А. М. Майков Странник ---------------------------------------------------------------------------- А. Н. Майков. Сочинения в двух томах. Том второй. М., "Правда", 1984 ---------------------------------------------------------------------------- ПОСВЯЩАЕТСЯ Ф. И. ТЮТЧЕВУ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА Гриша, двадцати лет. Странник, сорока пяти лет. Нищий. Странноприимная келья при купеческом раскольничьем доме, на фабрике, близ большого села. В келье стол, лавки, образа старого письма, лампадка. Гриша (один стоит в раздумьи) Как он войдет, то прямо объявлюся: "Аз грешный, мол, во тьме заблудший, свету Желающий!.. Отверзи мне источник Премудрости твоей, бо алчу, отче, Я твоего учительского слова..." Так и скажу ему, как затвердил! А тут пока прибраться... (Оглядывает келью.) Ишь, подушку Откинул он и положил поленце... Голубчик! Снял ведь и соломку с лавки! Пошел с своей посудинкой на речку... Вот с лишком две недели: всю-то ночь На правиле стоит, а днем читает... И как себя-то соблюдает строго! Раз отдохнуть прилег: вдруг едет тройка, Да с песнями, - и кинулся молиться Да час иль два поклоны клал земные... то, если б знал он, что я тут же, подле, Из каморы своей смотрю всё в щелку? Что ж! разве я то делаю для худа? Томлюся я, что Даниил во рву... Горе всечасно обращаю очи - Не явится ль господень светлый ангел! Да нет, не сходит!.. (Поправляет лампадку на полке, где видит книги.) Вот книги-то его!.. Евфимиев Цветник... Да нетто он Из бегунов?.. А это Аввакума Послания... Как ведь писал, страдалец! (Открывает книгу и читает.) "У греков такожде пропала вера. С поганым турком потурчали; пьют Табак, приходят в церковь в шапках; жены Того скверней - им церковь яко место Соблазна: груди голы, очи дерзки. Сам патриарх браду обрил и с турком Ест рафленых курей с едина блюда. Нет, русачки мои не таковы! В огонь скорее, миленьдае, внидут, А благоверия не предадут". Воистину сказал: "Не предадут!" (Перевертывает несколько страниц и читает.) "К тебе, о царь, пред смертью из темницы Я, как из гроба, ныне вопию: Опомнися! Покайся!.. Изболело Мое всё сердце по тебе, царю! О душеньке своей попомни, милый! Слукавили лгуны перед тобою! Какие ж мы еретики, помысли! Порушили ль мы где уставы церкви? Вели престать нас звать бунтовщиками: Мы пред твоим величеством, голубчик, Ниже в малейшем не повинны! Токмо Что о душе печемся, бога ради..." Слыша шаги, Поспешно кладет книгу на место и становится к стене. Входит странник, несет бурак с водою; проходит мимо Гриши, не замечая его и продолжая богомыслие. Странник Из глубины паденья моего, О господи, к тебе взываю, грешный! Вонми моим рыданиям и призри С высот твоих, есмь немощен и шаток, И дух мой, аки вал морской, всечасно То в небеса пред светлый лик твой рвется, То падает во ад кромешный паки!.. (Ставит бурак на стол, достает медный складень и готовится стать на правило.) Гриша (робко подходя к нему) Не прогневись, благоутробный отче: Аз грешный... аз, учительского слова Из уст твоих желающий услышать... Странник Ох, что ты, сыне?.. Мне ль учительское слово Кому держать! И сам бы поучился От мудрого! Сам возлюбил бы плеть Духовную от праведного мужа! Гриша Позволь с тобой на правило мне стать! Странник Нельзя! Гриша Я тоже старой веры, отче! Странник Что ж старой? Все вы нынче - пестряки! (Садится.) Да! благодать давно взята на небо! Вселенная пуста, и стадо верных День ото дня в миру оскудевает!.. Ты грамотный? Гриша Почитываю книги, Да одному не всё-то в них понятно! У нас народ на фабрике всё буйный И токмо что рекутся староверы. Вот иногда у постояльцев спросишь, - Да знающих не много между ними. Странник Коль грамотен еси, то прочитал ли И помнишь ли, что писано о верных? (Читает наизусть.) Егда Христос приидет паки в мир, Обрящет ли свою он веру чисту? Он приидет в великие хоромы С златым шатром, с подзоры и убрусы; Покои ж багрецом наряжены; И в тех покоях восседят мужи, Во ферязях, сырцом и златом шитых; А на столе и лебедь, и журавль, И сахары, и всякое печенье, И, жемчугом унизаны, подносят Вина им в сребряных сосудах жены, И поклоняются им, и лобзают, Греховной срамоты не убояся, Усты в уста. Он скажет: "Блудодеи Вси суть они, и не мои суть овцы!" Он приидет к властям, к архиереям; Узрит: един с блистанием на митре И злата, и жемчужных херувимов, И бархатом на мантии кичася, На башмаках же крест Христов имея, Чтоб скверными топтать его ногами; И вкруг синклит его, попы и мнихи, И римские певцы, партесным пеньем Не божью, а его поющи славу; И все думцы его в парчах и камнях, Окрест его седяще полукругом; И купно всем собором измышляют Погибель христианству, наказуя По всей стране противящихся им Во срубах жечь, и вешать на крюки, И зарывать живых по перси в землю; Он скажет: "Се не пастыри, а волки!" В пустынях лишь, в лесу, забегших в горы Найдет подвижников: им же молитва - Кормленье, слезы - утоленье жажды, И беса посрамление - веселье, Гонение - сговор, а смерть - невеста... И скажет он: "Со мною вы пребысте, И с вами аз, отныне и вовеки". Гриша (в умиленьи) Ты наизусть святые книги знаешь! Вот всю бы ночь, кажись, тебя прослушал! Странник Великий змий вселенную обвил И царствует... Про змия-то читаем: "И было зримо, како по ночам Сей змий, уста червлены, брюхо пестро, Ко храмине царевой подползал, И царское оконце отворялось, Царь у окна сидел, а змий, вздымаясь По лестнице клубами, подымался Вверх до окна и голову свою Великому царю клал на плечо. (И так он был огромен, что лежал По лестнице всем туловищем -темным, А хвост еще из патриаршей сени Не вылезал.) И так, к цареву уху Припав, шептал он лестные слова: "Не слушай честных старцев, о царю! И старых книг, владыко, боронися! Бо тесноты они тебе хотят! А полюби, царь, Никоновы книги: В них обретешь пространное житье, И по средам и пятницам всеястье, И телесам твоим во услажденье Все радости мирские и утехи". Гриша Про змия, отче, я читал и знаю. Исшел из ада он и днем являлся Под видом Никона лжепатриарха, А ночью принимал опять вид змия. Про Никона написано еще: Его видали, как в златой палате От многих он бесов был почитаем. Они его садили на престол, Венчали, как царя, и лобызали, И кланялись ему, и говорили: "Ты больший брат наш и любезный друг И нам поможешь крест Христов сломити". Но это всё стоит про никоньянцев, И в их-то веру змий пустил свой яд. Странник Во все! во все... От змея народились Змееныши; чуть вылезли из яиц - И выросли, и стали жрать друг друга, И своего отца грызут, - и все В единый клуб свились, дышащи злобой И лютости огнем распалены. В писании стоит ведь явно: "Внидут В селенья, праведных и сластолюбцы, И блудники, и тати, аще добрым Очистятся постом и покаяньем, Но в оное не внидет ни богатый, Ни еретик". А ваш Андрей Денисов Что сотворил? Когда явился Петр, То был уж сам антихрист во плоти: Одел себя и весь свой полк звериный В немецкие кафтаны и по царству: Их разослал ниспровергать законы Отечески и свой регламент ставить; И позавел он разделенье в людях, И свар, и бой, и брань междуусобну; И вывез клеймы он из римских стран, И стал клеймить везде себе людей; А на кого уж то клеймо легло - Так на весь род пойдет: и отрекутся Отеческих святынь, преданий, даже Гробов отцов, и будут что чужие! Ужасно есть сие помыслить токмо! Пойдут дружить со всяким вражьим духом, Против всего, что сотворили древле Великие цари, митрополиты Московские Иона, Алексей, - Их же трудами собрана земля Российская и их цвела нарядом. А славный ваш Андрей Денисов с оным Антихристом, еже Петр Первый есть, Хлеб-соль водил, копал ему руду На цепи и с важнейшими его Персонами братался; блудно жил, Да блудно так и помер: девка, Ишь, приворотным зельем опоила! Он всю-то жизнь антихристу работал, В империи торги-то разводя. С него вот и пошли купцы-тузы: Первейшие в Москве - всё их хоромы! В хоромах-то картины и статуи Поганские; как бал-то зададут, По окнам-то не стекла - зеркала; Зажгут такие белые шары, Что солнца светят! Пляс и музыканты! Перед крыльцом-то конная всё стража! Карет, карет-то! Всё князья да графы И всех наук бесовских хитрецы! Вот, брат, цветы какие распустились Из семени Андреева! Ликуют, А вас-то, дурней, держат в кабале, Иконами да лестовкой морочат! Я побывал и у Таганья Рога, На Иргизе, и в Керженце, на Выге, И в Питере, Москве, в Казани, Ржеве: Везде одно! Обоз идет: ан чей? Чьи там плоты реку загородили? Чьи баржи тянут огненною силой, Да караван за караваном? Сало, Пенька ли, хлеб - спроси ты только, чьи? А пристани по городам, буяны? А в Нижнем кто ворочает делами? Всё веры древлия благочестивцы, И всем-то им заводчик - ваш Андрей! А на кого трудятся? Нешто богу? Антихрист-то им нешто враг? Поди-ко, Царю листы какие восписуют: "Все за тебя, мол, животы положим!" Вот каково! И погоди маленько, Как уж совсем гоненье поутихнет Да потесней спознаются друг с другом, Да льгот дадут, - всем миром под большие Колокола пойдете и с попами Все в голос запоете! Тако будет! Поширь вам только! (Опускает голову и задумывается.) Деньги, сыне, деньги! Погибель вся от них! Они и есть Мошна в сети, в которую, что рыбу, Вас дьяволы шестами загоняют, А вервия другие бесы тянут Ко брегу, он же ад, а сатана В аду-то у окна сидит и рад, Что тяжело идет треклятый невод, Что бесы-то потеют и пыхтят От бремени! Гриша Ужель нельзя спастися? Странник Здесь, в мире? Нет! Но милосердьем божьим Спасенья путь оставлен узкий, токмо Немногие идут по нем. Гриша Кто грешен, Тот уж ступить на оный путь не может? Странник А ты на совести имеешь грех Особенный? Гриша Имею грех великий! Так и лежит на сердце... так и мучит... Ах, отче, я великий грешник! Странник Если Доверие имеешь, то откройся! Пооблегчит. Гриша Я знаю, полегчало б! И это в мыслях я имел... Вот видишь... Я расскажу тебе уж всё, как было... К божественному был я склонен смлада. И как был взят в привратники сюда, От странников был в вере наставляем По древнему закону. Только странник Ведь поживет, да и уйдет потом. А сколько их притом непутных бродит!.. И соблюдать себя я начал строго; Кремнями, стеклами постель усыпал, От всяких яств отстал, питался быльем, Во дни же постные совсем не ел. Тут надо мной кругом смеяться стали, И я возмнил, что есмь един безгрешен, И смех их был мне в сладость... Начал Уж помышлять, что сам меня нечистый Не победит. "Не одолеешь, бесе!" - Твержу, а он зовет на вечерницу: "Там власть свою яви ты надо мною - И поклонюсь тебе..." Я и пошел... Странник Пошел? Ну, что ж? Гриша И... одолел лукавый... Странник Ну, как же он к тебе там подступился? Во образе жены? Гриша Нет, уж уволь! Что говорить!.. Странник Стыдение имеешь. (Подумав.) Ох, сыне, сыне! Растлена земля Людьми уже на тридцать сажен вниз! И к господу всечасно вопиет, Да попалит огнем ее господь И от грехов и всяких скверн очистит! Твой грех не есть еще великий грех... Грехи бывают, сыне, потягчае... Примером - кровь, непутное житье С разбойники, и тати, и блудницы... Но ты сего еще не разумеешь, И дай господь не разуметь вовеки! С людьми толчешься - что по рынку ходишь: Шум, гам! Купцы те за полы хватают И в лавки тащат, и товар свой суют: "Купи, купи, почтенный! Вовсе даром!.." Ты и берешь, и невдомек, что эти Купцы-то - переряженные бесы, Товары - смертные грехи, а платишь За них душой, оно и выйдет даром, Она бо есть невидима, душа-то!.. Ох, миленький! В пустыньку б бог сподобил Укрытися! Там райское-то есть Веселие! Поют тебе там пташки! Пустынька вся нарядится цветами! Студен ручей с горы крутой падет... Сиди над ним!.. А круг - густые ели... Олень аль прочий зверь придет напиться... И пташка тут на камешек же сядет И крылушки полощет... Так-то любо! И так душа исполнится твоя Величием господним... и восплачет Умильными и тихими слезами... Вот там помолишься!.. Да, брат Григорий, Велико дело есть пустыня! Гриша Отче, А как же там зимой-то жить? Странник А славно! Сидишь ты словно в светозарном царстве, Как зорьки-то играют на снегу... Гриша Ты, может, отче, и живешь в пустыне И ради неких нужд исшел? Странник Живал... Да токмо гладом нудим был изыти. Не одолел плотского человека, И плоть еще не омерзила вдосталь; А может, бог назначил и страданье, И муки претерпеть мне, чтобы душу Очувствовать... Но я умру в пустыне! Святые тоже ведь не все родились Во святости... Зато потом, смотри, Какое житие прешли, смывая С души своей греховные-то пятна! В огне молитвы душу, яко в горне Заржавое железо, распаляли И правилом духовным, яко млатом, Ее сгибали, да приемлет вид, Какой ей дан был в помысле творца И искривлен потом житейской нужей. Прочти вот о святых мужах о наших. (Достает книгу, перевертывает листы и дает Грише.) Вот об отце Савватии стоит. Гриша (читает) "И бысть еще сожжен отец Савватий, В писании искусен, просветлен Безмолвием. Когда молился он, То был ли шум, смятенье ль между братии - Ни душу к ним, ни ухо, ни глаза Не обращал, но, в бозе пребывая, Стоял что столп недвижим, в небеса Молитвенной цевницей ударяя..." Странник (берет у него книгу и перевертывает несколько страниц) А вот еще о Гурии читай. Гриша (читает) "А также от земного бытия И Гурий отошел. Блаженством жития Был чуден: день и ночь молитвословил И правила келейного вперед На тридцать лет начел и наготовил. Жил в бозе он, и егда нощь придет, И егда день. И оттого блистала Душа его премудростью творца, Как солнцем озаренное зерцало". Странник (берет книгу) Вот, сыне, свет, на оный и грядем! Гриша Так, отче... да!.. Но как же к сим мужам Приблизиться? Они ведь, яко звезды, Над нами в высоте небес сияют! Странник А от земли пошли! Гриша Что ж надо делать? Странник А что они творили? Под начало Сперва к мужам достойным поступали И, приобыкнув волю их творить, Уж господу потом трудились сами. Гриша Возьми меня на послушанье, отче... Странник (как бы в испуге) Ох, что ты! что ты! бог тебя храни! И не моли! об этом и не мысли! Я не гожусь!.. Наставника б обоим Жестокого найти нам и в пустыню Укрыться - да! Гриша Да отчего же, отче? Странник Не говори об этом... Ты не знаешь. Гриша Аль чем тебя я прогневил? Странник Молчи! Не человек есмь - скот, и хуже, хуже! Слышен стук в окно. Голос нищего (нараспев) Мы здесь ни града, ни села не знаем! Подайте милостыньку, христиане! Гриша отворяет окно. Странник (вздрогнув) Вот адовы-то цепи! Гриша Это нищий. Я сбегаю за хлебом к пекарям. (Уходит.) Странник (оглядываясь и подходя к окну, сурово) Чего пришел? Нищий (высовывая голову в окно) А что ты, черт, пропал? Ведь две недели! От артели послан, Чего ж валандаться? Аль уж попался, Мы думали, - да Фенька угадала: Уж человек такой непостоянный - Там, мол, сидит, наверно замолился, Вздыхает по пустыне. Странник И в пустыню б Ушел - то вам какое дело? Нищий Волки Не мы, брат, нет! В артель не примут! Так-то В пустыне жить - живот сведет. Да полно! Кончай скорее да иди в Акулькин Кабак. Уж встречу приготовим. Разом Отдохнешь от поста-то... Вольный воздух, Веселые головушки!.. Слышь, Фенька Ругается: "Иди, мол, беспременно, Да не пустой. Гулять хочу с ним", - баит; Не то, смотри, гулять пойдет с Отпетым. Странник (глухо) А что тебе за дело, с кем гуляет? Нищий Да мне-то что? Ты зарычишь, не я. Странник Я зарычу?.. Как я-то зарычу - Все у меня оглохнете вы, сволочь! Анафемы! Да что вы, слать приказы Мне вздумали?.. Мне токмо бог закон! Сам сатана не может надо мною Возобладать! Уж думает, что держит, Уж поборол, уж ухватил за горло И говорит мне: "Отрекися бога" - И не отрекся я!.. А вы? Да с вами Когда я по земле иду, так лесу Стоячего и облака я выше Ходячего!.. И что хочу творю! Хочу - у вас живу, хочу - уйду; А восхощу мучений, сам явлюсь К мучителям, и буду я спасен Чрез муки добровольные... А вы, Кроты, в норах живущие, вы, черви, Во ад попадаете все, как сор, Что баба выметает за порог! Нищий Ну, полно, дядя, больно осерчал! Странник Проваливай! (Отходя.) "Гулять хочу с ним..." Аспид! Иродиада! Вздумала пугать! Ну, нет! Еще постой, ты мне, голубка, Поклонишься, мне руки целовать, Ехидна, будешь!.. Знаю вас я!.. Входит Гриша, подает нищему хлеба. Гриша (в окно) Может, Поотдохнуть ты, дяденька, желаешь? Нищий Нет, родненький, спасибо! Тут дорога Большая. Побреду. Господь с тобою! Гриша (затворяет окно) Что ж, отче? Не возьмешь на послушанье? Странник (глядя пристально на Гришу) Возьму. Гриша Ах, отче, то есть вот как буду Служить тебе! Странник (в сторону) Антихристова челядь! Гриша Когда же мы пойдем? Странник Когда пойдем... Да ты тут у хозяйки как живешь? Ты по дому ей нужен?.. И она Тебе во всем ведь верит!.. Ты и ночью В моленной поправлять лампадки ходишь? Гриша Хожу. Странник А там и сундуки стоят, И деньги в особливом сундуке? Гриша И деньги. Странник Так. И невелик сундук? Гриша Да, невелик. Странник