# Натан Мудрый. Драматическое стихотворение Г. Э. Лессинга. Перевод с немецкого Виктора Крылова

Готхольд Эфраим Лессинг

Натанъ Мудрый. Драматическое стихотвореніе Г. Э. Лессинга. Переводъ съ нѣмецкаго Виктора Крылова, съ историко-литературнымъ очеркомъ, примѣчаніями къ переводу и библіографическимъ указателемъ, съ 35 рисунк. и и эстампами. Изд. А. Ф. Маркса. Спб. Ц. 6 руб., съ перес. 7 руб. Въ предисловіи В. А. Крыловъ говоритъ: "Мой переводъ драматическаго стихотворенія Г. Э. Лессинга -- Натанъ Мудрый -- былъ впервые напечатанъ въ журналѣ Вѣстникъ Европы въ 1868 году. Это былъ первый русскій переводъ произведенія, занимающаго одно изъ самыхъ почетныхъ мѣстъ въ нѣмецкой литературѣ". Въ 1875 г. этотъ переводъ вышелъ отдѣльною книгой, въ которой, кромѣ драмы Натанъ Мудрый, помѣщена статья о Лессингѣ и его Натанѣ, объяснительныя примѣчанія къ переводу и библіографія. Книга эта давно разошлась въ продажѣ. Теперь эта книга вышла вновь въ очень роскошномъ изданіи съ значительными дополненіями, особенно въ отдѣлѣ библіографіи. Предпосланная переводу драмы статья состоитъ изъ пяти главъ. "Первая говоритъ о Лессингѣ, его жизни, значеніи и дѣятельности, какъ объ элементахъ, породившихъ Натана, вторая и третья составляютъ, такъ сказать, исторію драмы; четвертая и пятая -- критику внутренняго содержанія и художественнаго выполненія драмы". Эта основательная и законченная статья даетъ весьма достаточное понятіе о характерѣ и дѣятельности Лессинга и о значеніи его чуднаго произведенія -- тѣмъ изъ русскихъ читателей, которымъ славный нѣмецкій писатель знакомъ только по драмамъ Натанъ Мудрый и Эмилія Галотти. Въ критической части своей статьи г. Крыловъ даетъ вѣрную оцѣнку знаменитой драмѣ,-- этой высоко-гуманной, почти геніальной проповѣди вѣротерпимости, любви къ ближнимъ, къ "своимъ" и къ иновѣрцамъ, уваженія къ чужимъ религіямъ и къ убѣжденіямъ, не сходящимся съ нашими, но искреннимъ и честнымъ потому, что они искренни и не идутъ въ разрѣзъ съ тою общечеловѣческою моралью, которая не зависитъ отъ различій религіозныхъ ученій, иногда не имѣющихъ ничего общаго съ истиннымъ духомъ религій. "Драматическое стихотвореніе" Лессинга было закончено авторомъ и вышло въ свѣтъ въ 1779 г. "Первое впечатлѣніе, произведенное Натаномъ на массу публики, было какое-то неясное, неопредѣленное,-- говоритъ г. Крыловъ.-- Особенно враги Лессинга были этимъ совсѣмъ сбиты съ толку. Они считали долгомъ хулить всякое сочиненіе ненавистнаго автора, а между тѣмъ драма дышала такою любовью, такимъ обиліемъ ободряющихъ, примирительныхъ началъ, что открыто, печатно высказаться противъ нея было опасно: критикъ легко бы могъ зайти въ такія дебри, изъ которыхъ съ честью, хотя бы и съ фиктивной честью, едва ли бы выбрался". Но,-- продолжаетъ авторъ статьи,-- "ни одинъ изъ друзей знаменитаго писателя не рѣшился открыто стать за него и печатно высказать тѣ восторги, которыми они привѣтствовали его Патана въ письмахъ. Особенно поучительно сказалось въ этомъ отношеніи поведеніе педагога Кемпо, приходившаго отъ Натана въ величайшій восторгъ и "съ наивною откровенностью" признавшагося Лессингу, что не рѣшился заявить объ этомъ публично, "потому что о его намѣреніи (сдѣлать это) случайно узнали люди, которые бы не преминули окунуть его въ одну грязную лужу съ Лессингомъ... " "Первая громкая критика,-- говорить г. Крыловъ,-- которую пришлось испытать Лессингу, было запрещеніе его Натана въ католической Германіи, въ Австріи. Это было, впрочемъ, въ самое тяжелое для литературы время, въ послѣдніе годы царствованія Маріи-Терезіи, когда даже невинный Эмиль отбирался въ таможнѣ у путешественниковъ, какъ зловредная книга... " Лессингъ умеръ въ 1781 году, не доживши до третьяго изданія своего Натана и до сколько-нибудь сочувственной оцѣнки этого произведенія. Въ ненавистническихъ выходкахъ противъ него не было недостатка ни при жизни автора, ни послѣ смерти. Враждебные ему писатели не умѣли или не хотѣли понять "основной идеи произведенія, противъ котораго выступали, именно, что Натанъ представляетъ не борьбу религій, а ихъ примиреніе, не рѣшеніе вопроса, которая религія лучше, а простое уваженіе къ чужой религіи, безъ оцѣнки ея сущности". Г. Крыловъ приводитъ, между прочимъ, нижеслѣдующія слова Куно Фишера о драмѣ Лессинга: "Лессингъ сводитъ людей съ различнымъ вѣроисповѣданіемъ въ одну семью по крови и по правиламъ жизни. У нихъ, у каждаго, своя святыня, и это не мѣшаетъ имъ любовно и родственно взглянуть другъ на друга, потому что ихъ благоговѣйное отношеніе къ святынѣ не заставляетъ ихъ низводить ее съ высоты недосягаемой на пролагаемую общими силами дорогу жизни; правила нравственности создаются въ нихъ повседневною жизнью, религія только осѣняетъ ее. Оттого эти правила и въ различныхъ религіяхъ могли оказаться одними и тѣми же, и тѣмъ крѣпче, сильнѣе будутъ они, что все въ нихъ пережито, передумано, провѣрено опытомъ, а не досталось случайно. При такихъ данныхъ никакое суевѣріе или заблужденіе долго удержаться не можетъ; оно падетъ само собой, безъ всякого насилія, безъ всякаго навязыванія чего-либо лучшаго, отъ одного прикосновенія развитія и образованія... " Натанъ Мудрый не есть проповѣдь религіознаго индифферентизма, это -- призывъ всего человѣчества ко взаимной любви, уваженію и справедливости, и къ упраздненію религіозной розни, высокомѣрія и ненавистничества, рѣшительно противныхъ высшимъ законамъ нравственности, составляющимъ основу всѣхъ религій.


"Русская Мысль", кн.XI, 1897