# Что сделал для науки Чарльз Дарвин. С портретом Дарвина, гравированным на стали в Лондоне. Издание Ф. Павленкова

Екатерина Степановна Некрасова

## Что сдѣлалъ для науки Чарльзъ Дарвинъ. Съ портретомъ Дарвина, гравированнымъ на стали въ Лондонѣ. Изданіе Ф. Павленкова. С.-Пб. 1883 г.


Послѣ смерти англійскаго ученаго на русскомъ языкѣ появились двѣ книги, посвященыя его памяти; книга г. Тимирязева и г. Гіацинтова. Оба русскіе ученые оцѣнивали труды Дарвина доказывали, какъ велико его значеніе, для науки, и рядомъ съ этимъ,-- въ особенности г. Тммирязевъ,-- старались оттѣнить колоссальную фигуру ученаго, выдающагося по своей натурѣ и до своему характеру.

Книжка: "Что сдѣлалъ Чарльзъ Дарвинъ для науки" -- имѣетъ почти ту же цѣль, что и вышеназванныя. Но тамъ дѣлалась оцѣнка Дарвину русскими учеными, здѣсь оцѣниваютъ его европейскіе представители науки; Гексли, Гейки, Романесъ, Дайеръ. Каждый изъ нихъ дѣлаетъ краткій популярный обзоръ того, что сдѣлано Дарвиномъ въ области его спеціальности. Такъ Романесъ говоритъ о трудахъ Дарвина въ психологіи и зоологіи, Дайеръ -- въ ботаникѣ, Гейки -- въ геологіи; Гексли говоритъ о немъ какъ о великомъ человѣкѣ; Романесъ прибавляетъ еще отдѣльную статью о жизни и характерѣ Дарвина.

Въ сдѣланной Дарвину оцѣнкѣ англійскіе ученые совершенно совпадаютъ съ вашими и въ особенности съ г. Тимирязевымъ, который видитъ въ Дарвинѣ не только великаго ученаго, но и великій, колоссальный характеръ. Для характеристики Дарвина они приводятъ его же слова, сказанныя нѣкогда объ его собственномъ учителѣ, профессорѣ Генсло, который имѣлъ на Дарвина-студента громадное вліяніе.

"Размышляя съ благодарностью и почтеніемъ о характерѣ этого человѣка, мы находимъ, что его нравственныя качества выступаютъ еще выше, чѣмъ самый его умъ, какъ оно я должно быть у дѣйствительно высокихъ личностей" (стр. 128).

Не дурное изданіе, прекрасный переводъ г. Лопатина и замѣчательно хорошій портретъ Дарвина будутъ, разумѣется, немало помогать быстрому ходу этой прекрасной книжки. Она играетъ роль вѣнка, положеннаго на могилу всемірнаго ученаго,-- вѣнка, въ который не одинъ ученый старался вплесть и свой цвѣтокъ на память о дорогомъ учителѣ.


Е. Н.


"Русская Мысль", No 7, 1883