Навроцкий Александр Александрович
Семейство Тарских. Роман в трех частях. Н. А. Вроцкого. Москва. 1869

Lib.ru/Классика: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Скачать FB2

 Ваша оценка:

   Семейство Тарскихъ. Романъ въ трехъ частяхъ. Н. А. Вроцкаго. Москва. 1869.
   Г. Н. А. Вроцкій человѣкъ предусмотрительный и любезный: зная, что есть читатели, въ особенности читательницы, которыя, принимаясь за чтеніе романа, обыкновенно смотрятъ сначала послѣднюю страницу для того, чтобъ узнать развязку и волноваться умѣренно страданіями героя и героини, помѣстилъ конецъ въ началѣ. На первыхъ же страницахъ вы узнаете, что графъ Сорель, гвардейскій полковникъ, погибъ на дуэли, 1 января 186* г. съ студентомъ Тарскимъ. Погибъ онъ за то, что соблазнилъ замужнюю сестру Тарскаго на любовь и затѣмъ ее бросилъ, чтобъ жениться на княжнѣ Ростовской, одной изъ самыхъ богатыхъ и знатныхъ невѣстъ столицы. Само собой разумѣется, что сестра Тарскаго, злополучная Мери, умерла отъ чахотки. Убивъ Сореля, Тарскій попалъ подъ сани. Это случилось такъ: "Пара кровныхъ, запряженныхъ въ легкія сани рысаковъ, подхватила и понеслась по Большой Морской. На поворотѣ къ Поцѣлуеву мосту сани опрокинулись. Сидѣвшія въ нихъ барыни и кучерь вылетѣли на мостовую. Лошади понеслись по Театральной площади, налетѣли на Тарскаго, сшибли его съ ногъ, переѣхали и помчались далѣе." Тарскій, однако, выздоровѣлъ и уѣхалъ за границу, желая разогнать тоску по сестрѣ: онъ былъ человѣкъ очень чувствительный. Но тоска душила его, такъ душила его, что онъ не находилъ себѣ нигдѣ мѣста. Наконецъ, провидѣнію угодно было освободить его отъ этихъ мукъ. Это случилось такъ, ѣхалъ онъ на пароходѣ по Рейву и вдругъ увидалъ въ волнахъ сестру свою, свою возлюбленную Мери; она плыла, не отставая отъ парохода, словно не боялась ни вѣтра, ни бури, ни волнъ. Но хорошо еще было бы, еслибъ она только плыла; нѣтъ, она и говорила такъ: "Смертный! на твоемъ лицѣ замѣтны слѣды тяжкаго, чуждаго намъ горя; тебѣ должно быть тяжело жить на землѣ... Приходи къ намъ. У насъ хорошо, у насъ просторно, у насъ каждому есть мѣсто. Я буду любить тебя, какъ мать; я буду лелѣять тебя, какъ сестра; я буду смотрѣть за тобой, какъ за ребенкомъ", и проч. и проч., сначала прозой, потомъ стихами, гдѣ утверждалось, что
   
   ... вѣнокъ забвенія надѣнетъ
   На тебя самъ Рейнъ своей рукой.
   
   Понятно, что Тарскому показалось это соблазнительнымъ: онъ же былъ честолюбивъ и войти въ прямыя сношенія съ такою особою, какъ Рейнъ, казалось ему привлекательнымъ. Подумавъ немного, "Тарскій вскочилъ на бортъ и смѣлымъ прыжкомъ ринулся въ волны." Вы думаете, конечно, что тутъ и конецъ дѣлу. Нѣтъ, "рѣзвыя наяды окружили Тарскаго и увлекли его на дно великой рѣки. Дѣдушка Рейнъ съ почетомъ принялъ нежданнаго гостя и задалъ въ честь новоприбывшаго роскошный надводный пиръ. Завылъ, загудѣлъ, засвисталъ полнымъ оркестромъ могучій вѣтеръ и подъ эту музыку закружились въ бѣшенной пляскѣ длинныя вереницы веселыхъ наядъ." Такъ утверждаетъ г. Н. А. Вроцкій. Но это еще не все; онъ говоритъ далѣе, что "въ такія минуты", то есть когда русскій человѣкъ бросается въ нѣмецкія волны, "старикъ (т. е. Рейнъ) не терпѣлъ ярма, столь терпѣливо носимаго имъ въ остальное время. Много разбилъ онъ судовъ, много погубилъ дерзкихъ, осмѣлившихся помѣшать его веселью. Сильныя бури бушевали въ ту ночь на Рейнѣ, и долго не забудутъ ея прибрежные жители. Со страхомъ прислушивались они къ реву разъяренной рѣки и не понимали, отчего вдругъ такъ расходился ихъ старый, вѣчно прекрасный Рейнъ." Тутъ ужъ конецъ.
   Намъ остается пожалѣть, что г. Н. А. Вроцкій не написалъ своего романа на нѣмецкомъ языкѣ: тогда, по крайней мѣрѣ, онъ могъ служить предупрежденіемъ прирейнскимъ жителямъ относительно того, что всякій разъ, какъ только русскій человѣкъ бросится въ Рейнъ сей послѣдній задастъ пиръ, т. е. разобьетъ нѣсколько судовъ и погубитъ "много дерзкихъ". Прирейнскіе жители, съ своей стороны могли бы брать нѣкоторыя предосторожности, напримѣръ, запирать русскихъ путешественниковъ на замокъ въ каюты. Тутъ была бы польза и мораль. Но на русскомъ языкѣ романъ г. Н. А. Вроцкаго не содержитъ въ себѣ ни морали, ни пользы, и трудно предположить что нѣмцы переведутъ его на свой языкъ.

"Вѣстникъ Европы", No 5, 1869

   
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Рейтинг@Mail.ru