Огнёв Николай
Золото

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Фрагменты пьесы.

Огнёв Николай Григорьевич

Золото.

Фрагменты пьесы.

   Действующие лица его драматического произведения - дети, молодёжь, педагоги. Даже если М. Г. пишет о взрослых, казалось бы, сформировавшихся людях, то и здесь его интересует, главным образом, процесс роста человека, воспитание новой, советской психологии, перерождение "ветхого Адама" на новой, здоровой основе социализма. Любовь к людям, непоколебимая вера в то лучшее, что заложено в характере трудового человека и непременно должно развиться и вырасти, составляют основу здорового, полнокровного оптимизма произведений Н. Огнёва. Золото-деньги - временная, переходящая ценность; подлинное, настоящие золото - советские люди, крепко спаянный любовью к родине, жизни, миру коллектив. Этот коллектив не даёт человеку остаться за бортом жизни, погибнуть, пасть, он поднимает и любовно воспитывает того, кто слаб, кто ошибся, но искренне хочет исправиться. Но к врагу, посягающему на счастье и спокойствие Родины, советский коллектив беспощаден. "Если враг не сдаётся, - его уничтожают", - таково идейное содержание драмы "Золото", фрагменты которой помещаются далее.
  

Действующие лица:

   Лебедева Татьяна Ивановна, заведующая Домом отдыха туриста.
   Культурник, массовик-затейник, культработник, распространитель физической культуры, сторонник культурной работы в отрыве от политики, чистого просветительства и спорта, заядлый поклонник античного искусства.
   Рудой, завхоз туберкулёзного санатория.
   Софочка, парикмахер в Доме отдыха.
   Гримич, геолог.
   Федоркин.
  
   Отдыхающие:
   Вовка.
   Зоя.
   Лиза.
  
   Судья.
   Правозаступник в суде, общественный прокурор и адвокат, юридический консультант.
   Публика в суде, отдыхающие.
  
  
  

Пролог.

Народный суд. Судья с заседателями на совещании. На скамьях немного численная публика. Говорят полушёпотом.

   1-ая женщина. ... И тогда я ей говорю: "Убери корзину из коридора, не то всю личность расцарапаю". И что, милая моя, она мне отвечает: "За своей личностью гляди, а у меня не личность, а всего лишь личико".
   2-ая женщина. Здесь каждый за себя думает, у каждого на сердце своё.
   1-ая женщина. Я ей говорю: "Ты с кем путалась, - нет, ты отвечай, с кем путалась"? А она мне в ответ: "За собой гляди". А? И корзину не убирает.
   1-ый гражданин. А если будет говорить, будто я первый начал. Тогда что отвечать?
   Правозаступник. Я уже вам объяснял. Всё дело в свидетелях. Во всяком случае, держитесь спокойно и с достоинством.
   1-ый гражданин. Я должен за рулём следить, а не за пассажиром. А если пассажир меня обкладывает разными словами, то могу я молчать - или нет?
   Федоркин. Твоё дело молчать. Шофёру или там вожатому строго не разрешается разговаривать.
   1-ый гражданин. Вас, конечно, не спрашивают, и вы потому не лезьте не в своё дело.
   Правозаступник. Самое главное - спокойствие.
   1-ая женщина. ... А считается активисткой. Если ты активистка, то должна держать себя, как пример. А то на собрании одно говорит, а дома к личности добирается. И корзину обязана убрать.
   2-ая женщина. Здесь каждый про своё думает, у каждого своя думка.
   1-ая женщина. А на пересуд подать - не пересуде опять те же самые сидят.
   2-ая женщина. Разные.
   1-ая женщина. Опять они, я знаю. Я уж который раз сужусь.
   2-ая женщина. Неправда это. Разных назначают.
   1-ая женщина. Все одинаковые.

Входит судья - молодая женщина с нежным румянцем на щеках. С ней - два заседателя. Тишина.

   Судья. Лебедева Татьяна Ивановна. Подойдите.
   Лебедева (встаёт и тяжёлой походкой идёт к возвышению). Я.
   Судья (читает постановление). ... "И принимая во внимание прошлый тяжёлый путь Татьяны Лебедевой, её искренне и чистосердечное раскаяние, её пребывание в течении пяти лет на канале с последующем награждением".
   2-ая женщина. Гляди, глади! На канале была. Бывшая воровка.
   1-ая женщина. Это которая?
   Судья. Тише. Здесь народный суд, а не базар. (Продолжает читать). "... По обвинению в нанесении пощёчины гражданину Федоркину, - ограничиться наложением на Лебедеву штрафа в размере двадцати пяти рублей и взысканием судебных издержек по делу". Вот, Лебедева. Идите и больше не деритесь. Обжалование - в городской суд, в течение четырнадцати дней.
   Лебедева. Всё?
   Судья. Всё. Слушается дело о нанесении побоев гражданке Алексеевой. Ответчица - гражданка Иванова. Подойдите.

Лебедева идёт прямо на зрителя, останавливается.

   Федоркин (подкатывается к Лебедевой). Татьяна Ивановна... Дозвольте, я за вас эти двадцать пять рублей внесу.

Лебедева идёт к выходу, не слушая.

   Федоркин. И судебные издержки то же. А, Танечка?
   Лебедева (тихо). Гражданин Федоркин, я вам не Танечка!

Из 1-ого акта.

Сцена первая.

В начале акта на сцене парикмахер кончает подстригать культурника.

   Софочка. А как вы скажете с точки зрения международного положения? Дело-то ведь войной пахнет!
   Культурник. Ну, ну авось до войны не дойдёт. Вы снимите мне побольше сзади.
   Софочка. Я же вам самый модный бокс делаю! Так что будьте спокойны! Но опять же, если враги полезут, то придётся дать им значительный отпор.
   Культурник. И дадим, не сомневайтесь! Что-то у вас сегодня машинка дерёт. Должно быть потому, что массовый турист пошёл.
   Софочка. Сейчас самый сезон. Да ведь и то сказать, туристы то же разные бывают. Один спокойно сидит под машинкой или там под бритвой, а другой всем недоволен: и бреешь его не так, и одеколон плох... Хуже нет, чем работать в Доме туриста.
   Культурник (встаёт, охорашивается). Ну, как получилось?
   Софочка. Свою работу хвалить не приходится, но должна сказать, что девушки будут в восторге.
   Культурник. Девушки и так от меня в восторге. Я очень красивые вольные движения делаю.
   Софочка (убирая свою аппаратуру). Вы только с разговорами к девушкам не обращайтесь!
   Культурник. Это ещё почему?
   Софочка. У вас профессия не такая.
   Культурник. Ну, пора идти, будить туристов. (Кричит). На зарядку! Все на зарядку! (Вынимает из кармана колокольчик и, позванивая, уходит).
   Софочка. Фигура хороша, а на разговоры слаб. (Уходит).

Сцена вторая.

Ослепительно белое воздушное здание в горах. На сцену выходит часть стены и отрытой веранды. Внизу, в полуподвальном помещении, кухня, откуда в течении сцены по временам доносится стук посуды. На западном плане - горная гряда, к моменту открытия занавеса освещённая утренним солнцем.

   Лебедева (входит). Завтракают?
   Культурник. А как же? Насилу усадил. Устали, товарищ директор?
   Лебедева. Нет, не очень. На рынке зелени что-то стало мало.
   Культурник. А я здесь без вас одного пустил. Учёный.
   Лебедева. Как это так? Ведь я просила вас без меня никого не пускать. Это просто безобразие!
   Культурник. Да ведь я только до завтрашнего вечера. А так, вообще, он на боте живёт. Плавучая лаборатория у него.
   Лебедева. Что, с теплоходом, что ли, приехал?
   Культурник. С теплоходом.
   Лебедева. Что бы это было в последний раз! Вы, пожалуйста, не самовольничайте здесь! А кроме того, вы, по-моему, недостаточно втягиваете туристов в культурные развлечения. Сколько раз я просила предоставить твёрдый месячный план? Хотя бы месячный!
   Культурник. Татьяна Ивановна... (Вздыхает). Если бы вы знали, как ваша красота на меня действует?!
   Лебедева. Это ещё что? Я вам такую красоту задам, что... К вечеру извольте представить план.
   Культурник. На завтра назначен костюмированный вечер, послезавтра поездка на байдарках, после послезавтра вылазка в горы.
   Лебедева. В письменной форме!

Культурник уходит. Входит Рудой.

   Рудой. Вам сахар завезли?
   Лебедева. И не поздоровается. Нет, не завезли! А что?
   Рудой. Могу подкинуть заимообразно.
   Лебедева. Ничего, пока обойдусь.
   Рудой. Знаете, в Петрово-Дарьинском санатории вчера завхоза арестовали.
   Лебедева. За что?
   Рудой. За воровство. Санаторную мануфактуру разбазарил. Ему был выдан мадаполам для простынь и наволочек, а он продал.
   Лебедева. А вы не знаете, почему он это сделал? Что его толкнуло?
   Рудой. Вот вы, женщины, всегда так, почему, да что толкнуло? А по-моему, раз факт налицо, то и разговаривать нечего. Вы ведь знаете, я капитаном плавал раньше. Так на пароходе должна быть абсолютная чистота. Любая соринка, любая ржавчина может повредить кораблю. За нарушение чистоты полагается самое крепкое наказание. Вот я считаю: так должно быть и у нас в стране. Человеческий сор нужно выметать железной метлой.
   Лебедева. Это всё очень красиво, что вы говорите. Только ведь у нас перевоспитывают людей, ставших на путь преступления.
   Рудой. Который исправился - пусть живёт. Я говорю про новых.
   Лебедева. Так ведь и нового можно перевоспитать!
   Рудой. Этак мы будем без конца перевоспитывать! Довольно! Вы посмотрите кругом, что делается! Сейчас пока в нашем санатории один корпус. А через пять лет весь этот горный склон будет усеян громадными санаторными зданиями. Лечишь, отдыхай, работай. Всё тебе готово. Но не воруй. Не безобразничай. Не мешай строить социализм.
   Лебедева. Так... Значит, кто исправился - пусть живёт.
   Хор молодёжи
   (за сценой)
   Я шёл путём-дорогою, дорогую, дорогою...
   Нашёл козу безрогую, безрогую, безрогую.

Входят Вовка, Зоя, Лиза и другие.

   Хор на сцене
   Стой, стой, стрекоза,
   Стой, безрогая коза.

Останавливаются.

   Лебедева. Это что такое? Почему вы к завтраку опаздываете? Пользуетесь тем, что это база отдыха, и нарушаете порядок!
   Вовка. Виноват, товарищ начальник. Купались.
   Лебедева. Теперь всё остыло.
   Лиза. Мы больше не будем, Татьяна Ивановна, милая.
   Вовка. Разрешите идти в столовую, товарищ начальник?
   Лебедева. Да уж идите, Егоровна вам подаст.
   Вовка. Стройся! Запевай! Да здравствует Егоровна, Егоровна, Егоровна...

С шумом вваливаются в дом.

   Рудой. Весёлые они у вас, не то, что наши больные. Ну, я пошёл, Татьяна Ивановна.
   Лебедева. Ну?
   Рудой. Вы, ежели что понадобится, не стесняйтесь. Всегда готов по-соседски.
   Лебедева. Нет, пока ничего не надо.
   Рудой. Татьяна Ивановна?
   Лебедева. А? (Поливает цветы).
   Рудой. Вы пробовали когда-нибудь семейную жизнь?
   Лебедева. Пробовала!
   Рудой. А что вышло?
   Лебедева. Ерунда вышла.
   Рудой. Охоты нет повторить?
   Лебедева. Пока нет.

На веранде появляется Гримич, бесшумно садится на кресло качалку с книгой в руках.

   Рудой. А это кто такой?
   Лебедева. Не знаю! Научный сотрудник. Мой культурник пустил его без меня.
   Рудой. До свидания, Татьяна Ивановна! (Уходит).
   Гримич. Не секрет, кто это?
   Лебедева. В лёгочном санатории хозяйством заведует. Товарищ Рудой.
   Гримич. Вздыхатель.
   Лебедева. Надоели они мне все.
   Федоркин (входит). Танечка!
   Лебедева (вздрагивает, роняет лейку). Кто это?
   Федоркин. Это я, Танечка.
   Лебедева. Чего вам здесь нужно?
   Федоркин. Объясниться желаю. Я не в силах вырвать вас из своего сердца. Нет, нет, вы не перебивайте, я с чистыми намерениями. Вы думаете, я вас разлюбил или возненавидел за ту пощёчину, которую я от вас получил? Нет, Танечка! Мне это даже работать мешает. Вы не смотрите, что я маленького роста и имею рыжеватый цвет волос. Я способен вас любить. Когда на суде вы открыто признали, что дали пощёчину и не пожелали объяснить причину, - я прямо-таки восхитился...
   Лебедева. Гражданин Федоркин!
   Федоркин. Я, Танечка!
   Лебедев. Ступайте отсюда вон и не смейте подходить к Дому туриста!
   Фёдоркин. А что такое? Почему такое? Так я и обидеться могу! Земля общая. Где хочу, там и хожу. И совершенно напрасно сердитесь.
   Лебедева (берёт мотыгу). Если вы сейчас отсюда не уйдёте...
   Федоркин (отскакивает). Вы лучше мотыгу-то бросьте. Вам судья что сказала? Вы не забывайте, что вы пять лет землю на канале копали.
   Лебедева (поднимает мотыгу). Уходи, негодяй!
   Федоркин. Уголовным элементом никогда не был.

Гримич в два прыжка спускается с веранды, хватает Лебедеву за руку. Мотыга падает.

   Гримич. Успокойтесь! Ну!
   Лебедева. Мерзавец. (Убегает).
   Гримич. Скушали?
   Федоркин. А ты то же не очень...

(На этом рукопись обрывается).

   1937 г.
   Источник текста: "Октябрь", 1940 г. No 8. С. 124 - 128.
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru