# Стихотворения

Алексей Федорович Мерзляков

Ручей

Овечки

Благость

Благотворителю Московских Муз

Призывание Каллиопы на берега Непрядвы

К Каллиопе

Стихи на возобновление Благородного Пансиона

К Амуру

На семь колечек

Стихи, написанные во время бала в доме Благородного собрания...

Глас радования восхищенных муз...

ИДИЛЛІИ.


I.

Ручей.


Ручей! одну судьбу имѣемъ мы съ тобою;

Къ предмету одному стремимся съ быстротою;

Тебя ждетъ море, насъ -- земля.

Но, ахъ! правдиво ли сіе уподобленье,

Когда сравнимъ твое и наше мы теченье?

Не зная никакого зла,

Не зная тягостныхъ заботъ и огорченій,

Желаній тщетныхъ, опасеній,

Ты слѣдуешь всегда наклонности своей:

Законъ не нуженъ ей! -- --

Есть старость для тебя; она, тебѣ не горе;

Чѣмъ ближе твой конецъ -- родительское море,

Тѣмъ ты здоровѣе, полезнѣе для насъ

Еще прекраснѣе для глазъ,

Чѣмъ въ скромныхъ берегахъ младенчества златова,

Съ минутой каждою тебѣ забава нова;

Прелестной сей лѣсокъ

Прохладой струй твоихъ растетъ и зеленѣетъ --

Онъ благодарнымъ быть умѣетъ;

Сплетяся вѣтвями, склонясь на твой потокъ,

Хранитъ его отъ бурь онъ дружескою тѣнью;

По бѣлому песку, по травкѣ, по цвѣтамъ,

Ты катишься одинъ съ безпечной, сладкой лѣнью.

Подобясь золотымъ на небѣ облакамъ,

Во глубинъ твоей прозрачной.

Мелькаютъ рыбочекъ игривыя стада;

Отъ нихъ не знаешь ты досады, скуки мрачной;

Ты кормишь ихъ, поишь безъ всякаго труда,

При счастіи такомъ къ чему твое роптанье?

Чего тебъ желать?.... умолкни же ручей!

Пусть мы одни, пусть мы -- несчастное созданье

На небо плачемся объ участи своей.

*

Мы страсти многія въ душѣ своей питаемъ

Мы вѣримъ;... иль себя увѣрить лишь желаемъ...

Что счастія безъ нихъ не можетъ быть, и нѣтъ, --

И сердцемъ познаемъ, что мы живемъ для бѣдъ!

Заботы тяжкія, раскаянье, мученье --

Вотъ плодъ страстей; вотъ намъ судьбы опредѣленье!

Ты камнемъ не рожденъ: такъ въ горести живи!..

Ахъ! кто не зналъ любви!..

Вселенную она дыханьемъ оживляетъ,

Она сердцами обладаетъ;

Міръ полонъ радостей, міръ полонъ красоты:

Но безъ нее для насъ все -- хладныя мечты!

Я счастливъ.... нѣтъ! мечта! -- единое мгновенье

Умѣетъ умертвить златое обольщенье,

И сердце страстное преобращаетъ въ ледъ,

Иль новой красотѣ въ неволю отдаетъ!..

Ручей -- ты счастливъ передъ нами!..

Невѣрныхъ ручейковъ не слышно между вами; --

Когда Всевышняго законъ,

Которой искони вселенной управляетъ,

Съ другимъ ручьемъ тебя соединяетъ;

Союзъ сей заключенъ, и будетъ вѣренъ онъ,

Въ минуту подружась, вы неразлучны вѣчно.--

Какой срюзъ между людей,

Какое дружество у насъ чистосердечно? --

Корысть его родитъ на жертву злыхъ страстей! --

Источникъ кроткій и спокойный!

Знать, менѣе тебя мы счастія достойны! --

Къ чему притворствовать! -- признаемся хоть разъ;

Что значатъ веъ сіи достоинства надмѣнны;

Сіи права священны,

Сіи мечтательны отличія для насъ? --

Ихъ гордость создала, чтобъ скрыть свою ничтожность!

Лишь выдумай намъ зло; оно намъ будетъ должность. --

Откуда взяли мы, что въ промыслѣ своемъ,

Богъ создалъ смертнаго для тварей всѣхъ царемъ?

Признаться откровенно,

Мы не цари -- тираны ихъ.

За чѣмъ бы на примѣръ, намъ воды принужденно

Вести къ чужимъ брегамъ для прихотей своихъ?

За чѣмъ, на зло Природѣ,

Ихъ прыгать заставлять на воздухѣ по модѣ? --

Но пусть такъ, все покорно намъ;

Мы властны подавать законы всѣмъ мірамъ;

Почто же властью сей мы править не умѣемъ?

Почто собою не владѣемъ?....

О заблужденіе! Рабъ бѣдствій, рабъ страстей!

Ты смѣешь называться

Владыкой тварей всѣхъ, которы, можетъ статься,

Стократъ свободнѣе, стократъ тебя добрей. --

Познай, познай свое, безумецъ, униженье! --

Но что я говорю! -- безплодное ученье....

Мнѣ кажется, душа на то и создана,

Чтобъ жить обидами, и слабостью гордиться;

Порокъ во мнъ -- ничто, въ другомъ порокъ -- вина;

Съ своей виной мирюсь, съ чужой -- нельзя ужиться!

Увы! -- къ несчастію для насъ и страха нѣтъ!

Пороки праведной улики не боятся;

Льстецовъ наполненъ свѣтъ.

Умѣнье жить у насъ -- умѣнье притворяться.

Коль искренность теперь осталась на землѣ,

Ручей! въ твоихъ водахъ сыскать ее воз          можно!

Являешь намъ въ твоемъ прозрачнѣйшемъ стеклѣ!

Порокъ передъ тобой теряетъ видъ притворной;

Для пастуховъ и для Царей

Ты правду говоришь безъ лести незазорно;

За то не въ милости большой ты у людей!

Они, какъ съ совѣстью, страшатся быть съ тобою! --

Другъ доброй съ искренней душою

Тяжелъ для нынѣшнихъ вѣковъ! --

Обычай бѣдственный! -- но онъ у всѣхъ таковъ!

Уроки стыдъ уснувшій пробуждаютъ --

И такъ -- они скучаютъ! --

Коварной, льстецъ, злодѣй

Хотятъ правдивыми и честными казаться!

Таковъ былъ свѣтъ, такимъ ему остаться! -- --

И въ горестной юдоли сей, --

Въ жилищѣ гордости и бѣдности презрѣнной

Я долженъ мучиться терпѣть и кончишь вѣкъ!

О жалкой человѣкъ!

Смѣшенье слабости и злобы ослѣпленной!

И ты присвоивши безсмертныя права,--

И ты себя зовешь подобьемъ Божества!...

*

Срокойной совѣсти изобразитель ясный,

Ручей, спѣши, неси струи твои прекрасны

На родину твою въ объятія морей!

Мы -- жертва слабости своей!

Сію печальну жизнь,

Несемъ въ ничтожество, въ которомъ родились.

Овечки.

Какъ не завидовать, овечки, вашей долѣ!

Ахъ! съ вами не пасется въ полъ

Ни скука, ни тоска, знакомая всѣмъ намъ;

Вы веселы всегда, безпечны и счастливы;

Не посѣщаютъ васъ желанья прихотливы,

Не принуждаютъ васъ къ слезамъ!

Вы пробуждаетесь всегда для наслажденій,

Вы знаете любовь, не знавъ ея мученій;

Ни гордость, ни корысть, ни пагубная лесть,

Которыя вездѣ гоняются за нами,

Не встрѣтятся вовѣки съ вами....

За то у насъ разсудокъ есть!...

А вы отчуждены его употребленья! --

Ахъ! не завидуйте, любезныя твореиья:

Разсудокъ -- не великій кладъ!

Разсудокъ гордый сей, о коемъ трубитъ слава,

Возмогъ ли отъ страстей себя оберегать? --

Вино его мрачитъ; -- онъ злой любви забава:

И сердце бѣдное навѣкъ,

Защиты ждавъ себѣ, тирана въ немъ находитъ! --

Что пользы въ кормщикѣ, которой все протекъ,

Извѣдалъ всъ моря, -- а въ пристань не приводитъ!...

Нашъ бѣдной умъ всегда безсиленъ, строгъ, надмѣнъ,

Всему противится, -- и вѣчно побѣжденъ! --

Вы безопаснѣе стократно

Отъ лютости волковъ, съ собакою своей,

Чѣмъ мы, подъ кровомъ сей химеры непонятной,

Отъ собственныхъ страстей.

Не лучше ль жить, какъ вы, въ безпечности спокойной;

Не лучше ль жить, какъ вы, съ безвѣстностью пристойной,

Чѣмъ съ этой знатностью пустой,

Съ богатствами, съ умомъ и вредной красотой?

Сіи сокровища ни мало незавидны,

И ваша простота полезнѣе сто кратъ! -- --

Отъ нихъ заботы намъ постыдны;

Онѣ-то самой рай преобращаютъ въ адъ!

Мы вѣчность; кажется, доставить имъ желаемъ,

Трудимся, мучимся, и въ горѣ умираемъ!

Природа по своимъ намѣреньямъ течетъ:

До насъ ей нужды нѣтъ!

Фортуна вѣтрена и въ прихотяхъ жестока,

По волѣ жалуетъ, казнитъ; --

И мудрость смертнаго стоока

Отъ грознаго бича ея не защититъ!

Къ чемужъ полезны вы успѣхи просвѣщеныя?...

Овечки милыя; паситесь въ доброй часъ;

Оставьте намъ сіи печальны заблужденья;

Безъ нихъ вы счастливы, безъ нихъ умнѣе насъ!

А. Мрзлквъ.


"Вѣстникъ Европы". Часть XXV, No 1, 1806


Благость.


Сокройтесь Пирамиды славны

Изъ сонма гордаго чудесъ!

Кто Богъ вашъ? -- страсти своенравны?

Что блескъ вашъ? -- кровь и токи слезъ! --

Везувій, Этна -- міра дива;

Что окрестъ? -- пламени рѣкой

Пожранный градъ, и вѣсь, и нива;

Страдальцевъ слышенъ стонъ глухой!

Гдѣ памятники, гдѣ кумиры,

Вѣщатели прямыхъ добротъ,

Предъ коими богатый, сирый;

Благоговѣйны слезы льетъ?

Какъ рѣдко мы тріумфъ видали,

Которой небо и земля

Согласно бы торжествовали,

Заслугу праведну хваля? --

О Благость, сильныхъ украшенье! --

Тебя y взыскуетъ алчной взоръ: --

Гдѣ тронъ Твой, райское селенье,

Твоихъ служителей соборъ? --

Гдѣ мирты, лавры процвѣтаютъ --

Твоя благословенна сѣнь? --

Гдѣ Музы кроткія дерзаютъ

Съ Тобой сокрыться въ скромну тѣнь?

Блесни, блесни безсмертной славой

Средь предразсудковъ и суетъ! --

Разсѣй сонмъ прелестей лукавой,

Которымъ служитъ жалкій свѣтъ!

Дай силу правдъ, святость -- воли;

Природу смертныхъ освяти;

Возсядь на царственномъ престолѣ,

И намъ законы возвѣсти!

Когда вселенная сходила

Изъ мрачной нощи въ бытіе;

Ты въ солнцъ ставъ, благословила

Тогда созданіе свое, --

И міръ изъ темной колыбели

Возникъ, одѣянъ красотой, .

Младыя звѣзды возгорѣли,

Вѣнецъ составя надъ Тобой!

Ты взоръ простерла -- и родился

Во прахѣ мертвомъ жизни духъ. --

Помыслила, -- и воскрилился

Умъ сильный изъ тумана вдругъ!

И смертный разумомъ чудеснымъ

Весь міръ объялъ и очертилъ;

Но чувствомъ благости небеснымъ

Свои тріумфы освятилъ.

"Міръ -- опытъ! -- Ты ему вѣщала --

"Даю свободу; жду плода!"

И зло со благомъ сочетала,

Чтобы возвысить честь труда,

Въ предѣлахъ твоего владѣнья,

Во свѣтѣ дня, во тмѣ ночей,

Въ премѣнахъ скорби, наслажденья: --

Вездѣ любовь души Твоей! --

Богъ дивенъ, отъ небесъ дающій

Свой судъ въ карающихъ громахъ!

Богъ дивенъ, на земли живущій

Въ благихъ, чувствительныхъ сердцахъ!

Подъ гнѣтомъ бѣдствій мы страдали;

Но Ты сошла --- и мракъ исчезъ! --

Намъ нами слабости сказали:

Есть Богъ! -- есть страждущимъ Отецъ!--

Слѣды Твои -- покой и радость!

Ты носишь изобилья рогъ!

Ты здѣсь лелѣешь, учишь младость,

A тамъ прощаешь, яко Богъ!

Вѣсами ль правишь? -- Ты есть правда;

Мечемъ? -- Отечества оплотъ:

Кадиломъ? -- Ты совѣтъ, отрада,

Задоръ Божественныхъ щедротъ!

Что страннику средь моря звѣзды,

То для несчастныхъ образъ Твой!

Ты въ видѣ Дружбы, и Надежды;

И Вѣры, и Любви святой

Ведешь ихъ тайною стезею

Въ Отеческій, наслѣдный край;

Ты примиряешь ихъ съ судьбою, --

И на землѣ сіяетъ рай!

Всѣ міра блага хладъ, и тлѣнность;

Разсыплешь ихъ, -- то перлъ небесъ:

Благотворенья драгоцѣнность,

Богатство благодарныхъ слезъ;

Когда жъ прейдемъ сей путь истертый

Несчастій тяжкою стопой, --

Ты къ намъ приходишь въ видѣ смерти,--

И вѣчность блещетъ за тобой!

Тронъ гордый безъ тебя сіяетъ

Кометой, тучей громовой; --

Гдѣ солнце жжетъ, -- не оживляетъ,

Тамъ язвы возраждаетъ зной.

Твое лишь сердце, взоръ Твой нѣжный

Перунъ готовой погасятъ,

И радугою скиптръ желѣзный,

И Богомъ намъ Царя творятъ! --

Ты тронъ его кругомъ обставишь

Соборомъ Ангеловъ Твоихъ!

Какъ горній Тронъ взнесешь, прославишь

Среди властителей земныхъ:

И въ садъ вселенна премѣнится,

И лучъ твой кроткій, золотой,

На льдахъ Сибири отразится

Въ тебѣ сердечною слезой.

Мрзлквъ.


"Вѣстникъ Европы". Часть LIX, No 17, 1811


Благотворителю Московскихъ Музъ (*).

(*) Стихи сіи написаны въ 1803 году.

Демидовъ! -- въ сихъ стихахъ дерзаю предъ Тобой

Смиренно повторить хвалебной гласъ, священной

Россіи радостной, Европы удивленной. --

Ты славно совершилъ великой подвигъ свой!

Твоя сокрытая отъ міра добродѣтель

Явилась наконецъ, какъ солнце въ небесахъ!

Во имени Твоемъ, нашъ мудрый Благодѣтель,

Сама Любовь гремитъ и дѣйствуетъ въ сердцахъ!

Твой даръ, которымъ днесь Отечество гордится,

Предъ олтаремъ его, давно уже таясь,

Ждалъ горняго огня, чтобъ къ Небу воскуриться,

Къ наукамъ Царь воззрѣлъ, и -- жертва вознеслась!

Природы дщерь, Зима, отъ взоровъ сокрываетъ

Богатства дивныя и лѣта и весны;

Но дней Твоихъ Зима въ величествѣ являетъ,

Сквозь завѣсъ скромности, Твои цвѣтущи дни.

Россію славящій, любви небесной Геній,

Другъ прадѣдовъ Твоихъ и другъ благотвореній:

Отъ самыхъ юныхъ лѣтъ бесѣдовалъ съ Тобой,

Чтобъ оживить въ Тебѣ и духъ и образъ свой;

Общественно добро Твоимъ блаженствомъ стало!

Въ душѣ Твоей, какъ Богъ, Отечество сіяло;

Служа себѣ, ему усердно Ты служилъ,

И богатя себя, его Ты богатилъ.

Тогда уже объ насъ Ты пламенемъ раченья

Горѣлъ; какъ другъ, отецъ, когда Ты собиралъ

Природы и искусствъ чудесныя творенья!..

Мое имѣнье, жизнь, Ты самъ себъ вѣщалъ,

Все есть Отечества ко мнѣ благодѣянье! --

Я долженъ возрастить, и возвратить даянье!

Ни роскошь, ни тщета желѣзною рукой

Не должны раздѣлять Отечества со мной!

Блескъ золоту даетъ его употребленье! --

Пусть дни мои текутъ во тьмѣ уединеньѣ

Невидны для людей! -- ихъ видѣть будетъ Богъ!

Такъ мыслилъ Ты всегда, и міру далъ урокъ,

Что сердце доброе само себѣ отрада;

Что славы истинной не льзя намъ скоро ждать:

Терпѣнье ей отецъ, a Добродѣтель -- мать,

Чѣмъ далѣе отъ насъ, тѣмъ радостнѣй награда!

Трусливый Честолюбъ съ младенческой душой

Въ ближайшемъ призракѣ обрѣсть ее желаетъ;

Плыветъ за ней слѣпецъ подъ бурею страстей;

Оставилъ берега: волнъ жертва погибаетъ;

Мудрецъ провидитъ вдаль; идетъ своей стезей,

Свободный въ плѣнѣ золъ; богатый самъ собой.

Стопою твердою небрежно попираетъ

И терны и цвѣты, что случай разсыпаетъ.

Онъ любитъ многій трудъ, полезнымъ быть любя,

Онъ въ мракъ гробовомъ зритъ солнце для себя!

Демидовъ! -- дивно ли для насъ твое терпѣнье?

Предметъ твой для тебя, и честь, и наслажденье

Отечество и Богъ! что можетъ больше льстить?

Возможно ли еще иное что любить? --

Почувствуй только ихъ: -- и въ чувствахъ сихъ небесныхъ

Исчезнетъ вся боязнь препятствій неизбѣжныхъ.

И горесть сладостью, и щастіе мечтой,

И гибель самая безсмертіемъ явится --

И смертный полу-богъ, -- и міръ ему дивится! -- .

Онъ шествуетъ своей особенной стезей. --

Незиждетъ пирамидъ огромныхъ въ удивленье,

Чтобы гордиться въ нихъ предъ лютостью вѣковъ;

Не блещетъ пышностью, безумцовъ въ ослѣпленье;

Нѣтъ нужды для него въ сіяніи чиновъ ;

Нѣтъ нужды для него въ громадахъ мавзолеевъ,

Что нехотя гласятъ, сколь ихъ строитель малъ!....

Обычай иногда гробницу и злодѣевъ

Великимъ именемъ святыни украшалъ,

Чтобъ память бѣдную возвысить алтарями:

Но Вышній славится лишь добрыми дѣлами!

И храмъ воздвигнутый, не славы для вѣнца,

Не для храненія однихъ титуловъ пышныхъ,

Но въ пользу общества, но въ пользу нашихъ ближнихъ,

Есть, можетъ бытъ, одинъ достойный храмъ Творца!

Великъ, кто показалъ прямую добродѣтель;

Но больше, кто возжегъ любовь чистѣйшу къ ней;

Великъ единаго семейства благодѣтель,

Но больше, кто умѣлъ для счастія людей,

Свой вѣкъ переживать, и мѵро лить безцѣнно

Всегда на самое потомство отдаленно!

Демидовъ! Ты умѣлъ сей подвигъ совершить!

Превыше всѣхъ добро -- науки разширить!

Щедрота, правой судъ, къ несчастнымъ состраданье

Есть застарѣлыхъ золъ и бѣдствій врачеванье:

Намѣренье наукъ есть -- зло предупреждать;

Въ семъ очарованномъ жилищѣ заблужденій

Онъ ведутъ меня, когда и другъ и братъ

Оставятъ бѣднаго на жертву злоключеній!

Благотворитель намъ на раны льетъ елей;

Благотворителя рождаетъ просвѣщенье;

Одинъ лишь милуетъ; -- сіе творитъ людей;

Кругъ дѣйствій одного имѣетъ огражденье,

Науки дѣйствіе, какъ сей чудесный свѣтъ,

Какъ вѣчность цѣлая, предѣловъ не имѣетъ:

Съ вѣками лучь ея растетъ и пламенѣетъ,

Пока обниметъ все, и въ Богѣ процвѣтетъ!

Великій человѣкъ! -- я въ радости теряюсь,

Когда простру свой взоръ къ грядущимъ временамъ!

Напрасно исчислять всѣ пользы покушаюсь,

Которыя текутъ во слѣдъ Твоимъ трудамъ!

Одѣянна вокругъ небесными лучами

Средь изобилія, въ глубокой тишинѣ,

Какъ нѣкій дивный храмъ, Россія зрится мнѣ,

Въ которомъ предъ осмью для Феба олтарями,

Курилецъ, и Вотякъ, Черкесы и Сарматъ,

Ставъ братья и друзья наукою святою,

Воззрятъ на образъ Твой съ сердечною слезою,

И имя славное Твое благословятъ! --

Отечество мое! позволь къ себѣ склониться!

Демидова хвала есть лучь хвалы твоей!

Кто не прославится тобой, не возгордится? --

Какихъ имѣло ты, имѣешь днесь дѣтей! --

Одни прошли весь міръ съ побѣдой и громами;

Другіе мирными прославились дѣлами;

Тамъ Мининъ честь твою изъ плѣна искупилъ;

Пожарской далъ Царя, и бунты усмирилъ; --

Тамъ страждетъ Филаретъ, и въ сонмищѣ коварныхъ,

Въ темницъ, въ смертной часъ, среди мечей, огней,

Онъ проповѣдуетъ о славѣ лишь твоей! --

Духъ сильный доблестей, духъ кроткій, лучезарный,

Любви небесной духъ, чрезъ десять ужь вѣковъ,

Наслѣдство общее для всѣхъ твоихъ сыновъ!

Онъ съ нашей славою мужалъ и укрѣплялся;

Какъ фениксъ въ пепелъ, онъ въ бѣдствахъ возраждался!

Благословеніе навѣкъ твоимъ Царямъ! --

Доброта и любовь -- плоды святыхъ законовъ!

Благотворительность отъ свѣтлыхъ Царскихъ троновъ

Идетъ, -- и все себѣ преобращаетъ въ храмъ,

Царь добрый добрыхъ слугъ повсюду обрѣтаетъ,

Какъ животворное свѣтило въ небесахъ,

Возшедъ, на всей себя природѣ изражаетъ:

Такъ Онъ все движетъ вкругъ; и свѣтится въ сердцахъ!

Его примѣръ -- законъ, на дскѣ неизложенный,

Который не гремитъ, и тѣмъ сильнѣй громовъ;

Его глаголъ -- органъ Всевышняго священный,

Которымъ зиждется гармонія міровъ! --

МОНАРХЪ! -- безсмертнаго Царя изображенье!

Тебѣ приносимъ мы; Тебѣ благодаренье

За благодѣтелей, защитниковъ своихъ!

Въ Тебѣ сіяетъ Богъ, a Ты сіяешь въ нихъ!

И гдѣ, и въ чемъ для насъ обрящутся препоны?

Вѣщай, -- и новые Говарды, Вашингтоны, --

Еще Демидовы прославятъ Росскій край,

И міръ преобратятъ въ блаженный, горній рай!

А Ты; явившій намъ Россіянъ древняхъ нравы,

Споспѣшникъ Царскаго желанья, веселись!

Полвѣка дней Твоихъ -- россадникъ вѣчной славы!

Станъ въ западъ своемъ, и духомъ обратись

На поприще Твое! -- Кому подумать- можно,

Чтобъ сластолюбецъ жилъ счастливѣе Тебя?

Кто радости свои, свое безсмертье ложно,

Вмѣстилъ въ холодну спѣсь, -- дышалъ ли для себя ? --

Великость Твоего безсмертнаго предмета,

Уничтожала всѣ величья пышны свѣта!

Ты человѣчество, душею обнималъ,

Любовію къ нему блаженствовалъ, пылалъ! --

Роскошество утѣхъ, для сердца умерщвленье;

Въ раздѣлѣ нашихъ благъ прямое наслажденье!

Для добродѣтели всѣ почести людей,

Одежда бренная, котору премѣняетъ

Обычай и случай по рѣзвости своей,

Пускай вселенная, Твой подвигъ прославляетъ,

Пусть памятникъ Тебѣ Россія сотворитъ,

Пусть Музы соплетутъ Тебѣ хвалы нетлѣнны!

Что сдѣлаютъ онъ ? -- исполнятъ долгъ священный;

Но могутъ ли Тебѣ сіянья приложить?

Мы ищемъ, мы хотимъ съ ничтожной похвалой,

Не украшать-Тебя, украсишься Тобою!

Но Ты не требуешь отъ міра ничего:

Твой даръ унизился бъ наградою его!

Жизнь наша мрачная, тернистая дорога;

Не здѣсь конецъ ея, но предъ престоломъ Бога!

Я слышу голосъ Твой : -- когда сіи цвѣты,

Политые моей усердною рукою,

Достойны принесутъ и зрѣлые плоды:

Тогда, тогда себя усердно успокою!.

Тогда мой духъ, носясь среди моихъ дѣтей,

Почувствуетъ, что жилъ онъ въ скорбной жизни сей!

Надѣйся, торжествуй душа благолюбива!

Ты сѣешь не на тернъ, но въ нѣжныя сердца!

Богату жатву дастъ Твоя богата нива.

Ты, вмѣсто пышнаго гражданскаго вѣнца *),

Пріимешь матерей, отцовъ благословенья!

Ты, вмѣсто слабаго отъ чадъ благодаренья,

Услышишь сладкій гласъ Отечества къ себѣ:

Онъ полезны мнѣ, Твоихъ щедротъ достойны;

Заслуги ихъ, труды -- хвала и честь тебѣ! --

Тогда при звукъ лиръ, гораздо болѣ стройныхъ,

Шумъ славы Твоея, пройдя временъ округъ,

Сольется вѣчности въ долинахъ разширенныхъ

Со славою Царя, со славой дней блаженныхъ,

Россіи съ торжествомъ, съ безсмертіемъ наукъ!

Мрзлквъ.

(*) Какіе давали обыкновенно въ древности за мирныя добродѣтели.


"Вѣстникъ Европы". Часть LXII, No 7, 1812


Призываніе Калліопы на берега Непрядвы (*).

(*) Рѣка, извѣстная по той побѣдѣ, которую Димитрій Донскій одержалъ на берегахъ ея надъ Мамаемъ.

Пѣсней сладостныхъ Царица,

Мать восторга, Калліопа!

Изъ небеснаго чертога

Преклонись къ моленью сына!

Онъ, тобою вдохновенный,

Принялъ лиру златострунну

Отъ тебя передъ престоломъ

Добродѣтели небесной --

Принялъ съ тѣмъ, чтобы, въ восторгѣ,

Пѣть небесну добродѣтель --

Ты сама его учила

Прославлять святую правду,

Велелѣпіе Природы,

И въ Природѣ чтима Бога.

Слухъ ко мнѣ склони, Богиня!

Иль посли мою мнѣ лиру

На крылахъ послушныхъ вѣтровъ;

Иль сама ко мнѣ явися,

На брега сойди Непрядвы!

Здѣсь цвѣты благоухаютъ;

Здѣсь желтѣетъ всюду жатва ;

Здѣсь смѣется лугъ зеленый!

Ждетъ тебя сама Діана ;

Уклонясь подъ сѣнь дубравы,

Въ гротѣ сладостной прохлады,

На одрѣ роскошной нѣги

Въ полдень жаркой отдыхаетъ

Звѣроловная Богиня;

Тщетно ждетъ пріятныхъ пѣсней;

Нимфы здѣшнія безмолвны

Ищутъ фавновъ по дубравамъ! ---

Кто Прекрасную утѣшитъ?...

Сниди, сниди Калліопа!...

Ждутъ тебя Помона, Флора,

Ореады, Нереиды,

Дщери рѣзвыя, младыя

Тихоплещущаго Дона.

Ждутъ тебя... приди, Богиня!

Храмъ оставь твой златоверхій,

И явленьемъ благодатнымъ

Благовонный садъ при-Донскій

Обрати въ сады Парнасса!

Наученъ тобой -- съ тобою,

На твоей волшебной лиръ

Буду пѣть поля и рощи,

Славить прелести Природы;

Иль подъ сумракомъ вечернимъ,

Пробужденный къ восхищенью

Шумомъ легкаго зефира,

Возпаленъ дѣлами Славныхъ,

Воспою... и бранны тѣни

Нашихъ прадѣдовъ-героевъ

Въ свѣтломъ мѣсяца блистаньи

Тихо спустятся къ Непрядвѣ:

Зазвенятъ мечи, и стрѣлы

Засвистятъ подъ облаками,

Вздрогнутъ гробы побѣжденныхъ,

И Димитрій въ сонмѣ бранныхъ

Съ тучи взглянетъ на Непрядву,

"Здѣсь -- речетъ -- я мстилъ за Россовъ,

"Здѣсь низринулъ въ адъ Мамая!"

Россы, гласъ его услышавъ,

Вновь о памяти Героя

Вновь душей возвеселятся!...

Такъ я буду пѣть, Богиня,

Отъ любви склоняясь къ брани,

И отъ брани къ мирнымъ сѣнямъ

Сельской жизни благодатной,

Нимфы пѣснь мою услышатъ,

И приникнувъ къ тихой урнѣ,

Донъ, вѣнчанный осокою,

Легкимъ струй своихъ плесканьемъ

Будетъ вторить звукамъ лиры,

И тогда, когда въ туманъ

Тѣнь моя носится будетъ

Надъ моимъ безмолвнымъ гробомъ,

И тогда моя здѣсь память

Громозвучнымъ водопадомъ,

Потрясающимъ утесы,

Для потомства сохранится ;

И тогда, къ громамъ Героевъ

Пріобыкшее здѣсь Эхо

Не забудетъ древнихъ пѣсней

Ихъ воспѣвшаго Поэта!

A теперь моя награда --

Поцѣлуй моей Надины,

И вѣнокъ, ея руками

Для меня вчера сплетенный!

Мрзлквъ.


"Вѣстникъ Европы". Часть XLII, No 22, 1808


Къ Калліопѣ (*).

Благодѣянія Музъ.

(*) Смотри Гораціеву оду Descende coelo, et cet.

Сойди съ небесъ хвала героевъ,

Войди Царица Музъ, трубу свою прими,

Безсмертнымъ гласомъ пѣснь высокую греми,

Или при звукъ лирныхъ строевъ;

Иль съ арфой Феба золотой! --

Не внемлетель? -- иль я мечтаю? --

О прелесть! о восторгъ, чарующій пѣвцовъ!

Уже блуждаю въ мглѣ божественныхъ лѣсовъ,

Журчаніе ключей внимаю

И сладкой шопотъ вѣтерка.

Отъ Дѣвъ Парнасса вся благая.

Могу ли я забыть, какъ въ отческой странъ,

Усталаго отъ игръ, младенца, въ сладкомъ снѣ,

Чудотворяща горлицъ стая

Въ тѣни осыпала меня.

Благоуханными цвѣтами -

И Ахеронція, нагнувшись съ дикихъ скалъ,

Дивилася и боръ Бантинскій трепеталъ?

И углубленный межъ холмами

Фарентъ (*) во ужасѣ: кто сей.

(*) Ахеронція, Бантина, Фарентъ -- названія городовъ нижней Италіи.

Кто сей, вѣщаетъ? невредимый

Ни звѣремъ, ни зміемъ на дернъ луговомъ,

Покрытый лаврами и миртами кругомъ?--

Сей сынъ земли непостижимый

Не безъ призрѣнія боговъ! --

Я вашъ, я вашъ, о Піериды!

Стремлюся ли когда въ Сабински высоты,

Пренестъ ли ждетъ меня, Тибура лъ красоты,

Иль влажныхъ Баій милы виды

Мнѣ улыбаются вдали.

Я вашъ! -- любитель громкимъ хоровъ,

Любитель счастливый отъ васъ святимыхъ водъ,

Я вами огражденъ средь бранныхъ непогодъ,

Среди стихійныхъ въ безднѣ споровъ,

Подъ древомъ смерти роковымъ.

Готовъ, готовъ стремиться съ вами

Босфора злобнаго въ зыбучія поля,

Пылающихъ песковъ въ безбрежныя моря,--

Землей, пучиной, небесами

Безбѣдный странникъ и пловецъ!

Увижу льдистой брегъ Британновъ,

Пришельца робкаго погибельной предѣлъ,

И племя Гелоновъ, ужасныхъ силой стрѣлъ,

И пьющихъ кровь коней Конкановъ,

И мрачный Скифскій Танаисъ! --

Вы заперли врата военны,

Отъ васъ приялъ гражданъ осиротѣвшій градъ;

Лобзаютъ матери давно желанныхъ чадъ!--

И въ вашихъ гротахъ несравненный

Почіетъ Цезарь послѣ бурь.

Отъ васъ спасительны уроки,

Вы учите добро любить и совершать! --

Вселенна видѣла неистовую рать,

Титановъ замыслы высоки,

И торжествующій перунъ.

И тотъ, которой управляетъ

Трясеніемъ земли, волненіемъ въ моряхъ

Раздоромъ въ тартарѣ и громомъ въ небесахъ,

Кто смерти ихъ и боговъ смиряетъ,

Единъ единой правотой,--

И тотъ вострепеталъ дружины

Земныхъ богатырей, зовущихъ небо въ бой,

Когда отъ братнихъ рукъ,какъ листъ передъ грозой,

Взлетѣлъ на Пиндовы вершины

Многолѣсистый Пеліонъ;

Но что Тифей, что Мимасъ ярый,

Но что Порфиріонъ, мятежныхъ силъ глава,

И Ретъ, и съ корнями кидающій древа

Енцеладъ, коего удары

Трясли молніецвѣтну твердь,

Что всѣ враги боговъ, закона

Предъ опаляющимъ Минервинымъ щисомъ?

Здѣсь ратуетъ Вулканъ, облитый вкругъ огнемъ;

Тамъ всемогущая Юнона;

Здѣсь звонкій напрягаетъ лукъ,

Изъ неприступныхъ свѣта сѣней,

Кропящій чистою Кастальскою росой

Власы, разлитыя по раменамъ волной, --

Пророкъ и Царь родимыхъ тѣней,

Благовѣститель Аполлонъ.

Падетъ совѣта чужда сила,

Своей огромностью стирается въ пыли;

Смиренну мудрость Богъ возноситъ на земли!

;  Злой умыслъ самъ себѣ могила,

И проклятъ предъ лицемъ небесъ! --

Не тыль сей правды возвѣститель

Стремительный Гигесъ, сторукій изувѣръ.

Ты наглой Оріонъ, наказанныхъ примѣръ,

Діяны чистой искуситель,

Сраженный дѣвственной стрѣлой.

Земля дрожитъ, реветъ, стенаетъ!

Громами сверженныхъ тягча преслушныхъ чадъ;

Ихъ давитъ, жжетъ, томитъ богатый въ мукахъ адъ

Огнь быстрый Етну пожираетъ

И неизсякнетъ никогда!

Титей, не жди отрадъ покоя,

И не насытится ко чреву пригвожденъ,

Піющій кровь твою пернатый стражъ измѣнъ!--

Трехсотны цѣпи Перитоя

Тѣснятъ безбожниковъ въ урокъ. --

Мрзлквъ.


"Вѣстникъ Европы". Часть LXIII, No 9, 1812


СТИХИ

на возобновленіе Благороднаго Пансіона,

Апрѣля 14-го дня 1814 года.

(Къ товарищамъ.)

Творенья мудрости, которыхъ перва мета

Есть польза общая Отечества сыновъ, --

Не гибнутъ посреди рушительныхъ громовъ,

Не сотрясаемы среди волненій свѣта. --

-- Сей, сто ужасныхъ главъ вращающій Тифонъ,

Напрасно изрыгалъ на храмы просвѣщенья

Соблазны адскіе и пламень разрущенья; --

Сквозь дымъ, куреніе -- взоръ кинулъ Аполлонъ, --

И нѣтъ врага! -- и царство Бога

Изъ xaoca возникло вновь!...

Науки процвѣли; открыта къ нимъ дорога,

И попечительна Отечества любовь

Опять привѣтствуетъ въ свои насъ вертограды

Вкушать ученія и доблесгоей отрады!--

Благодареніе Великому ЦАРЮ!

Когда Могущій, ОНЪ, въ гнѣздилищѣ тирана

Спѣшитъ Европы кончить прю,

Среди орловъ молніеносныхъ стана;

Въ то время, въ страшной брани часъ,

ОНЪ сердцемъ и душей болъзнуешъ о васъ,

Любезныя Науки! --

И Вышняго перунъ метающія руки

Отверзлись благостью вв родныя племена!

Ce! въ пепелъ матери градовъ многострадальной

Благотворенія упадши сѣмена

Уже прозябли днесь въ красѣ весьма начальной!

Утѣшьтесь, нѣжные родители, теперь,

Утѣшьтесь матери, которыхъ трудъ и радость --

Благовоспитанна дѣтей любезныхъ младость:

Отверзта имъ къ наукамъ дверь!

Заботы вашихъ дущъ, почтенныя, драгія

Отечество и ЦАРЬ готовы воспріять

На рамена свои святыя!

Наставники, вожди готовы управлять

Птенцовъ неопытныхъ путями! --

Да будетъ миръ и радость съ нами,

О юные друзья!... откроемъ нашу грудь

Благимъ внушенымъ Музъ и Ѳеба,

И, осѣненные живою силой Неба,

Надежно потечемъ въ благословенной путь!--

Исполнимъ на себѣ родителей желанья,

Достойны будемъ ихъ болѣзненныхъ трудовъ,

И Царскаго благодѣянья,

И попеченія Отечеетва сыновъ,

Которымъ ввѣрены младыя наши лѣта! --

Да сей священный вертоградъ,

Цвѣтя въ утѣхѣ свѣта,

И сохранитъ на вѣкъ, и вознесетъ стократъ,

Свою неложнy честь, искупленну годами!..

Онъ можетъ славенъ быть -- лишь нашими хвалами!

Друзья! воззрите вдаль на бранныя поля,

Гдѣ стонетъ твердъ, дрожитъ земля

Отъ рева медныхъ жерлъ несметныхъ --

Тамъ, видите ли вы щастливыхъ юныхъ смертныхъ,

Подобньіхъ выспреннимъ орламъ,

По сердцу, кажется, толико близкихъ къ вамъ? --

То ваша братія, предмѣстники младые!

Въ семъ храмъ укрѣпясь и тѣломъ и душой,

Несутъ свободу, миръ въ края они чужіе!

Здѣсь Мудрость имъ дала, когда пойти на бой,

Щитомъ алмазнымъ -- крйаость Вѣры;

Мечемъ -- богатый умъ, необоримый духъ,

Вождемъ -- прапрадѣдовъ великіе примѣры;

A въ латы облекла вокругъ

Здѣсь къ родинѣ Любовь и Нравственность священна. --

Такъ въ брани ратуетъ дружина окрыленна!...

Воззрите: слава ихъ вѣнчаетъ каждый часъ,

Ихъ перси блещутъ, какъ лучами,

Ихъ вѣренъ шагъ, ихъ вѣренъ глазъ,

Побѣда -- ихъ гордится знаменами! --

О нѣжной цвѣтъ Славянъ! -- о грусть, и честь отцамъ!

Иной летитъ съ щитомъ, -- и сила неизмѣнна!

A этотъ на щитѣ -- ...о смерть благословенна!

Друзья! почто и мы не тамъ!...

Почто еще не въ силахъ

Дѣлит съ безцѣнными опасности, труды,

Любви къ Отечеству сладчайшіе плоды:--

Жить тѣломъ -- въ славныхъ ихъ могилахъ,

Жить духомъ въ небесахъ -- и въ памяти вѣковъ,

Въ благословеніяхъ отцовъ,

Въ молитвахъ матерей, ихъ чествующихъ тризну!...

Но обратимъ свой взоръ

Отъ браней -- въ милую Отчизну:

И здѣсь вы видите избраннѣйшихъ соборъ,

И здѣсь -- предшественники ваши,

И здѣсь, о граждане младые! кто блюдетъ

Покой, права и собствеяности наши?

Тѣ, коимъ суждено познашь науки свѣтъ,

Законовъ духъ святй, обычаи народа,

И все, чѣмъ богатитъ насъ добрая природа; --

Тѣ, коихъ Музы облекли

Во броню честности, и правды, и терпѣнья;

Tѣ, кои въ храмахъ сихъ священныхъ обрѣли

Свѣтъ немерцающійво мракѣ заблужденья,

Которыхъ воспиталъ святой и строгой трудъ,

И Милосердіе, вѣнчающее Судъ. --

Воззрите вы на нихъ, блистающихъ честями,

Возвышенныхъ ЦАРЕМЪ!...

Какъ первые жрецы, воззванны Небесами,

Они Отечества стоятъ предъ олтаремъ!

Вотъ ваши образцы! -- вотъ мета просвѣщенья!

Они свершили то, что мы спѣшимъ начать!

Товарищи, къ трудамъ!.... да благость Провидѣнья

Укажетъ чадамъ путь -- гдѣ предковъ оправдать!

Мерзляковъ.


"Вѣстникъ Европы". No 10, 1814


Къ Амуру.


Амуръ! ссуди меня стрѣлой;

Въ удачѣ я не поскуплюся;

Клянусь и небомъ и землёй,

Что сердцемъ Лизы подѣлюся!

Не хочешь?-- вижу, злой тиранъ!

Тебѣ все шутки, все бездѣлки!...

Ты Лизѣ отдалъ весь колчанъ,

А для меня такъ нѣтъ и стрѣлки!...

М.


На семь колечекъ.


На нѣжномъ пальчикѣ Алины молодой

Семь колецъ золотыхъ показываютъ вѣчность

Нѣжнѣйшія любви.-- "Возможноль, вздоръ какой!

"Какъ могутъ только семь означить безконечность?" --

Такъ точно, не дивись. У милыхъ нашихъ фей

Вся вѣчность шлется едва едва семь дней!..

М.


-----


[Мерзляков А.Ф.] К Амуру ("Амур! Ссуди меня стрелой...") / М. // Вестн. Европы. -- 1811. -- Ч.55, N 2. -- С.95.

[Мерзляков А.Ф.] На семь колечек ("На нежном пальчике Алины молодой...") / М. // Вестн. Европы. -- 1811. -- Ч.55, N 2. -- С.95.


Стихи,

написанныя во время бала въ домѣ Благороднаго Собранія въ Москвѣ по случаю Высочайшаго въ сію Столицу прибытія въ первый разъ по ея разореніи.


Любовію Монархъ связуется съ народомъ;

Москва тому примѣръ, коль славны въ ней Они!

Тиранъ сожегъ, а ТЫ, нащъ ЦАРЬ, однимъ приходомъ

И пепелъ засвѣтилъ въ торжественны огни!

Владычества другихъ пусть страшными слѣдами

Останутся: пожаръ, развалины и кровь; --

ТЫ скипетромъ Своимъ равняешься съ богами:

Вѣнецъ ТЕБѢ плететъ всеобщая любовь!

Дивитьсяль посреди народныхъ восхищеній,

Что съ жадностью спѣшатъ встрѣчать ТВОЙ каждый шагъ?

Жизнь добраго ЦАРЯ -- есть счастье поколѣній,

И взоръ на образъ ТВОЙ порука нашихъ благъ

Зри очи всѣхъ къ ТЕБѢ съ восторгомъ устремленны,

И полны всѣхъ уста единою молвой,

Здѣсь камни самые на вѣкъ запечатлѣнны

Ко трону ТВОЕМУ любовію святой!

На каждомъ шагѣ здѣсь величія примѣры

О предкахъ говорятъ изъ рода въ родъ сынамъ:

Героевъ колыбель Москва, обитель вѣры,

И вѣчный образецъ въ усердіи къ Царямъ!

М....

1816.

Августа 18.


------


[Мерзляков А.Ф.] Стихи, написанные во время бала в доме Благороднаго собрания в Москве по случаю высочайшаго в сию столицу прибытия [Александра I] в первый раз по ея разорении ("Любовию монарх связуется с народом...") / М.... // Вестн. Европы. -- 1816. -- Ч.88, N 15. -- С.221-222.


Гласъ радованія восхищенныхъ Музъ, по случаю вожделѣннѣйшаго прибытія въ первопрестольный градъ Москву ВСЕМИЛОСТИВѢЙШАГО ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА ПЕРВАГО, въ первый разѣ по ея возобновленіи.


Возстань, ликуй, греми, Сіона Муза строга! --

Не смертное: -- дѣла Божественны поемъ! -- --

Кто Сей, благословенъ грядый во имя Бога,

"Небесный во земномъ величіи Своемъ,

Осанна Коему взываетъ градъ священный,

Его душею оживленный?--

Кто Сей?-- Иль Соломонъ, иль новый Маккавей,

Средь возвращеннаго Творцу Ерусалима?--

Иль Киръ, избавитель Израиля людей?--

Иль доблестный Камиллъ, возстановитель

Рима?-- Иль воиновъ Хріста Архистратигъ, Готфредъ

Свой мечь въ Господень храмъ несетъ?--

Срѣтай Его, Москва!... о, кровью градъ вѣнчанный,

Градъ искупленія, народовъ похвала,

Любви къ Отечеству свѣтильникъ оправданный!

Ты первая Ему быть жертвою могла,

И зависти въ укоръ, по манію Владыки,

Вела тріумфъ Царей великій!

Срѣтай Его!-- се Онъ, къ Которому любовь

Животворящая тебя въ плѣну крѣпила;

Которому, неся богатства, жизнь и кровь,

Ты брани и вражды Европы погасила

Се Тотъ, Кто наконецъ всей мощью Росскихъ силъ

Столь славно честь твою отмстилъ!

Срѣтай, разсыпь Ему ты мирныя оливы,

Устройся въ лѣпотѣ, стань, мать градовъ, глава!

И очи, нѣжностью къ Нему краснорѣчивы,

И сладкія простри къ Спасителю слова!

О, многовѣковый Россіи представитель,

Срѣтай!-- се Ангелъ твой хранитель!

Восторга полонъ умъ!-- Восторга полный духъ

Теряется въ раю сладчайшихъ вспоминаній!...

То ужасы въ очахъ, то радости вокругъ!

Утѣшно обозрѣть минувшихъ путь страданій,

Но утѣшительнѣй стократъ еще при Томъ,

Кто былъ Побѣдъ и благъ Творцомъ!

Сый, Недовѣдомый, Который прежде вѣка

Тѣлеснымъ, нравственнымъ сказалъ стези мірамъ,

Въ Чьей длани сердце сферъ и сердце человѣка,

Прещенѣе бурямъ волнъ и гордости мечтамъ,--

Провидя новаго надмѣнье Вавилона,

Вѣщалъ въ громахъ съ небесна трона!

"Долготерпяй -- терпѣлъ! Возстани Россовъ Царь,

Начни великія дѣла Преображеній!

А ты, отъ древнихъ дней Отечества олтарь,

Москва! начало будь благихъ Его твореній!

Ты, искушенная, народы научи,

Безвѣрья спящіе въ ночи!" --

И АЛЕКСАНДРЪ послалъ свой огнь-всеразрушитель,

-- И Бородинскіе вспылали вдругъ холмы!--

И ты, смиренная судебъ земныхъ обитель,

Средь облежащія тебя крамольной тмы,

При грозныхъ заревахъ Тарутина познала,

Что длань Его тебя держала; --

Что Онъ, Невидимый, вокругъ тебя виталъ,

Что Онъ таинственно -- тобой въ часъ бури правилъ!

Часъ грянулъ: міру свѣтъ! враждебный духъ упалъ,

И Онъ, какъ дщерь, тебя отъ пепела возставилъ,

И молнійнымъ перомъ на камняхъ падшихъ стѣнъ

Писалъ Парижу скорый плѣнъ.

Сей, Сей, окончившій начатое въ тебѣ,

По промыслу Творца, вселенныя спасенье!--

О сколь блистательна въ высокой ты судьбѣ!

Среди тебя Царей и Царствій возрожденье!

Отселѣ Исполинъ занесъ Свой первый шагъ,--

И здѣсь теперь -- Податель благъ!

Отъ Сѣвера возсталъ, вселенну обтекаетъ,

И въ Сѣверъ днесь Души сокровище

Своей, Неизсякаему доброту возвращаетъ,--

И грады вновь растутъ въ пустыняхъ слезныхъ прей,

И жатвъ златыхъ моря покрыли величаво

Поля засѣянныя славой! *

Такъ немерцающій воздушныхъ свѣтовъ свѣтъ.

Ликъ Бога вѣчнаго, исходитъ отъ Востока;

Течетъ -- и блага вкругъ: здѣсь буря престаетъ;

Тамъ въ тлѣньи -- жизнь; тамъ день, гдѣ ночь была глубока;

Тамъ нива процвѣла; тамъ вредный палъ Тифонъ:

Всего движенье, сила -- Онъ!

Но сколь величественъ, и тихъ, и благотворенъ,

Какъ обращается къ началу Онъ путей!

Трудъ конченъ, -- все цвѣтетъ, и міръ Ему покоренъ,

И тонетъ въ благости златыхъ Его лучей...

Москва! ты нравственнымъ Европы будь Востокомъ!--

Твой Царь спасенья былъ Пророкомъ!

Здѣсь твердо, возсклонясь на рамо Онъ твое,

Хоругвь Отечества развилъ, судебъ Свершитель;

Здѣсь зрѣлъ Герой и Царь Отечество свое

Въ десницѣ все Своей: -- сюда днесь Побѣдитель

И лавры Онъ несетъ, полей Европы плодъ: --

Се даръ тебѣ изъ рода въ родъ!

Здѣсь Вѣра чистая и Правда ополчилась;

Отверзлися Хрісту сердца Хрістовыхъ чадъ!

Здѣсь Благочестія вся крѣпость просвѣтилась,

Страдальцы въ торжествѣ, -- и посрамился адъ!

Сюда Героевъ Вождь несетъ благочестивый.

Побѣды, горнія оливы!--

По сердцу Божію, Мужъ сильный, Церкви щитъ,

Подъемлетъ къ небу длань, и миръ благословляетъ

Тамъ оскверненное нечестіемъ святитъ,

Тамъ зиждетъ, тамъ крѣпитъ, а тамъ обогащаетъ,

И призванный Его усерднымъ токомъ слезъ,

Въ храмъ дольный входитъ Богъ небесъ!

Здѣсь слово Царское, какъ Творческое слово,

Мгновенно крѣпости и грады вознесло,

И злато частное, со всѣхъ сторонъ готово

Рѣками въ океанъ общественной текло,

Все дѣйствуетъ, и умъ, и знанья даровиты,

Въ подкрѣпу общія защиты!

Любовью къ Отчеству нагрѣлися поля,

И нивы ею же стократъ плодотворились,

Ей оживилось все, и море и земля,

Ей воспылалъ Рифей, -- и громы покатились,

Ей воздухъ упоенъ, -- сталъ бездной бурь и тмы,

И гналъ враговъ въ бронѣ Зимы!

Здѣсь сильные орлы въ месть яростнымъ драконамъ

Стадами грозными, какъ полныя громовъ

Шумящи тучи въ слѣдъ ревущимъ-Аквилонамъ,

Накрыли древнее гнѣздо своихъ отцовъ:

Казалось, были то крылаты Серафимы,

И мщенья Богъ на нихъ носимый.

И юныя птенцы за ними въ путь побѣдъ;

Любовь къ Отчизнѣ -- кровь; любовь къ Царю -- ихъ крила;

Забыто все, отецъ, мать, сладость нѣжныхъ лѣтъ;

Страхъ, мразы и труды; -- и смерть имъ уступила,

И бури грозныя слугами были имъ,

Громоносителямъ земнымъ!

И се предтеча ихъ въ великой Бога брани,

Се Вождь, примѣръ, судья, награда, похвала!

Се, силою ихъ духъ, мечемъ крѣпивый длани,

Се, Коимъ младость ихъ орлина процвѣла,

Се, Коимъ царственно, блистательно вѣнчанны

Его сподвижники избранны!

Въ бояхъ ихъ каждый шагъ Владыкой отличенъ;

Одно мгновеніе заслугѣ съ награжденьемъ!--

О какъ блеститъ ихъ строй, столь свѣтло облеченъ

Несчетныхъ почестей священнымъ украшеньемъ!

Народы чуждые не вѣрили очамъ:

Красѣ ль дивиться, иль дѣламъ!

Святая Брань съ благимъ облобызалась Миромъ;

Гдѣжъ Примиритель нашъ, гдѣ Вождь земныхъ боровъ?

Тріумфы отложивъ, печется Онъ о сиромъ,

Врачуетъ раны Онъ Ареевыхъ сыновъ,

Даетъ пристанище, покой изнеможеннымъ:

Онъ -- жизнь Героямъ утомленнымъ: --

Другая сладка жизнь по трудныхъ битвы дняхъ!--

Утѣшьтесь, родшіе, утѣшьтесь храбрыхъ чада,

Вы въ АЛЕКСАНДРОВЫХЪ покоитесь лучахъ!

Вы сердца Отчаго забота и отрада!--

Отечественныхъ благъ дни валіи суть цѣна:

Лежитъ въ груди Царя она!

Отечество! сей день твое торжествованье!

Твой Царь -- въ твоей Москвѣ!-- О доблестный народъ!

Твой Царь -- среди тебя!-- Народовъ обожанье,

Надежда праваго, Утѣшитель сиротъ,

Онъ шествуетъ, исполнь любви, и благодатенъ:

О сколь приходъ Его приятенъ!

И сколь Онъ радостенъ землѣ и небесамъ?

Какъ овны, вздрогнули Москву носящи горы;

Разлился нѣкій блескъ чудесный по водамъ,

И рощи вкругъ нее -- живыхъ органовъ хоры --

Среди дыхающихъ веселіемъ полей?

Привѣтствуютъ Вождя Царей!

Срѣтай, Москва! се Гость, Которымъ ты дышала,

Отсутственнымъ жила, и укрѣплялась вновь;

Какъ нѣжная жена, у коей отнимала

Брань Друга вѣрнаго, души ея любовь; узрѣвъ

Его, встаетъ, во срѣтенье несется,

И токъ безмолвныхъ слезъ ліется!

И послѣ ободрясь: -- "Вся за Тебя, Тобой!"

Возлюбленному такъ вѣщаетъ восхищенна --

"И прежде Отчество спасала я собой;

"Но слаще всѣхъ теперь мной жертва принесенная

Текла -- И взоръ блисталъ величествомъ боговъ!..,.

Надъ ней вѣнецъ шести вѣковъ.

И се, на гласъ ея разверзся сводъ небесной,

И воинства Святыхъ, здѣсь Коихъ тѣлеса

Почіютъ, славою одѣянны чудесной,

И Царіе, Временъ прешекшихъ честь, краса,

Въ свой обновленный домъ, при звукахъ арфъ, слетали,

И Миродателя срѣтали!

Изъ злата и сребра сотканны облака

Раскинулись шатромъ надъ древними стѣнами,

Восколебался Кремль, и горы, и рѣка,

Храмы Божіи Ему отверзлись сами!

И ликъ невидимой Великому гремитъ:

О, вниди съ миромъ, Вѣры щитъ!

Тобой ущедрены обители святыя:

Тебя и Царствіе ущедритъ тако Богъ!--

Наслѣдникъ мудрости Отцовъ Твоихъ благія,

Гряди! гласитъ Ему Прапрадѣдовъ чертогъ;

Я проповѣдатель Твоимъ добротъ безсмертнныхъ,

Во кликахъ градъ гремитъ несчетныхъ.

И оживляется сей древній исполинъ (*)

Какъ знамя Росскаго величія и силы,

Подъ коимъ адъ, Творца извѣдатель судбинъ,

Пять кратъ взрывалъ огнемъ наполненны могилы

Но тщетно! -- устоялъ, -- и мнится, въ высотѣ

Смѣется Гальской онъ мечтѣ!

(*) Иванъ Великій.

Такъ Души Царственны взирая, любовались

На обновляемый, возлюбленный свой градъ;

Но нѣжны чувствія куда Твои склонялись,

Куда прискорбный Твой, ЕЛИСАВЕТА, взглядъ?--

Туда, гдѣ томна тѣнь Шувалова носилась?--

И изъ развалинъ огласилась

Благоувѣренныхъ пѣснь сладка Піеридъ:

Покойся въ небесахъ, о кротка Дщерь ПЕТРОВА,

И ты, о другъ наукъ, любимецъ ихъ и щитъ!

Въ Россіи ли онѣ пребудутъ безъ покрова?...

Мы счастливы!-- и трудъ Вашъ многій не угасъ: --

Великій АЛЕКСАНДРЪ за насъ!

Тотъ, Коего рука, Умъ творческій умѣли,

Что Вами начато, умножить, оградить,

Возвысить, обратить къ высокой должной цѣли;

Тотъ можетъ и теперь вновь садъ Свой возрастить,

Вновь съ Вами раздѣлять душъ горнихъ наслажденья,

Какъ другъ и Пастырь просвѣщенья.

Тамъ совершится все, гдѣ Царь -- Отецъ дѣтей,

Ихъ благо чтитъ одно сокровищемъ священнымъ,

Красою прочною величія Царей, --

Гдѣ къ славѣ ихъ ведетъ путемъ превознесеннымъ,

Котораго добро безсмертное предметъ;

Умовъ, сердецъ духовный свѣтъ!

На поприщѣ войны -- Воспитанникъ Минервы,

Въ собраніи Владыкъ -- совѣта доблій Мужъ,

Онъ въ мирныхъ подвигахъ -- Владыка будетъ первый,

Хранитель общихъ правъ и Просвѣтитель душъ:

И Царство Русское одно подъ небесами,

И Онъ единъ между Царями!

Тамъ совершится все, -- и нѣтъ Ему препонъ, --

Гдѣ добрыхъ подданныхъ любовью огражденной,

Цвѣтетъ Его Престолъ. Чего не можетъ Онъ?--

Давно ли зрѣли мы волненія вселенной:

Притекъ -- и на оси дрожащу удержалъ,

И перстомъ путь ей указалъ!--

Алексѣй Мерзляковъ.


-----


Мерзляков А.Ф. Глас радования восхищенных муз, по случаю вожделеннейшаго прибытия в первопрестольный град Москву всемилостивейшаго государя императора Александра Перваго, в первый раз по ея возобновлении ("Возстань, ликуй, греми, Сиона муза строга!..") / Алексей Мерзляков // Вестн. Европы. -- 1816. -- Ч.88, N 16. -- С.243-254.