# Ложь религии

Соломон Михайлович Михоэлс

Михоэлс: Статьи, беседы, речи. Статьи и воспоминания о Михоэлсе

М.: "Искусство", 1981.


## Ложь религии


Выступление по радио в октябре 1938 г.


Едва ли многим из нашего молодого поколения известно, какие отвратительные, невероятные формы принимала еврейская религиозность в старой российской провинции.

Я родился и рос в патриархально-набожной семье, где буквально всякое движение, каждый шаг сопровождались молитвой. Еще дед мой славился "хасидизмом" -- принадлежностью к ортодоксальной религиозной секте хасидов.

В раннем детстве, живя в атмосфере напряженной религиозности, я наблюдал в еврейской среде поразительное сочетание вопиющей бедности с весельем. Странно: человек влачит нищенское бытие, человек оборван, грязен, голоден, но... жизнерадостен, словоохотлив и как будто даже счастлив.

Соприкоснувшись с Талмудом и пятикнижием, я узнал, что цель еврейской религии -- утвердить оптимизм. Бог, дескать, требует, чтобы человек был весел и воспевал всюду свое веселье.

Живя в латвийском городе Двинске, я был свидетелем разительной, неописуемой нищеты и убожества еврейского населения. Легко себе представить, насколько искренне было это "веселье", к которому понуждал "всемогущий". Всякая религия, особенно еврейская, умалчивает о социальных противоречиях.

Быт большинства евреев старой России был до того мрачен и беспросветен, что, как утопающий за соломинку, хватались эти обездоленные за малейшее утешение. Такое мнимое и ложное утешение они пытались найти в религии и вере.

В десять-двенадцать лет во мне уже вспыхивали нотки недоверия к религии. Даже в судный день, в эту "субботу суббот", когда люди целые сутки, без пищи, не отрывались от молитвенников в ожидании божьего приговора, им не удавалось вымолить себе хотя бы один день светлой жизни. Мне, мальчику, это казалось странным. Столько молиться -- и зря? Тут чувствовался некий обман. К тринадцати годам я уже был свободен от религиозного влияния.

Все больше и больше я убеждался в том, что цель религии -- сохранить навеки существующий социальный строй, как бы он ни был суров и тяжел. Царизм и монархия находили, таким образом, поддержку еврейской религии. Прогресс был бы прямой гибелью и для монархии и для религии.

Царизм и религия много веков держали народ во тьме. Культура никак не мирится с религиозным туманом. Чтобы уяснить себе мир, освободиться от вековой тьмы -- нужны знания. Чем меньше будет знать народ, тем легче будет царю, церкви и синагоге держать народ в цепях подчинения и гнета.

Еврейская религия твердит, что человек не должен роптать на свои неудачи, на суровую жизнь. Бог все видит и знает. Наступит день, когда еврейству будет провозглашено: срок вашим испытаниям окончен, отныне вы, израильтяне, будете счастливы...

Этот библейский бред много тысячелетий держался в еврейских массах и был разрушен в пух и в прах революцией 1917 года. Народы России -- все нации этой страны -- доказали миру свое превосходство над Библией и богом.

Я -- работник искусства. Мне хорошо памятны дни, когда искусство пряталось по углам, а его служители были в суровом загоне. Подлинное искусство считалось богопротивным делом.

Социалистический реализм в литературе и искусстве не может мириться с религией. Он направлен на раскрытие правды жизни, религия -- на затуманивание ее.


1938 г.