месяца мохаррема, когда, в воспоминание страстей дома Алиева, происходят мистерии "теазие" и на Омара изливаются ожесточенные проклятия и сочиняются самые непристойные пасквили. Если исключить это преклонение перед Али и 12 имамами и изуверскую ненависть к памяти первых трех халифов, то серьезных отличий между шиитами и суннитами не окажется вовсе (оставляя в стороне мистиков-суфиев, бабидов, исмаилитов, "людей истины"). Даже в обрядах нет существенной разницы: она в этом отношении не больше, чем между христианством православным и римско-католическим. Догматика, в основе своей, одна и та же; только учение о предопределении не получило у шиитов того фаталистического толкования, какое ему придано в современном суннизме. Пять столпов ислама одинаково признаются и Ш., и суннитами; только со времен Сефевидов предпочитается пилигримство в Кербелу, где погиб имам Хосейн, и к гробницам прочих имамов, а не в Мекку, где шииты часто подвергаются оскорблениям от турок. Отвергая сунну и хадисы четырех правоверных школ суннитских (ханифитов, шафиитов и проч.), шииты для обоснования своего богословия и юриспруденции (шиитского фыкха) опираются на свои собственные хадисы и свою сунну, которые, однако, значительно менее достоверны и носят следы более явной, более поздней и более фантастической подделки, чем хадисы и сунна, легшие в основу богословия и фыкха суннитских школ. Старейшие шиитские сочинения мы имеем от III в. хиджры = IX в. после Р. Х. (см. Броккельманн, "Gesch. d. arab. Litt.", I, 185--186); их сохранилось крайне мало, даже от вв. IV--V, а было несравненно больше, как видно из перечня Тусия ("Tusys List of Shy'ah books and Alam al-Hoda's notes on Shy'ah biography", ed. by "Bibliotheca Indica", Калькутта, 1853--1855).

Литература. Г. ван Флотен (van Vloten), "Recherches sur la domination arabe, le chiitisme et les croyances méssianiques sous le khalifat des Omayades" (Амстердам, 1894); Э. Браун (Brown), "A literary history of Persia" (т. I, Л., 1902, стр. 220--247); Ст. Гюйяр, предисловие к "Un grand maître des Assassins" ("Journal Asiat.", 1887); A. ф. Кремер, "Gesch. d. herrsch. Ideen des Isl." (Лейпциг, 1868, ч. III, 372 и сл.); И. Гольдциэр, "Muhamm. Studien" (Галле, 1890, т. II, 110 и сл.) и "Beiträge zur Litt.-Gesch. d. Šî'a" (в "Sitz.-Ber. d. Wiener Ak.", 1874, т. 78, 439 и сл.); отчасти Г. Дюга, "Hist. des philos. et des théol. mus." (П., 1878, 29--36). О современном положении Ш. см. Дж. Малькольм, "Hist. of Persia" (Л., 1815, т. II; французский перевод, т. IV); Гобино, "Trois ans en Asie" (П., 1857); Дози, "Essai sur l'hist. de l'isl.", последняя глава (Лейден, 1879); Уильз, "Современная Персия" (СПб., 1887; есть более позднее английское изд.); Кёрзон, "Persia" (Л., 1892); вообще много др. сочинений о Персии (см.). О шиитском праве -- сочинение Керри (см. Право мусульман). Об особенностях ислама в Индии -- сочинение Гарсена де Тасси. По-русски: А. Мюллер, "История ислама" (т. III, СПб., 1896); А. Крымский, "История арабов" (М., 1903, 196--198, 203--224), "Мусульманство" (M., 1899) и "История Персии" (печ.); А. Смирнов, "О расколе шиитов и исмаилитов в особенности" ("Ученые Записки Императорского казанского университета", 1846, кн. 1, стр. 79--180); "Шераиуль-ислям, или Законы мусульман шиитского исповедания". Вып. I. "О торговле и залоге" шейха Абуль-Гкасима аль-Мухагкыг (СПб., 1862, изд. II отд. канцелярии Его Императорского Величества); Н. Ханыков, "О духовном управлении в Персии" ("Кавказ", 1849, No 15); Н. Ив--ский, "О религии и администрации в Персии" ("Петербургская Газета", 1869, NoNo 99--101); M. Майсуров, "Несколько сведений о религиозных обычаях мусульман-шиитов и о причинах различия их с суннитами" ("Кавказ", 1860, No 23); Ад. Берже, "О народных праздниках, постах и замечательных днях у мусульман-шиитов" ("Кавказский Календарь на 1856 г.", отд. IV, стр. 582--608); А. К., "Что должен делать каждый дербентский мусульманин-шиит, чтобы счастливо провести весь новый год?" ("Известия Кавказского отделения Императорского русского географического общества", 1872, т. I, No 1, 20--23); "Хождение в Кербелу и Неджеф, путеводные заметки богомольца из Тавриза" ("Труды Восточного отделения И. Р. археологического общества", 1864, ч. 8, 353--383); И. Березин, "Кербеля" ("Магазин Землеведения и Путешествий", 1858, т. V, 206--230); "Шах-Гуссейн, праздник у шиитов" ("Русский Вестник", 1866, т. 65); под тем же заглавием -- статьи Мирзы-Сафиева ("Закавказский Вестник", 1853, No 51, стр. 173 и "Кавказ", 1875, No 19), Н. Истомина ("Кавказ", 1861, NoNo 41--42), Старожила ("Кавказ", 1852, No 69; "Современные Известия", 1880, No 352), A. M. ("Северная Пчела", 1830, NoNo 112--113). См. еще Мистерии у персов, Суфийство, Бабизм. О нынешних исмаилитах среди российских горных таджиков -- грая А. Бобринский в "Этнографическом Обозрении" (1902). О секте "людей истины" печатается исследование В. Ф. Минорского в изд. Лазаревского института восточных языков.


А. Крымский.


Источник текста: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, том XXXIXa (1903): Шенье -- Шуйский монастырь, с. 617--619.