# Фемист и Иеронима

Василий Иванович Майков

Трагедия

В. И. Майков


Фемист и Иеронима


Трагедия


----------------------------------------------------------------------------

Русская литература. Век XVIII. Трагедия

М., "Художественная литература", 1991

Подготовка текста К. Ю. Лаппо-Данилевский

----------------------------------------------------------------------------


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:


Магомет Вторый, султан турецкий.

Иеронима, пленная княжна греческая, дочь Димитрия Палеолога.

Фемист, князь греческий, сын Феодора Комнина, под именем Солимана

служащий визирем.

Клит, друг Фемистов, под именем Мурата, начальник садов серальских.

Осман, наперсник Магометов.

Стража и начальник оныя.


Действие в Константинополе, в султанском серале.


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ


ЯВЛЕНИЕ 1


Фемист и Клит


Клит


Во счастии, в каком ты ныне обитаешь,

Еще ль спокойствия в себе не обретаешь?

Благополучного, среди богатств, утех

И почитаема султаном выше всех,

Поверенностию великого толь сана,

В смущеньи пред собой я вижу Солимана,

И если бы тебя поднесь я не видал,

Счастливым бы всегда на свете почитал.


Фемист


Когда ты таинство души моей познаешь,

Ты, может быть, и сам со мною восстенаешь.

Или уже и ты сим саном ослеплен,

К султану навсегда стал мысльми прилеплен?..


Клит


Я таинства твоих речей не постигаю.


Фемист


А я в тебе мою надежду полагаю;

Она тебе, она открыться мне велит.

Скажи мне искренно, возлюбленный мой Клит,

Участник будучи монархов прежних славы,

Еще ли ты хранишь священны греков правы,

Еще ль живут в твоей днесь мысли Константин,

Феодор и Фемист, его несчастный сын?


Клит


Любовь к героям сим по гроб мой в сердце скрыта,

И во одежде сей ты зришь того же Клита.

Рабам и память их владык всегда мила:

Хоть участь мне судьба иную диесь дала,

Оплакиваю их геройскую кончину.


Фемист


Так друг ты и поднесь Феодорову сыну?


Клит


Возможно ли, чтоб я его когда забыл?

Сей князь еще меня с младенчества любил,

И, ах! уже пять лет, как я его лишился.

Но что я зрю? ты весь от слов моих смутился.


Фемист


Или меня еще познать не может Клит?

Се князь твой, се Фемист, се друг твой предстоит.


Клит

(с восторгом)


Что вижу?.. государь! о кровь героев славных!

Остаток Комниных!


Фемист


С тобой я в бедствах равных,

Ты видишь, Клит, меня в противничьих полках.


Клит


Скажи, о государь! скажи, умножь мой страх,

Ты, коего я сам был храбрости свидетель,

Неужели, забыв свой сан и добродетель,

Пришел подпорой быть злодея своего,

Лишившего тебя наследия сего?


Фемист


Внимай, услышишь ты, чего я днесь желаю:

Я мщеньем за мое отечество пылаю,

И во одежде сей погибелью грожу

Тирану, коему в сем виде я служу.


Клит


Твой вид совсем сия одежда пременила.


Фемист


Она от всех мою породу здесь таила:

Служащего меня в полках своих пять лет,

За турка и поднесь приемлет Магомет.


Клит


Но как ты, государь, от смерти был избавлен?


Фемист


Мой век еще на то судьбою мне оставлен,

Чтоб мною Греция от лютых бед спаслась.


Клит


Здесь весть ужасная повсюду разнеслась,

Что все наследники престола умерщвленны,

И мы крушилися, быв помощи лишенны;

Надежду крыла всю отчаяния тень.


Фемист


Ты помнишь твердо, Клит, ужасный оный день,

В который молния над градом сим блистала

И смерть к нам страшная с ударами летала,

И наконец, когда был град сей утеснен,

Разбита громами противных твердость стен?

Великий Константин, отечества лишаясь,

Скончался, во вратах прехрабро защищаясь;

Родитель мой тогда, своих лишенный сил,

От ран в глазах моих, сражаясь, смерть вкусил;

Я сам изранен был и, чувств моих лишенный,

Упал без памяти на трупы пораженны;

Но рок мою еще тут смерть остановил

И живость на лице несчастного явил.

Тогда усердием я верного мне друга

Сокрыт и не сошел во гроб с земного круга.

Ты знаешь, Клит, что нам всегда союзник Рим;

Он был в несчастии убежищем моим,

И тайной помощью усердна Зустунея

Вооружен я днесь на лютого злодея.

Сей храбрый князь сие мне средство предложил,

Чтоб я меж воинства султанского служил

И времени искал, ко мщению удобна.

О небо! есть ли жизнь где, жизни сей подобна?

Служу теперь в полках злодея моего,

И должен был всегда сражаться за него.

Противу персов зрел меня он пред собою,

Сражавшегось среди сомнительного бою;

Я крепкие полки противных разорвал,

И я ему сию победу даровал.

Сей гордый государь в сражении жестоком

На подвиг мой и сам взирал завистным оком;

Однако ж, истину монаршую храня,

По брани сей возвел в степень сию меня

И дружбою потом своею удостоил.

Но можно ли, чтоб я сим мысли успокоил?

Лишь только я его свирепство вспомяну,

Кляну мою судьбу и власть его кляну!

Им все несчастия здесь наши совершились,

Мы братин, друзей и сродников лишились,

Которые его рукою сражены;

А я, несчастливый, лишен моей княжны!

Каких мне ожидать еще напастей боле?

Ее на свете нет, мучитель на престоле.


Клит


Так хощешь ты над ним удар свой совершить?


Фемист


Мне мало, что могу я дней его лишить;

Другое мщение я ныне предприемлю,

Которым спасть хочу сию от ига землю,

Рабов из уз извлечь, престол восстановить

И славу праотцев моих возобновить.


Клит


Но храбрость, государь, совсем твоя бесплодна;

Знать, вольность небесам уж наша не угодна;

Хотя к великому ты делу днесь возжжен,

Но силами тиран отвсюду окружен.


Фемист


Я сими робкими душами обладаю

И так опасности от них не ожидаю.

Мой сан почтенье в них и страх возмог вселить;

А славу с вами я хочу сию делить.

Пускай восстанут все в плену живущи греки,

Падут или со мной прославятся вовеки;

Но ты уведоми меня о их сердцах:

Стенают ли они во варварских цепях,

Или в терпении то иго почитают,

Под коим храбрые сердца одне стенают.


Клит


Тебе принадлежат все права сих царей,

Они подпора суть и храбрости твоей,

И бедствием своим стесненны храбры греки,

Питающие гнев к сим варварам вовеки,

Вседневно ждут того счастливого часа,

Когда благоволят им щедры небеса

Послати мстителя за бедства их жестоки,

Прольются их рукой неверных кровны токи;

А ныне небо им послало, государь,

Тебя; не укосни и яростно ударь,

Отмсти ты плен людей и веру, здесь гониму,

Отмсти ты праотцев, себя, Иерониму!


Фемист


Иерониму... ах! прекрасная княжна!

Уже тебе моя и помощь не нужна,

Не в узы, но во гроб ты вечно заключенна.

На то ли ты была со мною обрученна,

И с тем ли мне тебя вручал Палеолог,

Чтоб после разлучить нас варвар сей возмог?

Минута сладкая, почто ты мне польстила!

Жестокая судьба, ты ум мой возмутила!


Клит


Здесь суетно тиран народ наш обольщал,

И суетно ему он милость истощал:

Ниже чины, ниже богатства расточенны

Смягчити не могли сердца ожесточенны.

Итак, я, государь, вещаю не маня:

Сердца их, полные прехвального огня,

Последуют тебе и гневом воспылают.

Уверься, государь, что все того желают.

Единый страх теперь в глазах их предстоит,

И, может быть, сие едино воспретит

Исполнить им свои намеренья геройски:

Султан вблизи сих мест имеет многи войски.


Фемист


Дабы в сердца они множайшу храбрость влить,

Могу его отсель я с войском удалить.


Клит


Но кая отвлечи его возможет сила

От мест сих, где любовь его остановила,

Где пленницей своей плененный Магомет,

Скрывайся от всех, в плену ея живет?

Тебе известно то, что воинство волнует

И на любовь сего тирана негодует.


Фемист


Не ради ли он сих ему опасных дел

И мне перед себя предстати повелел?


Клит


По разглашении во граде сей тревоги,

Конечно, и тебя он звал в сии чертоги.


Фемист


Я знаю глубину его строптивых дум:

Хотя и напоен его любовью ум,

И сердце у сея невольницы под властью,

Но слава есть всегда его главнейшей страстью,

И если мысль его я ею оживлю,

Легко его в мои я сети уловлю.

Сей засыпающий герой в своей забаве

Проснется и пойдет вослед гремящей славе;

Увидим город сей от войск освобожден,

А я, пришед сюда и в твердости сих стен,

О други! буду вам участником в напасти;

Умрем иль свободим себя от гордой власти.

Уж храбрый Зустуней готовит корабли

Для помощи сея несчастный земли,

Уже и Александр полки свои выводит.


Клит


Умолкни, государь, султан сюда приходит.


ЯВЛЕНИЕ 2


Магомет, Фемист, Клит и Осман


Магомет


Какие, Солиман, здесь гласы вопиют?

Невольники ль против владыки восстают,

Иль войски, от моих днесь взоров отдаленны,

Дерзают бунтовать против царя вселенны?

О верности твоей не сомневаюсь я,

Чтоб стала подкреплять их злость рука твоя.

Я знаю, что ты мне усердие являешь,

Желания мои за свято поставляешь;

Ты знаешь всё сие, ты знаешь, наконец,

Вошли ль начальники в движения сердец,

Бунтующих к своей ужаснейшей напасти?


Фемист


Я, повинуяся твоей монаршей власти,

Дерзаю искренно тебе теперь донесть,

Не мни, чтоб мой язык вешати начал лесть:

Все войско, государь, твое не воруженно,

Всегда в спокойствии и неге погружение,

Жалеет, может быть, о том и вопиет,

Что их геройских дел уже не видит свет.


Магомет


Не та их, Солиман, причина неустройства;

Они рушители монаршего спокойства;

Невольница моя их дерзости виной.

Ответствуй мне теперь и дай совет мне свой.


Фемист


Когда ты, государь, вещать повелеваешь,

Ты сим молчание мое перерываешь;

Но прежде нежели я речь мою начну,

Я войск твоих тебе заслуги вспомяну.

Воспомни, как сии к тебе усердны поиски

Старались исполнять намеренья геройски;

Усердием к тебе и славою горя,

Одолевали зной, и степи, и моря;

Не зрел ты слабости и там сего народа,

Где трудности пренесть едва могла природа.

Ничто в них не могло роптанья возбудить,

Все трудности могла их ревность победить;

С весельем к браням шли и рок свой презирали,

Когда они в твоих очах лишь умирали;

И ныне воины числом им данных ран

Счисляют, сколько раз где враг твой был попран.

И если воинство с роптанием взывает,

Любовь его к тебе толь винным содевает:

Обыкшим под твоей сражатися рукой,

Несносны им твоя любовь и их покой.


Магомет


С роптаньем жалобы сердечны произносят,

Невольники мои любовь мою поносят!

Рабам ли проникать во таинства владык?

Велики мной они, не ими я велик.

Или строптивые рабы мои забыли,

Что подвиги мои покой сей утвердили?

Владычество мое взнесенно мной самим

И утвержденное оружием моим;

Плененна Греция и Персия сраженна,

Трепещуща меня пространная вселенна -

Свидетели моих во свете славных дел.

И после б я сего советов их хотел,

Да наслаждаются дней мирных тишиною!


Фемист


Желания твои священны предо мною,

А ты, о государь, желаешь, чтоб сей час

Всю истину тебе изнес мой робкий глас;

Язык мой воинства речьми вещати станет:

Оно вещает всё, что лавр твой ныне вянет,

Под тенью роскоши ты скрыл их все труды

И заглаждаешь их геройских дел следы.

Но славы, государь, обширные границы,

Простри ты в них свои монаршие зеницы:

Увидишь пред собой пространный сей предел,

Где множество еще явишь великих дел.

Чем более герой о славе рассуждает,

Тем далее его она препровождает;

Воззри ты, государь, на весь пространный свет,

Отверстый для твоих единственно побед;

Отстань от прелести невольницы несчастной

И буди, Магомет, ты паки днесь бесстрастный.

Судьба тебе велит не в страсти утопать,

Она тебе велит на троны наступать,

Монархов низлагать и быти их судьею;

Ты должен вознестись над страстию своею.

Остави царствовать любви в других сердцах

И буди, государь, ты трепет всем и страх.

Се точные твоей души великой правы.


Магомет


Я слышу, Солиман, и сам глас громкий славы,

И если глас ее меня теперь зовет,

Я паки покажусь во свете Магомет;

Все чувствия мои пойдут вослед за нею,

Но сходствовало б то лишь с волею моею.

Сыщи, кто смел мне сей закон преднаписать,

Преступника сейчас мне должно наказать.


ЯВЛЕНИЕ 3


Магомет и Осман


Магомет


Что он мне ни вещал, мне сердце то ж вещает

И слава у меня мысль нежну похищает;

Я чувствую сие движение в крови,

Что я рожден на свет к победам, не к любви.


Осман


Великий государь, коль смею я представить,

Забудь красавицу, потщись ее оставить,

Вообрази себе несклонности ея.


Магомет


Поносной сей любви, Осман, стыжусь и я,

Но некая во мне противна мыслям сила

Против желания меня ей покорила;

Хочу несклонную оставить и забыть,

Но можно ли, Осман, мне столько тверду быть?

Вотще в себе сераль красавиц заключает,

Мой взор приятности в их взорах не встречает,

Бесстрастно я на все их прелести гляжу,

Утехи более ни в чем не нахожу.

Иеронима, ты мой взор одна пленила,

Одна твоя краса мне сердце вспламенила!

Тобою я одной, жестокая, горю...

(Отходит.)

Оставь меня, Осман... Но се княжну я зрю.

Колико нежности в очах ее блистает,

Толико гордая душа в ней обитает!


ЯВЛЕНИЕ 4


Магомет и Иеронима


Иеронима


Великий государь, вопль слух мой поразил,

Роптания твоих волнующихся сил

Достигли наконец и к нам в сии чертоги,

И я причиною сей страшныя тревоги:

Всё войско, полное военного огня,

В смятении своем восстало на меня,

Гласит, что я одна твои пленила взоры.

Дозволь мне, государь, прервать сии раздоры,

Дозволь мне, удалясь, их дерзость усмирить.


Магомет


Я должен бы, княжна, тебя благодарить,

Когда б тебя к сему усердность возбуждала.

Но, ах! к чему меня ты взором побеждала?

К тому ли, чтоб мое лишь сердце вспламенить,

И после-радости мне в бедство пременить?

Такою ль платишь мне за искренность любовью?

Скорее я лицо земли покрою кровью,

Скорее паки свет войною возмущу,

Чем скрытися тебе от глаз моих пущу.

Не разлучай меня, прекрасная, с собою,

Не поражай меня толь лютою судьбою;

Когда мной побежден здесь был Палеолог,

Победы оныя единый сей залог,

Едина по трудам награда мне досталась,

Что дочь его теперь в руках моих осталась.

Иль мне на то тебе свободу возвратить,

Чтоб после ты могла мне плен свой отомстить?


Иеронима


Напрасно ты меня страшишься зреть свободну;

Ты видишь, государь, совсем меня безродну,

Лишенну вольности, лишенную венца,

Лишенну матери, и брата, и отца,

Носящую пять лет невольничьи железы,

Отри, о государь, отри мои ты слезы!

Позволь и согласись на мой теперь отъезд,

Ах! дай мне избежать из сих противных мест.

Свидетели моей вседневныя печали,

Чертоги праотцев, вы мне противны стали!

Вы мне приводите на память завсегда,

Какая всех нас здесь постигнула беда.

Места сии поднесь являют знаки слезны,

Димитрий здесь сражен, здесь Комнин мой любезный!


Магомет


О Комнине ли ты должна теперь вещать?


Иеронима


Могу ли я тебя сим именем смущать,

Когда уже он мертв?


Магомет


То всё меня смущает,

Когда что мысль твою опричь меня прельщает;

И ежели еще он в памяти твоей,

Так он и мертвый мне останется злодей.


Иеронима


Когда уже тебе и мертвый он досаден,

Пролей ты кровь мою, коль крови нашей жаден,

Вонзи в стесненну грудь, вонзи твой острый меч,

Ты можешь только им лишь плач мой пересечь!

(Плачет.)


Магомет


Ты слезы льешь, княжна, мою смущая долю,

Умела ты отмстить на мне свою неволю.

Се победитель твой безгласен пред тобой,

Смягчись, жестокая, смягчись моей судьбой!

Любовь твоя, княжна, мне узы налагает,

Тобою свет моих ударов избегает;

Отмщая за себя, отмщаешь ты за свет;

Остановила ты число моих побед.

Но кто же за меня отмстит тебе? не знаю,

О небо! если сам я мстить не начинаю!


Иеронима


Уже ты, государь, довольно мне отмстил,

Когда ты дни моей свободы прекратил

И пременил мои мне радости в мученья.


Магомет


Не я толикого виновник огорченья,

Престань меня ты сим напрасно упрекать,

Престаю, о Комнине ты только воздыхать,

Мучение пройдет и радость вновь настанет.


Иеронима


Увы, мой век в бедах и в горести увянет!

Немилосердый! Я уже то ясно зрю,

Что тщетные тебе я жалобы творю.

Ничье прошенье, знать, во слух к тебе не входит

И жалость у тебя покрова не находит:

Ты страждущих привык стенанья не внимать,

Теснить земных владык и троны отнимать,

И как ты смел, тиран, моей любовью льститься?

Не будешь мной любим, доколе век мой длится.

Ужасен голос твой, ужасен мне твой вид,

Ты кровию моих родителей покрыт!

Или меня ты мнишь найти толико низку,

Чтоб жертвовала я тирану византийску?

Во тщетном пламени отнюдь ко мне не тай

И честь мою и в сих ты узах почитай!

(Отходит.)


ЯВЛЕНИЕ 5


Магомет


Жестокая бежит, речей моих не внемлет

И вечно от меня сокрыться предприемлет.

Не мни, суровая, к сему меня склонить;

Когда могла мою ты кровь воспламенить

И из веселия соделати мне скуку,

Должна и ты мою почувствовати муку,

Должна ты пламенем подобным мне гореть,

Иль гнев мой чувствовать, томиться и умреть!


ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ


ЯВЛЕНИЕ 1


Магомет и Осман


Магомет


Что медленность его, Осман, мне предвещает?


Осман


Конечно, государь, он войски укрощает,

Сомненья не имей о верности его,

Он всё употребит для блага твоего;

Но воин, яростью внезапно восхищенный,

Презрев монаршу власть и права те священны,

Которые хранить закон ему велит,

Не скоро воин сей свирепство утолит.

И если, государь, вещать теперь я смею?


Магомет


Вещай.


Осман


Почти сие ты ревностью моею.

Хоть свет могущество султанов прежних зрел,

Но ни един из них сих прав не приобрел,

Какие получил ты храбростью своею.

Подсолнечна полна вся славою твоею,

Она везде вослед стопам твоим летит

И свет оружие твое со страхом чтит.

Нам вера сей закон хотя и предписует,

Да руку ту мы чтим, котора наказует;

Но если воин мог попрати сей закон,

Тогда уже и всё попрати может он;

Не крепки для него святые узы веры.

Воспомни, государь, плачевные примеры:

Подвигший на себя янычар Баязет

Им братию свою на жертву предает;

Оставленный Селим в оковах жизнь влачити,

Не мог в них ярости ужасной умягчити

И тем, что жертвовал любовницей своей;

Увенчанный от рук их храбрый Амулей

Со властью принужден и жизнь свою оставить.

Примеров множество возможно сих представить,

Их наглость может всё сие располагать,

На троны возводить и с тронов низвергать,

Кто был вчера монарх на их высоком троне,

Сегодня в узах тот и жизнь влачит во стоне.

Родитель твой хотя всю жизнь в венце блистал,

Однако же и он их гордость испытал.

У страшного сего и гордого народа

Достоинство на трон восходит, не порода;

Они, достоинство единое любя,

Взвели на сей престол монархом и тебя.

Храни, о государь! ты мысли в них рожденны,

Да не жестокостьми твоими возбужденны,

Восстанут, зря тебя утопшего в любви;

Восстань и наглое роптанье их прерви.


Магомет


Не страшны мне, Осман, их нравы толь суровы,

Мой образ подкрепит ослабши те оковы,

Которые они прервати мыслят днесь;

Умолкнет предо мной народ строптивый весь,

Когда меня в моем величестве увидит;

Послушен будет мне, мятеж возненавидит;

Колико я могу, я то тебе явлю

И паки между их покой восстановлю.


ЯВЛЕНИЕ 2


Магомет, Осман и Фемист


Фемист


Явися, государь, смущенному народу,

Явися и прерви ужасну непогоду,

Грозящая толпа янычар вопиет:

Да взыдет на престол младый наш Баязет.

Сей юноша, тобой рожденный от Расимы,

Их наглостью теперь на трон твой возносимый,

Возможет приключить ужасны нам беды,

Лишимся мы тебя, а ты твоей чреды;

Уже не внемлются начальников приказы,

И слышатся меж их одни твои отказы.

Гласят: коль пленницу не выдаст Магомет,

Так более ему над нами власти нет;

Нигде от нас ее он больше не сокроет,

Наш гнев в крови ее престол его обмоет.


Магомет


В крови ее!


Фемист


Мятеж сей клятвой утвержден,

Я сам, о государь! сокрыться принужден,

Едва спасением нашел сии чертоги.


Магомет


Так пленница моя виною их тревоги?


Фемист


Сия едина есть их наглости вина.

Поди скорей, твоя нам помощь всем нужна;

Поди, о государь! народ не умолкает.


Магомет


Он дерзостью меня ко гневу привлекает,

Но чтобы усмирить волнующихся глас,

Поди и объяви сим дерзким мой указ,

Скажи, что мне мое уж пламя неприятно,

Что слава днесь меня восхитит невозвратно,

Что я их поведу к ужаснейшим бедам

И, может быть, мою им пленницу предам,

Но собственной моей рукою пораженну.

Поди и успокой их наглость разъяренну,

Ступай, беги, исполнь веления мои!


ЯВЛЕНИЕ 3


Магомет и Осман


Осман


Ты видишь, государь, опасности сии:

Мятежи воинства все меры превосходят

И дерзости своей предела не находят.

Коль подлинно их гнев ты хочешь обуздать,

Так должен им свою любовницу предать.


Магомет


Ты думаешь, что я хочу ее оставить,

А я хочу ее от пагубы избавить;

Притворством таковым я наглость их смирю

И после оного не то я сотворю;

Я воинство еще мне верное имею;

Спеши отсель скорей с указом к Амарбею;

Он вскоре может к нам на помощь поспешить.

Тьмочисленны полки всё могут утишить;

А мы, сей помощью усилившись, восстанем

И на преступников внезапным громом грянем!


Осман


На то ли, государь, ты стал ее любить,

Чтоб в пламени своем народ свой погубить?

Не с тем ты, государь, воссел здесь на престоле.


Магомет


Однако ж и не с тем, чтоб быть мне здесь в неволе.

Поди и пленницу представь ко мне пред взор;

Хочу еще ее внимати разговор,

И если прежние услышу я отказы,

Покрою кровию всех прелестей заразы,

И войско и сию мне вредную красу-

Всё гневу моему на жертву принесу!


ЯВЛЕНИЕ 4


Магомет


Любовь одна, любовь испросит ей пощаду...

О мысль бесплодная! ты множишь лишь досаду.

Возможно ли ее мне склонность получить?

Возможно ли мое мне бремя облегчить?

Напрасно иногда я гнев хотел насытить

И в ярости моей мнил жизнь ее похитить;

Но тщетно пред нее в сей злобе прихожу:

Узря ее с собой, смущаюсь и дрожу,

Рука моя и гнев в то время ослабеют.

Какую власть на мне глаза ее имеют!

Гони, о Магомет, из мыслей вон мечту;

Пойдем, я более зараз ее не чту;

Остановила все она мои победы;

Что мыслят обо мне теперь мои соседы?

Уже Родос главу подъемлет к небесам.

Увы, я слабости моей гнушаюсь сам!

Пойдем, несклонную к ногам своим повержем...

Ах, нет! отвержем гнев и гордость всю отвержем.

Пойдем и станем ей о браке говорить.

Но можно ль хлад ее во пламень претворить?

Несклонная, страшась, на образ мой взирает

И титлы громкие со мною презирает;

Не так она своих страшится и оков,

Как взора моего, любви и нежных слов.

Противный мне Фемист в устах ее твердится.

О небо! дай в моем мне гневе утвердиться

И вынь противную из сердца воли страсть!..


ЯВЛЕНИЕ 5


Магомет и Иеронима


Магомет


Поди и упреждай, княжна, свою напасть,

Спасай свои красы от бури сей опасной,

Спасай себя, спасай от гибели ужасной;

Янычары хотят твою пролили кровь;

Спасти тебя теперь возможет лишь любовь.


Иеронима


Что медлишь? отдавай скорей сию им жертву,

Пускай они меня сей час повергнут мертву;

Лечи свою ты страсть сей жертвою, лечи,

Увидишь ты меня бегущу на мечи

И повергающусь на копья их с размаху,

Летящую на смерть от глаз твоих без страху!


Магомет


От глаз моих, княжна жестокая, от глаз!

Неужели ты мнишь, что в сей ужасный час

Исторгнуть не могу тебя из сей напасти?

Не допущу тебя под их мечми упасти,

Не допущу пролить твою дражайшу кровь.

Внемли мои слова, внемли мою любовь,

Внемли, прекрасная, монарх тебе вещает,

Он взвесть тебя с собой на трон свой обещает;

Прийми сей нежный дар, прийми, не возгордись

И именем моей супруги насладись,

Будь мне участница, поди со мной ко трону,

Заставь народ молчать, нося мою корону.


Иеронима

(со ужасом)


Ты хочешь, наконец, супругом быть моим?


Магомет


Иль ты гнушаешься уже и титлом сим

И дар, сей дар тебе даемый, отметаешь?

Ты узы моему венцу предпочитаешь,

Который на тебя любовь моя кладет -

Союз со мной твои оковы разорвет.

И превратит тебе их в скипетр и державу.

Возобнови, княжна, свою ты падшу славу.


Иеронима


Уже ты всю ее мне в бедство претворил,

Когда оружием сей город разорил.


Магомет


Что молния моя сей град опустошила,

Тебя родителей и области лишила,

Не я виновен в том, но должность всех царей

Ввела перед тобой меня в проступок сей;

Но если бы я знал, что должностью такою

Лишу свободы ввек тебя, себя покою,

Победы бы я сей имети не желал,

В других бы я странах других побед искал.

Мне жаль, что сражена рукою ты моею.

Жалей себя, княжна, как я тебя жалею.


Иеронима


Когда бы ты меня, несчастную, жалел,

Не то бы ты теперь намеренье имел.

Напрасно должностью ты зверство покрываешь,

Геройским именем тиранство называешь;

Тверди, что я тобой познала бедность, плен,

Тобою мой Фемист несчастный погублен.


Магомет


Ты мысли своея отнюдь не пременяешь

И только одного Фемиста вспоминаешь.

Престань несносное названье мне твердить,

Потщись, княжна, потщись мой гнев предупредить.


Иеронима


О ненавистное название во греках!

Тиран в твоей любви, тиран в твоих утехах,

Ты тщишься всю мою свободу похищать...


Магомет


Доколе за себя не буду я отмщать?

Терпение прейдет, и гнев мой воспылает.


Иеронима


Отмщай, когда отмщать душа твоя желает;

Ты тщетно мне своим мучительством грозишь,

Ничем моей души, ничем не поразишь.

Герои своея тем славы не теряют,

Когда они от рук злодейских умирают.

Внимая склонности свирепый души,

Сверши, злодей, на мне ты ярость всю, сверши;

Ты властен здесь, а я бессильна пред тобою;

Но помни ты предел, поставленный судьбою,

Когда она кому возвыситься велит,

То прежде одному упасть определит;

Так нынче нашим ты падением возвышен

И нашим бедствием и славен стал и пышен,

Благополучен ты, и бедны мы теперь,

Однако своему ты счастию не верь;

Небес толикий гнев над нами примечая,

Страшися сам сему подобного случая.


Магомет


Учения сего я слышать не хочу,

А гордость я твою мгновенно укрочу.

Порок мой познаю и слабость ясно вижу,

Жестокая, тебя я больше ненавижу!

Насытишь вскорости ты мой правдивый гнев;

Поди, уж на тебя разверзла смерть свой зев...

(Иеронима хочет идти, но он ее останавливая)

Ах нет, княжна, постой, еще тебя жалею!

Трон_и_сь, жестокая, поступкою моею;

По тьме ужасных клятв, чтоб мне тебе отмстить,

Я чувствую, что я могу тебя простить.

Не упускай сея последний минуты!


Иеронима


Вонзай свой алчный меч, насыти гнев свой лютый!

Напрасно тратишь ты со мной свои слова,

Не мни меня склонить, доколе я жива;

Я гнев твой ставлю в смех и муку в утешенье.

Ступай, произноси на смерть мою решенье,

Мне сноснее она, как твой ужасный брак.

А ты, летающий в уме дражайший зрак,

Почувствуй, ежели почувствовати можно,

Что я и в злой сей час люблю тебя неложно

И во отмщение творимого нам зла

Тирана нашего спокойство потрясла.

Поди, мучитель злой, я зреть тебя гнушаюсь.


Магомет


О небо! я уже терпения лишаюсь.

Возможно ли, чтоб так был презрен Магомет?

Уж воинство мое давно сей жертвы ждет,

Уж более тебя мой взор не удостоит,

О пагубе твоей мой гнев ответ устроит!


ЯВЛЕНИЕ 6


Иеронима


Поди, тиран, поди и смерть мою готовь,

Пролей без жалости мою несчастну кровь,

За награждение удар я твой приемлю

И с радостью из уст твоих ответ твой внемлю.

Спеши, желанна смерть, изъемли дух мой вон.

И претворяй мне жизнь горчайшу в сладкий сон.

О жизнь несносная! на что ты мне далася!

На что я в матерней утробе зачалася!

На то ль, чтоб на меня пасть бедствию сему

И после жертвой быть тирану моему?

О день, ужасный день! кровавое сраженье!..

Родители мои! плачевно вображенье...

Фемист!.. нельзя мне вас воспомнить не стеня,

Познаете ли вы, несчастную, меня?

Могу ль я с вами быть? мне с вами быть прелестно,

Увы! единое сие мне не известно.

О солнце! скрой свой луч из глаз моих скорей

И дай мне видети, кто жизни мне милей!


ДЕЙСТВИЕ ТРЕТИЕ


ЯВЛЕНИЕ 1


Фемист и Клит


Клит


Ужели, государь, согласен Магомет,

Ужели пленницу на жертву предает

Ожесточенному его отказом войску,

Ужели мысль свою исполнил ты геройску?


Фемист


Он войску мне хотя сказать и повелел,

Что пламя он своей любви преодолел

И пленницу свою предаст их гневу в жертву,

Но сам ее хотел при них повергнуть мертву.

Я таинство в его намеренья познал,

Что он лишь усмирить сим воинов желал.

Но тщетно он сию приемлет осторожность,

Спасти ее везде он узрит невозможность,

Ничто янычарских сердец не укротит,

Ничто их ярости жестокой не смягчит.

Я верное теперь известие имею,

Что он сейчас послал Османа к Амарбею

И с войском повелел сюда ему спешить,

Которым думает янычар устрашить

И тем спасти свою любовницу от бедства;

Но я против того другие принял средства,

Которым хитрость вся его низложена;

Любовница его сей день умреть должна,

Уже и весть о сем по войску разнеслася,

И ею снова кровь в янычарах зажглася,

Восстала новая в мятежниках молва,

Гласят: да выдастся пред нас ее глава,

А без того никто не выступит отсюду;

Спасения ему не видно ниоткуду,

Неволею ее он должен им предать;

А в прочем должен сам он будет пострадать.


Клит


Коль умыслы его тобой предупрежденны,

Так в предприятии мы стали утвержденны,

И мщенья твоего уже приходит час.


Фемист


Далеко, кажется, еще он, Клит, от нас;

Я горести моей ничем не умеряю,

Мятуся и совсем терпение теряю,

Теперь в отчаяньи по граду я ходил,

Везде я новые удары находил,

Везде встречалися со мной болезни люты,

Я мнил, что паки зрю те страшные минуты,

В которы нас тиран во гневе погублял

И тяжкие свои оковы налагал;

Я видел те места, где сила наша пала;

Везде моя душа от гнева трепетала:

Там кровь несчастливых лилася христиан,

Там, быв обхваченный вокруг, Юстиниан

Бесчисленным своим врагам сопротивлялся;

А тамо Константин со славою кончался

И отомщал за свой впоследние венец;

Димитрий, моея любезный отец,

Врагов остановлял в местах неукрепленных,

И тамо скованных вели всех греков пленных,

Увы! я видел, Клит, те самые места!..

Не могут вымолвить сих слов мои уста,

Где я впоследние прощался со княжною

И где она навек рассталася со мною.

Ужасное я то зрел место, наконец,

В котором поражен несчастный мой отец;

Глаза мои сие всё место протекали

И крови моего отца на нем искали;

Хотя уже ее и знаков больше нет,

Но, ах! любезный Клит, она мне вопиет

И ко отмщению мой дух воспламеняет,

Твой друг отмщение днесь в ярость пременяет.

Пойду теперь отсель, тирана накажу,

Пойду, сей острый меч я в грудь ему вонжу

И сердце извлеку его бесчеловечно!


Клит


Чтоб греки бедные потом стенали вечно,

Чтоб помощи своей лишились навсегда,

Чтоб пущая еще покрыла их беда.

Страшися, государь, намеренья такого

И не лишай друзей ты их в себе покрова!


Фемист


Скажи, готовы ли теперь мои друзья,

Хотят ли мстить они, иль мстить лишь буду я?


Клит


Отягощенные они вседневным стоном

Во предприятии теперь остались оном,

Чтоб храбро за свою свободу умереть,

И все тебя они желали днесь узреть;

Но к общей, государь, их скорби и досаде,

Сказал я им, что нет тебя еще во граде,

А грамоту, тобой им писанну, вручил

И ею весь успех желанный получил;

Они сей грамотой весь страх свой победили

И клятвами себя взаимно утвердили.

Теперь осталось нам минуты оной ждать,

В котору нам себя из плена свобождать

И видети тебя владыкою на троне.


Фемист


Поди и учреди все меры к обороне,

Поди и принеси скорее мне ответ,

Поди скорей, поди, се идет Магомет.


Клит отходит.


ЯВЛЕНИЕ 2


Фемист и Магомет


Магомет


Минута моего отмщения настала,

Любовь повелевать уж мною перестала;

Прими ты сей кинжал, отмсти мою любовь,

Пролей без жалости противную мне кровь.

Теперь я признаюсь, о друг мой! пред тобою:

Я, быв подвластен ей, не властвовал собою;

А днесь я вредную мне рану излечил

И прежнюю мою свободу получил.

Я больше прелестей ее не обожаю

И только лишь один отказ воображаю,

Порок перед меня мой ясно предстает.

А ты, преславный мой предтеча, Магомет!

Внемли мои слова, я в первый раз взываю,

И впервые тебя на помощь призываю,

Приди и утверди в моем меня пути,

Которым я хочу за славою идти.


Фемист


Приказ твой, государь, исполнен будет мною.


Магомет


Я паки, Солиман, пойду на свет войною

И паки в ужас всех соседей приведу,

И, в-первых, на Родос с оружием пойду;

В осаде важной сей удар мой первый будет,

И мщенья моего сей остров не избудет,

Хотя он трудностью отвсюду облечен,

Но трудностью к нему мой дух и привлечен,

Пойдем и гордое чело его низложим

И трепет самыя Европы тем умножим,

Она, перед моим гордящаясь мечом,

Считает твердость стен его своим ключом,

Весь юношества цвет в нем собран для защиты,

И громы страшными валы его покрыты.

Родитель мой под их ударами стенал

И крепость оного собою испытал,

Умалив чрез сие дела свои геройски.

Сберем и поведем тьмочисленные войски;

Оберем и отомстим людей своих урон;

Пойдем и на него наложим свой закон.

Всем должно следовать за мною в сей осаде,

Един с полками ты останешься в сем граде,

Для удержания под властию моей

Плененных мною днесь опасных мне людей,

Которым тягостны поднесь мои оковы;

Я зрю против меня сплетаемые ковы,

Противуборников я зрю десницы сей,

И первый есть из них злохитрый Зустуней;

Венеция, всегда усердствующа грекам,

Албания с своим прегордым Скандербеком,

Там Венгрия, а там ужасный Караман,

Усилившийся днесь оружьем персиан,

Остатки падшего величествия Рима,-

От всех злодеев сих опасность мною зрима.

Но я, чтоб низложить их пагубный совет,

Явлюся ныне им я паки Магомет,

Пойду и поражу сердца кичливы страхом;

Родос предам огню и весь покрою прахом.

Останься здесь и мне ты верность докажи,

Противницу мою за дерзость накажи,

А я сейчас к тебе сию представлю жертву.


Фемист


Сейчас ты, государь, ее увидишь мертву.


ЯВЛЕНИЕ 3


Фемист


Уж время настает отмщенья моего,

Не трать, Фемист, не трать ты времени сего,

Оно для твоего намеренья полезно;

Спасай от варвара отечество любезно.

Уже я пламенем ко гневу распален,

Стремящегось врага из сих я вижу стен,

Отягощенного сомнительной войною,

А я останусь здесь; друзья мои со мною,

Готовы за свою свободу умирать,

Сберутся и со мной воздвигнут крепку рать

Противу моего ужасного злодея.

А если и сии мы способы имея

Не можем одолеть несчастия ничем,

Не в узах жизнь свою скончаем, но с мечем!

Сразим невольницу, пускай злодей восстонет;

Неужели его и смерть ее не тронет?

Почувствует тиран ужасную напасть

И будет сам себя в раскаянии клясть.

Кляни, мучитель злой, кляни! ее ты любишь;

Ты после сам себя в отчаяньи погубишь.

Сей город кровию несчастных орошен,

Тобою я моей возлюбленной лишен;

А ты лишишься мной сейчас твоей прекрасной;

Стремись, Фемист, стремись ты к мести сей ужасной!

Но се она идет...


ЯВЛЕНИЕ 4


Фемист и Иеронима


Фемист

(бросается к ней с кинжалом)


Стремись, душа моя!..

(Останавливается.)


Иеронима

(в конце театра)


Рази!..


Фемист

(с трепещущим голосом)


О небо, взор, черты лица ея!..


Иеронима

(не узнавая его, еще подходит ближе)


Рази, тиран! Вот грудь, несчастием томима!

(Но, подошед к нему, с великим удивлением.)

Что вижу я! увы!.. Фемист!..


Фемист

(также с восторгом)


Иеронима!

Тебя ль, прекрасная, я вижу в сих местах?

Тебя, иль тень твоя мечтается мне...

(При названии сем она ослабевает, а он роняет кинжал и ее поддерживает.)


Иеронима

(укрепясь)


Ах!

Познай несчастную, сраженную судьбою!


Фемист


Увы! несчастливы мы оба днесь с тобою!..

В какой ужасный час я зрю тебя, княжна!

Ты варваром теперь на смерть осуждена,

И я причиною сей строгая минуты!

Я враг твой, я злодей, и я тиран твой лютый!

О небо! чью я жизнь похитить испросил?

Я сам бы за нее горчайшу смерть вкусил!


Иеронима


В какие нас часы судьба соединила!


Фемист


Она всю радость мне во ужас пременила.

Какою мне сию минуту почитать?

Я должен счастлив быть, я должен трепетать.

Увидевши тебя, я горесть забываю,

И, вспомня ужас сей, недвижим пребываю:

Спасая Грецию, тебя я днесь гублю,

Тебя, которую как жизнь мою люблю!

Теперь ужасен стал ты мне, мучитель лютый...

Ах! скройся ты, княжна, не трать сея минуты,

Котора нам с тобой погибелью грозит;

Она избавит нас иль купно поразит;

Поди, еще пути остались нам к надежде.

Но ты смущаешься, зря в сей меня одежде,

И удивляешься Фемистовой судьбе.

Пойдем, я таинство поведаю тебе;

Пойдем, нам быть уже с тобою днесь опасно;

Сокроемся скорей...


Иеронима


О время преужасно!


Хотят идти, но Клит приходит.


ЯВЛЕНИЕ 5


Фемист, Иеронима и Клит


Фемист


Поди скорей, твоя мне помощь днесь нужна;

Познай, мой друг, ее!


Клит


Что вижу я! княжна!..


Фемист


Ты знаешь входы, Клит, во внутренни чертоги,

Тебе известны все здесь тайные дороги;

Ты зришь во мне теперь отчаянье и страх;

Поди, сокрой ее в неведомых местах

От лютой наглости мучительския власти;

Беги, спасай, ее, о друг мой! от напасти.

Спеши, прекрасная, и ты за ним вослед.


Иеронима


О небо!..


Фемист


Убегай, княжна, от лютых бед.


Иеронима


Ах, князь мой! я должна опять тебя оставить.


Фемист


Иного способа мне нет тебя избавить.

Поди скорей отсель.


Иеронима


Прости, мой князь!


Фемист


Прости!


ЯВЛЕНИЕ 6


Фемист


Но чем возможно мне ее теперь спасти?

Отъяты способы, и кем отъяты? мною!

Расстанусь я навек с возлюбленной княжною;

На казнь ее самим он мною побужден,

И злобный сей совет был мною утвержден!

Какие я начну с тираном разговоры?

Он кровию ее насытить хочет взоры;

Он сам ее хотел сраженну мною зреть.

Нам должно обоим с любезною умреть!

Пути к спасению у нас отъяты всюду,

И нет спасения нам больше ниоткуду!..

Коль придет он сюда узреть увядший зрак,

Скажу, что предпочла княжна сей казни брак.

Ах нет! такое ли твое, несчастный, свойство,

Чтоб ты употребил обман, а не геройство?

Такая ли, Фемист, душа тебе дана?..

Нет больше сил моих, любезная княжна!

Ты гибнешь; ты уже стоишь у двери гроба.

Увы, прекрасная! мы гибнем ныне оба...

О вы, сражавшиесь за здешние места

Герои, коих кровь за веру пролита!

Великий Константин с Феодором, внемлите

И вашим пламенем мой дух воспламените,

Подайте вам меня подобным свету зреть.

Иду за вас отмстить иль в мести сей умреть!


ЯВЛЕНИЕ 7


Фемист и Клит


Фемист


Сокрыл ли славную ты кровь Палеологов?


Клит


Едва я, государь, исшел из сих чертогов.

Внемли со трепетом ужаснейший удар:

Толпа тобой сюда введенных янычар

Похитили из рук моих княжну несчастну

И с воплем повлекли в свой стан на смерть ужасну.


Фемист


О Боже!


Клит


Государь!..


Фемист


Мой дух во мне стеснен!

Пойдем скорей, пойдем в их стан из градских стен;

Исторгнем мы из рук княжну мою прекращу,

Или скончаем с ней мы жизнь свою несчастну!


ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ


ЯВЛЕНИЕ 1


Фемист и Клит


Фемист


Опасность лютых бед и страх мой истребя,

Благодарю теперь, о друг мой, я тебя!

Еще меня в моей ты скорби не оставил,

Я с помощью твоей княжну мою избавил.

О ужас, коим я смущаюсь и теперь!

Уже к погибели была отверста дверь,

Уже прекрасная между убийц стояла

И только своея кончины ожидала...

Ах! если б я еще хоть миг не поспешил,

Уж рок бы всё свое свирепство совершил.

Теперь она жива и помощью твоею

В чертогах кроется, неведомых злодею;

Когда чертогов сих не знает Магомет,

Так больше от него опасности нам нет.

Но для чего меня еще он призывает?

Неужель сей тиран меня подозревает?

Мне сказано, чтоб я удар свой удержал

И осужденный на смерть не поражал, -

Во ужас приведен я вестию такою,

Не мнит ли он ее сразить своей рукою?

Или сей лютый тигр, неукротимый зверь,

Ко милосердию склонился и теперь

Не хочет умертвить невинныя напрасно?

И милосердие сие мне преужасно!


ЯВЛЕНИЕ 2


Фемист и Иеронима


Фемист


Почто оставила убежище свое?


Иеронима


Внемли, любезный князь, отчаянье мое;

Весь ум мой возмущен и сердце возмущенно;

Погибли мы с тобой, о князь мой! непременно.

Близ комнат сих, где Клит теперь меня сокрыл,

Султан со стражею своею проходил;

Изменником тебя сей варвар называет

И воинам своим искать повелевает;

Он хочет погрузить кинжал в твоей крови.

Останови свой рок и месть останови,

Оставь со мной сию кровавую державу.


Фемист


Чтоб купно с ней мою оставил я и славу,

Чтоб малодушие я свету показал,

Чтоб свет, поступок мой узря, сие сказал:

Когда Фемист возмог лишить тирана власти,

Оставил жить его, страшась своей напасти,

Под игом варвара оставил сограждан.

На то ль, любезная, нам дух геройский дан,

Чтоб мы от малых нам напастей унывали

И в предприятии своем ослабевали?

Я жертвы таковой любви не принесу,

Доколь отечество от ига не спасу.


Иеронима


Ты храбростию сей мой страх усугубляешь.

Спасаючи его, себя ты погубляешь.


Фемист


Я жизни потерять нимало не страшусь;

Страшусь, когда тебя, прекрасная, лишусь.

Познай, какие днесь я средства предприемлю,

Которыми хочу тебя, народ и землю

От ига лютого злодея свободить, -

И, словом, я хочу умреть иль победить!

Ты плачешь?


Иеронима


Ах, мой князь! всю страх меня объемлет,

И сердце томное надежде сей не внемлет,

Одно отчаянье стесненный дух мятет.


Фемист


Ты плачешь, а еще опасности нам нет;

Тиран не ведает, что мною ты спасенна,

А войско мнит, что жизнь твоя уж пресеченна,

И если на твою он также дышит смерть,

Захочет сам тебя сраженну мною зреть,

Скажу, что мной твоя окончилась судьбина

И что скончалась ты на гробе Константина,

При смерти испрося един себе сей дар,

Чтоб тамо произвел последний я удар;

Сие то место есть, где с Клитом храбры греки

Ударят и прольют кровей неверных реки;

Прельщенного его туда я провожу

И тамо лютого убийцу накажу,

Наполненный народ к сему тирану злобы

Омоет кровию родительские гробы,

Благополучного я жду сему конца:

Сражаться будет всяк за брата, за отца,

За матерь, за жену, за чад, там побиенных;

Недолго сей тиран нас видеть будет пленных.

А если он сию напасть предупредит,

Тебя, любезная, от казни свободит

И видети еще захочет пред собою,

Так мнит, конечно, он во брак вступить с тобою,

Мне будет брачный день способен для того;

Я в тот искореню злодея моего,

Скажу ему, что ты злой казни устрашилась

И в брак вступити с ним, в том страхе, согласилась.


Иеронима


С тираном в брак вступить, с тираном соглашусь?

Пускай притворство то, притворства я страшусь.

Язык мой вымолвить сего не может слова,

Умрем мы, князь, с тобой умрети я готова!

Не принуждай меня ему сего сказать.


Фемист


Чтоб нам удобнее тирана наказать,

Иного средства нет...


Иеронима


Ужаснейшее средство!


Фемист


Сим можем мы одним прервать народно бедство.

Не должно ль, чтоб тому я лестию отмщал,

Кто лестию своей других владык прельщал

И клятвой Греции падение составил?

Чрез хитрости его нас целый свет оставил;

Он пропасть нам сию лукавством ископал,

Так должно, чтоб в сию он пропасть сам ниспал.

Теперь все способы к отмщению имея,

Восстанем и пойдем на лютого злодея!

Прельстим прельстившего обманами весь свет,

Пойдем и свободим народ от лютых бед.

Коль будет моея свет хитрости свидетель,

Он хитрость такову почтет за добродетель,

Которой варвара я области лишу.

Сокройся ты, а я к отмщению спешу...

Сокройся!.. ах, идут! беги скорей, спасайся!


Иеронима


Ах, князь мой!.. небеса!


Фемист


Беги и удаляйся.


ЯВЛЕНИЕ 3


Фемист


Пускай свирепствует впоследние тиран...

Идут, се вопль ко мне со всех приходит стран,

Я вижу варвара, толпами окружения.


ЯВЛЕНИЕ 4


Магомет, Фемист и стража


Магомет


Злодей! она уже тобою пораженна?

Тобою я к сему убийству побужден,

Тобою мучиться я вечно осужден.

Страшися!


Фемист


Государь!


Магомет


Ты сам, злодей, трепещешь.

О небо! для чего ты стрел своих не метаешь

И ими не разишь чудовища сего?


Фемист


За что достоин стал я гнева твоего?


Магомет


Еще ль не чувствуешь, тиран, моей напасти?


Фемист


Послушен, государь, я был твоей лишь власти.


Магомет


Послушен был ты мне, как я был раздражен!

Достойно ты, злодей, мной будешь поражен.

Влеките, воины, его на место казни!


Фемист


Такой ли, государь, достоин я приязни?


Магомет

(воину)


Да принесется к нам сей час его глава.

Влеките!..


ЯВЛЕНИЕ 5


Магомет, Фемист и Клит


Клит

(вбежавши поспешно)


Государь! княжна твоя жива.


Магомет

(с восхищением)


Жива?..


Фемист


То истина, и я тому виною.


Магомет


Жива? почто ж сие скрывал ты предо мною?


Фемист


Ты мне ее велел во гневе умертвить,

Так мог ли я тебе без страха объявить,

Что жизнь сохранена сея несчастной мною?


Магомет


Ты жизнь мне возвратил услугой таковою.

Вещай теперь, мой друг, мне жалобы ея.

Злодеем во устах ее твердился я?


Фемист


И в сем отчаяньи тебе не укоряла,

Лишь только просьбой смерть свою предускоряла.


Магомет


А если смерть она считает за покой,

Так нет моим бедам премены никакой.

О рок! ты боле мне мучения прибавил!


Фемист


Он, может быть, тебя от мук твоих избавил.


Магомет


Что слышал ты? вещай.


Фемист


Иль нежность или страх

Принудили ее промолвить во слезах;

Она вещала мне, сраженная судьбою,

Она...


Магомет


Что?


Фемист


В брак вступить намерена с тобою.


Магомет


Что слышу я? мой друг, куда я восхищен?

Или мечтою я приятной мне прельщен?

Возможно ли?.. она от брака трепетала.

Иль впрямь желанная минута мной настала?

Ах, если, Солиман, сие я получил!


Фемист


Страх смерти, может быть, в ней сердце умягчил.


Магомет


Да будут днесь мои все бедства расточенны.

Поди и уготовь сердца ожесточенны,

Да согласятся все на мой с княжною брак

И тем явят своей покорности мне знак;

А если кто из них на страсть мою возропщет

И мне послушным быть, как прежде, не восхощет,

Осман и Амарбей мне в помощь поспешат

И прю владыки их со подданным решат.

Я их сей день сюда с полками ожидаю.

Поди, представь княжну, я зреть ее желаю.


ЯВЛЕНИЕ 6


Магомет и стража, которая после первого стиха уходит, а к нему приходит

Иеронима


Магомет


Оставьте, стражи, здесь единого меня.

Прекрасная княжна, мой дух воспламеня,

Когда ты быть моей супругою желаешь,

Ты горести мои все в сладость пременяешь.

Любовь моя тебя яа трон со мной ведет

И скиптры многих царств во власть твою дает.

Почувствуй страсть мою и, став моя супруга,

Ты будь владычица царя земного круга;

Забудь, прекрасная, что был я твой тиран,

Забудь, не растравляй моих душевных ран.

Презрение твое мне сердце раздражало;

Но сердце страстное твой образ обожало,

Я в самой лютости всегда тебя любил

И, ах, любя тебя, едва не погубил!

Отчаянная мысль на жизнь твою стремилась,

И, если память сих злодействий не затмилась,

Умерь по крайности моих ты лютость бед

И сделай, чтоб тобой был счастлив Магомет!


ЯВЛЕНИЕ 7


Магомет, Иеронима и Начальник стражи


Начальник


Вопль, слухи, государь, всех в граде поражает,

Что весь монарший дом опасность угрожает,

Что тайные тебя убийцы стерегут,

Янычары во град со всех сторон бегут

И пред чертогами стоят вооруженны.


Иеронима

(в сторону)


Погибли мы теперь, о рок мой раздраженный!


Магомет


Я знаю, отчего мятеж сей восстает.

Опасности, княжна, для нас нималой нет,

Наш брак вооружил сердца сии жестоки.

Пойду и сих людей пролью кровавы токи.

Ничто меня с тобой, княжна, не разделит,

Ничто от брака нас, ничто не удалит.

Готовься к торжеству, я скоро возвращуся.


ЯВЛЕНИЕ 8


Иеронима


Я более уже надеждою не льщуся.

Ужасные во ум приходят мне мечты.

Возлюбленный мой князь, конечно, гибнешь ты!

Се наше счастие, се жизни слезной доля,

Сей день отяготит нас новая неволя!

Надежда слабая, едва ты возросла,

Судьба тебя из глаз мгновенно унесла.

Се воины его, которых он страшился,

То греки, с коими Клит тайно воружился.

О строгая судьба! о гневны небеса!

Уже касались мы желанного часа,

Уже являлся нам день нашея свободы.

Несчастная страна, несчастные народы!

Герои храбрые, о бедные рабы!

Вы стали жертвою разгневанной судьбы.

Какою бездною вы стали поглощенны!

Вы стали варварам навек порабощенны.

Я мысльми на число взираю ваших ран,

Какими изнурит вас лютый сей тиран,

Какое варварство от рук его начнется,

Какой кровавый ток граждан моих прольется,

Когда откроется нага умысел ему...

Воображение престрашное уму!

Возлюбленный Фемист, ты дух во мне тревожишь,

Ты в мыслях у меня, и ты мой ужас множишь.

Почто я о твоей не ведаю судьбе?

Ах, может быть, тиран уж знает о тебе,

И, может быть, тебя на смерть он осуждает!

Пойдем, уведаем, в чем разум заблуждает.

Почто, о Боже! мне его Ты видеть дал,

На то ли, чтоб мой дух жесточее страдал?


ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ


ЯВЛЕНИЕ 1


Иеронима и Клит


Клит


Весь ужас миновал, и страх твой был напрасен:

Султан уже теперь нам боле не опасен.

Все подозрения от нас отвращены,

И за изменников те турки почтены,

Которые, узнав намеренье султана,

Во многолюдствии пришли сюда из стана,

Хотя не допустить его до брачных уз.

Все мнят, что ты, княжна, вступаешь с ним в союз.


Иеронима


Но греки, кои, Клит, тобою воруженны?


Клит


Они, все пламенем отмщения разжженны,

С нетерпеливостью к себе Фемиста ждут

И храбро на сего тирана нападут.

Фемист явится к ним тогда и в гневе яром

Начнет сражение руки своей ударом.

Он первый своего злодея поразит!


Иеронима


Еще мне мысль моя опасностью грозит,

Мечтания во ум ужасные вбегают

И всю мою во мне надежду низвергают.

Когда наш страшный враг уведает о сем,

Неизбежимая погибель будет всем.

Но я о гибели своей не ужасаюсь,

О князе и о вас я боле возмущаюсь.


Клит


Сей страх, княжна, совсем быть должен истреблен.

Тиран, конечно, наш днесь будет погублен.

Фемисту он вручил о браке попеченье.

Еще не совершит сей день свое теченье,

Как мы намеренье геройско совершим

И варвара сего владычества лишим.

Настал нам ныне час, назначенный судьбою!


Иеронима


Увижусь ли еще, о князь мой! я с тобою?..

Но ах! беги скорей, султан сюда идет.

О небо! не пошли еще нам новых бед!


ЯВЛЕНИЕ 2


Магомет, Иеронима и стража


Магомет


Уже мятежников молва нам не опасна,

Злодеев казнь сейчас постигла преужасна,

И отвращен от нас ужасный сей удар;

То было лютое стремленье янычар.

Теперь опасности мы боле не имеем:

Полки мои пришли ко граду с Амарбеем

И близ его уже поставили свой стан.

Мне ведомость сию принес сейчас Осман;

Смотрению его вручив все града части,

Не опасаюся грозящей нам напасти:

Он всё старание на то употребит,

Злодеев наших всех изыщет, истребит,

И только от тебя я счастья ожидаю.

Скажи, ужель твоим я сердцем обладаю,

Ужель, княжна, мою скончаешь ты напасть!

Пойдем, прекрасная, венчаем нежну страсть!


Иеронима


О небо! прекрати мои болезни люты!


Магомет


Дражайшая! в сии желанны мной минуты

Еще ли мысль твою отчаянье мятет?


Иеронима

(в сторону)


Увы, знать, бедствиям моим премены нет!


Магомет


Всем бедствиям твоим настанет перемена...


ЯВЛЕНИЕ 3


Прежние и Начальник стражи


Начальник


Великий государь! о лютая измена!

Сия неверная - изменница твоя!

Она твой страшный враг, она твоя змия!

Не пламенем она к тебе любовным тает,

Она против тебя ужасный ков сплетает;

Не к браку страсть тебя, к погибели влечет;

В Диване кровь твоя ручьями потечет:

Там греки, государь, и Комнин тамо с ними,

Грозящие тебе ударами своими.

Осман уж двух теперь изменников поймал

И таинство сие мученьем испытал;

Они поведали всю важность заговора;

Лишь Комнин от его теперь сокрылся взора.


Иеронима

(в сторону)


Он скрыт! благодарю всесильным небесам!


Начальник


Осман перед тобой сейчас предстанет сам.


Магомет


Ужаснейшая весть, возможно ли поверить?

Иеронима, ах! ты тщилась лицемерить,

Ты тщилась дни того монарха прекратить,

Который тщился стон твой в радость превратить,

И в воздаяние жарчайшия любови

Хотела моея напитися ты крови!

Неверная, покров притворств твоих ниспал.

В какой я, небеса, днесь бездне утопал!

Или против меня воюющая злоба,

Извергнув мертвого соперника из гроба,

Хотела всколебать желанный мной покой?


Иеронима


Коль ты уж мнишь во мне измене быть такой...


Магомет


Не оставляюща на миг мои ты взоры,

Ты как могла сии составить заговоры?

И кто из греков был в числе твоих друзей,

Кого склонила ты и кто есть Комнин сей?..


Иеронима


Сей Комнин есть Фемист, но где он, я не знаю.


Магомет


Теперь подозревать я прямо начинаю,

Не может помрачить ничем сей правды глас;

Тобой назначены и место им и час,

И ты участница, конечно, в оном деле.

Велю тебя влещи в темницу я отселе,

Когда не скажешь мне, где кроется злодей.


Иеронима


Когда подвержена я лютости твоей,

Ты можешь власть свою во зло употребити.

Стремись, тиран, стремись несчастну погубит!..


Магомет


Страшись!


Иеронима


Страшись, тиран, ты сам и трепещи!


Магомет


С мучением велю я дух твой извлещи.

Влеките, воины, изменницу в оковы!


Иеронима


Не страшны мне твои мучения суровы.

Ты был, тиран, всегда в числе моих врагов.

Достойны, руки, вы ужаснейших оков,

Достойны, для чего его не наказали!


Магомет


Слова твои теперь мне ясно доказали,

Что ты сей страшный ров хотела мне изрыть.

Вещай мне, где Фемист? Теперь не можешь скрыть.


Иеронима


Коль хочешь ты сего героя познавати,

Так должен ты, тиран, здесь всех подозревати,

Подозревати ты весь должен будешь свет,

Сыскать тебе его иного средства нет;

Живуши греки внутрь и вне престольна града -

Все мстители и все суть Комниновы чада.

(Отходит, и за нею несколько воинов.)


Магомет

(вслед)


Ступай, там гордость вся твоя теперь минет.

Отмщай презрение и стыд свой, Магомет!


ЯВЛЕНИЕ 4


Магомет и Фемист


Фемист


Всё войско, государь, от града прочь отходит,

Движение в сердцах геройских происходит,

Желающих себя во бранех превознесть.

На всех челах видна Родосу страшна месть.


Магомет


Не внешнюю войну монарх твой вображает,

Коль внутрення ему опасность угрожает;

Не войски на меня во гневе вопиют,

Но днесь противу нас все греки восстают.


Фемист


Все греки, государь! как им сие возможно?


Магомет


Известие о сем имею я неложно.

Но я еще тебя и боле удивлю,

Когда их заговор и место объявлю:

В Диване, где мой брак днесь должен совершаться,

Я должен от моих злодеев был скончаться;

Внимай еще сию ужаснейшую весть:

В числе злодеев сих и некто Комнин есть.


Фемист


О небо!


Магомет


Для коего была Иеронима

Всегда упорна, мне, всегда непреклонима,

Сей Комнин, коего я мертвым почитал.


Фемист


Возможно ль, государь, чтоб он из мертвых встал?


Магомет


Ко удивлению и к лютой мне досаде,

Он жив и кроется меж греками во граде

И производит сей ужасный заговор.

Изменницы моей поступок, речь и взор

Являли всю ко мне в ней злобу чрезвычайну.

Пойдем, она сию, конечно, знает тайну.


Фемист


Что хочешь ты начать?


Магомет


Изменницу мою

Принужу тайну мне поведати сию.


Фемист


Сей тайны от нее уведать ты не льстися,

Но прежде о своих злодеях известися,

И прежде заговор ты их предупреди,

Смяти их общество и в ужас приведи.


ЯВЛЕНИЕ 5


Прежние и Начальник стражи


Начальник


Изменники твои всю стражу победили

И пленную княжну от уз освободили;

То греки, государь, и с ними был Мурат,

Который избежал и с пленницей за град.


Магомет

(Начальнику, который и отходит)


Вели во все страны стремитися за ними.

Обманут я теперь злодеями моими!


Фемист

(в сторону)


О Боже! ты ее стопы препроводи!


Магомет


Поди скорей и мне Османа приведи.

Но се он...


ЯВЛЕНИЕ 6


Магомет, Фемист и Осман с воинами


Осман


Государь, беда нам угрожает!

Всё грамота сия в себе изображает.

(Подает письмо.)

Прочти ее, познай всю злобу и обман,

И кто изменник твой: изменник - Солиман.

Двух греков поймал я с грамотою сею.


Магомет

(приняв письмо)


О небо! так и в нем злодея я имею?


Осман


Познав в сей грамоте руки его черты,

Познаешь, государь, всю истинную ты.


Магомет

(читает)


"О греки храбрые! уже ли вы готовы

Повергнута с себя поносные оковы?

Уж мною обольщен ужасный наш тиран,

И мною в торжестве он будет днесь попран.

Спешите, храбрые герои, вы со мною

Фемиста возвести царем над сей страною".


Фемист


Каким внезапным стал я громом поражен!


Магомет

(Фемисту)


В какие был тобой я бездны погружен!

Ты с Комнином, злодей, на жизнь мою стремился!


Фемист


Когда весь случай мой совсем переменился,

Я таинства сего уж боле не таю.

Но ты познай теперь тиранску власть свою:

Вся Греция в твоих оковах тяжких стонет,

Европа, Азия в крови несчастных тонет;

Византия, дотоль цветущий в свете град,

Под властию твоей преобратился в ад;

Ты воздух в нем своим дыханьем заражаешь

И казнью подданным ужасной угрожаешь.

Не я един, не я, но весь желает свет,

Да смерть тебя, злодей, ужасная ссечет!


Магомет


Пускай стенают днесь всея земли народы,

Пускай меня все чтут мучителем природы,

Я буду навсегда меж их торжествовать;

Но ты ль, злодей, меня так мог именовать!

Ответствуй мне, какой чудесною судьбою

Явился Комнин здесь и где он скрыт тобою?


Фемист


Он скрыт, и ты его днесь должен трепетать.


Магомет


Ты должен моего злодея мне предать.

Изменник, я твое упорство одолею.


Фемист


Я только о тебе, княжна моя, жалею!


ЯВЛЕНИЕ 7


Магомет, Фемист, Осман и Начальник стражи


Магомет


Вещай скорее мне, где пленница моя?


Начальник


Сей час ты, государь, увидишь здесь ея,

Лишенну вольности и в узы заключенну.


Фемист


Увы, прогневал я судьбу ожесточенну!

Какого дождался я лютого часа!

(Увидя ведомую Иерониму во узах.)

Какое зрелище!.. О гневны небеса!


ЯВЛЕНИЕ 8


Прежние и Иеронима в оковах


Магомет


Ты мнила, дерзкая, от казни избежати.


Иеронима


Стремись, тиран, меня, несчастну, поражати,

Исполни варварство свирепых агарян...

(Увидя Фемиста.)

Что вижу я! Увы!..


Фемист

(Магомету)


О лютый наш тиран!

Когда мы стали днесь руке твоей подвластны,

Рази обоих нас, мы оба с ней несчастны...


Иеронима

(Фемисту)


Что хочешь ты начать в отчаяньи своем?


Фемист


Коль рок ваш есть таков, без робости умрем!


Магомет


Умрешь, изменник, ты и ты, злодейка люта,

Пришла к обоим вам последняя минута;

Но прежде, нежели я казнь вам изреку,

Мучением из вас я тайну извлеку.

Вы тщетно от меня скрыть Комнина хотите,

Постраждете, доколь его не предадите.


Иеронима


О варвар! лютый тигр! коль власть тебе дана,

Терзай меня, губи, виновна я одна,

Но знай, что, сам злодей, ты прежде изнеможешь,

А тайны из меня исторгнута не можешь.


Магомет


Страшись или сей час падешь под сим мечем!


Иеронима


Не поколеблешь ты души моей ничем,

Не страшны для нее и адские тираны!

Рази, вот грудь моя, готовая на раны!


Магомет


Доколе мне терпеть поносные слова?


Иеронима


Доколе буду я на свете сем жива!


Магомет


Не думай, чтоб я был еще тебе подвластен;

Минуты те прешли, в которы был я страстен...

Умри, преступница!..

(Бросается к ней с кинжалом и закопает.)


Фемист

(также бросается к Магомету с мечем, но его окружают

воины и меч отъемлют. Фемист с яростию)


Мучитель!..


Иеронима

(Фемисту)


Ах, прости!

(Умирает.)


Фемист


О варвар!.. ах, княжна!.. возможно ли снести...

Познай, чудовище, как Комнин ныне страждет.

Пролей ты кровь его, сей крови дух твой жаждет;

Пролей, когда он сам не пролил твоея...


Магомет


Кто ж Комнин сей? Вещай.


Фемист


Познай, сей Комнин - я!

(При сем слове заколается имеющимся у него кинжалом.)


Магомет


Изменник, ах, кого я вижу пред собою!..


Фемист


Довольствуйся, тиран, несчастного судьбою...

Благодари ее... что мстительный мой меч...

Не мог злодейския... души твоей... извлечь...

(Умирает.)


Магомет


О небо, всех моих лютейших бед свидетель!

На то ли им сию ты дало добродетель,

Чтоб только чрез нее покой мой возмутить

И все мои дела в ничто преобратить?

Преславного сего быв града победитель,

Соделался теперь прелютый я мучитель.

Опаснейших моих злодеев истребя,

Увы! гнушаюся я ныне сам себя...

(К народу.)

А вы, о лютые тираны нежной страсти,

Творцы и зрители презлой моей напасти!

Познаете сие вблизи родосских стен,

Чего я вами днесь, свирепые, лишен;

Заплатите мой гнев, рожденный сей любовью,

Ужасным бедствием, стенанием и кровью.


Конец трагедии


КОММЕНТАРИИ


ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ


Отобранные для настоящего издания тринадцать трагедий далеко не

исчерпывают всего богатства трагедийного наследия XVIII века. Публикуемые

произведения призваны дать общее представление о вкладе ведущих драматургов

этой эпохи в развитие русской трагедии, а также показать эволюцию жанра на

протяжении XVIII века и у отдельных авторов па разных этапах их творческого

пути. Главными критериями отбора служили художественный уровень пьес,

степень их популярности у зрителей и типичность стиля трагедий для

творческой позиции авторов.

Тексты печатаются в основном по прижизненным изданиям или посмертным

изданиям и переизданиям XVIII века с учетом в отдельных случаях публикаций,

предпринимавшихся современными исследователями (академические издания, в

серии "Библиотека поэта. Большая серия"). При наличии автографов и

рукописных списков тексты сверялись с ними.

Тексты печатаются по существующим ныне нормам правописания. Однако при

подготовке пьес текстологи исходили из принципа: любое исправление

орфографии и пунктуации произведений XVIII века и приведение их в

соответствие с нормами современного литературного языка не должно разрушать

стилевой контекст эпохи, в которую эти произведения были созданы. Кроме

того, необходимо было сохранить своеобразие произношения трагедийных текстов

на сцене XVIII века. Поэтому оставлены формы морфологической парадигматики:

падежные окончания в существительных после шипящих и "ц" в творительном

падеже (типа: венцем, мечем); окончание прилагательных и причастий женского

рода в родительном падеже (драгия, смертельныя); прилагательные в

сравнительной степени (зляй, страпшяе); правописание основы глаголов и

прилагательных типа: ийти, мышлю, приять, собрегу, сумнительный, бесстудный,

и т. д. Следует при этом отметить, что отдельные из указанных форм

архаического правописания на протяжении столетия не оставались неизменными,

но менялись, сближаясь к концу века с современными.

Вопросы пунктуации решались в основном в соответствии с современными

требованиями, за исключением тех случаев, когда современная система знаков

препинания искажает особое, присущее конкретному автору, осмысление

интонационных акцентов и пауз в речи драматических персонажей. В подобных

случаях необычная для нашего времени система пунктуации иногда сохранялась.

В основном сохранялись также нормы XVIII века в написании прописных букв в

словах, освященных традицией культурного сознания эпохи.

При подготовке издания и при работе над примечаниями учитывались

разыскания в данной области, предпринимавшиеся другими исследователями,

обращавшимися к жанру трагедии XVIII века: П. Н. Берковым, Л. И. Кулаковой,

В. Н. Всеволодским-Гернгроссом, В. А. Бочкаревым, А. В. Западовым и другими,

на что даются соответствующие ссылки в тексте примечаний.


Василий Иванович Майков (1720-1778)


Родился в помещичьей семье среднего достатка, принадлежавшей к одному

из старейших русских дворянских родов. На формирование писателя оказал

большое влияние его отец Иван Степанович Майков, много лет отдавший военной

службе, участвовавший в русско-турецкой войне 1735-1739 гг. и шведской

компании 1741-1742 гг. подолгу живший в столице. Выйдя в отставку, он

поселился в своем ярославском поместье, откуда часто наезжал в Ярославль; И.

С. Майков один из первых оценил дарование Ф. Г. Волкова, посещал его

спектакли, всячески поддерживал возникший в провинции театр. С выдающимся

актером с юности был знаком и В. И. Майков, безвременной кончине которого он

позже посвятил стихотворение.

В 1742 г. В. И. Майков отправился в Петербург, чтобы нести службу в

Семеновском полку, откуда он был вскоре отпущен домой для пополнения

образования; действительная служба начинается лишь в 1747 г. Не имея

влиятельных покровителей, В. И. Майков медленно продвигался в чинах, часто

отлучаясь из столицы в свое поместье. 25 декабря 1761 г. он выходит в

отставку в чине капитана и поселяется в Москве. Здесь он сближается с

литературным кружком М. М. Хераскова, в журналах которого "Полезное

увеселение" (1760-1762) и "Свободные часы" (1763) публикует свои стихи. В

1766 г. В. И. Майков вступил в статскую службу, став товарищем московского

губернатора. Эту должность он исполнял до 1768 г. В 1770-1775 гг. живя уже в

Петербурге, Майков - прокурор Военной коллегии, а в 1777 г. в чине бригадира

был принят на службу в Мастерскую и Оружейную контору.

После литературного дебюта в январском номере "Полезного увеселения" за

1762 г. В. И. Майков быстро завоевывает признание как один из ведущих

писателей русского классицизма - он автор од, эпистол, басен, похвальных

стихов и т. д. Замечательными художественными достоинствами отмечены его

ирои-комические поэмы "Игрок ломбера" (1763) и "Елисей, или Раздраженный

Вакх" (1775), пользовавшиеся широкой популярностью у русского читателя. Перу

В. И. Майкова принадлежат две трагедии - "Агриопа" (1769) и "Фемист и

Иеронима" (1773) - написанные согласно требованиям, предъявлявшимся к этому

жанру А. П. Сумароковым, главой русского классицизма середины XVIII в. В. И.

Майков переложил в 1775 г. в стихи прозаический перевод "Меропы" Вольтера,

сделанный В. И. Бибиковым.


ФЕМИСТ И ИЕРОНИМА


Впервые - Фемист и Иеронима. Трагедия в пяти действиях В. И. Майкова.

М., 1775. Пьеса готовилась к постановке на сцене придворного театра в 1773

г., однако представление не состоялось из-за болезни актрисы Т. М.

Троепольской (ум. 18.06.1774).

Сюжет трагедии представляет собой переделку анонимной французской

повести, которая была известна В. И. Майкову по следующему переводу: История

о княжне Иерониме, дочери Димитрия Палеолога, брата греческому царю

Константину Мануйловичу, с французского языка на российский переведена

капитаном Иваном Шишкиным. СПб., 1752- В этом произведении центральной, была

тема просвещенного монарха, обуздывающего свои страсти: султан Магомет,

покоривший Константинополь, влюбляется в племянницу последнего византийского

императора; однако узнав о взаимности, которая связывает пленницу с пашой

Солиманом, он после тяжелых переживаний благословляет их союз. Грозный

разрушитель Константинополя, турецкий султан Магомет II (1430-1481),

прозванный завоевателем, отличавшийся жестокостью и порочностью, менее всего

мог стать прототипом подобного положительного героя.

Совершенно иначе представлен турецкий властитель в пьесе В. И. Майкова

- это тиран, находящийся во власти грубых желаний, что наряду с другими

косвенными соображениями утверждает в мысли, что помимо "Истории о княжне

Иерониме..." В. И. Майков использовал какое-то другое историческое сочинение

о взятии Константинополя. Трагедия была написана в разгар русско-турецкой

войны 1768-1774 гг., чем вызвана антимусульманская направленность пьесы. В.

И. Майков изменяет характер действующих лиц, мотивировку их поведения.

Главный советник Магомета, паша Солиман, оказывается его скрытым врагом,

греком из аристократического рода Комнинов, Фемистом, женихом Иеронимы; это

он руководит подготовкой восстания против турок. Фемисту помогает другой

грек, Клит, под именем Мурата сумевший стать начальником серальских садов

турецкого султана. Все это позволило В. И. Майкову мастерски построить

интригу, наполнить ее большим числом внезапных происшествий, неожиданных

встреч и узнаваний, придать действию "Фемиста и Иеронимы" напряженность и

увлекательность.

Стр. 269. Еще ль живут в твоей днесь мысли Константин...- Константин XI

Палеолог (1405-1453), последний византийский император, погибший во время

штурма Константинополя.

Стр. 271. ...когда был град сей утеснен...- Столица Византии

Константинополь пала под напором полчищ турецкого султана Махмуда II 29 мая

1453 г.

Зустуней (искаж. имя итальянца Джустиниани) - непримиримый противник

турок, командующий морской эскадрой, посланной Генуэзской республикой на

помощь Византии.

Стр. 274. Уже и Александр полки свои выводит.- Георг Кастриоти

(1404-1467) - национальный герой албанцев, прозванный Скандербегом за

исключительную воинскую доблесть (Скандер - искаж. имя Александра

Македонского, бывшее на Востоке синонимом героя), успешно противодействовал

турецким султанам Амурату II и Магомету II.

Стр. 281. Подвигший на себя янычар Баязет...- Баязет II (1447-1512),

сын Магомета II, с 1481 г. турецкий султан, был убит во время бунта янычар,

возглавленного его сыном Сулейменом.

Стр. 289. Юстиниан // Бесчисленным своим врагам

сопротивлялся...Византийский император Юстиниан II Риномет (670-710 был

свергнут с престола во время восстания в Константинополе в 695 г.

Стр. 291. Родос - остров в восточной части Средиземного моря, в XV в.

находился под властью рыцарского ордена иоаннитов, центр антитурецкой

коалиции.

Стр. 292. Венеция, всегда усердствующа грекам...- Итальянский

город-государство, постоянный торговый партнер Византии, пользовавшийся

наибольшим числом привилегий, Венеция неоднократно оказывала Византии

военную поддержку в борьбе с турками.

Караман - область в Малой Азии, покоренная Магометом II только в

1466-1471 гг.

Стр. 306. Диван - совещательный орган в султанской Турции, состоявший

из высших сановников.