# Жорж Данден, или Озадаченный муж

Жан-Батист Мольер

George Dandin ou le Mari confondu

Комедия в трех действиях.

Перевод О. Бакста, 1884.

СОБРАНІЕ СОЧИНЕНІЙ МОЛЬЕРА


ИЗДАНІЕ О. И. БАКСТА

ВЪ ТРЕХЪ ТОМАХЪ.


ТОМЪ ТРЕТІЙ.


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.


Книжный магазинъ О. И. Бакста, Невскій, 28.

1884


http://az.lib.ru/


ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ

или

ОЗАДАЧЕННЫЙ МУЖЪ.


(GEORGE DANDIN, OU LE MARI CONFONDU).


КОМЕДІЯ ВЪ ТРЕХЪ ДѢЙСТВІЯХЪ.


Представлена въ первый разъ въ Версали 18 іюля 1668 г.


Переводъ О. Бакста


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:


Актеры:

Жоржъ Данденъ, богатый землевладѣлецъ изъ крестьянъ          Мольеръ.

Анжелика, его жена                                                             Г-жа Мольеръ.

Г. де-Сотанвиль, помѣщикъ-дворянинъ                                         Дю-Круази.

Г-жа де-Сотанвиль                                                             Гюберъ.

Клитандръ, любовникъ Анжелики,                                         Ла-Гранжъ.

Клодина, горничная Анжелики                                                   Г-жа Де-Бри.

Любенъ, крестьянинъ                                                             Ла-Торильеръ.

Коленъ, слуга Жоржа Дандена                                                  ***


Дѣйствіе происходитъ передъ домомъ Жоржа Дандена, въ деревнѣ.


## ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.


ЯВЛЕНІЕ I.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ (одинъ).


О, что за мудреное дѣло жена-барыня! И какой внушительный урокъ моя женитьба для всѣхъ крестьянъ, которые, подобно мнѣ, желаютъ стать выше своего положенія и породниться съ дворянскимъ домомъ! Дворянство само по себѣ дѣло хорошее, дѣло важное,-- что говорить! Но оно сопряжено съ такою массою непріятностей, что лучше ужъ не соваться. Я вотъ, какъ поплатился, сталъ теперь уменъ на этотъ счетъ; я знаю теперь, какъ дворяне смотрятъ на нашего брата, когда принимаютъ его въ свою семью. Съ нами-то они мало связываются, имъ бы только породниться съ нашими деньгами. И я сдѣлалъ бы гораздо лучше, еслибъ, при моемъ богатствѣ, породнился съ простой и доброй крестьянской семьей, а не взялъ бы себѣ жену, которая смотритъ на меня свысока, стыдится носить мою фамилію и думаетъ, что всѣмъ моимъ добромъ я недостаточно заплатилъ за честь быть ея мужемъ. О, Жоржъ Данденъ, Жоржъ Данденъ, ты сдѣлалъ величайшую въ мірѣ глупость! Мнѣ теперь страшно въ свой домъ войти, постоянно натолкнешься на какую-нибудь непріятность.


ЯВЛЕНІЕ II.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, ЛЮБЕНЪ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону, увидя, что Любенъ выходить изъ его дома).


Какого чорта дѣлать этому балбесу въ моемъ домѣ?


Любенъ (въ сторону, увидя Жоржа Дандена).


Вонъ кто-то на меня посматриваетъ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Онъ меня не знаетъ.


Любенъ (въ сторону).


Онъ что-то подозрѣваетъ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Ишь, ему очень трудно поклониться.


Любенъ (въ сторону).


Боюсь, какъ бы онъ не разсказалъ, что видѣлъ меня здѣсь.


Жоржъ Данденъ.


Здравствуйте.


Любенъ.


Вашъ покорный слуга.


Жоржъ Данденъ.


Вы, кажется, не здѣшній?


Любенъ.


Нѣтъ, я пришелъ только, чтобы видѣть завтрашній праздникъ.


Жоржъ Данденъ.


А скажите, пожалуйста, вы были тамъ въ домѣ?


Любенъ.


Тс...


Жоржъ Данденъ.


А что?


Любенъ.


Тише.


Жоржъ Данденъ.


А что такое?


Любенъ.


Молчите! Не надо говорить, что вы видѣли меня выходящимъ оттуда.


Жоржъ Данденъ.


Это почему?


Любенъ.


Потому что...


Жоржъ Данденъ.


Да что такое?


Любенъ.


Тише. Я боюсь, чтобы насъ не подслушали.


Жоржъ Данденъ.


О, нѣтъ, нѣтъ.


Любенъ.


Видите-ли, я былъ у хозяйки этого дома по порученію одного господина, который строитъ ей куры; и нужно, чтобы никто этого не зналъ. Понимаете?


Жоржъ Данденъ.


Понимаю.


Любенъ.


Вотъ вамъ и причина. Мнѣ приказано остерегаться, чтобы никто меня не видѣлъ; такъ вы, пожалуйста, хоть не говорите никому, что видѣли меня.


Жоржъ Данденъ.


Зачѣмъ же я стану говорить?


Любенъ.


Я люблю обдѣлывать дѣла потихоньку, какъ мнѣ приказано.


Жоржъ Данденъ.


Это хорошо.


Любенъ.


Мужъ, говорятъ, ревнивецъ, и не хочетъ, чтобы ухаживали за его женой; если онъ узнаетъ, такъ онъ тутъ скандалъ надѣлаетъ. Понимаете?


Жоржъ Данденъ.


Отлично понимаю.


Любенъ.


Онъ ничего не долженъ знать объ этомъ.


Жоржъ Данденъ.


Конечно.


Любенъ.


Его хотятъ обойти потихоньку. Понимаете?


Жоржъ Данденъ.


Какъ нельзя лучше.


Любенъ.


Если вы проговоритесь, что видѣли какъ я выходилъ изъ его дома, вы испортите все дѣло. Понимаете?


Жоржъ Данденъ.


Ну, конечно.-- А скажите-ка, какъ называется господинъ, который послалъ васъ туда?


Любенъ.


Это нашъ помѣщикъ, господинъ виконтъ де чортъ побери, вѣчно забываю эту мудреную фамилію, господинъ Кли... Клитандръ.


Жоржъ Данденъ.


Это тотъ молодой придворный, что живетъ...


Любокъ.


Да, да; за этими деревьями.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Такъ вотъ зачѣмъ этотъ франтикъ поселился недавно противъ моего дома. У меня, значить, хорошее чутье: его сосѣдство сразу показалось мнѣ подозрительнымъ.


Любенъ.


Благороднѣйшій человѣкъ, какого вы когда либо видѣли, чортъ возьми! Онъ далъ мнѣ три золотыхъ за то, чтобы только передать барынѣ, что онъ въ нее влюбленъ и очень желаетъ имѣть честь поговорить съ ней. Ну, развѣ-жъ это такой большой трудъ? Вѣдь я за рабочій день получаю только десять су!


Жоржъ Данденъ.


И что же, вы исполнили это порученіе?


Любенъ.


Да. Я нашелъ тамъ нѣкую Клодину, которая сразу смекнула въ чемъ дѣло и провела меня къ барынѣ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Подлая служанка!


Любенъ.


Эта Клодина просто прелесть: она меня очаровала, и если только она захочетъ, я женюсь на ней.


Жоржъ Данденъ.


А какой же отвѣтъ дала барыня этому придворному?


Любенъ.


Она велѣла сказать ему... постойте, не знаю, вспомню-ли я все это хорошенько... да, что она очень благодарить его за любовь въ ней, что нужно остерегаться мужа ея, чудака, и не дать ему ничего замѣтить, и что надо будетъ придумать что нибудь, чтобы имѣть возможность видѣться вдвоемъ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


О, негодная жена!


Любенъ.


Чортъ возьми, это потѣшно будетъ: мужъ ничего не будетъ подозрѣвать, и при всей своей ревности останется съ носомъ. Это хорошая штука, неправда-ли?


Жоржъ Данденъ.


Да, да.


Любенъ.


Ну, прощайте. Только молчите. Храните секретъ, чтобы мужъ не провѣдалъ.


Жоржъ Данденъ.


Ладно, ладно.


Любенъ.


Что касается меня, то я какъ ни въ чемъ не бывало. Ужъ я тонкая штука, и меня никто не заподозритъ.


ЯВЛЕНІЕ III.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ (одинъ).


Такъ-то, Жоржъ Данденъ, жена тебя обработываетъ! Вотъ что значитъ пожелать жениться на барышнѣ! Тебѣ подводятъ всякія штуки, а ты даже и отомстить-то не можешь: дворянство связываетъ тебѣ руки. Когда мужъ и жена люди одного сословія, то онъ можетъ хоть отомстить за свою честь, и будь твоя жена крестьянка, ты натѣшился бы теперь надъ нею вволю при помощи доброй палки. Но тебѣ захотѣлось отвѣдать дворянства. Тебѣ надоѣло быть хозяиномъ у себя въ домѣ. О, я взбѣшенъ, и охотно надавалъ бы себѣ пощечинъ. Какъ! безстыдно выслушивать любовное объясненіе волокиты и еще обѣщать ему взаимность! Нѣтъ, чортъ возьми, я не пропущу такого случая. Мнѣ нужно сейчасъ-же идти пожаловаться ея отцу и матери, и пусть они сами увидятъ, сколько горя и досады причиняетъ мнѣ ихъ дочь. Да вотъ, кстати, они и сами.


ЯВЛЕНІЕ IV. - Г. ДЕ-СОТАНВИЛЬ, Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Г. де-Сотанвиль.


Что съ вами, зять? Вы какъ будто очень разстроены.


Жоржъ Данденъ.


Да и есть отъ чего; и...


Г-жа де-Сотанвиль.


Господи, какой вы, зять, необразованный, что подходите и даже не здороваетесь!


Жоржъ Данденъ.


Право, матушка, у меня совсѣмъ другое въ головѣ; и....


Г-жа де-Сотанвиль.


Опять! Можно ли, зять, такъ мало знать свѣтъ, и неужели вы не можете научиться, какъ слѣдуетъ жить между порядочными людьми?


Жоржъ Данденъ.


Что такое?


Г-жа де-Сотанвиль.


Да когда же вы, въ разговорѣ со мною, оставите это фамильярное названіе матушка, и научитесь говорить мнѣ мадамъ.


Жоржъ Данденъ.


Чортъ возьми, если вы называете меня зятемъ, то я, кажется, могу назвать васъ матушкой.


Г-жа де-Сотанвиль


Объ этомъ нужно много говорить, это не одно и то же. Поймите, пожалуйста, что вамъ нельзя обращаться съ такимъ словомъ къ особѣ моего положенія; что, хотя вы и нашъ зять, однако между нами большая разница, и вы должны знать себя.


Г. де-Сотанвиль.


Довольно, душа моя; оставимъ это.


Г-жа де-Сотанвиль.


Боже мой, вы, господинъ де-Сотанвиль, какъ-то особенно снисходительны и совсѣмъ не умѣете заставлять людей оказывать вамъ должное.


Г. де-Сотанвиль.


Corbleu! извините, меня на этотъ счетъ учить нечего; я въ жизни своей двадцать разъ храбро доказалъ, что я не таковъ, чтобы позволилъ хоть на іоту задѣть мои права. Но съ него довольно и маленькаго внушенія. Скажите-ка, зять, что у васъ въ головѣ?


Жоржъ Данденъ.


Чтобы высказаться категорически, я долженъ заявить вамъ. г. де-Сотанвиль, что я имѣю...


Г. де-Сотанвиль.


Позвольте, зять. Замѣтьте себѣ, что называть людей по фамиліи непочтительно, и что людямъ, стоящимъ выше насъ, говорятъ просто господинъ, или сударь.


Жоржъ Данденъ.


Извольте! просто господинъ, а не господинъ де-Сотанвиль, я долженъ заявить вамъ, что моя жена...


Г. де-Сотанвиль.


Постойте! Замѣтьте также, что вы не должны говорить моя жена, когда говорите о нашей дочери.


Жоржъ Данденъ.


Какъ! Моя жена -- не моя жена?


Г-жа де-Сотанвиль.


Да, зять, она ваша жена, но вы не должны называть ее такъ; это вы могли бы дѣлать развѣ тогда, еслибы женились на ровнѣ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Вотъ, Жоржъ Данденъ, куда ты затесался! (Громко). Сдѣлайте милость, оставьте на минуту ваше дворянство въ сторонѣ, и позвольте мнѣ теперь говорить съ вами такъ, какъ умѣю. (Въ сторону). Къ чорту всѣ эти прижимки! (Обращаясь къ Сотанвилю). Я вамъ заявляю, что я очень недоволенъ своимъ супружествомъ.


Г. де-Сотанвиль.


А почему такъ?


Г-жа де-Сотанвиль.


Какъ! Вы можете такъ говорить о томъ, что доставило вамъ столько выгодъ?


Жоржъ Данденъ.


Какія же это выгоды, мадамъ,-- если ужъ такъ нужно? Дѣло это было небезвыгодно для васъ; потому что, безъ меня, ваши дѣла, съ позволенія сказать, были очень плохи, и моими деньгами заткнуто не мало дыръ. А я, позвольте спросить, что выигралъ, кромѣ удлиненія имени, что вмѣсто Жоржа Дандена получилъ черезъ васъ титулъ господина де-ла-Дандиніера?


Г. да-Сотанвиль.


А развѣ вы, зять, ни во что не ставите родство съ домомъ де-Сотанвиль?


Г-жа де-Сотанвиль.


И съ домомъ де-ла-Прюдотери, отъ котораго я имѣю честь происходить, и который передаетъ свое дворянство и по женской линіи, такъ что, благодаря этой прекрасной привилегіи, ваши дѣти будутъ дворянами?


Жоржъ Данденъ


Да, это хорошо, мои дѣти будутъ дворянами; но я то, если не принять мѣръ, буду съ рогами.


Г. де-Сотанвиль.


Что вы хотите этимъ сказать?


Жоржъ Данденъ.


Я хочу сказать, что ваша дочь живетъ не такъ, какъ слѣдуетъ жить женѣ, и что она поступаетъ противъ чести.


Г-жа де-Сотанвиль.


Потише! Будьте осторожны съ такими словами. Моя дочь происходитъ отъ слишкомъ добродѣтельнаго рода, чтобы могла въ чемъ либо поступить противъ чести; и въ домѣ де-ла-Прюдотери, вотъ ужъ триста лѣтъ, благодареніе Богу, не было женщины, которая дала бы поводъ говорить о ней дурно.


Г. де-Сотанвиль.


Corbleu! въ домѣ Сотанвиль никогда не было кокетокъ; какъ храбрость мущинъ, такъ и цѣломудріе женщинъ наслѣдственны въ этомъ домѣ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Въ нашемъ родѣ была Жаклина де-на-Прюдотери, которая не согласилась быть любовницей герцога и пэра, губернатора нашей провинціи.


Г. де-Сотанвиль


А Матюрина де-Сотанвиль, такъ та отказалась отъ двадцати тысячъ экю, предложенныхъ ей однимъ королевскимъ любимцемъ за то только, чтобы поговорить съ ней.


Жоржъ Данденъ.


Ну, а ваша дочь не такъ недоступна, и очень приручилась съ тѣхъ поръ какъ живетъ со мною.


Г. де-Сотанвиль.


Объяснитесь, зять. Мы не такіе люди, чтобы потакать дурнымъ поступкамъ, и мы вмѣстѣ съ матерью первые потребуемъ отъ нея удовлетворенія для васъ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Мы не шутимъ въ дѣлахъ чести, и воспитали нашу дочь въ самыхъ строгихъ правилахъ.


Жоржъ Данденъ.


Все, что я могу вамъ сказать, это то, что здѣсь есть какой-то придворный, котораго вы видѣли, такъ онъ влюбился въ нее на моихъ глазахъ, послалъ ей любовное объясненіе, и она преблагодушно выслушала его.


Г-жа де-Сотанвиль.


Господи! Да я бы скорѣе задушила ее своими руками, чѣмъ допустить, чтобы она отступила отъ правилъ чести своей матери!


Г. де-Сотанвиль.


Corbleu! я бы прокололъ ее своей шпагой, ее вмѣстѣ съ любовникомъ, еслибъ она согрѣшила противъ чести!


Жоржъ Данденъ.


Я вамъ сообщилъ, что тутъ происходитъ, чтобы пожаловаться вамъ, и прошу отъ васъ удовлетворенія.


Г. де-Сотанвиль.


Не безпокойтесь; я вамъ доставлю удовлетвореніе отъ обоихъ; я никому спуску не дамъ. Но увѣрены ли вы въ томъ, что вы намъ говорите?


Жоржъ Данденъ.


Совершенно увѣренъ.


Г. де-Сотанвиль.


Только будьте осторожны; потому что между дворянами это вещи щекотливыя; тутъ не можетъ быть рѣчи объ ошибкѣ.


Жоржъ Данденъ.


Все, что я вамъ сказалъ,-- чистая правда.


Г. де-Сотанвиль.


Поговорите вы, душа моя, съ вашей дочерью, а я съ зятемъ пойду объясниться съ этимъ господиномъ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Возможно-ли, мой сынъ, чтобы она такъ забылась, послѣ разумнаго примѣра, который я, какъ вамъ извѣстно, ей подавала!


Г. де-Сотанвиль.


Мы это дѣло разъяснимъ. Идите за мною, зять, и не огорчайтесь. Вы увидите какъ мы расправляемся, когда затрогиваютъ кого либо изъ людей намъ близкихъ.


Жоржъ Данденъ.


Да вотъ онъ самъ къ намъ идетъ.


ЯВЛЕНІЕ V.-- Г. ДЕ-СОТАНВИЛЬ, КЛИТАНДРЪ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Г. де-Сотанвиль.


Милостивый государь, вы меня знаете?


Клитандръ.


Не знаю, сударь.


Г. де-Сотанвиль.


Меня зовутъ барономъ де-Сотанвиль.


Клитандръ.


Очень радъ.


Г. де-Сотанвиль.


Имя мое небезъизвѣстно при дворѣ; въ молодости я имѣлъ честь отличиться въ числѣ первыхъ въ Нансійскомъ ополченіи.


Клитандръ.


Въ добрый часъ.


Г. де-Сотанвиль.


Мой отецъ, Жанъ-Жиль де-Сотанвиль, имѣлъ счастіе лично участвовать въ великой осадѣ Монтабана.


Клитандръ.


Пріятно слышать.


Г. де-Сотанвиль.


А одинъ изъ моихъ предковъ, Бертранъ де-Сотанвиль, пользовался въ свое время такимъ уваженіемъ, что получилъ разрѣшеніе продать все свое имущество для путешествія въ св. землю.


Клитандръ.


Охотно вѣрю.


Г. де-Сотанвиль.


Мнѣ сказали, милостивый государь, что вы любите и преслѣдуете молодую особу, мою дочь, въ которой я принимаю участіе, равно какъ въ этомъ господинѣ (указывая на Жоржа Дандена), который имѣетъ честь быть моимъ зятемъ.


Клитандръ.


Кто? Я?


Г. де-Сотанвиль.


Да, вы; и я очень радъ поговорить съ вами объ этомъ, чтобы получить отъ васъ разъясненіе этого дѣла.


Клитандръ.


Вотъ странная клевета! Кто вамъ это сказалъ?


Г. де-Сотанвиль.


Нѣкто, вполнѣ увѣренный въ этомъ.


Клитандръ.


Ну, этотъ нѣкто вамъ налгалъ. Я человѣкъ честный. И неужто вы считаете меня способнымъ на такую низость? Чтобы я влюбился въ молодую и прелестную особу, которая имѣетъ честь быть дочерью барона де-Сотанвиль? Нѣтъ, я слишкомъ уважаю васъ и слишкомъ преданъ вамъ, чтобы на это рѣшиться. Тотъ, кто сказалъ вамъ это, просто дуракъ.


Г. де-Сотанвиль.


Ну-ка, зять.


Жоржъ Дандену


Что?


Клитандръ.


Мошенникъ и негодяй.


Г. де-Сотанвиль (Жоржу Дандену).


Отвѣчайте-же.


Жоржъ Данденъ.


Отвѣчайте сами.


Клитандръ.


Еслибъ я зналъ кто это можетъ быть, я бы при васъ пустилъ ему шпагу въ животъ.


Г. де-Сотанвиль (Жоржу Дандену).


Такъ поддержите-же жалобу.


Жоржъ Данденъ.


Да чего тутъ поддерживать. Это правда.


Клитандръ.


Такъ это вашъ зять-то...


Г. де-Сотанвиль.


Да, это онъ самъ мнѣ жаловался.


Клитандръ.


Ну, счастье его, что онъ въ родствѣ съ вами, а то я бы его научилъ что значитъ говорить подобныя вещи о такомъ человѣкѣ, какъ я.


ЯВЛЕНІЕ VI.-- Г. и Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, АНЖЕЛИКА, КЛИТАНДРЪ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, КЛОДИНА.


Г-жа де-Сотанвиль.


Ну, ужъ странная вещь эта ревность! Я привела сюда мою дочь, чтобы разъяснить это дѣло при всѣхъ.


Клитандръ (Анжеликѣ).


Такъ это вы, сударыня, сказали вашему мужу, что я въ васъ влюбленъ?


Анжелика.


Я? Какъ же это я могла сказать? Развѣ это правда? Желала бы я видѣть, въ самомъ дѣлѣ, какъ бы это вы въ меня влюбились. Попробуйте, пожалуйста; я вамъ совѣтую. Продѣлайте, для опыта, всѣ уловки влюбленныхъ: подсылайте ко мнѣ людей, пишите мнѣ маленькія любовныя записочки, подстерегайте минуты, когда мужъ мой не бываетъ дома или когда я выхожу изъ дому, чтобы говорить мнѣ о вашей любви. Начните только, я вамъ обѣщаю, что вы будете хорошо приняты.


Клитандръ.


Позвольте, сударыня, не горячитесь. Меня нечего учить, и вамъ незачѣмъ скандализировать себя. Кто вамъ говорилъ, что я замышляю влюбиться въ васъ?


Анжелика.


Почемъ же я знаю, что здѣсь болтаютъ?


Клитандрь.


Пусть говорятъ, что хотятъ; но вы вѣдь знаете, говорилъ ли я вамъ о любви, когда встрѣтился съ вами?


Анжелика.


Напрасно вы не говорили, попробовали бы!


Клитандръ.


Увѣряю васъ, что вамъ отъ меня нечего опасаться; я не такой человѣкъ, чтобы огорчать красавицъ; и я слишкомъ уважаю васъ и вашихъ родителей, чтобы забрать себѣ въ голову мысль влюбиться въ васъ.


Г-жа Де-Сотанвиль (Жоржу Дандену).


Ну, вотъ видите!


Г. де-Сотанвиль.


Теперь вы удовлетворены, зять. Что вы еще скажете?


Жоржъ Данденъ.


Я скажу, что все это пустыя сказки; что я очень хорошо знаю то, что знаю; и, чтобы ужъ говорить на чистоту, прибавлю, что она недавно приняла посланца отъ него.


Анжелика.


Я? Я приняла посланца?


Клитандръ.


Я прислалъ посланца?


Анжелика.


Клодина?


Клитандръ.


Правда это?


Клодина.


Вотъ странная ложь, ей Богу!


Жоржъ Данденъ.


Молчи, негодная. Знаю я тебя. Ты-то и провела этого посланца въ домъ.


Клодина.


Кто? Я?


Жоржъ Данденъ.


Да, ты. Нечего прикидываться.


Клодина.


Господи, какіе нынче злые стали люди! Меня такъ подозрѣвать, меня, совершенно невинную!


Жоржъ Данденъ.


Молчи, фальшивая. Ты все прикидываешься, но я тебя давно знаю; ты продувная шельма.


Клодина (Анжеликѣ).


Сударыня, развѣ...


Жоржъ Данденъ.


Молчи, говорятъ тебѣ. Ты у меня за всѣхъ поплатишься; у тебя вѣдь нѣтъ отца-дворянина.


Анжелика.


Это такая гнусная клевета, и она такъ поразила меня, что я не въ силахъ даже отвѣчать. Это ужасно, быть обвиненной мужемъ, когда ничего не сдѣлала противъ него дурного! Увы, если меня въ чемъ можно упрекнуть, такъ это въ томъ, что я слишкомъ добра къ нему.


Клодина.


Конечно.


Анжелика.


Все мое несчастіе въ томъ, что я слишкомъ много обращаю на него вниманія. О, еслибъ я была способна допустить чье-нибудь ухаживанье, какъ онъ говоритъ. Тогда я не была бы такъ несчастна. Прощайте; я ухожу; я не могу болѣе выносить такого оскорбительнаго обращенія.


ЯВЛЕНІЕ VII.-- Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, КЛИТАНДРЪ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, КЛОДИНА.


Г-жа де-Сотанвиль.


Подите, вы не стоите такой жены.


Клодина.


Право, онъ заслужилъ бы, чтобы она сдѣлала его слова правдою; и будь я на ея мѣстѣ, я не стала бы тутъ много разговаривать. (Обращаясь Клитандру). Да, сударь, вы должны теперь приволокнуться за моей барыней, чтобы его наказать. Приступайте, я вамъ говорю, не пожалѣете; ужъ коли онъ меня такъ низко цѣнитъ, то я предлагаю вамъ свои услуги (уходитъ).


Г. де-Сотанвиль.


Вы заслужили, зять, чтобы вамъ говорили подобныя вещи; вашъ поступокъ возстановляетъ всѣхъ противъ васъ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Старайтесь лучше обращаться съ женою благороднаго происхожденія, и смотрите, впередъ остерегайтесь подобныхъ промаховъ (уходить),


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Вотъ бѣшенство, оказаться виноватымъ, когда я правъ.


ЯВЛЕНІЕ VIII.-- Г. ДЕ-СОТАНВИЛЬ, КЛИТАНДРЪ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Клитандръ (къ Сотанвилю).


Вы видите, баронъ, какъ меня ложно обвинили; вы знаете правила чести; я требую удовлетворенія за нанесенное мнѣ оскорбленіе.


Г. де-Сотанвиль.


Это правильно, такъ и должно быть. Да, зять, дайте удовлетвореніе виконту.


Жоржъ Данденъ.


Какъ! удовлетвореніе?


Г. де-Сотанвиль.


Да это въ порядкѣ вещей, вы его неправильно обвинили.


Жоржъ Данденъ.


Я не согласенъ съ тѣмъ, что я его неправильно обвинилъ; я знаю, что мнѣ думать объ этомъ.


Г. де-Сотанвиль.


Это ничего не значитъ. Что бы вы тамъ ни думали, но онъ отрекся,-- и этого достаточно; нельзя обвинять человѣка, когда онъ отрекается.


Жоржъ Данденъ.


Такъ что еслибъ я засталъ его въ объятіяхъ моей жены, то ему стоило бы только отречься?


Г. де-Сотанвиль.


Безъ разсужденій. Просите извиненія, говорю вамъ.


Жоржъ Данденъ.


Я? Чтобы я еще просилъ извиненія...


Г. де-Сотанвиль.


Пойдемъ, говорю, тутъ нечего колебаться. И не бойтесь, лишняго шага вы не сдѣлаете,-- я съ вами.


Жоржъ Данденъ.


Да я не могу...


Г. де-Сотанвиль.


Corbleu! Не раздражайте меня, зять. А то я перейду на сторону виконта. Пойдемъ, слушайтесь меня.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


О, Жоржъ Данденъ!


Г. де-Сотанвиль.


Снимите шляпу, вы первый, потому что г. Клитандръ дворянинъ, а вы нѣтъ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону со шляпой въ рукѣ).


Я внѣ себя!


Г. де-Сотанвиль.


Повторяйте за мною: Милостивый государь...


Жоржъ Данденъ.


Милостивый государь...


Г. де-Сотанвиль.


Прошу извинить меня... (видя, что Жоржъ Данденъ не повторяетъ). Ну!


Жоржѣ Данденъ.


Прошу извинить меня...


Г. де-Сотанвиль.


Что я дурно объ васъ думалъ.


Жоржъ Данденъ.


Что я дурно объ васъ думалъ.


Г. де-Сотанвиль.


Потому что я не имѣлъ чести васъ знать.


Жоржъ Данденъ.


Потому что я не имѣлъ чести васъ знать.


Г. де-Сотанвиль.


И прошу васъ вѣрить...


Жоржъ Данденъ.


И прошу васъ вѣрить...


Г. де-Сотанвиль.


Что я вашъ покорный слуга.


Жоржъ Данденъ.


Неужели-же вы хотите, чтобы я былъ покорнымъ слугою человѣка, который хочетъ мнѣ рога наставить?


Г. Де-Сотанвиль (съ угрозой).


Опять!


Клитандръ.


Довольно, баронъ.


Г. де-Сотанвиль.


Нѣтъ, я хочу, чтобы онъ окончилъ, и чтобы все было по формѣ.-- Что я вашъ покорный слуга.


Жоржъ Данденъ.


Что я вашъ покорный слуга.


Клитандръ (Жоржу Дандену).


И я вашъ -- отъ всей души; а о случившемся я больше не думаю. (Сотанвилю). Теперь, баронъ, позвольте съ вами проститься и выразить сожалѣніе о причиненной вамъ маленькой непріятности.


Г. де-Сотанвиль.


Цѣлую руки; и, когда вамъ будетъ угодно, прошу ко мнѣ поохотиться за зайцами.


Клитандръ.


Вы слишкомъ любезны. (Уходитъ).


Г. де-Сотанвиль.


Вотъ, зять, какъ надо вести дѣла. Прощайте. Знайте, что вы вступили въ семейство, которое васъ поддержитъ и не допуститъ, чтобы васъ кто нибудь обидѣлъ.


ЯВЛЕНІЕ IX.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ


О! какъ я... Но ты этого хотѣлъ, ты этого хотѣлъ, Жоржъ Данденъ, ты этого хотѣлъ! Это тебѣ по дѣломъ; тебя отдѣлали какъ слѣдуетъ; ты вполнѣ это заслужилъ. Какъ-бы только образумить отца и мать! Авось, мнѣ еще удастся найти для этого средство.


## ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.


ЯВЛЕНІЕ I.-- КЛОДИНА, ЛЮБЕНЪ.


Клодина.


Да, я такъ и догадывалась, что это вышло черезъ тебя: ты разсказалъ кому нибудь, а тотъ перенесъ нашему хозяину.


Любенъ.


Ей Богу же, я только мимоходомъ словечко сказалъ одному человѣку, чтобы онъ не разсказывалъ, что видѣлъ меня здѣсь; да видно въ этой сторонѣ народъ ужъ очень болтливый.


Клодина.


Нечего сказать, г. виконтъ хорошо выбиралъ людей, когда тебя послалъ; попалъ на ловкаго человѣка!


Любенъ.


Ну, въ другой разъ буду ловчѣе и ужъ буду остерегаться.


Клодина.


Да, придетъ время!


Любенъ.


Полно толковать объ этомъ. Слушай.


Клодина.


Что слушать-то?


Любенъ.


Поверни ко мнѣ свое личико.


Клодина.


Ну, зачѣмъ?


Любенъ.


Клодина!


Клодина.


Что?


Любенъ.


Да развѣ ты не знаешь, что я тебѣ хочу сказать?


Клодина.


Не знаю.


Любенъ.


Чортъ возьми! Я тебя люблю!


Клодина.


Въ самомъ дѣлѣ?


Любенъ.


Да, чортъ меня возьми! Можешь мнѣ вѣрить, клянусь тебѣ.


Клодина.


Въ добрый часъ.


Любенъ.


Я чувствую, что сердце мое такъ и прыгаетъ, когда я смотрю на тебя.


Клодина.


Очень рада.


Любенъ.


Что ты дѣлаешь, чтобы быть такой хорошенькой?


Клодина.


То же, что и другія дѣлаютъ.


Любенъ.


Видишь ли, нечего намъ бобы разводить: если хочешь, будь моей женой, я буду твоимъ мужемъ, и мы будемъ мужемъ и женой.


Клодина.


А ты, можетъ, будешь такой же ревнивецъ, какъ нашъ хозяинъ?


Любенъ.


Нисколько!


Клодина.


Я терпѣть не могу подозрительныхъ мужей; я хочу имѣть мужа, который бы ничего не боялся, и такъ довѣрялъ мнѣ, что могъ бы спокойно видѣть меня даже въ обществѣ тридцати мужчинъ.


Любенъ.


Изволь, я такимъ и буду.


Клодина.


Нѣтъ ничего глупѣе, какъ не довѣрять своей женѣ и мучить ее. Въ сущности изъ этого ничего хорошаго не выходитъ, а только наводитъ насъ на дурныя мысли; и часто мужья своей суматохой сами доводятъ до того, что съ ними дѣлаютъ.


Любенъ.


Изволь, я дамъ тебѣ волю дѣлать все, что тебѣ будетъ угодно.


Клодина.


Такъ и нужно поступать, чтобы не быть обманутымъ. Когда мужъ вполнѣ полагается на насъ, мы пользуемся свободой лишь на столько, на сколько это нужно; все равно, какъ если кто открываетъ намъ кошелекъ и говоритъ: берите. Мы пользуемся этимъ честно и благоразумно. Но если кто придирается къ намъ, то мы ужъ обработываемъ его безпощадно.


Любенъ.


Ну, ну, я буду изъ тѣхъ, что сами открываютъ кошелекъ; ты только обвѣнчайся со мною.


Клодина.


Хорошо, хорошо, посмотримъ.


Любенъ.


Подойди-же сюда, Клодина.


Клодина.


Чего тебѣ?


Любенъ.


Иди сюда, говорю тебѣ.


Клодина.


Ай, потише, я не люблю когда меня трогаютъ.


Любенъ.


Ну, немножко.


Клодина.


Отстань, говорю тебѣ; я не люблю шутокъ.


Любенъ.


Клодина!


Клодина.


Ну!


Клодина (отталкивая Любена).


Любенъ.


О, какая ты суровая! Фи, какъ это нехорошо толкаться! И тебѣ не стыдно, такая хорошенькая, а не позволяетъ поласкать себя? Ну-же!


Клодина.


Вотъ я тебя тресну.


Любенъ.


О, нелюдимая, дикая! Фи, гадкая и жестокая!


Клодина.


Ты себѣ слишкомъ много позволяешь.


Любенъ.


Ну, что тебѣ значитъ дать мнѣ немножко побаловать?


Клодина.


А ты имѣй терпѣнье.


Любенъ.


Хоть одинъ маленькій поцѣлуй,-- въ счетъ нашего брака.


Клодина.


Благодарю покорно!


Любенъ.


Клодина, пожалуйста, въ счетъ будущаго.


Клодина.


Ни, ни! Ужъ меня на этомъ ловили. Прощай. Убирайся, и скажи г. виконту, что я его записочку передамъ.


Любенъ.


Прощай, жестокая красавица!


Клодина.


Вотъ это мило!


Любенъ.


Прощай, скала, кремень, плита, и все что есть самаго жосткаго въ мірѣ.


Клодина (одна).


Пойду отдать барынѣ... Да вотъ она съ мужемъ: отойду въ сторонку и подожду, пока она будетъ одна.


ЯВЛЕНІЕ II.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, АНЖЕЛИКА.


Жоржъ Данденъ.


Нѣтъ, нѣтъ; меня не такъ легко обмануть; я очень хорошо знаю, что мнѣ донесли правду. Я вижу лучше, чѣмъ вы думаете, и ваша галиматья меня не провела.


ЯВЛЕНІЕ III.-- КЛИТАНДРЪ, АНЖЕЛИКА, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Клитандръ (про себя, въ глубинѣ сцены).


А! вотъ она, но съ мужемъ.


Жоржа Данденъ (не видя Клитандра).


Не смотря на всѣ ваши гримасы, я видѣлъ, что мнѣ сказали правду, и что вы очень мало уважаете связывающій насъ союзъ. (Клитандръ и Анжелика кланяются другъ другу). Боже мой, оставьте ваши реверансы; я, конечно, не о такомъ уваженіи говорю вамъ и вамъ нечего насмѣхаться.


Анжелика.


Я, насмѣхаться? Нисколько.


Жоржъ Данденъ.


Я знаю ваши мысли; я знаю... (Клитандръ и Анжелика снова обмѣниваются поклонами). Опять! Да оставьте же ваши шутки! Я знаю, что вслѣдствіе вашего дворянства вы считаете меня гораздо ниже себя; но уваженіе, о которомъ я вамъ говорю, касается не меня лично; я говорю объ уваженія, которое вы должны имѣть къ такому священному союзу, какъ бракъ. (Анжелика дѣлаетъ знакъ Клитандру). Нечего пожимать плечами, я не глупости говорю.


Анжелика.


Да кто же пожимаетъ плечами?


Жоржъ Данденъ.


Ахъ, Боже мой! Я хорошо вижу. Повторяю вамъ еще разъ, что бравъ есть союзъ, требующій всякаго уваженія, и относиться къ нему такъ, какъ вы относитесь, очень дурно. (Анжелика дѣлаетъ Клитандру знакъ головой). Да, да, очень дурно, и вамъ нечего мотать годовой и дѣлать мнѣ гримасы.


Анжелика.


Кто? я? Я не знаю, что вы хотите сказать.


Жоржъ Данденъ.


Я очень хорошо знаю; мнѣ извѣстно ваше презрѣніе. Но если я и не родился дворяниномъ, то я все-таки происхожу отъ рода безупречнаго, и семейство Данденовъ....


Клитандръ (позади Анжелики, не замѣчаемый Жоржемъ Данденомъ).


На одну минуту.


Жоржъ Данденъ (не видя Клитандра).


Что?


Анжелика.


Я ничего не говорю. (Жоржъ Данденъ обходитъ вокругъ своей жены, а Клитандръ удаляется, дѣлая низкій поклонъ Жоржу Дандену).


ЯВЛЕНІЕ IV.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, АНЖЕЛИКА


Жоржъ Данденъ.


Вотъ, онъ опять около васъ.


Анжелика.


Такъ развѣ я виновата? Чтожъ мнѣ дѣлать?


Жоржъ Данденъ.


Да ведите себя такъ, какъ жена, которая желаетъ нравиться только мужу. Что бы тамъ ни говорили, а волокиты пристаютъ только тамъ, гдѣ ихъ охотно видятъ. На сладенькія улыбочки они льнутъ, какъ мухи на медъ; а честная женщина умѣетъ вести себя такъ, что сразу ихъ разгонитъ.


Анжелика.


Мнѣ ихъ гнать? А зачѣмъ? Меня нисколько не шокируетъ, если меня находятъ хорошенькой; напротивъ, это мнѣ пріятно.


Жоржъ Данденъ.


Да! Ну, а какую же роль долженъ играть мужъ при этихъ любезностяхъ?


Анжелика.


Роль порядочнаго человѣка, которому пріятно видѣть, что его женѣ оказываютъ вниманіе.


Жоржъ Данденъ.


Слуга покорный! Я этого дѣлать не намѣренъ. Дандены не привыкли къ такимъ порядкамъ.


Анжелика.


О, Дандены привыкнутъ, если захотятъ; по крайней мѣрѣ, я съ своей стороны объявляю вамъ, что вовсе не намѣрена отказаться отъ свѣта и похоронить себя за-живо у мужа. Какъ! Потому что одному человѣку вздумалось жениться на насъ, все должно быть для насъ кончено и мы должны прервать всякія сношенія съ живымъ міромъ! Удивительное дѣло это тиранство господъ мужей! Имъ угодно, чтобы мы умерли для всякаго удовольствія и жили только для нихъ! Я нахожу это смѣшнымъ, и вовсе не желаю умереть такъ рано.


Жоржъ Данденъ.


Такъ то вы исполняете обѣтъ вѣрности, данный мнѣ передъ всѣмъ свѣтомъ?


Анжелика.


Я? Я не давала его вамъ по доброй волѣ, вы его вырвали у меня. Спросили-ли вы передъ свадьбой о моемъ согласіи, о моемъ желаніи выйти за васъ? Вы переговаривались только съ моимъ отцомъ и моею матерью, и собственно они то и шли за васъ. Ну и жалуйтесь всегда имъ, когда вамъ причиняютъ какую нибудь несправедливость. Что же касается меня, то я не предлагала вамъ на мнѣ жениться, вы не справлялись о моихъ чувствахъ, и потому я не считаю себя обязанной рабски подчиняться вашей волѣ. Я хочу наслаждаться свѣтлыми днями моей молодости, хочу пользоваться свойственной моему возрасту свободой, хочу видѣть свѣтъ и имѣть удовольствіе выслушивать нѣжности. Готовьтесь къ этому, въ наказаніе вамъ, и благодарите небо, что я не способна на что нибудь худшее.


Жоржъ Данденъ.


Такъ вотъ какъ вы на это смотрите! А я вамъ мужъ, и говорю вамъ, что это не такъ.


Анжелика.


А я вамъ жена, и говорю вамъ, что это такъ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


У меня руки такъ и чешутся расквасить ей физіономію, чтобы навсегда отбить любезникамъ охоту волочиться за ней. Ахъ! Уходи, Жоржъ Данденъ! Я не въ силахъ болѣе сдерживать себя, и лучше ужъ убраться отсюда.


ЯВЛЕНІЕ V.-- АНЖЕЛИКА, КЛОДИНА.


Клодина.


Я едва, сударыня, дождалась, пока онъ уйдетъ, чтобы отдать вамъ письмецо, сами знаете отъ кого.


Анжелика.


Посмотримъ. (Читаетъ про себя),


Клодина (въ сторону).


Насколько я могу замѣтить, это письмо ей нравится.


Анжелика.


Ахъ, Клодина, какъ это письмо мило написано! Какая прелесть въ каждомъ словѣ, въ каждомъ поступкѣ этихъ придворныхъ! И что такое въ сравненіи съ ними наши провинціалы?


Клодина.


Я думаю, послѣ нихъ Дандены не особенно могутъ нравиться.


Анжелика.


Оставайся здѣсь,-- я пойду написать отвѣтъ.


Клодина (одна)


Кажется, мнѣ нечего совѣтовать ей написать отвѣтъ по любезнѣе.-- Да вотъ...


ЯВЛЕНІЕ VI.-- КЛИТАНДРЪ, ЛЮБЕНЪ, КЛОДИНА.


Клодина.


Ну, сударь, ловкаго выбрали вы посланника!


Клитандръ.


Я боялся послать кого нибудь изъ моихъ людей. Но, бѣдная Клодина, я у тебя въ долгу за добрыя услуги, которыя ты мнѣ оказала. (Шаря у себя въ карманѣ).


Клодина.


Не надо, сударь, не безпокойтесь; я служу вамъ, потому что вы этого стоите и я чувствую къ вамъ расположеніе.


Клитандръ (даетъ ей деньги).


Я тебѣ обязанъ.


Любенъ (Клодинѣ).


Такъ какъ ты идешь за меня за мужъ, то отдай ихъ мнѣ, я приложу къ своимъ.


Клодина.


Послѣ получишь, вмѣстѣ съ поцѣлуемъ.


Клитандръ (Клодинѣ).


Скажи-ка, ты передала мое письмо твоей милой барынѣ?


Клодина.


Да. Она пошла написать отвѣтъ.


Клитандръ.


А нельзя-ли, Клодина, мнѣ поговорить съ ней?


Клодина.


Да, идите со мною, я это устрою.


Клитандръ.


А она не разсердится? Не опасно ли?


Клодина.


Нѣтъ, нѣтъ. Мужа нѣтъ дома; да съ нимъ она и не особенно церемонится; главное отецъ и мать; лишь бы ихъ провести, а тамъ бояться нечего.


Клитандръ.


Я полагаюсь на тебя.


Любен (одинъ).


Чортъ возьми, какая у меня будетъ ловкая жена! У нея ума за четверыхъ.


ЯВЛЕНІЕ VII.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, ЛЮБЕНЪ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


А вотъ мой давишній молодецъ. Эхъ, кабы онъ рѣшился подтвердить передъ отцомъ и матерью то, чему они не хотятъ вѣрить!


Любенъ.


А, вотъ вы, господинъ болтунъ, котораго я такъ просилъ не разсказывать и который мнѣ такъ обѣщалъ! Выходитъ, что вы сплетникъ и разносите то, что вамъ говорятъ подъ секретомъ?


Жоржъ Данденъ.


Какъ? Я?


Любенъ.


Да. Вы все перенесли мужу, и изъ за васъ вышла суматоха. Хорошо, что я знаю, какой у васъ языкъ, и ужъ въ другой разъ вамъ ничего не скажу.


Жоржъ Данденъ.


Послушай, мой другъ.


Любенъ.


Еслибъ вы не болтали, я бы вамъ разсказалъ что сейчасъ происходить; но теперь, въ наказаніе, вы ничего не узнаете.


Жоржъ Данденъ.


Какъ! А что происходитъ?


Любенъ.


Ничего, ничего. Вотъ что значитъ сплетничать; вы теперь ничего не провѣдаете, такъ-таки ничего.


Жоржъ Данденъ.


Да постой минуточку.


Любенъ.


Нисколько.


Жоржъ Данденъ.


Я тебѣ только одно слово.


Любенъ.


Ни, ни. Вы хотите вывѣдать у меня.


Жоржъ Данденъ.


Да нѣтъ же, не то.


Любенъ.


Э, нашли дурака... Я вижу ваши подходы.


Жоржъ Данденъ.


Да совсѣмъ не то. Послушай.


Любенъ.


Никакихъ дѣлъ. Вамъ хочется, чтобы я разсказалъ, какъ виконтъ далъ Клодинѣ денегъ, а она повела его къ барынѣ. Нѣтъ, я не такъ глупъ.


Жоржъ Данденъ.


Пожалуйста.


Любенъ.


Нѣтъ.


Жоржъ Данденъ.


Я тебѣ дамъ...


Любенъ.


Та-та-та.


ЯВЛЕНІЕ VIII.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ (одинъ).


Съ этимъ простофилей мнѣ ничего не удалось устроить. Но новость, о которой онъ проговорился, можетъ сдѣлать тоже самое. Если этотъ франтъ у меня въ домѣ, то это будетъ достаточной уликой въ глазахъ отца и матери. Только бѣда, что я не знаю, какъ этимъ воспользоваться. Если я войду въ домъ, то молодчикъ улизнетъ,-- и ужъ что бы я тамъ позорнаго ни видѣлъ, моимъ клятвамъ не повѣрятъ, а скажутъ, что я брежу. Если, съ другой стороны, идти позвать сюда тестя и тещу, не зная навѣрное застанешь-ли тутъ франта, опять выйдетъ таже исторія и я попаду въ просакъ, какъ давеча. Какъ бы мнѣ потихонечку убѣдиться, тамъ ли онъ еще? (Смотритъ замочную скважину). О, Боже! Нечего болѣе сомнѣваться, я самъ его видѣлъ. Тутъ сама судьба даетъ мнѣ случай ихъ изобличить, (увидя приближающихся Сотанвилей) и какъ нарочно посылаетъ во время и нужныхъ мнѣ судей.


ЯВЛЕНІЕ ІХ.--Г. и Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Жоржъ Данденъ.


Наконецъ-то; вы вотъ давеча не хотѣли мнѣ вѣрить, и ваша дочь осталась права; но теперь я могу вамъ показать, какъ она со мною поступаетъ; благодаря Бога, мой позоръ теперь такъ очевиденъ, что вамъ нельзя будетъ болѣе сомнѣваться.


Г. де-Сотанвиль.


Какъ! Вы все о томъ же?


Жоржъ Данденъ.


Да, о томъ-же; и никогда я не имѣлъ къ этому больше основанія, какъ теперь.


Г-жа де-Сотанвиль.


Вы опять начинаете дурить намъ голову?


Жоржъ Данденъ.


Да, сударыня; а съ моей головой поступаютъ еще хуже.


Г. де-Сотанвиль.


И вамъ не надоѣло приставать?


Жоржъ Данденъ.


Нѣтъ; но мнѣ надоѣло быть въ дуракахъ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Неужели вы не хотите отдѣлаться отъ вашихъ нелѣпыхъ мыслей?


Жоржъ Данденъ.


Нѣтъ, сударыня; но я бы очень хотѣлъ отдѣлаться отъ жены, которая меня позоритъ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Боже мой! Да научитесь хоть говорить, зять.


Г. де-Сотанвиль.


Corbleu! Будьте осторожнѣе въ выраженіяхъ.


Жоржъ Данденъ.


Мнѣ теперь не до выраженій.


Г-жа де-Сотанвиль.


Помните, что вы женились на дворянской дочери.


Жоржъ Данденъ.


Довольно хорошо помню, и вѣчно буду помнить.


Г. де-Сотанвиль.


А если помните, такъ старайтесь же говорить о ней болѣе уважительно.


Жоржъ Данденъ.


Отчего же она не старается поступать со мною болѣе честно? Какъ! Оттого, что она дворянская дочь, она должна имѣть свободу дѣлать со мною все, что ей угодно, а я чтобы и пикнуть не смѣлъ?


Г. де-Сотанвиль.


Да что у васъ такое, что вы можете сказать? Развѣ вы не видѣли сегодня утромъ, что она отрицаетъ даже знакомство съ тѣмъ господиномъ, о которомъ вы мнѣ говорили?


Жоржъ Данденъ.


Да. Но что вы скажете, если я вамъ сейчасъ покажу, что этотъ франтъ у нея?


Г-жа де-Сотанвиль.


У нея?


Жоржъ Данденъ.


Да, у нея, въ моемъ домѣ.


Г. де-Сотанвиль.


Въ вашемъ домѣ?


Жоржъ Данденъ.


Да, въ моемъ собственномъ домѣ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Если такъ, то мы будемъ съ вами противъ нея.


Г. де-Сотанвиль.


Да. Честь нашего семейства намъ дороже всего; и если вы говорите правду, то мы отрекаемся отъ нея и предоставляемъ ее вашему гнѣву.


Жоржъ Данденъ.


Ну, такъ пойдемте со мною.


Г-жа де-Сотанвиль.


Смотрите, не ошибитесь.


Г. Де-Сотанвиль.


Смотрите, чтобы не вышло, какъ прежде.


Жоржъ Данденъ.


Боже мой, да вы сейчасъ увидите (Показывая Клитандра, который выходитъ вмѣстѣ съ Анжеликой). Что, я совралъ?


ЯВЛЕНІЕ X.-- АНЖЕЛИКА, КЛИТАНДРЪ, КЛОДИНА; Г. и Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ (въ глубинѣ сцены).


Анжелика


Прощайте. Я боюсь, какъ бы васъ здѣсь не застали, а мнѣ нужно быть осторожной.


Клитандръ.


Обѣщайте мнѣ, по крайней мѣрѣ, устроить, чтобы я могъ побесѣдовать съ вами сегодня ночью.


Анжелика.


Постараюсь.


Жоржъ Данденъ (г-ну и г-жѣ де-Сотанвиль).


Подойдемте потихоньку сзади, чтобы насъ не видѣли.


Клодина (Анжеликѣ).


Ахъ, сударыня, все погибло! Вонъ вашъ отецъ и ваша мать, вмѣстѣ съ вашимъ мужемъ.


Клитандръ.


О, Боже!


Анжелика (тихо Климандру и Клодинѣ).


Не показывайте виду, и предоставьте все мнѣ. (Громко Клитандру). Какъ! Вы смѣете такъ поступать послѣ утренняго приключенія? Такъ-то вы скрываете свои чувства? Мнѣ говорятъ, что вы въ меня влюблены и намѣрены добиваться взаимности; я изъявляю вамъ на это свое негодованіе и категорически объясняюсь съ вами при всѣхъ; Вы громко отрицаете это и даете мнѣ слово, что никогда не думали оскорблять меня; и несмотря на все это, вы въ тотъ же день осмѣливаетесь явиться ко мнѣ съ визитомъ, говорите мнѣ о вашей любви и разсказываете какія то глупыя сказки, чтобы побудить меня отвѣтить на ваши бредни? Развѣ я женщина, способная нарушить обѣтъ, данный мужу, и отступить отъ добродѣтели, внушенной мнѣ родителями? Еслибы мой отецъ это зналъ, онъ проучилъ-бы васъ за такую продѣлку! Но порядочная женщина не любитъ скандаловъ, и я ему ничего не скажу. (Дѣлаетъ знакъ Клодинѣ принести палку). Только я вамъ покажу, что хотя я и женщина, однако у меня хватитъ мужества отплатить за обиду самой. Поступокъ вашъ недостоинъ дворянина, и я отпотчую васъ также не по-дворянски. (Анжелика беретъ палку и замахивается на Клитандра, который устраняется, что удары падаютъ на Жоржа Дандена).


Клитандръ (кричитъ, какъ будто его ударили).


Ай, ай, ай! Перестаньте!


ЯВЛЕНІЕ XI.-- Г. и Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, АНЖЕЛИКА, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, КЛОДИНА.


Клодина.


Хорошенько, сударыня, хорошенько его.


Анжелика (говоря будто Клитандру).


Если у васъ есть еще что-нибудь на душѣ, я въ долгу не останусь.


Клодина.


Знайте, съ кѣмъ вы имѣете дѣло.


Анжелика (съ притворнымъ удивленіемъ).


Ахъ, батюшка, вы здѣсь!


Г. Де-Сотанвиль.


Да, дочь моя; я вижу какъ ты по уму и по отвагѣ являешься достойнымъ отпрыскомъ дома Сотанвилей. Подойди ко мнѣ, дай тебя обнять.


Г-жа де-Сотанвиль.


Обними и меня, моя дочь. Ахъ, я плачу отъ радости, въ твоемъ поступкѣ я узнаю свою кровь.


Г. де-Сотанвиль.


Ну, зять, какъ вы должны радоваться! Сколько отрады для васъ въ этомъ приключеніи! Вы дѣйствительно имѣли поводъ безпокоиться, но ваши подозрѣнія разсѣялись самымъ блестящимъ образомъ.


Г-жа де-Сотанвиль.


Конечно, зять, и вы теперь должны быть счастливѣйшимъ человѣкомъ.


Клодина.


Еще бы! Вотъ такъ жена! Она для васъ слишкомъ большое счастіе, вы должны бы цѣловать ея слѣды.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Вотъ плутовка!


Г. де-Сотанвиль.


Да что же съ вами, зять? Отчего вы не благодарите вашу жену за выказанную привязанность къ вамъ?


Анжелика.


Нѣтъ, нѣтъ, папа; этого не нужно. Онъ мнѣ нисколько не обязанъ за то, что онъ видѣлъ; все это я дѣлаю для себя самой.


Г. де-Сотанвиль.


Куда же ты, моя дочь?


Анжелика.


Я ухожу, чтобы не слушать его комплиментовъ.


Клодина (Дандену).


Она права, что сердится. Такую жену должно обожать, а вы не умѣете съ нею обращаться.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Вотъ каналья!


ЯВЛЕНІЕ XII.-- Г. ДЕ-СОТАНВИЛЬ, Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Г. де-Сотанвиль.


Это маленькій отголосокъ утренняго приключенія, но это пройдетъ, когда вы ее приласкаете. Прощайте, зять; теперь вамъ уже нечего безпокоиться. Ступайте, помиритесь между собою, повинитесь за вашу горячность и успокойте ее.


Г-жа де-Сотанвиль.


Вы должны принять во вниманіе, что она воспитана въ правилахъ добродѣтели и не привыкла, чтобы ее подозрѣвали въ чемъ либо дурномъ. Прощайте. Я очень рада, что ваши безпорядки кончились и что вы можете только восхищаться ея поведеніемъ.


ЯВЛЕНІЕ ХІІІ.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ


Я ничего не сказалъ, потому что это ни къ чему бы не повело. Мои неудачи просто неслыханны. Да, я удивляюсь и моему несчастію, и ловкой изворотливости моей негодной жены, которая умѣетъ всегда выйти сухой изъ воды и валить все на меня. Неужели-жъ я навсегда останусь въ подчиненіи у нея! Неужели все вѣчно будетъ складываться противъ меня и мнѣ не удастся побѣдить эту безстыдницу! О, Боже, помоги мнѣ въ моихъ намѣреніяхъ и даруй мнѣ возможность показать людямъ, что меня безчестятъ!


## ДѢЙСТВІЕ ТРЕТЬЕ.


ЯВЛЕНІЕ I.-- КЛИТАНДРЪ, ЛЮБЕНЪ.


Клитандръ.


Ужъ очень не рано и я боюсь, какъ бы не опоздать. Я совсѣмъ не вижу дороги. Любенъ!


Любенъ.


Что, сударь?


Клитандръ.


Сюда идти?


Любенъ.


Должно быть, сюда. Чортъ возьми, вотъ глупая ночь, что ни зги не видать!


Клитандръ.


Это скверно, конечно. Но если, съ одной стороны, ночь мѣшаетъ намъ видѣть, то она вѣдь помѣшаетъ видѣть и насъ,


Любенъ.


Это правда; значитъ, она не такъ глупа. А скажите, пожалуйста, сударь, вы вотъ человѣкъ ученый, отчего это ночью темно?


Клитандръ.


Это сложный вопросъ, на который трудно отвѣчать. А ты любознателенъ, Любенъ?


Любенъ.


Да; еслибъ я учился, я бы обдумывалъ такія вещи, о которыхъ никто никогда не думалъ.


Клитандрь.


Я полагаю. И по лицу видно, что у тебя тонкій и проницательный умъ.


Любенъ.


Это правда. Представьте себѣ, я понимаю по латынѣ, хотя никогда не учился; вотъ на дняхъ я видѣлъ на одной большой двери надпись Collegium, и догадался, что это значитъ коллегія.


Клитандръ.


Это удивительно! Ты, значитъ, умѣешь читать?


Любенъ.


Да, по печатному; но по писанному я никакъ не могъ научиться.


Клитандръ.


Да вотъ мы у самаго дома. (Хлопнувъ въ ладоши). Это знакъ, условленный съ Клодиной.


Любенъ.


Это, ей Богу, дѣвка золотая, и я люблю ее отъ всего сердца.


Клитандръ.


Я потому и взялъ тебя съ собой, чтобы ты съ нею поговорилъ.


Любенъ.


Я, сударь, вамъ очень...


Клитандръ.


Тише! Я слышу какой-то шумъ.


ЯВЛЕНІЕ II.-- АНЖЕЛИКА, КЛОДИНА, КЛИТАНДРЪ, ЛЮБЕНЪ.


Анжелика.


Клодина!


Клодина.


Что?


Анжелика.


Оставь дверь немножко открытой.


Клодина.


Ужъ я такъ и сдѣлала.


(На сценѣ ночь. Актеры ищутъ другъ друга въ темнотѣ).


Клитандръ (Любену).


Это онѣ. Тс...


Анжелика.


Тс...


Любенъ.


Тс...


Клодина.


Тс...


Клитандръ (Клодинѣ, принимая за Анжелику).


Сударыня!


Анжелика (Любену, принимая его за Клитандра).


Какъ?


Любенъ (Анжеликъ, принимая ее за Клодину).


Клодина!


Клодина (Клитандру, принимая его за Любена).


Что?


Клитандръ ((Клодинѣ, принимая ее за Анжелику).


Ахъ, сударыня, какъ я радъ!


Любенъ (Анжеликѣ, принимая ее за Клодину).


Клодина, милая Клодина!


Клодина (Клитандру).


Тише, сударь.


Анжелика (Любену).


Постой, Любенъ.


Клитандръ.


Это ты, Клодина?


Клодина.


Да.


Любенъ.


Это вы, сударыня?


Анжелика.


Да.


Клодина (Клитандру).


Вы приняли одну за другую.


Любенъ (Анжеликѣ).


Ей Богу, ночь такая, что ни зги не видать.


Анжелика (Клитандру).


Это не вы, Клитандръ?


Клитандръ.


Я, сударыня.


Анжелика.


Мой мужъ храпитъ крѣпко, и я воспользовалась этимъ временемъ, чтобы побесѣдовать съ вами.


Клитандръ.


Поищемъ мѣстечка, гдѣ бы намъ присѣсть.


Клодина.


Это хорошая мысль.


(Анжелика, Клитандръ и Клодина садятся съ глубинѣ сцены).


ЯВЛЕНІЕ III.-- АНЖЕЛИКА, КЛИТАНДРЪ, КЛОДИНА (сидятъ въ глубинѣ сцены); ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ (полуодѣтый); ЛЮБЕНЪ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Я слышалъ, какъ жена сошла внизъ, и потому наскоро одѣлся, чтобы идти за нею. Куда бы она могла пойти? Неужто ушла изъ дому?


Любенъ (ищетъ Клодину и принимаетъ Жоржа Дандена за Клодину).


Да гдѣ-жъ ты, Клодина? А, вотъ! Ну, славно мы провели твоего хозяина; право, это такъ же потѣшно, какъ прежняя исторія съ палочными ударами, что мнѣ разсказали. Твоя хозяйка говоритъ, что онъ теперь храпитъ какъ сто чертей, а того и не знаетъ, что пока онъ спитъ, она тутъ съ виконтомъ. Интересно бы знать, что ему теперь снится. Это ужъ очень потѣшно. Да съ чего онъ взялъ ревновать жену и требовать, чтобы она принадлежала ему одному? Вотъ нахалъ! Господинъ виконтъ дѣлаетъ ему слишкомъ много чести. Что-жъ ты все молчишь, Клодина? Пойдемъ за ними, и дай-ка мнѣ твою ручку поцѣловать. Ахъ, какъ это сладко! Точно конфекты. (Жоржъ Данденъ грубо отталкиваетъ его). Что съ тобою, чортъ возьми! У тебя ручка ужъ совсѣмъ не миленькая!


Жоржъ Данденъ.


Кто здѣсь?


Любенъ.


Никто.


Жоржъ Данденъ.


Онъ бѣжитъ, и оставляетъ меня съ извѣстіемъ о новой измѣнѣ моей плутовки. Ну, теперь надо немедленно послать за отцомъ и матерью, и воспользоваться этимъ приключеніемъ, чтобы разойтись съ нею. Эй, Коленъ, Коленъ!


ЯВЛЕНІЕ IV.-- АНЖЕЛИКА, КЛИТАНДРЪ, КЛОДИНА, ЛЮБЕНЪ (сидитъ въ глубинѣ сцены); ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, КОЛЕНЪ.


Коленъ (изъ окна).


Сейчасъ, сударь!


Жоржъ Данденъ.


Иди скорѣе сюда внизъ.


Коленъ (изъ окна).


Вотъ я, ужъ скорѣе нельзя.


Жоржъ Данденъ.


Ты здѣсь?


Коленъ.


Да, сударь.


(Въ то время какъ Жоржъ Данденъ идетъ на голосъ Колена въ одну сторону, Коленъ уходитъ на другую и засыпаетъ).


Жоржъ Данденъ.


Безъ шуму. Говори потихоньку. Слушай. Ступай къ моему тестю и тещѣ, и скажи имъ, что я убѣдительно прошу ихъ немедленно прійти сюда. Слышишь? Эй, Коленъ, Коленъ!


Коленъ (на другой сторонѣ, просыпаясь).


Сейчасъ, сударь!


Жоржъ Данденъ.


Гдѣ же ты, чортъ тебя побери?


Коленъ.


Здѣсь.


Жоржъ Данденъ.


Чего же ты, проклятый, уходишь отъ меня? (Жоржъ Данденъ направляется въ сторону, гдѣ долженъ былъ остановиться Коленъ, а въ это время полусонный Коленъ переходитъ на другую сторону и вновь засыпаетъ). Я тебѣ говорю, чтобы ты пошелъ отсюда къ моему тестю и тещѣ и сказалъ бы имъ, что я заклинаю ихъ немедленно прійти сюда. Слышишь ты? Отвѣчай-же. Коленъ! Коленъ!


Коленъ (на другой сторонѣ, просыпаясь).


Сейчасъ, сударь!


Жоржъ Данденъ.


Онъ меня съ ума сведетъ, этотъ бездѣльникъ. Иди сюда. (Они сталкиваются и падаютъ оба). Ахъ, ты мошенникъ эдакой! Онъ меня искалѣчилъ! Гдѣ же ты? Иди сюда, я тебѣ морду расколочу. Да онъ кажется бѣжитъ отъ меня.


Коленъ.


Конечно.


Жоржъ Данденъ.


Подойдешь ты ко мнѣ?


Коленъ.


Нѣтъ, не подойду.


Жоржъ Данденъ.


Иди, говорю тебѣ.


Коленъ.


Нѣтъ,-- вы хотите меня прибить.


Жоржъ Данденъ.


Ну, нѣтъ, я тебѣ ничего не сдѣлаю.


Коленъ.


Навѣрное?


Жоржъ Данденъ.


Да. Иди сюда. (Беретъ Колена за руку). Ну, вотъ! Твое счастіе, что ты мнѣ теперь нуженъ. Ступай скорѣе къ моему тестю и моей тещѣ и попроси ихъ отъ меня прійти сюда какъ можно скорѣе; скажи имъ, что по весьма важному дѣлу; если они будутъ затрудняться тѣмъ, что поздно, такъ ты ихъ уговори и дай имъ понять, что это въ высшей степени важно, и пусть идутъ, въ чемъ будутъ. Понимаешь ты теперь?


Коленъ.


Да, сударь.


Жоржъ Данденъ.


Такъ ступай же и приходи скорѣе. (Про себя). А я пойду домой и буду ждать... Да тутъ кто-то говоритъ. Ужъ не жена-ли? Надо подслушать, воспользуюсь темнотою. (Становится у дверей дома).


ЯВЛЕНІЕ V.-- АНЖЕЛИКА, КЛИТАНДРЪ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Анжелика (Клитандру).


Теперь прощайте, пора уходить.


Клитандръ.


Какъ! Такъ скоро?


Анжелика.


Мы довольно поговорили.


Клитандръ.


Ахъ, сударыня, развѣ я могу достаточно наговориться съ вами и въ такое короткое время высказать то, что мнѣ нужно? Мнѣ нужны цѣлые дни, чтобы выразить все, что я чувствую; я еще не высказалъ вамъ и сотой доля того, что имѣю вамъ сказать.


Анжелика.


Въ другой разъ поговоримъ побольше.


Клитандръ.


Увы, какъ вы поражаете мое сердце, когда говорите о разлукѣ, и съ какою печалью я теперь останусь!


Анжелика.


Мы найдемъ средство снова увидѣться.


Клитандръ.


Да. Но я думаю о томъ, что, уходя отъ меня, вы отправляетесь къ мужу. Эта мысль убиваетъ меня; привилегія мужей -- нѣчто ужасное для любовника', истинно любящаго.


Анжелика.


Не безпокойтесь изъ-за такихъ пустяковъ. Развѣ вы думаете, что всякаго мужа можно любить? Иного мужа берешь по своей беззащитности и зависимости отъ родителей, которые смотрятъ лишь на состояніе; но зато съ нимъ такъ и обращаешься, и не думаешь цѣнить его выше того, что онъ стоитъ.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Вотъ каковы наши негодныя жены!


Клитандръ.


Да, надо признаться, что васъ выдали за человѣка, мало достойнаго такой чести, и что сочетаніе такой особы, какъ вы, съ такимъ человѣкомъ, какъ онъ, очень странно!


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Бѣдные мужья! Вотъ какъ о васъ отзываются!


Клитандръ.


Вы, конечно, заслуживаете не такой участи, и небо создало васъ не для того, чтобы быть женою крестьянина.


Жоржъ Данденъ.


О, еслибъ небу угодно было сдѣлать ее твоею женою, ты заговорилъ бы другимъ языкомъ! Ужъ лучше войду въ домъ; довольно съ меня. (Входитъ въ домъ запираетъ дверь изнутри).


ЯВЛЕНІЕ VI.-- АНЖЕЛИКА, КЛИТАНДРЪ, КЛОДИНА, ЛЮБЕНЪ.


Клодина.


Сударыня, если желаете еще поругать вашего мужа, то поторопитесь, уже поздно.


Клитандръ.


О, Клодина, какая ты жестокая!


Анжелика (Клитандръ).


Она права. Разстанемтесь.


Клитандръ.


Нечего дѣлать, надо рѣшиться, такъ какъ вы этого желаете. Но заклинаю васъ, хоть пожалѣйте меня немножко за предстоящія мнѣ страданія.


Анжелика.


Прощайте.


Любенъ.


Гдѣ-жъ ты, Клодина, дай-ка съ тобою попрощаться.


Клодина.


Ступай, ступай, это можно и издали, прощай.


ЯВЛЕНІЕ VII.-- АНЖЕЛИКА, КЛОДИНА.


Анжелика.


Войдемъ потихоньку.


Клодина.


Дверь заперта.


Анжелика.


У меня съ собою ключъ.


Клодина.


Такъ отоприте потихоньку.


Анжелика.


Тамъ засунуто изнутри. Что намъ дѣлать?


Клодина.


Кликните работника, который тамъ спитъ.


Анжелика.


Коленъ! Коленъ! Коленъ!


ЯВЛЕНІЕ VIII.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, АНЖЕЛИКА, КЛОДИНА.


Жоржъ Данденъ (изъ окна).


Коленъ! Коленъ! А, наконецъ-то вы попались, сударыня-жена! Въ то время когда я сплю, вы устраиваете прогулки! Очень пріятно, я очень радъ видѣть васъ внѣ дома въ такую пору.


Анжелика.


Что-жъ такое? Что за великое преступленіе прохладиться ночью?


Жоржъ Дандень.


Да, да. Самая пора прохлаждаться! А не согрѣться-ли скорѣе, сударыня-плутовка! Ужъ мы знаемъ всѣ ваши штуки съ этимъ франтомъ. Мы слышали вашу галантерейную бесѣду и какъ вы оба меня восхваляли. Но я утѣшаюсь тѣмъ, что могу наконецъ отомстить, и что вашъ отецъ и ваша мать убѣдятся теперь въ справедливости моихъ жалобъ и въ безпутствѣ вашего поведенія. Я послалъ за ними, и они сейчасъ будутъ здѣсь.


Анжелика (въ сторону).


О, Боже!


Клодина.


Ахъ, сударыня!


Жоржъ Данденъ.


Вы, конечно, не ожидали такого удара? Ну, теперь я торжествую, теперь я могу сбить вашу спѣсь и уничтожить ваши хитрости. До сихъ поръ вы смѣялись надъ моими обвиненіями, ослѣпляли вашихъ родителей и прикрывали ваши продѣлки. Что бы я ни видѣлъ и что бы я ни говорилъ, ваша ловкость всегда одерживала верхъ и вы всегда оставались правою; но на этотъ разъ, слава Богу, все разъяснится и ваше безстыдство будетъ вполнѣ обнаружено.


Анжелика.


Ну, пожалуйста, отоприте дверь.


Жоржъ Данденъ.


Нѣтъ, нѣтъ, подождемъ прихода тѣхъ, за кѣмъ я послалъ; я хочу, чтобы они застали васъ на улицѣ въ такой прекрасный часъ. А вы пока подумайте, не найдете ли въ вашей головѣ новаго изворота, чтобы выйти изъ этого дѣла; придумайте средство прикрыть вашу продѣлку; найдите какую нибудь хитрость, чтобы обморочить людей и оказаться невинной,-- ну какой нибудь особенный предлогъ для ночного странствія, хотя подругу-родильницу, которой вы ходили оказать помощь.


Анжелика.


Нѣтъ, я ничего не хочу скрывать. Я не думаю ни защищаться, ни отрицать вещи, которыя вы знаете.


Жоржъ Данденъ.


Потому что вы хорошо видите, что вамъ всѣ пути отрѣзаны, и что на этотъ разъ вамъ нельзя найти никакихъ оправданій, которыхъ я не могъ бы легко опровергнуть.


Анжелика.


Да, сознаюсь, что я виновата и что вы имѣете причины жаловаться. Но я васъ прошу, пожалѣйте меня, не подвергайте меня теперь гнѣву родителей и откройте мнѣ дверь поскорѣе.


Жоржъ Данденъ.


Цѣлую ваши ручки!


Анжелика.


Ну, пожалуйста, мой милый муженекъ! Я васъ заклинаю.


Жоржъ Данденъ.


А! Милый муженекъ! Теперь я вамъ муженекъ, потому что видите, что попались. Очень радъ этому, а то вамъ никогда и въ голову не приходило говорить мнѣ подобныя нѣжности.


Анжелика.


Ну, послушайте, я вамъ обѣщаю никогда болѣе не давать вамъ повода въ неудовольствію, и...


Жоржъ Данденъ.


Все это пустыя слова. Я не желаю терять этого случая, я хочу, чтобы всѣ убѣдились въ вашемъ дурномъ поведеніи.


Анжелика.


Ну, пожалуйста, дайте вамъ сказать. Выслушайте хоть меня.


Жоржъ Данденъ.


Извольте. Что же вы можете сказать?


Анжелика.


Я дѣйствительно виновата, признаюсь вамъ еще разъ, и ваше негодованіе справедливо; я дѣйствительно воспользовалась временемъ, когда вы спали, чтобы выйти на свиданіе, данное тому человѣку, о которомъ вы говорите. Но это поступокъ, который вы должны простить мнѣ по моей молодости; это увлеченіе молодой женщины, которая еще ничего не видѣла и только что вступаетъ въ свѣтъ; это вольность, которой отдаешься безъ дурныхъ помысловъ и которая въ сущности, конечно, не имѣетъ въ себѣ ничего...


Жоржъ Данденъ.


Да, вы такъ говорите, но это требуетъ вѣры.


Анжелика.


Я этимъ не оправдываюсь, не говорю, что я не виновата передъ вами; я только прошу прощенія за причиненное вамъ оскорбленіе, прошу забыть его, и избавить меня отъ непріятности выслушивать упреки отъ отца и матери. Если вы великодушно исполните мою просьбу, то эта ваша любезность, эта доброта ваша побѣдить меня совершенно; она глубоко тронетъ мое сердце и зародитъ въ немъ то чувство къ вамъ, котораго не могли посѣять ни родительская власть, ни узы брака. Однимъ словомъ, она заставитъ меня отказаться отъ всякихъ поклонниковъ и прививаться только къ вамъ. Да, я даю вамъ слово, что впередъ вы будете имѣть во мнѣ самую лучшую жену и что я буду оказывать вамъ столько любви, столько любви, что вы будете вполнѣ довольны.


Жоржъ Данденъ.


О, крокодилъ, льстящій людямъ, чтобы ихъ проглотить!


Анжелика.


Окажите мнѣ эту милость.


Жоржъ Данденъ.


Ни за что. Я неумолимъ.


Анжелика.


Будьте великодушны.


Жоржъ Данденъ.


Нѣтъ.


Анжелика.


Пожалѣйте меня!


Жоржъ Данденъ.


Нисколько.


Анжелика.


Заклинаю васъ отъ всего сердца.


Жоржъ Данденъ.


Нѣтъ, нѣтъ и нѣтъ. Я хочу, чтобы васъ знали и чтобы вы были обличены.


Анжелика.


Ну, если вы доводите меня до отчаянія, то предупреждаю васъ, что женщина въ этомъ состоянія способна на все и что я сдѣлаю теперь нѣчто такое, о чемъ вы будете жалѣть.


Жоржъ Данденъ.


А что вы такое сдѣлаете, позвольте спросить?


Анжелика.


Я прибѣгну къ крайнему средству, и убью себя здѣсь вотъ этимъ ножомъ.


Жоржъ Данденъ.


Ого! И прекрасно.


Анжелика.


Ну, не такъ прекрасно для васъ, какъ вы думаете. Всѣмъ извѣстны, наши несогласія и ваше постоянное раздраженіе противъ меня. Когда меня найдутъ мертвою, всѣ будутъ увѣрены, что вы меня убили, и мои родители не такіе люди, чтобы оставили эту смерть безнаказанной; они будутъ преслѣдовать васъ всѣми мѣрами правосудія и всею яростью своего негодованія. Вотъ какъ я вамъ отомщу. И я не первая женщина, умѣющая прибѣгнуть къ подобной мести и не останавливающаяся передъ смертью, чтобы погубить тѣхъ, которые имѣютъ жестокость довести насъ до послѣдней крайности.


Жоржъ Данденъ.


Сдѣлайте милость. Теперь себя не убиваютъ, эта мода давно прошла.


Анжелика.


Можете быть увѣрены; и если вы будете упорствовать въ отказѣ, если вы мнѣ не откроете двери, то клянусь вамъ, что я сейчасъ же вамъ покажу, до чего можетъ дойти рѣшимость женщины, доведенной до отчаянія.


Жоржъ Данденъ.


Пустяки, пустяки. Вы только пугаете меня.


Анжелика.


Ну, если такъ, то вотъ что удовлетворитъ насъ обоихъ и покажетъ, шутила-ли я. (Дѣлаетъ видъ, что закалывается). Ахъ! все кончено! Дай Богъ, чтобы моя смерть была отомщена такъ, какъ я желаю, и чтобы виновникъ получилъ должное возмездіе за свою жестокость ко мнѣ!


Жоржъ Данденъ.


А, чортъ возьми! Неужто она въ самомъ дѣлѣ такая злая, что убьетъ себя для того, чтобы меня повѣсили? Надо взять свѣчку и посмотрѣть.


ЯВЛЕНІЕ IX.-- АНЖЕЛИКА, КЛОДИНА.


Анжелика (Клодинѣ).


Тс... Тише. Станемъ по обѣимъ сторонамъ двери.


ЯВЛЕНІЕ X.-- АНЖЕЛИКА И КЛОДИНА (входятъ въ домъ въ ту минуту, когда Жоржъ Данденъ выходитъ, и запираютъ за собою дверь); ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ (со свѣчою ее рукѣ).


Жоржъ Данденъ.


Неужто злоба женщины можетъ дойти до этого?... (Ищетъ повсюду). Никого нѣтъ! Ну, я такъ и думалъ. Бездѣльница ушла, видя, что ничего отъ меня не добьется ни просьбами, ни угрозами. Тѣмъ лучше! Теперь родители ея еще лучше увидятъ ея преступленіе. (Хочетъ войти въ домъ). Э! Дверь заперта. Эй! Кто тамъ! Отоприте скорѣе!


ВЛЕНІЕ XI.-- АНЖЕЛИКА И КЛОДИНА (у окна); ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Анжелика.


Какъ! Это ты? Откуда ты, бездѣльникъ? Можно ли возвращаться домой почти на разсвѣтѣ? Развѣ честный мужъ такъ дѣлаетъ?


Клодина.


Какъ это хорошо, уйти пьянствовать на всю ночь, и оставить бѣдную молодую жену дома одну!


Жоржъ Данденъ.


Какъ! Вы...


Анжелика.


Ступай, ступай, измѣнникъ! Мнѣ надоѣли твои безобразія, и я сейчасъ же пожалуюсь моему отцу и моей матери.


Жоржъ Данденъ.


Какъ! Вы еще смѣете...


ЯВЛЕНІЕ XII.--Г. и Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ (въ ночномъ дезабилье); КОЛЕНЪ (съ фонаремъ); АНЖЕЛИКА И КЛОДИНА (въ окнѣ); ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ.


Анжелика (обращаясь къ отцу и матери).


Идите сюда, пожалуйста, и защитите меня отъ величайшаго нахальства мужа, у котораго отъ вина и ревности такъ помутилось въ головѣ, что онъ не знаетъ ни того, что говоритъ, ни того, что дѣлаетъ, такъ что самъ послалъ за вами, чтобы сдѣлать васъ свидѣтелями неслыханнаго сумасбродства. Послѣ того какъ я прождала его всю ночь, онъ наконецъ явился, и если вы его послушаете, онъ наговоритъ вамъ, что имѣетъ противъ меня ужасныя жалобы,-- будто, въ то время, какъ онъ снахъ, я потихоньку ушла изъ дому, и тому подобныя небылицы.


Жоржъ Данденъ (въ сторону).


Вотъ злая бестія!


Клодина.


Да, онъ хотѣлъ увѣрить насъ, что онъ былъ дома, а мы уходили; и никакъ нельзя выбить у него эту дурь изъ головы.


Г де-Сотанвиль.


Какъ! Что это значитъ?


Г-жа де-Сотанвиль.


Вотъ еще наглость -- посылать за нами!


Жоржъ Данденъ.


Никогда...


Анжелика.


Нѣтъ, папа, я не могу больше выносить такого мужа. Мое терпѣніе истощилось. Онъ и сейчасъ наговорилъ мнѣ сотню грубостей.


Г. Де-Сотанвиль (Дандену).


Чортъ возьми! Вы безчестный человѣкъ!,


Клодина.


Это возмутительно видѣть, какъ онъ обращается съ бѣдной молодой женой.


Жоржъ Данденъ.


Возможно-ли...


Г. де-Сотанвиль.


Перестаньте, вы должны бы умереть отъ стыда.


Жоржъ Данденъ.


Дайте же мнѣ сказать вамъ два слова...


Анжелика.


Вы только послушайте его, онъ вамъ наговорить.


Жоржъ Данденъ (во сторону).


Я въ отчаяніи!


Клодина.


Онъ такъ пьянъ, что возлѣ него должно быть стоять нельзя; запахъ вина даже здѣсь чувствуется.


Жоржъ Данденъ.


Господинъ тесть, заклинаю васъ...


Г. де-Сотанвиль.


Уходите, отъ васъ такъ и разитъ виномъ.


Жоржъ Данденъ.


Сударыня, я васъ прошу...


Г-жа де-Сотанвиль.


Фи! Не подходите, ваше дыханіе заражено.


Жоржъ Данденъ (г. де-Сотанвилю).


Позвольте вамъ...


Г. де-Сотанвиль.


Уходите, говорю вамъ, вы невыносимы.


Жоржъ Данденъ (г-жѣ дн-Сотанвиль).


Умоляю васъ, позвольте...


Г-жа де-Сотанвиль.


Пфуй! Мнѣ тошно отъ васъ. Говорите издали, если хотите.


Жоржъ Данденъ.


Извольте, я буду говорить издали. Клянусь вамъ, что я все время былъ дома, а она уходила.


Анжелика.


Ну видите, развѣ я вамъ не говорила?


Клодина.


Вы видите, какъ это похоже на правду.


Г. де-Сотанвиль (Жоржу Дандену).


Ступайте, вы смѣетесь надъ людьми! Сойдите сюда, дочь моя, идите къ намъ.


ЯВЛЕНІЕ XIII.-- Г. и Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, КОЛЕНЪ.


Жоржъ Данденъ.


Клянусь Богомъ, что я былъ дома, и что...


Г. де-Сотанвиль.


Молчите! Это безумство невыносимо.


Жоржъ Данденъ.


Да провалиться мнѣ на семъ мѣстѣ, если...


Г. де-Сотанвиль.


Будетъ вамъ дурить намъ голову, лучше просите у вашей жены прощенія.


Жоржъ Данденъ.


Мнѣ! Просить прощенія?


Г. де-Сотанвиль.


Да, просите прощенія, и сейчасъ же.


Жоржъ Данденъ.


Какъ! Я...


Г. де-Сотанвиль.


Чортъ возьми! Если будете возражать, я вамъ покажу, что значитъ шутить съ нами.


Жоржъ Данденъ.


О, Жоржъ Данденъ!


ЯВЛЕНІЕ XIV.-- Г. и Г-жа ДЕ-СОТАНВИЛЬ, АНЖЕЛИКА, ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ, КЛОДИНА, КОЛЕНЪ.


Г. де-Сотанвиль.


Идите сюда, моя дочь, вапгь мужъ попроситъ у васъ прощенія.


Анжелика.


Чтобы я простила ему все, что онъ мнѣ наговорилъ? Нѣтъ, нѣтъ, папа, на это я не могу рѣшиться. Я прошу васъ увести меня отъ мужа, съ которымъ я больше не могу жить.


Клодина.


Это невыносимо!


Г. де-Сотанвиль.


Дочь моя, подобное разлученіе не обходится безъ большаго скандала, и вы должны показать себя умнѣе его, и потерпѣть еще на этотъ разъ.


Анжелика.


Да какъ терпѣть, послѣ такихъ обидъ? Нѣтъ, папа, я не могу на это согласиться.


Г. де-Сотанвиль.


Нужно, дочь моя,-- я вамъ приказываю.


Анжелика.


Это слово заставляетъ меня молчать; я подчиняюсь вамъ во всемъ.


Клодина.


Какая кротость!


Анжелика.


Тяжело забывать такія оскорбленія; но, чего бы это мнѣ ни стоило, я должна вамъ повиноваться.


Клодина.


Бѣдная овечка!


Г. де-Сотанвиль.


Подойдите поближе.


Анжелика.


Все это ни къ чему не поведетъ; вы увидите, что завтра же начнется опять тоже самое.


Г. де-Сотанвиль.


Ужъ мы распорядимся. (Жоржу Дандену). Идите, становитесь на колѣни.


Жоржъ Данденъ.


На колѣни?


Г. де-Сотанвиль.


Да, на колѣни, сейчасъ же.


Жоржъ Данденъ (на колѣняхъ, со свѣчой въ рукѣ. Въ сторону).


О, небо! (Обращается къ Сотанвилю). Что же мнѣ сказать?


Г. де-Сотанвиль.


Сударыня, прошу простить мнѣ...


Жоржъ Данденъ.


Сударыня, прошу простить мнѣ...


Г. де-Сотанвиль.


Безуміе, которое я сдѣлалъ...


Жоржъ Данденъ.


Безуміе, которое я сдѣлалъ... (въ сторону) женившись на васъ.


Г. де-Сотанвиль.


И обѣщаю вамъ впредь вести себя лучше.


Жоржъ Данденъ.


И обѣщаю вамъ впредь вести себя лучше.


Г. Де-Сотанвиль (Жоржу Дандену).


Ну, смотрите же, и знайте, что мы въ послѣдній разъ терпимъ ваши грубости.


Г-жа де-Сотанвиль.


Упаси Боже! Если вы опять приметесь за старое, то ужъ васъ научатъ какъ вы должны уважать вашу жену и тѣхъ, отъ кого она происходитъ.


Г. де-Сотанвиль.


А вотъ и разсвѣтаетъ. Ну, прощайте. (Жоржу Дандену). Идите домой и будьте благоразумны. (Женѣ). А мы, душечка, пойдемъ спать.


ЯВЛЕНІЕ XV.-- ЖОРЖЪ ДАНДЕНЪ (одинъ).


Ну! теперь кончено; этому горю не поможешь. Ужъ если кому попалась скверная жена, остается только одно: кинуться въ воду, внизъ головою.