# Кровавая ночь, или Конечное падение дому Кадмова

Василий Трофимович Нарежный

Стихотворная трагедия конца XVIII -- начала XIX в.

М.-Л., "Советский писатель", 1964


## В. Т. Нарежный


Василий Трофимович Нарежный родился в 1780 году в местечке Устовицы, Миргородской сотни, Гадячского повета. Отец его был мелкий шляхтич.

Первоначальное образование Нарежный получил, как предполагает Н. Белозерская, в черниговской семинарии. {См.: Н. Белозерская. Василий Трофимович Нарежный, ч. 2. СПб., 1896, стр. 6--8.} В 1792 году Нарежный был отдан в гимназию при Московском университете.

Через шесть лет Нарежный был принят в число студентов университета и, согласно тогдашнему уставу, в течение года проходил общий подготовительный курс. По окончании этого курса, называвшегося курсом "словесных наук", Нарежный поступил на философский факультет.

В годы пребывания в университете Нарежный начал печататься. Его первые произведения были опубликованы в журналах "Приятное и полезное препровождение времени" и "Иппокрена, или Утехи любословия". В первом журнале появились в 1798 году принадлежащие Нарежному переводы, а также оригинальные стихотворения на исторические темы ("Брега Алты", "Освобожденная Москва"), проникнутые патриотическими настроениями. Во втором журнале была напечатана в 1800 году трагедия Нарежного "Кровавая ночь, или Конечное падение дому Кадмова".

В октябре 1801 года Нарежный, уволившись из университета по прошению, поступил на службу при вновь назначенном тогда правителе Грузии Коваленском. Впечатления, вынесенные Нарежным из пребывания в Грузии, легли в основу сатирического романа "Черный год, или Горские князья". В этом романе подвергнуты резкой критике управлявшие Грузией царские чиновники и грузинская знать. Он вышел из печати лишь в 1829 году, после смерти Нарежного.

В 1803 году Нарежный переехал из Тифлиса в Петербург и поступил на службу в министерство внутренних дел. В 1804 году была напечатана трагедия Нарежного "Димитрий Самозванец", написанная еще в 1800 году. Кроме "Кровавой ночи" и "Димитрия Самозванца" Нарежный написал еще несколько крупных драматических произведений в романтическом духе. К ним принадлежит прозаическая пьеса "День злодейства и мщения", опубликованная без подписи автора в седьмой части "Иппокрены" за 1800 год (здесь "благородный мститель" Черномор вместе с казаками и крестьянами наказывает жестокого польского помещика за его зверства, закапывая его живым в землю), а также трагедия в пяти действиях "Мертвый замок" (1801), обличающая деспотизм (напечатана не была {Текст хранится в Государственном историческом музее.}). По свидетельству Н. И. Греча, Нарежным также написаны пьесы: ""Елена", трагедия в обыкновенных шестистопных стихах", ""Светлосан", трагедия в таких же стихах", ""Святополк", трагедия, писанная, в подражание Шиллеру, пятистопными белыми стихами". {"Избранные места из русских сочинений и переводов в прозе. Изданы Николаем Гречем". СПб., 1812, стр. 447.}

Последняя была в 1806 году запрещена театральной цензурой, так как цензура сочла неприличным выводить на сцену князя Владимира, считавшегося святым.

В мае 1807 года Нарежный перешел на службу в Горную экспедицию. Получив больше досуга и оказавшись в лучших материальных условиях, чем на службе в министерстве внутренних дел, Нарежный усиливает свою литературную деятельность. В 1809 году выходит в свет первая книга его повестей, написанных на исторические темы, -- "Славянские вечера". В 1814 году появились первые три части романа "Российский Жилблаз, или Похождения князя Гаврилы Симоновича Чистякова". Последующие три части романа были запрещены цензурой. Это запрещение нарушило планы Нарежного, мечтавшего целиком отдаться литературе. Он возобновил свою служебную деятельность, прерванную в 1813 году. Но писатель упорно продолжал трудиться над созданием новых произведений. За "Российским Жилблазом" последовали роман "Аристион, или Перевоспитание" (1822), "Новые повести" (1824), знаменитый роман "Бурсак" (1824) и повесть "Два Ивана, или Страсть к тяжбам" (1825).

В сентябре 1821 года Нарежный прекратил свою службу в инспекторском департаменте при Главном штабе, где служил с 1815 года, и окончательно вышел в отставку.

Умер Нарежный 21 июня 1825 года.


## КРОВАВАЯ НОЧЬ, ИЛИ КОНЕЧНОЕ ПАДЕНИЕ. ДОМУ КАДМОВА


ДЕЙСТВУЮЩИЕ


Этеокл, царь Фивский }

Полиник, брат его } дети Эдипа

Антигона } } от Иокасты.

Исмена } сестры их }

Креон, брат Иокасты, дядя их.

Евридика, супруга его.

Адраст, царь Аргивский.

Полив.


Стражи, вестники, народ.


Действие в Фивах на площади и за стенами на поле.


## СЦЕНА ПЕРВАЯ


Народная площадь. Народ, собравшийся перед чертогами Этеокла. Креон и Антигона выходят на площадь.


1


Хор


Беда вослед беде!

Рок фивян язвоносной тучей

Простерся крыльями над градом

И сыплет бедствия

Железною рукою. С тех,

С тех самых пор, как Кадм,

В степях блуждая диких,

Орал судьбу фивейцев

И не дракона зубы --

Фивейцам слезы сеял; с тех,

С тех самых пор, как Амфион

Сладчайшим лирным звуком

Дал твердым камням жизнь

И вкруг поставил пышна града,--

С тех пор карает небо нас.

К Олимпу в тучах шлются стоны,

И Тартар полон наших теней.

И днесь, когда несчастный.

Лишенный зренья старец

После ревущих громов,

После палящих молний

Возлег при Колонее,

И днесь взгнетился пламень

Всеобщего паденья.

Уже и над его могилой

Камыш сребристый вырос;

Качая звонкою головкой,

Вещает странникам:

Эдип уж прах!

Уже завяли розы и яцинты,

Рукою дщери насажденны:

Но Этеокл, Полйник

Слезами, потом, кровью фивян

Их паки оживляют.

Падет несчастный град, и волны

Свирепых бедствий от лица

Земли его изгладят.

Усталый путник, проходя

И видя средь развалин гордых

Полынь растущую и змей,

Гнездящихся у наших прахов,

Вздохнет: "И это были Фивы!"


Креон


Так, фивяне! так, так! Судьба карает

Несчастный Кадмов дом. -- Полиник,

Сей хищный, дерзкий возмутитель, сей

Честолюбивый тигр, что вашей кровью

Кипящу челюсть прохлаждает, -- днесь

Покрыл кровавой тучей горизонт

Прекрасного фивейска неба и --

Мечтает вашим быть Эдипом. Но

Я должен вам сказать: он прав! народ!

Он прав! -- Я от стыда отворочусь --

И покраснев -- я дядя им обоим;

И пожалев -- я дядя им обоим;

И плача -- я фивейский гражданин;

Скажу: он прав! --

Эдип уставил так!

Сей изнуренный несчастливец, как

Узнал свою судьбу и сам своих

Законов сделался невольником,--

Велел -- он вашим был еще царем,--

Велел, чтоб Этеокл, Полиник,

Погодно правя Фивским царством,

Исполнили свою судьбу. -- Так было.

Что бедственнее царству может быть,

Как всякий год иметь царя! Один

Начнет, другой то всё оставит и

Цветуще древо посечет. Постигнул --

Постигнул Этеокл -- и, -- фивяне! не для

Блистания венца и диадемы, --

Для вас, для ваших чад и ваших внуков,

Для счастья фивян -- отказал. Полиник,

Воспитанник Адрастов, друг, склонил

Аргивянина легковерна, -- и полки

Его обстали фивски стены. -- Боги!

Цари Олимпа! неужель за гордость,

За буйство одного мы будем все --

Мы, мужи, старцы, дети, -- будем лить

Потоки слез и реки -- крови?..


Антигона


Креон!

Но прав ли Этеокл? исполнил ли

Отцово завещанье? О! он, изверг,

Забыл, как страждущий Эдип, лишенный

Надежды, бодрости -- и падши под ударом

Свирепыя судьбы -- рыдал -- рыдал --

И при последнем миге царска сана

Вещал: "Полиник! Этеокл! я гибну...

Так быть! того желают боги --

Гублю народ -- и это огорчает

Последнюю минуту жизни! Если

Я бедствие навлек на фивян; если

За преступление царя они

Несут со мною казнь, -- то дети,

Полиник, Этеокл, соделайте -- отец,

Погибший ваш отец вас молит:

Соделайте их участь лучшею

И облегчите тяжесть зол моих!"


Креон


И тот, кто столь был мудр, что мог

Решить загадку Сфинкса,


(ругательно)


тот

Не видел, что у нас нет солнцев двух;

Иначе, съединясь своим палящим

Огнем, они сожгут всю твердь или

Друг в друге пламень уничтожат.


Антигона


Но

Неужли свет луны не сладостен?

Она склоняется от взоров братних;

И как он, утомленный, снидет

В пучины Амфитриды -- тут

Взойдет она -- и свет ее любезен!

Так точно Этеокл мог с братом

Меняться царством -- и всяк, видя,

Сказал бы: "Кастор так и Поллукс

Меняются на тверди!"


Креон


Антигона!

Но кто внушил тебе слова сии?


Антигона


Любовь к отечеству.


Креон


Отечеству?


Антигона


И к брату моему.


Креон


Злодею?


Антигона


Благоговение к любезной и

Священной памяти родителя

Эдипа. -- Ты клевещешь; брат

Иокасты, дядя мой клевещет

Несчастиу память добродетели

И мечет на него проклятья. -- Если

Твой Этеокл не для себя, не для

Блистания венца, могущества,

Тиранской власти, -- если он

У брата хитит скиптр для блага

Фивейцев -- и днесь зрит, что тем самым

Наносит бедство им, льет слезы, кровь, --

То для чего твой Этеокл не снимет

С себя короны? для чего он,

Человеколюбивый князь сей, для

Чего не возвратит венца и скиптра

И счастья фивян? Так, Креон, так! он

Человеколюбив; он плачет над

Убитым трупом и велит на место

Его идти под меч десятерым.

Смотри вокруг себя, смотри! Вот старец --

Он рубищем покрыт; смотри другой --

Он бос, с открытой головой на солнце;

Вот третий -- видишь, третий плачет, а

Зачем -- зачем? -- твой Этеокл, радея

О счастьи их, на поле битвы вывел

Сынов их, и лишил их пищи,

Одежды и спокойствия!


Креон


Царевна!

Отец твой так, Эдип, не говорил

Со мной. Я дядя твой...


Антигона


Я дядю чту

В тебе -- злодея ненавижу!


Креон


Но,

Как если силу я употреблю

И дерзости твоей скажу границы --

Опомнишься! -- но поздно.


Антигона


Нет!

Нет! дух отца тогда призрит ко мне;

Он улыбнется, руку даст -- спасет...

Но вы! улыбки сей, как молиьиной, --

Улыбки -- изверги! -- не пренесете.


2


Прежние. Евридика и Исмена.


Евридика


Супруг! или не слышал ты трубы,

Звучащей брань? Уже герольды

Велят составить ряд -- уже вожди

Воссели на коней и копья взяли --

Жрецы моленья шлют к Олимпу...


Антигона


Так

Настал свирепый час? и братня кровь

Прольется?


Евридика


Но миценские послы

В чертогах царских ждут тебя. -- Явись

Пред ними.


Креон уходит с Евридикою.


3


Хор


Владетеля Олимпа

Великий, грозный сын --

Арей! склонись к фивейской

Невинной стороне.

Дай силу ей и мощность,

Дай бодрость ей твою,

Да поразит аргивцев

Подле фивейских стен.

Падет иноплеменник!

И внукам возвестит,

Сколь тягостно сражаться

Против тебя, Арей,

Великий, грозный сын

Владетеля Олимпа!


Исмена


Мы взойдем на стену --

Посмотрим, как Эмон разить врагов

Аргивских станет; как...


Антигона


Ступай!


Исмена


А ты? неужли без веселья будешь

Смотреть на храбрость жениха? Сестра...


Антигона


Он не жених теперь. -- Его отец

Убийца наш!.. Сестра!


(С горячностью схватывает ее за руку и вдруг опускает)


Но нет, нет! ты,

Ты так спокойна, так рука твоя

Холодна; нет ни капли крови для

Полиника?


Исмена


Для этого убийцы?


Антигона

(долго смотрит ей в глаза)


Исмена! помнишь ли еще отца?


Исмена


О! он не выйдет никогда из сердца

Сей дочери своей!


Антигона


Ты помнишь ли

Несчастный оный час -- при Колонее --

Когда нас трое -- я -- и ты -- и он...


Исмена


Когда ревел перун...


Антигона


Лились потоки

Губящих молний в небесах...


Исмена


Когда

Казнящая Немезис, с взором буйства,

С бичом постигла старца...


Антигона


Как,

Лишенный зрения, отягощенный

Печалью, скорбию, отчаяньем,

Пал и дрожащими устами рек:

"Исмена! Антигона! не забудьте

Советов старца и отца! Любите

Друг друга! и тогда мой дух,

Блуждая в пропастях неизмеримых,

С улыбкою над вами станет".


Исмена


Так!

Так! Так! "Когда же, -- он вещал,-- когда же

Вы будете вражду питать друг к другу..."


Антигона


"Тогда моя печаль удвоится --

Я буду цепи влечь -- оковы; буду

Страдать и мучиться".


Исмена


Ах! -- так; но --

Но братья наши...


Антигона


Беззаконный,

Преступный Этеокл всему виной.


(С нежностью)


Сестра! взойдем на стену мы -- взойдем,

Посмотрим на Полиника: когда

Увидим, что он ослабеет в мышцах --

Когда над ним взовьется братний меч

И отразить его не в силах будет, --

Тогда, Исмена, мы к нему вскричим:

"Полиник, брат! за Фивы и за нас!" --

Он, верно, будет слышать, верно, будет;

Наш взор придаст ему отважности;

Он отведет удар. Пойдем!


Исмена


Пойдем!


Антигона


Подай мне руку.


Исмена


На.


Антигона


Я прежде не

Могла любить тебя -- всегда казалась

Я для тебя чужой; теперь...


Исмена


Теперь...


Антигона


Опять сестры мы --


(обнимаются)


и Эдипа дщери!

Пойдем!


Идут на стену; в некотором отдалении множество народу.


Уже готово всё, и скоро кровь

Аргивцев и фивейцев напоит

Сухую землю.


Молчание.


Исмена


Скоро ляжет полк

Бездушных трупов -- их щитов и копьев

И стрел обломки -- всё засеют поле.


Антигона


Смотри на запад -- там вдали -- вдали --

За той лесистой крутизною -- там --

Между кустарников еловых --

Смотри полки волков -- они напьются

Фивейской крови; вои их наполнят

Отзывом страшным Фив руины.


Исмена


На юге -- там -- простерлась туча черна:

То чернокрылы, плотоядны враны

Летят терзать бездушны трупы -- ах!..


Звук труб.


Антигона


Ах! ах! уже подвиглися -- идут!

Смотри -- сближаются фивейцы со

Аргосом: скоро -- скоро...


Исмена


Кто... смотри, сестра, --

Кто тот ужасный вождь? -- его полки

Как тигры гладные, -- он хищный лев!


Антигона


Конечно, дальних стран -- Кавказских иль

Рифейских, -- там, где вечны льды...


Исмена


Где лед

И в голове -- и в сердце лед...


Антигона


Конечно, скиф или сармат свирепый...


(К подле стоящему старцу)


О старец! приступи --


(с удивлением)


ты плачешь?


Старец


Плачу --

Я плачу о сынах Эдипа.


Антигона


Так!

Всегдашни слезы возвещают об

Эдипе, -- память чтут его слезами;

Но горе -- горе, коль клянущими

Слезами!


Старец


Зевс и весь Олимп меня

Да поразит, когда я несчастливца

Виновным клятв почту, -- он только что

Несчастлив.


Антигона


Только, только что несчастлив.

Но ты поведай нам, коль ведаешь,--

Кто сей ужасный вождь? кто он? он пеш,

С дубиною в руке -- подобен сыну

Зевса и Алкмены; кто?


Старец


Тидей свирепый,

Энеев сын; он весь облит железом,

И под его ногой тяжелой стонет

Земля.


Исмена


А это кто? он виден -- там --

По правую страну седого старца,

Покрытого священным покрывалом;

В задумчивости он своей подобен

Луне в затмении.


Старец


Гиппомедон.


Антигона


А видишь ли там -- посреди стоящих

Высоких копьев -- кто? его суровый,

Свирепый взгляд дрожать заставит воев!


Старец


Партенопей.


Исмена


А сей -- что на копье

Склонясь стоит, как дуб, навесясь

Над пропастию водною?


Старец


Капаней.


Антигона


А этот? -- так! так это вождь аргивский!

По сединам его, по лаврам и

Златой короне -- всяк узнает в нем

Адраста добродушного.


Старец


Так, он!

Уже зима холодною рукою

Покрыла инеем главу его --

Уже допрядывает нить Лахеза,

Но он еще здоров.


Антигона


И скор к защите.

Великий, благородный старец! ты --

Ты враг нам, но я чту тебя;

Ты кровью фивской кропишь поля

Фивейски, но ты спас царевича --

Ты принял в дом к себе изгнанного

Полиника и днесь ему желаешь

Похищенный отдать престол. Великий,

Великий человек!


Исмена


Но где ж Полиник?

Где главная пружина битвы? иль

Он не явился, в ставке дремлет?


Старец


Смотри, Исмена, и ты, Антигона,

Смотрите -- видите ль вдали гробницу,

Воздвигнуту в честь Кадму? видите ль --

Вы видите ль траву, поросшую

Со всех ее сторон? там сплелся терн

С шиповником, и едкая полынь

Гнетет фиалку; -- там стоит -- узнайте --

Кто он? склонив главу к гробнице --

Неколебим стоит; -- возле него

Вонзенное копье, и ветр бунтует

В его власах? кто он?


Антигона


Ах! из одной

Черты я узнаю Полиника; готовясь

К сраженью -- плачет он; рыдает

Об ослепленьи брата! так -- слезами

Кадм Фивы основал, слезами

Они питались -- и падут слезами.

Се участь наша!


Молчание.


Старец


Участь наша!


Молчание.


Антигона


И

Сия ужасна дума отравила

Последний час Эдипов; он готов

Был умереть. "Преступник был я, -- рек

Он к нам, -- и боги казнь мне шлют; за что ж

Страдает мой народ? за что?"---он говорил --

И плакал, -- и мы плакали -- Исмена,

И я, и он -- и все мы плакали. --

Но, старец! ты, мне кажется, пред всеми

Берешь участье в нас, в несчастии

Эдипа и детей его! Фивейцы

Рыдают -- но о чем? о бедствии

Своем; но ты -- ты плачешь о судьбе

Эдипа! или ты пред прочими

Облагодетельствован был?


Старец


Царевна!

Царевна добрая! я боле -- боле

Знал твоего отца, чем фивяне,

И оттого-то плачу.


(Выразительно)


Может быть,

Эдип не сделался б преступником

Против богов и человеков, если б

Я -- я, несчастный старец, к сожаленью,

Судьбы его -- не проложил пути.


Антигона


Старик! ты говоришь загадку; я

Тебя совсем не понимаю.


Старец


Ты

Поймешь ужасную загадку и,

Быть может, на меня возропщешь; может

Быть, проклянешь меня -- и это будет

Достойно: я виною был, что царь

Эдип достиг оракулова предвещанья;

Когда б не я -- он не был бы супругом

Иокасты; не родил свирепых бы

Сынов; небесный гнев нас не постиг бы

Ужасной язвой, -- и теперь бы Фивы

Цвели в спокойствии, как роза в Темпе;

Я сделал всё сие.


Антигона


Чудовище!


(Отступает назад и смотрит на него с диким недоумением.)


Чудовище! всё это ты... злодей!


Старец


Я -- я. Но если бы не так -- то ты,

Исмена, и весь царский фивский двор

Не видел света бы дневного.


Антигона


Так ты --

Бесчестный клеветник...


Старец


Моим стараньем

Вы воздухом дышите.


Антигона


Пусть бы, пусть бы

Я не рождалась в свет, пускай бы

Не видела тебя, светило дней,

Тебя, светило ночи; -- пусть бы

Лежала вечно я в утробе, как

Неразродившееся семя внутрь

Земли, -- чем видеть мать, отца и братьев

В ужасном бедствии. -- Но как -- как мог

Ты, бедный, беспомощный старец, всё

Так сделать? -- я до сих пор не пойму тебя.


Старец


Виною был я, но виной

Безвинной; слушай -- и


(с горестью)


суди! Судьба,

Толь бедственно гоня несчастна Кадма,

На чадах чад его и внуках внуков

Остатки ярости излить желала --

И Лаий от Феба получил, что сын

Его, единородный сын лишит

Престола, жизни, чести -- и, взошед

На брачно ложе матери своей,

Иокасты, ей родит детей. -- Сия

Ужасна весть сразила Лаия, -- и

Он повелел новорожденного

Казнить; -- но мать, Иокаста, не терпя

Текущей видеть крови, поручила

Надежну воину убить его, -- и сей, жалея

Младенца кровь пролить, повесил

На ветви дуба: "Он и так умрет",--

Сказал он и, не внемля воплям

Младенца, -- удалился. -- Видите ль,

Как всё устроено коварною

Судьбою? -- Тут она

Управила мои стопы; ища

Заблудшего ягненка, я нашел

Младенца в самом горьком положеньи.

Умилосердился -- и взял к себе.

Там грудью он жены моей питался

И рос к погибели своей, супружней

И всех вас; но я невиновен --

Я пастырь -- и не знал велений царских.


Антигона


Нет, добрый и великодушный старец!

Не виноват ты -- дай мне руку,

Соединим мы слезы и мольбы

К богам, да пощадят невинного --

Несчастного Эдипа.


Исмена

(которая до сих пор, не занимаясь сестрою, смотрела на поле битвы)


Смотрите, уж сошлись ряды, и битва

Настала. Боги, как ужасно!


Антигона


Ах,

Исмена! удалимся -- не могу

Смотреть на братию кровь.


Исмена


Ступай, а я

Останусь.


Антигона


Старец! Ты водил Эдипа

На помочах -- теперь ты дочери его

Поможешь -- ах! сойдем, сойдем. Ужасно!


Звук труб и литавр.


Старец

(подает ей руку)


Пойдем, царевна! удалимся; ты,

В высоком сидя тереме с супругой

Креона, Евридикой, можешь видеть

Ужасное сраженье братьев.


(Уводит Антигону.)


4


Хор


О ты, верховный Громовержец!

Зевес и весь Олимп,

Излейте благость

На чад Кадмейских! Ах!

Мы долго плакали -- но дайте, дайте

Нам ныне улыбнуться.

Мы тщетно кровь лием,

Мы тщетно жизнь губим --

И наши главы,

Как посеченны ветви

Младого дуба,

В пыли валятся.

Без помощи отцы,

Без пропитанья жены,

Их груди высохли.

Ища млека, младенцы

Пиют их слезы:

Умилосердитесь!

Даруйте силу воям,

Да поженут аргивцев,

Да поразят аргивцев

И прах их по полям фивейским

Развеют вихрем.


Хор идет на стену.


## СЦЕНА ВТОРАЯ


1


Хор

(на стене)


Кто видел, как воздушный столп,

На море стоя, волны давит?

Винтом подъемлет мрачну бездну

И пену хлещет к облакам?

Так Агеноров сын,

Из дому праотцов изгнанный,

С дружиною своей ходил

В пустынях древния Эллады,

И где теперь Фивейски грады,

Где пышны Фив чертоги,

Там были степи непроходны --

Берлоги хищных всех зверей.

Сражался он со львами,

Сражался он с людьми;

И наконец достигнул

Беотии лесов.

Тогда подземны боги,

Ревнуя славе мужа,

Дохнули адом --

И Марсиас родился.

Он целый лес окинул

Чешуйчатым хвостом

И раменами двигал

Утесы и скалы.

Как буйных ветров вой --

Таков его был свист;

Как ярый пламень рдяный --

Таков огонь очей.

Беотия рыдала.

Защитника прося;

Ее услышал стопы

Сюда прибывший Кадм.

"Кто может стать со змием?

Кто змия победит?" --

Гласила Слава сильным,

И Кадм потек к нему.

Копье его казалось

Иглистою сосной;

Он шел к пещере змия,

И холмы ныли под пятой! --

Почул свою годину

Необоримый змей;

Он яд излил рекою,

Глазами жег траву.

Трикраты Кадм подвигнул

Копьем вокруг главы;

И в пасть его кроваву

Стремительно вонзил.

Тогда из челюстей пещерных

Небесный слышал глас:

"Возьми ты плуг алмазный

И землю изори;

Возьми ты зубы змея,

И ими здесь засей".

Тут взял он плуг алмазный

И землю изорал;

Исторгнул зубы змея,

Засеял ими грунт.

Мгновенно из утробы

Холодныя земли

Родились мужи сильны,

Покрытые броней;

Они родились бранью,

Скончали бранью век --

-- То вы ли, их потомки,

Ослабнете в бою?

Воспомните, фивейцы,

Над вами Кадм теперь --

Златою полосою

Невидимо парит;

Он ждет от вас геройства

И мужества в сей час;

Сражайтесь, чада фивяы!

Сразите аргивян!

Отцы, мы к вам взываем,

И сонмы матерей.


2


Антигона и Полив, приходят на площадь.


Антигона


Как! в стан аргивцев ты идешь -- идешь

К Полинику?


Полив


Иду, иду! я дни свои

Отважу для него. Он здесь найдет

Сподвижников своих. -- Сюда-то я

Препровожу его. В чертогах царских

Постигнет Этеокла он, и Фивы

Престанут кровь точить!


Антигона


Ах! нет, Полив!

Не выводи его оттуда; пусть идет

Он сам своей судьбой; она его

Путеводитель. Если он падет

На битве, то потомство скажет: "Он

Героем умер -- не разбойником".


Полив


Но мне хотелось, Антигона, мне

Хотелось раз его увидеть и

Закрыть глаза, уж утружденные

Кровавым зрелищем. -- Наместо

Эдипа я его благословил бы

И с радостью отца поплакал на

Груди его.


Антигона


Ступай! ступай! но только

Не проводи его; -- скажи ему, что я --

Его сестра, рыдаю об его

Судьбе; -- что я не знаю ни часа

Покойного. -- Скажи, скажи, что я --

Страдаю всякой день о брате

Полинике -- и если он хоть слезу

Прольет об Антигоне -- эта весть

Мне будет вожделенна.


Хор

(на стене)


Погибель, вечная погибель!

Свирепый, грозный рок --

Сразил тебя, Эмон!


Антигона

(с ужасом)


Царь небес!

Эмон! -- ужасно! ах! почто, почто

Разишь ты одного одним ударом?


Хор


Рыдайте, Фивы, плачьте, плачьте!

Креонов дом, рыдай!

Он пал, как юный дуб

Валится под секирой.


Антигона


Пойдем, старик! пойдем в чертоги!

Ты отведешь меня -- я сил лишаюсь.


Хор


Рыдай, царева дщерь, рыдай!

Жених твой пал! -- погибель,

Погибель вечная, свирепый рок

Сразил тебя, Эмон!


Полив

(поддерживая Антигону)


О горе, горе, горе Фивам! -- пал

Герой; -- Креону горе -- сын сражен!

Но кто опишет грусть твою, царевна! --

Ты в нем лишилась жениха? Отец

Небес! глава бессмертных! скоро ль, скоро ль

Заплатят Фивы дань?


(Уводит Антигону.)


3


Хор

(бежит со стены с ужасом)


Бегите, фивяне,

От фивских стен!

Страшитесь, фивяне,

Фивейских чад!

Разбиты, прогнаны

И кровью окропленны,

Вы в Фивы вломитесь

Без коней и без шлемов.


На площади.


Без матери, отца,

Без хижины, покрова,--

Без пищи, без одежды --

Изрублен, изувечен,

Покрытый рубищем,

Покрытый пылью, потом,

Приидет фивский ратник

Ко градам чуждым; тамо

Протянет полруки;

И голосом смущенным,

Запекшимся языком

Гостеприимства

Попросит у врага!

"Сражался я за Фивы

И плату получил!"

Он скажет, возрыдает

Фивейский ратник: боги!


4


Креон выбегает на площадь; за ним Евридика, ломая руки.


Креон

(к страже)


Остановите мать; остановите!

Она не выдержит явленья; -- где отец

Страдает, мучится -- то там мать

Задохнется от стонов. -- Ратники!

Остановите мать!


Стражи, останавливая Евридику насильно -- уводят с площади.


Но где, где он?

Где труп, бездушный труп несчастного

Эмона? где сей гордый, благородный,

Великий юноша? где мой венец? моя где радость?

Аргивянин попрет его ногою --

Полиник посмеется нашей скорби. --

Но где он, где?


Несколько воинов вносят Эмона на щитах. Долго смотрит Креон, не говоря ни слова.


Так это ты, Эмон?

Но где девалась живость, где проворство,

Где сила мышцы сей?


(Легко берет его за руку и вдруг опускает с легким содроганием.)


Увял -- и не

Распустится, не расцветет цветок!


(Хладнокровно)


Быть так! -- он пал за Фивы -- за народ;

Он мертв -- и мы умрем подобно; --

От раны мертв -- он воин, так и быть! --

По крайней мере щит его? где щит?

Он не исколот? где?


Воин


Он в головах его.


Креон


Он спит на нем... о! этак спать

Приятней, сладостней, чем спать

На ложах нежно-мягких...


Молчание.


Но кто его сразил? кто мог?


Воин


Эдипов сын! Полиник.


Креон


Как! Полиник?

Полиник?


Воин


Собственной своей рукой.


Креон

(с яростью)


О! это превосходит всё понятье!

Спокоен был я, думая, что враг

Сразил Эмона; но теперь -- теперь

Клокочет Тартар в сей груди. -- Враг может

Сразить -- и эта смерть прелестна для героя.

Но пасть бунтовщиком, пасть извергом,

Дерзнувшим стать против отечества, --

Пасть от Полиника -- и больно и

Бесчестно. -- О друзья мои, поверьте,

Поверьте воплям -- я отец, но я

И гражданин, -- поверьте -- посмотрите

На грудь его -- и на широку рану:

Она получена от хищника; --

На кровь запекшуюсь: она пролита

От хищника. -- Неужли вы еще

Не чувствуете, фивяне, обиды?

Неужли вы позволите лить кровь --

Кем? -- кем? убийцей, возмутителем?

О! нет, друзья мои! нет! нет! да не

Смеются нам враги, да не поносят

Нас слабыми детьми, или женами,

Что только воплем и слезами мстят!

Да не стенают тени предков наших,

Услыша нашу слабость. Фивяне!

Пойдем, пойдем за стены -- и я сам --

Я сам начальник ваш. -- Воспомни,

Воспомни всяк о сыне, друге, брате,--

Они все им же сражены. -- Воспомни,

Воспомни сирых жени матерей,

Воспомни слезы их и вопли и

Страданья -- и ступай за стены!


Воин


Куда спешишь, Креон? уже мы сбиты,

Расторгнуты ряды, -- победа на

Аргивской стороне.


Креон

(стоит в исступлении, потом с яростью исторгает меч)


Пойдем, пойдем! мечом --

Я сим мечом восставлю битву, приведу

Ряды в порядок. -- Тень Эмона -- тень,

Грозящая отмщеньем, нам предъидет.

Пойдем!


Спешит, но за стенами слышны вопли, и Этеокл врывается; за ним разбитое войско.-- Долгое молчание на площади. Креон вонзает меч в землю.


5

Прежние и Этеокл.


Креон


Опять? о Этеокл! опять?


Этеокл


Опять свирепы божества, опять наслали

Беду фивейцам!


(Берет его за руку)


О Креон, мой дядя!

Воззри на бледный сына труп... он пал

И кровью окропил аргивские

Доспехи! -- Креонов сын склонил свои

Весы -- фивейцы пали!


Креон


Пали -- и

Уж больше не восстанут.


(Берется за руку)


Этеокл!

Падем и мы -- и паки не восстанем.

Не будем чувствовать себя -- пока бичи

Подземной мстительницы дел

Народных не докажут нам, что мы

Живем -- хотя не здесь; и чувствуем --

Хотя не будем чувствовать другого,

Кроме ее ужасных истязаний.


Этеокл


За что? за что свирепый Тартар мстить

Желает, коль на нас Олимпа царь

Пускает бедствий гром? -- Отдай, отдай он

Свой дремлющий перун -- увидит,

Как смертный поразит бессмертных сих

Слепцов, которые, на тропе сидя,

Владеют скиптром, как слепой младенец

Смертельною стрелой.


Креон


Племянник! вспомни --

Ты средь народной площади; народ

Есть утвержденье царских тронов и

Небесных алтарей; а мненье

Его -- хотя бы было заблужденье --

Есть гений, охраняющий покой,

Подпора пышных олимпийских храмов.

Кто хочет быть на троне тверд, поставь

Его на общем заблужденьи

И суеверьем укрепи.


Воин


Креон!

Смотри -- сюда спешит твоя супруга, --

Сокройте труп.


Креон


Фивейцы! унесите

Из глаз моих его; ступайте -- и

Поставьте в храме Весты -- и курите

Всегдашний фимиам, доколе не

Предам его огню,-- ступайте!


Воины поднимают труп.


Хор


Проникнет кто твои суды,

О вечный! кто дерзнет

Испытывать тебя? -- Давно ли

Креонов новый сын,

Гордясь величеством, красою --

Как мирт цветущий

Склоняется к пушистой розе,

Так он склонялся

К бьющемуся сердцу

Прекрасной Антигоны.

Теперь, омытый кровью,

Лежит на окровавленном щите,

Как туча громовая на

Багреющей луне;

И факел брачный,

И брачно ложе,

И брачны песни --

Всё дымом улетело.


6


Евридика

(вбегает)


Остановитесь -- ах! остановитесь! --

И опустите труп, и опустите

Сей труп. -- Куда несете? где сокрыть

Вы можете от взоров матерних? --

Да будет проклят твой убийца -- сын!

Да будет проклят кровь твою проливший --

Да будет проклят!! -- да падут несчастья

На злополучную главу его,

Как град небесного убийства... о!

Да обратится воздух в яд -- и кровь,

Им пролитая, в адски реки! -- да

Почувствует он судороги страшны

На смертном ложе! -- да не будет

Руки, могущей поддержать главу

Его, томящуюся адом смерти; --

Языка, чтобы мог его утешить! --

Пускай живет он -- и живет пусть вечно

Такою жизнью!


(Сдирает покрывало с Эмона и в исступлении отступает.)


Так! в нем крови нет

Ни капли -- и холодно сердце!


(Прикладывает руку к сердцу -- и с недоумением радости)


Боги!

Креон! -- в нем есть жизнь -- сердце бьется --

Смотри -- смотри -- он отворил глаза,

Из ран пустилась кровь -- он жив -- он жив!


(Падает на труп с воплем.)


Креон


Возьмите, воины, и отнесите

В храм сына Фебова; препоручите

Сей труп жрецам, -- быть может, что стенанье

И вопли матери проникли своды

Олимпа.


Воины поднимают труп и уносят.


Евридика


Я сама иду во храм --

Сама я буду при одре его --

Я буду раны перевязывать,

А матернее сердце лучшим может

Быть исцелителем.


(Уходит.)


7

Без Евридики.


Хор


Благодаренье небесам!

Они кичливость в гроб свергают --

Из гроба кротость вызывают --

Благодаренье небесам!

Сойди с лазури неба

На фивские поля,

Священная Игея!

Сорви в целебных рощах

Благоуханных трав

И чистою рукою

Со тщанием богини

Их выжми сок.

В глазах простыл огонь --

Уста запекшиеся -- боле

Не дышат радостию, --

Завял нераспустившийся цветок,

И смерть, представ у ног,

Крылом своим волшебным

Болезни навевает

На падшего Эмона. --

Сойди, сойди с Олимпа

И ветвию оливной

Коснись его щекам!

Румянец чувства разольется,

Забьется жизнью сердце.


Этеокл


Довольно пролито фивейской крови -- и

Конца не видно. -- Изверг преклонил

Судьбу -- и Фивы терпят горе.

Фивейцы! днесь снимаю я венец

И царску диадему; днесь снимаю

Царево украшенье; всё -- всё кровью

Обрызгано. Довольно! коль судьбе

Угодно, чтоб я пал, -- чтоб Этеокл,

Эдипов первородный сын, пал в поле

От братския руки, -- скорей, скорее

Свершу мою судьбу. -- Пойду, пойду --

И буду биться до последней капли крови.

Креон! я объявляю поединок.


Креон


К чему, о Этеокл! к чему ты хочешь

Отважить жизнь, коль в Фивах есть герои,

Которые готовы за царя

На поле битвы пасть?


Хор


Востанем, воружимся!

Пойдем на поле смерти,

Со славой победим!

Но если так угодно

Свирепым дщерям Орка,

Чтоб Фивы ныне пали --

Поверглись в прахе --

Падем! падем!

Повергнемся во поахе!

Пусть гордый воссмеется

Над гробом падших Фив;

Он сам когда-либо падет --

И внуки наших внуков

Презрительно попрут

Развалины Аргоса.


Этеокл


Нет, фивяне! нет! мет! решился,

Решился я -- и буду непреклонен.

Полив! ступай во стан кичливых

Аргивцев и скажи Полииику,

Что я -- что старший брат его желает

Окончить бранью прю, -- луна взойдет

Над трупом одного из нас. Ступай!


Полив уходит.


Помедли, царь небес! пресветлый Зевсов

Любимец! сын! помедли, -- может быть,

Последний луч твой, омоченный кровью

Моею, гроб мой осветит.


С Креоном уходит.


8

Хор


Небесная дщерь, святая,

Олимпа лучший луч!

Звезда, светяща небу --

Надежда! сниди к нам!

Сойди со дщерию своею --

Беспечностью златою,

Се ныне молим вас!

Где днесь витаете? куда мольбы восшлем?

К каким странам безвестным?

К каким народам чуждым?

К цветущей Лидии, иль Тиру и Сидону,

Иль диким поясам Рифейских исполинов?

К Кавказским пропастям

Или долинам Темпе?

Где днесь витаете? куда мольбы восшлем?

К каким странам безвестным?

К каким народам чуждым?

Но где б вы ни были,

Небесные богини!

Сойдите к нам на землю,

Сойдите к падшим Фивам!

Воззрите -- и поблекши розы

На наших расцветут щеках;

Воззрите -- и текущи слезы

В перловой радости падут.

Благоволите нам --

После толиких слез, печалей,

Толикой скорби, муки, бедства --

Впервые улыбнуться!


## СЦЕНА ТРЕТЬЯ


Поле за Фивскими стенами. Несколько гробниц.


1


Полиник

(один стоит долго в безмолвии, смотря на гробницу Кадмову)


Итак, гробница Кадма окропилась

Фивейской кровью?..


(Отступает несколько шагов назад.)


Правнуки его

Чтут память Кадмову слезами

И кровью сограждан! -- Виновен ли --

Виновен ли в сем я, когда свершаю

Мою жестокую судьбу? -- По лезвиям

Сверкающих мечей ведет она

Меня; -- бичи ее, свирепые

Бичи ее женут -- и я -- и я,

Подобно робкому младенцу, над

Нетвердым темем коего гремит

Перун, у коего в глазах пылает

От молний небо -- я ему подобно

Бегу -- не зная сам куда. -- Жестокий

Сей день лишил меня друзей, -- и кто --

Кто виноват? кто повелел Эдипу

Так царство разделить? кто повелел,

Чтоб брат мой Этеокл, изгнав меня

Из дому праотцов -- из собственных

Палат -- меня принудил возвращать

Кровавою рукой свое наследство?


Молчание.


Латонин сын бросает луч кровавый

На Фивски стены. -- Падшие уже

Оледенели -- и Креонов сын

Теперь в селеньях предков. -- Там он будет

Всем возвещать мою жестокость; -- там

Повергнется пред раздраженным нашим

Родителем; -- покажет раны на

Груди -- и, может быть, Эдип -- о! верно,

Эдип заплачет -- коль возмогут плакать

Бесплотны существа. -- Родитель мой!

Неужли я -- любимый сын -- неужли

Преогорчу тебя в селеньях вечно-

Цветущей радости? -- Не верь, не верь,

Эдип, не верь сему ты!..

Как! не я ль?

Не я ль сразил его? не я ль омыл

Свой меч в его крови -- не я ль сразил

Эмона? -- о родитель мой! спокойся,

Спокойся, тень святая! я -- в последний --

В последний раз лил кровь! -- Что мне в венце,

Коль каждый лист омыт в крови фивейской?

Что в диадеме мне, когда она

Составлена костьми сраженных трупов?

Что в царском скиптре мне, когда владеть им,

Как тать кинжалом, буду? -- Прочь! прочь все!

Живи и царствуй, Этеокл! Полиник

Тебя не востревожит боле -- царствуй!


2


Полиник и Адраст.


Адраст


Уже готово всё -- всё! и как скоро

Взойдет луна -- мы стенобитные

Велим подвесть машины. -- Изощренны

И копья, и мечи; -- смущенные

Фивейцы узрят тучу над главою

Пагубоносных стрел.


(Берет его за руку)


Полиник! завтра --

Надеюсь -- завтра -- ты, на фивском сидя троне,

Закон Беотии подашь. -- Но ты

Печален, пасмурен... Полиник! иль ты

Не победитель? -- Посмотри -- фивейски

Долины и бугры фивейской полны

Пролитой крови и в их черепах

Уже пируют хищны враны. -- Сын,

Иль ты не победитель?


Полиник


Царь Аргивский!

Адраст! так! -- победитель -- так --

Фивейцев я сразил -- прогнал, рассыпал --

Их слышал вопли, слышал стоны; -- так --

И ратники твои меня венчали

Лавровыми венками; -- так! сразил,

Сразил Эмона я -- он пал, и рать

Твоя меня превознесла; -- но, ах, Адраст!

Печален я, -- я, победитель, плачу.

И ты -- ты не поверишь -- в этом мне --

В ужасный этот миг, как все мою

Победу празднуют, -- к Олимпу шлют

Богаты жертвы, и как мне везде

Поют победны гимны, -- я -- Адраст --

Ты не поверишь -- ад бунтует в сердце,

Клубится черна грусть в груди -- и я

Охотнее б желал с фивейцами --

С разбитыми фивейцами бежать,

Стенать от ран, облиться кровью и

Задохнуться от пыли, чем теперь

Торжествовать победу.


Адраст


Сын Эдипов!


Полиник


О! не смотри так, не смотри, Адраст!

Великодушный старец, царь Аргивский!

Не укоряй меня! ты сам -- ты сам,

Быв мною, то же б, то же сделал.


Адраст


Я

Тебя не понимаю.


Полиник


Царь Адраст!


(С жаром схватывает его за руку)


Кого я победил?


Адраст


Фивейцев.


Полиник


А

Мой меч кого сразил, кого?


Адраст


Эмона.


Полиник


Так! так! фивейцев я сразил -- они

Соотчичи мои, Адраст,


(тронутый)


Эмона

Сразил я -- он мне брат -- мне брат. Теперь,


(вырывает руку свою из Адрастовой руки)


Теперь загадку знаешь -- знаешь ты вину

Моей печали -- и -- ты будешь упрекать?


Адраст

(обнимая его)


Любезный юноша! так! так! и буду

Грустить с тобою, -- ах! ты был бы

Великим человеком...


Полиник


Что ж мешает?


Адраст


Венец и фивский трон. -- Полиник! знай,

Что добрый царь земным быть может богом.


Полиник


Поверь, Адраст, поверь -- не мы одни

Прекрасные места, Элизиум

Займем; поверь! покрытый рубищем,

В лесах живущий, в пропастях быть также

Великим, добрым может. Скиф -- поверь --

Полунагой, зверообразный скиф,

Сей варвар пред лицом Эллады целой,

Средь пропастей Кавказских живший -- там,

Там -- там -- за той страною Стикса -- вместе

С Адрастом венценосным сядет и

Из кубка одного пить будет

Веселье рая. -- Царь, не оскорбись!


Адраст


Мне оскорбляться? Принц! ты друг мой --

Мой сын -- мне оскорбляться? -- нет!

С охотой я твою б решимость принял,

Велел бы отступить полкам аргивским, --

Но для тебя, для одного тебя

Сего не сделаю. -- Хочу тебя

На троне фивском в диадеме видеть.


Полиник


Но ежели потомство -- сей судья

Нелицемерный царских дел -- но если

Потомство скажет: был Полиник -- и

Его венец облит был предков кровью!

Сии ужасные слова мне будут

Палящим Стиксом и Коцитом страшным;

Они сожгут мою всю внутренность.


3


Прежние и Страженачальник.


Страженачальник


Аргивский государь! какой-то старец,

Из Фив сюда пришедший, хочет видеть

Полиника -- к нему посланником

Он прислан от Креона.


Адраст


От Креона?


Полиник


От дяди?


Страженачальник


И от Этеокла.


Полиник


Как!

От брата Этеокла? -- что ж? вели

Предстать.


Страженачальник уходит.


Чего они желают?


Адраст


И

Чего б желать могли!


4


Прежние и Полив.


Полив


Полиник! сын!


(Падает к ногам его.)


Полиник


Любезный старец! как! еще тебя

Я вижу! как! Полива?


(К Адрасту)


Государь!

Ты видишь старца, -- он воспитывал

Эдипа -- и моим был некогда

Путеводителем. -- Полив он!


Адраст


Как!

Полив? -- так ты несчастного Эдипа

От смерти спас?


Полив

(со слезами)


И был причиной

Лютейших бедствий.


Молчание.


Полиник

(поднимая его)


Но зачем, зачем

Прислал тебя Креон и Этеокл?

Ужель склонился сей гордец -- и хочет...


Полив


Он хочет умереть -- иль умертвить тебя.


Полиник


Меня?


Адраст


Полиника в моем стану

Желает Этеокл?


Полив


Один желает

Иль пасть за всех -- или сразить тебя.

Он требует, Полиник, поединка.


Молчание.


Адраст


Нет! нет! нет! я не допущу, чтоб ты

Так вверился судьбе -- один тут миг --

И нет тебя -- я не позволю, всем,

Всем воинством сразимся; -- и пусть сила,

Пусть храбрость, мужество людьми владеет,

А не слепой лишь случай. Нет, Полиник...


Полиник


Кто брату мысль сию внушил? она

Прекрасна! Фивяне доселе лили

Свою кровь, а теперь для них и мы

Прольем. -- Адраст! я принимаю

Сей поединок -- и сегодня...


Полив


Этеокл

Хотел сегодня быть на троне иль

Во гробе.


Полиник


Иль во гробе?


Полив


При стенах

Фивейских ждать тебя он будет

С Креоном дядею -- и частью стражи.

Ты столько ж можешь взять с собою -- и

Полиник с братом Этеоклом станет

Оружьем прю решить.


Полиник


Я буду -- буду...

Сыны Эдиповы свою исполнят

Жестокую судьбу. -- Адраст! позволь мне,

И повели принесть богам богаты жертвы;

Быть может, я уже в последний раз

Стою своей ногою на земли;

Быть может, эта полоса, покрыта

Репейником, крапивой, -- будет гробом


Полинику.

(С живостию)


Полив! любезный старец!

Ты некогда благословлял Эдипа,

Когда, из хижины твоей идя

К златым верхам фивейских мудрых храмов,

Он шел к погибели тогда своей.

Благослови меня -- я сам иду

К погибели.


Полив


Зевес и весь Олимп!

Благоволите днесь с высот святых

Воззреть на мрачну землю и на нас!

Мы днесь приносим жертву -- чистую,

Не тучных мы тельцов, не злато, не

Богатство, но сердечную покорность,

О боги! вам приносим.


Полиник становится на колени.


Коль еще

Хотя малейшее в сей жизни для меня

Осталось счастие, коль вы

Благоволите, чтоб сей дряхлый старец

Еще раз в жизни улыбнулся; коль

И для меня цветет еще цветок

В прекрасном саде матери Натуры

И радость хоть одна готова пасть

Ко мне из рога вожделений, -- всё,

Всё отнимите вы -- и дайте сыну

Эдипа -- он достоин -- он достоин!

Востань, востань, мой сын! прижмись ко мне,

К сему биющемуся сердцу; ах!

Оно и для Эдипа билось! -- сын!

Прижмись к груди сей; к ней Эдип прижавшись

Сказал: "Родитель мой!" -- сыновняя

Слеза запечатлела истину -- и я

Отеческой слезой ответствовал.

Прижмись, Полиник.


Полиник падает в его объятия.


Так! та самая

Горячность, нежность, чувство, кои все

В груди Эдиповой тогда клубились.


Полиник


Родитель!


Полив


Так! тот самый тон --

Полиник -- сын мой -- сын! О, если б боги

Мне дали умереть скорее, я

Пришел бы во страны Элизиум --

Я там увидел бы Эдипа и

Сказал: "Отри слезу, тобой пролиту

Для Этеокла! твой Полиник -- ты

Другой!" -- и он бы улыбнулся; так!

И он бы улыбнулся.


Полиник


Ну! Прости,

Полив, прости, родитель! -- и ступай

Во град, и там скажи Креону-дяде

И брату Этеоклу, что я их

Здесь ожидаю, что -- и умереть

И умертвить готов...


(Закрывает лицо руками)


И умертвить!


Полив


Прости, Полиник, сын!


Полиник


Прости, родитель!


5


Адраст, Полиник.


Адраст


Итак, Полиник...


Полиник


Может быть, сегодня

Владеет Фивами...


Адраст


Итак, Полиник...


Полиник


Сегодня, может быть, на поле сем

Пред Фивскими стенами распрострется.


Адраст


О друг мой! сын! ты видишь, сам ты видишь,

Сколь может случай нам повелевать!

Из червя на престол -- и со престола

Свергает атомом. -- Мой сын! прошу

Тебя -- меня, меня послушай!


Полиник


Бог,

Мне попустивший до сего дожить,

Моею и теперь рукой управит.


Адраст


Страженачальник!


Страженачальник

(входит)


Государь!


Адраст


Поди

И принеси мой щит, копье и меч,

И лук с колчаном стрел.


Страженачальник


Внимаю.


(Уходит.)


Адраст


Теперь меня послушай, сын! в таких

Отважных случаях всегда, как можно,

Ты хладнокровен будь; смотри, не слишком

Спеши, но и не медли; -- всё ошибка,

И здесь она пороком будет страшным --

О жизни дело. -- Не давай наружным

Предметам развлекать себя; и крови

Стремленье сильное опасно: -- я --

Я сам предметом был насмешек и

Ругательств, как мне должно было

За стадо ста тельцов, этольцами

Украденных, сражаться. -- Выслушай!

Ужасен был герой -- отважен -- и

Строптив -- и не было тогда во всей

Элладе мужа, кто бы с ним возмог

Равняться в мужестве и силе; -- я

Отважился. "О Зевс! управь моей

Рукой", -- сказал я и пустил стрелу.

Но ах! стрела моя как ветр мимо

Главы его со свистом пролетела.

Холоднокровно взял он лук, стрелу

Холоднокровно наложил, пустил

Холоднокровно -- но ах! я упал

Пронзен, своей залившись кровью. Так-то,

Полиник, действует горячность! -- слушай

Отца и друга своего.


Страженачальник

(с доспехами)


Здесь всё.


Адраст


Возьми, Полиник, и владей, как я

Владел им некогда. -- Сие копье

Блаженной памяти родитель мой

Мне подарил, когда я возмужал;

Он сам сражался им -- и не бывал

Преодолен; всегда соперничьи

Доспехи от него в щепах летели,

Хотя б их сам Вулкан закаливал

В Этнейских пропастях.


Полиник, взяв копье, втыкает пред собою; рассеянность видна на лице его.


Адраст


Да и сию

Стрелу, и этот черный щит Астреев.


Полиник


Астреев!


(Отступает с недоумением.)


Адраст


Самый тот, которым он

Прикрывши грудь свою, -- стрелою сею

Пронзил отцову грудь. Сию стрелу

И самый Марс не отвратит своим

Щитом семилистовым. -- Он ее

В крови отцовской закалил.


Полиник с трепетом берет лук и стрелу и облокачивается на копье; мрачное молчание.


Адраст


Полиник!

Что сделалось с тобой? или какая

Нечаянная слабость?


Полиник

(с движением)


Слабость -- слабость --

Старик! или не видишь ты, как здесь,

Под этим медным панцирем, трепещет

Стальное сердце? -- Ах, Адраст! сия

Нечаянная слабость не дает

И дух перевести.


Адраст


Полиник!


Полиник

(с кротостию)


Не думай ты, не думай, государь!

Что я твои забыл мне завещанья;

Нет, нет!


Адраст


Но отчего ж такой в тебе

Смятенный дух? -- Ребенок!


Полиник


О!

Когда б и здесь я мог явиться мужем

И следовать словам твоим, поверь,

Когда б двадцатилетний человек --

В подобных случаях, ужасных, редких,

Когда б он в точности исполнить мог

Совет седыя головы; когда бы

Кипяща кровь огнями буйной Этны

Потухнуть хладом твоея могла,--

Тогда, Адраст, поверь, я стоил бы

Корон и скиптров всей Эллады,

Европы, всей вселенной; -- нет! -- и то,

И то всё мало; и сам царь богов

Не может иногда владеть собой;

Он в ярости огнями добрых <губит>,

Намерясь злых губить; поверь, Адраст,

Когда б я и теперь был столь же, как

И ты, холоднокровен, то тогда

Я стоил бы Зевесовых венцов

И олимпийских пышных храмов.


Подле Фивских стен показываются Этеокл и Креон с гвардиею. Долго стоит Полиник, устремив на них глаза, потом отворачивается с горестию.


Адраст


Что

С тобой? ты плачешь?


Полиник


О, когда б я мог

Хотя слезу пролить -- она бы мне

Стенящу облегчила грудь. -- Теперь

Клубится Тартар в ней, и сонмы фурий

Сосут в ней сердце -- весь Коцит течет

В моих волнуясь жилах. -- Ах, когда б

Я мог хотя слезу пролить!


Адраст


Но вот

Герольд от брата.


Полиник


Как! от брата? -- так

Настал тот час?


6


Те же и Герольд.


Герольд


Креон и Этеокл,

Владыка Фивский требует, чтоб ты,

Аргивский повелитель, с воинством

Своим стоял в стану; -- а там,

У Фивских стен, Креон со стражею

Один стоять желает. -- Братья здесь,

У Кадмовой гробницы, биться будут.


Адраст


Ступай, мы ожидаем.


Герольд уходит.


Полиник


Братья, братья!

Сказал он: так! одним отцом, одною

Мы матерью рожденны -- но их брачный

Светильник -- был светильник фурий --

Их брачны песни были стоны ада --

Наш первый детский плач был страшным визгом,

Который и одним лишь отголоском

Их душу напоял боязнью, страхом;

И этот отголосок был символом

Грядущих, бедствии. -- Так, мы братья -- братья;

Но нет под солнцем крови, коя бы

Горела большим отвращеньем

Одна к другой.


Адраст


Оставим, всё оставим!

Нам время дорого. Страженачальник!


Страженачальник

(приходит)


Что повелишь?


Адраст


Скажи Амфиараю,

Верховному жрецу, чтоб он сейчас

Зевесу дань принес богату; чтоб

Простер мольбы к Олимпу за всех нас,

Да мощная его рука спасет

Адраста и Полиника. -- Ступай!


Страженачальник уходит.


Прости, Полиник! -- обними меня

Еще однажды; -- и сию слезу,

Висящу на твоих ресницах, князь,

Пролей на грудь мою!


(Обнимаются.)


Прости!


Полиник


Прости!

Родитель!


Адраст с горестию уходит в стан. Полиник с бешенством подбегает к гробнице Кадмовой.


Кадма тень! Священная

Родоначальника фивейска тень! --

Неужли ты меня осудишь? -- ах!

Неужли на меня произнесешь

Твое проклятие? -- Умилосердись --

Умилосердись над несчастным сыном

Эдипа, -- он страдает, горестно

Страдает -- нет языка, чтобы мог

Его утешить.


(Падает на колени)


Царь небес! -- о сила

Всего живущего! Ты влил в нас чувство --

Святое чувство бытия! -- воззри --

Воззри на этого червя, тобою

Созданного, -- он ищет цвету на

Стебле; всползает -- и живет спокойно.

Поставь против него терновую

Иглу -- коснись -- и он сгибается;

Досадует, что мы его блаженству

Мешаем. -- И в бескровном сердце, и

Под хладною насечкою, в груди

Столь малой, чувство есть, -- то я ль

Бесчувствен буду, коль во мне клубится

Кипяща кровь и пламень в жилах!


(Вскакивает)


И в сей груди трепещет сердце бытия,

И чувствует -- ох! -- чувствует!


Между тем Этеокл приближается и останавливается в некотором отдалении. Полиник, усмотрев его, с трепетом отступает. Долгое молчание.


7


Полиник и Этеокл.


Этеокл


Полиник!

Уже заходит солнце...


Полиник

(приступая к нему)


И заутра

С красою новой возвратится; -- ты

Падешь -- и веки, впредь грядущие,

Не возвратят тебя.


(Вынимает стрелу из колчана.)


Этеокл


Меня?


Полиник


Одна

Блуждающая тень твоя, со стоном

На месте лобном завывая,

Потомкам возвестит, что так гниет

Эдипов сын; и отрок, проходя,

С стесненным сердцем скажет: "Здесь погиб

Братоубийца -- трона похититель!"

Рази меня!


Этеокл


Братоубийца? так!

И трона хищник? -- внуков наших внук,

Покрытый бедствием наследным и нося

На вые клятвы подданных, -- и стыд,

Покрыв его главу, пригонит к месту,

Где будет гнить братоубийца; там

С проклятьем ступит он на череп,

С проклятьем раздробит -- и тень его,

Братоубийцы тень, заноет под

Ударами разящей Тизифоны,--

Хочу братоубийцей быть, Полиник!

Хочу братоубийцей быть!


Полиник


Стой! стой!

Чудовище, отколь в тебе такая

Свирепость, кровожадность? брат! мы, видно,

Родились под несчастными звездами.


Этеокл


Ребенком был я в колыбели, и

Уже мой дух прельщался диадемой;

Несмежно взором я покоился

На венценосной голове Эдипа,--

И в то ж мгновение готовил месть,

Ужасну месть тому, когда дерзнет кто

Ее оспаривать. -- Полиник, защищайся!


Полиник


Никто из смертных никогда не знает

Определения судьбы. Быть может,

Что эти жадные престола вежды

Закроются, -- и кровь, клубяся

В груди честолюбивой, обагрит

Сей привезенный прах из Арга на

Копытах конских.


Этеокл


О! тогда уже,

Сия жестока мысль! другой на троне

Моем сидит и Фивами владеет --

Меня не потревожит!.. Если так

Угодно небесам, чтоб я не правил

Фивейцами, так пусть же и другой

Эдипов сын падет со мною. -- Пусть

Эдипу скажут: "Сыновья твои

Идут по тернам и шиповникам".


Полиник


Оставь его, оставь в покое.


Этеокл


Пусть

Он плачет об обоих.


Полиник


Этеокл!

Прошу, оставь несчастного отца

В покое; -- пусть живые мучатся,

Терзаются, рыдают -- мертвые

В покое должны быть.


Этеокл


И если мстящий

Бич Тизифоны бедного разит,

Что он родил убийцу Этеокла,--

Так пусть удвоятся ее удары!

Полиник хочет быть убийцей -- будет!


Полиник

(с решимостью)


Да покарает гнев меня небесный,

Когда я хоть слезу свою пролью.

Родитель! так! прочь всё -- прочь скиптр и власть!

Всё окровавлено, омочено

Слезами -- и проклятья носятся

Над троном и чертогом. -- Этеокл!

Владей --


(влагает стрелу в колчан)


владей, и на себя прими

Все бедства и проклятья -- я не буду

Ударов умножать Эдипу.


Этеокл


Как!

Ты хочешь отказаться от престола?


Полиник


Хочу, хочу, хочу! владей; и если

Ты, лежа некогда на ложе тирском,

О брате вспомнишь -- о! и непременно

Ты должен вспомнить, -- то мои проклятья,

Проклятья граждан, на тебя обрушась,

Гееннскою горой тебя покроют!

Вздохнуть захочешь -- ты захочешь плакать --

Но ни одна слеза -- и ни один

Не облегчит вздох груди твоея.

Как жабы ядовитые, мои

Слова вопьются к сердцу твоему;

Кровь будут пить -- а яд распустят в жилах;

Ты ложе будешь честь иглами, и

Объятия заботливой супруги --

Почтешь объятиями Тизифоны.

Владей фивейцами и радуйся

Победе.


Этеокл


Так прощай! ступай в свой Аргос --

Пусть легковерный старец, царь Аргивский,

Тебе хоть всё владение отдаст.


Молчание.


Так точно!


(С яростью)


Придет время, и когда

Увидит он, что я или с врагами

В войне и развлечен, или в болезни,--

Похочет он тогда нечаянно,

Как тать, напасть.


(Хохочет, бьет его по плечу)


Полиник! ты Полиник,

Не так ли?


Полиник


Брат!


Этеокл


Или червей придворных

Богатством ослепить, чтоб я -- чтоб я --

От яда пал? -- не с тем ли? О! клянусь

Зевесовым перуном -- умысел твой,

Твой я постигнул.


Полиник


Брат!


Этеокл


И наконец,

Взошед на фивский трон, моих детей

Сковать цепями, весть в триумфе и

Рабами сделать?


(Берет его за руку)


Брат! опять ты вынь

Стрелу -- и пусть теперь у каждого

Сомненья все исчезнут -- одному

Надлежит умереть!


Полиник


Эдипов сын!

Неужли так спокоен ты теперь?

Неужли ты в груди не чувствуешь

Того мученья, той борьбы, того огня --

Геейнского огня...


Этеокл


Преступник только

Всё чувствует сие! его судья

Гласит ему: "Ты изверг!" и он сам --

Сам чувствует вину свою; -- и между

Тем, как спокойна совесть озарит

Грудь правого весельем, он внимает:

"Злодей! преступник!" и трепещет --


(с ругательством)


И он трепещет!


Полиник схватывает лук с яростию -- и опять роняет.


Он, наполнившись

Смятения, стыда, кичливости, желает

Отмстить -- кому? себе; -- хватает лук,

Но добрый, правосудный дух его


(хладнокровно натягивает лук)


Невидимой рукою исторгает

Сей лук из рук его.


Полиник


Фивейцев свет!

Латонин щедрый сын! прости, что я --

Быть может -- твой последний луч в крови

Омою...


Этеокл


Может быть!


Оба вдруг пускают стрелы -- и Этеокл падает.


Злодей! злодей!

Злодей! ох! ох!


(Захватывает рану рукою.)


Полиник

(долго стоит в бесчувственности, потом бросает лук далеко и кидается к Этеоклу)


Брат! брат! прости -- не мне --

Прости судьбе, о Этеокл, судьбе!

Мой злобный дух моей рукою правил...

Адраст из стана идет со стражею вдали.


Этеокл


Прости, брат! -- и владей фивейцами.


(Протягивает к нему руку)


Забудь несчастного гонителя --

Ужасно он наказан!


Полиник

(в отчаянии бросается на тело его)


Брат! постой!

Или возьми меня!


Этеокл

(пронзая его кинжалом)


Ступай! ступай!


(Вынимает кинжал и далеко бросает.)


Полиник

(вскочив, трясется)


Я умираю... боги! победитель,

Я умираю! -- брат! по крайней --

По крайней мере, дай мне руку -- обними

Меня -- и мы умрем по-братски. Дай

Мне руку, Этеокл -- я света боле

Не вижу, -- ужас, трепет, страшные

Конвульсии меня терзают; я

Паду... земля кружится подо мною;

Неужли это значит умереть?

По крайней мере, дай мне руку, брат!

И обними меня.


Этеокл

(полуокостенелою рукою отталкивая его)


Прочь, прочь, злодей!

Мы там, пред нелицеприятным взором

Владыки Тартара, рассудим прю свою,

Свою, -- прочь, прочь!


(Умирает.)


Полиник


Не осуди его --

Не осуди, правейший из судей!

Прости все, все прости, -- Адраст, родитель,

И Антигона, -- все, все!


(Умирает.)


8


Адраст

(с гвардиею прибегает и падает с воплем на труп Полиника)


Сын! Полиник!

Ты мертв уже! -- зачем, зачем я сам

Тебе дозволил поединок?


(Плачет.)


9


Креон

(стремительно вбегает с гвардиею; долго смотрит хладнокровно на трупы принцев, потом оборачивается к одному воину)


Мертв

И Этеокл?


Воин

(поднимая труп)


Он хладен, и вся кровь

Из жил его ушла: как лед...


Креон


Возьмите

Его -- и отнесите в Фивы, и

Поставьте в храме, -- завтра с честию,

Приличною царю, предам его

Огню -- возьмите.


Несколько воинов берут Этеокла на щиты и относят.


Царь Аргивский! мы

Теперь быть можем -- не врагами: вся

Войны причина с ним повержена;

Оставь его -- и если хочешь ты

Фивейцам другом быть, пойдем в мои

Чертоги -- там ты будешь гостем;

Когда же нет -- ступай с полей фивейских!


Адраст


Пойду, пойду! -- и для кого теперь

Мне лить фивейцев кровь и кровь своих

Аргивцев? -- Я иду, Креон, но я прошу --

Я одного прошу: дозволь с собою

Мне в Аргос взять Полиника!


Креон


Сей труп

Бунтовщика, злодея?


Адраст


Бунтовщик

Сей и злодей был мне любезен -- сын!


Креон


Нет, нет! Я не дозволю; пусть он здесь --

Здесь, на открытом поле, -- пусть гниет

И будет пищей псам и плотоядным

Зверям. -- Адраст, я не дозволю.


Адраст


Ты,

Быть может, хочешь выкупу?


Креон


Я не

Разбойник.


10


Страженачальник Адрастов


Государь! весь стан в смятеньи:

Все полны ужаса; в тревоге все,

И вой и вожди...


Адраст


Что? что?


Страженачальник


Когда

Амфиарай на жертву белого

Заклал тельца -- и подложил,

Внезапно потряслась земля, и пламень,

Исторгшийся из пропасти, пожрал

И жертву, и Амфиарая.


Адраст

(с ужасом)


И

Амфиарая?


Страженачальник


И Амфиарая.

Всё воинство подвиглось к страху; всяк

Спешит в свои палатки, и всеобщий

Мятежный ропот усугубил страх

Вождей. -- Они тебя желают и

Потом в Арголиду.


Адраст

(стоит в изумлении, потом бросается на труп, обнимает его и долго на него смотрит)


Полиник! скоро

Увидимся мы там -- уже мои

Власы белеют -- скоро -- скоро.


(Поспешно уходит.)


Креон

(Герольду)


Ты

Ступай в Фивы -- и там объяви,

Что занял я осиротевший трон.


Некоторые из гвардии


Да здравствует Креон!


Креон


Потом во граде

Поведай, что Полиник, как разбойник

И хищный бунтовщик, лишен святого

Сожжения -- и здесь добычей будет

Зверям и птицам плотоядным, и

Всяк, видящий сие, пускай страшится

Подобной казни; -- возвести во Фивах

Сие.


Герольд удаляется.


Гвардия


Да здравствует Креон!


Креон

(несколько времени стоит в рассеянии, потом подбегает к Полинику и грудь его пронзает копьем троекратно)


Убийца!

Бесчестный тать!


Исступление.


Но, ах! не чувствует --

Не чувствует он боле ярости

Отца.


(К гвардии)


Фивейцы! не откроет ли

Кто чародея мне, который бы

Наполнил эти побелевши жилы

Живою кровию и это сердце

Заставил чувствовать? -- иль чародейцы

Не знает ли кто, чтоб могла открыть

Глаза, сомкнутые печатью смерти?

Чтоб он, сей падший честолюбец, мог

Свое несчастье чувствовать, несчастье --

Быть падшим честолюбцем? -- О! тогда

Сей адский стон, сие хрипенье в груди

Проникли бы растерзанную душу.

Пусть жил бы он -- и смерть себе считал

Блаженством, посланным с небес! --

О, как неправосудны боги, что

Одним себе присвоили казнить

Злодеев! -- Обижен я -- я мщу.

Какая радость мне, что он во аде

Под Тизифониным бичом стенает?

Не вижу -- и не слышу; -- а я видел

Пронзенный сына труп, и слышал вопли

Отчаянной жены -- и матери,


11


Герольд

(из города)


Фивейцы ждут тебя, Креон, и радость

Их -- неописанна. Междоусобье

Прекращено; аргивские знамена

Уже далеко развеваются

От фивских стен. -- Уже готовы жертвы,

И юноши и девы ждут тебя,

Да песни и священны хороводы

Составятся при жертвеннике Весты,

Великой матери богов.


Креон


Пойдем

Во град.


(Герольду)


Ты повели наполнить чаши

Вином и кубки увязать венками.

Пусть с каждой искрой льется в сердце радость --

И все забыты будут горести,

Болезни и стенанья, кои Фивы

В жестоку брань сию перенесли.


## СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ


Место действия прежнее; ночь. Труп Полиников лежит у гробницы. Полив и три работника копают яму.


1


Полив


Сын Кронов вам воздаст, друзья мои!

За ваше дело. -- Ах! когда б фивейцы

Все тако думали, Эдипов дом

Еще б не рушился. -- Простите!

Вы не получите подарков --

Ни злата, ни сребра вы не

Получите; но мысль: мы помогли

Царевичу, и труп его земле

Мы предали, -- та мысль одушевит

На смертном вас одре; с улыбкой

Умрете вы, надеясь встретить там

Не злобу фурий, но Полиника

С объятиями распростертыми.

Он днесь скитается при бреге

Клокочущего Стикса, и скитаться

Чрез целое столетье будет. -- Там

Не погребенные на сей земле

Злодеи, хищники, убийцы бродят --

И тень Полиника скитаться тамо

Не перестанет. -- Ах! когда кинжалом

Свирепый брат пронзил его и он

На хладну землю пал в своей крови,--

А! в тот ужасный миг, прощаяся

Со светом, с Фивами, с друзьями и

Родными, он -- он улыбался; -- но

Когда свирепый дядя их велел

Не предавать его земле, тогда

Полиникова тень произнесла

Стенанья -- и я сам -- я сам внимал

Сии стенанья -- и скорбел. Однако

Я был уверен, что во Фивах есть

Еще фивейцы -- и надеялся --

На вас надеялся, друзья! -- Простите!

Простите! Я один его сокрою.

Ступайте в Фивы!


Работники уходят.


Как повсюду мрачно!

Повсюду глухо! -- Раздраженное

Злодейством небо мещет луч туманный

На бледный труп. Могильны свисты меж

Гробниц звенят -- и сердце ноет, ноет,

Немое эхо отвечает им,

И тени с ужасом взирают на

Людскую злобу.


(Берет Полиника и с трудом переносит к яме.)


Но что вижу я!

От Фивских стен сюда спешат

С светильником? -- неужли тут, -- и тут

Предательство? -- Ах! здесь повсюду люди,

А от людей желать и верности,

И к ближнему любви -- всё то ж, что и

Желать, чтоб и в пещерах Орковых

Блистал Латонин светлый сын. -- Пускай --

Пускай Креон меня увидит и

Осудит к смерти,-- пусть (сии власы,

От скорби поседевшие, и эти

Ланиты побледневши орумянит

Моей холодной кровью!


2


Антигона приходит с факелом с двумя невольницами; она бросается на труп Полиника и рыдает.


Антигона


Брат! мой брат!


Полив

(долго стоит молча, смотря на небо; потом подходит к Антигоне)


Царевна! Антигона! прекрати

Печаль свою -- она безмерна; вспомни,

Твой брат теперь еще не погребен,

И тень его блуждает в Орковых

Пределах.


Антигона

(встает с ужасом)


Старец! ты ли, ты ли

В глухую полночь ноешь при гробницах?

Любезный старец! -- и ты не поведал

Сестре его -- и сам хотел сокрыть --

Один хотел сим благом насладиться

И после поносить мою холодность!


Полив


Уведомить тебя, царевна, я

О сем не смел; -- мужчин едва я мог

Склонить, чтоб яму вырыли; -- то ты ль,

Ты, дева, будешь здесь присутствовать

Без страха?


Антигона


Я сестра, любимая

Его сестра! -- он брат -- любимый брат!

Но мы напрасно медлим: Сервия!

Амикла! помогите нам его

Спустить в могилу.


Полив


Дух Полиников!

Как если истина, которую

Внушали нам с младенчества; как если

И днесь, блуждая в пропастях бездонной

Неизмеримости, не потерял

Той чувственности бытия, какая

Одушевляет в жизни нас, -- воззри

И улыбнись! мир праху твоему!


Антигона


Мир праху твоему, Полиник, брат!

Мир праху твоему!


Все медленно опускают его в могилу. Полив стоит в исступлении, склонив голову на заступ; Антигона в мрачном рассеянии.


Антигона


Довольно!


(К невольницам)


Вы

Оставьте здесь свои цветы -- и в город

Ступайте! -- я за вами буду.


Сервия


Но,

Царевна! ты одна -- в глухую полночь --

За Фивскими стенами -- Антигона! --

Ужасно ночь темна -- и факелы

Тускнеют...


Антигона


Братня тень мне верной

Путеводительницей будет -- я

За вами буду; удалитесь.


Невольницы уходят.


3


Полив


Но,

Царевна! помнишь ли Креонов ты

Указ? -- Прикосновение к сему

Несчастному нам жизни может стоить.


Антигона


И ты, старик, и ты сего страшишься;

Когда я -- дева -- презираю -- я

Отважилась идти сюда! -- и если б

Креон стократно угрожал, пошла бы.

Он царь -- я дщерь царева, -- и Эдип --

Я очень помню -- мой отец -- недавно

Его владыкой был.


Полив


Царевна! так --

Но злобный сей тиран не смотрит на

Народ, на пол, на слезы -- ни на возраст.


Антигона


Что ж в том мне? я сама на все его

Не посмотрю угрозы -- и предам

Земле несчастный братнин труп.


Полив

(с ужасом)


Царевна!

Раба твоя опять сюда спешит.


Антигона

(с недоумением)


Как! Сервия? опять сюда? зачем?


Сервия


Спеши, царевна! прочь спеши! измена --

Ужасная измена -- и Креон

Со всею стражею идет сюда.--

Моя подруга -- иль иной кто всё

Открыл -- Креон известен обо всем.

Спеши заблаговременно!


Антигона


Креон известен?


Полив


Обо всем? Фивейцы!

Вы этого пятна не смоете

С себя ручьями слез, реками крови.

Спасайся, Антигона!


Антигона


Ты, старик,

Ты шутишь? иль я показала робость

При этой вести? Верная моя

Подруга Сервия! скажи, каким

Злосчастным образом Креон узнал

Об этом? иль враждебный демон наш

Открыл ему?


Сервия


Об этом я сама

Не знаю; только был тогда Креон

При Евридике и Эмоновом

Одре, как получил известие

Сие, -- и ярость в нем заклокотала.

Немедленно он страже повелел

Собраться -- и, неавнемля воплям и

Моленьям Евридики и стенаньям

Эмоновым, бежит сюда.


(С ужасом)


Смотри!


Вдали показываются факелы.


Погибли мы!


Антигона


Ступай сюда! ты их

Минешь и придешь в град проходом тайным.

Сервия с робкою поспешностию уходит.


Полив


По крайней мере, мы его землей

Покроем хоть немного. Антигона!

Спасайся! я один останусь и

Умру с Полиником.


Антигона

(в исступлении, но потом радостно)


Старик, покроем

Его землей. -- Креон, быть может, и

Захочет откопать его...


Оба вбрасывают земли в могилу.


При крае сей могилы посажу

Цветы сии -- пускай они ему

Благоухают.


Креон приближается. Антигона вскакивает с веселою миною сумасшествия и схватывает Полива за руку.


Но -- вот и Креон!


5


Креон со стражею.

Креон долго смотрит на Антигону со всем гневом и презрением; потом оборачивается к Поливу.


Креон


И ты! а! подлый раб! и ты своими

Преступными руками прикоснулся

Бунтовщику сему -- разбойнику?


Полив


На сих руках носил я некогда

Эдипа; ими же погреб сего

Несчастного! он сын Эдипов!


Креон


Стражи!

Окуйте злобного раба! велю,

Чтоб чрез три дни его во всей моей

Беотии следа не видно было.


Полива отводят на сторону, оковывают; он стоит неподвижно.


Креон

(Антигоне)


И ты, преступница! ко мне приближься!

Как ты могла ослушаться меня?

Меня -- и дяди -- и владыки! -- Как

Осмелилась с Поливом, подлым сим

Рабом, украсться из оград фивейских?

Безумная! безумная!


Антигона

(после малого молчания)


Смотри,

Смотри ты на меня, Креон! неужли

Ты видишь хоть малейшу тень боязни?

Смотри -- я улыбаюсь, я смеюсь --

Твои угрозы презираю -- а тиран --

Я сколько знать могу -- тогда неистов,

Когда перед собой зрит трепетных.


Креон

(в удивлении)


Не понимаю я -- отколь в тебе

Сия кичливость?


Антигона


Не кичливость, а

Решимость умереть -- и ты мне боле

Со всем усилием не можешь сделать.


(Подходя к нему ближе)


Смотри, Креон, как мал пред тем тиран,

Кто не боится смерти!


Креон

(с яростию)


Мы посмотрим!

Посмотрим. Стража! приступи!


Стража подходит к нему.


Возьмите

Преступницу, и я хочу, чтобы

Она была с Полиником в одном

Сем гробе.


Полив подбегает к гробнице Кадмовой, падает на колени и, склонив голову к камням, пребывает в сем положении. Стражи подходят к Антигоне.


Антигона


Фивяне! я дочь Эдипа!


Стражи отступают.


Креон


Бездушные! ее страшитесь? кто

Здесь государь? -- Эдип-кровосмеситель

Иль я?


Антигона

(с ужасом отступает тихо, с робостию)


Кровосмеситель!


(Погружается в задумчивость.)


Креон


Я или

Эдип-кровосмеситель?


Стражи подходят к Антигоне.


Антигона

(с бешенством Креону)


А! злодей!

Злодей! -- чем оскорбил тебя несчастный

Отец наш, что ты так его бесстыдно

Поносишь? -- О тиран, тиран! иль тем

Ты мнишь в своих рабах возжечь к нему

И ненависть, и злобу? -- о безумный!

Ты злобен на меня -- за что же, изверг,

За что порочишь ты несчастного?

Ты смертию меня стращаешь? -- Что,

Что смерть? она хамелеон, -- и для

Тебя, чудовище, хамелеон

Сей будет гнусным остовом, каким

Изображают смерть: она взнесет

На адскую твою главу косы своей

Булатно жало -- и своими -- так!

Своими хладными руками гроба

Откроет крышку; -- но меня другая

Постигнет смерть: младенец кроткий, милый,

Младенец нежный даст мне розу -- я

Украшу ею грудь -- и наслажусь

Ее благоуханий -- и в могиле

Засну спокойно.


Креон

(с яростию)


Стражи!


Стражи толпятся к ней.


Антигона

(удерживая их)


На минуту

Постойте, -- я готовлюсь умереть

В сей тесной мрачной яме; -- так, Креон!

Так, так! я вижу на твоем лице

Довольство, радость -- улыбнись, Креон!

Ты только улыбнись теперь -- и будешь

Подобие разящей фурии!

Рассмейся!..


Короткое молчание.


Нет, нет, нет! бывает миг,

Что и тиран воспоминает, что

Он также человек; -- но я умру,

Умру в могиле сей, -- и мысль, сия

Блаженна мысль: "Я умираю с братом

Полиником" -- придаст мне радости,

И я умру спокойней, чем Креон

На тирском засыпает пухе!


(Становится на колени)


Брат!

Прими меня в свои объятья!


(С воплем бросается в могилу; долгое ужасное молчание.)


Креон

(хладнокровно)


Стражи!

Землей засыпьте яму!


Стражи засыпают яму землею.


А теперь

Пойдем во град! -- мне жаль царевны; но

Она преступница -- и мой закон --

Мое желание -- исполнить должно.--

Пойдем!


Стража стоит с ужасом.


Но что там -- я -- мне кажется,

Я вижу свет?


Один из воинов


Креон! се Евридика!


Креон


Супруга? средь полуночи? зачем?


6


Евридика с невольницами.


Евридика

(с бешенством подбегает к нему)


Куда, куда, злодей, укрыться хочешь?

Тень сына моего -- повсюду за

Тобой стремиться будет. -- Зри, злодей!

Смотри! я вся в крови -- в крови сыновней --

И ты виной всему! -- О боги! где

Перуны ваши?


Креон


Где, супруга, твой

Рассудок?


Евридика


Ах, злодей! злодей! злодей!

Но тигру говорить о жалости!

Что можно говорить? -- глаза твои

Пылают кровью -- как! не я ль тебя

Молила, чтоб ты пощадил сие

Невинное дитя, царевну? -- не

Молил ли на коленях, изверг, не

Молил ли и Эмон тебя? он плакал --

Стенал -- и ты -- ее сразил! -- злодей!


Креон


Я не был в Мемфисе и не умею

Отгадывать таких иероглифов.


Евридика


Иероглифов? -- о Креон! -- и ты

Смеешься! -- знаешь ли, что эта

Улыбка будет некогда тебе

Бесчисленных конвульсий стоить -- там,

Где чуждую с тебя сорвут корону?

Увидишь, как смеяться будет царь,

Смеявшийся здесь воплям бедных!


Креон


Стража!

Возьми и отведи ее во град!

Быть может, утром возвратится к ней

Рассудок.


Евридика


А! тиран! ты так со мной

Осмелился! -- но что -- что с извергом

Возможно говорить? злодей! -- знай, я

Из града шла, чтобы опять в него

Не возвращаться боле; и на гробе

Царевны, и в крови сыновней -- а!

Ты видишь эту кровь? -- и в сей крови

Сыновней пасть -- и путь тебе, злодей!

Предуготовить.


Креон

(к страже)


Воины! пойдем.


Евридика

(удерживая его)


Предуготовить путь тебе, злодей!

Я адские места наполню воплем;

Наполню стоном и слезами, и

Вооружу против тебя все тени

И добрых, и злодеев -- прочь, тиран!

Ступай теперь! -- постой! постой! -- тебе

Была приятна кровь его, упейся --

Упейся и моей!


(Закалывается.)


Ужасное молчание; Креон дает знак одной из невольниц, чтоб она приблизилась.


Креон


Что это? ты

Мне можешь объяснить, что это?


Невольница


Ах!

Твой сын теперь повержен -- мертв твой сын.


Креон

(с ужасом)


Эмон мой мертв?


Невольница


И Евридика, не

Возмогши перенесть удара, видишь --

Сама себя сразила.


Креон


Но кто сына

Сразил?


Невольница


Он сам, как скоро он увидел,

Что непреклонен ты к его мольбам --

И хочешь Антигону смертию

Казнить -- он раны растерзал и пал

В крови произнося проклятья.


Креон

(с трепетом)


На

Кого?


Невольница


Прости рабе!


Креон

(с яростию)


Проклятья? на

Кого?


Невольница

(вполголоса)


Креона.


Креон


На Креона!


(Улыбается.)


Молчание.


Я

Теперь всё знаю.


(Подходит к Евридике, вынимает из груди кинжал, улыбается -- и бросает на могилу.)


Страженачальник


Государь! ты бледен!


Креон


Мы завтра погребем их, а теперь

Пойдем во град.


(Идет; подходит к телу Евридики и трепещет.)


Страженачальник


Креон, о государь!

Ты ужасаешь нас.


Креон падает без чувств на землю; всеобщий ужас; воины поднимают его и поддерживают.


Воин


Страженачальник!

Гонец из Фив сюда спешит. -- Конечно...


Страженачальник


Конечно, новы бедствия разят

Несчастный град.


Вестник

(прибежав)


Где государь? где он?


(Увидя Креона, стоит в недоумении.)


Страженачальник


Что сделалось еще во Фивах? что?


Вестник


Спешите в город, -- там смятенье, бунт.


Страженачальник


Смятенье? бунт?


Креон

(как бы просыпаясь, вполголоса)


Смятенье? бунт во граде?


(Вырывается из рук стражи)


Прочь, прочь, изменники! связать меня

Хотели вы, или сковать -- злодей! --

Кто смел меня держать, когда во граде

Пылают бунты? А! предательство,

Измена! -- и рабы мои -- и черви --

И прахи ног моих ползущие

Кичатся...


Стража с трепетом отступает.


Страженачальник

(приступив к нему)


Государь! неправо ты

Поносишь нас изменой, если мы

Готовы кровь пролить за государя.--

Мы сами ничего не ведаем

Ни об изменах, ни предательствах.


Креон

(к Вестнику)


Откуда ты? зачем? какие вести

Принес ты мне?


Вестник


Прости, когда они

Не будут радостны тебе. Как скоро

Сюда пошел ты, чтоб казнить царевну,

Уже молва, везде спешащая,

Дала знать Фивам, что ты и казнил

Уже ее. -- Вскруженные вином,

Фивейцы бросили свои бокалы,

Подъяли копья -- и вломились в храм,

Где сын твой был с твоей супругой. Там

Они поведали об Антигоне --

Об участи ее и смерти, и Эмон,

Произнеся ужасные проклятья на

Тебя, раскрыл в груди смертельны раны --

Упал у ног твоей супруги. -- С воплем --

С рыданием она спешила вон;

И прежде, нежели ушла за стены,

Является Исмена средь народа; -- и

Мы ахнули! -- мы восстенали, видя

Несчастную царевну: -- яд уже

В груди ее свирепствовал. Глаза

Едва-едва мелькали слабым светом;

Запекшиеся губы не могли

Нам изъяснить ее стенаний;

Она рыдала -- и мы все рыдали.

Последние ее слова: "Я смерть

Приемлю за сестру и братьев!" --

Сии слова уже последки были.

Народ в волнении -- и храм твой и

Чертог наполнен, -- поспеши во град

И успокой.


Креон

(долго стоит молча; но на лице его видны знаки ярости; он, потрясая копьем)


Кого мне успокоить?

Червей кичащихся? под прахом ног

Моих они задохнутся!


(Убегает.)


Воины спешат за ним; невольницы уносят тело Евридики.


Полив

(встает)


Пойду,

Пойду, -- и в самом аде быть ужасней

Не может.


(Бежит)


Ах! куда? и не проливши

Ни слезки на могилу сих несчастных?


(Падает на могилу.)


О ты! Отец всего! неужли я --

Один я для тебя не внятен? -- я,

Презренный от людей, поруганный,

Изгнанный! -- нет! нет! кто возможет

Внимать червя жужжанью, коль на тверди

Гремят перуны и небесны своды

Трещат? -- кто, кто, кроме тебя, отец

Зевес! един внимаешь ты как червю,

Так и гиганту; их стенанья ли или

Восторги радости; -- ты внемлешь и

Меня, которого презрели люди,

Который исключен из общества

Живых -- ты внемлешь и меня. -- Даруй,

Чтоб эта, сединой покрытая

Глава, после сея кровавой ночи,

Уже не озарялась более

Восходом солнечным! молю! молю!


(Преклоняет голову к земле и пребывает долго в сем положении.)


1799


## ПРИМЕЧАНИЯ


Кровавая ночь, или Конечное падение дому Кадмова. Впервые -- "Иппокрена, или Утехи любословия", 1800, ч. 7, стр. 161. Трагедия была написана в 1799 г. В "Иппокрене" указана дата -- 12 октября 1799 года, являющаяся, видимо, датой окончания трагедии. На сцене "Кровавая ночь" не ставилась. В основу ее сюжета положены мифологические предания о поединке сыновей Эдипа -- Полиника и Этеокла -- и участи Антигоны, осмелившейся похоронить тело своего брата Полиника несмотря на запрещение старейшин. Эдип, изгнанный сыновьями из Фив, предрекает, что сыновья его погибнут один от руки другого. Это пророчество сбывается. Младший сын Эдипа Этеокл завладел Фиванским царством и изгнал своего брата Полиника. Последний отправился в Аргос к царю Адрасту и принял участие в походе против Фив. Во время поединка Полиник и Этеокл закололи друг друга. Фиванцы отказались выдать тело Полиника Адрасту, так как Полиник был фиванцем. Но и сами не стали его погребать, оставив его на поле о добычу псам и птицам. Когда же Антигона все-таки похоронила тело брата, правитель Фив Креонт приказал заключить ее за ослушание в подземную пещеру, где она должна была умереть с голоду. Отведенная в пещеру, Антигона кончила жизнь самоубийством. Лишил себя жизни и сын Креонта Гемон, жених Антигоны. Узнав о смерти сына, наложила на себя руки и жена Креонта Эвридика. Художественная разработка этого сюжета дана в трагедиях Эсхила ("Семеро против Фив") и Софокла ("Антигона"), на которые (особенно на трагедию Эсхила) опирался Иарежный, создавая свою пьесу. Но автор "Кровавой ночи" во многом отступил от своих источников. Он переосмыслил сюжетную коллизию и изменил характеристики действующих лиц (см. о "Кровавой ночи" во вступительной статье).

Сцена первая. 1. Кадм, В степях блуждая диких, Орал судьбу фивейцев И не дракона зубы -- Фивейцам слезы сеял. Победив страшного дракона Марсиаса, Кадм (см.) по велению Афины вспахал землю и посеял зубы дракона. Из посеянного возникло племя вооруженных людей, принявшихся истреблять друг друга. Когда в живых осталось только пять человек, Кадм основал с ними город Фивы. Амфион Сладчайшим лирным звуком Дал твердым камням жизнь И вкруг поставил пышна града. По преданию, Амфион (см.) очаровывал игрою на лире камни, которые сами складывались в степы Фив. Лишенный зренья старец -- Эдип. По преданию, Эдип ослепил себя, узнав о том, что является убийцей своего отца и мужем собственной матери. Возлег при Колонее. Уйдя из Фив, Эдип нашел себе приют в Колоне, предместье Афин, где и скончался. Рукою дщери -- рукою дочери Эдипа Антигоны. Мог решить загадку Сфинкса, По преданию, Эдип разгадал загадку Сфинкса (см.) и тем самым спас от бедствия фиванцев. Брат Иокасты, дядя мой. Креонт был братом Иокасты, жены царя Ланя, дядей Полиника, Этеокла. Антигоны и их сестры Исмены. 2. Миценские послы -- послы Микен, древнего города в Арголиде, являвшегося политическим центром Греции. 3. Сын Зевса и Алкмены -- Геракл (см.). Царь Эдип достиг оракулова предвещанья. Когда Эдип обратился к дельфийскому оракулу, тот предсказал ему, что он станет убийцей своего отца и женится на своей матери. Как роза в Темпе и т. д. Темпейская долина в Фессалии славилась роскошной растительностью. Далее устами Старца излагается предание о невольном преступлении Эдипа.

Сцена вторая. 1. Воздушный столп -- смерч. Агеноров сын и т. д. -- Кадм. Речь идет о победе Кадма над драконом Марсиасом и основании Фив (см. стр. 598). 4. Но пасть бунтовщиком, пасть извергом -- пасть от руки бунтовщика, изверга. 5. Бичи подземной мстительницы. Эриннии (см.) бичами терзали преступников. Олимпа царь -- Зевс. 7. Дщери Орка -- здесь: дочери ада, т. е. обитающие в подземном царстве фурии. Пресветлый Зевсов любимец! сын! -- Аполлон. 8. Лидия -- в древности государство в Малой Азии. Тир -- приморский город в древней Финикии. Сидон -- в древности торговый город Финикии.

Сцена третья. 1. Латонин сын -- Аполлон. 2. Беотия -- древняя провинция Средней Греции, главным городом которой были Фивы. 5. Этольцы -- древние обитатели Этолии, области в Средней Греции. Отличались воинственностью, занимались грабежами, кражей скота. Вулкан закаливал в Этнейских пропастях. Мастерская Вулкана (см.) находилась внутри вулкана Этны.