Новиков Иван Алексеевич
Избранные стихотворения

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Круг бытия:
    1. Весна ("Я грущу о той, кого почти не знаю...")
    2. Лето ("По знойному лету, как по лугу, что солнцем залит...")
    3. Осень ("Я иду и творю только мне понятные знаки...")
    4. Зима ("Зима - колыбель, а снега в колыбели моей - одеяло...")
    Панихида ("Как синее воздушной глубиной...")
    Ночь у фонтана ("Дремлет ночь. По тяжким темным косам...")
    "Бегут валы, a берега все те же..."
    На Арно ("Ах, кто мне запретит тихонько вдоль реки...")
    "Лишайник желтый, кровяной..."
    "Жары июльской благодать..."
    Как бы об одном ("Лукавство в слове есть всегда...")
    Текст издания: Альманах издательства "Гриф". 1903--1913.

Иван Новиков.
Избранные стихотворения

                  Круг бытия
   
                  1. Весна.
   
   Я грущу о той, кого почти не знаю,
   Иль я выдумал свою печаль?
   Как на солнце льдинка с тихим зовом таю,
   Но на небо улететь мне жаль.
   
   На дворе весна. Воздушные качели
   Сердце вдаль и ввысь несут, звеня,
   И назад -- к таинственной купели,
   Где крестили в грусть любви меня.
   
   Крестик золотой на простенькой цепочке
   Жизнь мою сквозь весны сторожит.
   Но опять раскрылись жаждущие почки,
   И лазурь звенит, уносит и дрожит.
   
   Эти дни весеннего томленья,
   Эти дни забвенья наяву,
   Этот зов вечернего волненья
   Для цветка, который не сорву.
   
                  2. Лето.
   
   По знойному лету, как по лугу, что солнцем залит,
   Босыми ногами мальчик ступает.
   Дни идут и ночи мигают как звезды, а сердце горит
   И как утолить его боль?.. Кто знает!
   
   После зеленых, веселых, весною засеянных луж
   Задымилась земля и пылает треща, как свеча,
   И мигает сама, как звезда по ночам,
   Как пожарище душ.
   
   Горьки терпкие травы; всех горьче полынь;
   Цепок ломкий и знойный бурьян.
   Сердце, стань. Сердце стынь!
   Мальчик, соком смертельным ты пьян!
   
                  3. Осень.
   
   Я иду и творю только мне понятные знаки:
   Здесь дорожка, здесь кустик, а это пусть будет цветок георгин.
   На лужайках поникнули злаки:
   Осень идет, и цветок остается на ночь один.
   
   Он будет грустить, как и я; ну и что же?
   Все на земле мы грустим:
   Всех нас ждет одно тихое ложе.
   У всех будет надпись: под камнем сим.
   
   Но хоть осень, а солнце все ещё светить
   И вечерний воздух ясен и тих,
   И поэт в этом мире все ещё что-то метит,
   Зачем-то творит свой стих.
   
   Никто на земле ничего не знает:
   Вот жизнь, вот смерть, а вот цветок георгин.
   Вон последнее облачко высоко тает.
   Вот чья-то рука золотая из-за гардин.
   
   Там винограда пёстрые пятна
   И паутины воздушная пить.
   Все в этом мире родное и все непонятное.
   Ах, грустно, грустно и упоительно жить!
   
                  4. Зима.
   
   Зима -- колыбель, а снега в колыбели моей -- одеяло.
   Любо мне, мальчику, нежиться, спать у родимой груди.
   Все, что придет -- как хорошо! -- ещё не настало:
   Так изумительно все, что еще впереди.
   
   Я и знаю в моей колыбели про все, и не знаю,
   Я дремлю как узор на стекле о грядущих краях.
   Как мечта о себе, я летаю
   В белых зимних роях.
   
   Если я умер -- какое наивное, детское слово! --
   То теперь-то я знаю, как сладко мне умереть:
   Умереть -- это значит родиться, и снова
   Жить, любить, тосковать, и тоскуя, любя: петь!
   
   
                  Панихида
   
   Как синее воздушной глубиной
   Парит над городом веснеющее небо!
   Веснушки на церквах, голубок сизых рой,
   Притихнули, пока творится треба.
   
   Священник говорит о бренности земной,
   О месте без тоски и воздыханья,
   И чудятся молящимся порой
   Цветов иной земли благоуханья.
   
   Как весел вешний день несущейся земли,
   Как глубока тоска о силе необорной!
   Но вот, как сизый дым, над башнею соборной
   Поднялись голуби, и явственно вдали
   
   Я вижу: светлый Дух сияньем дымных крыл
   Благословением все сущее покрыл.
   
   
                  Ночь у фонтана
   
   Дремлет ночь. По тяжким темным косам
   Искрится и льется звездный блеск.
   Два угрюмых мраморных колосса
   Сторожат фонтана легкий плеск.
   
   И душа, покинув тело, села
   Молчаливой птицей на сосну.
   Зарыдать хотела, но не смела
   Помешать блистающему сну.
   
   Ночь румянцем тихим заалела
   И растаяла у дымных роз.
   А душа вернулась и немела
   От невыплаканных слез.
   
   
                  * * *
   
   Бегут валы, a берега все те же.
   Уходят дни, а грусть всегда одна,
   И снова я, рыбак, закидываю мрежи
   Жемчужину поймать со дна.
   
   И снова я люблю, ловлю слова и взгляды
   В отсветах струй, в шептанье тихом волн.
   Но ускользают резвые наяды,
   Смеясь, плеща, колебля челн.
   
   Жизнь коротка, но только для единой
   Еще не раз закину вновь и вновь
   Пытливых чувств узор: между морскою тиной
   Жемчужину найти -- одну любовь.
   
   
                  На Арно
   
   Ах, кто мне запретит тихонько вдоль реки
   Идти за незнакомой девушкой в вуали
   И говорить ей мысленно слова,
   Такие нежные, как небо на закате.
   Я знаю про нее лишь то,
   Что высока она, тонка, что любит платья
   Песочного и пепельного цвета,
   А значит, любит Арно, как и я.
   И это все. Но разве не довольно?
   Вот встретила знакомых; мать ее
   И мальчик брат, и старшая сестра
   Заговорили с ними с оживленьем,
   Она ж стоит как пальмовая ветвь,
   Высокая и стройная, в молчанье.
   И я остановился на мосту и вынул книжку.
   Чтоб записать нежданный образ. Бог весть кем и зачем
   Мне посланный. Как быстро угасает
   Сентябрьский вечер, как вода желта,
   Как в небесах мгновенно тают краски,
   Как жизнь идет, -- куда, зачем, Бог весть.
   Как та, что тихая с своей семьею
   Прошла и мост, и скрылась вдоль реки
   Ты никогда, конечно, не узнаешь,
   Что был поэт и на мосту чрез Арно
   Излил своей души вечерней грусть,
   Что на тебе его душа в тот миг
   Остановила взор. Ты не узнаешь.
   Да и зачем? Благодаренье Небу
   За этот кроткий вечер и печаль,
   Преображенную в воздушное вино,
   Благословение тебе, о девушка вдоль Арно.
   
   
                  * * *
   
   Лишайник желтый, кровяной
   На пне дубовом вырос дико.
   Кругом копытник земляной
   И бледно вьется повилика.
   
   И в сырости, в тени травы
   Грибы блестят веселой шапкой,
   И держит меж густой листвы
   Орешек белка цепкой лапкой.
   
   Все мирно, как в минувшем сне:
   И муравейный город сорный,
   И шелест листьев в вышине,
   И ящерицы бег проворный.
   
   И только желтый, кровяной,
   Как выродок между другими,
   Хранит лишайник мертвый зной
   Своими лапами нагими.
   
   Их ныне сок и прах корней
   Кошмаром тяжким возрастили,
   И лапы форму давних дней
   Листвы дубовой сохранили.
   
   
                  * * *
   
   Жары июльской благодать
   Как музыка парит над миром,
   И дирижер умеет дать
   Фортиссимо с послушным клиром.
   
   Всех струн согласна полнота,
   Июль в году, как полдень полный,
   От темных глубей до листа
   Колышет медленные волны.
   
   Пора расцвета зрелых сил
   И мужества, и стойкой воли
   И я бы, смертный, попросил
   Себе, с другими равной доли…
   
   Жары июльской благодать,
   Не укротишь ли ты беглянку,
   Мечту мою: резцом ей дать
   Её последнюю чеканку!
   
   
                  Как бы об одном
   
                  1.
   
   Лукавство в слове есть всегда,
   Как есть обман в одежде женской.
   В тиши вечерней, деревенской
   На мху у старого пруда,
   Припоминая и друзей,
   И собственные скромно строки,
   
   Гляжу, как в заводи глубокой
   Узор и листьев, и ветвей
   Так просто отражен и нежно,
   И думаю: чем слов чреда
   Простей, зеркальней, как вода,
   Тем меньше фальши неизбежной.
   
                  2.
   
   Буйней, причудливей, страстней
   Слова и звуки -- жемчуг скатный --
   Нижи, и вдруг как соловей
   Рассыпь их трелью перекатной.
   
   И смерч, и тройка, и ручей,
   По скалам скачущий из плена,
   И музыка в бою мечей,
   И глаз мгновенная измена.
   
   Все -- песни бег, что нас томит
   И душу мчит рекою страстной.
   На то, что удалью кипит,
   Не налагай узды напрасной,
   
   Дай небу громом прогреметь,
   Дай вихрю взвыть и волнам биться,
   И зорям заревом зардеть
   И песни сердца всласть излиться.

---------------------------------------------------------------------------------------

   Текст издания: Альманах издательства 'Гриф'. 1903--1913. -- Москва: 'Гриф', 1914 г. -- Стр. 116--122.
   
   
   
   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru