# Взгляд на историю и статистику Швеции

Аноним Немецкая_литература

## Взгляд на историю и статистику Швеции


Если будем говорить о том времени, в которое Швеция разделена была на множество мелких провинций, принадлежавших каждая особенному владельцу, и после соединенных под одну державу: то Швеция принадлежит к самым древним государствам Европы. Еще в восьмом веке Ингиальд поработил всех мелких королей Швеции, сделался единственным ее правителем, и все провинции подчинил ярлам, или графам, которые владычествовали ими во имя Ингиальда. Но Швеция вступила в политический круг европейских монархий не прежде, как при Густаве Вазе. По многим кровопролитным войнам, три народа, населяющие скандинавский север, соединены были в один (1397) Кальмарским союзом; но правители их почитали Данию главною частью монархии, а Швецию только завоеванного провинциею -- в следствие чего был избран здесь в 1436 первый предстатель нации, который признавал могущество короля, имевшего свое пребывание в Дании, но всегда ему противился, или скрытно, или явно. Такая утомительная борьба продолжалась восемьдесят лет, до царствования Христиерна, который, желая насилием и жестокостью присвоить титло неограниченного монарха Швеции, был свержен вдруг с обоих своих престолов. Густав Эрихзон, из фамилии Ваза, почти единственный важный человек, имевший случай избавиться от кинжала убийц Христиерновых, явился предводителем своего народа, освободил его от датского ига и, признанный королем, уничтожил в Швеции вредную папскую иерархию; короче: дал своему народу независимость и церковную, и политическую, и привел его в уважение у других народов Европы. Но он не сделал его ни могущественным, ни богатым: важность и влияние малолюдной нации, населяющей страну обширную, но безлюдную, всегда зависит от личного характера ее регентов, и Швеция тогда только становилась ужасною, когда предводительствовали ею герои.

Густав Адольф, истинный герой, был столь же человеколюбивый политик, как и Густав Ваза. Он видел, что Швеция, богатая железом и воинами, тогда только укоренит свою независимость и благоденствие, когда приобретет такие провинции, которые изобильны предметами, необходимыми для удовлетворения важнейших ее потребностей. Овладев Лифляндиею, вознамерился он воспользоваться неустройствами Германии. Австрийский дом готов был исполнить важное предприятие Карла Пятого, современника Вазы, именно: покорить своему скипетру всю Германию; и видел с негодованием, что сильные северные державы, Швеция и Дания, были противницами честолюбивых его замыслов. Дания положила оружие; но Швеция подняла его. Густав Адольф явился с мужественным войском в Померании, спокойно занял Штралзунд, которому напрасно угрожал Валленштейн приступом, и принудил протестантских государей, именовавших Густава защитником, содействовать ему в обширных его планах. Великое намерение сего монарха, сделаться главным предводителем северной Германии, было уничтожено внезапною его смертью; но славный Оксенштирн, его министр, и образованные им герои-полководцы: Бернард Веймарский, Баннер, Торстензон, Врангель, продолжали действовать в последнюю половину 30-летней войны с такою силою, что наконец произвели в Германии сию знаменитую революцию (благодетельную, или вредную, решительно сказать не смеем), ее раздробление на множество мелких монархий и областей, за что уступлены Швеции большие, плодоносные провинции.

Выбор сих провинций был самый выгодный и благоразумный; рассматривая положение их заметишь, что Оксенштирн соображался с планом Густава Адольфа. Померания служила для Швеции открытым входом в северную Германию; с другой стороны прикрывали ее Бремен и Верден, к которым легко могли примкнуть вспомогательные войска древней союзницы шведского народа, Франции. Заблуждение королевы Христины, которая почитала главною своею целью то, что может только служить украшением монарха, которая, из любви к наукам, сложила с себя венец, и потом разными интригами старалась его возвратить; расслабление Швеции; развивающееся могущество России, которое воспрепятствовало ей обратить свое внимание исключительно на Германию, разрушили сии обширные предприятия. Последователи Христины, мужественные полководцы, с трудом сохранили политическое величие, но были не в состоянии распространить ее могущества. При Карле XII она возвысилась, но только для того, чтобы унизиться и может быть унизиться навеки! Сначала защищал он свою землю как герой; но скоро мщение и желание уничтожить своих противников обратили его в странствующего рыцаря: фортуна его уступила гению великого Петра. Подвиги Карла, изумившие сначала всю Европу, имели то несчастное следствие, что Швеция лишилась половины своих областей, а король ее потерял неограниченность власти. Более не скажем ни слова о судьбе сего народа; утратив свое могущество, перестал он иметь влияние на политические происшествия Европы. Обратим глаза на теперешнее состояние сей монархии.

При вступлении Густава IV на шведский престол, государство его, в сравнении с другими державами Европы, казалось разрушенным рыцарским замком, в средине которого от прежнего великолепия богатства остался один только спокойный угол для прежнего обладателя. Теперь влияние Швеции, слава ее и победы почитаются одним преданием древности; ее владения не иное что, как раздробленные области -- два полуострова, между которыми более полугода почти не может быть никакого сообщения; которых половина принадлежит двум соседственным государям: российскому императору и королю датскому; крепость на чужом берегу, важная, но бесполезная, ибо она ничему не служит защитою; наконец, торговый город на том же берегу, который в течении нескольких веков дошел до такого упадка, до какого только мог дойти, имея превосходное и самое выгодное для торговли положение.

Сообразуясь с порядком происшествий, мы должны сначала сказать несколько слов об этом последнем владении Швеции, которое почитается самым маловажным. Висмар, находящийся на берегу Мекленбургском, некогда бывший одним из знатнейших ганзейских городов, теперь в совершенном упадке, и главная причина сего упадка есть совершенное отделение его от провинций окружных. В самом городе и в принадлежащем к нему округе (1 ╪ квадратных миль) считается не более 6000 жителей, которые ведут самый маловажный торг: известно, что нынешний король продал этот город за 4 миллиона шведских талеров.

Шведская Померания, которую приличнее можно бы было назвать Штральзундским округом, есть провинция плодоносная и богатая, но пространство ее так мало, что всех доходов, с нее собираемых, едва достаточно на содержание штральзундских укреплений, ее гражданских чиновников и областного ее войска. Остров Рюген имеет в поверхности 71 квадратную милю; число жителей в нем простирается до 120,000. Штральзунд был важною крепостью и гаванью тогда, когда свободный вход в Германию был нужен для Швеции; но Густав ІV не может уже иметь обширных планов Густава Адольфа; времена переменились! Известно, что Швеция потеряла прошедшим летом и Штральзунд, и Померанию; шведский король покоился в то время, когда другие державы сражались; и поднял оружие тогда, когда он заключили мир.

Шведская Финляндия, древняя и важная провинция сей монархии, имеет в поверхности 58,000 квадратных миль, населена сильным, трудолюбивым и (если государь любим своею нациею) мужественным народом; число ее обитателей простирается до 650,000. Одна только малая часть Финляндии -- слишком малая в отношении к ее пространству, обработана или может быть обработана; сама натура, кажется, сделала ее неприступною для неприятеля: везде утесы, озера, болота, леса непроходимые; но победоносное оружие русских поработило сию область в короткое время, и по своему положению она может почесться одним из самых важных приобретений России со времен великого Петра.

Владения Густава IV уменьшились всего на все 5873 квадратными милями земли и 170,000 жителей; теперь они состоят из собственно так называемой Швеции и Шведской Лапландии.

Нынешнее королевство Швеция заключает в себе две восточные трети Скандинавского полуострова. Отделение от нее западной трети, т. е. Норвегии почитаю неизъяснимою историческою загадкою! Между обитателями Швеции и Норвегии гораздо более сродства, нежели между валлийцами, шотландцами и англичанами; самые выгоды их -- и в то время, когда образовались в соседстве их другие монархии -- были совершенно одинаковы; но добровольная покорность Норвегии государям, владычествовавшим по ту сторону моря, доказывает, что они никогда не дорожили своею независимостью, своим бытием политическим.

Единственным разрешением сей задачи может служить то, что оба сии народа, которые пользуются в странах, ими населяемых, одними и теми же произведениями натуры, не имели никогда один в другом существенной нужды. Несмотря на то, короли шведские нашли бы в завоевании всего полуострова Скандинавского гораздо более для себя выгоды, нежели в тщетных приобретениях на севере Германии: они соединили бы народы свои с народом близким и, так сказать, им родственным; сила их была бы распространена, их политическая важность сделалась бы ощутительнее.

Нынешнее королевство Швеция состоит из четырех главных частей: из собственно так называемой Швеции, Готфского королевства, Нордландии, Лапландии. Обширность ее -- 8000 квадратных миль, следственно одною пятою долею менее того, что была Франция до начала революции. Обрабатываемой земли, относительно к пространству весьма мало: на севере жестокий климат умерщвляет всякое иноземное растение; а мох и некоторые дикие ягоды не могут служить достаточною пищею для народа многочисленного; средняя полоса Швеции богата медными и железными рудами, но в тоже время полна и болот, озер, утесов. Здесь промышленность деятельнее; но тонкой гражданской образованности надобно искать на берегах, где наиболее процветает торговля. Южные провинции самые плодородные. Шония называется шведским раем: можно сравнить ее с Курляндиею, или Помераниею. Она единственное место в Швеции, где водятся соловьи.

Число народа в Швеции простирается теперь до 2,300,000. Города ее разделяются на торговые, землепашественные и горные. Ни один из них не обширен, и самый романически прелестный Стокгольм имеет не более 80,000 жителей. Густав III, любитель наук и художеств, чрезвычайно украсил этот город и самый его округ. Стокгольм не только есть самый блестящий и многолюдный из городов Швеции, но он может почесться первым и по торговле; половина ввозимых товаров складывается в Стокгольме, и шесть тринадцатых частей вывозимых выпускаются из его гавани.

Первое место после Стокгольма, по торговле, принадлежит Готенбургу, в котором считается 20,000 жителей; неподалеку от него находится крепкий утесистый Марштранд, который справедливо именуют северным Гибралтаром. Шведы гордятся своими университетами Упсала и Лунд; но они мало уважаемы иностранцами. Главное сборное место шведской морской силы есть Карлскрона. Вообще города Швеции в некотором несогласии с самим государством: едва заключается в них одна десятая доля всего народа. Но слово несогласие не есть самое приличное для такого обстоятельства, которое, может быть, есть настоящая причина одного весьма важного преимущества Швеции, бывшего доселе неизъяснимым для всех статистиков; именно: хотя из Швеции вывозят одни грубые, необработанные произведения, но цена вывозимых товаров всегда превосходит, в мирное время, одною четвертью цену ввозимых -- вероятное следствие того, что девять десятых частей народа живут рассеянно, сохраняя древнюю прародительскую простоту свою, в провинциях, которые на юге Европы были бы названы степями. -- В последние годы торговля занимала 1200 кораблей; вывезено товаров более, нежели на 10,000,000, а ввезено менее, нежели на 8,000,000.

Доходы государственные простирались в 1800 до шести миллионов. В последствии сумма сия была возвышена; теперь, напротив, должна унизиться. С другой стороны Швеция в 1804 году имела 14 миллионов талеров долгу, а в 1805 считалось в обороте более, нежели на 16,000,000 ассигнаций.

Из королей цвейбрикского дома Карл X, XI и XII наиболее усилили шведское сухопутное войско. Последний начал вести войну с 80,000; но при окончании сей несчастной войны, войско его было совершенно уничтожено, и Швеция лишилась более 100,000 воинов. С тех пор военная сила ее не возникала. Густав III сделал последнее напряжение, вооружив в 1789 году против России 50,000 солдат и 20,000 волонтеров, что вместе с запасным войском составило 100,000 человек. В последние годы в шведской армии считалось не более 53,400. -- Морская сила Швеции также имела свои революции, минуты упадка и возвышения. Густав Ваза положил ей первое основание. Она беспрестанно возвышалась до самого несчастного Карла XII, который по смерти своей оставил одни ее развалины; в половине восемнадцатого века восстановилась она снова, а в 1769 Густав III имел уже 29 линейных кораблей, 23 фрегата, галерный флот, состоявший из 300 судов, и сверх того так называемый гребной флот. Число морских служителей простиралось до 18,000, а пушек до 5000. Флот сей, как известно, претерпел великий урон в войне с Россиею, и с тех пор не мог уже быть приведен в прежнее цветущее состояние.


(С немецкого.)


-----


Взгляд на историю и статистику Швеции: (С немецкаго) // Вестн. Европы. -- 1808. -- Ч.39, N 9. -- С. 58-70.