# Записка о болезни Николая I

Первый Николай

Николай I: личность и эпоха. Новые материалы.

СПб.: Издательство "Нестор-История", 2007.


## Неизвестный


## Записка о болезни Николая I. 1829 г.


В ночь с 9-го на 10-ое ноября он внезапно проснулся и вскочил от шума, происшедшего вследствие падения вазы, разбившейся вдребезги. Шум проистекал из соседней комнаты, где спал цесаревич1. Он не мог не поддаться грустному предчувствию {Исправлено из: "не победить грустное предчувствие".}, вспомнив старое польское суеверие относительно разбитой вазы, суеверие, о котором ему рассказали в замке Грегорове во время рождения2 великого князя Александра3; он боялся, что не случилось ли несчастие; он выскочил из постели, будучи в испарине, ничего не надел на себя и бросился в комнату своего сына {Далее зачеркнуто: "Он должен был".}. В гостиной, которая разделяла его спальню от спальни цесаревича, пол, будучи очень навощен, государь поскользнулся и упал во всю свою длину. Он ударился головой о какую-то мебель, потерял сознание и остался без движения на полу. Он, без сомнения, пробыл в этом положении довольно долго, потому что был холоден, как мрамор, когда нашли его еще в обмороке {Приписано сверху: "без сознания".}. Его перенесли в его кровать {Исправлено из: "постель".}, с большим трудом могли его согреть, и едва он пришел в себя, как в сильном волнении спросил: "Какое новое несчастье постигло мою семью?" Он захотел видеть императрицу и своих детей, чтобы убедиться, что все они здоровы и невредимы.

Ему сообщили, что шум, который он слышал, произошел от случайного падения картины на этажерку, украшенную {Исправлено из: "уставленную".} фарфоровыми вещами. Ему же представилось, что от него что-то скрывают, и беспокойство его, вместо того чтобы уменьшиться, увеличивалось и приняло характер возбуждения. Его главные два доктора Раух4 и Арендт5 опасались {Исправлено из: "были озабочены".} как общего потрясения, которое государь ощутил, когда упал, так и простуды вследствие продолжительного обморока. Они предписали кровопускание и так предотвратили воспаление мозга. Но им было трудно воспрепятствовать над pleurésie6, которую надо было ожидать каждую минуту. Августейший больной, избежав этих двух кризисов, которые могли быть для него гибельны, вдруг получил возвратную лихорадку, сопровождаемую нервными припадками и мучительными галлюцинациями. Его болезненное воображение постоянно останавливалось на детях, и ему представлялись странные химеры; он беспрестанно видел их во сне, и сны эти преследовали его и наяву: он видел их больными, слабыми, ранеными, мертвыми. Ничто не могло тогда успокоить его тревогу и страдания.

Императрица7 была при нем днем и ночью, она говорила с ним только о его детях и заставляла их приходить одного после другого или всех вместе к его кровати. Он пристально смотрел на них и с чувством целовал их, как бы боясь их лишиться. Сперва держали в секрете положение государя. В особенности старались скрыть причину его болезни. Когда распространилась печальная молва об опасности, могущей угрожать монарху, старались не остановить ее и дать ей распространиться, печатая ежедневные бюллетени о здоровье августейшего больного8. Но эти бюллетени, хотя по возможности успокоительные, слишком волновали народное чувство, их прекратили по прошествии нескольких дней, заявив, что можно считать государя выздоравливающим.

Без сомнения, острая болезнь, казалось, уступила лекарствам, но она только видоизменилась {Исправлено из: "изменила характер".} и приняла хронический характер9. Хотя симптомы стали менее ужасны, тем не менее, возбуждали опасения. Больной был изнеможен от постоянной лихорадки, у него пропали все физические силы, вся жизненная энергия; по целым дням он оставался погруженный в тяжелую дремоту; от времени до времени он крепко засыпал, пока вдруг не пробуждался вследствие страшных снов {Сверху приписано: "ужасных сновидений".}10.

Доктора не раз опасались образования в голове нарыва от удара при падении11. Наконец его крепкое сложение помогло искусству отвратить болезнь, и нервные припадки, которые угрожали воспалению мозга, стали ослабевать и исчезать. Лихорадка еще не прекратилась, но государь постепенно стал владеть всеми своими умственными способностями12, несмотря на свою чрезвычайную слабость, и постепенно стал выздоравливать. Жизнь его была в опасности в течение 10 или 12 дней, и чтобы выздороветь, ему потребовалось несколько недель, которые он провел, запершись в своих комнатах13.

Публикуется впервые по копии, отложившейся в фонде Н. К. Шильдера в Отделе рукописей Российской национальной библиотеки: Ф. 859. К. 8. No 3. Л. 67--68. Данный документ является копией, сделанной историком с черновой рукописи записки на русском языке неизвестного лица. Правка, имевшаяся в рукописи, приведена Н. К. Шильдером. Датируется самим автором 1829 г.

Можно предположить, что автором данной записки являлся очевидец событий, человек, служивший при Императорском дворе. Об этом свидетельствуют конкретные факты, содержащиеся в документе, и точное указание времени начала и окончания болезни. В самом деле, в ночь с 9 на 10 ноября 1829 г. в Зимнем дворце произошел эпизод, приведший к тяжелой и продолжительной болезни Николая I (Романов М. П. Царствование императора Николая I. СПб., 1883. С. 83; Выскочков Л. В. 1) Император Николай I: Человек и государь. СПб., 2001. С. 396; 2) Николай I. M., 2003. С. 494, 683). Император, услышав шум, как ему показалось, в комнате цесаревича, выбежал из своих покоев, поскользнулся на паркете, упал, ударился головой о мебель, потерял сознание и долгое время пролежал, никем не замеченный, на холодном полу. В бессознательном состоянии его перенесли и уложили на постель, в которой он провел несколько недель. Судя по записке, Николай Павлович при падении получил сильное сотрясение мозга, от долгого лежания на холодном паркете у него развилось простудное заболевание, перешедшее в воспаление легких, которое сопровождалось тяжелейшим нервным потрясением. И хотя удалось избежать инсульта и острой пневмонии, но с этого случая пневмония приняла хронический характер. Сам эпизод, а также то волнение, с которым император, придя в себя, расспрашивал о своей семье, свидетельствуют, что в 1829 г. страх Николая Павловича перед новым дворцовым переворотом и перед военным выступлением с целью уничтожения императорской династии не только не прошел, но еще более усилился.

Следует сказать, что здоровье Николая I было отнюдь не столь крепким, как его представляли современники и описывали историки. По справедливому замечанию Л. В. Выскочкова, глубоко и всесторонне исследующего жизнь и деятельность Николая I, "миф" о его "железном здоровье" появился еще первой половине XIX в. и был создан, вероятно, самим императором. Считая свою государственною деятельность долгом, император всегда скрывал усталость, недомогания, болезни, которые видели только очень близкие его сподвижники -- И. В. Васильчиков, П. М. Волконский, М. А. Корф (Выскочков Л. В. Император Николай I: Государь и человек. С. 392--400). Николай Павлович, осознавая, что "в доме Романовых никто не бывает долговечен", и понимая, что "болезнь его непременно требовала бы лечь в постель", отказывался это сделать "единственно вследствие убеждения, что, если ляжет раз, то наверное уже не встанет" (Корф М. А. Записки. М., 2003. С. 378).

В детстве Николай Павлович практически ничем не болел, хотя у него иногда и был кашель (Корф М. А. Материалы и черты к биографии императора Николая I и к истории его царствования: Рождение и первые двадцать лет его жизни (1796--1817) // Сборник РИО. 1896. Т. 98. С. 55). В 1818 г., уже будучи мужем и отцом, он тяжело переболел корью. Сложнейшие обстоятельства вступления на престол -- династический кризис и военные выступления конца 1825 -- начала 1826 г. -- стали тяжелым испытанием для Николая I и нанесли серьезный удар по его психологическому и физическому здоровью. Современники отмечали иногда мертвенную бледность лица Николая в минуты усталости или тревоги. Вероятно, уже с этого времени у императора начались сосудистая дисфункция и перепады кровяного давления. О том, что Николай часто страдал от приливов и отливов крови к голове, головных болей, головокружений, рвотных спазмов и болей в боку, писал в своих записках М. А. Корф. Эти припадки выливались в "нечто вроде горячки", и единственным средством от них были пиявки, которых государь называл "сенатскими секретарями" (Корф М. А. Записки. С. 377).

В 1828 г. во время Русско-турецкой войны у Николая Павловича, находившегося в действующей армии в Болгарии, были жестокие приступы "горячки" (Бенкендорф А. X. Император Николай I в 1828--1829 гг. // Русский архив. 1896. Т. 86. С. 477). По словам Н. Ф. Аренда, с 1829 г. постоянно находившегося при императоре, здоровье его ухудшалось год от года все более. И если богатырское телосложение и выносливость помогали Николаю в первые годы царствования выносить сильнейшие физические и психологические нагрузки, то с годами болезней все прибавлялось. В конце 1820-х -- 1830-х гг. давали о себе знать болезни кишечника и печени, причинами которых Аренд считал "продолжительные кабинетные занятия и вообще более сидячий образ жизни, преимущественно в зимнее время; слишком частое употребление крепкого чая с густыми сливками" (Письмо доктора Н. Ф. Аренда на имя князя А. И. Чернышева о состоянии здоровья Николая I. Черновой список: ОР РНБ. Ф. 859. К. 37. No 18. Л. 1--2). В январе 1833 г. во время эпидемии гриппа в Петербурге Николай I и вся императорская семья заразились и сильно болели. В письме от 12 января император писал "отцу-командиру" И. Ф. Паскевичу: "Схватив простуду на маскараде, 1-го числа вдруг сшибло меня с ног до такой степени, что насилу отваляться мог. В одно со мной время занемогла жена, потом трое детей, наконец, почти все в городе переболели или ныне занемогают, и решили мы все грип (так в тексте -- сост.), но не гриб съели. Быть так и скверно, и смешно" (Император Николай Павлович в его письмах к князю Паскевичу // Русский архив. 1897. Кн. 2. С. 9). Простудные заболевания были все более частыми и почти всегда сопровождались сильными головными болями и рвотой.

В последние годы жизни императора состояние его здоровья значительно ухудшилось, что отмечали многие близкие ко Двору люди. Вероятно, борьба с европейской "революционной гидрой" в 1848--1849 гг. стала для Николая I сильнейшим испытанием, потребовавшим концентрации всех душевных и физических сил. В эти годы Николай особенно страдал от остеохондроза и приступов подагры, от которой опухали ноги и были резкие боли в суставах. Крымская война еще более ухудшила физическое и моральное состояние императора. Фрейлина Александры Федоровны А. Ф. Тютчева уже после смерти Николая Павловича записала в своем дневнике, как императрица рассказала ей о том впечатлении, которое в последнее время производил Николай I на Александра Николаевича: "Я не узнаю императора, у него нет прежней энергии -- он слабеет, слабеет!" (Тютчева А. Ф. Дневники (Фрагменты) // Тютчева А. Ф. При дворе двух императоров: Воспоминания и фрагменты дневников фрейлины двора Николая I и Александра П. М., 1990. С. 92).

Николай I умер 18 февраля 1855 г., по официальной версии -- от очередной вспышки пневмонии после перенесенного гриппа.

1. Страх перед новым дворцовым переворотом или военным бунтом заставлял Николая I держать старшего сына -- великого князя Александра Николаевича -- в постоянной близости от себя. Этим император пытался оградить наследника от покушения на жизнь Александра.

2. Великий князь Александр Николаевич родился в Московском Кремле 17 апреля 1818 г. В это время великокняжеская чета -- Николай Павлович и Александра Федоровна -- находились в Москве после длительного путешествия по России. Их приезд в древнюю столицу России был обусловлен еще и тем, что в конце сентября 1817 г. в Москву переехал Александр I, а с ним и весь Двор.

3. Великий князь Александр Николаевич (1818--1881) -- с 18 февраля 1855 г. император Александр II.

4. Раух Егор Иванович (1789--1864) -- доктор медицины и хирургии, с 1829 г. лейб-медик императрицы Александры Федоровны.

5. Аренд Николай Федорович (1785--1848) -- известный врач-хирург, с 1829 г. лейб-медик Николая I, сопровождавший его во всех путешествиях в Европу и по России (Корф М. А. Записки. С. 594, 603). Услугами Аренда пользовался и А. С. Пушкин со времени возвращения из ссылки в Петербург в 1826 г. и до самой своей смерти (Керн А. П. Воспоминания. Дневники. Переписка. М., 1989. С. 283). 27--29 января 1837 г. именно Аренд по приказанию императора руководил лечением раненого на дуэли поэта и был посредником между ним и Николаем Павловичем.

6. Плеврит -- воспаление плевры.

7. Александра Федоровна (урожденная принцесса прусская Фередерика Луиза Шарлотта, 1798--1860) -- императрица с 1825 г., жена Николая I.

8. Вероятно, тяжесть и исход болезни были непредсказуемы, поэтому слухи о тяжелом положении монарха не пресекали, но, давая официальную информацию, печатали бюллетени.

9. Речь идет о том, что пневмония, развившаяся у императора после этого случая, позже приняла хроническую форму.

10. Надо думать, у больного императора физическое недомогание развивалось на фоне сильного нервного потрясения.

11. Имеется в виду гематома -- опухоль, образующаяся при повреждении кровеносных сосудов.

12. В данном случае, вероятно, имеются в виду галлюцинации на почве нервного срыва.

13. Болезнь Николая Павловича продолжалась ровно месяц, с 10 ноября по 10 декабря 1829 г.


Подготовка текста и комментарии Т. В. Андреевой